Текст книги "Предатель. Цена прощения (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12

Я долго не могла поверить. Я кидалась на стены. Истерила. Просила отвезти меня к моему малышу.

Тот период я помню смутно, просто было ощущение, что меня кинули в котел с кипящим маслом. Я там варилась. Стонала от боли. Молила мне помочь. Но огонь под котлом только становился сильнее.

Со мной постоянно находились какие-то люди. Меня не оставляли одну. Мне не показывали тело моего малыша. Потому как отец запретил. Они опасались, что увидев… я утрачу остатки разума.

И я действительно его теряла, из меня вытекала жизнь, потому как у меня был смысл, был кроха, которому я дарила всю любовь.

А теперь его не было.

Ничего не осталось. Только кипящий котел и моя боль.

Я не понимала, что дальше, для чего, зачем. Я днем и ночью звала своего малыша, стояла на коленях и умоляла вернуться ко мне.

А не понимала, как мой малыш мог меня покинуть. Я ведь была бы лучшей матерью. У меня в целом мире только он.

По сравнению с моей потерей, предательство Степана меркло. Но подсознательно я и его винила. Если бы он был рядом, возможно, этого бы не произошло.

Я угасала, я теряла связь с реальностью и была этому рада, потому как боль была слишком сильной.

Потеряла счет дням. Видела только белые стены палаты, людей лица которых я не замечала.

– Виолетта! – как-то раздалось над ухом.

Не сразу узнала голос. Да и зачем? Смысл вообще реагировать?

Меня больше ничего в этой жизни не интересовало.

– Дочь! – кто-то взял меня за плечи и встряхнул.

Я не отвечала. Продолжала смотреть в одну точку.

– Ты в психушку хочешь загреметь?! – он продолжал меня трясти.

Что это отец, я поняла где-то на подкорке сознания. Но никаких эмоций при этом не испытала.

Не было у меня потребности делиться болью, чтобы меня жалели.

Это ничего не исправит. Не вернет мне малыша.

Они не понимают. Никто не понимает, как это терять самое дорогое. Я столько месяцев носила сына под сердцем, он был частью меня, моей огромной любви. А теперь ничего этого нет.

– Все равно, – ответила пустым голосом.

Мне действительно было плевать. Может даже психушка и лучше. Там мне помогут уйти в забытье, снимут боль, и я буду коротать там свой век. Влачить существование, лишенное смысла.

– Ты идиотка? – снова меня встряхнул.

Молчу. Я не хочу говорить. Не вижу его, все перед глазами размыто. И не хочу видеть. Мир для меня превратился в серое бесцветное пятно и люди тоже.

– Оденьте ее. Мы уезжаем, – слышу, как дает кому-то распоряжение.

Врач что-то говорит в ответ, в чем-то убеждает отца. Мне все равно. Не слушаю. Звуки превращаются в далекий шум. Я снова вспоминаю, как малыш жил у меня в животе. Какое же это незабываемое ощущение. Как он шевелился и отвечал мне. У нас была особая связь. А сейчас ничего этого нет…

Меня все же начинают одевать. Мне это не нравится. Они меня дергают. Мешаю погрузиться в мысли. Оплакивать своего сына.

Потом кто-то несет меня на руках. Усаживают в машину.

Все это фиксируется размытыми кадрами.

Потом дом.

Не моя квартира, которая больше похожа на детский мир. Сколько всего я купила своему малышу. Как же я его ждала. Представляла, как буду одевать, он будет у меня самый красивый, он бы купался в моей любви, у меня ее так много.

– Виолетта, да, мне жаль, что так произошло. Никто не ожидал. Так иногда случается. Я все проверил, врачи действительно сделали все возможное, – отец стоит напротив меня, меня усадили на диван.

Что ему ответить? Я не хочу об этом говорить.

– Ты не разрешил мне с ним попрощаться… – вот единственное, что я никогда ему не прощу.

