Текст книги "Кодекс Магических Зверей VIII (СИ)"

Автор книги: Александр Сорокин

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9Р

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь приглушённым стуком сапог Эрека, который медленно ходил взад-вперед.

– Отец, я не верю, что в таком огромном сооружении нет нормального входа, – наконец произнёс приручитель, обведя рукой зал, и шагнул к старику. – Тут же явно работали люди, а спальных мест мы не нашли. Значит, они уходили отсюда после смены. К тому же, кто-то должен был доставлять еду, воду, ингредиенты, инструменты… Да полно всего!

– Согласен, – подал голос Иннар. – Возможно, мы просто плохо искали.

Тибор поднял на них взгляд.

– Если здесь и был вход, – старик задумчиво провёл ладонью по отросшей щетине усов, – то его либо замуровали так, что не отличишь от кладки, либо он потайной.

Эрек открыл рот, но старик поднял ладонь, пресекая любые возражения.

– У нас нет времени простукивать каждую стену, – Тибор поднялся и отряхнулся. – Твари могут явиться в любую секунду и познакомиться с нами поближе, поэтому единственный вариант не встретиться с ними – постараться выбраться через подкоп до их возвращения.

Перед глазами всплыла картина: пластинчатый зверь вгрызается в шею потрошителя. Я невольно поёжился.

Переглянувшись, братья тяжело вздохнули, и мы поспешили обратно в зал с подкопом. Как только Тибор переступил порог, он шевельнул пальцами в воздухе, и разведчица, сидевшая на светящемся лишайнике, беззвучно скользнула в темноту лаза.

– Если рядом появится зверь, она предупредит, – произнёс старик. – Копать будем с двух сторон. Северг изнутри, а Шип снаружи.

Иннар повернул голову к дяде:

– А как же зайцелоп и Крох?

– Они мелковаты, только под лапами будут путаться, – ответил Тибор, скользнув взглядом по моим питомцам.

Эрек опустился на колено перед Шипом и, обхватив его морду ладонями, прижал голову ко лбу зверя.

– Будь осторожен, если что – сразу возвращайся, – прошептал он и опустил руки. – Понял? Никаких геройств.

Шип лизнул щёку хозяина и, прижавшись брюхом к земле, скользнул в лаз. Эрек проводил его взглядом и поднялся.

Тибор же посмотрел на Северга. Массивный зверь встряхнулся, повёл лопатками и уставился на старика с немым вопросом: «Ты серьёзно хочешь, чтобы я это делал?».

– Придётся, друг, – он потрепал зверя по холке.

Северг фыркнул, приблизился к лазу и заработал передними лапами. На пол тут же вылетел первый ком земли, с глухим шлепком рассыпавшись на куски.

– Ох, – Эрек отскочил в сторону. – Таким и прибить можно.

– Да и шума сколько, – добавил Иннар.

– Отойдите, Северг всё-таки не крот, – Тибор указал рукой на стену и замер, нахмурив брови.

Мы кивнули и отступили.

– Я передал ему, чтобы был потише, – произнёс старик через несколько секунд.

Из-под лап Северга один за другим вылетали куски почвы, но уже поменьше.

Иннар опустился на корточки у стены и уставился на дыру, а Эрек ходил туда-сюда, то и дело косясь на подкоп.

– Долго ещё? – вполголоса бросил он через минуту.

– Только начали, – отозвался Тибор. – Сядь, не мельтеши.

Эрек скривился, но опустился рядом с братом и, вынув нож, принялся перекатывать рукоять между пальцами.

Через несколько минут Тибор внезапно вскинул ладонь, и все, включая зверей, замерли. Иннар затаил дыхание, а Эрек прижал лезвие к ноге, боясь случайно выронить оружие.

Пару секунд старик стоял с прикрытыми глазами, затем медленно опустил руку.

– Прошёл мимо, – прошептал он. – Продолжаем.

Из дыры тут же вновь полетела земля.

Подобные заминки повторялись ещё раз восемь. Одна из них затянулась минуты на три, и за это время Иннар, тихо вынув крюк, намотал петлю верёвки на предплечье, а Эрек достал второй клинок.

Люмин тыкался мордочкой в мой сапог. Крох же сидел неподвижно, только чёрные глаза следили за каждым движением приручителей.

