Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ермоленков

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

– Герр Мюллер! Я ваш должник, – я подошёл к нему и крепко пожал руку.

– Это я по-прежнему ваш должник, граф. И боюсь, одной услугой тут не обойтись. Вы вернули мне дар, а вместе с ним и волю к жизни, – Клеменс снова поклонился.

– Проходите, присаживайтесь. Хотите что-нибудь выпить?

– Нет, благодарю, – качнул головой Мюллер, осторожно садясь в кресло.

– Тогда чем могу помочь? – поинтересовался я, располагаясь напротив.

Он помолчал немного, сцепив руки в замок, а затем ответил:

– Знаете, граф, когда я узнал о случившемся и пришёл к вам на помощь, я понимал, что иду против АУГР. После такого мне не дадут спокойно жить. Формально я ничего не нарушил, но… вы знаете, как работают спецслужбы. Меня будут давить.

– Понимаю. Так чем могу помочь? Сделаю всё, что в моих силах, – искренне пообещал я.

– Я прошу вас взять меня на службу, – Клеменс взглянул мне в глаза.

Признаться, чего-то такого я и ожидал.

Что ж, Мюллер – опытный боевой маг, магистр призыва, ветеран войн. Такой человек в команде мне пригодится. Но брать его в гвардию означало бы перевезти в Россию и заставить принять российское подданство. А учитывая, что мои интересы в Европе расширяются, здесь он может быть гораздо полезнее.

– У меня есть встречное предложение, – произнёс я. – Вы остаётесь в Европе и создаёте частную компанию. Охранные услуги, военное консультирование, магическая экспертиза – всё, в чём вы сильны. Формально компания будет австрийской, вы – её единоличным владельцем. Никаких видимых связей с Россией и со мной.

– Я слушаю, – Мюллер с любопытством прищурился.

– Мы подпишем с вами закрытый документ. Согласно нему, приоритет на задания получает фирма-заказчик, принадлежащая моему роду, и её интересы ставятся выше остальных клиентов. Более того: если к вам поступит информация о том, что кто-то собирается навредить интересам моего рода, вы обязаны немедленно известить об этом меня. Но в договорах с остальными клиентами будет добавлен стандартный пункт о неразглашении коммерческой тайны, за исключением случаев, когда неразглашение нарушает закон или затрагивает интересы других заказчиков. Таким образом, юридически вы будете чисты. Никто не сможет обвинить вас в шпионаже или разглашении тайны – потому что вы действуете строго в рамках самого первого вашего контракта, – подробно объяснил я.

Клеменс минуту молча переваривал услышанное, а затем его губы растянулись в улыбке.

– Изящно. Австрийская компания, которая де-факто работает на русского графа, но де-юре остаётся полностью независимой. И ни одна проверка не подкопается.

– Именно. Документ не афишируется. О нём будем знать только вы и я. Ну, и мой юрист.

– Согласен, – Мюллер протянул мне руку.

– Буду рад сотрудничать, – улыбнулся я.

Мы обсудили ещё несколько деталей – стартовый капитал, который я выделю на открытие компании, первые задачи, которые нужно будет решить в ближайшее время, систему связи и шифрования. Мюллер внимательно слушал, изредка задавал уточняющие вопросы. Чувствовался военный опыт: никакой лишней суеты, только чёткие вопросы и короткие ответы.

Когда он ушёл, я наконец-то позволил себе расслабиться. Мне и правда стоит отдохнуть после всего произошедшего…

Италия, город Милан, ресторан «Ла Скала»

Герцог Каттанео пригласил меня на ужин в тот же ресторан, где мы подписывали контракт несколькими днями ранее. Кроме меня и Лоренцо, присутствовали его итальянские партнёры, которые явно хотели лично убедиться, что скандальный русский граф всё ещё в деле.

– Я не сомневался в вашей невиновности ни секунды! И очень рад, что правосудие восторжествовало! – заявил Каттанео, поднимая бокал.

