Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ермоленков

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6

Российская империя, Екатеринбургское княжество

Меня разбудил резкий сигнал – где-то на периметре сработал сигнальный артефакт. Я вскочил с кушетки и в ту же секунду услышал автоматные очереди. Стреляли со стороны подъездной дороги, а затем короткие очереди раздались и на другом направлении.

Я выбежал из вагончика вместе с гвардейцами. Ночь стояла безлунная, но территория стройки была залита светом прожекторов. Впрочем, два из них погасли – нападающие вели по ним прицельный огонь.

– Нападение с юга и северо-запада! Две группы, до двадцати человек каждая! – раздался в рации голос кого-то из дозорных.

– Принял. Первый и второй взводы – на позиции. Купол поднять. БМП-один, в бой, БМП-два, ожидать приказов! – мигом отдал распоряжения Гранит.

Всё-таки молодец лейтенант. Не зря я велел ему спланировать оборону стройплощадки. И не зря заранее приказал выкопать окопы и оборудовать огневые точки – многие отнеслись к этому с недоумением, но я как чувствовал, что ночка может выдаться весёлая.

Защитный купол поднялся через несколько секунд. Полусфера мерцающей энергии накрыла центр площадки, защищая работников и строительную технику.

Со стороны леса ударили ещё раз – на этот раз не только автоматы, но и магия. Огненный шар врезался в купол, рассыпавшись фонтаном искр. Потом ещё один.

Значит, у них есть маг. Или даже несколько.

Гвардейцы Баума тоже вступили в бой. Они заняли позиции на левом фланге, перекрыв подход со стороны оврага.

«Наконец-то веселуха!» – радостно прокричал Шёпот.

«Осмотрись. Сколько их?»

Шёпот метнулся наружу. Через несколько секунд вернулся с докладом.

«Твои ребята правильно оценили, там две группы человек по двадцать. В каждой по боевому магу. А ещё одна группа заходит с востока, через лес. У них нет мага, зато есть гранатомёт», – отчитался дух.

«Гранатомёт – это плохо».

«Хочешь, я его сломаю?» – с нескрываемым предвкушением спросил Шёпот.

«Конечно. Развлекайся», – усмехнулся я.

«Ура, погнали!» – обрадованно воскликнул Шёпот.

Я ощутил, как он рванул прочь. Никто из присутствующих, разумеется, ничего не увидел и не почувствовал.

Тем временем бой разгорался всё сильнее. Враги пытались прорваться на площадку с двух направлений одновременно. А третья группа пока вела себя тихо, надеясь ударить исподтишка. Но Шёпот им сейчас устроит.

БМП дала длинную очередь из скорострельного орудия в сторону чащи. Деревья затрещали, кора и ветки полетели во все стороны. Противники тут же залегли, прекратив огонь.

– Внимание, противник на три часа! – крикнул кто-то из гвардейцев Баума.

Третий отряд врагов тоже заметили. Гранатомётчик занял позицию, но оружие вдруг вырвалось у него из рук и врезалось ему же в лицо.

Я усмехнулся. Молодец, Шёпот.

Гранатомёт, лежавший на земле, с хрустом смялся, словно его сжал невидимый кулак. Через секунду от оружия остался только огрызок – Пустота пожрала его изнутри, обратив в ничто.

По группе врагов открыла огонь наша вторая БМП, а следом ударили боевые артефакты. Если там кто-то и остался в живых, то наверняка предпочёл сбежать подальше.

Северная группа тоже дрогнула. Их маг попытался запустить очередной огненный шар, но я не дал ему этого сделать. Благодаря новому навыку Жреца Пустоты я видел не только магическую энергию заклинания, но также и кинетическую энергию движения. И мог воздействовать отдельно на неё.

Как только противник выпустил шар, я стёр энергию, которая заставляла его двигаться. Заклинание резко потеряло скорость и ударило в землю, отбросив мага и его соратников на несколько метров.

Гвардейцы не упустили момент. Пока наёмники паниковали и бестолково палили в темноту, Гранит бросил вперёд штурмовиков. Десяток гвардейцев в тяжёлой броне с артефактными щитами, усиленные «Бойцом», пошли на сближение, выдавливая северную группу из леса.

Через пятнадцать минут всё было кончено. Семерых наёмников взяли живыми. Остальные разбежались по лесу, бросив оружие.

