Текст книги "Предатель. Цена прощения (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Предатель. Цена прощения

Глава 1

– Ты жизнь себе портишь! Как можно быть такой идиоткой! – мама бегает по квартире и кидает вещи в чемодан.

– Мам, беременность ведь не приговор, – пытаюсь сгладить конфликт. – А малыш – это счастье.

– В твоем случае – это позор! Ты про отца подумала?! Он же с тебя три шкуры спустит! – зарывается пальцами в волосы. – И это еще в лучшем случае. Какой кошмар!

– Мам, в чем позор-то? Мы со Степой любим друг друга. У нас будет семья. Папа обрадуется, – мамины крики не могут помешать моему счастью.

По идее, я должна была паниковать, когда увидела на тесте две полоски. Мне двадцать, в жизни все нестабильно, и я точно не была готова к ребенку. Но вопреки всему я хочу этого малыша. Именно от Степана.

Кладу руку на живот: «Как ты там мой малыш?».

– Степа? Не смеши меня! Отец бы подобрал тебе выгодную партию. А ты нашла себе нищеброда! Так и слышу, как он мне скажет: «Лида, ты родила мне идиотку!». И будет прав!

«Все будет хорошо, малыш!», успокаиваю кроху в животике.

– Мам, ты сама родила меня от отца, зная, что он женат. Я внебрачная дочь. И он меня так официально и не признал. А у меня будет иначе, мы со Степой поженимся.

– И что? Будете жить на его гроши? Или ты думаешь, отец и дальше будет тебя обеспечивать после твоей выходки! – мама швыряет в чемодан ярко-зеленый костюм. Потом пинает шкаф. – А перспективы? А твоя учеба? Все коту под хвост? Ты реально веришь в рай в шалаше с нищебродом?

– Прекращай. Я к тебе с новостью. Хотела поделиться, пока ты еще в городе. А ты… не порть мне настроение…

– Я родила тебя от кого! От самого Матецкого! – указательный палец к потолку задирает. – А ты?! От первого встречного! Почувствую разницу! Ты с детства как сыр в масле каталась! Потому, что отец, пусть и не признал официально, а все тебе дал. И никогда не забывает!

– Папа меня поймет, – поджимаю губы.

– Или ты думаешь на меня спихнуть своего спиногрыза? – мама задыхается от гнева. – Так я только жить нормально для себя начала! У уезжаю к любимому мужчине! А ты… ты… – подходит ко мне. Руки в бока упирает. – Ты сделаешь аборт! Пойдешь в лучшую клинику, и с тебя выскребут это недоразумение! – орет так, что уши закладывает.

– Нет, – отвечаю уверено.

Никогда я не убью своего ребенка!

А Степан… мама даже не догадывается какой он нежный и заботливый, внимательный. Я с ним себя самой счастливой чувствую.

Мама всегда руководствовалась только выгодной. Мне кажется, она и не знает, что такое любить мужчину. А я вот знаю, и да, я готова к испытаниям. Пусть весь мир от нас откажется, а мы назло всем выстоим. И все у нас отлично будет. Ребеночка родим и воспитаем. Мы же друг у друга есть, а значит со всем справимся.

Степа закончил юридический. Я буду рядом. Я в него верю, и он непременно сделает карьеру. И я тоже сложа руки сидеть не собираюсь.

Эти мысли помогают отвлечься от маминых криков.

– Да, и тысячу раз да. Если будешь артачиться силком потащу! – она не унимается. – Родишь, когда будет достойный, богатый мужик. Нищету нечего плодить.

– Все, мам. Езжай себе, куда ты там собралась, – покидаю комнату и выбегаю из дома.

Я давно живу отдельно от мамы. Привыкла сама.

Так какого меня дернуло побежать к ней?

Просто хотелось поделиться радостью. Почему-то так хотелось, чтобы именно мама поняла и поддержала.

Как всегда, зря надеялась.

Ведь не раз уже обжигалась.

А лучшая подруга, как назло, на звонки не отвечает. Набираю ее еще раз.

