Текст книги "Искатель, 2010 № 09"

Автор книги: Александр Юдин

Соавторы: Сергей Юдин,Журнал «Искатель»,Песах Амнуэль
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Вздохнув, я обошел главную героиню (интересно, кого она сейчас видела перед собой? кем я ей представлялся? или, может, был просто пустым местом?), обнаружил рядом с телевизором красивую коробку домашнего театра (модель не из дешевых, японская, на это у хозяина деньги нашлись, а вот на лицензионную программу он поскупился!) и осторожно приподнял крышку. Да, диск там стоял, несомненно, пиратский – не было даже фирменной наклейки. Я открыл свой кейс, достал ментальный тестер и принялся проверять сигналы, подаваемые в мозг действующих лиц.

Разумеется, они это ощутили – будто неизвестная черная фигура возникла в мире, где они сейчас находились. Главный герой даже со шкафа спрыгнул – хорошо хоть не на меня. Я уменьшил напряжение, фигура-тестер стала невидимой, и «актеры» успокоились.

Я быстро оглядел плату искаженного режиссерского замысла – конечно, как в большинстве пиратских копий, здесь произошел пробой смысла. Кошмар: главный герой представления, этот жмот-хозяин, был, оказывается, одновременно жертвой, убийцей и частным детективом, распутывающим загадочное убийство на балу! Если бы не мое своевременное вмешательство, дело могло закончиться шизофренией, и не в виртуальном, а в самом что ни на есть реальном мире...

Пришлось действовать быстро. Я изменил причинно-логические связи, и представление понеслось к финалу. Роль детектива отошла к женщине, которая мгновенно догадалась, что жертвой, убившей себя, мог быть только ее муж. Арест папочки произвели дети, и я, отойдя на безопасное расстояние, наблюдал, как огромный мужчина бьется, будто рыба, в руках собственных чад.

Минут через пять финал оказался отыгран, программа отключилась, и хозяин квартиры воззрился на меня с изумлением.

– Кто вы такой? – вскричал он. – Как вы здесь оказались?

– Моя фамилия Шекет, – представился я. – Намерен конфисковать пиратскую режиссерскую программу вашего домашнего спектакля.

– Э... – из хозяина будто выпустили воздух. – Я... А аппарат вы тоже конфискуете, шеф?

– Нет, – сказал я. – Аппарат оставлю – ради ваших детей, господин Ротшильд, ведь им трудно будет прожить без домашних спектаклей. Но учтите – еще одна приобретенная вами пиратская копия, и домашний театр будет для вашей семьи потерян. В свою очередь могу предложить вам прекрасный лицензионный спектакль «Смерть в канализации». Отличные отзывы. Доступные цены.

– А можно поучаствовать в каком-нибудь фрагменте? – подал голос старший мальчик.

– Конечно, – сказал я и, выбросив из аппарата пиратский диск «Убийства на балу в честь Дня независимости», поставил «Смерть в канализации» – потрясающую бредятину, имевшую в те дни успех у не очень притязательных исполнителей.

ШЕКЕТ ПРОТИВ ШЕКЕТА

Когда я вспоминаю давние эпизоды своей работы рекламщика, меня порой охватывает ужас и волосы на голове встают дыбом. Дело в том, что, рекламируя замечательные изделия компании «Век», мне несколько раз приходилось встречаться с собой. В принципе, такая встреча – дело, скажу я вам, пустое, приходилось мне встречаться с собой неоднократно, и я уже об этом рассказывал. Было дело – видел я себя в десяти тысячах экземпляров и даже речь держал перед собой, размноженным, будто бройлеры в инкубаторе. В эргосфере черной дыры HD 59883, выбрасывавшей очередного Иона Шекета каждые десять с половиной секунд, мы ощущали себя единой семьей, никому из нас и в голову не пришло бы сказать друг против друга худое слово. Так что не нужно сравнивать эти славные эпизоды с тем кошмаром, что выпал на мою долю, когда я взялся рекламировать продукцию фирмы «Век» – компании, производившей колодцы времени индивидуального пользования.

