Текст книги "Загадки прошлого (СИ)"

Автор книги: Александра Антарио

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

– Всё как обычно, – усмехнулся Дирк, которого из-за принадлежности его к другому факультету, неприятность с редактированием тоже миновала. Иначе бы точно подключили если не собственно к правкам, то к переписыванию итогового текста на чистовик. – Артефакторам давно стоит изобрести что-то для быстрого написания.

– У них уже есть перо-самописец, – заверила Тесла, – вот только оно пишет под строго заданным углом и работает на ментальной, так что записывает вообще все мысли. Там не текст выходит, а сборник ругательств, ещё и записанных как попало, часто поверх друг друга. – На неё посмотрели удивленно. – Что? Сестра рассказывала, им преподаватель давал попробовать.

– А чего-нибудь для возможности редактировать уже написанный текст или хотя бы каждый раз не от руки все переписывать у них нет? – тяжело вздохнул Ник.

– Через копировальный артефакт пропусти и не переписывай, – посоветовала ему Кора. – Просто разрежь и пересобери с вписанными разделами. Отличается по цветам, но для черновика сгодится, а чистовик перепишешь.

– Вот где ты раньше была, а? – простонал четверокурсник.

Второкурсницы закивали.

– Да я думала, вы про этот способ знаете, – развела руками аспирантка. – Нам на НИРе это ещё на втором курсе рассказывали.

Вечером накануне защиты курсовых Иль понимала Ника и уже подумывала сама идти просить помощи у кого-нибудь из подруг: уснуть не получалось. В голове вертелись возможные вопросы и примерные ответы на них, сомнения, а правильно ли она внесла всё в эскизы иллюзий и доклад и прочее, прочее, прочее.

Ситуацию осложняло то, что Лия, у которой на подготовку был ещё один день, как раз сидела со своими иллюзиями и текстом доклада и, похоже, до финала ей было далеко. Пришлось повесить не пропускающую свет иллюзию вокруг себя, но это помогло мало, так что, полчаса пролежав без сна, Иль направилась на поиски ещё не спящих однокурсников.

Ближе всех к ним из менталистов (их соседями были сплошь алхимики) жили Мира с Клариссой, отличница наверняка использовать внушения на себе побоится, так что, скорее всего, не спит.

Дверь ей открыли почти сразу.

– Ой! – довольно странно приветствовала её однокурсница.

– Привет, а можете на меня сонное внушение набросить?

– А, Иль, это ты. Довольно… интересная иллюзия, – дипломатично заметила Кларисса.

Только теперь Иль сообразила, что её не сняла, а сделала прозрачной, причём, видимо, только для себя. Да, встреченный первокурсник от девушки шарахнулся, но она не придала этому значения: мало ли какие причины для этого у некромантов могут быть? Может, он запрещёнку в общагу протащил и надеялся обойтись без свидетелей?

– Прости, – иллюзию она развеяла.

– Я с сонным не рискну, так что если Мира согласится.

Мира отказывать не стала, накладывать связку, через которую можно было сделать всё на расстоянии, тоже, просто проводила Иль до комнаты и там уже набросила внушение.

Участвовать в защитах курсовых по некромантии у менталистов и алхимиков среди преподавателей желающих оказалось мало, точнее не оказалось вовсе: теоретики и фундаменталисты, закопавшись в статьи и монографии, правили учебник по общенекру, прикладники попытались упереть на это же, боевые некроманты и спиритисты просто заявили, что это не их профиль. Но, разумеется, просто войти в положение и отпустить всех заниматься своими делами проректор не мог, так что пришлось хоть кому-то, но на защиту явиться.

