Текст книги "Путь Строителя. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Алексей Ковтунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 29 страниц)

Путь Строителя 1

Глава 1

Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё, на самом деле перед смертью перед глазами проносятся плиты перекрытия, куски бетона, кирпичи. Много чего проносится, в общем, но явно не жизнь.

По крайней мере так получилось в моем случае. Возможно, это даже как-то связано с моей профессией инженера-подрывника, специалиста по контролируемому сносу зданий и сооружений.

Да, кто-то может сказать, что ломать – не строить, но я бы с этим поспорил. Во-первых, я строил, и вполне успешно. Мой дом стоит так, что я совсем не завидую тем, кто будет его когда-то через пару сотен лет сносить. Во-вторых, снос здания – это ведь тоже часть строительства, ну а в-третьих, можно вспомнить хотя бы ту высотку в Ростове, которую мы уложили в собственный фундамент так аккуратно, что на стройплощадке по соседству даже кофе не расплескался.

Ладно, немного приукрасил. Кофе расплескался и хорошенько окатил прораба, но стекла уцелели, а сам прораб потом поставил мне бутылку коньяка.

Гм… И всё-таки какая-то часть жизни проносится перед глазами, раз уж начал вспоминать былое. И вспомнить есть что, все-таки за плечами свыше двадцати лет стажа. Пусть личная жизнь не сложилась, но зато профессия поглотила мою душу без остатка. И нет, я не какой-то псих подрыватель, которому только дай повод поднять на воздух плоды чьих-то трудов. Моя главная болезнь – это разгадка структуры построек. Вот, где кроется самое интересное, а взрвычатка – это просто инструмент.

А ведь как хорошо начиналось сегодняшнее утро… На объект прибыл в семь утра, пока здесь еще никого не было, чтобы в тишине и спокойствии провести заключительный осмотр и проверку всех систем. Какой-то бывший НИИ чего-то-там очень важного, восьмиэтажная коробка шестидесятых годов, панельно-каркасная серии один-пятьсот десять. Но дополнительная проверка не помешает, ведь помимо серийных конструкций, здесь есть относительно новая пристройка. Вроде как достраивали крыло для лаборатории, не знаю точно.

И вот именно эта пристройка не давала мне покоя вот уже который день. Нетиповые конструкции – это вообще основная головная боль подрывника, с ними всегда всё идет не так.

Типовое здание ты знаешь наизусть – вот несущие, вот ригели, вот перемычки, запас прочности такой-то. Всё просчитано до нас и отклонений от нормы практически не бывает. Тогда как нетиповое – это всегда сюрпризы. Там арматура двадцатка вместо положенной двенадцатой, тут ее вообще забыли положить. Вариантов масса, и все они работают против таких, как я.

Потому и приехал к семи, хотя подрыв назначен на одиннадцать. И пусть подготовка началась еще две недели назад, но проверка лишней не будет. Лучше еще раз пройтись по зданию, проверить каждый узел, каждое соединение, каждый детонатор. Как-никак, за двадцать лет работы ни одного серьезного инцидента. Почему? Потому, что я не доверяю никому, даже себе вчерашнему.

И пусть проверка не показала никаких особо критичных ошибок, но всё равно что-то смогло пойти не так. Не зря же я так не люблю нетиповые постройки…

– Опять ты со своим биноклем… – обреченно выдохнул мой напарник, заметив, что я внимательно разглядываю фасад здания, – Чего тебе там опять привиделось?

– Западное крыло, третий этаж, горизонтальная трещина по фасаду. – коротко бросил ему, – Утром ее не было.

Улыбку с лица напарника тут же сдуло и он чуть ли не силой вырвал у меня бинокль. Еще бы, он хоть и разгильдяй, но точно не дурак. Все-таки понимает опасность.

Подорвать прямо сейчас? Не выход, конструкция уже нарушена и необратимые процессы запустились сами собой. Подрыв здания начинается с намеренного ослабления несущих частей здания. Где-то подпилить арматуру, где-то подрезать колонну, без таких манипуляций обойтись невозможно. Вот только в нашем случае нетиповая пристройка была возведена не совсем по проекту, видимо, где-то все-таки не доложили цемента, так что здание теперь хочет упасть раньше времени.

