Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ермоленков

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 16

Российская империя, город Санкт-Петербург

Я переночевал в своей усадьбе на Петровском, перед сном разобравшись с парочкой текущих дел, а утром собирался отправиться в Новосибирск. Новогодние каникулы ещё не закончились, деловая активность в стране и всём мире только просыпалась, так что я планировал провести несколько дней с семьёй.

Увы, оказалось, что мои противники не дремлют, несмотря на каникулы.

Звонок от Мирона Сергеевича застал меня за завтраком.

– Доброе утро! Юрий Дмитриевич, вы ещё в Петербурге? – спросил Баум, когда я взял трубку.

– Собираюсь ехать к порталу. Что-то случилось?

– Если можете отложить путешествие, прошу вас срочно приехать ко мне. Возникли проблемы по уральской стройке.

– Опять? – ничуть не удивился я.

– Да.

– Буду через полчаса.

– Благодарю, Юрий. На вас всегда можно положиться, – ответил Баум.

Я допил кофе и попросил подать машину. Город был почти свободен, так что до особняка Баума на Английской набережной я добрался довольно быстро. Шёл мелкий снег, и когда автомобиль подъехал к дому, ко мне тут же подбежал слуга с зонтом.

– Мирон Сергеевич ожидает вас в кабинете, граф. Он просил узнать, подать ли завтрак?

– Благодарю, я позавтракал, – ответил я.

Слуга молча кивнул и проводил меня в кабинет.

Мирон Сергеевич стоял у стола, а перед ним лежали распечатки нескольких фотографий, а на мониторе компьютера была открыта схема строительной площадки с окрестностями.

Кажется, у меня дежавю. Почти так же проходила наша прошлая встреча, когда были проблемы на Урале.

– Юрий Дмитриевич, спасибо, что отложили свои планы. Если я могу как-то компенсировать, только скажите, – князь вышел из-за стола и пожал мне руку.

– Всё в порядке, Мирон Сергеевич. Что стряслось на этот раз?

– Моих гвардейцев обвинили в браконьерстве. Якобы они охотились на норок. А они входят в Красную книгу, – мрачно ответил Баум.

– Любопытно. Я должен уточнить: они на самом деле охотились?

– Командир утверждает, что нет. Да и мои бойцы получают столько, что вполне могут купить своим жёнам шубы. Поэтому почти уверен, что нет.

– Но их всё равно обвинили, – констатировал я.

– Да. На стройку приехали представители природоохранной комиссии и полиция. Утверждают, что в окрестностях обнаружены следы незаконной охоты на редкую уральскую норку и какие-то следы, указывающие на моих гвардейцев. А один из местных егерей якобы видел вооружённых людей в форме моей гвардии недалеко от места, где обнаружили капканы и освежёванные тушки норок, – объяснил Мирон Сергеевич.

– Сфабриковать такие доказательства – раз плюнуть. Думаете, Юрасов сделал очередной ход?

– Может быть. Надеюсь, мы с вами разберёмся. Сейчас полицейские оцепили местность, комиссия осматривает территорию, бойцов допрашивают. Работы фактически остановлены.

– Кто курирует природоохранные службы в регионе? – спросил я.

– Формально – конечно, екатеринбургский князь Аристов. И знаете, что интересно? Юрасов – его прямой вассал.

– Не удивлён, – усмехнулся я.

– Я предлагаю не ходить вокруг да около, ваше сиятельство, а направиться сразу на встречу с Аристовым. Я уже отправил ему предложение встретиться. Ответа пока нет, но думаю, он найдёт для нас время.

– Отлично. Отправимся порталом или полетим на самолёте?

– Портал в Екатеринбург открою только днём, через пять часов. А самолёт уже готовят. Вы готовы отправиться прямо сейчас?

– Поехали, – кивнул я и встал.

Спустя сорок минут мы уже поднялись в воздух на частном самолёте князя. Учитывая, что здесь были крайне удобные сиденья, интернет и даже душевая кабина – мы ничего не потеряли, и смогли спокойно заняться каждый своими делами, а затем и обсудить стратегию беседы с Аристовым.

К моменту посадки в Екатеринбурге Мирон Сергеевич получил ответ от князя. Он был готов принять нас.

