Текст книги "Четверо и один"

Автор книги: Алексей Ар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

– Да, – возликовал старик. – Вы одарите нас, Хранители?

– Без проблем, – хмыкнул Чет.

***

– Почему я? – спросил Михаил, едва димпы остались наедине – в запустении и аскетизме предоставленного им жилища – Я не умею рисовать…

– Никто не умеет, – хлопнул друга по плечу Четрн. – Но кто-то должен. Ты сам рассказывал, что много работал карандашом. Вот и дерзай.

– Но… – Михаил досадливо махнул рукой. – Абыр с вами, сделаю. Когда доставят краски и холст…

– Я верю в тебя. – Лаони устроилась за столом и подперла голову руками. Задумчиво покосилась на посох, пристроенный в углу. – Ненавижу ждать…

– Что за фонетика? – демонстративно удивился Четрн. Лаони не удостоила его и намеком на взгляд. – Отдыхай, пока кровь не льется.

Совет дельный. Поблажки Средоточия надлежало принимать с благодарностью и без сожалений. Бесконечной чередой потянулось время… Тихие всплески разговоров, безвкусный обед, короткий ливень, омывший холмы и подаривший обонянию жизнеутверждающий запах напитанной влагой земли, солнце и посвист ветра… атрибуты знамени, благоговейно доставленные воинами ближе к вечеру.

Не выдержав, Михаил покинул загустевшую от тревоги атмосферу дома и выбрался под темно-багровое усыпанное звездами небо.

– А флаг? – настиг его крик Четрна.

– Успею, – отмахнулся он. Звуки флейт, витавшие меж всполохов костров, мистическая игра теней на ветвях и силуэты, двигавшиеся в причудливом танце, манили обещанием короткой передышки в гонке со смертью. Племя Ханаси всецело отдалось ритуалам, упомянутым Серком – их мир, их правила, их жизнь, в которую пришли чужаки…

Тоскливо вздохнув, Михаил осторожно двинулся вглубь лагеря. Его тут же узнали. Воины на мгновение прервали танец, поклонились и вновь с головой окунулись в священное действо. Что для них танец? Дань жизни, молитва богам, плачь по убитым? Дано ли понять димпу в стремительности Дороги фрагменты чуждой реальности? Чувство одиночества, оторванности от всея и всех толкнулось в душу ледяным комком.

– Хранитель, – раздался голос из сумрака. В алых отблесках костра Михаил разглядел группу спокойно сидевших ханасийцев. Увидел среди них Арду и улыбнулся.

– Хранители – там, в гостевой. Я просто сопровождаю их. Поберегите поклоны для истых ревнителей пламени…

– Седай, – махнул рукой один из воинов.

Настройщик вознес хвалу небесам – как равный среди равных. С необъяснимой радостью он выслушал пятнадцать неторопливых представлений – череду имен, приблизивших его к миру.

– Пей. – Сосед Михаила, пожилой ханасиец коричневых тонов, извлек на свет кособокий кувшин. – Во славу Пламени.

– Во славу! – ответил нестройный хор голосов.

– Идет легко, – хмыкнул то ли Скут, то ли Пест… Нет, все же Пест. – Жена у меня всегда готовила вино к празднованию Первого Грома. На нашей улице никто так больше не умел… Да чего там говорить, половина Кэлпока бегала к нам за глоточком…

– А потом бегала к Серпину – за глотком от больной головы.

– Ты, Мэлни, язычок-то прикуси. Спроси в городе – кто не знал семью Пестов… Нет, ты иди и спроси. Все знали…

– Он прав. Мы, Ксоты, жили по соседству, – сказал низенький полноватый мужчина. На его раздобревшей кошачьей физиономии блуждала легкая улыбка, обнажая притупленные клыки. Михаил засмотрелся на них. – Сколько раз я посылал меньшого за кувшинчиком вина… А жена, помнится, кричала – сопьёшься, пекарь…

– Твоему сколько? – спросил кто-то.

– Восьмой пошел, – ответил Ксот. – Хранитель… Тьфу, ошибочка вышла, Мик… Вот он, мой-то…

Мужчина достал из кармана потертый листок бумаги с нарисованным тонкими легкими штрихами портретом курносого пацана. Работа мастера – в глазах ребенка блестели искры солнца.

– Волор делал. Погиб дней пять назад…

Солдаты умолкли. Михаил выпил за память неизвестного художника.