Казалось бы, пусть падает, но это падение будет неконтролируемым. Уже отсюда видно, что западная стена пойдет наружу, туда, где собрались две сотни зевак. Они стоят довольно далеко, вот только осколки могут разлететься куда дальше. А под осколками я подразумевают кусочки бетона весом свыше тонны.

План строения словно материализовался перед глазами и решение пришло практически мгновенно. Нужна компенсация, дополнительный заряд на промежуточную колонну второго этажа, которая до этого момента не была задействована в общей схеме. Таким образом можно добиться большего усилия и каскад не сможет уйти наружу.

– Юра, – окликнул напарника.

– М?

– Мне нужно внутрь. Прямо сейчас, – поставил его перед фактом и он завис на пару секунд, удивленно хлопая глазами и пытаясь понять, почему я так смешно шучу в столь напряженный момент.

– Серег, ты тротила покурил? Какой еще внутрь?

– Юр, там жилой дом в ста двадцати метрах, – развел я руками, – Если крыло ляжет набок, обломки точно достанут, – в ответ Юра промолчал. – Десять минут, Юра. А ты пока гони зевак и расширяй периметр. По идее, должен успеть…

Дальше уже было не до разговоров, так что я побежал к фургону, схватил заряд, детонатор, кабель и крепеж, после чего рванул в здание. Даже не помню, как пролетел по ступеням, но уже минут через пять заряд худо-бедно стоял на своем месте.

Отошел на пару шагов и оценил работу. Что-ж, обычная колонна четыреста на четыреста, ничего особенного. Но именно она сейчас держит на себе разницу между «здание сядет ровно» и «ляжет на жилой дом».

Еще раз проверил плотность прилегания, обвязку, детонатор. Проверил контакты, подключил к четырнадцатому каналу, перепроверил сигнал… Трещина на фасаде растет примерно на сантиметр в минуту, так что время еще есть. До критической деформации осталось еще…

*КРАК!*

Звонкий треск разрезал тишину и мир вокруг словно замер. Да и я сам встал как вкопанный. Не тот треск, который «может показалось». Нет, такой звук показаться не может. Глубокий, утробный звук лопающегося бетона, где-то ниже, на первом этаже. Спустя пару секунд второй треск, чуть громче и ближе. Через подошвы чувствую, как здание начинает жить своей жизнью, пол под ногами сдвигается, пусть пока что по миллиметру.

Если угловая колонна на первом этаже лопнула, вес переходит на соседние и выдержат они минуту, может две. До ближайшего выхода пешком идти как раз минуты полторы, но если пробежаться, то должен успеть. Все эти мысли пронеслись в голове в считанные мгновения, и я даже успел рвануть к лестнице, вот только через пару шагов снова пришлось замереть. В этот раз треск звучал совсем иначе, разрушается уже не отдельная колонна, а перекрытие. Причем третий этаж, прямо надо мной.

По ходу все-таки не успеваю… Если сейчас побежать – может и выскочу из здания. Опять же, если лестница еще цела. И если пол вдруг не просядет под ногами. Три «если» – это уже не план, а лотерея. Ну а я в лотереи не играю, не привык полагаться на удачу.

В лицо ударил воздушный поток, это западная стена все-таки не выдержала и начала отходить, за ней потянулось перекрытие, услышал, как где-то наверху тоже послышался треск. Прогрессирующее обрушение уже началось, чтобы понять это, не нужно быть специалистом.

Бежать бесполезно, но кое-что полезное еще можно успеть сделать. Учитывая, по какому сценарию пошло разрушение, можно немного изменить последовательность подрыва и всё исправить.

Дублер в руках, сразу начал вносить новые настройки. Пальцы не дрожат, нет у них такой привычки, а в голове ясно, как и всегда. Четвертый, восьмой, десятый заряды первыми, далее задержка на три десятых секунды, подрыв второго, четырнадцатого и шестого. Потом еще ноль-три…

Ну, как-то так. В последний раз посмотрел на эти колонны, закрепленные мною заряды. На пол, что постепенно уходит из-под ног… Подрыв.

