Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ермоленков

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Много следов бытовой магии, остатки прошлых защитных контуров, следы ритуальных чисток. Ничего удивительного.

Мы начали с верхнего этажа. Работа шла медленно. Я проводил анализатором вдоль стен, полов, потолка, иногда останавливался и переключал режимы. Гвардейцы вскрывали декоративные панели, проверяли пустоты, сверялись с планом. Несколько раз прибор показывал искажения, но это оказывались старые следы осветительных артефактов или заделанные после ремонта ниши.

Через два часа я начал понимать, почему Громов предупреждал про внимательного оператора.

Анализатор не был волшебной палочкой. Он не говорил: «вот здесь тайный ход, граф, откройте». Он показывал данные, которые ещё предстояло правильно интерпретировать.

К счастью, я быстро разобрался, что к чему. Да, неодарённый человек тоже мог бы пользоваться артефактом, но без знаний о магии было бы сложновато.

К полудню мы проверили верхние этажи и спустились на первый. Ничего серьёзного не нашли.

Только в бывшей гостиной обнаружился спрятанный под паркетом маленький сейф, но внутри лежали всего лишь старые письма, принадлежавшие первому хозяину дома, барону Ольшанскому.

Когда мы сделали перерыв на обед, мне позвонил Пахомов.

– Слушаю, – ответил я.

– Ваше сиятельство, собрал первичную информацию по уральской заповедной зоне.

– И что там есть интересного?

– Магический щит действительно числится установленным природоохранной комиссией. Формально всё законно. В документах он обозначен как защитный барьер для предотвращения незаконной охоты и проникновения посторонних на особо охраняемый участок. Такие щиты иногда ставят в заповедниках, особенно если там редкие виды или ценные природные объекты, – ответил Григорий.

– Вот как. То есть это всё в порядке вещей?

– На бумаге – да.

– Интересно… А скажите-ка мне, давно эту местность признали заповедной зоной?

– Сейчас проверю точную дату… – послышался шелест бумаг или стук клавиш. – Несколько лет назад. Если точнее, три года и восемь месяцев.

– Не так давно.

– Да. И вот что интересно: процедуру провели ускоренно. Обычно согласование таких вещей занимает полгода, иногда больше. Здесь уложились за два месяца. Причём часть экспертиз оформили задним числом.

– И кто же так беспокоился об охране природы? – спросил я.

– Прямых доказательств пока нет, но в переписке регионального ведомства несколько раз упоминается пресс-служба князя Аристова. Похоже, Кирилл Викторович лично приложил руку к тому, чтобы участок получил особый статус, – ответил Григорий.

– Ну, вот и ответ. Аристов и Юрасов что-то там прячут, – произнёс я.

– Похоже на то, ваше сиятельство.

– Продолжайте копать. Узнайте, владел ли кто-нибудь той землёй до оформления заповедника. А ещё – кто обслуживает щит, кто имеет право его отключать и кто оплачивал установку.

– Принято.

– Только будьте осторожнее. Если Аристов заморочился с заповедной зоной, он не захочет, чтобы кто-то задавал лишние вопросы.

– Понимаю, ваше сиятельство. Я буду осторожен, – пообещал Пахомов.

Я убрал телефон.

– Проблемы на стройке? – спросил Шрам.

– Скорее подтверждение, что проблемы там возникли не случайно. Аристов и Юрасов что-то скрывают на землях заповедника. И я обязательно узнаю, что именно, – ответил я.

Вскоре мы продолжили прочёсывать дом.

На этот раз спустились в подвал. Именно там раньше находились помещения, где нашли следы лаборатории, и я думал, что именно там может оказаться тайник. Но анализатор показывал лишь следы алхимических ритуалов и остаточное магическое загрязнение. Ничего нового, по сути.

Я уже начал раздражаться. Не потому, что мы ничего не находили. А потому, что где-то здесь точно было что-то спрятано. Иначе, зачем Чёрная каста дважды пыталась проникнуть в дом?

