Текст книги "Простодушны и доверчивы (СИ)"

Автор книги: Александра Сергеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 29 страниц)

Глава 18

Удерёшь?

Легендарный долгожитель Нави ушёл в небытие молча. Зато его победители слегка пошумели – в основном их женская половина. Особенно ликовала Сумерла, взгромоздившись на постепенно таявшую кучу гравия. Она подпрыгивала на пузике, словно торопилась втоптать в землю прах поверженного врага. Махала лапками и сладострастно хрюкала.

На что полковник не мог не обратить внимания. Присел рядом на корточки, разгладил усы и спросил:

– Полагаю, с ним покончено?

– Сдох упырь проклятый! – прошипела Гата змеюкой.

Её глазки опять излучали мёртвый свет, а смешная мордочка стала до чёртиков несмешной.

– Совсем развоплотился? – уточнил дед.

Гата пришла в себя. Перестала подпрыгивать и уставилась на него немигающими постепенно угасающими глазками. Помолчала чуток и задумчиво молвила:

– Девоньки пускай домой возвращаются. А ты, воевода, задержись-ка. Пришло время поговорить.

– Марш домой! – скомандовал полковник, проигнорировав возмущённо вытаращенные глаза младшей внучки.

– Надо к Тимуру заглянуть, – спохватилась Ольга, что ни в чём не повинный человек сейчас, может быть, умирает.

И прыгнула в его дом.

Он так и лежал у стены – даже позу не поменял, значит, в сознание не приходил.

– Подорожник к нему приложим или целого доктора? – чувствуя себя не в своей тарелке, пошутила Ветка.

– Вызови «скорую», – нащупывая пульс на шее Тимура, попросила Ольга.

– Куда? – опешила сестра. – Я же адреса не знаю.

– Сбегай и посмотри!

– Сей момент, – с ласковой издёвкой молвила эта ехидина и протянула руку: – Сотик давай.

Требование, что называется, не в бровь, а под дых.

– Он у Ильи, – нехотя призналась Ольга. – А твой где?

– Забыла взять, – с любопытством разглядывала её сестричка. – Ты оставила свой телефон у Моргоща? Где? Дома? Ты что, теперь распутная девка? Посещаешь мужиков с сомнительной репутацией?

– Нашла время стебаться, – поморщилась Ольга. – Кстати, Илья не одержимый. Его Шанель проверяла: он чист.

– Тогда ладно, – загадочным тоном проворковала Ветка и осведомилась: – Тебе уже не нужно на работу?

– Почему?

– Потому что, проводив «скорую», мы отсюда отправимся в полицию. Где и проведём остаток ночи в разных кабинетах. Где будем лепить горбатого о том, что делали ночью в доме безвременно усопшего. И как, собственно, довели его до жизни такой.

– Он жив, – возразила Ольга. – Дыхание слабое, но ровное. И сердце нормально бьётся.

– Ага. Только в оммороке неизвестно происхождения, – указала на очевидные факты Ветка. – Как одна из твоих коллег. Меня бы, к примеру, заинтересовал такой занятный эпизод твоей биографии. Где не появишься, там эпидемия неизвестной науке холеры.

– И что ты предлагаешь?

– Найти крайнего, который вызовет твоему шефу «скорую», – вообще-то вполне разумно предложила Ветка.

Предложила бы заодно кандидатуру хоть одного крайнего – пыталась сообразить Ольга, кого бы привлечь. И тут сознание вернулось к слову «шеф». Идея была безумной. Но, с некоторых пор вся её жизнь сплошное умопомешательство. Одним безрассудством больше, одним меньше…

– Вет, поищи его сотовый.

– Чего его искать? – хмыкнула сестрёнка и зарулила в комнату, где Скипер так и не доиграл в её любимый «Арк». – Ого! Он приручил сумчатого льва. А у меня пока…

– Телефон тащи! – понукнула её Ольга и вспомнила один из законов конспирации: – Только руками его не хватай!

– Женишка своего поучи, как чужие сотики не тырить, – вырулила обратно Ветка, держа телефон снятым с головы платком. – Получите. Куда будем звонить?