Удар пришелся снизу, через ноги, прошелся по позвоночнику и отдался в зубах. Всё вокруг загудело, но тут же последовала вторая серия взрывов. Здание содрогнулось, колонна в паре десятков метров от меня лопнула беззвучно… Или я уже не слышу ничего в этом грохоте. Буквально пара секунд, последний заряд сработал, и я почувствовал, что здание садится правильно, вертикально. Уже ничего не видел, просто чувствовал, что каскад сработал. И те двести идиотов с телефонами будут жить. Ну а я… Я получил пусть и последний в своей жизни, но все равно бесценный опыт.

* * *

…

[Анализ проведен. Выбран текстовый формат…]

Как неожиданно и приятно, однако. На протяжении всей своей жизни, а особенно где-то после тридцати лет, все чаще размышлял о смерти. Не знаю, почему так, но вот лежишь перед сном и вдруг мысли улетают не туда, сразу начинаешь перебирать в голове самые разные варианты собственной смерти и думать о том, какой именно выпадет себе любимому.

Так вот, чем дальше, тем больше склонялся к тому, что смерть подобна сну. Просто закрыл глаза, провалился в этот вечный сон и всё. То есть по сути ничего страшного в этом нет, ведь засыпать-то мы не боимся, верно?

Также размышлял и о том, что даже если и есть жизнь после смерти, то это совершенно неважно. Какая разница, если какая-то, допустим, душа будет существовать дальше, но при этом не сохранится память? Ведь я есть, пока есть мои воспоминания, именно они сделали меня таким, именно из них состоит моя личность…

Ладно, это все пустые мысли. Главное то, что я явно умер, но при этом могу думать обо всякой ерунде и что самое удивительное, моя память тоже осталась при мне. А в том, что я умер, можно не сомневаться. Как-никак, если на голову приземляется около четырех-пяти тысяч тонн железобетона, о долгой и счастливой жизни говорить не приходится. Да, думаю около пяти, примерно столько обычно весят восемь этажей панельного здания, если брать в расчет одну секцию.

Так что сомневаться в том, что я все-таки умер, не приходится. Всё, с этим разобрались. Теперь другой вопрос, а какого хрена здесь вообще творится и как я тут оказался? И что за надписи перед глазами?

[Внимание! Производится выбор вместилища…]

[Анализ мира №11845… Подходящих вместилищ: 4]

Ну наконец-то… Я ведь болтаюсь в этом непонятном темном месте вот уже… не знаю сколько, все-таки время тут течет иначе. В любом случае, перед глазами пронеслось уже свыше десяти тысяч вариантов и только теперь появилась хоть какая-то конкретика.

[Вместилище выбрано.

Раса: человек

Совместимость: 73%

Запуск слияния души и тела…]

Увидел эту надпись лишь на мгновение, и в тот же миг сознание взорвалось болью. Причем боль поначалу была нестерпимой и казалось, что хуже уже не будет, но вскоре я понял, что хуже очень даже может быть. И если поначалу все вокруг было окутано тьмой, то теперь я будто бы несся мимо ярких слепящих звезд. А может так и есть, кто ж его знает.

Но вскоре все это резко прекратилось, и я почувствовал уже нормальную боль во всем теле. Это вполне привычно и терпимо, ведь если болит, значит живет.

– Кх-х-х… – хрип сам собой вырвался изо рта и я сразу попытался разлепить глаза. Вот только не вышло, как и пошевелить руками или ногами. Тело ощущаю, но оно словно парализовано.

– О, очнулся, балбес! – послышался чей-то голос, но пока не обратил на это внимание. Всё же помимо какого-то недовольного мужика у меня есть еще довольно много нерешенных проблем и вопросов.

И первый из этих вопросов: какого хрена? Вот прямо так, по-другому не сформулируешь!

[Переселение прошло успешно.

Слияние: в процессе.

Внимание! Неполная совместимость! Слияние приостановлено.

Выбор пути недоступен. Системные возможности заблокированы.