– Благодарю, ваша светлость, – кивнул я и мысленно улыбнулся.

Конечно, герцог в первую очередь защищал свой бизнес и нашу сделку, а не меня лично. Но он всё же открыто встал на мою сторону, не испугавшись давления австрийских спецслужб и не заморозив контракт повторно, как это было в прошлый раз.

– Я ценю вашу поддержку и рад, что наше сотрудничество продолжается. Уверен, европейский рынок оценит наши эликсиры по достоинству, – добавил я.

– Уже оценил, – заметил один из партнёров, седовласый синьор в больших круглых очках.

– Правда? – уточнил я.

– После вчерашнего инцидента о вашей продукции заговорили даже те, кто раньше никогда не интересовался российскими эликсирами. Скандалы, граф, иногда работают лучше рекламы, – подмигнул мне итальянец.

Мы рассмеялись. Действительно, в мире бизнеса так часто бывает: громкий процесс привлекает внимание, а хороший продукт его удерживает.

Ужин прошёл плодотворно. Мы закрепили договорённости, обсудили логистику поставок, наметили график маркетинговых мероприятий на ближайшие месяцы. Каттанео предложил организовать серию презентаций для итальянских клиник, и я с удовольствием согласился – чем больше лекарей увидят мои эликсиры в деле, тем быстрее они разойдутся по Европе.

Когда партнёры разошлись, Лоренцо задержал меня у выхода.

– Граф, у меня есть ещё одно предложение. Не деловое, скорее – профессиональное. Вы ведь целитель, а в Милане находится одно из крупнейших отделений Гильдии целителей Италии. Я знаком с его главой, магистром Фабрицио Росси. Он слышал о вас и был бы рад познакомиться лично. Если у вас найдётся время, я мог бы организовать визит, – слегка заискивающе улыбнулся герцог.

Предложение оказалось неожиданным, но интересным. Итальянская школа целительства всегда славилась своим подходом к ментальной магии и работе с тонкими телами. Я вспомнил выступление одного итальянца на симпозиуме в Женеве, который докладывал, что в их стране достигли серьёзных успехов в лечении проклятий, воздействующих на сознание.

– Ваше предложение меня заинтересовало, – ответил я. – Завтра утром подойдёт?

– Вполне. Я договорюсь, – кивнул Каттенео.

Италия, город Милан, отделение Гильдии целителей Италии

Утром следующего дня я приехал к старинному зданию в центре Милана. Гильдия занимала целый особняк, отделанный мрамором и украшенный барельефами, изображающими сцены врачевания – от античных времён до современности.

Магистр Фабрицио Росси оказался подвижным и слегка забавным старичком – маленький, сутулый и полностью седой, но невероятно активный человек. Он встретил меня в холле и сразу, без долгих церемоний, увлёк за собой вглубь здания, на ходу расспрашивая о моих методах.

– Я читал вашу статью об ауральной хирургии, граф! Мало кто занимается этой сложнейшей техникой. А вы даже разработали свой метод?

– Верно. Мой метод позволяет восстанавливать повреждённые участки ауры напрямую, без длительного лечения эликсирами и заклинаниями.

– Потрясающе! Просто восхитительно! Знаете, мои коллеги были на недавнем симпозиуме и взяли ваши техники на вооружение… Я хочу показать вам кое-что взамен. Идёмте, идёмте! – Фабрицио хоть и выглядел так, будто вот-вот рассыплется, но я едва за ним поспевал.

Он провёл меня в лабораторию, где несколько целителей работали с пациентом, поражённым сложным ментальным проклятием. Со стороны это выглядело как обычный сеанс целительства, но я заметил тонкие отличия: итальянцы использовали многослойные плетения, которые воздействовали напрямую на мыслительные и эмоциональные центры ауры. При этом нити заклинаний свободно проникали через все внешние слои ауры, никоим образом их не тревожа.

– Какая интересная техника, – произнёс я.