Гудки… гудки…

Мы с ней не разлей вода еще со школы. Она мне как сестра. И уж она точно поддержит.

Сколько мы вместе слез пролили, в самые трудные моменты в жизни были рядом.

Степан сейчас на работе. Не хочу его отвлекать. Потому отправляюсь к себе домой. По телефону такое не сообщают.

А вот вечером…

Принимаю ванну, наношу макияж, красивое белье, платье. Хочу быть неотразимой сегодня.

Мама обрывает мне телефон. Пишет мне сообщения. Игнорирую.

Не хочу негатива. А с папой я потом сама поговорю.

Хоть характер у отца не сахар. К нему подход нужен. Это все потом…

Сейчас такси и к Степану.

Водитель привозит меня на окраину города. Иду к обшарпанному, расписанному непристойными словами подъезду. Стараюсь не дышать. Запах тут жуткий.

Лифт едет так, что мне кажется, он в любой момент сломается.

Подхожу к коричневой обшарпанной двери. Звонок тут не работает. Дергаю ручку. Открыто.

Холодок по спине.

Страшно.

Как он отреагирует, так интересна его реакция.

– Степ, – зову тихо.

Тишина мне в ответ.

Иду в его комнату. Степа снимает квартиру еще с двумя парнями. Похоже их дома нет.

Открываю дверь…

Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях.

В первую секунду присматриваюсь. Это же не Степа. Один из его соседей!

Так ведь?

Мой Степа не мог! Мы же… он же…

Увы, это именно он. На постели, абсолютно обнаженный, и рядом с ним… Раиса. Моя лучшая подруга…

Шок настолько сильный, что подругу не сразу узнаю.

Она лежит у него на плече, прижимается, без зазрений совести гладит его.

– Степан! Раиса! Но как же… – инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу.

Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове.

Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой…

И моя подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все…

Может ли что-то быть больнее?

– Виолетта, ты все не так поняла! – Степан пытается подняться с постели.

Раиса удерживает его за руку.

– Все ты правильно поняла. Вали. Не мешай. Или, – облизывает пухлые губы, – Ты сейчас сморознешь, что беременна? – подруга запрокидывает голову и начинает заливисто хохотать. – Используешь дешевый прием, чтобы удержать мужика, которому ты не нужна.

Глава 2

Нет. Никогда не скажу. Он не достоин моего ребенка.

– Ты предал, Степа, – говорю едва слышно.

Мир вокруг начинает вращаться. Реальность мутнеет.

– Ви, иди ко мне! – говорит Степа. – Нам надо…

Но я уже не смотрю на него, не слушаю. Разворачиваюсь и бреду прочь. Хочу бежать, но сил нет.

– Будешь знать, как мужику на шею вешаться, – орет Раиса.

Не вешалась я. Раиса это знает. Я ей всю нашу историю рассказывала. Она меня поддерживала.

Степу нельзя назвать красавцем. Скорее наоборот, длинный нос, очень худой. Но его глаза, они такие глубокие выразительные, его забота, его нежность.

Вначале я не обращала на него внимания. Мы познакомились на вручении диплома у него в институте. Я пришла с Раисой поздравить нашего с ней друга.

Там был Степан. Он не подошел познакомиться. Просто смотрел на меня. Широко распахнув глаза, будто я инопланетянка.

– Чего пялишься! – не выдержала и рявкнула на него.

– Никогда не видел такой красивой девушки, – он ответил честно, просто, и как-то так особенно, что вся моя злость пропала.

Раз хочет пусть смотрит.

Потом он приходил ко мне в институт. Не говорил. Просто ждал окончания пар и провожал меня взглядом.

Я сначала его прогоняла. А потом, махнула рукой. Пусть смотрит, с меня не убудет.

Но когда ко мне пристали неадекватные парни на мотоциклах, Степа подошел, и спокойным голосом стал перечислять статьи, которые на них навесит, если они от меня не отстанут.

Они отстали.

А я взглянула на него иначе.