Моя гвардия показала себя во всей красе. Потерь в наших рядах не было, если не считать нескольких легкораненых. Я тут же принялся за их исцеление.

«Было весело, хозяин! Особенно тот момент с гранатомётом. Видел бы ты его лицо!» – смеялся Шёпот.

«Видел. Ты молодец, отлично справился».

«А то! Награда будет?»

«Позже», – пообещал я, растворяя Пустотой осколок гранаты, застрявший в голени бойца.

Шрам допросил пленных прямо на месте. Вернулся через полчаса и доложил:

– Это наёмники, господин. В основном бывшие военные, уволенные за различные художества. Наняты через посредника, деньги получили наличными через схрон. Но один из них проговорился – упомянул, что заказ от «местного хозяина».

– Юрасов, – я даже не удивился.

– Я тоже так думаю. Что будем делать?

Я посмотрел на восток. Небо уже начинало светлеть.

– Готовь машину. Поедем к графу Юрасову и пообщаемся лицом к лицу…

Российская империя, пригород Екатеринбурга, особняк графа Юрасова

Мы подъехали к воротам поместья на рассвете на трёх бронемашинах. Я намеренно взял с собой не только охрану, но и половину роты в боевой экипировке – пусть граф видит, что мы приехали не шутки шутить.

Охрана у ворот переполошилась, конечно. Один из часовых схватился за рацию, другой наставил на нас автомат. Шрам вышел из машины, и одного его вида хватило, чтобы стрелок опустил оружие.

– Граф Серебров к графу Юрасову. Доложи немедленно, – произнёс Богдан тоном, не допускающим возражений.

Нас заставили подождать. Суматоха на территории поместья улеглась – гвардейцы графа заняли позиции, но не более того. Общую тревогу не объявили, купол не подняли. Юрасов, видно, понял, что я не собираюсь атаковать, это просто демонстрация силы.

Наконец, ворота открылись, и дворецкий доложил, что граф готов меня принять. Мы отправились к дому на любезно предоставленной машине с открытым верхом.

Шрам и ещё двое гвардейцев отправились со мной. Остальные остались у ворот, демонстративно заняв позиции перед ними.

Юрасов ждал в кабинете. Одет он был наспех – видимо, его подняли с постели. Лицо помятое, глаза злые, как у цепного пса.

Андрей Андреевич выглядел моложе, чем я себе представлял. Хотя, согласно досье, которое успели собрать на него Вася и Ефим, Юрасову было уже почти пятьдесят. Хорошо сохранился.

– Граф Серебров. Чем обязан в столь ранний час, да ещё с таким количеством… охраны? – процедил он, даже не предложив мне сесть.

– Ночью на мою строительную площадку напали вооружённые наёмники. Мои люди отбили атаку и взяли пленных. Они дали показания, – спокойно ответил я.

– И какое отношение это имеет ко мне?

– Самое прямое. Не вы ли вчера угрожали мне войной и обещали, что я пожалею?

– Мало ли что я мог бросить в сердцах. У вас есть какие-то доказательства, что это я организовал атаку? – сведя брови, спросил Юрасов.

– Андрей Андреевич, давайте без театра, – я сделал шаг вперёд и посмотрел ему в глаза. – Мы оба знаем, кто стоит за нападением. И за саботажем на стройке тоже.

Юрасов скрипнул зубами и процедил:

– Допустим, у вас есть подозрения. Но подозрения – не доказательства.

– Верно. Именно поэтому я приехал лишь поговорить. Но если атаки повторятся, разговаривать я больше не буду. Я пришлю сюда всю свою гвардию и буду воевать. И поверьте, у меня достаточно решимости, чтобы довести дело до конца, – железным тоном произнёс я.

В кабинете повисла тишина. Юрасов буравил меня взглядом и явно не знал, как бы выйти из этого разговора, не будучи униженным.

Увы, я оставил ему слишком мало места для манёвра.

Наконец граф выдавил:

– Я не собираюсь с вами воевать. То, что я сказал вчера… Это было необдуманно. Даю слово чести, что наёмников отправил не я.

– Рад слышать. Тогда, полагаю, инцидент исчерпан, и никто больше не будет мешать нам с партнёром? – спросил я, не спуская глаз с собеседника.

Андрей Андреевич помолчал, зачем-то плотнее запахнул халат и ответил:

– Вы и Баум затеяли стройку практически у меня под носом. Это неуважение к моим интересам.