Выбор конкретных магистров ир Вильос оставил на совести заведующих и деканов. Кто-то решил всё волевым решением, кто-то на заседании кафедры голосованием, а кто-то и вовсе бросил жребий. Так от теоретиков в комиссии оказалась Виолетта ир Миотте, от боевых некромантов – магистр ир Крой, прикладников представлял вытянувший короткую соломинку декан, а от спиритистов явился седой магистр ир Шамте. Также присутствовали собственно руководители курсовых менталистов (у алхимиков защита стояла на следующий день), так что в итоге преподавателей набралось порядочно, хотя, конечно, и меньше, чем студентов. Но студенты сидели тихо и если и переговаривались, то мысленно, а магистры задавали вопросы, перешептывались друг с другом и потому казались более многочисленными.

Необходимость слушать защиту курсовых у непрофильников ир Миотте-старшую не очень радовала – большая часть менталистов писала курсовые у её внучки, так что примерный уровень она уже узнала. Но некромантами представляющие курсовые студенты и не были, глупо было ждать от них чего-то иного, когда даже те же прикладники и боевики на курсовые дальше описания состава нежити какой-нибудь аномалии не замахивались. Интереснее ей было посмотреть на работы студентов, решивших писать у кого-то кроме их куратора, потому большую часть защиты она скорее делала вид, что слушает, чем действительно слушала. Не она одна, впрочем: ир Шамте не посапывал только из-за присутствия зорко следящего за подчиненными и студентами проректора. Приходилось для проформы задавать вопросы хотя бы время от времени.

Больше всех спрашивал традиционно магистр ир Крой, генерирующий вопросы на любые, казалось бы, даже самые банальнейшие темы. Виолетта так тоже умела, но дополнительно мучить студентов вопросами и себя их ответами, когда есть кто-то, кто уже активничает в этом направлении, смысла не видела. Тем более что боевик, даром что уже приобрел первую седину, как был сразу после выпуска дотошным, так таким и остался. И спрашивал не что-то в тему, а по делу. Впрочем, и тематика курсовых ему была ближе, чем ей.

Иль в ожидании своей очереди сидела как на иголках. Начать решили с другой подгруппы, так что ждать ещё предстояло долго. В ней почти все писали курсовые у Элизабет ир Миотте, выбрав из нескольких зол меньшее, хотя бы знакомое. В их подгруппе тоже, впрочем, многие выбрали в качестве руководителя именно нечистоведку, всё же та была их куратором. К тому же, как сказал пошедший к ней Ирвин, «у нечисти хотя бы у кого-то разум есть, в отличие от нежити».

Других руководителей нашли буквально человек десять: Тес, Карл и Кевин пошли к магистру ир Сетре, специализирующейся на проклятьях, и писали литературные обзоры по тем, Питер, Минар, Раян и Лерд – к ведущей у них нежитеведение магистру ир Бернут, а Кларисса как-то уломала на руководство курсовой по построениям в ритуалистике магистра ир Гени. И, судя по довольному виду прикладника, немного удивленному ир Кроя и слегка заинтересованному магистра ир Миотте-старшей после выступления Клариссы, ир Гени с согласием не прогадал. Сама Иль в рисунках и ритуалистике понимала мало, так что оценить затруднялась, но, зная однокурсницу, была практически полностью уверена, что дело обстоит именно так.

Наконец пришла очередь Сандры. Когда председательствующий в комиссии на правах декана ир Ледэ озвучил тему, магистр ир Шамте, спиритист, определенно заинтересовался, посмотрел на присутствующего тут же Кристиана ир Корнеги, получил кивок того в ответ на молчаливый вопрос и уже с новым интересом перевёл взгляд на иллюзию над доской. Зашевелилась и, казалось, успевшая едва ли не задремать вскоре после выступления Клариссы пожилая магистр ир Миотте.