Тихий с виду. А в обиду не даст. Был в нем стержень. Хоть с первого взгляда и не видно.

Так прошел год. Мы стали иногда переговариваться парой слов. Я привыкла, что Степа всегда рядом.

А потом я поссорилась в очередной раз с матерью. Она наговорила мне обидных слов по телефону. И это перед экзаменом! Сидела на ступенях института и плакала. Накопилось.

Степа подошел сел рядом. Ничего не сказал. Плакать перехотелось. Стало теплее.

Посмотрела на него. И в этот миг он стал таким родным. Будто что-то в голове щелкнуло.

Именно с того момента мы не расставались. Степа раскрылся совсем с другой стороны. Я любила как он говорит, с выражением, эмоциями, как улыбается, а ведь улыбался он только мне. Как на меня смотрит.

Он был особенный, не такой как все. Он меня любил, я чувствовала это. Знала. Он не способен на предательство.

Как же я ошибалась.

Козел обыкновенный.

Выхожу из подъезда.

Куда теперь? Дома я с ума сойду. Мама… она только хуже сделает.

Прохожу два квартала. Чудо, что никто не прицепился. Райончик очень неблагополучный. Вызываю такси.

Называю адрес папы.

Он только у меня остался. Больше никого.

Даже не представляю, что он скажет. Пока еду слезы стекают по щекам.

Я не понимаю, как я могла так сильно полюбить. Мы ведь совсем недолго вместе!

Не хочу любить. Любовь – отрава!

Выхожу из машины. Нетвердой походкой иду по ухоженной алле. Дом отца напоминает дворец.

Но я тут не особо желанная гостья.

– Тебя какого принесло? – на ступенях стоит моя мачеха.

Терпеть ее не могу! Стерва и интриганка.

А папа в ней души не чает. Еще бы молодая жена. Красивая и стервозная. Он таких любит. Тихони моему отцу не нравятся.

– Я не обязана перед тобой отчитываться, – прохожу мимо нее гордо подняв голову.

Домработница сообщает, что хозяин у себя в кабинете. Стучу. Переминаюсь с ноги на ногу.

– Входи, Виолетта, – от хриплого голоса отца вздрагиваю.

– Пап… я… – слов нет.

Один его цепкий взгляд, и слова вылетают.

– Рассказывай, – жестом предлагает сесть.

Мой отец очень статный мужчина. Седина на висках, правильные черты лица. Он очень хорош собой, и возраст над ним не властен. Но и очень сложный человек, жесткий, резкий, хоть щедрый. Он действительно обо мне заботится. Купил квартиру, дает деньги, интересуется моей жизнью.

– Я… беременна, – выпаливаю и краснею.

– От Степана, полагаю.

– Откуда ты знаешь? – восклицаю недоуменно.

Я не рассказывала про Степу, боялась реакции папы.

– Отец обязан знать, что происходит в жизни дочери, – он стоит около своего стола, руки сцеплены сзади.

– Он… он мне изменил, – выпаливаю.

Я не могу держать это в себе. Я должна поделиться. Сейчас во всем мире есть только отец, он один мне родной. Он моя поддержка.

Старшие братья от его первой жены не в счет. У нас с ними отношения не сложились.

– И ты убиваешься по нищеброду? Скажи ему спасибо, что на первых этапах не стал поганить тебе жизнь.

– Пап, разве в деньгах дело! Степа он… я была с ним счастлива… – мысленно даю себе пощечину.

Я автоматом все еще защищаю предателя. Все еще люблю, все еще мысленно с ним не попрощалась.

– Он бесперспективен. У него нет целей. Моя дочь не может связать свою жизнь с подобным субъектом, – подходит к графину, наливает мне воды.

– А мама говорит про аборт.

– Твоей матери давно язык надо промыть, чтобы не молола чепухи. Никакого аборта, дети даются для того, чтобы появиться на свет.

– Да, я хочу оставить этого малыша, – киваю.

Становится немного легче, папа меня поддержит.

– Но…

– Что? – забываю, как дышать.