– Так для тебя лучше. Если бы ты увидела… Виолетта, нельзя себя уничтожать. Прошло достаточно времени, ты молода, у тебя еще все впереди, – голос отца спокойный. Он пытается добавить немного нежности, но выходит откровенно паршиво.

– Ничего… у меня ничего нет впереди! Просто оставь меня! Я не хочу тебя видеть. Говорить, – делаю над собой усилие и отвечаю.

Пусть поймет и перестанет меня донимать.

– Я тебе скажу, что у тебя впереди, – поднимает мою голову за подбородок, смотрит мне в глаза. Даже сквозь туман, чувствую его жесткий взгляд. – Хочешь ребенка, ты его получишь. Каролина беременна, – втягивает носом воздух, – Не от меня. Потому оставить ребенка у нас в доме я не могу. Ты выйдешь замуж за человека, которого я тебе подобрал, и примешь этого ребенка как своего. В свою очередь, я обещаю, что вы ни в чем и никогда не будете нуждаться.

Глава 13

Его слова настолько нереальные, я будто получаю удар электрошока. Смотрю на отца более осмысленным взглядом. Даже в глазах проясняется.

– Ты совсем… это… – мотаю головой.

– Я вполне серьезен, Виолетта, – Игорь Матецкий невозмутим.

– Я только что потеряла ребенка. А ты… что ты мне предлагаешь? – даже озвучить этот кошмар не могу.

– То, что изменит твою жизнь. Жизнь не терпит слабых. Нельзя впадать в отчаяние, чтобы ни случилось, – он садится рядом. Голос немного смягчается. – Я понимаю тебя. И я тоже хотел внука. Для меня это удар. Но я нашел выход.

– Выход? Папа! Ты предлагаешь мне выйти за незнакомца и усыновить ребенка твоей жены? От любовника? Тебе самому как, что она от другого залетела?! – злость все дальше выталкивает меня из бездны отчаяния.

– Я не могу иметь детей. Ты знаешь.

Да, отец переболел. И в итоге – бесплодие. По нему это сильно ударило. Когда он узнал диагноз, на три дня закрылся у себя в кабинете и никого не пускал. Я тогда очень за него переживала.

Но он не говорил. Ходил мрачный. Потом постепенно стал отходить, хоть я в этот период старалась чаще к нему приезжать, поддерживать.

Но все же это не потеря ребенка, которого ты носила под сердцем!

– Пап, это не оправдывает предательство Каро. Разведись с ней.

Он ухмыляется. Смотрит на меня так, будто я сморозила полную чушь.

– Каролина – это лучшее, что случилось в моей жизни.

Еще один удар.

Нет, не я, не его два сына от первого брака, а женщина, которая в открытую ему изменяет. Ее он поставил на пьедестал, гораздо выше своих детей. Это истина.

– Ты себя слышишь? – вскакиваю с дивана. Хожу взад вперед по комнате.

– Когда-то ты меня поймешь, – изрекает задумчиво.

– Папа, это невозможно понять! Ты уважаемый человек, держишь в страхе стольких людей, тебя опасаются, боятся. А что творится у тебя с женой? Она же шл…

– Не смей! – тоже подскакивает. – Никогда так не говори о Каролине! – делает глубокий вдох и уже спокойнее добавляет. – Речь сейчас не о ней, а о твоем будущем.

– О ней, папа. Ты мне предлагаешь воспитывать ее ребенка!

– Ты станешь отличной матерью. И женой, – стальной, уверенный голос. – А чтобы никто не догадался будешь носить накладной живот.

– Нет! Просто нет и все! – скрещиваю руки на груди.

Это потрясение вывело из оцепенения. Мысли начинают работать. Хочется сопротивляться и сражаться.

Отец предлагает мне после потери ребенка носить накладной живот! Уму не постижимо!

– Как я сказал. Так и будет. Мы сегодня вылетам. Собираться тебе не надо. Все необходимые вещи мои люди соберут.

