Текст книги "Четверо и один"
Автор книги: Алексей Ар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
Отверстие люка затянула серая пелена. Рассвет ширился, медленно перерастая в день. Экраны шрейда отобразили редкую цепь пехоты и техники, в небе парили четыре «крыла» – авангард наступления.
Цепочка взрывов перечеркнула равнину, багровым частоколом соединив линию нападавших и форт. С характерным присвистом заработали ливирты. Лучи, рассекая дым, скользнули по темной бесформенной громаде крепости. Ответный огонь Чета выглядел блекло, немного лучше действовал Ор, но и ему не сравниться с массированной атакой «крыльев».
– Для меня берегут, – понял Михаил. Он без колебаний опустил руки на сенсоры управления стрельбой. Заработали сервоприводы, переместив башню в положение нулевой отметки; на скан– экране сменился пейзаж. Цель обнаружена.
– Время.
Шрейд дрогнул, выплюнув цепочку ярко-голубых шаров. Полыхая огнем, первый аэродеструктор вспахал равнину. Враг стремительно контратаковал. Свист и грохот звучали в кабине «Дат 7» особенно жутко.
– И ты хочешь?! – Михаил подался вправо, точно наклоном тела мог изменить угол стрельбы – Врете… Есть!
Шрейд противника медленно завалился набок; столб пыли укрыл пехоту. Сканнер зафиксировал цель – «Крыло», готовое атаковать орудие Настройщика с фланга. Поворот башни на 90 градусов. Ровное гудение сервопривода деловито мерило секунды. Быстрее же…
– Ор! – Четрн ухватился за вторую винтовку. Из первой он вел непрерывную стрельбу – скорее наугад, чем прицельно. Близкий взрыв отбросил его с укрепленных позиций.
Ударная волна сбила Ору прицел. Сохраняя хладнокровие, он предпринял новую попытку отследить черный клин истребителя.
– Стреляй!
Фиолетовый луч коснулся аэродеструктора, и аппарат мгновенно ощетинился покореженными листами брони. При падении «крыло» удачно смело с равнины до двух отделений барготов.
– Раскатал подчистую, – зло усмехнулся Чет. Установив винтовки на камнях, он открыл огонь. Ослепительно белый кнут прошелся по красным униформам.
Враг незамедлительно ответил.
Сотрясаемый непонятной вибрацией Михаил поймал в прицеле сканнера группу самоходок, размолотивших остатки укреплений, и на бесконечные пять секунд замкнул цепь пуска.
– Давай Мик… – Четрн со стоном приподнялся. Он ненавидел этот мир, как ненавидел десятки миров, отнявших у него частичку души. Языки пламени до небес, хриплые крики врагов… Кстати, чего они расшумелись?
Защитник короткими бросками двигался от укрытия к укрытию. «Малютка Санди» не знала покоя – она уничтожала с периодом в удар сердца – в такт броскам Ора.
– Уже иду… – Четрн вырвался из-под обломков. Нашел оружие, смахнул кровь с глаз… и заорал: – Прыгай, Мик!
Перекошенное самоходное орудие продолжало стрельбу.
– Ор, прикрой его!
Меж камней разлилось белое сияние. Оно сотворило причудливое облако, распалось на отдельный всполохи, вновь собралось… Животный крик полоснул воздух. Четрн мгновенно упал на бок, выставил перед собой винтовку. Туманная фигура с каждой секундой обретала материальность: ноги, округлые бедра, тонкая талия, изящная грудь, черный вихрь волос…
Четрн успел подхватить родственницу. Лаони разразилась новым жутким криком.
– Тихо… Узнай меня… Не бойся, крошка.
– Б… – хрипло выдохнула женщина.
Курьер не поверил собственным ушам. А когда поверил, удивленно заморгал:
– Ты это… Брось такое.
Тело Лаони конвульсивно дернулось, изогнулось дугой. Совладав с легкой паникой, Четрн обнял Мистерию:
– Боль уходит.
– Не отпускай меня, – всхлипнула Лаони. – Там так страшно… Эти двери… Их три, Чет, понимаешь… Мне страшно…
Остаток фразы потонул в адском грохоте. В сером крошеве осколков пролетел над родней Ор. Приземлился он неудачно – на острую грань куска брони. Но четыреста лет борьбы и два возрождения научили его делать то, что должно, – вопреки и во имя.