– Я просила его нарисовать меня, – буркнула Мэлни. – А он сказал, чтоб отстала…

– Мне не отказал… – Арда, молчаливо сидевшая рядом с Михаилом, улыбнулась – Вот…

– Красиво, – одобрил Настройщик. Рисунок качался у самого носа, не позволяя сфокусироваться на прекрасном.

– Тогда бери. Дарю.

– Ох, Ардочка, – хохотнул кто-то.

– Ты Кривой, не смейся, а наливай. На вине сидишь. – Арда пригладила шерстку на щеках. – Плюнь на них Мик, у них глотка чешется.

– Плюнул. – Михаил уткнулся в кружку. Неожиданно сильно поплыла голова, картинка перед глазами подернулась туманной дымкой, стало легким тело… Славное вино.

– Мы убьем всех неверных, Мик, – шепнула ему на ухо Арда. – Точно говорю. Встанем плечом к плечу, и лаконы обратятся в бегство…

– Да хрена им в… – Михаил приобнял женщину.

– Ты другой, но… красивый. Мне нравятся твои глаза, они как небо.

– Хоть бы уединились, – проворчал Бант. – Мэлни, не желаешь, а?

– Грязный, потный ублюдок! – вскричала ханасийка. Глаза ее зеленовато блеснули в темноте. – Я те щас вырву…

– Что с тобой? – Арда с тревогой посмотрела в лицо Михаила.

– Ничего… – Он икнул. – Пойдем к воде…

Черная глубина озера таинственно мерцала, рассеченная серебристой дорожкой лунного света, шелестела трава… Ступни приятно покалывал нагретый песок.

– Первая пошла… – Михаил нырнул, только пятки сверкнули. Всколыхнулась волна.

– Где… – Арда взвизгнула. Ноги ее коснулись пальцы… – Великие, как в детстве…

Настройщик успел только булькнуть – сильный рывок увлек его на дно. Уши заложило. Спустя несколько минут он вернулся на поверхность и надсадно вдохнул…

– Тебе понравилось? – улыбнулась женщина. По щеке ее скатилась капелька воды.

– Да, – дипломатично ответил Михаил. – Эй, не вздумай! – Он стремительно погреб к берегу.

– Тебе не скрыться!

– Увидим…

Со смехом они выбрались на травяной пляж. Оделись… Михаил не ко времени вспомнил слова Чета о физиологической совместимости и тщательно застегнулся. Одежда неприятно липла к телу. Немного подумав, Арда последовала его примеру.

– Не будем торопиться…

– Вот вы где, – из темноты вынырнул Пест. – Мы у соседей вино сперли. Жарким занялась Мэлни, а ты ведь помнишь ее стряпню, Арда…

– Бежим. – Ханасийка поспешила на свет костров.

***

– Сухой как лист… – Михаил споткнулся о порог и поспешил ухватиться за дверной косяк. Мутноватым взглядом обвел комнату. На лежанке мирно посапывал Четрн, в углу за подгонкой экипировки сидел Ор. Он кивком отметил появление родственника и вернулся к работе. Лаони методично и излишне обстоятельно убирала со стола. Свет косо падал на ее лицо, обрисовывая классический профиль.

– Явился. Пьяный, – хмуро сказала Мистерия. Она подбоченилась, являя картину безапелляционную и грозную. – Теперь рисуй. А мы спать.

– Произвол… – качнулся Михаил. Ему не ответили. Подхватив краски, ткань и несколько палочек в качестве кистей, он горестно вздохнул и устроился за столом. Разложил инструмент, вздохнул еще разок… Носа достиг крепкий аромат годокского.

– Спокойной ночи, приятной работы.

Тихо забормотал во сне Чет.

– Действуй. – Ор потянулся, не торопясь, разделся и лег.

– Абыр, действуй… Я, б… без вдохновения… – Михаил прикинул, с чего следует начать.

Булькнула осторожно поднятая фляга.

"Болит или нет?" – Михаил аккуратно оторвал голову от лежанки. Приоткрыл один глаз и поморщился. Тело нешуточно ломило, меж висков треск, в горле хетч… Танцевал ли он вчера? Воспоминания касательно прошлого вечера не складывались.

– Это утка, – достиг слуха голос Четрна. – Я вам отвечаю…

– Смотрится неприлично, – заметила Лаони. – Нет, это не утка.

– Ну вот же клюв…

– А почему он вверх загнут?

Кряхтя, Михаил переместился на пол.

– А-а… – как-то нехорошо сказала Лаони и поманила его пальцем. – Иди сюда, юное дарование.

– Не хочу.