Спустя мучительно долгое время Эрек с явным облегчением произнёс:

– Они закончили.

Северг попятился, выпрямился и резко встряхнулся, отчего в зале закружилась туча пыли.

– Спасибо, друг, – Тибор подошёл к нему, потрепал по загривку и, отвернувшись, чихнул.

Следом через подкоп пролез Шип. Его шерсть была покрыта грязью не больше, чем шкура товарища, но выглядел он куда раздражённее. Зверь поднялся, стряхнул с уха лапой ком земли, и посмотрел на хозяина, мол, я тебе это ещё припомню.

Не обращая внимание на возмущение питомца, Эрек тут же подошел к нему, провёл ладонью по загривку, проверил лапы и ощупал бока, будто не веря, что тот уцелел.

– Молодец, – прошептал он. – Умница ты моя.

Тибор шагнул к лазу, присел и оценил ширину проёма.

– Годится, – обронил он и поднялся – Теперь слушайте внимательно. Как я уже говорил, снаружи нас ждет биом «Мёртвые гущи», поэтому, если хотите выжить, запоминайте правила. В первую очередь это касается тебя, целитель.

Я кивнул.

– Первая опасность – ядовитый туман, – старик загнул палец. – Стоит им надышаться, как появится кровавый кашель, а там и вечный сон не за горами.

Эрек невесело хмыкнул.

– Второе, – Тибор загнул ещё один палец. – Почва местами зыбучая, поэтому идите строго по следам впереди идущего. Однако, если кого-то начнёт затягивать… Даже не пытайтесь вытащить, это бесполезно.

Я сглотнул.

– Третье – держитесь подальше от смолы и воды, они тоже ядовиты. Достаточно случайного касания, как тело разъест до кости за минуту. Ну и последнее, – старик загнул четвертый палец. – Местные твари не всегда охотятся ради пропитания, они любят… играть. Могут часами кружить рядом, притворяясь безразличными, а потом ударить в спину. Особое внимание уделяйте монстрам без глаз, они слышат дыхание.

Тибор посмотрел на меня.

– Эйден, у тебя есть чистые тряпки?

– Есть, – я потянулся к ранцу.

– Доставай, смочим водой и обмотаем лица. Это даст нам немного времени, – старик замолчал на пару секунд и добавил – Морды зверям тоже перевяжи.

Я вытащил тряпицы и, смочив их водой из фляги, раздал отряду. Тибор первым обмотал нижнюю половину лица, а Эрек, приложив повязку, забурчал под нос:

– Всегда мечтал ходить в наморднике.

– Тебе идёт, – заметил Иннар.

– Знал, что оценишь.

Я присел перед Крохом. Мохнатый спокойно позволил приложить к морде полоску ткани, но фыркнул, когда я завязал узел на затылке.

– Потерпи, друг, – произнёс я. – Так надо.

Повязав тряпицу возмущённому Люмину, я заметил, как старик и Эрек одновременно провели ладонями в воздухе, и через мгновение Северг с Шипом скрылись в подпространственных карманах.

– Тибор, а моих мохнатых можно поместить в твой карман? – спросил я, взглянув на мужчину.

– Извини, но чужих зверей нельзя, – старик вздохнул.

– Жаль, – тихо обронил я.

Тибор оглядел нас поверх повязки и произнёс:

– Расклад такой: общаться будем тихо, дышать неглубоко. Если кому-то станет плохо – хлопните впереди идущего по плечу, остановимся.

Все молча кивнули.

Старик подхватил ранец и, забросив его в лаз, втиснулся в подкоп. На этот раз он пролез без проблем: через пару секунд из проёма торчали лишь подошвы сапог, а затем исчезли и они. Вскоре из темноты донеслось приглушённое:

– Ползите.

Эрек тут же зашвырнул в лаз свой ранец и последовал за отцом. Иннар дождался, пока освободится проход, и тоже нырнул внутрь.

– Ваша очередь, мохнатые, – произнёс я.

Крох, не колеблясь, скользнул в проход. Люмин же уныло вздохнул и, покосившись на меня, последовал за ним.

Я толкнул вперёд ранец, опустился на локти и пополз. Расширенный лаз свободно пропускал плечи, но всё равно приходилось прижимать подбородок к груди, чтобы не задевать макушкой свод. Земля под ладонями отдавала сыростью, а рукава куртки постепенно задирались.