– Земля, на которой строится завод, принадлежала короне. Князь Баум выкупил её на законных основаниях. Если вас это не устраивает – передайте своё недовольство Его Величеству. А если продолжите нам мешать – пожалеете. Надеюсь, вы меня поняли.

На мгновение в глазах Юрасова полыхнула ярость – казалось, он сейчас бросится на меня. Но он сдержался. Отвёл взгляд и тяжело выдохнул.

– Я вас услышал, граф, – процедил он.

– Отлично. Всего доброго, – я развернулся и вышел из кабинета.

Шрам молча пристроился рядом. Только когда мы сели в машину, он спросил:

– Думаете, он успокоится?

– Нет. Но теперь он будет действовать осторожнее. А нам нужно время, чтобы укрепиться, – ответил я.

Стройка стартовала в тот же день.

На площадку прибыла тяжёлая техника. Рабочие, устав от бездействия, с радостью принялись за дело. Первым делом они начали заливать фундамент главного цеха. Бетон шёл непрерывным потоком – Григорий организовал поставки сразу от трёх производителей, чтобы не зависеть от одного поставщика. Разумно.

Параллельно бригада лесорубов расширяла просеку от трассы к месту стройки, а дорожники размечали будущую подъездную дорогу.

Я стоял и смотрел, как кипит работа. Масштаб впечатлял – а ведь это только начало.

Я связался с Баумом и рассказал о ночном нападении, визите к Юрасову и его реакции.

– Уверен, он не отступит, – пробурчал князь.

– Я тоже так думаю. Поэтому хочу обсудить с вами кое-что, Мирон Сергеевич.

– Слушаю.

– Нам нужно дополнить проект застройки. Думаю, понадобится укреплённый автономный кластер, где мы расположим общежития для рабочих, казарму для гвардейцев, учебный центр и собственную инфраструктуру.

– Автономный? – уточнил Баум.

– Да. Обеспечить кластер своей водой, энергией и защищённой линией связи. Я полагаю, что все наши неприятности могут быть лишь началом, поэтому не помешает подумать об обороне, – объяснил я.

Я не стал уточнять, что начал видеть будущий завод как свой форпост между Новосибирском и Петербургом. В Сибири у меня уже многое схвачено, в Петербурге есть пока что лишь особняк и кое-какие связи – пора расширять своё влияние.

Баум хмыкнул.

– Мне нравится, как вы мыслите, Юрий. Но это потребует серьёзных вложений.

– Я готов к вложениям. Но мне нужна ваша поддержка по земельным вопросам – возможно, придётся расширить участок.

– Сделаем. Я поговорю с кем надо. А что насчёт охраны? Не будете же вы вечно держать здесь целую роту.

– Нет. Поэтому я собираюсь договориться с Министерством обороны о поставках защитных систем для периметра. У меня ведь теперь есть льготные контракты напрямую с имперскими производителями. Раз тут есть такие соседи, как Юрасов, завод должен быть защищён по высшему разряду, – ответил я.

– Полностью согласен. Объясните Григорию свои идеи, он всё разработает, – сказал Мирон Сергеевич.

– Договорились.

Мы попрощались. Я убрал телефон и подозвал Пахомова.

Григорий пришёл с планшетом, на экране которого светилась схема строительства. Я взял у него стилус и начал вносить правки.

– Вот здесь закладываем жилой комплекс. Два общежития на двести человек каждое, столовая, медпункт. Рядом – казарма для гвардейцев, пока что на сто бойцов плюс гражданский персонал. Вот тут – учебный центр, – объяснял я, рисуя квадратики на схеме.

– Ваше сиятельство, это же… Это совсем другой масштаб. Потребуются огромные деньги.

– Знаю. Но я хочу, чтобы люди здесь чувствовали себя защищёнными. Текучка кадров нам ни к чему. А ещё, Григорий, заложите в проект отдельный контур обороны – периметр с генераторами куполов, наблюдательные вышки, подземный командный пункт.

– Подземный командный пункт? – переспросил Пахомов.

– Именно. Считайте, что мы строим не завод, а крепость. Которая, помимо прочего, будет производить лучшие эликсиры в империи, – я усмехнулся.