Проводив взглядом бегущего куда-то Защитника, Четрн вновь посмотрел на Лаони.
– Ты понимаешь, что лапаешь мою грудь?
– Оклемалась, Белая. – Чет смутился, но руки не убрал.
– Наглец. – Мистерия облачилась в мантию. Через мгновение призвала посох. – Где плохие ребята, дорогой?
– Там… – Четрн повернулся к равнине и охнул. На месте орудия, использованного Миком, зиял огненный кратер. – Ор, ты видел?! Он выпрыгнул?!
– Не видел.
– Не уберегли, – нахмурилась Лаони.
Покрепче стиснув посох, она устремилась в бой. Таков путь димпов – жизнь и смерть переплелись на нем столь тесно, что пауз практически не осталось.
***
Михаил внутренне подобрался. Сквозь мешанину грязи и обломков он увидел черные сапоги – увидел отчетливо, вплоть до подтека грязи на правом голенище. Хрустнула галька: владелец сапог сдвинулся с места. «Сгинь», – поторопил димп солдата. Груда раскаленного мусора не располагала к спокойствию. Как и рана в боку. С помощью бэргов он ее немного подлатал – ровно настолько, чтобы не кричать от каждого удара сердца.
Пора! Михаил осторожно покинул укрытие, сотворенное взрывом, и осмотрелся… Дорогу к форту перекрыл враг, а вот путь к барготскому лагерю свободен и лишен значимых препятствий. Воронки, фрагменты техники и трупы не в счет; Михаил достиг лагерных укреплений и замер.
К нему приближался противник. Матово блеснула на солнце винтовка.
– Ты… – вылупился на Настройщика солдат.
Отброшенный ударом кулака баргот врезался в аэродеструктор, стоявший неподалеку. Пятеро техников подле истребителя принялись истошно кричать. Михаил бросился к ним, разбросал… Удар луча прервал маневр. Закрутившись волчком, он упал на колени, привалился к борту «крыла» и выругался. К нему, с ливиртами наперевес, спешила бравая барготская пехота. Дожидаться ее он, разумеется, не стал.
***
– Я-то думала… – Лаони указала посохом на группу солдат, пробормотала несколько слов. Равнину украсили семь ледяных статуй. – …Вы со всеми расправились, мальчики.
– Само собой, девочка, – кивнул Четрн. Заметив, что одно из самоходных орудий проявляет к его диспозиции повышенный интерес, он сместился в сторону.
– Воздух! – повысил голос Ор.
Аэродеструкторы по касательной скользнули над фортом, сея боль и смерть. Лаони вскрикнула и схватилась за ногу.
– Что?!
– Царапина.
– Не высовывайся!
Трое димпов скрылись под навесом куска брони. Рев двигателей чуть стих.
– Чего они? – Мистерия сгорбилась от напряжения.
– Мы их напугали, – преувеличено бодро сказал Чет. Женщина чуть расслабилась. – Я посмотрю.
– Сиди!
Опережая мешкавшую родню, Ор приподнялся, выглянул. В десятке метрах от укрытия зависла тройка истребителей, готовясь извергнуть смерть.
– Нет! – Лаони качнулась назад, скованная воспоминаниями о смерти…
Время остановилось.
По деструкторам, перемалывая борта в облака пламени, хлестко ударила цепь разрядов.
Настройщик еще разок врезал ногой по гашеткам. Ему катастрофически не хватало стрелка. Хотя цель достигнута – барготы отступили. Преследуя уходившего в зенит врага, Михаил перевел машину в вертикальный полет. Тело неприятно сдавила перегрузка, частично компенсированная ложементом… Он захрипел.
– Куда он, бибар?! – гаркнул Четрн. – Вернись!
Из сизой дымки вынырнул истребитель, завис над обломками. Димпы молниеносно прицелились…
– Только попробуйте. – Михаил открыл фонарь кабины. – Предложение ограничено.
Четрн весело хмыкнул и устроился в кресле стрелка. Лаони плюхнулась к нему на колени, Ор пристроился у ног Настройщика. Деструктор устремился к спасительному горизонту.
Михаил просчитал курс к Вратам. Он благоразумно обогнет дислокацию противника. Сегодня у стервятников вдоволь пищи. И, к слову, о стервятниках…
– Нас преследуют. Трое.
– По этому векселю я расплачусь, – успокоила друзей Лаони. Через мгновение враги устремились назад к форту – обстреливать союзные позиции.