– Вам нравится? Я так и знал, что вы оцените, граф! Позвольте, я поясню кое-что, – Фабрицио указал на ауру пациента. – Видите эту область? Проклятие блокирует мыслительный центр, и это искажает всю ауру. Обычные методы здесь бессильны. Но если воздействовать на мыслительный центр напрямую…

– Можно снять блок, не задевая и не повреждая остальные структуры, – закончил я за него.

– Именно! Вы схватываете на лету.

Мы провели в лаборатории несколько часов. К моему удивлению, некоторые итальянские методы можно было адаптировать под мои методы ауральной хирургии – особенно в части работы с проклятиями, ментальными и не только.

Когда я покидал Гильдию, солнце уже клонилось к закату. День оказался длинным, но невероятно полезным.

В кармане завибрировал телефон. Я взглянул на экран – номер был незнакомым, но российским.

– Слушаю, – я взял трубку.

– Граф Серебров? Меня зовут Фёдор, я секретарь князя Баума. Его светлость просит вас срочно вернуться в Петербург, – раздался взволнованный мужской голос.

– Что-то случилось?

– Трудности на Урале, о которых князь упоминал в разговоре с вами… Они оказались гораздо сложнее, чем показалось вначале. Князь просил передать, что дело серьёзное и требует вашего личного присутствия.

Глава 4

Российская империя, город Санкт-Петербург, особняк князя Баума

До Рима мы со Шрамом и моими гвардейцами добрались на машинах, а там через портал отправились в Петербург. В портальном комплексе нас встретили люди Баума и немедленно доставили к нему в особняк.

Мирон Сергеевич ждал меня в своём кабинете. Выглядел он уставшим – тени под глазами, нездоровый цвет лица. Увидев меня, князь поднялся и крепко пожал руку.

– Спасибо, что так быстро прибыли, Юрий Дмитриевич. Простите, что сорвал вас, но дело не терпит.

– Я тоже рад вас видеть. Что стряслось? – я опустился в кресло.

Баум разложил на столе карту – подробный план местности в нескольких десятках километров к северу от Екатеринбурга. Глухая тайга, пересечённая тонкой пунктирной линией – проектируемой дорогой к будущему заводу.

– Вот здесь, – князь ткнул пальцем в точку на карте, – мы начали строительство подъездного пути. Дорога через тайгу, семьдесят три километра. Без неё завод не запустить – ни оборудование не подвезти, ни людей. Месяц назад всё шло по графику. Теперь вдруг всё застопорилось.

– Кто-то нам мешает? – предположил я.

– Именно так, граф. Местные чиновники из екатеринбургского отделения Министерства природных ресурсов. Якобы экологическая экспертиза выявила нарушения. Мол, дорога угрожает популяции уральского соболя и заодно ещё какого-то редкого мха. Изыскания проводит некая комиссия, которая копается на месте стройки вторую неделю.

– Соболь и мох? – я приподнял бровь.

– Чушь полная! Мы сами проводили предварительную экспертизу за свой счёт, все нормы соблюдены. Но комиссия тянет время, не даёт добро, а техника простаивает. Каждый день задержки – это убытки, – зло произнёс Баум.

– Это всё?

– Если бы. Во-первых, комиссия проводит изыскания на месте самого будущего завода. Уверен, они что-нибудь там «найдут», – Мирон Сергеевич сделал пальцами кавычки.

– Раз кто-то решил помешать нам со стройкой – вполне вероятно, – спокойно согласился я.

– Во-вторых, я подозреваю, что действия уральцев подогревает какой-то столичный игрок. Слишком уж слаженно они работают. Я пытался решить вопрос по своим каналам, но всё упирается в бюрократию. Местные чиновники с сегодняшнего дня официально заморозили стройку, до получения повторного заключения.

– И сколько это может занять?

– По регламенту – несколько месяцев. Столько мы ждать не можем. Европейские контракты подписаны, производство должно начаться по графику. Если завод не запустится вовремя… Вы понимаете, – вздохнул Баум.