– Ор, приведи его.

– Мик, – замялся Защитник. – Сам…

– Что это? – Чет растянул перед Михаилом полотнище знамени.

– Символ.

– В каком, ахун, месте?!

– Хранители. – В дом заглянул Архан. – Я… О-о-о! Вы смогли…

– Влипли, – процедила Лаони и. громче добавила: – Знамя Победы.

– Да! – Старик протянул дрожавшие руки к полотну. – Лаконы падут.

Получив искомое, Архан прижал ткань к груди и поспешно удалился, забыв про клюку, сиротливо примостившуюся на крыльце. Воодушевленные крики старца разбили утреннюю тишину лагеря… Михаил усиленно краснел.

– Садись есть, – обреченно вздохнула Лаони. – Поздно что-то менять.

– На месте лаконов я бы испугался, – кивнул Четрн.

Михаил их не слушал, сосредоточившись на хлебе насущном. Могли бы и сами нарисовать, критиканы…

– Хранители. – В комнату шагнула Арда. – Вы не отпустите Мика?

– Чего? – У Лаони отвисла челюсть. Четрн как-то подозрительно быстро отвернулся к стенке и начал вздрагивать.

– Они согласны. – Подхватив ханасийку под локоток, Михаил торопливо переместился к выходу. Материальную и духовную пищи надлежало чередовать – в попытке чуть убавить сожаление о содеянном.

– Гигант… – послышался хохот Чета. Дверь захлопнулась.

– Они с утра всегда такие, – объяснил Михаил в ответ на удивленный взгляд Арды. – Куда ты меня?

– Надо готовиться к походу. Идем, поможем.

– Я… – Настройщик осекся. В поле зрения возникла обитель вождя, над крыльцом, отчасти гармонируя с росписью стен, реял новенький флаг.

– Мы победим! – проследила женщина взгляд Михаила.

– Давай работать. – Он посторонился, пропуская троих воинов со связками копий.

Лагерь Ханаси лихорадочно кипел. Сновала по тропам местная тяговая сила, груженная атрибутами войны, бегали солдаты, таская амуницию. Треск и звон повисли над лагерем плотным облаком. Особняком ханасийцы выставили полированные металлические щиты.

– Мик, – приветствовали знакомые ему Пест и Бант. – Хватай мечи.

На смену празднествам пришел долгий упорный труд. В сотый раз Михаил пожалел, что отрекся от роли спасителя. Он бегал, носил и грузил, обливаясь потом. Пальцы ног подозрительно ныли, ломило спину. Запахи разгоряченных тел касались разума легкой мутью. Ближе к полудню объявили короткий перерыв – по лагерю прокатился слух, что Хранители выступят с речью.

От удивления Михаил забыл про усталость. Протолкавшись к обители димпов сквозь быстро собравшуюся толпу, он приготовился внимать. Мгновение статичности разрушил хлопок двери. В дверном проеме появилась Лаони – появилась немного странно, будто ее выпнули наружу.

– Это… – Мистерия качнулась назад, но дверь была уже закрыта. – Вперед.

Громогласный рев потряс мир. Лаони могла не переживать за сказанное, ее бы все равно не услышали, поскольку ханасийцы уловили главное – их призвали к бою.

***

Вечерело. Усталые мужчины и женщины потянулись к озеру – привести себя в порядок, смыть дневную суету и встретить закат обновленным. В их число вошел и Михаил. Сунув голову в воду, он разогнал озерную муть несколькими кивками и распрямился. Фыркнул под легкими прикосновениями ветерка. Рядом довольно заухали.

– Хорошо, – улыбнулся Ксот. Вздрогнув, он схватился за карман куртки. – Потрет сынишки, думал потерял. Слава Пламени…

Смыв грязь, Михаил неспешно двинулся в обратный путь. Ему виделась лежанка, теплые меха и много часов сна.

– Как поработалось? – встретил его Чет.

– Иждивенцы, – буркнул он в ответ. – Лаони, ты неплохо выступила…

– Ни слова больше, – нахмурилась Мистерия и гневно обернулась к Четрну.

– Мне понравилось. – Михаил лег и, засыпая, добавил: – Главное, кратко.

Тихо перешептывались в ночи деревья. Димпы спали, пребывая в пустоте и неопределенности. Никто из них не видел снов. Вечность ли тому виной, усталость… Ночь лишь время, отведенное для тьмы, – время страха и коварных ловушек…

Высоко в небе парили бесшумные крылатые тени. Они постепенно снижались, направляемые возницами. Их выучка себя оправдала – никто не поднял тревоги, когда тени окружили цель – темный дом посреди ханасийского лагеря.