Кристаллы в анализаторе дважды пришлось заменить. Я уже устал от его монотонного пищания и оставил прибор гвардейцам, а сам отправился в столовую выпить кофе. Но едва я успел попробовать напиток, как в коридоре послышались быстрые шаги. Дверь распахнулась, и вошёл Шрам.

– Ваше сиятельство, мы что-то нашли!

Я поставил чашку.

– Где?

– Восточное крыло, второй этаж. Узкая полость в стене между старой детской и гостевой спальней. На планах её нет.

– Мы же там уже проходили, – нахмурился я.

– Так точно. Но теперь обратили внимание на крохотное искажение… Покрутили настройки артефакта, поставили на режим глубокого просмотра и убедились, что за стеной что-то есть. Как вы говорили: неестественная магическая пустота.

– Что ж, пойдем, посмотрим, – кивнул я.

Шрам оказался прав. Возле небольшого участка стены анализатор показывал на слишком чистый магический фон, будто бы специально заглушенный. А так быть не должно.

В старом доме магия оставляет следы везде. Артефакты отопления, освещения, защиты от сырости, бытовые чары, отпечатки аур и эмоций. А здесь участок стены был идеально чистым. Будто вырезанный из мира.

И да, судя по экрану анализатора, за стеной действительно находилась узкая полость, уходящая вертикально вниз. При этом стена была глухой – никаких признаков того, что в эту полость можно как-то попасть, не было.

– Может, это старая вентиляция или что-то ещё, – предположил гвардеец.

– Тогда зачем стирать вокруг неё фон? Нет, эту полость спрятали специально, – сказал я.

– Значит, это заклинание иллюзии?

– Да. Но очень необычное. Оно не просто скрывает полость. Оно стирает сам факт её существования для наблюдателя. Не оставляет следов, не даёт зацепок, даже магический фон выровнен почти идеально, – объяснил я.

– Кто мог такое сделать?

– Очень сильный маг. Например, кто-то из мастеров Чёрной касты, – хмыкнул я.

– И как туда попасть? – спросил Шрам.

– Хороший вопрос.

Мы тщательно проверили всю стену. Никаких замков, щелей, рычагов или скрытых петель. Ломать стену не хотелось, да и просто было любопытно понять, как она открывается на самом деле.

Я снова посмотрел на экран анализатора и переключил на режим поиска связанных контуров. Если есть дверь, должен быть способ её открыть. Даже самый изощрённый тайник обычно имеет механизм доступа. Белозёров ведь как-то туда попадал.

Прибор сначала ничего не показывал. Потом на схеме возникла тонкая линия, уходящая вниз и в сторону.

– Интересно…

– Что там? – спросил Шрам.

– Кажется, открывать его нужно не здесь, – ответил я.

Мы пошли вслед за линией. Она повела через коридор, вниз по лестнице, затем в библиотеку на первом этаже. Эту комнату проверяли уже несколько раз, но теперь анализатор, получив новые данные, показывал слабое искажение возле книжного шкафа.

Я подошёл ближе.

Обычные полки и книги. Ничего странного. Но вот бронзовая накладка на торце одной из полок выглядела чуть новее остальных.

Я провёл над ней анализатором, и экран мигнул.

– Попался, – сказал я и нажал на бронзовую накладку.

Она мягко утонула в полке, и сначала ничего не произошло. Потом где-то в стене тихо щёлкнуло. Один из гвардейцев вызвал по рации группу на втором этаже. Через несколько секунд раздался голос:

– Ваше сиятельство, стена открылась! Здесь лестница вниз.

– Не входить. Ждите меня, – ответил я.

Мы быстро поднялись обратно.

Часть стены действительно отъехала в сторону, открывая узкую щель. За ней виднелась каменная стенка и вбитые в неё скобы, по которым можно было спуститься. Очень узкий лаз, но один человек пролезть сможет.

Я убедился, что нет никаких опасных чар, и заглянул внутрь. Запах снизу шёл довольно обычный: сырость и холодный камень. Вроде ничего подозрительного, но лезть туда самому или отправлять своих людей я всё же не рискнул.