– Я хочу к себе в квартиру.

– Нет. Тебе там делать нечего. Еще не хватало, чтобы ты снова истерить начала. Ты и так на грани. И пока ты в себя не придешь, никакой самостоятельности, с тобой всегда будут находиться проверенные люди, – он сообщает так, будто все решил. Мое мнение его не волнует.

Наверное, если бы я была та прежняя, я бы взбрыкнула. Я бы устроила такой скандал.

Но меня той уже нет. Я другая.

И вместо любви к малышу, у меня в сердце расцветает уродливый цветок ненависти. К ним всем, кто смеет распоряжаться моей жизнью.

Я еще им покажу. Папа думает, что я послушно буду выполнять его требования. Пусть думает. До поры до времени.

А мне нужно время, чтобы собраться с силами.

Мы действительно вылетаем тем же вечером. Отец не отходит от меня ни на шаг. Серьезный, собранный и весьма довольный собой.

А я понимаю, что меня ломают, но пока я слишком слаба, чтобы сопротивляться. Морально раздавлена. И боль… злость ее притупляет. Но едва я немного успокаиваюсь, она с новой силой меня накрывает.

Когда самолет уже садится на посадку, отец поворачивает ко мне голову и заявляет:

– Твой будущий муж приехал в аэропорт, чтобы тебя встретить.

В этот момент, я тут же возненавидела так называемого жениха всеми фибрами души.

Глава 14

– Виолетта, без глупостей. Не заставляй за тебя краснеть, – предупреждает отец, когда мы спускаемся по трапу.

– А мне что броситься на шею незнакомому мужику? – фыркаю.

– Эмоции – это хорошо. Но в меру.

– Ты понимаешь, что ломаешь мне жизнь? – смотрю ему в глаза.

– Это ты не понимаешь, что на данный момент это лучший для тебя вариант, – чеканит.

В зале я узнаю его сразу. Высокий шатен стоит с букетом, который не помещается в его руках.

– А вот и Сергей, – отец тащит меня прямиком к нему.

– Виолетта, мои глаза не выдержат вашей красоты. Вы сияете так ярко, что я слепну, – выдает, широко улыбаясь, и пожирая меня отнюдь не целомудренным взглядом. – Это вам, – всовывает мне в руки букет.

– Спасибо, будет мне вместо веника дома, – одариваю его ядовитой улыбкой.

– Шутница, – смеется.

– Знакомьтесь, моя дочь Виолетта. Сергей Синичкин, – представляет нас папа.

– А вы Сергей, птица низкого полета, – окидываю его с ног до головы изучающим взглядом.

– Не совсем вас понял? – продолжает улыбаться.

– Не в состоянии сами себе жену найти. Что никто не ведется на ваше пестрое оперение? Низко, очень низко, такие птицы наверх не взлетают, – не дожидаясь ответа иду к выходу.

– Она потрясающая, – слышится мне восторженное в спину.

Сергей, наверное, привлекательный мужчина. Навскидку ему около двадцати пяти, среднего роста, правильные черты лица, внешность смазливая даже. Такие нравятся девушкам. Но у меня он вызывает стойкое отторжение.

На улице я выбрасываю букет. Отшвыривают от себя, как можно дальше.

– Я передумала, как веник не годится, слишком воняет.

– В следующий раз, я учту ваши предпочтения, – такая же доброжелательная рожа.

– Аллергия на птиц не лечится. Она только прогрессирует.

– Посмотрим, – похотливо сверкает глазами.

Едем мы в одной машине. Я демонстративно отворачиваюсь к окну.

– Сергей очень перспективный молодой человек, – говорит отец. – Он получил в наследство мебельный холдинг, стал во главе и успешно им руководит. Я вижу в нем будущее.

– Еще ниже, – говорю не оборачиваясь, – Такая активная реклама обычно бывает, когда товар никому не нужен.