Сандра рассказывала про действие ментальных ловушек на разных призрачных сущностей, сыпала терминами и объясняла графики. Лица приглашенных магистров с теоретической некромантии и спиритизма становились всё более заинтересованными, хотя спиритист и должен был всё это уже слышать на конференции. Боевой некромант наоборот несколько заскучал, тематика явно была не его. Но даже это не помешало ему разразиться чередой вопросов после окончания доклада. И ладно бы простых, нет, те все были заковыристыми! Иль уже начинала понимать морщившихся при упоминании его имени старших товарищей. Но для Сандры вопросы, похоже, не были такими уж сложными, по крайней мере, ответила она сразу, не задумываясь, да так, что в её ответе Иль поняла ещё меньше чем в вопросах магистра.

Наконец декан закруглил обсуждение, предложив желающим ещё что-то узнать продолжить позже, после окончания собственно защит курсовых. Вышла к доске следующий за Сандрой по алфавиту Лерд с работой по гарпиям и специфичной нежити из них возникающей.

Иль тяжело вздохнула: до неё оставались ещё Оли, Кевин и Питер. В нахождении ближе к концу списка были свои минусы.

«Зато, возможно, некоторые притомятся и не будут так мучить тебя вопросами», – попыталась подбодрить её Кларисса.

«Судя по тому, что я слышала про него от Теслы и Дирка, это вряд ли».

Собственно, не ошиблась: что после доклада Лерда, что после доклада Питера количество вопросов у боевого некроманта было примерно одинаковым. А вот качество отличалось: если с Оли он слишком уж углубляться не стал, то с Питером, как-то поняв, что тот глубже погружен в тему, после одного более-менее понятного остальным студентам вопроса перешёл к вовсе уж непонятным. Но… Питер отвечал. Ир Ледэ даже пришлось его останавливать почти так же как спиритиста после доклада Сандры, а это о многом говорило.

– Следующей доклад по результатам своей курсовой представит Ильда ир Росси, – озвучил заветное менталист.

Иль поднялась и направилась к доске. Наставник тем временем озвучил тему. И вот теперь «проснулись» все: и декан прикладников, и магистр-теоретик, и боевик, и даже спиритист. Кажется, от неё ждали если не повторения успеха ир Вильоса на прошлой конференции, то чего-то близкого, и от этого стало ещё страшнее. Хотя, казалось бы, чего бояться…? Наверняка же преподаватели понимают, что она всё же не её руководитель и сделают как минимум поправку на меньший уровень знаний.

Из-за волнения начала Иль слишком быстро, актуальность проскочив за какую-то минуту, впрочем, едва ли кому-то были интересны общие слова о важности исследования взаимодействий не только внутри одной специальности, но и на их стыке. Это понимали уже и так.

Проректор создал иллюзию с целью и задачами, Иль на автомате посмотрела на него, поймала предупреждающий взгляд, сбилась немного, но замедлилась.

– Целью курсовой было исследование взаимодействия схем группы «Ирай» и его возможных причин. В соответствии с этим были поставлены следующие задачи: по архивным и литературным источникам выяснить историю и особенности строения схем группы и выбрать наиболее сходные с номинативной схемой; экспериментально проверить выбранные схемы на взаимодействие с разными по назначению схемами ментальной магии и дать рекомендации по практическому использованию взаимодействия и его ограничениях.

Постепенно она увлеклась и как-то даже успокоилась. Поясняла графики, комментировала таблицы. Благо, ир Вильос не стал ограничивать её с количеством иллюзий, наоборот сказал делать эскизы не с кучей иллюстраций на одном, а один график или таблица – один эскиз, чтобы слушателям проще было воспринимать информацию. Таблицу, впрочем, по себе зная, как сложно те творить, ничего не потеряв, она вынесла на иллюзии только одну итоговую.

– Таким образом, схемы группы «Ирай» в основном возникли от неё в ходе направленных изменений структуры, но не в базовых элементах, а в дополнительных, поэтому все достаточно сходны между собой, чтобы можно было проверять не всю группу, а отдельные её схемы. Они взаимодействуют с ментальной магии по принципу усиления, однако не всегда оно идёт с равной силой в обе стороны. Имеются отличия и между отдельными схемами. Схемы группы рекомендуется очень осторожно использовать со схемами множественных связок, ментальной сущности и внушений, для направленного получения усиления можно использовать сочетание схем группы со зрительными проекциями, например, «Ирай» – «Велт». На этом у меня всё, благодарю за внимание, я готова ответить на ваши вопросы.