Рекомендуется завершить первый шаг для дальнейшего выбора пути в течение следующих 7 дней. В противном случае слияние будет приостановлено, что вызовет необратимые последствия.]

Спасибо надписям, все сразу стало понятно… Хотел бы так сказать, но не скажу, ведь из этой простыни текста можно делать какие угодно выводы и все звучат бредово!

Хотя одно ясно, я получил новый шанс на жизнь и получить вместе с этим необратимые последствия совершенно не хочется. Правда как только надписи перед глазами пропали, помимо нового шанса на жизнь я также получил увесистый подзатыльник, отчего невольно поднял глаза.

– Эй! Шкет! – снова тот мужик, но теперь он нависал надо мной и судя по всему, собирался пару раз приложить меня своей здоровенной лапой, – Я видел, что ты очухался, так чего отлеживаешься? Камень сам себя не принесет! А ну марш работать!

[Управление телом доступно]

Теперь понятно, почему все-таки удалось открыть глаза. Проверил конечности, тоже вполне шевелятся, пусть и с неприятными ощущениями.

– Я… сейчас… – растерянно проговорил я, с удивлением осматривая свои руки. Тонкие, грязные, покрытые мозолями… Что-ж, мне с ними теперь жить, так что нельзя жаловаться. Перевел взгляд на мужика, который все так же нависал надо мной и с явным раздражением ждал, когда я уже пойду заниматься делами.

Так, до следующего подзатыльника осталось секунд пять, не больше, потому надо побыстрее ожить и главное – понять, чего от меня хотят. Продолжать работу… А что делать? Мужик что-то говорил про камни, что их надо куда-то таскать.

Быстро посмотрел по сторонам и оценил обстановку. Мы находимся в каком-то тесном каменном домике, внутри стол, какое-то подобие шкафа, пара стульев в углу накрыты грязной тряпкой. Пол сделан из спрессованной земли и глины. Очень похоже на что-то средневековое, как раз в те времена в качестве напольного покрытия использовали что-то подобное. Насыпали земли, размачивали и трамбовали, а затем послойно рассыпали смесь глины с соломой.

Так, опять мысли пошли не туда. Вопрос, почему я помню всю свою жизнь, но даже будучи в теле этого подростка не могу выхватить ни одного его воспоминания из головы? Мозг-то цел, а значит и память должна быть на месте. Вот только почему-то воспоминания приходить не спешат. Даже не знаю, как меня зовут, не говоря уже об этом мужике.

– Хорг, да оставь ты его! Дай отлежаться, парень вон как по голове получил! – послышался новый голос и повернувшись, увидел стоящего при входе в дом парня. Хотя это для меня, то есть Сергея, он парень, а для моего нынешнего тела вполне себе дядя. Лет двадцать пять на вид или около того. – Рей, ты давай хоть, поосторожнее… – это он уже мне.

Понял, принял, записал. Меня зовут Рей, а этого недружелюбного мужика Хорг. Вполне запоминающиеся, хоть и непривычные имена.

– Да пусть хоть до вечера лежит, – неожиданно быстро согласился Хорг и махнул на меня рукой, – Сегодня без еды останется, раз работать не хочет.

Живот тут же скрутило и я понял, что оставаться без еды не вариант. Руки и так вон какие худые, а судя по ощущениям, это тело уже давно недоедает. Возможно поэтому оно и оказалось лежащим посреди дома, а душа улетела куда-то прочь, оставив свободное место для меня. Так что тут всего два варианта: или пойти где-нибудь полежать, хотя я даже не знаю, куда здесь можно для этого пойти, или приступить к работе и хотя бы немножко понять, что тут вообще происходит.

У меня началась новая жизнь, я это принял сразу, а значит нет смысла дальше отвлекаться на идиотские мысли и принятие этого факта. Он свершился, и точка. Теперь надо разбираться, и желательно поскорее.

В голове все еще гудит, руки и ноги слушаются через раз, но я все равно поднялся, опираясь на каменную кладку. Вляпался в глину, но на это плевать, и так весь перепачкан.

– Я буду работать… – выдавил из себя, все так же продолжая покачиваться и глядя на Хорга исподлобья. Не от злобы, все-таки на подзатыльник не обиделся. Просто поднять голову не так-то просто.