Характер местности изменился. Появились холмы, россыпи валунов, туманная полоска гор вдали. Перемены обрадовали Михаила, уставшего от однообразия полета. Жаль только поделиться радостью не с кем: Ор крепко призадумался и вряд ли отреагирует на внешние раздражители, Четрн и Лаони парили на крыльях любви.
– Первенца назовете в мою честь, – сказал Настройщик, проверяя экран системы наблюдения.
– Хватанул. – Четрн смутился.
– Мне не нравится твой тон, Мик, – прищурилась Лаони. – Ты говоришь как человек, собравшийся оставить после себя только память. Клянусь чем угодно, мы вернемся домой. Все четверо. Тебе ясно?
– Я не человек…
– Ты меня понял.
– Будем жить, не помрем, – усмехнулся Михаил.
– Тогда покажи бок, – встревожилась Мистерия. – Так я и знала… И молчал, подлец эдакий.
– Не ругайся, – со всей доступной серьёзностью сказал Курьер.
Лаони запела. Хрупкость первого льда и звон струны, дрожь нервов и величие неба сплетала песня. Боль и смех, крик и шепот, глыбы темно-синих, почти черных волн.
– Мы прибыли. – Четрн осматривал скалы внизу.
Белая полусфера Врат холодно мерцала в крохотной долине. Ее окружали купола стационарных орудий и вытянутые силуэты шрейдов – компания на загляденье.
– Их сканеры держат нас. – Михаил пригнулся, бок ощутимо кольнуло.
– Хетча им по самое! – крикнул Чет. – Пробьемся!
– Побереги силы, сестра.
– Я допою, – категорично объявила Лаони. Песнь перекрыла грохот.
Воздух вскипел; бластерные трассы превратили пространство в полигон смерти. Вдоль кабины рваными клочьями проносились синие всполохи энергий…
– Газу! – Четрн неистовствовал. – Газу, родной!
Удар перевернул истребитель. Запрокинув голову, Михаил увидел скользившую по камням тень машины. Новое попадание. Аэродеструктор закрутился волчком. Свет и тени мелькали в глазах Настройщика столь быстро, что он мгновенно потерял ориентацию.
– Рванем, – спокойно доложил Ор. – Сейчас.
– Зат-к-кнись! – Чета немилосердно трясло.
– Лети…
Врата Вечности приняли «крыло» в свои объятия.
Глава 12
Речку следовало окрестить каменной. Ее ложе устилали серые глыбы всех форм и размеров, кое-где обросшие мхом и тонкими пучками травы. Воды немного – отдельными журчащими ручьями она пробивалась среди валунов, местами образовывая маленькие неглубоки водоемы. Река выглядела пестрой, что придавало ей определенный шарм. Видимое как на ладони дно крохотных озер, расцвеченное световыми разводами от трепета водной поверхности, и легкое колыхание тонких стебельков водорослей…
Ветер легкими порывами скользил вдоль речного русла, рассекающего лесную чащу. На первый взгляд просека тянулась бесконечно – из одной туманной нити слитых воедино стен леса в другую. Возможно, опоясывала всю планету. И на противоположном конце мира желтел столь же пасторальный травянисто-песчаный берег. И высокие золотистые деревья, напоминавшие сосны, столь же тихо поскрипывали на ветру.
Промелькнула над лесным ущельем птица – черная тень на фоне слегка облачной синевы. Птичий крик заставил Михаила очнуться. Смахнув с лица крупинки песка, он осмотрелся.
– Привет, – улыбнулась Лаони, восседавшая на охапке сухой травы.
– И вновь продолжается… Говорил ведь, давайте рискнем. Щит перекрыл три четверти слоев, у Средоточия достало бы сил вернуться на круги своя. – Михаил сел, хмуро глянул на покрытые грязью ладони и выругался.
– Три четверти… – тихо сказала Лаони. – А еще четверть? Сколько это жизней?
– Да может нет их… этих спасительных Врат! Этой охренительной панацеи…
– Что с тобой, Мик?
– Мы идем… и идем, идем опять…
Лаони торопливо подошла к Настройщику, сжала его лицо в горячих ладонях и проникновенно заглянула в глаза:
– Я верю… Ты мне веришь?
– Тебе попробуй, не поверь…
– Я вне силы. Ты мне веришь?