Вскоре впереди забрезжил мутный просвет.

Я вытолкнул ранец наружу, вылез следом и по привычке глубоко вдохнул, однако влажная повязка не спасла, пропустив в горло холодный, ядовитый воздух с металлическим привкусом. Я тут же согнулся пополам от удушливого кашля, а язык мгновенно онемел и пересох.

Тибор сжал моё плечо и приложил палец к губам.

– Вдыхай по чуть-чуть, – прошептал он.

Медленно выпустив остатки воздуха из лёгких, я сделал едва заметный вдох, и спазм отступил. Ну и местечко…

Я приподнялся на колени и огляделся. Мы оказались в неглубокой ложбине под сплетением огромных чёрных корней, торчавших из земли. Они исходили от исполинских стволов, кора которых отслаивалась длинными лохмотьями, обнажая покрытую бледной светящейся плесенью древесину. Деревья уходили высоко вверх, теряясь в тумане, а их почти голые ветки тянулись в разные стороны.

Стоило Эреку переступить с ноги на ногу, как раздался тихий влажный хруст. Я опустил взгляд и сквозь колыхавшуюся белёсую дымку увидел ковёр из перегнившей листвы вперемешку с мелкими костями. Кое-где из этой гнили выглядывали позвонки покрупнее, а чуть дальше лежала чья-то большая грудная клетка.

Я осторожно поднялся, почувствовав, как под лопаткой перекатилась капля пота, и заметил, что туман здесь висел слоями: от земли до пояса – молочно-белый, выше пепельно-серый, а на самом верху проглядывал грязно-жёлтый.

– Надо отсюда сва… – начал Эрек, но его осёк резкий взмах руки Тибора.

Старик слегка склонил голову, прислушиваясь, а затем посмотрел на нас.

– Сюда идёт крупный хищник, – прошептал он.

Крох подошёл ко мне, а Люмин оцепенел, слегка подрагивая левым ухом.

Где-то в глубине тумана раздался вибрирующий звук, похожий на рык, только… рваный, будто тварь периодически заходилась кашлем.

Тибор шевельнул пальцами, и из тумана выпорхнула серо-голубая птичка. Разведчица бесшумно пересекла ложбину, подхватила что-то с земли и, не сбавляя хода, унеслась в сторону. Через несколько секунд слева раздался глухой стук, будто небольшой предмет ударился о дерево.

Рычание тут же оборвалось, и через мгновение послышались влажные шлепки лап, удаляющиеся в сторону падения.

– Пташка его отвлекла, но это ненадолго, – тихо произнёс старик. – Убираемся отсюда.

Мы накинули ранцы, слегка пригнулись и двинулись за Тибором. Я шёл строго по следам старика, Крох и Люмин семенили у моих ног, Иннар держался в шаге позади, а Эрек замыкал.

Сапоги по щиколотку тонули в мягком перегное. Стоило поднять ногу, как почва тут же начинала смыкаться, стирая отпечатки. С одной стороны, удачно: нас невозможно выследить, с другой… жутковато, ведь стоит на секунду отвлечься, и след Тибора затеряется.

Через несколько минут я заметил парящие между корнями чёрные искры, которых здесь оказалось в разы больше, чем в руинах. Они летали в воздухе, время от времени наталкиваясь на голубые, а кое-где собирались в завихрения вокруг веток.

Я принялся на ходу выпускать крупицы маны. Энергия срывалась с пальцев, находила тёмные мишени, вспыхивала грязно-серым и испарялась. Здесь мой резерв таял гораздо быстрее.

Внезапно Тибор вскинул ладонь, приказав отряду замереть, и, обернувшись, указал рукой под ноги. Я присмотрелся и заметил, что перед его сапогом ковёр из перегнивших листьев просел, а сквозь прорехи толчками выходила густая пузырящаяся жижа.

Немного попятившись, мы обошли опасный участок по широкой дуге. Спустя минут десять старик вновь остановился и медленно указал головой в сторону. Я проследил за его взглядом и увидел между двумя стволами, шагах в пятнадцати от нас, колыхающиеся жёлтые капли. Они висели в воздухе, словно на невидимых нитях, образуя подобие паутины.

Тибор тут же скорректировал маршрут, но стоило нам обогнуть ловушку, как Крох через нить прислал образ: тень сверху.