Да уж, тело подростка и правда слабее, чем ожидал. А может это последствия удара по голове? Хотя также возможно, что душа еще не окончательно приросла к этому организму, потому остаются какие-то ограничения, ведь управление телом мне вручили буквально недавно. А как срастемся окончательно, так и какая-то сила появится.

Ну, или тело действительно попросту слабо. Благо, это как раз вполне поправимо. К дисциплине я приучен и даже несмотря на свой плотный рабочий график всегда находил время для физических тренировок. Это в прошлой жизни, а здесь, как мне кажется, времени для тренировок будет куда больше. Тем более, что как минимум поначалу мне придется работать не головой, а в основном руками.

– Хм… – Хорг остановился и окинул меня оценивающим взглядом. Некоторое время посмотрел, а в итоге просто кивнул и вышел из дома. – Шлёпай давай, печь сама себя не сложит! – пророкотал он, уже будучи на улице, так что мне пришлось спешно засеменить следом.

– Давай аккуратнее, Рей, – окликнул меня парень и когда я выходил, легко похлопал по плечу, – Хорг сегодня не в духе…

Кивнул ему в ответ, хотя имя так и не всплыло в памяти. Хорг, какой-то парень, средневековый грязный домик… Каша в голове, но с этой кашей пока придется мириться. Вышел за дверь и замер на несколько секунд. Ну да, точно средневековье. Теперь хотя бы получилось увидеть место, в которое меня занесло.

Здоровяк уже ковылял куда-то в сторону калитки, а я на какое-то время задержался и просто стал озираться по сторонам. Как и ожидал, мы сейчас находимся в довольно захудалой деревне и этот домик еще вполне себе приличный. Дальше от центра стоят совсем уж кривые покосившиеся лачуги, слепленные из всего, что попалось под руку. Пара гнилых срубов, лачуги из веток и глины, вниз по главной улице, прямо у кривого частокола виднеются землянки.

Сама деревня не сказать, чтобы огромная, но и маленькой не назовешь. Даже отсюда виднеется порядка сотни домов, а там, за холмом, может быть еще столько же. Дороги как таковой нет, просто утоптанная земля между домами, которая после дождя превратится в грязное месиво, а за частоколом, буквально в сотне метров, начинается густой, тёмный лес.

Хорг даже не обернулся, просто вразвалку вышел из калитки и направился к груженой телеге. Судя по тому, что лошади нет, изначально в эту телегу был запряжен я. Возможно, на пару с этим Хоргом, иначе не представляю, как можно дотащить такую тяжесть.

Не стал больше задерживаться и быстро посеменил к телеге, а сам в голове пытался уложить хоть какие-то мысли на воображаемые полочки. Так, по словам Хорга, наша задача – построить печку. Далее, если следовать этой логике, мы идем как раз за стройматериалами для этой самой печки, хотя часть из них я уже видел внутри домика. Скорее всего, старую печь мы разобрали и выглядела она, как и водится в средневековых домах, просто как костер посреди единственной комнаты, это можно понять по закопченному потолку и соответствующему запаху гари в помещении.

С этим разобрались, двигаемся дальше…

– Ну? Чего встал? Тащи камни! – от мыслей отвлек недовольный голос Хорга, и вспомнив про оплату едой, я сразу решил молча приступить к работе. Схватил первый попавшийся отесанный камень и понес в дом, а сам по пути продолжил размышлять о своей новой жизни, а сам он принялся ковыряться в сложенных в кучу мешках, что-то недовольно бурча под нос.

Мы с Хоргом, судя по всему, строители. Ну, точнее я подсобник, а здоровяк выступает в роли полноценного члена общества. Стройка – это хорошо, это я люблю и в этом я немного разбираюсь. Проблема лишь в том, что в средневековой стройке я разбираюсь откровенно посредственно. Да, что-то читал для общего развития, смотрел видео во время обедов про то, как возводили строения в древности. Но историком я бы себя точно не назвал, всегда больше интересовали современные технологии.