– Благодарю всех за работу. Мы нашли, что искали. А теперь – разойтись. Отдохните и возвращайтесь к обычным задачам, – произнёс я.

– Дальше вы сами? – уточнил Шрам.

– Да, – кивнул я.

Видно было, что гвардейцам любопытно узнать, что же именно мы нашли, но ослушаться приказа они не посмели, и разошлись.

Ну а я вызвал Шёпота:

«Дружище, будь добра, посмотри, что там внизу. Ничего не ломать. Если будет что-то опасное – сразу назад».

«Посмотрим, что от нас прятали!» – в этот раз дух даже не стал со мной спорить.

Он радостно скользнул вниз и исчез.

Прошла минута. Вторая. Третья.

Я уже начал немного беспокоиться, когда меня будто кто-то ударил под дых.

«Хозяин! Я вернулся!» – радостно воскликнул Шёпот.

«Да, я это ощутил в полной мере… Что интересного увидел?» – спросил я, потирая живот.

«Там тако-ое… Тебе понравится!»

Глава 18

Российская империя, город Санкт-Петербург

«Давай без интриги. Что ты там видел?» – спросил я.

«Внизу большая комната! Столы, колбы, ещё какие-то штуки… И ещё этот мерзкий знак на стене. Клыкастая черепушка с цветком», – ответил Шёпот.

Не приходилось сомневаться, что это знак Чёрной касты – змеиный череп и роза. Похоже, наши усилия всё-таки оказались вознаграждены.

«Опасность есть?» – уточнил я.

«Там какая-то хитрая магия перед входом. Я её не трогал! Видишь, какой я молодец?» – похвалился дух.

«Вижу. Будет тебе вкусняшка».

«Две!»

«Посмотрим», – усмехнулся я, включил фонарик и принялся спускаться.

Лаз был ещё теснее, чем казался. Спускаться было неудобно, а некоторые скобы неприятно поскрипывали, когда я ставил на них ногу.

Через несколько метров скобы закончились, и я оказался на маленькой площадке. От неё вниз уходила узкая лестница, высеченная прямо в камне. На полу лежал толстый слой пыли, будто никто не спускался сюда годами.

Хотя, судя по тому, что лаборатория сохранилась, кто-то всё-таки здесь бывал.

Я спустился ещё ниже и вскоре увидел дверь. Точнее, каменную плиту без ручки и замка. На первый взгляд – обычная глухая стена. Но магия вокруг неё ощущалась даже без анализатора.

Шёпот не обманул. Заклинание, блокирующее проход, оказалось весьма хитрым. Оно не должно было убить нарушителя, зато отдельные структуры указывали на то, что если открыть дверь неправильно, вся лаборатория внутри будет уничтожена. В лучших традициях Чёрной касты.

– Ну что, посмотрим, что ты собой представляешь, – пробормотал я.

Пришлось повозиться, чтобы сломать это заклинание и не разрушить всё, что скрывалось за дверью. Сначала я нашёл ложный узел, который прямо напрашивался на удар. Затем второй, уже чуть глубже. Потом обнаружил настоящую основу заклинания – тонкую связку между печатью на двери и сетью вторичных печатей внутри помещения.

Я призвал Пустоту и принялся аккуратно разбирать контур, одну за другой обращая нити заклинания в ничто и при необходимости изолируя их друг от друга. Здесь снова пригодился недавно полученный навык – я уничтожал только некоторые виды энергии, что позволяло обезвреживать заклятие, не заставляя его сработать.

Наконец последний узел поддался, и каменная плита дрогнула. Где-то внутри щёлкнул механизм, и дверь медленно ушла в сторону.

Я вошёл внутрь и огляделся. Да, мой питомец оказался прав – это действительно была лаборатория.

Большое помещение с низким потолком, несколькими рабочими столами, стеллажами и алхимической установкой у дальней стены. В стеклянных сосудах темнели остатки жидкостей. На полках стояли банки с порошками, высушенными травами и прочими ингредиентами.