Не сразу, разумеется, а через три часа. Достаточно быстро, чтобы показать добрую волю, и в то же время этого хватит, чтобы заставить нас подождать и напомнить, что мы находимся на чужой земле.

Чтобы использовать появившееся время с пользой, мы отправились на строительную площадку. Дорогу к ней, конечно, ещё не успели построить, но хотя бы немного расширили и выровняли. Трактор регулярно чистил просеку от снега, так что доехали мы без проблем.

У шлагбаума стояли полицейские машины, и вооружённые стражи порядка оцепили площадку со всех сторон. Мои гвардейцы продолжали выполнять свои обязанности, как могли, создав своё оцепление внутри круга полицейских.

Рабочие занимались своими делами, однако машины со стройматериалами на территорию не допускали, поэтому работа всё равно скоро застопорится.

Гвардейцы Баума толпились у вагончика, рядом с которым стоял чёрный седан следственного комитета и внедорожник с гербом природоохранной комиссии.

Я вышел из машины, плотнее запахивая пальто. Вот чёрт, а здесь холоднее, чем я рассчитывал. Надо было взглянуть на прогноз погоды.

Гранит, заметив меня, сразу же подошёл:

– Здравия желаю, ваше сиятельство. Хорошо, что вы прибыли.

– Пришлось. Обвинения предъявляют только гвардейцам Баума? – сразу перешёл к делу я.

– Пока да. Но наших тоже собираются допрашивать. Ваша светлость, докладываю: ваших бойцов попросили сдать оружие на экспертизу, – повернулся к князю лейтенант.

Баум помрачнел.

– И они сдали?

– Никак нет. Ваш командир потребовал от полицейских официальный документ. Сейчас спорят, – Гранит кивнул на вагончик.

– Правильно сделали, – буркнул Мирон Сергеевич.

В это время к нам как раз подошёл полицейский офицер. Он на ходу развернул удостоверение и представился:

– Господа, я майор Патрушев, главный здесь…

– Нет, – перебил его Баум.

– Простите?

– Главный здесь я и мой партнёр! Это наш объект, а вы лишь гости, причём нежелательные. Так вы что-то хотели сказать, майор? – железным тоном поинтересовался Мирон Сергеевич.

Я еле сдержался от улыбки, глядя на то, как побледнел Патрушев. Хотя до этого щёки у него были красные от мороза.

– Господа, идёт проверка по факту возможного нарушения природоохранного законодательства. Прошу не препятствовать работе комиссии.

– Мы и не препятствуем. Лишь хотим понимать, на каком основании вы препятствуете работам и не пускаете машины, – вмешался я.

– Временные меры, ваше сиятельство. Площадка формально является местом преступления, и доступ закрыт до выяснения обстоятельств. Я понимаю ваше недовольство, господа, но у нас есть заявление, вещественные доказательства и показания. Мы обязаны отреагировать и провести расследование.

– У вас есть дохлые норки и капканы, которые непонятно кто оставил в лесу, – заметил я.

– А ещё егерь, который видел невесть что, – добавил Баум.

– Всё это является основанием для проверки, – развёл руками Патрушев.

– Проводите свою проверку, только не вздумайте перегибать палку. Имейте в виду, у меня и моих людей нервы уже на пределе! – князь погрозил полицейскому пальцем.

– Это угроза, ваша светлость?

– Ещё какая! Не вздумайте пытаться отобрать у моих бойцов оружие. Если попробуете снова – я расценю это как попытку нападения на мой род и прикажу им действовать соответствующе.

– Я вас понял, князь, – нахмурившись, поклонился майор.

Разговор на этом закончился, и Патрушев отошёл к своим.

– Ваша светлость, если нас пытаются спровоцировать, то вы поддались на провокацию, – тихо сказал я Бауму.

– Что это значит, граф⁈

– Что если наши бойцы схлестнутся с полицией, это не пойдёт на пользу стройке.

Мирон Сергеевич тяжело вздохнул и потёр лоб.

– Вы правы, правы. Когда случаются подобные инциденты, я порой выхожу из себя. Но изымать оружие у своих людей я не позволю!

– Конечно. Но мы в любом случае не должны сами усугублять конфликт, – ответил я.