Хотя на самом деле, товаром ощущаю себя я, потому как понятно, что отец хочет подобраться к активам Синичкина. Вот и использует меня, чтобы породниться. Плюс он пристроит нагулянного ребенка жены, двойной выигрыш.

– Не стоит делать выводы о товаре, не попробовав его, – снова его мелодичный, слишком слащавый голосок.

– Есть товары, которые и пробовать не стоит, сразу видно ширпотреб.

– Виолетта! – отец не кричит, рычит, предостерегает.

– Игорь, все нормально. Я понимаю, обстоятельства не самые благоприятные. У Виолетты неприятность, она расстроена. Мы познакомились не в романтической обстановке. Ничего, у меня будет время все исправить.

– Маленькой неприятностью ты называешь потерю ребенка? – резко разворачиваюсь и злобно сверкаю глазами.

– Прискорбно, – вздыхает. – Но я могу все исправить. Мы будем стараться, чтобы порадовать Игоря внуками.

– Зачем стараться, тебе вон уже готового сделали, да пап? – выгибаю бровь. – Каролина постаралась. Так что, Сергей пришел ты на все готовое.

– Я с радостью приму этого малыша. Мы станем отличными родителями. А потом у нас и свои детки появятся.

– Сереж, слюни подотри. Капают.

На миг в его глазах мелькает молния. Но тут же пропадает, и снова у него милейшее выражение лица.

– Люблю девушек с перчинкой.

– Виолетте нужен понимающий муж. Да, Сергей, она у меня с характером. Но думаю, вы найдете общий язык.

– Да, Сергей на будущее, держи свой язык и остальные птичьи придатки при себе. Иначе оторву, копирую его слащавую улыбку.

– А если рискну? – демонстративно облизывает губы.

– А ты попробуй.

В этот момент, все что еще оставалось от меня прежней перестало существовать. Моя боль закрыта ото всех на тысячи замков.

И они еще даже не догадываются, на что способна иная версия меня, лишенная всего, что мне было дорого.

Глава 15

Мы приезжаем в особняк отца.

– Обговорим все детали за закрытыми дверьми. А потом сразу переедешь к Сергею, – заявляет.

– То есть ты спокойно отправляешь меня жить с незнакомым мужиком?

– Мы обязательно познакомимся, – Синичкин похотливо подмигивает.

То, что он слюнями давится, глядя на меня – это видно. И от этого еще гаже.

– Слюни подбери. Ничего тебе не светит.

Выбираюсь из машины. А на крыльце… кто бы сомневался, Каролина собственной персоной. В облегающем платье, на высоченных каблуках, белые волосы развиваются.

Она красива, тут не поспоришь. Но отца не это в ней привлекает. Их связывает грязь. И они вдвоем от этой грязи кайфуют.

– Сергей, Виолетта, наши молодожены, – всплескивает руками.

– Не убедительно радость играешь, – прохожу мимо нее.

– Поздно зубки показывать, – весело изрекает Каролина и вешается на шею моему отцу.

Отвратительно. Особенно то, с какой страстью папа ее к себе прижимает.

Не выдерживаю. Оборачиваюсь.

– Тебя совсем не смущает, что у нее сейчас в животе ребенок от другого?

– Ничуть, – слышу ответ отца.

– Ах да, ты же уладил проблему.

– Именно так.

Мы все проходим в кабинет, Каролина тоже. Садится на диване, перекидывает ногу на ногу, ее платье задирается.

– А как ты живот будешь прятать? Скоро фигурка перестанет быть такой соблазнительной? – по вмиг помрачневшему лицу, понимаю, что попала точно в цель.

Она переживает, как беременность отразиться на ее красоте.

Детей Каролина никогда не хотела. И если отец оплакивал свое бесплодие, то она ему заявила, что это прекрасно, им больше не надо будет предохраняться.