Инструкция, прилагавшаяся к изделию, гласила: «Колодец времени имеет стандартный диаметр и глубину, однако не обладает гарантийным талоном безопасности пребывания, хотя и осуществляет гарантийный возврат в точку отправления в случае возникновения ситуации, грозящей существованию колодца». Иными словами, фирму больше заботила сохранность собственной продукции, нежели жизнь покупателя – действительно, почему фирма должна думать о безопасности покупателя больше, чем он сам?

И вот представьте себе, что такую опасную для жизни продукцию я должен был рекламировать как замечательный способ изучения мировой истории и потрясающе эффективный отдых. Почему потенциальный покупатель должен был верить мне на слово, когда я усаживался за его круглым столом в гостиной, куда приглашал самого себя, и начинал петь дифирамбы «колодцу стандартного диаметра и глубины»? Покупатель, естественно, не верил, качал головой и всякими другими способами старался показать, что не нужна ему рекламируемая продукция фирмы «Век».

– Ах, как много вы теряете! – восклицал я и вытаскивал из изящной коробки пульт управления колодца времени. – Предлагаю вам совершить со мной – за счет фирмы, разумеется! – небольшое ознакомительное погружение, и если вам не понравится, вы сможете пользоваться колодцем бесплатно в течение месяца без каких бы то ни было обязательств. А если понравится, то фирма предложит вам массу увлекательнейших погружений в различные эпохи, начиная от древнего палеолита и кончая годом рождения великого Исаака Ньютона – в более поздние эпохи вы не попадете, поскольку глубина слишком мала, вы просто не успеете разогнаться, это ведь все равно что прыгать с десяти метрового трамплина в бассейн, глубина которого не превышает полуметра...

Упоминание о бесплатном месяце действовало на всех, кроме, конечно, тугослышащих и абсолютно глухих.

– Давайте, показывайте! – обычно говорил клиент. – Я уверен, что мне это не понравится, но раз уж вы пришли и...

«И уселись за мой стол», – хотел он добавить, но не успевал, потому что я с быстротой молнии подключал к его вискам рецепторы погружения, включался сам и нажимал кнопку старта.

Когда падаешь в колодце времени, действительно возникает ощущение свободного падения, не каждому это нравится, так что мне приходится находиться рядом, но это не самое страшное. Неприятности обычно начинались, когда мы выбирались из колодца и оказывались, скажем, в Риме эпохи Нерона или в Греции времен Перикла.

– Ах! – восклицал потенциальный покупатель и бросался в огонь, чтобы спасти подпаленный императором Вечный город.

Я хватал его за фалды пиджака или ворот рубахи и объяснял, что любые активные действия он сможет предпринять лишь тогда, когда приобретет аппаратуру погружения в личное пользование за три тысячи двести тридцать зеленых плюс налог на покупку. А пока можно лишь смотреть и не вмешиваться.

Обычно этого оказывалось достаточно, чтобы покупатель восклицал: «Беру!» – и мы возвращались назад, он подписывал бумаги, платил деньги, получал пульт управления, а я удалялся, чтобы не видеть все муки, на которые колодец времени обрекал всякого, кто попытался бы по своей воле изменить ход исторических событий. В инструкции об этом, кстати, не было сказано ни слова.

Любители путешествий в прошлое действительно могли только наблюдать за событиями, но это не касалось меня – бывшего патрульного, владевшего всеми приемами превращения видимого в реальное.

Именно из-за этого и возникали ситуации, чреватые для меня смертельным риском.

Как-то, помню, бухнулись мы с потенциальным покупателем на глубину двенадцати тысяч лет и оказались в Атлантиде в период наивысшего расцвета этой удивительной империи. Будучи патрульным, я провел в Атлантиде несколько успешных операций по исправлению истории, и теперь с любопытством осматривался, узнавая знакомые места, в то время как потенциальный покупатель крутил головой, ничего не соображая и не понимая даже, нравится ему здесь или кривые стены домов, скошенные под углом в сорок пять градусов, навевают ужас.

Пока потенциальный покупатель (кажется, его звали Боря Милькис, но не ручаюсь за точность) стоял, разинув рот, я увидел, как неподалеку от нас два дюжих атланта ростом метра по четыре пытаются рекрутировать в евнухи парнишку, еще даже не достигшего возраста зрелости. В отличие от Милькиса, я знал, что эта деятельность противозаконна: евнух императора – должность, конечно, почетная, но сугубо добровольная. Вообще-то не мое дело было вмешиваться, но, сознаюсь, не сдержался.