Мы с князем убедились, что полицейские и члены комиссии не переходят границы, а также приказали гвардейцам в случае нарушения процедур реагировать сдержанно и ни в коем случае не применять насилия. Потому что если полицейские получили взятки, то могли и получить приказ спровоцировать наших людей на драку.

Через полчаса мы отправились в усадьбу князя Аристова.

Его резиденция находилась недалеко от Екатеринбурга, на берегу Исетского водохранилища. Поместье занимало огромную территорию, а главный дом располагался в центре и был построен в стиле средневекового готического замка.

Нас встретила целая группа служанок. Проводили в столовую, налили чай и предложили обед. Я не стал отказываться, а вот Баум обошёлся только чаём. Вскоре появился и князь Аристов.

Он оказался очень высоким и худым человеком, слегка сутулым и с лёгкой хромотой. При ходьбе князь опирался на лакированную трость с золотым набалдашником.

Впрочем, лёгкие физические недостатки не давали обмануться – во взгляде Аристова ощущались сила и власть. Не говоря уж о том, какой мощью обладала его аура.

– Мирон Сергеевич. Юрий Дмитриевич. Рад видеть вас. Приятного аппетита, граф, – произнёс князь, садясь во главе стола.

– Благодарю, ваша светлость. Прекрасные щи, – ответил я, потому что суп и правда был очень вкусным.

– Семейный рецепт. Следом подадут ещё озёрник, это пирог с озёрной рыбой. Надеюсь, вам понравится, – дружелюбно улыбнулся Аристов.

Ему тоже подали суп. Князь попробовал и удовлетворённо кивнул.

– Да, чудесно. А вы не голодны, Мирон Сергеевич?

– Нет. Я бы предпочёл сразу перейти к делу, Кирилл Викторович, – ответил Баум.

– К делу? – невозмутимо уточнил Аристов и съел ещё ложку щей.

– Да.

– Полагаю, речь о неприятной ситуации на вашей строительной площадке.

– Именно. Моих людей обвиняют в браконьерстве. Всё это выглядит как чей-то злой умысел, и я надеюсь, что вы, как князь этих земель, захотите разобраться в ситуации, – ответил Баум.

Князь слегка пожал плечами.

– Если это недоразумение, то никаких проблем не будет. Комиссия проверит факты, полиция выполнит свою работу, и стройка продолжится.

– А если не недоразумение? – спросил я.

– Тогда виновные понесут наказание.

– Рад слышать. Просто, поймите меня правильно, ваш вассал граф Юрасов уже пытался нам мешать. Причём не совсем законными методами. И теперь на нашей площадке снова возникают проблемы. Невольно появляются вопросы, не связано ли одно с другим, – произнёс я.

Аристов отложил ложку, вытер губы салфеткой и посмотрел на меня в упор.

– Будьте осторожнее с такими намёками, ваше сиятельство.

– Я всего лишь озвучил очевидную последовательность событий. И буду рад, если вы развеете мои сомнения, – вежливо ответил я.

Князь откинулся на спинку и немного помолчал, внимательно глядя на меня.

– Граф Юрасов – мой вассал, это правда. А значит, я несу определённую ответственность за его действия, но не обязан отвечать за каждую глупость, которую ему приписывают. У вас есть доказательства, что именно Андрей Андреевич организовал атаку на вашу площадку?

– А кто-то упоминал атаку? – невозмутимо спросил я.

– Прошу вас, граф, не надо делать вид, будто подловили меня. Мы оба прекрасно понимаем, что именно эту ситуацию вы имели в виду, – поморщился Аристов.

– Вы правы, речь о ней. И об угрозах, которые за несколько часов до этого ваш вассал озвучил мне по телефону. Там, помнится, звучало слово «война», – заметил я.

– Очень неприятное слово, согласен с вами. Будьте уверены, я побеседую с графом Юрасовым и всё выясню. И, уверяю вас, беседы со мной обычно производят впечатление, – пообещал Кирилл Викторович.

– Надеюсь, никто из нас не заинтересован в конфликте, – вмешался Баум. – Однако поймите нас, ваша светлость. Кто-то уже не в первый раз мешает стройке, а наше терпение не безгранично.