Я молча кивнул. Запуск уральского завода был ключевым элементом нашей стратегии. Именно там планировалось производить эликсиры для европейского рынка. Если стройка встанет надолго, вся цепочка посыплется.

– Я вылечу на Урал лично и разберусь на месте, – пообещал я.

– Буду очень благодарен, Юрий Дмитриевич! У меня сейчас столько дел в Петербурге… Открытие поставок в Европу требует моего постоянного присутствия. Я предоставлю вам частный самолёт, доберётесь до Екатеринбурга быстрее. Портал туда активируют только вечером, а нам нужно поспешить.

– Отлично. Мне нужно ещё что-нибудь знать? – спросил я.

– Я распоряжусь, чтобы в Екатеринбурге вас встретил мой помощник, Григорий Пахомов. Он в курсе всех деталей и покажет всё на месте. И вот, – князь достал из ящика стола папку с документами, – здесь все материалы по стройке, экспертизы, разрешения. И краткая справка по каждому из членов комиссии, которую я успел подготовить. Возможно, пригодится.

– Вы уже кого-то подозреваете? – спросил я, взяв папку.

– Ваш дорогой граф Белозёров может в этом участвовать. Но у меня тоже есть враги, поэтому пока не решаюсь предположить, – развёл руками Мирон Сергеевич.

– Не переживайте, ваша светлость. Я не меньше вас заинтересован в том, чтобы завод был построен. Поэтому со всем разберусь, – пообещал я.

– Ни капли в этом не сомневаюсь, граф! Если кто и способен быстро решить проблему, так это вы…

Российская империя, город Санкт-Петербург, особняк графа Белозёрова

Тимур Евгеньевич стоял у окна своего кабинета, глядя на залитый вечерними огнями Невский проспект и небрежно держа возле уха мобильный телефон.

– Всё прошло как надо, ваше сиятельство. Комиссия продлила изыскания. Стройка официально заморожена на неопределённый срок. Местные чиновники получили наши рекомендации и действуют строго по инструкции, – докладывал собеседник.

– Хорошо. Деньги переведу завтра утром, – сухо ответил Белозёров.

– Благодарю, ваше сиятельство.

Тимур Евгеньевич сбросил звонок. Он сфокусировал взгляд на своём полупрозрачном отражении в оконном стекле и увидел слишком напряжённого, слишком усталого человека, который давно перестал получать удовольствие от собственных интриг.

Борьба с Серебровым обходилась слишком дорого.

Белозёров мысленно перебрал последние расходы. Аферы с поддельным оборудованием для клиники и некачественной тарой стоили дорого. Перекупить поставщиков и барона Краснова тоже влетело в копеечку. Подкуп чиновников в екатеринбургском отделении – ещё одна кругленькая сумма. Организация «экологической комиссии» – ещё одна. И это далеко не всё.

На борьбу с Серебров ушло уже целое состояние. Стоило ли оно того?

Этот вопрос всплывал в голове графа всё чаще. Но отступать уже поздно.

Слишком многое поставлено на карту. Слишком много ресурсов уже вложено в эту войну. Сдать назад, признав поражение, не позволяла гордость. Старинный графский род Белозёровых не может проиграть какому-то сибирскому выскочке.

Тимур Евгеньевич отошёл от окна и сел за стол. Ещё немного – и критическая масса компромата будет накоплена. Тогда он ударит. Один раз, но так, чтобы Серебров уже не поднялся.

Белозёров потянулся к графину с водой. Наполнил стакан, залпом выпил и снова уставился в окно.

Скоро. Уже скоро всё кончится.

Российская империя, город Екатеринбург, аэропорт Кольцово

Частный самолёт князя Баума приземлился в Екатеринбурге ранним утром. Едва трап коснулся земли, как к борту подкатил чёрный внедорожник в сопровождении двух машин охраны. Навстречу вышел человек в дорогом пальто и со стильной, но скучной причёской – типичный управленец средней руки, который пытается показаться богаче, чем он есть.

Он подошёл ко мне и коротко поклонился.