Первый камень донес вполне нормально, хотя пару раз хотелось растянуться по полу. Коленки дрожат, руки вообще лучше бы не чувствовал, боль по всему телу, затылок саднит. Видимо, как раз во время разбора старой печки Рей поднял камень над головой и на этом потерял сознание. Рей… А ведь это теперь я и есть. Сергей лежит расплющенный под грудами железобетона, но с улыбкой на лице от того, что он смог избежать катастрофы. Выполнил работу до конца…

Положил камень, еще раз окинул скудное убранство домика и обратил внимание, что одна из стен отличается от остальных. Свежая кладка, видимо, было решено возводить печь и слегка переделать конструкцию несущих стен. Впрочем, логично, как раз рядом с той стеной уже вырыто углубление под фундамент новой печи, и даже сложены оставшиеся от старой камни.

Развернулся и пошел за вторым камнем. На этот раз Хорг ничего мне не сказал, так что я молча схватил свою ношу. Затем третий, четвертый… Тем временем здоровяк отнес два мешка, немного пообщался с тем молодым незнакомцем, и в итоге снова перехватил меня, сунув в руки ведро.

– Вот бочка, вон там колодец, – коротко обрисовал он, – Таскай воду.

Да уж, немногословный мужик. Вопрос только, кем он приходится Рею? Какой-то родственник? Опекун? Или просто нанял паренька, чтобы самому не горбатиться с тяжестями.

Ведро оказалось тяжелее камня, а учитывая отсутствие ручки еще и неудобным. Пришлось обхватить его двумя руками в охапку, а ледяная вода то и дело расплескивалась, каждый раз заставляя тощее тело вздрагивать. Тогда как в колодце было нормальное ведро с ручкой, но мне его брать запретили.

Около полутора часов страданий, и вот я, весь насквозь промокший стою и пытаюсь отдышаться. Хорг тем временем как раз закончил выкладывать камни, перекусил лепешкой и уселся при входе в дом.

– Раствор замешивай, – буркнул он, – Пропорции помнишь ведь? Должен был запомнить.

Честно говоря, я бы может и запомнил. Вот только мне даже имя свое пришлось узнавать от посторонних. В частности, мне его любезно сообщил хозяин дома, тот молодой паренек. Он уже ушел куда-то по своим делам, убедившись, что мы с Хоргом приступили к работе. Но признаваться в том, что не помню, не стал.

Подошёл к мешкам, развязал первый. Глина, точно. Второй мешок открыл и понюхал. Песок? Нет, что-то другое. Пепел, причём древесный. Интересно. В современном строительстве такого не используют, но в Средневековье пепел добавляли в растворы для печей. Он, вроде как, повышает жаростойкость смеси и улучшает её пластичность.

Вспомнил, как в универе проходили историю строительных материалов. Тогда это казалось скучной теорией, а сейчас может спасти от голодного вечера. Глина, пепел, вода… Пропорции нужны. Обычно для печной кладки брали три части глины на одну часть песка или пепла, но тут могут быть местные особенности. Жирность глины влияет на соотношение, слишком жирная будет трескаться при высыхании, тощая не даст нужной прочности.

Хорг поднялся и подошёл ко мне, глядя на мешки.

– Три к одному. Воды столько, чтоб не текло, но и не крошилось. Мешай долго, комков быть не должно, – буркнул и вернулся в дом, начав снова осматривать фундамент.

Так, три к одному, понятно. Значит жирная глина, если такое соотношение. Взял деревянное корыто, судя по потёртостям и налипшим остаткам раствора, его тут используют постоянно. Начал насыпать глину. Взвесить на глаз сложно, но примерно прикинул объём. Три пригоршни глины из мешка, одна пепла. Добавил воды и начал мешать палкой.

Глина тяжёлая, влажная, лепится комками. Пепел придаёт смеси серый оттенок и делает её чуть легче. Мешал методично, разбивая комки, следя за консистенцией. Руки ноют, непривычная нагрузка, но терпимо. Минут через десять раствор стал однородным, пластичным. Взял комок в руку, сжал и разжал. Держит форму, не растекается, не крошится. Вроде нормально.