Я мгновенно рухнул на землю, увлекая за собой мохнатых. Отряд понял всё без слов: Иннар опустился на колено, Эрек лёг, уперевшись ладонями, а Тибор буквально распластался, слившись с ландшафтом.

Через несколько секунд над нами бесшумно пронеслась огромная тварь с размахом крыльев шагов в пять и, не заметив добычи, растворилась в грязно-жёлтой выси.

Тибор осторожно поднялся, посмотрел на Кроха и кивнул мне. Я почесал мохнатого между ушей, и мы двинулись дальше.

Примерно через сотню метров нам пришлось спрятаться за завалом из обугленных ветвей. Спустя пару минут мимо прошествовали две приземистые твари, тяжело сопя сквозь треугольные пасти с кривыми клыками, и остановились в десяти шагах от нашего укрытия. Обнюхав корни, они тихо зарычали, и одна из них сделала шаг в нашу сторону, затем ещё один.

Я заметил, как рука Иннара легла на рукоять крюка, и затаил дыхание.

Тварь остановилась, повела мордой из стороны в сторону, и на мгновение мне показалось, что она уставилась на меня, но вместо глаз у неё подрагивали лишь узкие щели. Фыркнув, зверь развернулся и вместе со своим сородичем направился прочь.

Едва шаги окончательно стихли в тумане, я медленно выпустил воздух из лёгких.

– Спасли повязки, – прошептал Тибор. – Иначе бы точно услышали дыхание кого-нибудь из нас.

Мы двинулись дальше. Я давно потерял счёт остановкам, но их было не меньше десятка. На одной из них я потянулся ко лбу, чтобы смахнуть пот, однако Иннар вовремя перехватил мою руку: капля смолы, сорвавшаяся с толстой ветки, пронеслась всего в сантиметре от моих пальцев и с шипением въелась в прель, оставив в ней дымящуюся проплешину.

Я благодарно кивнул приручителю, прижав ладонь к груди. Постепенно голова налилась свинцом. Я поморщился и тряхнул ей. Тибор тут же обернулся вполоборота и скосил на меня настороженный взгляд. Я лишь качнул ладонью, мол, всё в порядке, держусь.

Когда мы обогнули очередной ствол и нырнули под провисшую ветвь, перед нами проступил громадный силуэт мёртвого дерева, разломленного пополам, будто когда-то в его макушку ударила молния. У основания, в узкой ложбинке между обугленных корней, туман почему-то расступался, обнажая пятачок земли с одиноким зелёным кустом.

Тибор указал рукой в сторону ствола, и мы затаились. Из тумана неподалёку донеслись шлепки лап и тихий, тянущий звук: зверь волок по земле тушу. К счастью, пронесло.

Когда звуки стихли, я осторожно шагнул к кусту и присмотрелся. Растение с багровыми, словно налитыми кровью ветвями, оказалось высотой всего с ладонь, а его мелкие тёмно-зелёные листья формой напоминали сердечки.

Перед глазами тут же развернулось системное сообщение:

[Обнаружено растение: Кровавый куст]

[Свойства: Стимулятор сердечной деятельности. При правильной обработке – реаниматор]

[Качество: Отличное]

Я на секунду замер и почувствовал, как от удивления отступала даже боль в голове. Что-то с похожим эффектом мне выдала Ассоциация перед началом работы на Арене Когтя. Точно, стимулятор назывался «Гончее сердце». Жуткое средство, ведь каждое применение лекарства отнимает у зверя двенадцать месяцев жизни, а тут…

– Тибор, – тихо позвал я и указал подбородком в сторону кустика. – Дай мне пару минут.

Старик скользнул взглядом по багровым ветвям, затем пристально посмотрел в мои глаза и прищурился.

– Только быстро, – ответил он, едва шевеля губами.

Иннар без слов сдвинулся в сторону, заслонив меня своим телом. Эрек занял позицию сбоку, приготовившись в любую секунду выхватить оружие. Крох встал вплотную ко мне, развернувшись мордой туда, откуда мы пришли, а Люмин замер рядом, слегка подрагивая.

Я медленно снял ранец, аккуратно опустил его на ковёр из прели и, вытащив нож, присел на корточки у кустика. Вблизи цвет ветвей выглядел насыщеннее, будто в них, слегка пульсируя, и вправду двигалась кровь.