Милькис все еще стоял с раскрытым ртом, а я храбро бросился на обидчиков молодого поколения и врезал одному в ребро, другому в пах, а третьему...

«Позвольте, – успел подумать я, – а третий-то откуда взялся? Их же двое только что было – парнишка не в счет!»

...А третьему я врезал в солнечное сплетение, отчего тот согнулся и отлетел к стене здания Совета Высшей Нервной Деятельности, возле которого мы как раз находились.

– Аркабаз! – прокричали атланты ритуальное ругательство и бросились наутек, поскольку в столице каждый знал: посягнуть на достоинство императорских стражей могли только более высокопоставленные императорские же чиновники, и правило это не знало исключений. Получив от меня по первое число, оба стража решили, что степень моей приближенности к императору очень высока и у меня есть законное право лишить их добычи.

Двое ретировались, а третий остался. Он уже оправился от моего удара, выпрямился и... Вот тут я охнул: передо мной стоял Иона Шекет собственной персоной с бляхой патрульного на отвороте модной атлантической рубахи. Я, получивший удар в живот, конечно, тоже узнал меня, этот удар нанесшего. И я крикнул себе, чтобы я немедленно убирался туда, откуда свалился, поскольку иначе возникнет парадокс и всю историю Атлантиды придется выворачивать наизнанку и переписывать заново.

Я и сам это понимал, мог обойтись и без собственной подсказки. Но ведь задачи у меня и у меня были разными. Патрульный Иона Шекет должен был уберечь Атлантиду от вмешательства, а рекламный агент Иона Шекет обязан был всучить клиенту аппаратуру колодца времени.

И оба мы понимали, что никто из нас не пойдет на попятную – нам ли, черт побери, не знать самих себя!

«Ну что ж, – рассудил я, – патрульный Иона Шекет – это ведь мое прошлое, я уже вышел из этого возраста, я больше не служу в Патруле времени, так что если я прибью на месте самого себя, нынешняя моя жизнь от этого не изменится».

В то же время я понимал, что я, стоявший передо мной, рассуждал примерно таким образом: «Этот тип – мое будущее, так что если я его сейчас прибью, ничто не помешает мне, двигаясь вперед по жизни, стать тем, кем мне суждено стать».

В общем, как вы понимаете, никто из нас сдаваться не собирался. А тут еще и потенциальный покупатель пришел в себя, закрыл наконец рот и решил помочь. Правда, пока не сообразил – кому именно. Впрочем, к счастью для нас обоих, вмешаться Миль-кис не смог бы все равно, поскольку еще не заплатил за предложенный ему товар.

– Хоп! – заорал я и бросился на себя, собираясь покончить с собой ударом в висок.

– Арра! – заорал я-другой и бросился вперед, собираясь заехать себе ногой в челюсть.

Мы столкнулись и покатились в разные стороны, не причинив себе ощутимого вреда, поскольку прекрасно знали все эти приемчики – и удар в висок с налета, и контровой в челюсть. Надо было сразу сообразить, что в драке между нами возможна только боевая ничья, но мы все-таки минут пять пытались тузить друг друга, не сумев причинить даже легкого ушиба.

– Стоп! – воскликнули мы одновременно и отпрыгнули друг от друга на безопасное расстояние.

– Послушай, Иона, – сказал я примирительно, – давай не будем мешать друг другу. Ты обязан охранять историю Атлантиды от вмешательства диверсантов и инопланетных разведчиков, так ведь? Можешь не отвечать, я прекрасно знаю, что так, поскольку сам был тобой несколько лет назад. Так вот, я теперь работаю рекламным агентом и продаю колодцы времени индивидуального пользования с правом визуального обзора, но без права вмешательства.

– Вот как? – спросил я, глядя на меня недоверчивым взглядом. – Этот парень, значит, не диверсант, а покупатель?

– Милькис? – сказал я, глядя на меня укоризненно. – Да он из колодца не выберется, это не предусмотрено конструкцией. Не обращай на него внимания.

– А почему ты полез в драку с дворцовыми стражами? – все еще не доверяя мне, спросил я. – Уж ты-то должен знать, что это – прямое вмешательство в прошлое.