Один из карликов взмахнул копьем, подавая сигнал к атаке.

Глава 5

Когти с треском пробили доски стен. Почувствовав, как висок что-то кольнуло, Михаил открыл глаза и в опасной близости увидел чешуйчатую лапу. Он отшатнулся и рухнул на пол. Вновь.

Дом тряхнуло.

– Что происходит?! – Лаони схватила посох и приподнялась… Мимо просвистело копье.

– Ахун! – Четрн схватился за распоротую ногу. Глянув по сторонам, он забыл про боль и прыгнул к двери. Холодно сверкнул Тиг-Лог.

Первый сухонький карлик, вознамерившийся пронзить Михаила кинжалом, был рассечен надвое. Второй – пробит насквозь. Победно рявкнув, Четрн припал на колено, готовя удар, и уткнулся носом в змеиную морду. Хлопнув крыльями, рептилия открыла пасть…

Из-под брюха вынырнула маленькая фигурка. Взмах копья, рывок вперед – к неготовому отразить атаку чужаку… Звякнула сталь.

– Попал! – лежа на полу, крикнул Михаил. – Куда?! – На него упал отброшенный тварью Четрн. Сочленения брони толкнулись в грудь тупой болью.

В дверях многорукой черной массой вскипела вражеская стая. Шипение, рев и крики ударили волной…

Ор молча переместился к выходу. Схватил подвернувшегося под руку карлика и метнул в противника, расчищая плацдарм… В пределах досягаемости всколыхнулась туша крылатой твари. Сухо треснула белесая шея, припечатанная к дверному косяку. Ор втянул живот, избегая острия копья… Яркой вспышкой разум пронзило желание поставить щит… Природная рачительность подавила желание на корню.

– Слезь с меня! – потребовал у Чета Михаил. – Лаони, окно!

– Вижу! – Мистерия прибегла к старой доброй "Крысиной Клетке". Стальные прутья в облаке щепы перекрыли оконный проем, капканом заблокировав шею одной из рептилий. Дом содрогнулся от рывка твари. Затрещало дерево…

Кинжалы когтей пробили стену в опасной близости от Лаони. Вскрикнув, она скатилась на пол.

– Секунду… – Четрн примерился. Если лапы тут и тут, то тело, соответственно… Он вогнал Тиг-Лог в стену, меч полыхнул лазурной короной. Извне раздался предсмертный хрип твари.

Михаил подскочил к окну. Ударился о край стола, яростно выругался и наотмашь рубанул мечом.

– Прикрытие… – лаконично напомнил Ор и покачнулся. Ножную броню полосовала сталь, нагрудник рвали иглы зубов… Скрежет и лязг. Бэрги таяли, накачивая защиту димпа в борьбе со смертью. Ор воззвал к предкам…

Четрн не успел. Его встретили окровавленные ханасийцы.

– Сдохни! – Арда ткнула мечом в крохотную фигуру. – Мик?!

– Сзади! – Настройщик атаковал. Из поднебесья спикировали тени, рассекая воздух резким свистом. Клинья зубов тускло сверкнули багрянцем…

Ор осел на порог. Сегодня предки благосклонны… Враги с хрустом вмялись в поставленный барьер. Подоспела Лаони…

– Опять?! – Михаил распластался на истоптанной земле. Сверху алым дождем падали непонятные липкие куски.

– Брон заклинание подарил, – улыбнулась Мистерия.

– Уходят! – раздался крик.

– Абыр… – Четрн громадными скачками преследовал пяток карликов… Бой был коротким.

– Зачем ты так? – Лаони устало опустила руки. Померкло сияние мантии, возвращая тени и сумрак.

– У них достало глупости атаковать нас. А я обидчив.

Неопределенно мотнув головой, женщина оглянулась. Увидела Ора и торопливо захромала к нему.

– Я в порядке, – отстранил Арду Михаил. – Мутит только.

– У тебя кровь. – Зрачки ханасийки расширились.

– Не моя… Наверное. – Настройщик с трудом разжал правый кулак, выпустив из руки эфес. Меч глухо ударился о землю… – Мне бы умыться…

– Я прихвачу твой клинок. Идем.