Стараясь не повредить корневище, я аккуратно обкопал землю по кругу, подцепил растение и, быстро завернув кустик с комом земли в чистую тряпицу, уложил свёрток в ранец.

Затем вытащил из кармана найденное семечко, мешочек с таблетками и склянкой с зельем Стеклянной нити и переложил туда же. Внезапно Крох у моей спины фыркнул, мол, заканчивай давай.

– Уже, уже, – тихо отозвался я, застёгивая клапан ранца.

Я поднялся на ноги и, накинув лямки, кивнул Тибору.

Старик махнул рукой, и мы вновь тронулись, но не успели отойти и на сотню шагов, как впереди, за пеленой тумана, что-то треснуло. По лесу прокатился рёв, а следом раздался второй, более высокий.

Тибор, не медля ни секунды, рухнул ничком. Я мгновенно плюхнулся в мягкую почву и приобнял зайцелопа, а Крох сам буквально вжался рядом со мной в узкую нишу между корней. Иннар и Эрек синхронно легли в прель, будто отрабатывали это движение годами.

Впереди раздался грохот с жутким хрустом, а затем донёсся пронзительный визг и тут же оборвался. В следующий миг в невидимую схватку вклинился новый клокочущий голос, к которому мгновенно присоединился целый хор чудовищных звуков.

«Да сколько же их там…» – промелькнуло в голове.

Тибор указал ладонью вбок, и мы поползли прочь от места побоища. Крох двигался вплотную ко мне, почти не отрывая брюха от земли. Люмин стелился у моей щеки, судорожно дыша сквозь влажную ткань в моё ухо.

Где-то слева грохнуло так, что дрогнула земля под ладонями. Я осторожно повернул голову на звук и увидел, что туман между двумя стволами резко качнулся, будто сквозь него пронеслась тварь. Главное, чтобы нас не задело…

Внезапно свет над головами померк. Я поднял взгляд и увидел, как сквозь туман скользнул длинный силуэт, за ним ещё один, поменьше, а следом целая стая летучих бестий, направляющаяся в сторону, откуда доносился рёв.

Я судорожно сглотнул. Локти онемели от напряжения, а куртка на груди пропиталась холодной и склизкой жижей.

До наших ушей вновь донёсся яростный рёв. К нему добавился режущий клёкот, а затем последовал визг, хруст ломаемых веток, секундная тишина и новая волна рычания, но уже тише, будто одна из сторон резко потеряла в численности.

«Нам туда не надо, – билось в голове. – Нам туда очень, очень не надо».

Тибор словно услышал мои мысли: он свернул и увёл нас в узкую низину, прикрытую поваленным стволом. Переползя под деревом, я почувствовал, что земля пошла в горку, а ладони заскользили по прели, но грохот чужого побоища, к счастью, постепенно оставался за спиной.

Через несколько метров старик приподнялся на локтях, вслушался и махнул рукой: можно на четвереньки. Затем мы перешли на корточки, а после и вовсе выпрямились. Когда я поднялся, почувствовал ноющую боль в мышцах.

– Пронесло, – выдохнул Эрек и провёл ладонью по повязке.

– Не расслабляйся, – обронил Тибор, не оборачиваясь. – Пока они дерутся, у нас есть шанс выбраться из этого гиблого места.

Глава 10Р

Пока мы двигались в этих проклятых гущах, я успел возненавидеть каждый шаг. Крох ступал вплотную к моему сапогу, прижимая уши к макушке, а Люмин трусил с другой стороны, слегка подрагивая, и тыкался в мой сапог при каждой остановке.

В какой-то момент повязка начала подсыхать. В висках запульсировало, шею сдавила боль, отдавающая во всю левую руку, а мизинец неприятно онемел. Я пошевелил пальцами, разгоняя кровь, и спазм слегка отступил.

«Соберись, целитель, – приказал я себе. – Сейчас не время для слабости».

Через несколько метров, в очередной раз вскинув ладонь, Тибор отступил чуть в сторону, и моему взгляду предстала натянутая между двумя корнями тонкая, почти невидимая в клубящейся дымке нить. Старик указал на неё и направился в обход. Мы последовали за ним, но уже через десяток шагов остановились перед укрытой переплетением корней ложбинкой и, нырнув внутрь, присели на корточки.