Это я как-то сама слышала, когда к отцу в гости приезжала.

– Игорь решил оставить ребенка. Я была за аборт, – выдает ни капли не смущаясь.

– Дети даются нам свыше. И мы не имеем права отбирать у них право на жизнь, – Игорь строго на нее смотрит.

Да, насчет детей, отец не забывает о нас. Он развелся с первой женой, но принимает активное участие в жизни своих двух сыновей. И меня не бросил. Хоть я родилась от мимолетной интрижки.

Но плата за его опеку слишком большая. Я даже не думала насколько.

– Ничего страшного, есть мы с Виолеттой, – Синичкин продолжает мягко стелить. – Мы окружим ребенка теплом и заботой.

– Давайте перейдем к условиям, – отец достает бумаги из-за стола. – Вы женитесь через неделю. Сейчас уже запускаем инфу по социальным сетям. Вам надо как можно больше засветиться, а дальше рекламщики сделают свое дело. Виолетта, ты начинаешь вести свой блог. С раскруткой тоже проблем не будет. Рассказываешь, как ты счастлива, что встретила свою любовь. Возьмешь фамилию Сергея.

– Замечательная новость, – комментирует горе-женишок с самодовольной лыбой.

– Отвратительная.

– Так надо, Ви, – отрезает отец. – Дальше сообщаешь о беременности. Носишь накладной живот.

– А она? Будет прятать живот, – киваю на Каролину.

– Когда сроки будут поджимать, Каро уедет из страны.

– Потрясающе, – выплевываю отцу в лицо.

Он делает вид, что не замечает моего состояния.

– В свою очередь, вы будете всем обеспечены. И конечно, можете рассчитывать на мою поддержку. Любые проблемы, днем и ночью, звоните. Можете ознакомиться с брачным контрактом, – пододвигает ко мне и Синичкину листы.

После я много думала… почему все же тогда подписала. Почему согласилась. Я ведь могла упереться рогом… Наверное…

Но в тот момент, я все же была сломлена. Морально не окрепла. И отец знал, на какие точки давить. Он сделал так, словно выбора не было, и я не видела, что на самом деле он был.

После унизительной процедуры подписания, я выбегаю из дома отца.

Они хотели, чтобы я поехала в дом Синичкина. Но я не могу. Не сейчас. Мне надо попасть свою квартиру.

Бегу к воротам с такой скоростью, будто за мной по пятам монстры гонятся. Подхожу и замечаю, что охранник с кем-то препирается.

– Что тут происходит? – спрашиваю, даже не понимаю зачем.

За воротами стоит открытая машина, а рядом с охранником высокий, молодой мужчина.

– Девушка, может вы мне сможете помочь, – мужчина ко мне обращается. – Мне надо попасть в дом, надо срочно увидится с Каролиной Матецкой. Это в прямом смысля вопрос жизни и смерти!

– А вы кто? – рассматриваю его внимательней.

Он хорош собой. Дорогая машина. Одет в брендовые шмотки.

– Сергей Стрельцов, – представляется.

– Еще один Сергей, – из горла нервный смешок вырывается.

– Что? Простите. Не понимаю, – сводит брови на переносице.

– Сергей, а что там у вас за такой вопрос? Не вашего ли авторства ребенок Каролины? – не знаю, почему этот вопрос сорвался у меня с языка. Почему так сразу. Прямо в лоб.

Глава 16

– Простите, а вы собственно кто? – присматривается ко мне внимательней.

– Виолетта Артемьева, – фамилию отца я не ношу.

Я ведь внебрачная. Мне не положено. И нигде нельзя говорить, что он мой отец. Хотя многие и так знают, но если какая информация просачивается дальше, то все подчищают.

– Дочь Матецкого, – Сергей прищуривается.

Он видимо в курсе.

– Сергей, а подвезите-ка меня, – соблазнительно ему улыбаюсь. – Сегодня вам в этом доме делать нечего. И вряд ли что-то хорошее выйдет, даже если я вас проведу.