В аудитории установилась тишина. Молчали однокурсники, молчали преподаватели.

– Если уважаемая комиссия не возражает, давайте я начну? – подняла руку магистр ир Варис.

– Конечно, – облегченно кивнул ир Ледэ. Ему как официальному соруководителю задавать вопросы было неудобно, а остальные явно ещё пытались уложить в головах результаты.

– У меня будет несколько вопросов. Насколько я понимаю, в перспективе работа будет продолжена? – уточнила теоретик для начала. И, получив утвердительный кивок Иль, заверила: – Это просто отлично. И я так полагаю, что у вас уже есть часть результатов для продолжения, просто вы вынесли их за скобки доклада или вообще курсовой этого года?

– Что-то вроде того.

– Отлично. Тогда мой вопрос не вызовет, скорее всего, у вас больших затруднений. Есть ли какие-то закономерности по выраженности усиления между действием вашей группы схем на сходные по строению схемы ментальной магии? И соответственно, вы не думали объединить схемы ментальной магии тоже не по назначению, а по строению?

Вопрос действительно был вполне ожидаем, так что Иль кивнула:

– Думала, но в рамках этой курсовой мы этого делать не стали, так как это потребовало бы ещё большего количества экспериментальных проверок. Закономерности внутри групп по строению вроде бы есть, но, как мне кажется, они и должны быть, потому что внутри группы в ментальной расходы на схему примерно одинаковые, а значит и усиливаться схемы будут примерно до одного уровня.

– Согласна. Тогда следующий вопрос. Можете чуть подробнее раскрыть критерии выбора схем для тестирования. В докладе они у вас были, но очень общими словами.

– Ментальной магии? – уточнила Иль. Благодаря Тесле и ир Вильосу этот вопрос она проработала. Получив в ответ кивок, сообщила: – Мы руководствовались в первую очередь возможностями менталистов с примерно моим уровнем знаний, чтобы предотвратить возможные проблемы с этим, и соответственно частотой использования в первую очередь на полигонах и в аномалиях, где риски от получения неожиданного взаимодействия максимально высоки.

Такой ответ менталистку-теоретика устроил, так что больше ничего спрашивать она не стала, тем более что вопросы уже появились и у других.

Магистра ир Кроя в первую очередь интересовала возможность применения «Ирай» или «Раберте» для упокоения не умертвий, а более серьёзной нежити, на что Иль честно ответила, что проверить они это не успели, но усиленная «Исате» уже вполне действовала не только на зомби, так что, возможно, и «Ирай» спектр действия расширяет.

На самом деле в Лесах у неё была возможность попробовать, но там она в основном использовала те сочетания, чей результат примерно представляла, ну, пока была возможность. В свалке же сложно было сказать, чья именно схема кого упокоила. Если, конечно, не разбираться потом со следами специально, как это делал иногда на полигоне ир Вильос.

– Очень жаль, что не успели, думаю, это были бы интересные результаты. Следующий мой вопрос касается, возможно, известного вам факта взаимонейтрализации в боевой некромантии. Уверен, о нём вы слышали? – Иль кивнула. – Отлично. Как вы думаете, как поведёт себя ваше взаимодействие в случае пересечения со схемами других магов? Оговорюсь, в ситуации заведомо предполагающей взаимонейтрализацию?