– Что ж… Будет сделано, ваше сиятельство. Постараюсь предоставить смету вам и князю в ближайшие дни, – Пахомов кивнул и торопливо зашагал к своему вагончику.

Я снова посмотрел туда, где заливали фундамент будущего цеха.

Это будет не просто завод, а точка силы, из которой мой род будет оказывать своё влияние на регион.

Новосибирск, Екатеринбург, Санкт-Петербург – три вершины треугольника, и скоро между ними протянутся прочные нити. Дороги, контракты, люди, верные моему роду.

А если кто-то попытается эти нити перерезать – что ж, пусть попробует.

Российская империя, пригород Екатеринбурга, особняк графа Юрасова

Серебров давно уехал, но его слова продолжали звучать в голове Юрасова.

«Если продолжите нам мешать – пожалеете. Надеюсь, вы меня поняли».

Граф стиснул зубы и отошёл от окна. Плеснул себе виски – уже вторую порцию за утро. Руки едва заметно дрожали, и это бесило его больше всего.

Он – глава сильного рода, и вот так трясётся из-за какого-то сибирского выскочки?

Нет. Дело вовсе не в этом.

Андрей Андреевич дрожал, потому что чувствовал реальную угрозу разоблачения.

Граф опустился в кресло и прикрыл глаза.

Три года назад его егеря обнаружили странное место в тайге – километрах в пятнадцати от границы владений, на землях, принадлежавших короне. Глухая заросшая соснами долина, где компасы сходили с ума, а артефакты начинали вести себя непредсказуемо. Егеря испугались и доложили хозяину.

Юрасов, будучи человеком любопытным и, чего уж скрывать, жадным, отправился посмотреть лично.

То, что он нашёл, превзошло все ожидания.

Он обнаружил аномалию, природный источник тёмной энергии, скрытый глубоко под скальной породой. Такие вещи появлялись крайне редко. Аномалия не просто фонила тёмной энергией – она заряжала любой тёмный артефакт, помещённый в зону её действия, а если продержать такой артефакт достаточно долго после полной зарядки, то тот становился мощнее.

Юрасов понимал, что скрывать подобную находку от имперских властей – тяжкое преступление. Незарегистрированная аномалия, да ещё тёмной природы – за такое могли наказать высшей карой.

Поэтому он сообщил о находке только одному человеку – своему сюзерену, князю Екатеринбургскому.

Князь Аристов выслушал доклад Юрасова молча. А потом сказал слова, которые Андрей Андреевич запомнил на всю жизнь:

«Никому ни слова. Эта аномалия станет нашим ресурсом, Андрей. И мы будем использовать её по прямому назначению».

Прямое назначение оказалось простым и чудовищно прибыльным. Князь наладил канал поставки тёмных артефактов – откуда именно они поступали, Юрасов предпочитал не спрашивать. Артефакты помещались в зону аномалии, заряжались и усиливались, а затем уходили обратно по тем же каналам. Куда – Андрей Андреевич тоже не спрашивал. Он лишь обеспечивал логистику и охрану, за что получал щедрую долю.

Деньги потекли рекой. Настолько обширной, что Юрасов за три года утроил состояние рода, купил новые земли, перевооружил гвардию и отстроил новую усадьбу.

Разумеется, все деньги проходили через десятки подставных фирм – князь Аристов был в этом деле настоящим мастером.

Но теперь…

Юрасов допил виски и с глухим стуком поставил стакан на стол.

Теперь какой-то Серебров и его столичный покровитель решили строить завод совсем рядом с местом, где находилась аномалия.

Если стройка продолжится в тех масштабах, на которые замахнулся этот мальчишка, рано или поздно аномалию найдут. И тогда – конец.

Юрасов встал, прошёлся по кабинету и остановился перед портретом отца на стене. Батюшка смотрел на него строго, как всегда. «Не лезь в дела, которые тебе не по зубам, Андрюша», – любил повторять он.

Что ж, поздно следовать отцовским советам.

Андрей Андреевич взял телефон и набрал номер сюзерена.

– Слушаю.

– Ваша светлость, у нас серьёзная проблема. Серебров только что приезжал ко мне лично. С бронетехникой и гвардейцами, – Юрасов старался говорить спокойно, но получалось не очень.

– Я в курсе ночного инцидента. Твоих наёмников разгромили, – в тоне князя не звучало ни осуждения, ни сочувствия. Просто констатация факта.