– Понимаю, Мирон Сергеевич. Но Урал – сложная земля. Здесь многое держится на личных договорённостях, старых связях и уважении к порядку.

– Мы действуем в рамках закона, – нахмурился Баум.

– Формально – да. Но, понимаете, многих обеспокоило, что вы затеяли столь амбициозный проект на нашей земле. Особенно учитывая, что в нём не участвуют местные дворяне, – спокойно произнёс Аристов и вернулся к супу.

Вот оно. Я даже не удивился.

– Вы хотите сказать, что если бы в стройке участвовал кто-то из местных, то норки умирали бы меньше? – уточнил я.

Баум кашлянул. Аристов внимательно посмотрел на меня и чуть приподнял уголки губ.

– Я хочу сказать, что участие уважаемых местных родов снизило бы уровень тревожности. Люди охотнее доверяют тем, кого знают… Поэтому подумайте об этом. Что касается текущей ситуации – если ваши люди действительно ни в чём не виноваты, оцепление вскоре снимут и вам будут принесены извинения. Я также поговорю с графом Юрасовым и узнаю, не известно ли ему что-то об этой истории.

– Благодарю, ваша светлость, – хмуро произнёс Баум.

Я не стал стесняться и доел щи, потому что жаль было бросать столь вкусное блюдо. Но на озёрник уже не остался. Вежливо попрощавшись с Кириллом Викторовичем, мы покинули его усадьбу.

В машине Баум некоторое время молчал.

– Что думаете? – спросил он, когда мы выехали за границы владений Аристова.

– Князь весьма ясно обозначил свой интерес, – ответил я.

– Да. И я считаю, что нам стоит подумать над его словами.

– Вы хотите взять кого-то из местных в долю? – удивился я.

– Пока не знаю. Но, в целом, это нормальная практика – заручиться поддержкой кого-то из местных родов, когда ведёшь крупный проект в чужом регионе. Это многое упрощает, – ответил Баум.

– Согласен. Однако мне не нравится, что местные начали с давления. Если хотели войти в проект, могли прийти и вежливо попроситься в долю. Предложить свои услуги, связи, людей, что угодно. Но вместо этого они решили устроить нам проблемы, – произнёс я.

– Верно, это очень грубая тактика. Именно поэтому мы не должны соглашаться сейчас. Если сразу дадим местным долю после первого же давления, они решат, что о нас можно вытирать ноги.

– И что вы предлагаете? – уточнил я.

– В очередной раз покажем, что нас не сломить. Разберёмся с этим обвинением в браконьерстве, отобьём новые атаки, если они возникнут. Ударим в ответ. А уже затем начнём переговоры, но на наших условиях, – ответил Баум.

– Хороший план, ваша светлость. Параллельно надо будет пристальнее изучить местные рода. Не всех стоит рассматривать как врагов. Среди них наверняка есть те, кто недоволен Аристовым или Юрасовым.

– И захочет войти в проект, чтобы усилиться, – кивнул Мирон Сергеевич.

– Именно.

– Прекрасная идея, Юрий. Я поручу Пахомову этим заняться, – сказал Баум.

Он тут же достал телефон и начал отдавать распоряжения. Я же смотрел на заснеженную дорогу и думал о том, что Аристов, скорее всего, уже получил желаемое.

Нет, он не смог остановить стройку и не запугал нас, но заставил обсуждать вопрос участия местных.

А значит, этот ход всё-таки остался за ним.

Ничего.

Партия только началась.

Российская империя, Екатеринбургское княжество

Когда мы с Баумом вернулись на площадку, раздался звонок от артефактора Громова.

– Да, Савелий Игнатьевич, – ответил я.

– Юрий Дмитриевич, добрый день! Надеюсь, не отвлекаю?

– Никоим образом. Рад вас слышать.

– О, взаимно! Я хотел сообщить, что для вас готов чуть запоздалый новогодний подарок, – в голосе артефактора прозвучала улыбка.

– Вы закончили анализатор?

– Именно! Только что закончил финальную проверку. Артефакт стабилен, рабочий диапазон соответствует расчётам. Правда, пришлось ставить дополнительные модули распознавания иллюзий, что сказалось на внешнем виде…

– Красота в таких вещах меня интересует меньше всего. Главное, чтобы хорошо работало, – ответил я.