Вопрос застал второкурсницу врасплох: к её теме он относился очень косвенно, но и сказать, что не относился вовсе, было нельзя. Надо было что-то ответить, о взаимонейтрализации в боевой некромантии она даже читала, но как назло сейчас это всё вылетело из головы. Но что-то всё же требовалось сказать, так что решила выкрутиться иначе:

– Не думаю, что в нашем случае это будет такой серьёзной проблемой как обычно: взаимодействие некромантии и ментальной обычно бывает у менталистов, а мы предпочитаем использовать ментальные связки. Ну а с их помощью уже можно согласовать использование схем и уйти от взаимонейтрализации. К тому же, если я правильно помню, схемы группы «Ирай» нейтрализуются в парах с уже достаточно сложными схемами, их мы пока на взаимодействие даже не проверяли, а значит использовать их в паре с ментальной в принципе не стоит.

– Разумно, – согласился ир Крой. – Однако, всегда возможна ситуация, когда в этой вашей связке не все участники, а значит, действия не согласованы. Было бы интересно проверить, как поведут себя усиленные схемы в таком случае и полностью ли их нейтрализует.

– Мы постараемся в будущем это рассмотреть.

Боевик благосклонно кивнул и, задав ещё пару больше уточняющих вопросов, вынужденно уступил место магистру-теоретику.

– Замечательная работа, – похвалила ир Миотте-старшая. – Очень правильный подход к проверкам и выбору схем. Как я понимаю, тут не обошлось без консультации кого-то из теоретиков?

Иль кивнула:

– Да, мне помогли определиться с темой и критериями друзья, Тесла ир Сенте и Дирк ир Осторе. В тексте они есть в разделе благодарностей, в докладе я их не озвучила из-за временного лимита.

– Понимаю. Время вы и так исчерпали ещё где-то перед таблицей, для защиты курсовой не критично, но на будущее это стоит учесть. – Ир Сортай и ир Крой, у которых явно тоже имелись вопросы, посмотрели на неё выжидающе. Теоретик заверила: – У меня будет ещё один небольшой вопрос. Даже скорее не вопрос, а комментарий. Когда вы рассматриваете историю изменения схем, имеет смысл посмотреть, какими именно методами их меняли, возможно, это что-то даст.

– У нас не стояло цели разбираться в этом, – вмешался ир Вильос. С методами подвохов хватало, он сам знал их очень поверхностно, да и смысла углубляться в это не видел. – Это тема для отдельной курсовой.

– Я понимаю, но посмотреть интересно. Возможно, кому-то из ваших студентов стоит поработать в этом направлении.

– Мы подумаем. Спасибо.

Декана прикладников интересовала практическая сторона вопроса: насколько сложны схемы зрительных проекций и насколько реально их освоить некромантам, чтобы использовать.

– Ну, так-то они несложные… – несколько растерялась Иль.

– Но с наскока они у тебя не получаться, придётся разбираться в основах ментальной, – спустил его с небес на землю проректор. – Хотя выучить можно, штука полезная. – Взгляд на нечистоведку. – Особенно когда кому-то не жить не быть нужно умертвие оборотня в полуобороте в полной комплектации. Там, если усилить, «Исате» хватит, чтобы упокоить.

Элизабет ир Миотте чуть заметно смутилась.

– Оборотень в полуобороте? – заинтересовался магистр ир Крой, признанный любитель необычной нежити.

– Не отдам, – насупилась преподавательница.

– Но это так, к слову, – сделал вид, что последние пару фраз не слышал, ир Вильос. – И, думаю, на этом, коллеги, можно мою студентку и отпустить.

Возражать никто не стал. Самое интересное уже спросили, а остальное можно будет узнать и потом, если не у студентки, то у её руководителей.

Ир Гранди с Рондой снова вернулись из архива поздно, когда было уже совсем темно, даже несмотря на довольно светлые сейчас ночи. Сопровождающие их боевые некроманты, оказавшись в доме, попадали кто куда, лич же сразу пошёл проверить котёнка. Тот, впрочем, уже был накормлен, отбесился и нагло дрых в корзинке.

– Спасибо, – посмотрел лич-архимаг на Летицию.

– Если бы Ульрих и сам ваш демонёнок про то, что его пора кормить, не напомнили, я бы не вспомнила, – честно призналась та. – Со временем… сложно.