Ольга аккуратно уложила в ладонь платок с сотовым Тимура и задумчиво оглядела кончик пальца: интересно, останутся на нём отпечатки приставника?

– Носом, – посоветовала опытная пользовательница, – только сильно не жми. Легче, нежнее.

– Может, ты?

– Учись, пригодится.

Как ни странно, получилось. Не без труда с нескольких попыток Ольга нашла нужный номер и вызвала абонента. Что ещё странней, тот ответил после второго гудка:

– Ну?

– Привет, – от неожиданности у неё получилось как-то уж слишком робко.

Зато его неожиданностями было не смутить:

– И, как это понимать?

– Ты про сотовый Тимура?

– Нет, про биржевой курс лилангени.

– А, что это?

– Денежная единица Свазиленда. Итак?

– Мне…

– Не мямли, – прошипела Ветка, пихнув её кулаком.

– Мне нужна твоя помощь, – встряхнувшись, осмелилась попросить Ольга.

– Ты где?

– В доме Тимура.

– Через десять минут.

И он отбился.

– Круто, – оценила Ветка. – Вот это я понимаю. Никаких «что ты там делаешь» или «что я с этого буду иметь». Не перевелись ещё богатыри на земле Русской, – простёрла она руку над головой сестры.

Которая сидела, как пришибленная, пытаясь сочинить убедительную причину своего ночного визита к Тимуру. И ещё более убедительную по поводу физического состояния хозяина дома.

– Ты тут заканчивай, – деловито указала Ветка, – а я домой. А то у деда свиданка с лягушкой и почти царевной. У тебя…, – она покосилась на неподвижное мужское тело. – Жизнь тоже бьёт ключом. А бабуленька там нервничает. И выбирает предмет потяжелее, чтобы встретить нас хлебом-солью. И мне опять за всех отдуваться. Вечно я у вас на побегушках. Ваша любовь ко мне очень удобная для вас.

Прострекотала и смылась. А Ольга спустилась на первый этаж встречать подмогу. Осмотрела хитрый домофон, пытаясь разобраться, какой кнопкой открываются ворота. Не нашла. Хотела, было, выйти во двор, чтобы открыть калитку, но вспомнила о камерах наблюдения и не рискнула. Пока бродила вдоль окон холла, не заметила, как на крыльце объявился он.

Замок отпереть сумела – хоть на что-то сгодилась. Илья вошёл, закрыл дверь и тут же прижал её к стене:

– А, где твой волшебный лук?

Ответить не дал: поцелуй был долгим и подстрекающий к беспамятству. Так бы и стояла тут с ним…

– Да, подожди ты! – забилась она в железном замке его рук. – Там Тимур. Нужно «скорую» вызвать.

Оба оберега на груди на него абсолютно не реагировали. Значит, Сумерла была права: не одержим.

– Пошли, – взял он её за руку.

И затащил на второй этаж, не выпуская свою добычу. Присел рядом с телом, пощупал пульс:

– Он спит?

– Он…, – замешкалась Ольга, не зная, как объяснить необъяснимое.

– Не мямли, – усмехнувшись, передразнил он Ветку. – Чем ты его? Следов возгорания на теле вроде не видать.

– Руку отпусти.

– Не отпущу: я уже учёный. Так, чем ты его?

И тут, откуда ни возьмись, на неё обрушилась решительность:

– Вызови «скорую», встреть, проводи, и я… И потом мы поговорим.

– Тебя не должны видеть, – правильно понял Илья, поднимаясь и притягивая её к себе. – Я выпущу тебя, и ты сразу же этим воспользуешься.

– Я останусь, – вздохнув, пообещала Ольга. – Но, только не в этом доме. Мне лучше поскорей отсюда уйти.

– Почему? – так требовательно и жёстко спросил он, что не ответить было невозможно.

Бывают такие моменты, когда чувствуешь, что мужчине лучше не врать. Если не хочешь видеть его в последний раз.

– Илья, в двух словах этого…

– А ты попробуй, – настаивал он, сверля её ультимативным взглядом.

– Сюда могут прийти его… назовём их: подельники.

– Подельники? У Тимура? – кажется, впервые на её памяти открыто удивился он.

– Не из этого мира, – раздосадовала Ольгу его несвоевременная настойчивость.