***

– Нога болит, – пожаловался Четрн. Сидя в позе лотоса, он рассматривал ступни. В предрассветном сумраке конечности выглядели посредственно, взывая к разуму в попытке продлить отдых. Отсрочить мрачное будущее…

– Приветствую, – нарушил секундную тишину голос Серка. Одетый в помпезный наряд вождь переступил порог. – Как вы себя чувствуете?

– Хреново, – буркнул Михаил. – А что?

– Мы готовы выступать.

– Как и мы, – быстро сказала Лаони, видя, что Курьер вознамерился принять участие в разговоре. Чет кисло улыбнулся.

– Только один вопрос, – уточнил Михаил. – Кто, абыр, эти карлики?!

– Слуги лаконов, – потупился Серк. – Они не достойны и двух слов упоминания. Они и их ручные троки, птицы смерти… Мы никак не ожидали нападения. Ранее такого не случалось.

– Все когда-то случается, – задумчиво сказал Михаил, посмотрев на друзей. – Вывод один…

– Хоор близится, – кивнула Лаони. – Они вычислили наше местонахождение с точностью до метра…

– Пиндюк! – Четрн хлопнул по колену. Звук прозвучал точно выстрел. Вождь вздрогнул. – Абыр бибар ахун пурге…

– Не ругайся, пожалуйста.

– Планы изменились? – встревожился Архан. Он ничего не понимал.

– Нет. – Михаил проверил, как сидит на нем экипировка. Удовлетворенно кивнул и выбрался на свежий воздух. Стройные ряды ханасийцев встретили его приветственными криками. Он потупился и отступил в сторону… При появлении Хранителей мир утонул в победоносном реве. Взвились к небу мечи, салютуя – точно гигантский еж развернулся над кустарником.

– Вперед! – громогласно рявкнул Серк.

В едином порыве грохнули о земную твердь сапоги. Натужно заскрипели оси телег. Оклики возниц, солдатские голоса и звон металла смешались в единый фон походного марша. Ханасийцы выступили к Святыне.

Путь предстоял нелегкий – крутобокие холмы уводили в чащу, едва заметная колея заросла скользкой травой, оплетавшей икры в стремлении сбить солдатский шаг. Лесные буреломы, преградившие дорогу, щерились мшистыми изломами стволов и черной гнилью, отретушированной свежей порослью – досадной помехой ханасийскому рвению. Холодный сырой ветер наполнял лес скрипом. Близился рассвет, но сумрак еще полноправным хозяином властвовал в чаще…

– Сколько же можно… – Михаил вновь споткнулся о корягу. Пальцы на правой ноге саднили.

– Шире шаг, – пронесся по рядам приказ.

– Они издеваются? – Михаил посмотрел на родню.

– Не успеть нам до рассвета… – пессимистично усмехнулся Четрн. Он изучил ритм ковыляний Настройщика и резюмировал: – Чисто антилопа…

Ханасийцы успели. Воинство одолело холмы, намеченные стратегическим гением Серка, развернуло боевые порядки и выставило зеркальные щиты. Солдаты замерли, с тревогой оглядывая горизонт, разгоравшийся алой дымкой. Черные тени рощ безмолвными зубьями пронзали восход. Искра Врат скрывалась за холмами, как и лагерь лаконов… Остался сущий пустяк – выманить противника и навязать бой.

– Мы атакуем, – сказал Серк. – Пламя с нами.

Михаил отыскал взглядом Арду. Женщина проверяла остроту клинка и по сторонам не смотрела, упустив из внимания попытку Михаила помахать ей. Он нехотя опустил руку и тронул эфес – война не делала поблажек.

– Соберись, – пугающе серьезно прошептал Чет.

Серк крепче ухватился за древко знамени:

– Небо с нами!!

Сотни глоток подхватили крик, разбив тишину. Печатая шаг, солдаты двинулись вперед – ритм марша сотряс воздух. Первый луч солнца коснулся тел, зажигая искры стали…

– Поторопимся… – шепнула Лаони.

– Мы достаточно уклонились… – Михаил притормозил бег и огляделся. Основная часть сражения будет проходить левее – в лощине, сотворенной милосердной природой. Удобная диспозиция для намеченного плана. Пусть боги не останутся в стороне и своевременно направят локонов…

– Бегут, – кивнул Четрн.

Бой нахлынул громогласной лавиной. Беспорядочной ордой лаконы выплеснулись на ханасийцев, и мир смешался в калейдоскопе стали и крови.