– Да, – обреченно выдохнул Михаил. – Я просто устал, Лао…
Из-за деревьев выбрался Ор, являя образ страшный, но преисполненный спокойствия. Он молча кивнул родне и плюхнулся на камень.
– А где Чет? – вдруг спросила Лаони. Она распрямилась и… не могла сдержать смех.
Над поверхностью одного из протоков торчала голова Курьера. Вода стремительно огибала препятствие, щедро делясь брызгами… Четрн методично отплевывался.
– Посмейтесь еще… Тьфу. У меня нога застряла… Я так-то тону…
Михаил неторопливо приблизился к родственнику и, балансируя на скользких камнях, протянул руку:
– А в водоем упасть не мог?
– Я еще разберусь с тем, кто меня сюда посадил… Холодно, однако.
– Разведем костер и черт… – Лаони осеклась, покраснела. – И отобедаем.
Она воззрилась на Ора. Защитник кивнул: никаких проблем, дичь будет доставлена вовремя. Покладистый парень.
Прыгая горной антилопой, Михаил вернулся на берег, где его немедленно отправили на сбор хвороста. Он справился минут за пять и, пока Четрн колдовал над огнем, решил позаботиться о себе – отыскал тихую заводь, сокрытою валунами, разделся…
– Ой. – За камнями мелькнула белая мантия. – Я тоже хотела…
– Отбрось стеснение всяк сюда входящий. – Неподалеку нарисовался Чет. – Тут и смотреть не на что.
– А ты подойди, – предложил Михаил, отдаваясь течению. В спину уперлась холодная каменная грань. Лепота. – Присоединяйтесь.
Редкие мгновения покоя – особенно ценные на нескончаемом пути во спасение. Единственным, кто эмоционально выглядел после омовения точно так же, как и до оного, был Ор. С легким приступом зависти Михаил занялся вопросом об одежде. Тратить бэрги не хотелось, но и встречать неизвестный мир голым задом – не велика радость. Он скрупулёзно проанализировал запасы… За неимением брендовой, сойдет и рабоче-крестьянская.
Настройщик извлек из остатков куртки портрет Арды – обгорелый с одного края, перечеркнутый капельками крови. Память бросать нельзя. Он вернулся к костру и деловито принюхался к ароматам жаркого:
– Пахнет необычно.
– Я проверила, еда съедобна. – Чистая, как первый снег, Лаони подсела к огню. – Эй, братцы, поторопитесь, Мик объявил совет.
– Я?!
– Ну не я же.
– Совет так совет, – пожал плечами Чет. – По мне все и так ясно, Врата недалеко, за сутки дойдем. Навешаем горяченького Хоору, всех спасем… на сей раз, непременно. А теперь можем совещаться.
– Юморист хренов, – буркнул Михаил. Он насторожился: – Вам не кажется, что стало светлей?
– Еще как, – вскочила Мистерия.
Над рекой заклубился туман – обрисовал фигуру близкую к сфере и застыл. В белесой глубине вспыхнула золотистая искра, свет которой с каждой секундой становился все ярче и ярче…
Вспышка.
Когда Михаил вновь открыл глаза, над речными камнями висел небольшой металлический цилиндр. Сияние померкло, туман развеялся. Тихо журчала вода.
– Сюрприз… – Четрн, помахивая Тиг-Логом, осмотрел непонятный предмет. Перейдя на другой берег, нахмурился: – Тут надпись… э-э… «Свои», если я правильно помню эллтанг.
– Почта, – брякнул Ор. На него выразительно посмотрели.
– Сейчас выясним. – Лаони расчертила посохом песок. Встала в центре рисунка, прочла заклинание внутреннего видения. – Там записка.
– Надеюсь, с поздравлениями… – Четрн быстро вскрыл цилиндр. – Читать все умеют? А то я могу вслух…
– Мик, стукни его.
– «Торопитесь, Хаос у критической отметки. Средоточие гибнет» – Четрн внезапно яростно оскалился. Продемонстрировал небу неприличный жест и рявкнул: – Тебе старик! От души! Мы тоже живые! Не дрессированные мартышки…
– Успокойся… – Лаони стушевалась под взглядом Курьера.
– Обед, – сказал Ор.
***
Четрн перехватил ветвь кустарника, согнутую прохождением Ора. Царапин и без того достаточно – темнота щедра на дары. Угрюмо шелестела листва деревьев, тяжелое уханье разнеслось под лесными сводами. Треснула ветка. Чет оступился, качнулся вправо – к неглубокой лощинке.