– Из твоего, – вновь понял он с полуслова. – Тебе это чем-то грозит?

– Смертью, – пожала она плечами.

– Уверена? – не слишком-то поверил слишком умный мужчина столь громкому заявлению.

– Я сегодня убила одного из них, – пришлось сказать «Б» после целой череды затянувшихся «А».

– Кого? – ничуть его не сразило очередное открытие.

– Его, – кивнула Ольга на Тимура.

– Короче и понятней, – нахмурившись, потребовал спаситель, ставший мучителем.

– Он был одержим древним духом, – махнув рукой, продолжила Ольга, уразумев, что ошмётками правды не отделаться. – Тимур, которого ты знал, не был самим Тимуром. Я убила того, кто в него проник и обуздал его личность, заменив своей. Поэтому Тимур сейчас в таком состоянии. Ты будешь вызывать «скорую»? Или я…

– Последний вопрос: с Анжелой было то же самое? – внезапно выпустив её из объятий, уточнил Илья.

– Да, – слегка растерялась Ольга из-за предоставленной свободы нарушить данное ему слово.

Илья поднял с пола сотовый, набрал «скорую» и принялся объяснять то, что можно было объяснить. Пообещал их дождаться, отбился и вновь заключил в объятья не улизнувшую от него фею.

– Как ты перемещается с места на место? – нежно водя губами по её лицу, промычал он.

– Через свой мир, – чувствуя слабость в коленках, старалась не обмякнуть влюблённая дурочка.

– Ты можешь переместиться ко мне домой? – переместились его губы на её шею.

– Нет, – выдохнула Ольга.

Поймав себя на мысли, что в доме Тимура, пожалуй, это не совсем удобно. Что «это»? Ну… в общем… то самое.

– Почему? – продолжал мучитель, твёрдо вознамерившись свести её с ума.

– Отпусти! – взмолилась она.

– Удерёшь?

– Нет.

– Хорошо, – действительно отпрянул он и даже шагнул назад: – Итак?

– Я не могу прыгнуть туда, где ни разу не была, – стараясь унять дыхание, медленно проговорила она. – Поэтому…

– Поэтому мы что-нибудь придумаем, – не дал он ей увильнуть.

Ольга подошла к стене, сползла по ней на пол. Села, подобрав коленки, чтобы придавить жаркий зуд там… где сейчас тот, ну, совсем некстати. Илья сел рядом, облокотившись о стену и вытянув ноги. Помолчал и вернулся к прерванному разговору:

– Ты человек или нет?

Вопрос резонный. Только вот, как на него ответить?

– Серединка на половинку, – задумчиво пробормотала Ольга, уложив голову на его плечо.

Обниматься он не стал. Прижался щекой к её макушке и попросил:

– Можно чуть понятней?

– Я одержимая.

– Как Тимур?

– Не совсем. Один очень-очень древний дух сделал меня иной, но моя личность не изменилась. Почти. В основном я осталась собой. Зачем тебе это?

– Должен же я знать, смогу ли стать отцом, – без обиняков подошёл он к вопросу по-деловому.

– Ты даже ещё не посватался, – хмыкнув напомнила Ольга.

Ощущая, как с каждой минутой истончается закостенелая корка на её приставнике. Может, конечно, воображение тянется за размякшей душой и всё такое. Но даже так на сердце легко и светло – лишь бы не прекращало тянуться.

– Ты сама утверждала, что я постоянно пытаюсь на тебе жениться, – напомнил Илья.

И всю душевную благостность с неё моментально сдуло колючим ледяным ветром напомнившей о себе реальности.

Ольга выпрямила спину – он сразу насторожился:

– Что я должен знать?

Ничего – хлестнуло её наотмашь, как только в памяти вспыхнули слова Гаты: изведут его, как станет ненадобен. Неизвестно, когда в понимании Марго с Моргощем, наступит этот момент. В одном Ольга ни капельки не сомневалась: осведомлённость Ильи непременно его приблизит. А то и вовсе спровоцирует.

– Ничего, – деревянными губами отстучала она непреложную отповедь.

И осознала, что оставаться с ним больше не может. Потому что этого хотелось всё больше и больше. А ещё потому что выболтает ему лишнее. Тогда Илья непременно ринется воевать с теми, кто его так нагло использовал.