– Ваше сиятельство, рад знакомству. Григорий Пахомов, управляющий уральским проектом. Хорошо, что вы приехали. Ситуация сложная, но не безвыходная.

– Здравствуйте, Григорий. Подробности обсудим по дороге, – ответил я.

– Желаете отправиться немедленно?

– Да, – кивнул я, уже направляясь к машине.

Кортеж двинулся через город, а Пахомов, достав планшет, начал вводить меня в курс дела.

– Комиссия по экологии – это полбеды. Они просто тянут время. Хуже другое: вчера вечером имперские геологи выдали заключение, которое может поставить крест на всём проекте.

– Что за заключение?

– На месте стройки якобы обнаружены залежи теневых рубинов. Редкий минерал, используется в артефакторике для накопителей маны высшего класса. Пара грамм этого рубина стоит дороже, чем машина, на которой мы едем. Если наличие залежей подтвердят, строительство будет невозможно без колоссальных отчислений в казну. По нашим подсчётам, сумма отчислений превысит стоимость всего завода раза в четыре, – объяснил Григорий.

– Залежи действительно есть? – спросил я.

– Как знать. Это же Урал, здесь много полезных ископаемых, в том числе драгоценных и магических камней. Однако сами понимаете, такое совпадение подозрительно.

– Ещё бы. Геологи, вы сказали, служат короне?

– Да. Но тем проще их подкупить, жалование у них довольно посредственное, – ответил Пахомов.

Я откинулся на спинку сиденья и задумался. Пожалуй, Григорий прав. Подкупить простых работяг – плёвое дело. Но и оспорить фальшивую экспертизу тоже. Вероятно, там всё несколько сложнее, и неизвестный противник делает лишь первые ходы.

– Вы подключили юристов? – спросил я.

– Уже связался с вашим господином Некрасовым. Он сказал, что вышлет лучших специалистов своего отдела. Князь Баум тоже подключил своих юристов.

– Хорошо. Тогда скоро мы со всем разберёмся…

Вскоре мы прибыли на место. Вместо нормальной дороги к месту стройки вела лишь узкая просека посреди тайги. Там, где должен расположиться завод, земля уже была расчищена и выкопан котлован. На краю большой площадки располагались вагончики для рабочих и стояла без дела техника – тракторы, экскаваторы, бетономешалки.

Недалеко от вагончиков я заметил несколько человек в костюмах. Видимо, та самая комиссия. При виде нашего кортежа они засуетились.

– Где именно якобы нашли рубины? – спросил я, выйдя из автомобиля.

– Вон там. Прямо под будущим фундаментом основного цеха, – указал Пахомов на уже вырытый котлован, окружённый колышками с яркими флажками.

Я направился к указанному месту. У колышков стояли трое геологов в форменных жилетах с нашивками Имперского горного управления. При моём приближении они напряглись.

– Граф Серебров, – представился я.

– Здравствуйте, ваше сиятельство…

– Кто старший?

– Я. Старший геолог Рогов, ваше сиятельство, – отозвался один из мужчин.

– Покажите мне заключение, будьте добры, – я протянул руку.

Рогов вручил мне свой рабочий планшет с открытым документом. Я пробежался глазами по тексту. «В результате изысканий обнаружены залежи теневого рубина ориентировочным объёмом…» Дальше шли цифры и графики, составленные так, чтобы впечатлить любого чиновника.

Ориентировочная стоимость камней, оценка сложности их извлечения, расчёт отчислений в казну.

– Вы лично брали пробы? – спросил я, возвращая планшет.

– Лично, – Рогов выдержал мой взгляд, хотя явно с трудом.

– И где эти пробы сейчас?

– Отправлены в лабораторию в Екатеринбург.

– Хорошо. Ваше заключение будет оспорено, и мы проведём повторную независимую экспертизу. Мои юристы уже работают над этим.

– Да как скажете, ваше сиятельство, я ни на чём не настаиваю… Моё дело маленькое…

– Просто чтобы вы были в курсе. А теперь прошу вас покинуть объект. Это частная собственность, – велел я.