– Хватит, – не выдержал он. – Мне не дали переварить обед, затащили ночью в чащу.
– Ты думаешь, нам нравится? – громко спросил Михаил. Лес притих, внимая человеческой речи. – Лаони, не махай ты посохом, я вижу…
– Привал. – Мистерия остановилась у ствола гигантского дерева, в густой как смола тени.
Расчистив площадку для костра, Михаил отправился за дровами. Сию обязанность вменили ему без согласия и на постоянной основе. Остальные расположились меж бугристых корней, извлекли запасы мяса, что остались с обеда. Ор постарался на славу.
– Где тебя носит? – разбил тишину голос Чета.
– Я на что-то наступил, – ответил Михаил наугад. Кругом тьма, силуэты деревьев, шорохи и скрипы… – Иду обратно.
Цепляясь собранными ветками за малейшее препятствие, он вернулся к наспех разбитому лагерю.
– За нами наблюдают, – сказал Михаил, отбрасывая обглоданную кость. В кустах зашуршало.
– Не делай так, – попросил Ор.
– Эдэя или как там ее, – продолжил Настройщик, покаянным жестом отмечая слова Защитника.
– Что толку. – Четрн достал из небытия сигарету. – Лучше бы ПЗРК подкинул или еще какой страшной хреновины. Или родственников пригнал… Почему мы отдуваемся за всех?
– Мы везунчики, – вздохнул Михаил. – Лаони, у меня просьба.
– Какая? – лениво спросила женщина, созерцая игру огня.
– Если Желтоглазый еще раз стрельнет у меня сигарету, врежь ему посохом.
– Без проблем.
– Вы, наверное, переутомились. Берите пример с Ора, уже спит аки агнец.
– Первый в карауле Чет. – Лаони сладко потянулась и легла. – Устала я…
Ночь – ни звезд, ни луны, только черная масса листвы. Треск костра и шорох ветра, сонное бормотание Ора… Бедняга увидел сон. Михаил снов не видел – отдежурил середину ночи и спокойно проспал до утра.
– Фляга. – Лаони приникла к горлышку.
– Мясо, – в унисон сказал Четрн, подбрасывая дров в едва тлевший костер.
Короткий завтрак, молчаливые сборы и вновь дорога – час за часом, дерево за деревом…Овраги, буреломы, плетение ветвей. От усталости Четрн принялся методично вытаптывать цветы. Шедший следом Михаил считал: красная «ромашка» размазана напрочь, белые «колокольчики» втоптаны в мох…
– Стоп, – вскинул руку Ор. Судя по тембру голоса, он увидел нечто действительно интересное. Настройщик торопливо присоединился к нему.
– Впечатляет, – протянула Лаони.
Они стояли на краю обрыва, среди деревьев, нависших над пропастью. Некий исполин старательно поработал лопатой и вырыл поистине огромный котлован посреди леса. А после наполнил жизнью: лугами и рощами, реками и озерами, что предстали перед димпами наиподробнейшей картой. Они не преминули воспользоваться – осмотрели долину вдоль и поперек, за исключением дальнего края, терявшегося в туманной дымке.
Храм, укрывший Врата Вечности, высился километрах в трех от обрыва. Храм и воинский лагерь вокруг – муравейник, полный солдат, укреплений, палаток и конструкций, названий которым разум подобрать не смог.
– У кого-нибудь бинокль сохранился? – спросил Михаил. Ор протянул ему правый окуляр. – Линза треснула…
– Знаю.
– Чего там? – Лаони нетерпеливо подалась вперед. Из-под ее ноги сорвались и обрушились в пропасть комья земли…
– Отойди, – вздрогнул Четрн.
Михаил тщательно осмотрел позиции вероятного противника. Первым делом обратил внимание на солдат… Человекообразные трехметрового роста при полном отсутствии шеи. Вооруженные мечами и палицами, одетые в добротные черные куртки и серые штаны.
– Ничего, – прокомментировал увиденное Настройщик. – Мир стали, класса Груэлл. Насчет магии не уверен.