В углу находилась вытяжная система, соединённая с узкой шахтой. На другом столе лежали инструменты: серебряные ножи, щипцы, пинцеты, мерные ложки, тонкие иглы, несколько артефактных горелок.

И на стене, прямо напротив входа, был нарисован символ Чёрной касты.

Я прошёлся вдоль столов, ничего не трогая. На нескольких флаконах сохранились подписи, но они представляли из себя шифры, разгадать которые с ходу было невозможно.

Впрочем, один из эликсиров я опознал благодаря цвету и характерному магическому фону. Это была ранняя формула «Авангарда», которую создали на основе моего «Бойца».

О, а вот и флакон из-под «Бойца»… Теперь понятно, где именно каста проводила свои эксперименты. Прямо под домом графа Белозёрова.

Прекрасно. Я уже знаю, кто будет в восторге от такой информации.

Я достал телефон и набрал номер Валерия. Журналист ответил почти сразу:

– Добрый день, Юрий Дмитриевич! Давно вас не слышал.

– И правда, давно. Как у вас дела, Валерий? Как звучит «Голос правды»? – спросил я.

Он принялся рассказывать, как успешно идёт работа, а я внимательно слушал, параллельно осматривая склянки Чёрной касты.

Вложив деньги в СМИ Валерия, я потом почти не интересовался его судьбой. Рассчитывать на прибыль особо не приходилось, это проект для других задач. А учитывая, что «Голос» взяла под крыло Служба, мне не было необходимости держать руку на пульсе.

– Рад, что дела у вас идут хорошо. Хотите сенсацию? – вклинился я между репликами журналиста.

– Спрашиваете! – тут же воодушевился он.

– Тогда приезжайте ко мне в особняк. И возьмите с собой фотографа. Я здесь нашёл кое-что очень интересное.

«Эй, вообще-то я нашёл!» – возмутился у меня в голове Шёпот.

– Что именно вы нашли? – поинтересовался Валерий.

– Тайную лабораторию Чёрной касты.

– Я… э-э… Поправьте, если ошибаюсь, ваше сиятельство… Ваш особняк ведь раньше неформально принадлежал графу Белозёрову? – голос журналиста дрожал от волнения.

– Именно, – улыбнулся я.

– Выезжаю немедленно!

– Жду, – ответил я и сбросил звонок.

Коновалов примчался уже минут через пятнадцать. С ним прибыл фотограф, который казался человеком ушлым, потому что его взгляд постоянно бегал туда-сюда. Профдеформация, полагаю. Фоторепортёр постоянно в поисках хорошего кадра.

– Только ничего не трогать, – предупредил я, пока мы поднимались на второй этаж.

– Разумеется, – кивнул Валерий.

Мы по очереди спустились по тайной лестнице. Когда журналисты увидели лабораторию, они на несколько секунд потеряли дар речи. Потом на лице Валерия расцвела широкая улыбка.

– Попался, – процедил он.

– Белозёров? – уточнил я.

– Конечно! В этот раз он не сможет отобрать у меня компромат… Да и тех ублюдков, что избили меня в тот раз, больше нет в живых благодаря вам.

– Ну, я тут ни при чём, они сами сунулись к моим людям, – пожал плечами я.

– Ваня, снимай! Сделай общий план, отдельно знак на стене и все детали – оборудование, флаконы…

– Ага, – флегматично кивнул фотограф и принялся щёлкать камерой.

Сам Коновалов тем временем достал телефон, поставил его на штатив и принялся снимать себя на фоне лаборатории.

– Мы находимся в тайном подземелье особняка, который раньше принадлежал покойному барону Карташову. Но тайным владельцем всегда являлся сюзерен покойного барона, граф Белозёров! Кстати, скоропостижная смерть Карташова вряд ли случилась сама по себе, но об этом в другой раз. Итак, что же прятал граф Белозёров под своим особняком⁈ – выпалил Валерий в камеру.

Я отошёл к двери, чтобы не попасть под объективы, и спокойно ждал, пока журналисты закончат свою работу.

– Юрий Дмитриевич, вы позволите записать видео наверху? Показать вход в лабораторию, – спросил Валерий, подойдя ко мне.