Арда скользнула в сторону, делая обманный финт, и резанула врага поперек живота. Метнулась назад, споткнулась о ногу трупа и рухнула в траву. Над ней взвились копья…

– Держись! – Ксот прыгнул к женщине. Полнота не помеха, полнота – благословенная масса, что сметет врага… Пекарю не престало быть поджарым и стройным… Удар мечом прервал мысль. Вскрикнув, мужчина схватился за бок, упал на колени…

Звон.

Мэлни прикрыла соплеменника. Радуясь мимолетной победе, она улыбнулась, не замечая тень в вышине.

– Сверху! – рявкнул Бант. – Вставай, Арда… – Он поднял женщину.

Удар врага бросил его вперед – на сталь. Лакон оскалился, предвкушая добычу… и удивленно воззрился на острие копья, что вылезало из груди. Пест налег на древко всем весом. Увидев ручеек крови, он сглотнул – кровь напомнила о домашнем вине…

Понукаемый возницей, трок атаковал. Выпустил когти…

– Успеем! – Михаил рванулся к белому сиянию Врат. Две сотни метров пересеченной местности до цели. Две сотни метров, напоенных смертью.

Краем глаза уловив движение по левую руку, Михаил нырнул вперед и прокатился по траве… Свист клинков разбил вышину, милосердно миновав человека. Спину полоснули когти. Ожог боли разлился потопом…

– Нет! – Лаони ткнула посохом в трока. Хищника вывернуло наизнанку – сообразно академическому описанию плетения "Обнаженная Смерть". Мистерию передернуло… и смело меховой волной, ощерившейся лезвиями и клыками.

Осознав, что не видит сияние белых одежд, Четрн пинком снял с клинка тело и огляделся. Спустя миг он атаковал… Располосовал Тиг-Логом две или три спины, переломил безвестный хребет и замер, покачнувшись, – мохнатые руки стиснули его щиколотки…

Закончив превращать лицо врага в отбивную, Ор выхватил меч и устремился в гущу схватки. Пробил дорогу импульсом щита…

– К Мику! – Чет ожесточенно рубил вокруг клинком. – Я сам… Привет, Лао…

Мистерия, яростно шипя, вывернулась из-под груды тел, скованных льдом. Ее вид пугал – кровоподтеки, раны, грязь и свирепый оскал, увидев который Четрн непроизвольно отшатнулся… Лакон воспользовался заминкой противника– горло Курьера сжали сильные пальцы. Кипение битвы потускнело, окрасилось тьмой…

– Иду… – Лаони оттолкнулась посохом, бросая себя к врагу.

– Хетч! – Михаил, ухватив Ора за ногу, поднялся на колени. "Откуда их столько?" – он постарался оценить ситуацию. Ханасийцы начали отход, выманивая врага с укрепленных позиций… Но димпам достало схватки – кто-то координировал атаку, лишая смысла усилия ханаси…

Слуга Хоора обозначился яростным криком, заставляя локонов перегруппироваться. В вихре схватки его образ застыл целью…

– Ор, прикончи плесень!

– Линия огня…

– Прыгай! – Михаил уперся руками в землю. Не позволяя себе усомниться, Ор вскочил ему на плечи.

Настройщик распрямился, и Ор свечкой вознесся к кровавому полотну неба. На лету извлек излучатель… Стремительные вихри, рожденные вакуумными взрывами, накрыли с десяток лаконов, включая одного офицера-морга. Крошево земли и плоти расплескалось черным облаком.

– Куда… ты… стреляешь?! – Михаил увернулся от одного меча, второго…

– Трое… – донесся спокойный голос. Падая, Ор методично снял цели, посмотрел вниз и поморщился… Земля ощерилась частоколом копий…

Щедро раздавая пинки и удары, Четрн расчистил другу место… Но уберечь не смог.

– Лечь! – Лаони призвала Силу. Ей вняли.

Михаил пинком в голову поторопил замешкавшегося лакона.

– Троки. – Ор, развернувшись, выстрелил по птицам-убийцам.

– Как я зол… – Четрн подпрыгнул метра на два, достиг относительно тонкой шеи твари и перерубил ее. Карлик ткнул было копьем и опоздал – Лаони выжгла и без того невеликий мозг возницы.

– Уходим! Они тянутся за ханасийцами… – Михаил бросился прочь.

Враги предпочли атаковать основные силы Ханаси. И хвала небесам, что не было моргов, которые могли бы разъяснить им ошибку.

***

"Вовремя!" – Арда проследила за яркими лучами, ослепившими лаконов. Пламя небес не подвело…

– Сдохни! – Женщина пронзила мечом жмурившегося противника. И вспомнила о Мике. Жив ли?