– Как заговорил, – покачал головой Чет. – Просто песня. Интеллект восьмидесятого уровня…
– Угомонись, – посоветовала Лаони. – Магия присутствует. Из храма исходят токи силы…
Неизвестное святилище Михаилу не понравилось. Однобашенное, в непонятных острых шипах, присыпанное не иначе как пеплом оно было частично разрушено – растрескались стены и каменные плиты дорожек, часть статуй осыпались каменным крошевом… Уцелевший скульптурный ансамбль изображал сонм чудовищ, по меркам вменяемого наблюдателя.
– Упыри, ахун бибар абыр…
– Придется идти внутрь, – успокоила друзей Лаони.
– Сперва мимо охраны пройди. – Четрн оседлал поваленный ствол дерева и подпер голову руками. – Надо думать.
Михаил устроился рядом с Курьером. Поерзал на острых неровностях коры, вздохнул… В голову ничего не приходило – ни малейшего проблеска.
– Начну. – Лаони изучила кислые лица родни. Ситуацию впору спасать. – Прежде всего, нам необходимо спуститься.
– А если нас опять выследят, как у ханасийцев? Мы – маяк для Хоора, и он, к слову, умеет этот маяк находить, – сказал Четрн.
– В лагере я зеленых не видел. – Михаил щелкнул пальцами по остаткам бинокля. – Хоор не вездесущ.
– Думаешь?
– Рискнем, – решительно сказала Лаони. – Топчась на месте, мы ничего не узнаем.
– Спускаемся, берем «языка» и допрашиваем, – подвел итог Михаил.
– Я «за», – воспрянул Курьер.
– Где спуск? – тихо спросил Ор.
– Найдем, – преувеличенно бодро ответила Лаони. – Пойдем вдоль обрыва.
К вечеру они достигли осыпи, что могла послужить дорогой вниз, молча ступили на песчаный склон и… в облаке пыли съехали вниз. Ехать пришлось минут двадцать – вдосталь времени, чтобы заработать пару синяков и шишек, порвать одежду и извозиться в грязи.
Михаил несколько раз кувыркнулся на финише, распластался на травяном ковре и облегченно вздохнул:
– Напомните мне поблагодарить того, кто первым начал спуск.
– Подумаешь, – смутилась Лаони. – Кто ж знал… Вроде и угол маленький…
– Не нервируй нас, – процедил Чет, осматривая руки. Боль толчками поднималась от кистей. В боку саднило.
– К делу, братцы. – Лаони напряженно осмотрелась. Тьма и неопределенность. – До лагеря не более пяти километров.
– Ближе всей толпой подходить не стоит. – Михаил встал. – Не будем напрягать судьбу.
– Кто пойдет за «языком»? – Лаони смотрела на Настройщика и Ора, ясно давая понять, кого видит в роли рисковых парней.
– Сперва ужин, – смилостивился Михаил. – И с костром не увлекайтесь.
– Сам знаю, – буркнул Четрн. Он не любил дилеммы – разделить риск с друзьями или остаться и поддержать Лаони. Смерть выбила Мистерию из колеи, одарила страхом и неуверенностью. Она держится усилием воли, поддержать ее – решение верное. Но и разбрасываться друзьями перед лицом опасности – не достойно рыцаря Златорэля.
– Или мне лучше отправиться с вами? – Мистерия поежилась. – Моя Сила решит проблему.
– Глупый риск, – охотно возразил Михаил. – И не спорь. Если Хоор причастен, пусть лучше влипнем мы двое, чем все разом. Где двое не выберутся, там и четверо пропадут.
– Справимся, – вставил слово Ор.
– Хорошо, – сдалась Лаони. – Мы в резерве, прикроем вас при необходимости.
***
Михаил осторожно перебрался через древесные обломки едва различимые в темноте. Под руками из осклизлого мха выступила влага. Гниль, тревога и тишина. Звезды и луна скрыты тучами, что можно почитать за благо – сектор обзора патрулей, если таковые присутствуют, минимален. Михаил прислушался. Заурчал желудок, переваривая наилегчайший ужин, издалека донесся тоскливый вой…
– Почему сразу вой… Ахун на, – Михаил запутался в кустарнике. – Не райские трели, а сразу, сука, вой… Зачем пошел…
– Лаони боялась.
– Сам видел, поэтому и согласился. А она бы пригодилась… Я выбрался.
Идти приходилось наугад – сквозь тьму, на коротком поводу у охотничьего чутья Ора. Лес вскоре закончился, распахнувшись холмистыми просторами с редкими куцыми рощицами. Преодолевая очередной склон, Михаил прошептал:
– Впереди что-то темнеет. С нашим везением это, по любому, лес.