[Первичный навык обнаружен: Работа с материалами]

[Совместимость: 73% → 74%]

Надпись появилась внезапно и я невольно вздрогнул, чуть не выронив палку. Так вот как это работает! Система отслеживает действия и даёт прогресс. Один процент за замес раствора? Видимо, мы вместе с Реем должны выполнить работу сообща, сделать так называемый первый шаг, чтобы окончательно объединиться. Его тело, моя душа, и у них должно быть что-то общее.

Один процент не густо, конечно, но уже хоть что-то. Семь дней на завершение первого шага, а это значит, что нужно работать много и качественно.

– Готово? – Хорг выглянул и кивнул на корыто. – Неси сюда.

Взял корыто за ручки, попытался поднять. Тяжёлое. Килограммов двадцать, не меньше, а руки у подростка слабые. Поднял с трудом, понёс. Метров пять прошёл нормально, потом руки начало сводить судорогой. Ещё три метра, ещё два… Поставил возле Хорга уже чуть не выронив.

– Руки-то у тебя совсем никакие, – хмыкнул Хорг, но без особой злобы. Скорее констатация факта. – Ладно, таскай камни. Вон те, что покрупнее, сюда складывай.

Кивнул и пошёл обратно к телеге. Камни неровные, колотые, явно местные. Не кирпич, не блоки, а именно природный камень. Для фундамента печи это нормально, главное подобрать по размеру и правильно уложить. Выбрал один, килограммов на семь, поднял. Тяжёлый, острые грани впиваются в ладони.

Принёс, положил рядом с фундаментом. Хорг глянул, кивнул. Пошёл за следующим… К десятому камню руки уже дрожали, а спина ныла. Тело подростка явно не привыкло к такой работе, хотя мозоли на руках говорят об обратном. Странно, конечно… Может и правда, после удара по голове мышцы ослабли? Или это тело и правда недоедало настолько, что даже привычная нагрузка стала непосильной.

– Хватит таскать, – Хорг махнул рукой. – Смотри и запоминай.

Присел рядом, наблюдая. Хорг взял мастерок, зачерпнул раствор и начал укладывать первый камень поверх уже разложенных в углублении. Движения точные, выверенные. Раствор ложится ровным слоем, камень прижимается с лёгким покачиванием, излишки подбираются мастерком. Никакой суеты, всё чётко.

– Печь ставится на фундамент, – буркнул Хорг, не отрываясь от работы. – Фундамент отдельный, от стен не зависит. Печь греется, расширяется, холодает, сжимается. Если с домом связать, стены пойдут трещинами. Понял?

– Понял, – кивнул я, впитывая информацию. В современном строительстве тот же принцип, и вот этот разрыв называется деформационным швом. Но здесь это знание пришло через опыт поколений, без инженерных расчётов.

Хорг продолжал кладку. Камни подбирал тщательно, укладывал так, чтобы швы не совпадали. Перевязка, классическая техника для прочности кладки. Каждый камень пристукивал ручкой мастерка, проверяя посадку. Раствор наносил не на камень, а на предыдущий ряд, слой ровный, около сантиметра толщиной.

– Раствор не жалей, но и не лей лужи, – продолжал бурчать Хорг. – Шов должен быть заполнен полностью, без пустот. Пустота значит холодный воздух, а холодный воздух значит плохая тяга и дым в дом.

Слушал внимательно, запоминая каждое слово. Хорг говорил мало, но по делу. Это не учебник и не лекция, это передача опыта напрямую, от мастера к ученику. Именно так обучались веками, до появления технических училищ и институтов.

Первые три ряда фундамента ушли быстро. Хорг работал сосредоточенно, молча. Руки двигались сами, без раздумий, видно, что делал это сотни раз. Камни ложились плотно, ряды выходили ровными. Иногда Хорг брал уровень, простую деревянную планку с отвесом, и проверял горизонталь. Если надо, подбивал камень, добавлял или убирал раствор.

– Подай ещё раствору, – бросил он, не поднимая головы.

Вернулся к корыту, зачерпнул в ведро. Донёс, поставил рядом. Хорг молча продолжил работу.