– Б… – Михаил замер. По склону холма карабкался вражеский отряд. Мысли слабо всколыхнулись, рассчитывая вероятности… Мрак.

Он перемахнул через противника, скатился в низину и, пытаясь совладать с болью, гаркнул в никуда:

– Чет!

Лаконы развернулись на крик. За их спинами полыхнуло золото доспехов… Тиг-Лог собрал обильный урожай, щедро напоив землю кровью. Лаконы вновь развернулись, обозначая цель… Михаил атаковал.

Подоспевшие Ор и Лаони застали только трупы.

– Чего уставились? Ноги в руки… – Чет осекся. Из-за холмов выплеснулась новая лаконская волна. – Идут на ханаси… Стой!

Курьер схватил Михаила за руку. Тот дернулся в попытке вырваться…

– Идиот! Наша цель Врата… Мы знали, что ханасийцы обречены!

Ни слова не говоря, Михаил бросился к великой Святыне уже мертвого народа. Ненависть к Средоточию затопила сознание ослепительным и яростным светом.

– Куда его несет? – Лаони сорвалась в бег. – Мик!!

– Ему теперь… море по колено… – выдохнул Чет, догоняя спутницу.

Яростный крик ударил в изуродованное лицо лакона – в залитые кровью глаза, в перекошенный агонией рот… Михаил со стоном распластался на трупах. Он не чувствовал боли, тело онемело… Последняя гавань найдена и с облегчением принята…

– Вставай! – Четрн рывком поднял друга. – Собрался!! С…

– Мик… – Лаони стерла кровь с его лица. – Осталось немного…

– Да.

Четверо выстроились в ряд перед Пламенем Вечности – безмолвные тени на фоне белого сияния. Остался только шаг…

– Чего стоим? – спустя долгую минуту спросил Четрн у Врат. – Кого ждем?

***

Арда обессилено прислонилась к скале. Кровь из ран горячими каплями оросила траву. Вскоре Хранители достигнут Святыни, и тогда неверные обратятся в бегство. Осталось мгновение, удар сердца…

Серк, воткнув знамя в песок, как мог орудовал мечом. Половина украшений пропала с его одежд, омытых кровью…

– Свобода… – без устали шептал он.

Вождь так и не покинул дарованный Хранителями символ – смерть пришла с ударом меча.

– Будьте прокляты! – Архан пустил в ход клюку.

Его гибель отсрочило появление Ксота – толстяк пекарь сумел потеснить врага. Родня гордилась бы им… Сталь бросила его на колени.

– Сынок… – Он заметил в метре от себя клочок бумаги, ветер отогнул уголок листа. Ксот протянул руку… Он достанет, сейчас… Тьма оборвала боль.

– Береги символ… – Арда плакала, глядя на израненного Банта, обнимавшего древко знамени. Лаконы отрезали пути к отступлению… Позади твердь камня, обозначившего границу праведности, – далее ни шагу, во славу свободы…

Мелькнула крылатая тень. Арде достало силы поднять меч…

Трок замер искаженным силуэтом и ярко алыми клочьями обрушился вниз. Женщина пошатнулась, невидящим взглядом окинув поле боя… Пламя не оставило Ханаси. Арда всхлипнула – на вершине холма стояли Хранители. Их силуэты искаженным зноем маревом разбили стылый горизонт. Истина вернулась…

Михаил безрассудным порывом обрушился вниз, одолевая склон… Рычавшая и скалившаяся в безумии схватки толпа лаконов развернулась непреодолимой преградой…

– Левого, вождь! – крикнул Чет. Он пригнулся, оценивая траекторию Настройщика. – Правее! Бей серией, их до… Куда он прыгнул?!

Ор неуловимым движением сместился вправо, выстраивая линию огня…

– Попал! – возликовал Четрн. – Ор, у пукалки есть имя?

– "Малютка Санди"…

– Люблю ее! Тиг-Лог будет доволен…

Троица димпов в клочьях травы и дерна сверзилась вниз.

– Арда! – Михаил приподнял женщину. – Не молчи…

– Пой, Лаони! – Четрн окружил родню вихрем стали, в быстроте движений смазываясь в зыбкую тень. Златорэль гордился бы сыном. – Пой!

Согретые песней ханасийцы открывали глаза, вновь подбирали оружие…

– Мик, ты вернулся… – Арда по-детски шмыгнула носом. – Вместе и уходить легче…

– С этим мы повременим. – Михаил яростно распрямился. – Пришло ваше время, приматы…

– Точка жирнее не бывает, – присвистнул Чет, глядя на взрывавшиеся тела. – Они его таки достали.