– Понимаю. В этом и плюс кошки перед какими-нибудь рыбками. Всегда напомнит, что хочет есть.

– Главное, чтобы он не делал это чаще, чем ему действительно нужно. А то можно и запутаться и раскормить.

Ир Гранди кивнул и, устроившись на стуле, вдруг заметил:

– Молодого ир Ламарта так и не нашли.

– Может, и к лучшему? Он показался мне довольно адекватным.

– Может и так. Но всё же ты зря его отпустила.

– Я не…

– Лети, – выразительно заметил старый знакомый.

– Ладно, признаю, отпустила, – довольно легко согласилась боевая магиня. – Но что я должна была делать? Повиснуть на нём или что? Схемы боевой я использовать не могу, некромантию не знаю. Он наоборот как раз её знает. А мы ещё и на кладбище. Что, надо было пытаться его задержать, чтобы он то поднял?

– Нет, но ты могла убедить его остаться. Попытаться хотя бы.

– Чтобы уже его заперли в подвале? – едва слышно с горечью поинтересовалась Летиция.

– Мне казалось, ты сама решила остаться там?

– В итоге да. Но кто сказал тебе, что я не хотела выбраться, когда только встала? Не хотела найти Кевина или хотя бы выяснить, что с ним случилось? Тебя ведь привели, когда прошёл уже не один год!

Ир Гранди вздохнул и никак комментировать это не стал. Решение архимага ир Нистаре, занимавшего пост в Совете, когда Летиция встала личем, он осуждал, но ничего изменить уже не могли ни это осуждение, ни сообщение о нём старой знакомой.

– Он хотел вернуть друга, – резко вернулась к разговору об ир Ламарте женщина. – Винил себя за его смерть. Надеялся, что тот встанет личем, но обследование аномалий спутало ему все карты, надеялся хотя бы призвать дух, но и это не удалось. Я постаралась объяснить ему, что не все и не всегда хотят быть личами и лучше уж дать ему спокойно упокоиться. Сколько бы твоей вины не было в чьей-то смерти, исправить это уже невозможно. Если не удалось вернуть сразу, возможно, лучше отпустить. Да, иногда это сложнее, но разве не эгоистично пытаться кого-то удержать в мире живых ради себя? – женщина посмотрела на свои руки. – Решение Кевина защитить меня от упокоения я принять не могу до сих пор. А он – всё же мой муж. Да, он не знал, что моё тело перенесут в подвалы МАН, но всё же. Даже если он винил себя в моей смерти, ему не стоило накладывать защиты. Потому что я быть личем не хотела. И это я ещё встала высшей нежитью. А если бы каким-нибудь зомби?.. И в случае с его приятелем гарантий ведь тоже никаких не было, но он всё равно оставил его в аномалии, всё равно надеялся, присматривал… Теперь вот духом решил вытащить. Вот только нужно ли это было его другу или же это говорило чувство вины в самом мальчике?..

Ир Гранди помрачнел. Ему эти чувства были более чем понятны. И Летиция запоздало сообразила, что не только в том контексте, который имела в виду она, военном, когда не успели прийти на помощь, не прикрыли щитом, угодили в ловушку и прочее. У него была Ронда. И за её смерть он тоже наверняка себя винил. Что бы тогда не произошло, даже если ошиблась она сама, это произошло у него. И вернуть её к полноценной жизни он не смог просто из-за того, что сам был мёртв, а схемы возврата не даются личам.

– Прости. Я не хотела тебя задеть.

– Ты не задела. Просто напомнила кое о чем, – мужчина смотрел в окно.

Помолчав, она осторожно заметила:

– Мне жаль, что так вышло с Рондой.

– Мне тоже. Но как минимум в одном ты права: этого уже не изменить. Мы можем только жить с грузом вины и последствиями. В случае Ронды их хотя бы удалось минимизировать.