Геологи не посмели ослушаться и направились к своей машине.

К вечеру ситуация начала проясняться. Специалисты Некрасова сработали оперативно. Наш юридический отдел, который когда-то состоял из него одного, теперь насчитывал двенадцать человек и был способен отразить большинство бюрократических атак, которыми частенько баловались недруги рода Серебровых.

Они подали прошение об аннулировании заключения на основании нарушения процедуры отбора проб. Геологи не привлекли независимых наблюдателей, что обязательно в случаях, когда цена обнаруженных ресурсов превышает определённый порог. Кроме того, они затребовали повторную экспертизу с участием специалистов из Санкт-Петербурга.

Связи князя Баума в Горном управлении тоже сделали своё дело. Заключение Рогова оказалось заморожено до проведения независимой экспертизы, а завтра утром из Петербурга должна была прилететь независимая комиссия.

Я решил остаться на стройке на ночь. Для меня и моих людей нашлись свободные места в гвардейских вагончиках. Начальник местной охраны переживал, что графу придётся спать в одной комнате с простыми солдатами, но я его успокоил. На войне бывало и похуже.

Да и вообще, я люблю комфорт, но если дело касается чего-то важного – готов к спартанским условиям.

Когда окончательно стемнело и луна скрылась за облаками, я вышел из вагончика и направился к дальнему краю площадки. Дежурным гвардейцам доложил, что хочу немного прогуляться и заодно осмотреть объект.

Странно, конечно, осматривать его среди ночи, но возражать мне никто не стал.

«Шёпот», – позвал я мысленно.

«Да, хозяин?» – мгновенно отозвался дух. Он уже много дней томился без дела и явно обрадовался, что наконец-то нужен.

«Слетай под землю и проверь, есть ли там залежи магических кристаллов. И если да – сколько их там и как они расположены».

«Под землю? Хозяин, я тебе не крот какой-нибудь. Там темно и тесно. Мне придётся перемещаться между камнями, корнями и всяким мусором!»

«Я знаю. Но это важно. Потерпи немного и получишь большую вкусняшку. Ты же видел, что я теперь могу создавать более сильные заклинания?» – улыбнулся я.

«Видел, видел… Ладно, сделаю», – проворчал дух, однако мне показалось, что он облизнулся.

Шёпот вылетел из моей души и нырнул в землю под ногами.

Судя по моим ощущениям, ему действительно пришлось непросто. Почва не воздух, даже духу Пустоты сложнее в ней перемещаться. В голове звучало приглушённое ворчание моего питомца, однако я чувствовал, что он проникает всё глубже вниз.

«Здесь что-то есть», – вдруг сообщил Шёпот.

«Что именно?»

«Похоже на то, что ты описывал. Маленькие камешки, магические… Но их мало. Неподалёку чувствую ещё… Знаешь, хозяин, их как будто специально сюда поместили».

«Почему ты так думаешь?» – уточнил я.

«Потому что они лежат будто бы кучками. В разных местах, маленькими порциями. Так же не бывает в природе, верно?»

«Верно», – кивнул я.

Значит, теневые рубины каким-то образом намеренно сунули в землю. Не знаю, как именно они провернули этот трюк, но варианты есть. Самое очевидное – наши противники могли привлечь геоманта. Он пробрался на стройку, поместил рубины в почву с помощью магии, а уже затем прибыли геологи и нашли именно то, что должны были найти.

«Спасибо, Шёпот. Это именно то, что я хотел узнать», – мысленно произнёс я.

«Мне можно вернуться? Тут темно», – пожаловался дух.

«Выбирайся», – ответил я и создал целительское заклинание, чтобы порадовать друга.

Вернувшись, Шёпот с удовольствием поглотил мою магию. А я стоял и смотрел на тёмную стену тайги перед собой. В голове уже зрел план.

Осталось понять, кто стоит за этой подставой, собрать доказательства и нанести ответный удар.