– Виолетта, я вижу, ты пока не способна управлять своей жизнью. Поэтому я сам подберу тебе мужа. Отказ не принимается.

Глава 3

– Пап, какого мужа! Ты что, – сглатываю колючий ком. – Я вообще-то беременна.

– Он примет ребенка.

– Потому, что ты ему прикажешь! Зачем мне такой!

– Виолетта, – когда он таким тоном говорит, у меня кожа коркой льда покрывается. – Мы не на рынке. Торг не уместен. Как я сказал. Так и будет.

– Пап… я не выйду за незнакомого мужика!

– На данный момент ты уедешь. Этот облезлый будет рыскать по городу и тебя искать, – отец садится за стол. Сцепляет руки в замок. – Сопли распустит, ты растаешь, вы помиритесь, и привет, спущенная в унитаз жизнь.

– Я его не прощу! Он предатель!

– Виолетта, заблокируй его. При мне. Сейчас.

Делаю, как он говорит. И вопреки всему, сердце кровью обливается. Больно-то как. Внутри все узлом скручивается.

– Хотя, давай телефон. Ты не удержишься, – поднимается с кресла, сам забирает у меня телефон из онемевших пальцев. – Водитель тебя отвезет домой. Собирай вещи. Далее вернешь в мой дом. До отъезда будешь тут. И никаких контактов.

Он уже все решил.

Да, я могу взбрыкнуть. А смысл?

В моей ситуации я могу верить папе. Он меня любит. Он желает добра. А я слишком растоптана изменой любимого, чтобы действовать самостоятельно.

Меня в городе ничего не держит. Мать и та уезжает. Остаются только предатели. А на новом месте мне действительно должно лучше стать. Ничего не будет напоминать и я спокойно выношу ребенка.

А насчет замуж… пока же никаких конкретных сроков. Когда будет угроза, тогда и придумаю, как отмазаться. За это время немного оправлюсь.

Хватаюсь за идею уехать, потому что меня тянет с Степе. Я ношу нашего ребенка и любовь так быстро не умирает, даже после предательства.

С водителем отца я быстро собираю вещи и возвращаюсь в его дом. Падаю на постель и не выхожу из комнаты два дня. То рыдаю, то смотрю в потолок.

Уговариваю себя забыть, но глупое сердце не слушается. Мне есть ради кого жить, все те светлые моменты со Степой останутся в моем малыше. Он лучик света, который не даст мне погрузиться во мрак.

Я стану самой лучшей матерью. Я дам все своему малышу.

А на третий день, когда к вылету практически все готово, через балконную дверь ночью ко мне пробирается Степан.

Как он пробрался? У отца же охрана. И тут третий этаж.

– Виолетта, любимая! Что случилось? Почему ты прячешься? – он стоит, высокий, бледный и смотрит на меня лживо-влюбленными глазами.

Сердце замирает, а потом больно сжимается. Воздуха не хватает. Любовь и боль накрывают.

– Ты зачем приперся! Убирайся! – говорю тихо.

А надо бы закричать, позвать охрану, пусть его выкинут из дома.

Но что-то мешает. И я ненавижу себя за эту любовь. Которая делает слабой.

Не могу на него смотреть. До ломоты в теле хочется обнять, и тут же прибить! Он все изгадил.

– Я не понимаю, что случилось? – подходит ко мне, приседает на корточки. – Ви, объясни пожалуйста, что я не так сделал? Я с ног сбился тебя по городу искать. Места себе не находил.

– А ты считаешь, спасть с Раисой, это так пустяк! Еще и нагло после этого спрашиваешь? Ты совсем рехнулся! – даю ему пощечину. Потом еще одну и еще.

Он не уворачивается. Лишь недоуменно на меня смотрит.

– Раиса? Я? Ты о чем вообще? – моргает так, словно действительно ничего не понимает.

Глава 4

– О ваших игрищах в постели! – едва сдерживаю слезы.

Нельзя плакать. Он не заслуживает моих слез.

– Чего? – лоб морщит, глаза еще больше округляет.