– Конечно. А что там насчёт Карташова, вы что-то знаете?

– Ну… я не могу вдаваться в подробности, – скривился журналист.

– Информация от наших общих друзей? – уточнил я.

Он молча кивнул. Понятно. Значит, СБИ серьёзно взялась за «Голос правды» и снабжает Валерия компроматом на дворян. Видимо, они убедились, что Карташов умер далеко не по естественным причинам.

– Это мощнейший компромат на Белозёрова. Если это опубликовать, графу конец! – тем временем потирал руки Коновалов.

– Возможно.

– Возможно? Да его разорвут!

– Не уверен. В любом случае, я попрошу вас пока ничего не публиковать. Ещё рано, – я посмотрел Валерию в глаза.

Он открыл рот, чтобы выдать очередной аргумент, но тут же закрыл его и хитро улыбнулся. Уж он-то как никто иной знал, что я коплю для Белозёрова такую информационную бомбу, что от взрыва он вряд ли оправится.

Надо только убедиться, что мощи хватит, и выбрать подходящий момент.

Когда журналисты закончили съёмку, я велел гвардейцам их проводить, а сам тут же позвонил Воронцову. Коротко объяснил ситуацию и получил такой же короткий ответ, что группа оперативников скоро прибудет.

Во главе прибывшей группы оказалась Екатерина. Я искренне улыбнулся, увидев её – всё-таки мы друг друга уже не раз выручали. К тому же она была мне весьма симпатична как женщина. И по её глазам я видел, что симпатия взаимна.

Увы, нашим отношениям не суждено было стать ближе. Мы с Екатериной живём в разных мирах, что не мешает нам радоваться при виде друг друга.

– Здравствуйте, ваше сиятельство. Вы даже в собственном доме можете найти что-то такое, что заинтересует Службу, – коротко рассмеялась Катя, входя в холл.

– Может, это просто был изощрённый повод пригласить вас на ужин?

– О, правда? Надеюсь, вы не против, что я приехала с друзьями? – Екатерина кивнула на тройку молчаливых оперативников.

– Вовсе нет. Гвардейцы проводят ваших друзей в то интересное место, а мы с вами можем пока немного перекусить, – улыбнулся я.

– От такого предложения сложно отказаться.

– Тогда идёмте, – я помог ей снять пальто и жестом пригласил в столовую.

Екатерина не стала отказываться. Ужин и правда был готов, поэтому полчаса мы уделили ему и небольшой светской беседе. Но затем Катя вновь нацепила маску холодного агента СБИ и попросила отвести её в подземелье.

А там оперативники уже развернули работу. Всё сфотографировали следом за журналистами, собирали вещественные доказательства, искали отпечатки пальцев и магические следы с помощью специальных артефактов.

– Что скажете? – спросил я у Кати, когда она всё осмотрела лично и поговорила со своими.

– Это очень важная находка, граф. Честно говоря, я не думаю, что нам удастся найти какие-то серьёзные зацепки, но в случае с кастой любая мелочь пойдёт на пользу. Они слишком хорошо скрываются, – ответила она.

– Рад, что смог помочь. А что насчёт того, что всё это находилось в доме графа Белозёрова?

– Если его связь с этой лабораторией удастся доказать, ему грозит не просто суд. За сотрудничество с Чёрной кастой наказание будет очень серьёзным. Вплоть до конфискации имущества и лишения титула.

– Прекрасно звучит, – усмехнулся я.

– Не спешите радоваться, Юрий Дмитриевич. Доказать что-либо будет сложно. Белозёров просто скажет, что не знал об этом месте. Дом старый, вход сюда был хорошо замаскирован, а предыдущие владельцы непонятно чем занимались. К тому же род Ольшанских угас, а на мертвецов легко спихнуть что угодно, – ответила Екатерина.

– Неужели Служба не сможет добиться правды от графа?

– Сможет. Когда придёт время, – чуть улыбнулась Катя.