Она прыгнула в межмирье, отбежала к лестнице и вынырнула обратно. Он остался сидеть у стены.

– Я нарушу слово и уйду, – виновато предупредила обманщица фея.

– Вижу, – устало бросил Илья и спросил: – Чем я могу ещё помочь?

– Можно, я завтра не приду на работу? Мне очень надо.

– Завтра уже сегодня, – напомнил он.

– Ну, да, сегодня, – слегка подзапуталась Ольга в чехарде времени реала и безвременья межмирья.

– Я увижу тебя вечером?

– Где?

На этот раз он усмехнулся с еле заметным превосходством удачливого охотника, устроившего безупречную западню:

– В моей машине. В ней ты уже побывала. Тогда будем считать, что твой обман аннулирован.

Нет, я не приду – приготовилась, было, твёрдо ответить рассудочность.

– Я приду, – опередил её безмозглый язык.

Дом встретил её тишиной. Ветка спала, упав на кровать одетой – видимо на секундочку – и мгновенно отключившись. Бабуленька дремала в кресле, уронив книгу на пол, а голову на плечо. Где подушкой ей послужили три свернувшихся в клубок домашних духа. В кабинете Нешто, Бельмондошка и Дворовой – затаив несуществующее дыхание – пялились в монитор, прилипнув ушами к еле-еле шуршащим колонкам.

Ольга приняла душ, хотела прилечь хотя бы на пару часиков, но тут вернулся дед. Прошёл сразу на кухню, включил чайник, завозился в холодильнике. И она отчего-то не смогла оставить его в одиночестве.

– Поговорили? – закрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной внучка.

– Поговорили, – задумчиво пробормотал он, выкладывая на стол колбасу и овощи.

– Она рассказала о себе?

– Смотря, что ты имеешь в виду, – вопросительно зыркнул на неё полковник, нарезая хлеб. – Будешь?

– Давай, – поняла Ольга, что сон откладывается, присела к столу, получила второй нож и взялась за помидоры. – Я имела в виду то, что она не игошка.

– И не Шанель, – подтвердил он. – Что ты ещё знаешь?

– Что Марго уничтожила двух Сумерл. Самых древних и могучих. Осталось ещё три: она, Гата и какая-то третья. Марго из них самая старая и, соответственно, самая сильная. И Гата решила не ждать, когда её спровадят в небытие. Для чего и взялась нам помогать.

– Оно и настораживает, – покивал дед, пластая колбасу толстыми кусками, что так не нравилось его супруге.

– Я думала об этом, – согласилась внучка. – Но так и не придумала причины, по которой Гата потом захотела бы разделаться и с нами. Мы ей не соперники. Наши интересы в межмирье никак не пересекаются.

– А что ты знаешь о её интересах? – задал полковник резонный вопрос, сооружая пирамидальный бутерброд. – Мы даже не знаем насущного: зачем парочка мар-моров взяла нас в оборот. Хотели бы убить, давно бы прикончили. Не дав нам времени на разведку, закрепление на местности, поиски двойников дома и очага.

– Знаешь, у меня тут возникло подозрение, что без нас они что-то не могут сделать, – поделилась Ольга своими размышлениями. – Возможно, добыть одного из ледагашек. Или…

– Я тоже подозреваю именно это, – не дослушал дел остальные гипотезы. – Не зря они дали нам восстановить очаг. Его защита была смехотворной. Даже этот их карнавальный змей.

– Может, уничтожать нас всех и не входило в их планы, – согласилась Ольга и с этим, но возразила: – А, если только кого-то из нас? Чтобы ослабить остальных. Или вообще оставить кого-то в одиночестве. А потом принудить что-то сделать: с одиночками это всегда проще.

– Оставить в одиночестве тебя, – сощурился на неё дед.

– Я тоже так думала поначалу. А потом вдруг засомневалась.

– Поясни, – приказал полковник, проверяя, как заварился чай.

– Нам слишком тычут в нос какими-то мифическими чувствами Моргоща ко мне, – приступила Ольга к исполнению приказа, заодно выставляя на стол кружки. – Тебе не кажется, что от них попахивает театральщиной?