– Я не буду рассказывать, то, что ты и так знаешь! – закрываю лицо руками. Делаю глубокий вдох. – Сделать вид, что ничего не было не выйдет. Я там была все видела!

– Ви, но я реально не понимаю, о чем ты. Зачем мне Раиса, если у меня ты есть. Я твою подругу едва знаю, – пытается ко мне дотронуться, но я отползаю на постели.

– Это тебе не помешало ее в койку уложить. Не смей ко мне прикасаться! Никогда! Проваливай, Степан!

– Любимая, моя Ви, объясни мне все. Я не понимаю. Как ты могла видеть, то, чего в природе не могло произойти. Мне никто кроме тебя не нужен. Я просто не вижу других девушек. Ведь мне досталась ты! – он говорит так искренне, так отчаянно, что на долю секунды я ему верю.

Всего лишь на долю, пока та жуткая картина измены снова не возникает перед глазами.

Дверь в мою комнату открывается. На пороге охрана.

– Как вы вообще его пропустили! – кричу на них, а на самом деле скрываю истерику, что так и рвется наружу.

– Простите, Виолетта Игоревна, сейчас все исправим.

Они хватают Степана. Он вырывается.

– Ви, поговори со мной. Не закрывайся! Мы все уладим! Я люблю тебя! – они его тащат, а он все говорит и говорит.

Отворачиваюсь. Когда дверь закрывается, даю волю слезам.

Сколько можно плакать! А ничего с собой поделать не могу.

Не долго я остаюсь одна. В комнату входит мачеха. Неторопливой походкой, в длинном розовом пеньюаре и на шпильках.

– Тупоголовая, избалованная девица. Раз своими мозгами не обзавелась, то и Степана ты не заслуживаешь.

– Каролина, ты зачем пришла? Показать свое превосходство? Так проваливай. Я не хочу тебя слушать, – слезы мгновенно высыхают, их заменяет злость.

– Я бы тебе, возможно, помогла, – протягивает задумчиво. – Но ты мне нагадила. Расстроила меня. Потому езжай. Так для всех будет лучше.

– Расстроила? Да, кто ты такая? Забыла, где отец тебя подобрал! – поднимаюсь с постели, подхожу к ней. – На тебе пробу негде ставить! И да, все что я на тебя накопаю я выложу отцу! Так он скорее тебе пинка под зад даст!

Не так давно, я застала мачеху с любовником прямо у отца в доме. Я даже фотографию умудрилась сделать и конечно же первым делом ему показала.

Думала, ну после такого, он точно с ней разведется.

Так нет же… Они и дальше вместе, а мне папа сказал не вмешиваться в его личную жизнь.

Измены… они меня окружают. Отец изменял жене с моей матерью, теперь его новая жена изменяет ему…

Я так хотела, чтобы эта грязь меня не коснулась. Так нет же… Степан оказался точно таким же изменщиком.

– Дурында, – качает головой, и даже во взгляде жалость мелькает. – Езжай и не порти Степану жизнь. Ему умная баба по жизни нужна.

Выходит хлопнув дверью.

Как же я ее ненавижу! Чем только она отца взяла!

Отец ведь не из тех, кто прощает. Так почему он терпит?

Может, и он изменяет?

Или есть нечто, чего я не знаю. Но обязательно докопаюсь.

И не успокоюсь, пока она не свалит в закат.

Вечером я выхожу во двор. Надо прогуляться. Малышу полезно. Нужно о себе заботиться, от меня теперь жизнь зависит.

Держу руки на животе. Мне нравится, говорить с малышом, рассказывать ему, как я его жду и буду любить.

Ко мне подходит охранник.

– Виолетта Игоревна, там к вам некая Раиса Мыскина пришла. Просила вам передать, что хочет вам всю правду рассказать. И очень просит ее выслушать.

Глава 5

Глупо, очень глупо идти к воротам. О чем мне говорить с предательницей?

Но я иду. На территорию ее не запущу, а вот выйти к ней собираюсь.