Что ж, пусть Белозёров попробует сказать, что ничего не знал. Пусть объяснит, почему под его домом находилась лаборатория Чёрной касты. Учитывая, сколько у меня всего уже собрано на Тимура Евгеньевича, ему придётся ответить на очень, очень много вопросов.

Поглядим, сможет ли он выкрутиться.

Австрия, город Вена

Полчаса назад Клаус Вебер получил информацию от человека, внедрённого в агентство Мюллера. Теперь он сидел в своём кабинете в управлении Австрийского Управления Госбезопасности и Разведки, и думал.

Сведения оказались довольно интересные. Лоренцо сообщал, что Серебровы готовят перевозку некоего тайного груза из Рима в Париж. Не через портал, а машиной. Якобы они перевозят готовые эликсиры, которые нельзя пропускать через портальную сеть без риска порчи.

Машина должна была выйти через два дня, маршрут указан приблизительно, но достаточно точно, чтобы понять, какими именно дорогами повезут груз. Сопровождение, по информации агента, будет слабым – два-три охранника плюс вооружённый водитель.

На первый взгляд – прекрасная возможность.

Именно поэтому Веберу она не нравилась. Он взял чашку и сделал маленький глоток. Кофе уже остыл, но это не имело значения.

– Слишком гладко, – тихо сказал он самому себе, потому что в кабинете больше никого не было.

Лоренцо работал неплохо. По крайней мере, до сих пор. Внедрился и время от времени присылал короткие отчёты. Как работает контора Мюллера, сколько в ней человек, какие задачи выполняют…

Клеменс, ублюдок, развернул весьма обширную деятельность. Официально он занимался частным сыском, сбором информации и контрразведкой для дворянских родов. В Италии уже начали ходить слухи о крутом специалисте из Германии, чьи ребята способны найти что и кого угодно.

Но это всё лирика. Первое серьёзное донесение – вот оно. И почему-то Клаусу оно казалось подозрительным. Лоренцо хоть и профи, но Мюллер тоже не дурак. Он мало того что боевой маг и призыватель, так ещё и ветеран немецкой разведки. Когда-то служил короне, а это значит – имел высочайшую подготовку.

Не исключено, что Лоренцо проверяли и могли подкинуть ему дезинформацию. Например, вот такую чудесную историю про тайные эликсиры, которые повезут машиной через половину Европы.

С другой стороны, груз мог быть настоящим.

Эликсиры – товар особый. Некоторые из них действительно нельзя было доставлять порталами. Так что полностью отбрасывать информацию нельзя.

Вебер залпом допил холодный кофе и задумчиво постучал ногтем по краю чашки.

Если груз настоящий, его нужно проверить. Если ловушка – пусть в неё попадёт кто-то другой. Нужны люди, которых не жалко. Желательно такие, которые сами будут думать, что нашли лёгкую добычу.

Клаус вышел из здания. Никто не спросил, куда он отправился – Вебер был одним из тех агентов, кто волен действовать по своему усмотрению. Отчитываться приходилось только перед высшим начальством.

Он сел в машину и поехал, по пути достав из бардачка запасной телефон.

Через час Вебер встретился в баре на окраине Вены с человеком по имени Янис. Это был один из информаторов Клауса, криминальный посредник родом из Латвии.

Янис сел рядом, не взглянув на Клауса, и заказал себе выпить.

– Есть работа, – негромко сказал Вебер, когда бармен поставил перед латышом стакан и ушёл к другому клиенту.

– Угу, – промычал в ответ посредник. Мол, продолжай.

– Ничего сложного. Нужно, чтобы до правильных людей дошёл слух об интересном дельце. Из Рима в Париж поедет машина с ценным грузом и слабой охраной. Надо её ограбить.

– Что за груз? – пригубив свой виски, спросил Янис.

– Магические эликсиры.

– Кто хозяин?

– Тебе не плевать? – Клаус покосился на него.

– Ну, я ведь должен что-то сказать людям.

– Скажи, что хозяева какие-то мелкие дворяне, которые не будут мстить.

– А если они спросят, откуда сведения? – продолжал допытываться посредник.