– Воняет на весь гарнизон, – усмехнулся Степан Степаныч, знавший толк в мужских обещаниях жениться.

– Ты сам учил: если что-то или кто-то постоянно на виду, всё самое интересное у него в тылу. Ну, я и заглянула ему в тыл.

– Своему колдуну? – просто не мог удержаться полковник от армейской шуточки.

– Сколько раз говорить! – рассердилась Ольга. – Никакой он не мой!

– Фу!

Это не было оценкой моральных качеств соискателя её руки – просто командой «отставить».

– Прости, я устала, – плюхнувшись на стул, повинилась непочтительная внучка.

– Все устали, – принял извинения дед, но потребовал: – Нужно закончить. Дело важное. И, как утверждает Гата, уже срочное. Она, к сожалению, не знает, что затевает её подружка Масатка. Но, поскольку эта сучка носится со своей затеей не первый век, дело пахнет керосином. Тем более что это не первый её подход к снаряду. А наши предшественники не первые, кто погиб, но всё-таки не дал Марго осуществить свою затею. Мы в этой череде смертников уже четвёртые за семьсот лет. И затея однозначно завязана на приставников. Хотя в межмирье имеются и другие хранители всяческих кладов. Вот и подумай: что такое мы охраняем, если эта парочка моргощни́ так вцепилась именно в этот род приставников.

– Нешто-Нашто не знает? – догадалась Ольга, что его уже подвергали допросам с пристрастием.

– Знает, что мы охраняем место, – разливая заварку, поделился вытряхнутой из бедолаги информацией полковник. – А что за место, в чём его ценность…

И тут Ольгу озарило:

– Это место случайно не на левом берегу нашего озера? По дороге к ельнику, где нас подловили и навязали миссию.

Рука деда с чайником чуть дрогнула. Он закончил разливать кипяток, вернул чайник на место, сел и скомандовал:

– Докладывай.

Она доложила о пустяшном вроде разговоре с Олегом насчёт границы заповедника – именно там, в районе таинственного «места». О своём удивлении и его уверенности в том, что граница проходит на несколько километров дальше, чем все привыкли думать.

Следом ей припомнилось окончание разговора Олега с Тимуром о получении именно сегодня какой-то последней подписи.

– Интересно, – задумчиво протянул дед, помешивая ложкой чай без сахара. – Значит, в министерстве имущественных и земельных отношений у подручного моргощни́ всё схвачено. А кто в компании может что-то знать об этом?

И тут Ольгу озарило вторично – прямо на диво урожайное утро. Говорят: кто рано встаёт, тому Бог даёт. Видимо, тем, кто вообще не ложился, он в качестве компенсации отваливает груду подарков.

– Если изменение границы заповедника и последняя подпись в министерстве как-то связаны, – вытаращилась на деда дважды озарённая внучка, – то стопроцентно об этом знают юристы. А в нашем юридическом отделе есть очень интересная девушка Людмила, которая по уши влюблена в Олега.

– Что-то вырисовывается, – подмигнул ей Степан Степаныч, прямо-таки вожделенно ухмыльнувшись. – Ты сегодня на работе…

– Сегодня у меня отгул, – предупредила Ольга. – Если ты задумал посетить наш офис, несанкционированное проникновение будем производить вместе. Что, кстати, удобней: я не могу на работе не работать.

– Решено, – отхлебнув чая и сминая пальцами бутерброд, резюмировал полковник. – Поспим несколько часиков, и прогуляемся. Если сегодня день последней подписи, а этот ваш Тимур в коме, Марго обязательно загоношится. Значит, будет это с кем-то обсуждать. Замечательное утро, – крякнув, подвёл он итог и занялся бутербродом вплотную.

Планов понастроили и продрыхли оба до обеда: Лада Всеславна строго-настрого запретила их будить. После чего усадила всех обедать – теперь даже домашние духи участвовали в семейных застольях и настольях. Нешто и Бельмондошка с Дворовым, как солидные люди, на стульях. А Суседко с Запечником и Жихоней прямиком на столе – благо, хоть вели себя чинно, наслаждаясь видом еды. Ледагашкам разрешили сидеть на краю холодильника, не приближаясь к обедающим во избежание разрухи на кухне.