– Я все понимаю. Но потом может быть поздно. Каролина уже несколько дней на связь не выходит, – брови на переносице сводит. – И в любой момент может случиться неизбежное.

– Не случится. Так что, поехали?

Он секунд тридцать смотрит, раздумывает. Потом кивает:

– Поехали.

Открывает для меня дверь переднего сиденья. Сам за руль садится.

Очень красивый мужчина. Манеры, жесты, нет в нем ничего раздражающего.

Хотя спустя время, анализируя свое первое впечатление, мне кажется, Сергей произвел на меня впечатление, потому что он сильно выделялся среди моего окружения. Они меня предали, а он как бы тоже был предан Каролиной и переживал за своего ребенка.

Еще Сергей меня привлек тем, что он явно был в связи с Каролиной и мог про нее многое знать. А против врага надо собирать информацию.

– Давно вы с Каролиной? – усаживаюсь удобнее на сиденье.

– Я не думаю, что мне стоит с вами это обсуждать.

– Можно на ты, Сергей. А тут иначе не получится, у меня нужная тебе информация, у тебя мне. Так что, поможем друг другу, – пожимаю плечами.

– Вы же с Каролиной терпеть друг друга не можете. Чем ты мне помочь можешь, – боковым зрением на меня косится.

– В первую очередь с ребенком. Ты же переживаешь за его судьбу.

– Она сказала, что сделает аборт. Ей дети не нужны. Ребенок только будет всем мешать! Но как он может мешать? – бьет ладонью по рулю.

После потери ребенка, слова Каролины кажутся еще огромным кощунством. Я оплакиваю своего сына. А она… она так просто хочет от него избавится. Если бы отец не запретил, она бы уже делала аборт. Тут сомнений нет. От этого ненависть к ней еще больше возрастает, как и интерес к Сергею.

– Она не сделает аборт, – выдаю, потому как мучить человека такими вещами отвратительно.

– Нет? – он аж по тормозам ударяет.

Съезжает на обочину.

Резко ко мне разворачивается.

– Виолетта, ты не врешь?

– Я не могу таким манипулировать, – что-то в моем лице заставляет его выдохнуть.

Он трет лицо руками. Выходит из машины. Стоит на трассе, задрав голову вверх.

Выхожу следом.

– Я не знаю, как тебя благодарить. Такое облегчение, – разворачивается и обнимает меня.

От него приятно пахнет. Хороший парфюм, он окутывает и дарит своеобразное успокоение.

– Ты ее так любишь?

– Люблю? – отстраняется немного. – Нет, – отвечает не задумываясь. – У нас другая история. Больше, чем любовь, – разворачивается и идет к машине.

Вот заинтриговал ведь!

– Куда тебя подбросить?

Называю адрес своей квартиры. Сергей кивает.

– А что больше, чем любовь? – спрашиваю, после молчания, царившего в машине несколько минут.

– Связь, которую не разорвать ни при каких обстоятельствах.

Загадочный он.

– Судя по тому, что ты с ней связаться не можешь, еще как разорвать.

– Это ненадолго. Даже если бы она сделала аборт, через время она бы появилась. Но я не мог допустить убийства ребенка.

– Странно все это, как ты представлял дальнейшее будущее? Каролина не разведется, вам не воспитывать вместе малыша. Мой отец, я не знаю, как он еще тебе голову не оторвал.

– Игорь о нас с Каролиной знает. Я с ним лично знаком, – в очередной раз меня удивляет.

– И вам так нормально делить женщину?

– Каролина не моя женщина, – произносит четко, ничуть не сомневаясь в своих словах.

– Но от тебя беременна. Ты планировал забрать у нее ребенка? Сам воспитывать? – пытаюсь его понять, но пока ничего не получается.

– Нет. Я бы с радостью, но не могу. Я женат и у меня двое детей.