– Скажешь, что один человек проигрался в карты и продал наводку. Или что водитель болтался в борделе и слишком много выпил. Придумай что-нибудь.

– Понял. Сделаю. Тогда жду подробности и всё остальное.

– Всё здесь, – Вебер сунул в карман куртки Яниса конверт, где лежали наличные и подробности о задании.

– Угу, – промычал посредник, залпом допил виски и вышел из бара.

На следующий день Янис доложил, что одна небольшая банда, которая как раз занималась грабежом на трассах, получила слушок о богатой добыче. По их версии, в машине должны были везти редкие лекарства.

В день перевозки Вебер как раз получил выходной и следил за ходом операции из дома – через зашифрованные телефон и ноутбук. Информацию ему в прямом эфире передавали сам Янис и ещё один информатор.

Машина вышла из Рима. Веберу доложили, что это был серый фургон, за которым ехала легковушка, но на такой дистанции, что её можно было принять за случайную.

Бандиты выбрали участок дороги за городом, где поток машин редел, а рядом имелся старый съезд к заброшенному складу. План у них был простой: подрезать фургон, вынудить остановиться, вытащить водителя, забрать машину и уйти на заранее подготовленную площадку.

Обычная грубая работа.

Клаус расслабленно попивал коктейль из апельсинового сока с мятным шнапсом и ждал отчёта. Сообщение пришло через сорок минут после предполагаемого нападения.

«Всех взяли».

Вебер прочитал и даже не удивился.

Через несколько минут пришли подробности. Бандиты успели заблокировать фургон, но двери открылись раньше, чем они выскочили из своих машин. Внутри оказались вооружённые люди. Легковая машина сзади тоже была не случайной.

Троих горе-грабителей положили лицом в асфальт сразу. Один попытался достать пистолет, получил заклинанием и был убит. После чего охранники вызвали полицию, передали им бандитов, а затем спокойно отправились дальше.

Вебер медленно допил свой коктейль и посмотрел на идущий за окном снег.

Итак, люди Сереброва были готовы. Какие из этого можно сделать выводы?

Либо груз действительно существовал, и его охраняли гораздо лучше, чем думал Лоренцо. Тогда бандиты просто нарвались на хорошую защиту. Такое бывает.

Либо груза не было, а вся перевозка изначально являлась ловушкой. Мюллер хотел проверить, всплывёт ли информация.

Третий вариант: груз был, но сведения о слабой охране специально подбросили, чтобы выявить канал утечки.

Самым неприятным было то, что все три варианта оставались возможными.

И главный вопрос: значило ли это, что Лоренцо вычислили?

Если да, то Мюллер просто передал через него ложные сведения и теперь ждёт, кто на них отреагирует. В этом случае Лоренцо уже бесполезен. Хуже того – опасен. Любое следующее донесение может быть наживкой.

Но если нет, тогда источник всё ещё ценен.

Вебер не любил неизвестность. Но умел с ней работать.

Значит, шпионские игры продолжались. И теперь партия становилась куда интереснее.

Клаус улыбнулся и пробормотал себе под нос:

– Что ж, посмотрим, насколько ты хорош, Мюллер…

Российская империя, город Новосибирск

В Новосибирск я вернулся с искренним облегчением.

За последние время я слишком много путешествовал – Германия, Франция, Петербург, снова Франция… А сколько всего произошло за это время!

В Новосибирске тоже хватало интересного, но здесь хотя бы мой родной дом и моя семья. Да, за время жизни в этом мире усадьба Серебровых стала для меня по-настоящему родной, несмотря на то, что раньше она принадлежала Мессингам.

Вернувшись домой, пару дней я честно старался не заниматься делами. Ну, почти.

Утром завтракал с семьёй, днём разбирал самые срочные документы, вечером снова возвращался к своим. Мы болтали, смеялись, один вечер провели за настольной игрой – не помню, когда я в последний раз развлекался подобным образом. А ещё я немало времени проводил с младшим братом. Маленький Алексей уже научился осознанно улыбаться и всегда был рад меня видеть.