– Работает даже лучше, чем я ожидал! Отправить его в вашу столичную усадьбу или предпочитаете забрать лично? – спросил Громов.

– Пока что придержите у себя. Через несколько дней буду в Петербурге, тогда и заеду к вам.

– Договорились, ваше сиятельство!

Мы попрощались, и я убрал телефон.

Ну наконец-то.

Если анализатор действительно покажет то, что обещает Громов, у меня появится шанс разобраться с тайнами особняка. Охрана докладывала, что время от времени рядом с домом мелькают подозрительные личности, а один раз кто-то пытался пробраться внутрь.

Никаких сомнений, что Белозёров и Чёрная каста что-то спрятали в доме, который теперь принадлежит мне, и не успели забрать.

И теперь, надеюсь, у меня появился инструмент, который поможет с этим разобраться.

– Хорошие новости? – спросил сидящий рядом Баум.

– Да. Артефактор закончил нужную мне разработку.

– Рад слышать. Мне тоже сообщили кое-что. Командир моих гвардейцев пишет, что комиссия начала сворачиваться.

– Быстро.

– Да. Похоже, Аристов решил сразу показать своё влияние, – фыркнул Баум.

– Или вся эта суета изначально была рассчитана на пару дней, – задумчиво произнёс я.

– Но зачем? На стройку это мало повлияло. Просто потрепать нам нервы?

– Потрепать нам нервы и обозначить, кто здесь обладает властью. А заодно, возможно, отвлечь наши патрули.

– Зачем? – удивился Мирон Сергеевич.

– Пока не знаю. Но весьма похоже на правду, вам не кажется?

Навстречу нам через несколько минут проехала колонна полицейских машин. Значит, оцепление тоже сняли. Да, никаких сомнений – Кирилл Викторович захотел убедить нас в том, что с его связями любую проблему можно решить максимум за час.

Когда мы добрались до места, к нам сразу подошёл командир гвардейцев Баума.

– Господа, проверка завершена. Комиссия не нашла доказательств причастности наших людей к браконьерству. Официально обвинения сняты.

– Вот так просто? – уточнил я.

– Не совсем просто, ваше сиятельство. Они составили протоколы, пообещали продолжить расследование по факту незаконной охоты неизвестными лицами.

– Короче говоря, намекнули, что обвинение в любой момент может вернуться, – хмыкнул Мирон Сергеевич.

– Я подумал так же, ваша светлость, – кивнул гвардеец.

Я оглядел площадку.

На первый взгляд всё было в порядке. Рабочие занимались работой, гвардейцы возвращались на посты, патрули отправлялись в дозор. Но меня не покидало ощущение, что враги исполнили свой план и теперь думают, что обвели нас вокруг пальца.

А я очень не люблю, когда меня пытаются обвести вокруг пальца.

– Пожалуй, я здесь задержусь. Хочу провести тщательную разведку, – сказал я.

– Разведку? – посмотрел на меня Баум.

– Да. Обыщем территорию вокруг всего объекта и попытаемся узнать, что скрывают от нас Аристов и Юрасов.

– Вы что, хотите лично отправиться?

– Почему бы и нет, – пожал плечами я.

– Юрий Дмитриевич, у вас для таких задач есть гвардейцы, – удивился князь.

– Есть, конечно. Но мне очень любопытно найти источник наших бед самому, – ответил я.

Мне действительно хотелось понять, что именно здесь скрывают Юрасов и Аристов.

Я посмотрел в сторону тайги и улыбнулся.

Давненько я не гулял по зимнему лесу. Особенно в поисках чужих секретов…

Глава 17

Российская империя, пригород Екатеринбурга

Через час я уже был готов к прогулке по зимней тайге.

Гранит выдал мне тёплый маскировочный костюм, хорошие ботинки, перчатки, рацию и на всякий случай карабин. Последний я взял только для видимости, потому что у меня всегда имелось при себе оружие гораздо мощнее. Но, конечно, никто из моих людей об этом не знал.

Со мной пошли четверо гвардейцев во главе с Гранитом. Остальные группы разошлись по своим секторам.

– Начинаем с северо-востока? – уточнил Гранит.