Новая чащоба встретила гостей не ласково. Настройщик всесторонне обдумал прекрасную мысль об активации защитного модуля и досадливо поморщился. Броня могла принять любой оттенок кроме черного. Ору полегче – камуфляжная роспись его доспехов великолепно вписывалась в переплетения ветвей.
– На подходе. – Ор пригнулся к земле, а вскоре и вовсе лег, ужом скользя по прелой листве. Пространство окрасилось алыми отблесками пламени.
Михаил раздвинул высокие стебли травы и изучил арену предстоявшего действа. Лагерь производил впечатление чего-то мрачного, тягучего… Солдаты чинно восседали вокруг костров, мерно кланялись и старательно тянули нудную песнь. Ночь обещала быть увлекательной.
– Как будем брать? – Михаил повернулся к Ору.
– Они солдаты.
– Ор, вот только давай без твоего фирменного красноречия… – Михаил принюхался. Над кострами легким дымком курились противни, где скворчало нечто съедобное.
– Идем. – Ор отступил в темноту леса.
Вопросы Михаил извел на корню. Если у Ора есть план – семь футов ему под килем. Он доверится Защитнику – будет ползти по неведомым колючкам, красться, вновь ползти, огибать, скрываться, разгребать. В ладонь впилась щепка.
– Тихо. – Ор замер, глянул по сторонам и кивнул. Они достаточно удалились от лагеря, в тоже время оставаясь в зоне вероятного патрулирования. – На дерево.
Треснул сучок под рукой Михаила. Звук получился неожиданно громким. Михаил приник к стволу лесного гиганта: надо держаться, сцепить зубы, напрячь волю и мышцы. Пальцы предательски скользнули по коре…
Ор легонько подтолкнул родственника. Через несколько секунд они достигли первых прочных веток. На них и расположились.
– Что теперь? – спросил Михаил. Ор молча достал из кармана десяток камней.
– Собрал, – объяснил он. – Первый.
Брошенный камень ударился о дерево, зашуршал травой. Михаил приготовился оценить специфичность мышления Ора и не успел.
Семеро воинов, обнажив клинки, бросились в чащу. Их собратья у ближайшего костра взметнули над головами пылавшие головни, однако с места не сдвинулись.
– Вроде здесь. – Крупный, даже по местным меркам, солдат рубанул мечом по кусту.
– Правее, – ответил другой. – Эсдоры насрали тебе в уши, Деорот.
– Зверь проскочил, нечего пялиться. Возвращаемся, мы и так второй раз прерываем молитву…
Михаил сделал крохотный вдох. Мышцы свело судорогой.
– Второй. – Ор вновь замахнулся.
На сей раз солдат было только трое. Торопливо обшарив заросли, они вернулись к песнопениям. Михаил оценил задумку спутника – на шум от третьего камня выйдет только один солдат – самый невезучий.
Защитник соскользнул к подножию дерева, притаился. Противник в пределах досягаемости… Сплелись в молниеносной схватке два тела. Михаил упал на землю, сходу ринулся в атаку… и остановился; дело сделано. Он убрал с лица яростный оскал.
– Тяжелый. – Ор взвалил на плечи бесчувственное тело. – Прикрывай.
Настройщик схватился за эфес. Оглянулся и поспешил за другом, покуда тот серым пятном не растворился в ночи.
… -Стой, – тяжело выдохнул Михаил, утирая пот. – Ты знаешь куда идти?
– Направо.
– Уверен?
– Да.
Спустя час Михаил искренне усомнился в способности Защитника ориентироваться на местности, что особенно странно при его охотничьих талантах. Кругом лес и ничего кроме леса. Ни подъема на плато, ни даже стены обрыва.
– Это невозможно. – Ор расщедрился на два связных слова. Легкие признаки растерянности в его исполнении выглядели полнейшей катастрофой. – Я не чувствую дорогу…
Четыре слова – хетч.
– Не волнуйся, мы просто заблудились, – улыбнулся Настройщик.
Глава 13
Облака чуть разошлись, дозволив луне явить холодный лик. Таинственно замерцал воздух – миллиарды серебряных песчинок кружили в свете ночного огня. Лес наполнился шорохом и скрипом – каждый хотел насладиться серебром.