Мне стыдно признаться даже самой себе, но я надеюсь, что она как-то оправдает увиденною мною. И тогда будет понятным странное поведение Степана.

Я цепляюсь за иллюзии. За фантастические выдумки, которые никогда не станут правдой.

Тонкая невидимая, как волосок нить, а я держусь за нее обеими руками, и верю, что она превратиться в спасительный канат.

Глупо…

Безусловно.

Но сердце все еще любит. И я не могу убить в себе это чувство, хоть очень стараюсь.

Во мне растет малыш, он наполняет меня светом, и так хочется верить в сказку. Хоть подсознательно я понимаю, что сама нарываюсь на очередной кошмар.

– Ви! – Раиса кидается ко мне едва завидев. – Прости меня! – вешается на шею.

– Отцепись! – пытаюсь убрать ее руки. Но она держит цепко.

А я за эти дни ослабла.

– Я так рада, что ты согласилась меня выслушать! Я просто не могу потерять нашу дружбу! – тараторит, еще пытается меня в щеку поцеловать.

– Раиса, отстань! – все же получается от нее избавиться.

Отхожу немного от ворот.

Она за мной идет.

– Ви, я хотела объяснить.

– Что? То, что ты переспала с мои парнем? – снова перед глазами та ужасная картина. – Этому может быть объяснение?!

– Так было надо. Степан тебя использовал. Я это узнала. Он хочет подобраться к твоему отцу. Все же хотят крутиться рядом с Матецким! Это перспективы. Я как узнала, – убирает прядь волос с лица, – Поняла, что ты мне не поверишь. Ведь он весь такой правильный, внимательный и ты без ума влюблена. И мне оставалось только соблазнить его. Чтобы ты застала. Я знала, что ты как всегда вечером к нему придешь. Ну и подсуетилась. Я рисковала нашей дружбой, чтобы открыть тебе глаза. Ви, ты же мне ближе, чем сестра!

– Закончила? – спрашиваю холодно.

– Поверь, мне Степа и даром не нужен. Я вижу его подлую натуру. Я просто не могла допустить, чтобы он тебя использовал, – нет видимо не закончила. Потоки слов продолжат литься из его грязного рта. – Он вообще в легкую на меня повелся. Еще рассказывал, как женится на тебе и подлижется к твоему отцу. Как получит доступ к деньгам. Он же спит и видит, как обогатиться за чужой счет. Он же ноль без палочки! Не даром он тебя так долго окучивал! А ты дурында поверила в его чувства, а он спит и видит, как тебя использует. И он тебе изменял постоянно. Не только со мной! Я знаю! Можешь даже не сомневаться!

– Станислав! – оборачиваюсь к охраннику, который стоит у ворот и наблюдает со стороны за нами.

– Слушаю, Виолетта Игоревна.

– Выкиньте пожалуйста эту особу. И если она еще раз появится, сделайте так, чтобы она сильно пожалела, – разворачиваюсь и иду обратно в дом.

– Ви, ты меня не слышала! Я же правду сказала! Я все ради тебя! – бежит за мной.

Станислав быстро ее останавливает.

Не оборачиваюсь. Она не достойна моих слов. Ее просто больше нет в моей жизни.

Его любовь была обман…

Вот она истина.

Перед отъездом, отец вернул мне телефон. Я прочитала сообщения наших общих знакомых. Сплетни разошлись быстро. И люди стали делиться тем, кто что видел и знал. Разные люди, подтверждали главное – Степан с ней спал.

Не было любви. Была влюбленная идиотка. И расчетливый мерзавец.

На следующий день я еду в аэропорт. Теперь я еще больше хочу улететь как можно дальше.

Со мной охрана. Отец попрощался дома. Провожать меня не поехал. Иду, и такое ощущение, что я стала старше лет на десять, на плечах груз предательства, боли и разочарований.

– Виолетта! – громкий голос Степана.

Оборачиваюсь он бежит ко мне, толкая людей.

– Ты не можешь улететь! Я знаю, ты беременна! У нас будет ребенок! – кричит на весь аэропорт.