– Да. Сначала проверим местность вдоль ручья, потом старые охотничьи тропы. Если ничего не найдём, отправимся дальше, – ответил я.

– Принято, ваше сиятельство.

Мы вышли за территорию, отведенную под завод, и углубились в лес.

В тайге было поразительно тихо. После шума стройки казалось, будто кто-то резко выключил весь мир. Снег скрипел под ногами, но звуки моментально терялись среди деревьев. Стоило остановиться, и всё вокруг будто замирало.

Гранит шёл впереди, время от времени останавливался, осматривал снег, деревья, низкие кусты. Один из гвардейцев нёс небольшой артефактный сканер. Другие двое контролировали фланги.

Я шёл чуть позади и прислушивался к ощущениям.

Ничего. Обычный лес. Шёпот, которого я заранее выпустил, тоже пока не обнаружил ничего интересного.

Мы добрались до ручья. Сейчас он уже наглухо замёрз, но в одном месте у берега лёд был проломлен. Рядом виднелись звериные следы, и стало понятно, что какое-то животное приходило сюда на водопой, не более того.

– Идём дальше, – сказал я.

Мы прошли ещё около двух километров. Нашли старую охотничью засидку, несколько звериных троп и сброшенные лосиные рога. Рога были красивые, и гвардейцы решили их забрать, но это единственное интересное, что нам попалось.

Даже немного обидно.

Мы продолжили. Ещё через полчаса лес начал меняться. Чаща стала гуще, и пробираться стало сложнее. Но затем деревья поредели, и впереди показалась узкая просека.

На ней нас и остановили.

Раздался рев мотора снегохода, и из-за деревьев выехали двое мужчин в куртках с нашивками лесной охраны. За плечами у них висели ружья. Они остановились поодаль, и один из них поднял руку:

– Стоять! Дальше проход запрещён.

Гранит тут же сделал шаг вперёд и потребовал:

– Представьтесь.

– Старший лесник Кудрин, – ответил мужчина и показал удостоверение.

Лейтенант посмотрел на документ и удовлетворённо кивнул, а Кудрин тем временем продолжил:

– Вы, надо полагать, со стройки? Люди графа Сереброва? Так вот, это заповедная зона. Проход только по специальному разрешению.

Я подошёл ближе. Представляться не стал, а поскольку был одет так же, как и остальные, лесник меня не узнал.

– Мы проводим проверку прилегающей территории после инцидента на стройке, – заявил я.

Лесник недружелюбно посмотрел на меня и ответил:

– Я же сказал, дальше нельзя! На заповедную зону проход запрещен, это приказ.

– Чей приказ? – уточнил я.

– Управления заповедных территорий, чей же ещё. Здесь находятся гнездовья редких птиц.

– Гнездовья? Зимой? – хмыкнул Гранит.

Кудрин растерянно моргнул, но быстро собрался и ответил:

– Территория охраняется круглый год!

– Разумеется, – вздохнул я.

Посмотрел на деревья за его спиной. На первый взгляд – обычный лес. Но если местные решили оградить именно этот участок, значит, именно там может скрываться то, что мы ищем.

Знать бы ещё, что именно мы ищем…

Ладно. Спорить не будем

– Разворачиваемся, – приказал я.

– Благодарю за понимание, – пробурчал лесник.

Мы развернулись и пошли обратно.

Спорить с лесниками посреди тайги смысла не было. Формально они правы, а прорываться силой ради неизвестной цели – глупо. Особенно если нас именно на это и провоцировали.

Зато у меня имелся другой способ посмотреть дальше.

«Шёпот, дружок. Хочешь погулять по заповеднику?»

«Это…»

«Да-да, это скука смертная, знаю. Но там может скрываться нечто интересное, так что будь добр, полетай и посмотри, что там вообще есть. Только птичьи гнёзда не трогай, мало ли».

«Ладно… Но с тебя вкусняшка!» – потребовал дух.

«Само собой», – улыбнулся я.

Российская империя, пригород Екатеринбурга, заповедная зона

Лес оказался гораздо интереснее, чем думал Шёпот.

Да, здесь было очень тихо, но в то же время – полно жизни. Просто почти незаметной для людей. Скакали по веткам серые белки, летали между заснеженных ветвей птицы, мелкие зверьки передвигались под снегом, а более крупные – вальяжно разгуливали между деревьев.