Димпы молча пробирались вперед, ломая лунную идиллию. Участь тех, кто попадался им на пути, мягко говоря, незавидна. Чеканя шаг, Ор свернул очередное юное деревцо… При виде молодой поросли Михаил облегченно вздохнул. Выбрались – впереди черной грядой проступило плато.
– Направо или налево?
– Думаю, – коротко ответил Ор.
– Хэлгот просыпается.
Защитник небрежно ткнул локтем в солдатский лоб, что покачивался у его пояса. Пленник обмяк.
– Направо.
– Опять?
Михаил повернул в требуемом направлении. Неприятно заныли мышцы ног в преддверии бунта тела. Холмы и буераки жадно пили димповские силы…
Удар пришелся в бок Настройщика. Он устало брел по склону холма, а через миг скатился в черный провал. Вцепился в горло неизвестному хищнику, принял удар по почкам чем-то твердым… Он попытался нащупать эфес. Пасть врага сверкнула иглами зубов, смрадное дыхание опалило лицо…
Ор отбросил ношу и стремительно ввязался в схватку. Под руку попался бронированный хвост твари. Дальнейшие события происходили в полном соответствии с классическими правилами метания диска – раскрутиться и бросить. Михаил удивленно приоткрыл рот, когда мимо пронеслась завывавшая морда с выпученными глазами. На втором заходе морда едва не свернула ему челюсть.
Короткий затухавший вой, треск веток. Настройщик с трудом распрямился:
– Хорошо пошла.
– Да.
– Тихо. – Михаил поднял руку в знак опасности… Опасности ли? В сотне метров впереди мелькнул багровый огонек. Видимый не более секунды огонек подарил надежду.
– Явились. – Четрн нервно огляделся. – Зверье так и прет на огонь, а костер погасить – вас подставить…
– Он, когда переживает, становится болтлив, – потупилась Лаони.
– Ничего подобного!
– Не мельтеши, Четка. – Михаил устроился на лапнике, неподалеку от маленьких язычков пламени. – Кто поведет допрос?
– Пусть сперва очнется. – Мистерия оплела солдата магическими путами. По черной униформе растеклись лазурные искры.
– Он очнется. – Четрн потряс пленника. – Подъем!
– Может кинжалом засадим? – усмехнулся Михаил. Лаони протестующе вскинулась.
Солдат мгновенно открыл глаза. Его вертикальные пульсирующие зрачки в свете костра выглядели жутковато.
– Вы умрете, – прохрипел он, часто сглатывая. Собственная судьба его не волновала.
– Люблю таких. – Чет нехорошо улыбнулся. Тот, кто знал эту улыбку, постарался бы удалиться от места будущей трагедии на максимально возможное расстояние.
– Остыньте, так мы ничего не узнаем, – перехватила инициативу Лаони. Строго посмотрев на родственников, она повернулась к солдату и мягко спросила: – Как называют твой народ?
– Молчание приблизит меня к благословению Ракха.
– Хорошо. – Ор достал кинжал и хладнокровно ударил солдата в бок. В последний миг Настройщик успел перехватить руку Защитника. Сведущий в допросах человек мог счесть это спланированным действом, но Михаил знал – не вмешайся он, Ор довершил бы начатое. Защитник не признавал полутонов.
– А… – Солдат дернулся, обозначая тягу к жизни. Он с тревогой взглянул на Лаони. – Я буду говорить.
– Ты помнишь вопрос.
– Мы хэлготы, паломники. Идем по святым местам.
Димпы удивленно переглянулись: вооруженный крестный ход в их планы не входил. Хмурясь, Михаил спросил:
– А если кто-то захочет присоединиться к вам в поклонении святыне?
– Чужаки не смеют прерывать молитву. – В глазах пленника сверкнула ярость. – Ракх наш бог, его храмы неприкосновенны.
– Что и требовалось доказать. – Михаил досадливо махнул рукой. Путь к Вратам закрыт; фанатики уничтожат любого, кто приблизится к святыне. Хоор ли надоумил или они сами таковыми уродились, стычки не миновать. – Ты сказал, что вы паломники. И долго вам еще песни голосить?
– До новой луны.
– Это сколько? – Лаони посмотрела на небо. На черном полотне сиял идеально круглый диск.
– Танала станет меньше монеты, затем вспухнет колесом телеги. И будет великий приход, и неверные обратятся…
– Хватит, – остановила солдата Мистерия. – Минимум месяц.