– Да? – удивился я. – Стражи, между прочим, занимались противозаконным рекрутским набором.

– Да? – удивился я. – Если ты прав, то поступок твой – единственно правильный, я бы и сам поступил так же на твоем месте.

– На моем? – удивился я. – А сейчас ты на каком месте?

– На моем, – ответил я и удивился: – А ведь верно: я сейчас на моем месте, как и надлежит быть.

После чего мы некоторое время выясняли, кто из нас должен говорить о себе «я», а кто – «ты». Милькис с обалделым видом смотрел на нас из колодца и наконец пришел к долгожданному решению:

– Беру! – закричал он. – Плачу наличными!

– Прощай, еще встретимся! – сказал я себе и, оставив себя разбираться с дворцовой стражей, бросился в колодец.

Сделку мы оформили быстро, клиент остался доволен, но я в тот день долго размышлял о том, что бы могло все-таки произойти с историей рода Шекетов, если бы я успел двинуть себя прямым в висок.

Было бы это самоубийство? Или убийство при исполнении? Или сопротивление с неоправданным применением силы? Решайте сами – я не нашел ответа на эти вопросы.

Да и не пытался.

INFO

(380)

2010

Главный редактор

Евгений КУЗЬМИН

Художник Андрей СИМАНЧУК

Адрес редакции

127015, Москва, ул. Новодмитровская, 5а, оф. 607

Телефон редакции (495) 685-47-06

E-mail real@iskatel.net office@iskatel.net

info@iskatel.net

art@iskatel.net

Сайт www.iskatel.net

Телефоны для размещения рекламы

(495) 685-47-06, (495) 685-39-27

Служба распространения

(495) 685-59-01, (495) 685-66-87

E-mail mir_isk@orc.ru

Свидетельство о регистрации

средства массовой информации

ПИ № ФС77-35888 от 31 марта 2009 г.

Учредитель и издатель журнала

ООО «Книги «Искателя»

© «Книги «Искателя»

ISSN 0130-66-34

Распространяется во всех регионах России,

на территории СНГ и в др. странах.

Подписано в печать 16 08.2010. Формат 84x108 1/32.

Печать офсетная. Бумага газетная. Усл. печ л. 8,4.

Лицензия № 06095. Заказ № 4470

Отпечатано в ОАО «Чеховский полиграфический комбинат»

142300, г Чехов, ул. Полиграфистов, д. 1.

.......................

Сканирование и обработка CRAZY_BOTAN

FB2 – mefysto, 2026

notes

Примечания

1

Благословляю Его именем (лат.).

2

Здесь: противиться Богу не волен никто, кроме Самого Бога! (лат.).

3

Перевод И. Озеровой.

4

«Агнец Божий» (лат.) – молитва во время мессы перед причастием.

5

«На Тебя, Господи, я уповал» (лат.) – также начальные слова молитвы.

6

О презрении к миру (лат.).

7

«Бог – чистое Ничто, вне здесь и сейчас. Чем ближе мы к нему, тем дальше он от нас». Ангелус Силезиус (Перевод Д. В. Сильвестрова.)

8

Что позволено Юпитеру, не позволено быку (лат.).

9

Поцелуй стыда (лат.).

10

Верую, ибо это абсурдно. К. С. Ф. Тертуллиан (лат.).

11

Из ничего ничто не возникает (лат.).

12

Женщина – это молот, которым дьявол размягчает и молотит весь мир (лат.).

13

Следовательно, значит (лат.).

14

Перевод В. Брюсова.

15

Теперь время пить (лат.).

16

Непереводимое немецкое ругательство.

17

Перевод В. Рогова.

18

Во прах, Егова, твой алтарь!

Я в Вавилоне Бог и царь!

Г. Гейне

(Перевод М. Михайлова.)

19

Неизбежное зло (лат.).

20

Уповал, хвалим, помолимся, пожрем (лат.).

21

Экстракт тысячелетий (лат.).

22

Испражнений (лат.),

23

Есть человек (лат.).

24

Се человек! (лат.)

25

Между калом и мочой рождаемся! (лат.)

26

«Из глубины» (лат.) – начало заупокойного псалма.

27

Оригинальное, нестандартное техническое приспособление.