[Навык развивается: Наблюдение за мастером]

[Совместимость: 74% → 75%]

Ещё один процент. Значит просто наблюдение тоже даёт результат. Хорошо, буду наблюдать внимательнее. Сел рядом, следя за каждым движением. Как Хорг держит мастерок, под каким углом наносит раствор, как проверяет уровень, как подбирает камни.

Фундамент вырос ещё на два ряда. Теперь это было уже не просто основание, а прямоугольная платформа примерно метр на полтора и высотой сантиметров сорок. Прочная, массивная. На такой основе печь простоит десятилетиями.

– Теперь сама печь, – Хорг отложил мастерок и вытер руки о штаны. – Тут уже не камень пойдёт, а кирпич. Камень для жара не годится, трескается. Кирпич обожжённый нужен, огнеупорный.

Обернулся и кивнул на другую кучу в телеге, пока еще прикрытую тряпкой. Подошёл, присмотрелся. Кирпичи неровные, разного размера, явно местного производства. Обжиг неравномерный, где-то светлее, где-то темнее. Но для печи пойдут, главное, чтобы не лопались от температуры.

– Таскай сюда, – Хорг снова взялся за мастерок. – По десятку за раз, не больше. Уронишь, получишь.

Начал носить кирпичи. Десять штук тяжеловато, даже не стал пробовать, а вот по четыре кирпича вполне можно таскать. Правда руки уже еле держат, но стиснул зубы и продолжил. Одна ходка, вторая… К пятому разу в глазах потемнело, пришлось остановиться и перевести дух. Хорг покосился на меня, но промолчал.

Кладку печи он начал с формирования топочной камеры. Кирпичи укладывал на ребро, формируя внутреннее пространство. Раствор тот же, глиняный с пеплом. Швы тонкие, буквально по несколько миллиметров. Каждый кирпич проверял на прочность посадки, пристукивал ручкой мастерка.

– Топка должна быть герметичной, – бурчал он себе под нос, но достаточно громко, чтобы я слышал. – Щель размером с палец, и половина тепла в трубу улетит. Дрова жечь будешь зря.

Я смотрел, как растёт топочная камера. Внутренние стенки гладкие, углы прямые. Хорг работал точно, без суеты. Иногда брал половинку кирпича, раскалывая его ударом мастерка. Ловко, одним движением. Осколки отлетали ровно, половинки получались почти одинаковыми.

Часа через два топочная камера была готова. Прямоугольная, примерно тридцать на сорок сантиметров внутри, высотой сантиметров двадцать пять. Спереди оставлено отверстие для загрузки дров, сверху начиналось перекрытие.

– Свод делать будем, – Хорг вытер пот со лба, оставив грязную полосу. – Свод держит жар, равномерно распределяет. Плоское перекрытие быстро остывает.

Начал выкладывать свод, используя деревянную опалубку. Простая конструкция, дугообразная форма. Кирпичи укладывал под углом, каждый следующий с небольшим наклоном. Раствор наносил густо, чтобы кирпич не сползал. Постепенно свод смыкался, образуя прочную арку.

[Навык развивается: Понимание конструкций]

[Совместимость: 75% → 76%]

Ещё процент. Уже лучше. Да в таком темпе я уже сегодня сделаю первый шаг! Ведь по логике шагом должно являться какое-то определенное дело. Да, построить печку – это не шаг, а шажок, но вдруг засчитают? А там и совместимость доберется до сотни, и появятся какие-то там системные возможности, о которых можно было только мечтать.

Смешно, конечно, что все эти галюцинации были приняты мною так легко, но я уже пообещал себе просто идти по течению и не забивать себе голову лишними вопросами. Умер, и всё, дальше удивляться ни к чему. Даже если мне каким-то образом повезло и я сейчас на самом деле лежу в коме и смотрю яркий сон про средневековое строительство – это всё совершенно не имеет значения. Даже если так, смотреть сон будет куда интереснее если не думать о том, что это сон. Сейчас доделаем печку, завтра построим что-нибудь еще… Когда бы мне еще в прошлой жизни выпал такой шанс, просто ходить и что-нибудь создавать?