Мохнатые тут же втиснулись между моих колен. Приручители извлекли фляги, плеснули воду на ладони и прижали их к тряпицам на лицах. Я повторил за ними и, потянувшись к Кроху, аккуратно смочил его повязку. Мохнатый едва заметно шевельнул носом, мол, спасибо, хозяин. Проделав ту же процедуру с Люмином, я закрепил флягу на боку ранца и оглядел отряд.

Смуглая кожа Иннара приобрела нездоровый серый оттенок, а тёмные глаза слегка покраснели. Эрек вцепился в рукоять ножа, судорожно глотая воздух мелкими порциями. Тибор же держался бодрее всех, но и его косицы на бороде ходили ходуном при каждом прерывистом вдохе.

Немного переведя дух, старик указал рукой вперёд, и мы протиснулись наружу.

Почти сразу ноги стали переставляться сами, взгляд упёрся в спину Тибора, а голова зациклилась на мысли: «дыши и не думай». Накатившая слабость настолько притупила бдительность, что в какой-то момент я оступился, но шедший следом Иннар тут же схватил меня за локоть и потянул назад, спасая от падения в «паутину» из жёлтых капель, зависших в воздухе. Мы прошли не меньше сотни шагов, прежде чем я окончательно осознал, на каком волоске только что висела моя жизнь, и запоздалый страх ещё долго не отпускал моё тело.

Через десять остановок туман между стволами начал заметно светлеть. Неужели мы наконец подходим к границе?..

Когда Тибор в очередной раз вскинул ладонь, прислушиваясь, дерево слева от нас с треском раскололось, будто от удара тарана, и по Лесу прокатился вибрирующий рёв, от которого дрогнул воздух, корни и мои колени.

Я мгновенно рухнул ничком, приобнимая питомцев. Братья улеглись следом позади меня, а Тибор распластался рядом, вжавшись щекой в прелую почву.

Чуть позже сквозь пелену тумана, всего в паре шагов от нас, пронёсся смазанный силуэт огромного зверя, и я почувствовал, как под телом содрогнулась прель.

Следом за исполином промелькнули четыре юрких создания поменьше, оставив после себя запах опалённой шерсти, а через несколько секунд дымка за ними окончательно сомкнулась.

Я лежал, вжав подбородок, и судорожно считал удары сердца. На тринадцатом Тибор приподнял голову, осмотрелся и указал ладонью налево, перпендикулярно тропе исполина.

Следующие две сотни метров превратились в сплошное изнурительное испытание: мы ползли на локтях, буквально втираясь в прель. В какой-то момент где-то далеко за нашими спинами вновь раздался яростный рёв, ему ответил долгий, свистящий вой, а в моей голове закрутилась мысль: «Хорошо, что они не рядом».

Наконец, Тибор осторожно приподнялся на локтях, вслушался в затихающие звуки боя и выпрямился. Когда я разогнулся, мышцы поясницы отозвались такой резкой болью, что я едва не выругался вслух.

Туман впереди постепенно рассеивался, открывая тусклую зелень между стволами. Стоило нам оказаться у границы биома, как у меня резко закружилась голова, и земля ушла из-под ног, однако один из приручителей поймал меня и сильным толчком вышвырнул вперёд. Сделав несколько шагов по инерции, я оставил ядовитую пелену за спиной и, сорвав с лица влажную ткань, рухнул на колени.

Первый же полноценный вдох обжёг грудь так, словно я глотнул кипятка. Лёгкие моментально взбунтовались – следующие полминуты я задыхался от кашля, выплёвывая серую мокроту на колючую траву.

В то же время Эрек хрипел с надрывом, будто выхаркивал лёгкие. Каждый вздох Иннара сопровождался свистом, а Тибор, кашляя, то и дело сплёвывал себе под ноги.

Немного придя в себя, я посмотрел на питомцев и хрипло просипел:

– Мохнатые, идите сюда, мои хорошие.

Крох подошёл первым. Я осторожно развязал узел на его затылке, снял влажную полосу ткани и заглянул ему в глаза. Тёмные зрачки сузились на свету – реакция в норме. Слизистая пасти выглядела чуть бледнее обычного, но, к счастью, безопасно синей.

– Молодец, друг, – прошептал я и почесал его за ухом.