На третий день в Новосибирске мне позвонил герцог фон Монд.

Я как раз сидел в кабинете и просматривал отчёт Альберта по будущему производству, поэтому звонок оказался очень кстати.

– Юрий Дмитриевич, добрый день! Не отвлекаю? – спросил Конрад.

– Добрый день, герцог. Как раз изучаю детали по будущему заводу в Петербурге. Рад вас слышать.

– Взаимно. Хочу сказать, что мои специалисты закончили проверку объекта. Должен сказать, результат даже лучше, чем я ожидал! Место весьма удачное и подходит под все наши требования.

– Прекрасно. Я не сомневался.

– Я готов заключить основной контракт. Если с вашей стороны возражений нет, мои юристы подготовят окончательный документ, а техническая группа сможет приступить к проектированию ремонта уже на следующей неделе, – произнёс герцог.

Я откинулся на спинку кресла и улыбнулся. Вот это я понимаю, хорошие новости.

– С моей стороны возражений нет. Направляйте документы. Мои юристы всё посмотрят, – пообещал я.

– Отлично. Тогда буду считать, что мы договорились, – с улыбкой в голосе ответил фон Монд.

Мы обменялись ещё несколькими вежливыми фразами и завершили разговор.

Я сразу же позвонил Альберту и передал новости от герцога, а также отдал необходимые поручения:

– Нужно заранее найти инженеров, строительные бригады, поставщиков материалов и людей, которые смогут заняться артефактным обеспечением.

– Разумеется. Я уже подготовил предварительный список подрядчиков, – ответил Альберт.

– Даже не сомневался. Также стоит заранее согласовать охрану объекта. Свяжись с командиром моего петербургского полка, он предоставит людей, согласует схему допуска на объект и всё прочее.

– Понял, ваше сиятельство. Всё будет сделано в лучшем виде.

Обсудив оставшиеся детали, мы попрощались. Я положил телефон на стол и подошёл к окну. Сегодня было довольно тепло, и Татьяна с Дмитрием гуляли по саду, толкая перед собой коляску с Алексеем. Я улыбнулся, глядя на них.

Производство фон Монда могло стать для нас серьёзным шагом вперёд. Деньги, рабочие места, укрепление связей с европейской аристократией, новые технологии. Всё это было нужно роду. Особенно сейчас, когда врагов у нас становилось всё больше.

После семейного обеда я решил съездить в клинику на старых землях рода.

Формально причин для срочного визита не было. Дела там шли неплохо, пациенты получали помощь, лекари тоже не жаловались. Но я давно не появлялся лично, а такие места нельзя надолго оставлять без присмотра.

Старые земли Серебровых зимой выглядели тихо и немного сурово. На плантациях лежал ровным слоем снег, чёрные стволы деревьев тянулись к серому небу, вдали виднелись крыши хозяйственных построек и наша старая усадьба, где сейчас никто не жил. Волковы переехали на свои земли, а Света пока предпочитала оставаться в городской усадьбе Строговых. Хотя мы предлагали, чтобы они с Борисом заняли старый дом.

Я вышел из машины и направился к главному корпусу клиники.

В холле меня встретила дежурная сестра, поклонилась и хотела что-то сказать, но тут из бокового коридора выбежала Алиса. Вся в слезах и такая потерянная, как будто вообще не понимала, где находится.

– Алиса, что случилось? – я шагнул к ней.

Она остановилась и постаралась что-то сказать, но лишь ещё сильнее разрыдалась. Я обнял её за плечи и отвёл в пустую ординаторскую.

– Юрий Дмитриевич… простите… – всхлипывала Волкова.

– Не надо извиняться. Что произошло?

– П-пришли новости из Африки.

Я напрягся. От Ивана в последнее время ничего не приходило, я слышал только, что им удалось разбить часть армии мятежников, но это всё. Информация из Конго поступала с трудом.

– Какие новости? – спросил я.

Алиса посмотрела на меня, и в её глазах было столько страха, что в моей груди стало холодно.

– Гвардия Курбатовых пропала без вести… Они уже неделю не выходят на связь.