Шёпот увидел даже стаю волков, которые лежали вокруг своего логова.

Но красоты тайги быстро наскучили духу. Да, необычно, он в таком месте ни разу не был. Но немного полюбовался, и уже не интересно. Только деревья, снег, звериные следы и старые камни.

Он перескочил из одного дерева в другое и вдруг ощутил, что вокруг что-то изменилось. Попытался переместиться в поваленный ствол впереди и вдруг наткнулся на невидимую преграду.

Ох, ничего себе! Да это же магический щит.

Шёпот нырнул в облетевший куст и присмотрелся. Да, точно, это щит. Причём сильный.

Дух облетел его по дуге. Щит уходил далеко, накрывая большой участок тайги. Вот это уже интересно!

Шёпот мог бы попробовать сломать этот барьер. Получилось бы, конечно, не сразу. Пришлось бы растворять слой за слоем, и, скорее всего, владельцы щита узнали бы. Возможно, они бы даже приехали сюда, и это было бы весело.

Но Юрий не обрадуется. Он не любит, когда Шёпот что-то ломает без спросу, тем более такое большое.

Шёпот вселился в высокую сосну, добрался до вершины и попытался разглядеть, что находиться за щитом. Там как будто бы ничего не было. Обычный лес, какие-то скалы и долина между ними. Ничего интересного.

Но если ничего интересного там нет, зачем ставить барьер?

Подозрительно.

Шёпот ещё раз облетел край защиты, запомнил запах магии, а потом развернулся и полетел обратно.

Российская империя, пригород Екатеринбурга

Вечером все группы вернулись на площадку.

Результат оказался предсказуемым. Никто не нашёл ничего подозрительного. Несколько старых кострищ, две заброшенные избушки, следы снегоходов, которые, скорее всего, принадлежали лесникам. Никаких тайных лагерей или других следов того, что на нас готовят нападение или что-то в этом роде.

Я успел принять горячий душ в вагончике и переодеться в свою одежду, когда вернулся Шёпот. Как всегда, это было похоже на удар под дых, но я уже привык.

«Нашёл что-нибудь?» – спросил я.

«Ага! Там какой-то барьер, он здоровенный! Артефакты, наверное, его поддерживают. Но за ним как будто ничего нет, так что я не знаю, зачем ставить такой щит посреди леса», – протараторил дух.

«И правда, зачем? Вряд ли корона тратит деньги, чтобы так охранять гнездовья редких птиц», – мысленно хмыкнул я.

«Давай я туда вернусь и сломаю его!»

«Не надо. Выясним, что к чему, законными способами», – ответил я.

Я подошёл к столу и взглянул на карту. Формально это заповедная территория, лесники нас не обманули. Если полезем туда без документов, Аристов получит прекрасный повод обвинить нас во всём подряд.

Поэтому лезть пока не будем.

Я достал телефон и позвонил Пахомову. Он сейчас находился в городе, на стройку приезжал не каждый день, но на звонок ответил сразу:

– Слушаю, ваше сиятельство.

– Григорий, у меня есть просьба. Выясните всё, что можно, про заповедную зону к северо-востоку от нашей стройки. Кто оформлял, когда, на каком основании, кто имеет доступ, кто обслуживает, какие там объекты и кто курирует охрану. Особенно интересуют любые связи с Аристовым и Юрасовым. И главное – постарайтесь узнать, зачем там стоит мощный магический щит посреди леса, – подробно обрисовал задачу я.

– Понял, ваше сиятельство. Постараюсь сделать максимально быстро.

– Спасибо, – ответил я и сбросил звонок.

Что ж, пожалуй, на этом моя миссия здесь закончена. Кое-какие ниточки появились, но зимних прогулок по тайге с меня хватит. Надо отправляться в Петербург и заняться другими делами. Гвардейцы пока что справятся без меня, тем более, Мирон Сергеевич обещал усилить охрану со своей стороны.

Ну а мне пора выдвигаться…

Российская империя, город Санкт-Петербург

В Петербург я прибыл поздним вечером, переночевал в своём особняке, а уже утром отправился к Громову.