– Мик. – Лаони вздрогнула. – У тебя не хватит энергии…

– Достану еще!

– И что?! Ты не настолько быстр, чтобы отразить массированную атаку. Вспомни, почему мы и привлекли ханасийцев…

– Они бегут, – вдруг объявил Чет. – Эй, уроды, чего испугались?!

– Сработало, – просто сказал Михаил. – Лаони, я не псих.

– Ты удивил меня. Вновь. – Мистерия обозначила удивление легким поклоном. – Идем.

– Куда вы Хранители? – хором спросили пятьдесят семь ханасийцев. Михаил добросовестно их пересчитал. Великое племя… Но где-то незыблемым оплотом остался город Кэлпок, чтобы начать историю сначала – теперь, когда Святыня свободна.

– Великий день, – прошептал Архан.

– Я сберегу символ. – Арда быстро провела по глазам рукой. – Уходи быстрее.

– Прощай… – Михаил старался не смотреть на знамя.

– Время, Мик, – окликнула Лаони.

– Арда, ты… – Настройщик умолк. Что изменят слова… Очередной мир останется за спиной, яркой вехой украсив Дорогу.

Последний шаг в океан энергий…

«Ставим?» – мысль Лаони лучилась надеждой.

«А чего тянуть? – ответствовал Четрн. – Либо попадем, либо опять в ж…»

Интерлюдия 3

Океанский прибой мягко перебирал гальку. Величаво и неутомимо волны, подсвеченные золотом рассвета, накатывались на берег, пенными гребнями омывая обломки скал.

– Это сон. – Молодой человек поджал ноги, уберегая их от очередной волны. Он любовался туманной далью и спутницей.

– Что ты хотел сказать? – улыбнулась девушка.

– Я предлагаю соединить наши жизни, – потупился кавалер. Слова дались нелегко…

– Глупый, конечно, я согласна.

– У нас будут дети. Трое… нет, четверо. – Молодой человек счастливо вздохнул. – Посмотри на небо… Точно боги очистили синь и наполнили его первозданной белизной. Оно светло так же, как и мои мысли о тебе…

– Проверим?

Океан молчал. Таинство, что происходило на обломке скалы, он видел не раз.

Глава 6

– Тайм-аут, – потребовал Четрн, укладывая возле костра охапку веток. На нее он и сел, демонстрируя показное мгновение счастья, дарованное отдыхом.

Михаил кивнул в знак солидарности. Новый бросок привел их в мир, который светился теплотой и уютом – берег горной реки, далекая радуга водопада, мирный лесок по соседству, где в изобилии водилась пернатая дичь, мягкая трава и ласковое солнце. Хотелось лечь и расслабиться.

Михаил лениво перевернулся на живот. Плеч коснулась игра светотени, порожденная древесными кронами. Мерно журчал речной поток – холодный и быстрый. Плеснула рыба…

– Флягу наполни, – посоветовала Лаони. Она готовила нехитрый завтрак – жаркое из подстреленной Четом птицы. Чудный аромат стелился над береговым откосом.

– Успею. – Настройщик достал портрет Арды. Мгновение замерло, балансируя на грани…

– Мазохист, – хмыкнул Четрн.

– Отвали. – Михаил пересел к огню и демонстративно сглотнул. – Есть чего-то хочется…

– Потерпи.

– Долго?

– Десять минут…

Лаони уложилась в девять. Обрабатывая зубами птичью голень, Михаил думал. Димпов вновь постигла неудача – щит развернулся недостаточно близко к Хаосу, что означало новый бросок и новый мир. И новое путешествие к Вратам, сотканное из неизвестности, усталости и надежд.

– Почему нас перебрасывает так далеко от цели? – досадливо спросил он.

– У Средоточия свои законы, – неопределенно сказала Лаони.

– То есть, ты не знаешь…

– Я…

– Тогда другой вопрос, – перебил Четрн. – Почему миры выглядят столь обыденно?

– Я думала об этом, – кивнула Мистерия. – Чтоб войти в контакт с ядром, я использую спектр груэлловских Врат. А Груэлл, сами понимаете, не верх экзотичности…

– Тогда, может, опробовать чистый спектр…

– А ты готов к тому, куда попадешь? – Четрн ткнул веткой в седую россыпь углей. Язычки пламени вспыхнули жаркой короной и погасли, упокоенные токами горного воздуха.