Российская империя, пригород Екатеринбурга, особняк графа Юрасова

Граф Андрей Андреевич Юрасов сидел на террасе в плетёном кресле и смотрел на огонь в костровой чаше. В ней плясало гипнотизирующие пламя. Вокруг царила тишина.

Юрасов любил посидеть вот так и в одиночестве полюбоваться огнём. Как жаль, что ему не часто удавалось это сделать. Семья, дела, обязанности…

Иногда граф думал, что готов бросить всё, купить себе маленький домик где-нибудь у реки и заниматься лишь двумя вещами в жизни: ловить рыбу и сидеть вот так у огня тихими ночами. Ему казалось, что тогда он был бы счастлив.

Андрей Андреевич вздохнул и повернулся к силуэту, который тихо приближался к нему со стороны дома. Это был дворецкий. Он остановился за десять шагов, на границе света, который отбрасывал костёр, и поклонился.

– Ваше сиятельство, новости со стройки.

Юрасов вяло взмахнул рукой, мол, говори.

– Сегодня утром туда прибыл граф Серебров. Он уже оспорил заключение геологов и продавил через юристов решение о заморозке нашего заключения. Завтра из столицы вылетает независимая комиссия.

– Следовало ожидать, – хмыкнул Андрей, не отрывая взгляда от огня.

– Будут ли какие-то приказы?

– Телефон, – Юрасов протянул руку.

Дворецкий вытащил из кармана личный телефон графа. Когда тот уходил посидеть возле огня, то оставлял телефон доверенному слуге, чтобы его не беспокоили. Хотя бы час-другой спокойствия можно ведь себе позволить?

Иногда Юрасову казалось, что нет. Нельзя.

За внешним спокойствием в груди Андрея клокотала злость, постепенно набирая обороты. Екатеринбург – его родная земля, его предки жили и правили здесь многие поколения. А теперь приезжие дворяне – один столичный, другой откуда-то из сибирской глуши – решили построить завод рядом с его землями.

Да ещё и в такой близости от аномалии…

Грёбаная аномалия. С одной стороны – источник колоссальных доходов. С другой – бомба замедленного действия. Если кто-то узнает о ней, Юрасов лишится не только дохода, но и титула. А то и головы.

Граф жестом отпустил дворецкого и, дождавшись, когда тот отойдёт подальше, включил телефон. Активировал приложение для шифрования звонков, разработанное его службой безопасности, и набрал номер своего сюзерена.

– Слушаю, Андрей, – ответил князь Аристов.

– Ваша светлость, возникли затруднения. Серебров прибыл в Екатеринбург. Он остановил работу нашей комиссии и продавил независимую экспертизу. Если её проведут, подлог с теневым рубином вскроется. Более того, если они начнут копать глубже…

– Они не должны копать глубже. Ты понимаешь, что поставлено на карту? – жёстко спросил князь.

– Понимаю, ваша светлость.

– Если аномалию обнаружат, СБИ начнёт расследование. Нас будут трясти. И я не уверен, что ты выдержишь тряску, Андрей.

Юрасов скрипнул зубами. Он знал, что князь не бросает слов на ветер. Если дело дойдёт до разбирательства, крайним сделают его. Сюзерен прикроет себя, а графа Юрасова осудят за незаконную магическую деятельность.

– Я сделаю всё, чтобы этого не допустить, – пообещал он.

– Уж постарайся. Если потребуется – действуй жёстче. Я пришлю дополнительных людей. Но аномалия не должна быть раскрыта. Ты понял?

– Да, ваша светлость.

Князь, не прощаясь, сбросил звонок. Юрасов убрал телефон в карман и, вздохнув, подкинул дров в начавший тухнуть костёр.

Дело принимало скверный оборот. Серебров оказался умён и действовал быстро. А главное – у него есть ресурсы, чтобы продавливать решения на столичном уровне.

Но и у Андрея тоже есть ресурсы, и он готов их использовать…