Савелий Игнатьевич встретил меня лично. Выглядел он бодрым, хотя круги под глазами намекали, что последние ночи он спал не слишком много.

– Юрий Дмитриевич! Прошу, проходите. Ваш анализатор готов, – произнёс он и пожал мне руку.

Он проводил меня к рабочему столу, на котором лежал продолговатый металлический футляр. Громов открыл замки и бережно поднял крышку.

Внутри на бархатной подкладке лежал артефакт, и красивым его действительно было сложно назвать. Скорее это напоминало смесь подзорной трубы и медицинского прибора. Корпус из тёмного металла, несколько линз, боковые рукояти, гнёзда для кристаллов, тонкие пластины с рунами и маленький экран.

– Выглядит… серьёзно, – сказал я.

– Я бы сказал, выглядит как опытный образец, который не успели довести до приличного внешнего вида. Но работает прекрасно, поверьте мне! Здесь три режима: общее изучение магического фона, структурный анализ и глубокий просмотр. Последний лучше использовать осторожно, он быстро сажает накопители.

– Насколько глубоко видит?

– Зависит от материала, помех и защиты. Обычные стены, полы, декоративные иллюзии и слабые маскировки определит без проблем. Сложные чары – увидит не всегда, но покажет искажение.

– А если маскировка высшего уровня?

– Тогда зависит от мастера. Если маскировка сделана идеально, анализатор может не показать сам объект. Но он способен заметить отсутствие естественных шумов. Понимаете, магия редко бывает абсолютно чистой. Там, где кто-то слишком старательно убрал следы, возникает неестественная пустота, – объяснил Савелий Игнатьевич.

– Звучит прекрасно.

– Правда, потребуется внимательный оператор. Я подготовил инструкцию, думаю, любой человек сможет с ней разобраться. Дар не обязателен, артефактом может пользоваться кто угодно.

Громов закрыл футляр, затем достал из стола тонкую папку.

– Вот краткое руководство, схема обслуживания и список ограничений. Не ронять, не перегревать, не направлять на работающие боевые артефакты ближе чем с трёх метров и не пытаться использовать как дубинку.

– Как жаль. А я уже собирался кого-нибудь им ударить, – усмехнулся я.

– Поверьте, я видел разное. Один княжич как-то пытался вскрыть моим сканером дверь.

– Получилось?

– Дверь выдержала. А вот сканер нет, – вздохнул артефактор.

– Спасибо, Савелий Игнатьевич. Позвольте спросить, у вас было время изучить те китайские чётки?

– Увы, пока нет. Я только провёл внешний осмотр и убедился, что предмет весьма любопытный. Сложное зачарование, даже элегантное, я бы сказал. Азиаты умеют делать артефакты, но порой перегибают палку.

– В каком смысле перегибают? – уточнил я.

– Гонятся за тем, чтобы сделать зачарование как можно более изысканным в ущерб эффективности. Проще говоря, ставят форму выше содержания. Но ваши чётки – иной случай. Здесь и форма, и содержание одинаково сложны, – пояснил Громов.

– Уверен, у вас получится разобраться.

– О, не сомневайтесь. Я люблю непростые задачи, – улыбнулся артефактор.

– Ещё раз благодарю, Савелий Игнатьевич.

Мы ещё несколько минут обсудили детали, после чего я забрал футляр с анализатором и отправился в особняк. В холле меня встретил Шрам – он уже знал о предстоящей задаче.

– Ваше сиятельство, – он поклонился, когда я вошёл.

– Богдан, собирай людей. Приступаем. Надо снова прочесать дом снизу доверху. Ничего не пропускать, – велел я.

Он посмотрел на футляр.

– Это тот самый прибор?

– Да. Анализатор магических структур. Громов говорит, что он видит любые следы маскировки. Вот и проверим.

– Сколько людей понадобится?

– Две группы. Одна идёт со мной, вторая параллельно проверяет помещения и отмечает всё подозрительное. Без самодеятельности. Если что-то найдёте – лучше не трогать.

– Принято.

Пока Шрам отдавал распоряжения, я открыл футляр, достал анализатор и включил общий режим. Внутри прибора что-то мягко загудело, экран ожил, линзы вспыхнули. Артефакт показал общий фон помещения.