Граф не стал отрицать:

– Да. И Серебров догадался, что это я их отправил. Прошу простить, ваша светлость, я был неосторожен.

– Не поспоришь. Вопрос с Серебровым и Баумом я решу. У меня есть рычаги, которые можно задействовать… Не лезь к ним больше, не посылай наёмников и вообще не привлекай к себе внимания. Тебе сейчас нужно быть тише воды.

– Понял, ваша светлость, – выдохнул Юрасов.

– Это не всё. Твоя главная задача – сделать так, чтобы аномалию не нашли. Усиль маскировку, поставь дополнительные экранирующие артефакты. Но если кто-нибудь обнаружит это место раньше, чем я разберусь с ситуацией… – князь не закончил фразу.

Необходимости договаривать её не было. Юрасов прекрасно понимал, что с ним случится, если аномалию найдут.

– Сделаю всё необходимое, ваша светлость, – заверил Андрей Андреевич.

– Очень надеюсь.

Связь оборвалась. Граф медленно опустил телефон и уставился в стену перед собой.

Князь сказал, что решит вопрос. Но как? Серебров – глава набирающего силу рода, который открыто бросает вызов всем, кто встаёт на его пути, и неизменно побеждает. А Баум – столичный князь с безупречной репутацией и огромным влиянием.

Впрочем, Аристов тоже не так прост. У него есть связи и сильные козыри. Если кто и способен остановить этих двоих, то только он.

Юрасов налил себе третью порцию виски.

Ладно. Аномалию нужно спрятать. С этим он справится. А остальное – дело князя.

Андрей Андреевич одним глотком осушил стакан, поднялся и вызвал капитана гвардии.

Российская империя, Новосибирск, усадьба Серебровых

На всякий случай я оставил роту Гранита на Урале. Шрам тоже остался на какое-то время – координировать действия с безопасниками Баума и продолжать расследование. А я вернулся домой.

Вечером собрал семью за ужином – давненько мы не ужинали все вместе. То я где-то мотаюсь, то Светлана была в свадебном путешествии, а теперь и вовсе живёт в усадьбе Строговых. Но, услышав о моём возвращении, она приехала в гости.

Мы ели, болтали, делились новостями – всё как в старые добрые времена. Мне было приятно видеть, как Татьяна и Света обсуждают беременность. Такое редко бывает, чтобы мать и дочь в одной семье вынашивали детей одновременно. Это очень нас сближало.

Когда мы закончили с ужином и слуги подали чай, я решил, что можно перейти от праздных бесед к важным вопросам. Пока женщины щебетали на диване, выбирая колыбели, мы с Дмитрием сели у камина.

Я начал с простого вопроса:

– Как дела, отец?

Дмитрий тяжело вздохнул. Он выглядел уставшим, и я не в первый раз это заметил. Просто сегодня это бросалось в глаза особенно сильно.

– Юра, если честно – я зашиваюсь, – признался он. – «Аргентум» набирает обороты, заказов втрое больше, чем полгода назад. Кемеровская фабрика после той истории с саботажем требует постоянного контроля. Теперь ещё уральский завод – хоть я и не участвую в проекте напрямую, документооборот идёт через меня. Плюс текущие дела рода, закупки, контракты с поставщиками…

– И при этом мама вот-вот родит, – добавил я, бросив выразительный взгляд на Татьяну.

– Да. А я едва её вижу. Это неправильно, но я не могу бросить дела, – покачал головой Дмитрий.

Я положил руку ему на плечо и произнес:

– Ты делаешь огромную работу, и я тебе за это очень благодарен. Давай так. Первое – вам с мамой нужно отдохнуть. Серьёзно, не отмахивайся. Хотя бы неделю. Съездите куда-нибудь, развейтесь.

– Юра, ты шутишь? Какой отдых, когда…

– Не шучу. Это не просьба, а настоятельная рекомендация. Я же вижу, в каком ты состоянии, – сказал я.

Дмитрий хотел возразить, но, видимо, не нашёлся, что ответить.

– Ладно, допустим. Небольшой отпуск пойдёт мне на пользу. Но кто будет вести дела?

– Я подключусь к самому срочному лично. А вообще, тебе нужны надёжные помощники, которым можно доверить часть управления. Документы, контроль поставок, переписку, даже часть совещаний – всё это можно и нужно делегировать.