Ветка напросилась с дедом и сестрой на очередную диверсионную операцию. Полковник подумал-подумал, да и согласился: мало ли как дело обернётся? Может, им придётся разделиться, а шляться по межмирью в одиночку внучкам запретили под угрозой домашнего ареста.

Для начала они прыгнули прямо в кабинет Марго. Её тень сидела за знакомой каменной глыбой стола, из-под которой когда-то выцарапали Бельмондошку. Сидела неподвижно, подпирая кулаками подбородок – прямо статуя на постаменте. Сумерла заметно насторожилась по приходу незваных и невидимых ей из реала гостей: чуйка у гадины сверхъестественная. Но и контрмеры Гаты, зашитые в оберег Ольги, как говорится, не пальцем деланы – аж всеми четырьмя.

Ма-Са-Та убедилась в отсутствии причин для тревоги и вновь замерла каменной бабой. Приставники переглянулись и расселись на валунах-стульях у совещательного стола-бревна: ждать того же, чего ожидала Сумерла.

Целый час убили, однако дождались: у Марго зазвонил телефон. Подходить ближе, дабы услышать то, что станут ей говорить, смысла не было: зараза нацепила наушники, отрезав собеседника от чужих ушей. Впрочем, оно и не понадобилось. Поточу что, выслушав автора звонка, Сумерла выдала себя с головой:

– Это рискованно. Представляешь, что будет, если две ключевые фигуры компании заинтересуют прокуратуру? Да ничего не будет! – прошипела она змеёй. – Ну, кадры в этом деле звено постороннее: не моя компетенция. А вот начбеза тряхнут по полной. Илью тоже. Это его проект. Деньги лично под него закладывались: под его репутацию. Докопаются до подлога, и тогда всё насмарку. Легально ты туда бульдозеры не загонишь.

Марго выслушала ответ и саркастически осведомилась:

– Как ты обойдёшься? Будешь лопатой копать? По ночам? Сколько лет? Это, если тебе ещё повезёт, и днём выкопанное не будут закапывать обратно. Так что сиди и не дёргайся. Сегодня вечером приглашу Илью к себе и обработаю. У нас только один шанс: если он сам получит эту грёбанную подпись. Потихоньку, без огласки. Всё, мне пора на встречу. И без того опаздываю, – метнулся её взгляд к настенным часам. – Будь на связи. Возможно, понадобится твоя помощь с Ильёй. Не нравится мне его внезапно прорезавшийся интерес к этой лучнице. Мешает. С него заклятья слезают, как шкурка с банана. Пока.

Дед внимательно посмотрел на старшую внучку – Ольга сделала невинное лицо. Ветка зажала себе рот, словно в реале кто-то мог услышать, как она тихонько прыснула. Однако уверенности в этом не было: Сумерлы существа неординарные. Поэтому они договорились всё делать молча.

Хозяйка кабинета вышла и заперла дверь. Полковник задумчиво поинтересовался:

– Ольга, как думаешь, с кем она разговаривала?

– С моргощищем, – влезла без спроса Ветка.

– Даже предположить не могу, – со вздохом призналась Ольга. – Думаешь, за неделю можно перезнакомиться со всем офисом? Если даже на походы в туалет установлен лимит времени. Мы же хотели навестить юротдел? Вот и давай по плану. В принципе, можно и к генеральному директору в гости зайти. Хотя он вряд ли расскажет что-нибудь интересное.

– А вдруг он и есть Моргощь? – выдвинула Ветка свою гипотезу. – Может такое быть?

– Не может, – отмела её Ольга. – Колдун слишком часто зависает в межмирье. А у генерального репутация человека, живущего в своём кабинете. Все говорят, что он оттуда выходит лишь для того, чтобы съездить домой переночевать. Нет, у колдуна явно свободный график работы. Чтобы составить список таких, нужно время.

– Всё, – хлопнул дед себя по коленям и поднялся: – Мы можем прыгнуть к юристам?

– Да, я туда заглядывала, когда набирала запас точек для переноса.

– Веди, – приказал он.

Она и привела. Что угодно ожидала увидеть, но действительность превзошла все ожидания.