Однако стоило мне повернуться к зайцелопу, как сердце заколотилось. Люмин, спокойно сидевший пару минут назад, лежал на колючей траве: его бока часто ходили ходуном, а веки подрагивали, слегка обнажая закатившиеся белки. Меня словно ледяной водой окатило. Я быстро дополз к нему на четвереньках, сорвал повязку и прижал пальцы к шее, лихорадочно нащупывая пульс… Ровный. Слизистая оставалась розовой, а дыхание без хрипов.

Как-то это подозрительно… Если бы дело было в тумане, то ушастый кашлял бы, как и я… да и он только что спокойно сидел.

– Люмин, – я осторожно потряс его за плечо. – Эй, малой, ты меня слышишь?

Ушастый медленно приоткрыл глаза, покосился на меня и через нить прислал образ: он лежит в постели, укутанный в шесть одеял, а Крох подносит ему морковку на подносе.

Я выдохнул.

– Ах ты, симулянт, – произнёс я, но голос сорвался, и вместо строгого выговора получилось почти ласково.

Люмин слегка пошевелил усом и демонстративно зажмурился.

– Ушастый в порядке? – сипло поинтересовался Эрек, вытирая рот тыльной стороной ладони.

– Ага, – я поднял на него взгляд. – Вы как?

– Живы. – Тибор ещё раз сплюнул на колючую траву, хмуро огляделся и мотнул подбородком в сторону кустов. – Нельзя здесь оставаться, двигаем.

Поднявшись на ноги, я вновь пошатнулся, но устоял.

– Эйден, с тобой все в порядке? – просипел Иннар.

– Голова слегка кружится, дайте мне минуту, – выдавил я.

Он кивнул.

Когда головокружение отступило, мы отошли от границы биома шагов на триста и протиснулись сквозь заросли. Колючие кусты по пояс, с восковыми с изнанки листьями и короткими иглами на ветвях, надёжно укрыли нас от случайных глаз.

Крох занял позицию в шаге от меня, развернувшись мордой в сторону границы, а Люмин, отдышавшись, прижался к его тёплому боку.

Внезапно на плечо Тибора опустилась серо-голубая птичка.

– А как она выжила? – моргнув, спросил я.

Старик аккуратно перехватил пичугу ладонью и легонько провёл пальцем другой руки по грудке. Пернатая склонила голову набок и тихо чирикнула.

– Наверху туман не ядовитый, – пояснил Тибор, не глядя на меня.

– Как удобно, – обронил я.

Он лишь усмехнулся и провёл рукой перед собой. Эрек повторил этот жест, и пространство рядом с каждым из них дрогнуло, выпустив наружу Северга и Шипа. Рогатый здоровяк первым делом обнюхал заросли, после чего подошёл к хозяину и, наклонившись, ткнулся в его бедро. Шип же скользнул к Эреку, лизнул его подбородок и улёгся у ног, положив голову на сапог.

Тибор что-то шепнул разведчице, и та сорвалась с его плеча, мгновенно растворившись в вышине.

Следующие пять минут прошли в тишине. Я отпаивал Люмина водой из фляги, проверял пульс Кроха и прислушивался к своим ощущениям. Голова ещё гудела, но не кружилась – организм постепенно приходил в норму.

Наконец, Тибор прикрыл глаза, замер на несколько секунд и кивнул.

– В получасе ходьбы есть безопасное место, там и переночуем.

– Тогда поторопимся, пока окончательно не стемнело, – произнёс Эрек, поднимаясь.

Мы построились и двинулись в путь. Свод биома сначала налился лиловым светом, затем перешёл в темно тёмно-синий, а под конец превратился в беззвёздную черноту. Я то и дело спотыкался о камни в колючей траве, но упорно переставлял ноги, ориентируясь лишь по смутному силуэту шагающего впереди старика.

Примерно через полчаса Тибор резко свернул в сторону, обогнул дерево со свисающими до земли ветвями, которые образовали плотное сплетение листвы, и указал рукой вниз. Внутри этого зелёного занавеса пряталась крохотная площадка.

– Пришли, – сказал старик.

Я с братьями и зверями без сил залез под навес, однако Тибор с Севергом остались с наружи.

– Раскладывайте спальники и отдыхайте. Я подежурю первым, потом Иннар, следом Эрек, а Эйден замыкает, – через несколько минут произнёс Тибор, просунув голову сквозь ветви.