– Где же мы найдём таких людей? Чтобы и компетентные были, и надёжные? – с сомнением спросил Дмитрий.

– Можем поискать в столице. Наш род уже обрёл достаточно влияния, и многие столичные управленцы с опытом окажутся не против переехать в Новосибирск. Тем более, если мы обеспечим им достойные условия.

– Хорошо. Пожалуй, ты прав. Мы с Таней давно хотели съездить на Алтай, – улыбнулся Дмитрий.

– Вот и замечательно, – я улыбнулся в ответ.

Следующие дни я провёл, разгребая накопившиеся дела. Дмитрий не преувеличивал – работы было действительно много. Контракты, отчёты, заявки, письма от партнёров и чиновников…

Отправив родителей на Алтай, я параллельно занялся укреплением службы безопасности. Уральские события показали, что наши враги готовы действовать жёстко и быстро, да и уровень этих врагов становится гораздо выше.

Я связался со Шрамом и поставил задачу: расширить штат, набрать аналитиков для работы с информацией, усилить охрану ключевых объектов.

Кроме того, пора было формализовать финансовую структуру рода. До сих пор многое держалось на ручном управлении Дмитрия, и это было уязвимым местом. Я попросил руководителей наших направлений подготовить предложения по реорганизации – разделить управление на блоки, назначить ответственных, выстроить систему отчётности.

Через несколько дней мне позвонил Георгий Максимович Волков и попросил о встрече:

– Юрий Дмитриевич, мы хотели бы поговорить с вами. Всей семьёй, если позволите.

– Конечно, Георгий Максимович. Приезжайте завтра к обеду, – ответил я.

Волковы приехали ровно в полдень. Все четверо – Георгий Максимович, Анна Игоревна, Алиса и Максим. Я принял их в гостиной, велев подать чай и сладости.

Когда мы расселись, Волков-старший откашлялся и начал:

– Юрий Дмитриевич, прежде всего – спасибо, что приняли нас. Мы понимаем, что у вас сейчас много забот.

– Бросьте, Георгий Максимович. Для вас у меня всегда найдётся время. Что случилось? – спросил я.

Волков переглянулся с женой. Та едва заметно кивнула, и он продолжил:

– Ваше сиятельство, у нас есть просьба. Мы долго обсуждали это между собой и решили, что пора. Дело касается земель, которые когда-то принадлежали роду Волковых.

Я кивнул. Так и думал, что речь пойдёт об этом. После того, как мы разобрались с Мессингами, земли до сих пор формально принадлежали мне.

– Вы хотите вернуть родовые земли? – на всякий случай уточнил я.

– Да, ваше сиятельство. Для нашего рода это важно. Там наши корни, наш дом…

– Георгий Максимович, не нужно меня убеждать. Я согласен.

– Вы… согласны? Вот так, сразу? – переспросил барон.

– Конечно. Эти земли ваши по праву. Мессинги отняли их незаконно, я лишь забрал у Мессингов то, что они награбили. Будет правильно вернуть всё законным владельцам. Я распоряжусь, чтобы юристы подготовили документы на передачу.

Анна Игоревна прижала ладонь к груди и быстро заморгала, сдерживая слёзы. Георгий Максимович тоже выглядел растроганным, хотя изо всех сил пытался сохранить достоинство.

– Спасибо, ваше сиятельство. Это… мы даже не надеялись, что будет так просто.

– Единственный вопрос – справитесь ли вы с управлением? Там нужны вложения – ремонт, обустройство, найм людей. Это серьёзные расходы.

– Мы готовы, – ответила Анна Игоревна, впервые подав голос.

– Мы откладывали всё, что зарабатывали в вашей клинике. Алиса тоже. И Максим отправляет часть жалованья, – добавил глава рода.

– А на остальное мы планировали взять кредит в банке, – сказал Максим.

Я покачал головой.

– Никаких кредитов. Я дам столько, сколько нужно, без процентов. Вернёте, когда сможете.

Волковы ошарашенно переглянулись. На лице Георгия Максимовича медленно расцвела улыбка. Он обвёл семью взглядом и сказал:

– Вот видите! Я же говорил. Граф Серебров – благороднейший человек!

Потом он снова посмотрел на меня.

– Ваше сиятельство, раз уж вы проявили такую щедрость… Мы хотим попросить вас ещё кое о чём. И это очень важно для нас…