Возражать никто не стал. Я наспех расстелил спальник, улёгся и мгновенно провалился в небытие.

– Эйден, твоя смена, – тихий голос Эрека вырвал меня из глубокого сна.

С трудом разлепив веки, я пару секунд соображал, где находился, а затем кивнул:

– Понял.

Мужчина ещё немного смотрел на меня, будто хотел удостовериться, что я не рухну обратно, после чего молча отошёл к своему спальнику, лёг и повернулся набок. Уже через полминуты до меня донеслось его медленное дыхание.

Я сел и потянулся, стараясь не потревожить Люмина, который лежал у моего бедра, однако ушастый все же слегка шевельнул длинным ухом. Крох, приподняв голову, мазнул по мне взглядом и вновь уронил морду на лапы. Я погладил его между ушей, затем провёл ладонью по золотистой шёрстке зайцелопа и обратил внимание, что мои пальцы слушались, а голова стала ясной, разве что в горле всё ещё немного саднило.

Я активировал восприятие, и мир тут же расцвёл голубыми искрами, но, внимательно осмотревшись, не обнаружил ни одной чёрной крупицы. Это не могло не радовать, ведь вчера у меня не было сил на проверку. Резерв в каналах ощущался как полный до краев кувшин, из которого вот-вот прольется вода. Я перевёл взгляд на Кроха и убедился, что с ним всё в порядке.

Что ж, раз обстановка спокойная, самое время заняться яйцом.

Подтянув к себе ранец, я откинул клапан и бережно достал свёрток из отделения, где не было ледяного камня. Стоило развернуть тряпицу, как моему взгляду открылось матово-серое яйцо, покрытое тёмными прожилками. Я невольно задумался, глядя на него.

Люмин учуял в яйце что-то схожее с порошком Стеклянной Кости. Вот только под скорлупой находится существо, а не лекарство. Значит, ушастый или ошибся, или… Нет, за все месяцы, что мы вместе, его нос ни разу меня не подводил. Стало быть, в яйце есть то, что поможет усилить магические каналы. Может, скорлупа? Или существо внутри обладает способностью, которая вылечит Кроха?

Я нахмурился. Самое паршивое, что у Кроха осталось всего шесть дней. Даже если это загадочное яйцо – единственный шанс на его спасение, я понятия не имею, сколько ждать вылупления. День? Неделю? Месяц?

Выдохнув, заставил себя не переживать в пустую, ведь точного ответа у меня нет. Можно попытаться влить в яйцо ману. Если оно устроено по аналогии со Стеклянным грифом, то, как сказал Тибор, без энергии плод внутри попросту не созреет.

Медленно опустив указательный палец на матовую поверхность, я почувствовал, как из каналов потянулась тонкая голубая нить. Скорлупа под подушечкой пальца мгновенно потеплела, а тёмные прожилки наполнились тусклым свечением.

Сосредоточившись на ощущениях, я сделал поток чуть шире. Мана потекла быстрее, впитываясь в серые стенки. Спустя примерно десять минут я почувствовал, что мой воображаемый кувшин опустел уже наполовину, и резко одернул руку.

Пока что хватит. Нужно обязательно оставить неприкосновенный запас энергии на случай встречи с чёрной маной. Аккуратно завернув яйцо в тряпицу, я поместил его обратно в ранец и плотно обложил тканью.

Крох вздохнул, поворочался и устроил морду на моих коленях. Я машинально опустил ладонь на его голову.

– Держись, друг, – прошептал я. – Я обязательно что-нибудь придумаю.

Он чуть пошевелил хвостом, но не открыл глаза.

Оставшееся дежурство прошло спокойно. Я не слышал ни рёв, ни треск ломаемых ветвей, лишь редкие, едва уловимые шорохи ночных обитателей. Почти всё время я поглаживал мохнатых, пытаясь прогнать мрачные мысли о Крохе. Получалось скверно, но я старался.

В какой-то момент тьма начала рассеиваться, и я стал различать очертания листьев, а вскоре и их цвет. Восковой глянец отливал бирюзой, а трава казалась синеватой. Высунув голову сквозь ветви, я заметил среди зарослей несколько побегов с мелкими белыми листочками, которые дрожали на слабом ветру, как крошечные серебряные монетки. Впервые за долгое время окрестности вокруг показались мне мирными.