Текст книги "Кодекс Магических Зверей VIII (СИ)"

Автор книги: Александр Сорокин

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

– Привал, – обронил старик.

Местность вокруг просматривалась шагов на тридцать во все стороны, что не могло не радовать. Сняв ранец, я привалился спиной к поваленному исполину, и по всему телу тут же разлилась ноющая боль. Как же сильно я устал…

Но не позволяя себе расслабиться, я вытащил свёрток с яйцом, развернул тряпицу и опустил указательный палец на скорлупу. Из канала потянулась голубая нить, и прожилки тут же откликнулись, наливаясь светом.

– Ну давай, вылупляйся, мой хороший, – прошептал я, слегка наклонившись.

Резерв стремительно таял. Когда внутри осталась едва ли пара капель энергии, я резко отдёрнул руку. Чуда не произошло.

– Твою налево… – прошептал я.

Я бережно завернул яйцо в тряпицу и уложил обратно в ранец. Крох подошёл вплотную и, положив голову на моё бедро, заглянул в глаза. Я провёл ладонью по загривку мохнатого и с ужасом почувствовал его дрожь.

– Держись, друг, – прошептал я. – Я обязательно тебя спасу.

Он моргнул, будто понял каждое слово. Наконец, Тибор поднялся и произнёс:

– Пойдёмте.

Первый час после привала мы двигались на закате, второй пробирались уже в сумерках, а к третьему темнота полностью накрыла Лес, и наша скорость упала до черепашьей.

На поверхности ночь была бы простой: чёрное небо со звёздами да очертания крыш, но здесь тьма казалась живой. Каждый ствол превратился в шевелящийся силуэт, а нависшая над тропой ветка – в остриё, так и норовившее воткнуться в глаз. Слух улавливал малейший шорох, игравший на натянутых нервах.

Следующий биом встретил нас колыхающимся сиянием. Сначала мне показалось, будто впереди дрожали на разной высоте крохотные звёзды, однако стоило присмотреться, и иллюзия рассеялась: перед нами были тысячи светящихся мошек размером с ноготь мизинца. Они висели плотными облаками, заливая всё вокруг мягким молочным светом.

Невероятно красиво… Одно плохо: к нам они не совались, выдерживая дистанцию из-за ауры Северга. И пускай их сияние хорошо подсвечивало деревья вокруг, но под ногами по-прежнему царил мрак.

Аккуратно нащупывая сапогами корни и ветки, я перешагивал их. Люмин раз в несколько минут тихонько всхлипывал. Крох же непрерывно жался к моей левой ноге, и лишь тепло его бока подсказывало мне, что он всё ещё рядом.

Через час, а может, два, живые огоньки исчезли, и мы погрузились в биом, который никто из отряда не узнал. Причиной тому была вовсе не его редкость, а непроглядная тьма.

Тибор остановился и долго стоял неподвижно, вслушиваясь в ночной Лес. Пахло сырой землёй и гнилью. С разных сторон до нас долетали пугающие звуки: далеко слева раздался низкий рык, резко оборвавшийся булькающим хрипом; впереди хрустнули ветки, и тут же послышалось жадное чавканье; а справа простучала удаляющаяся дробь копыт, затем прыжок, клацанье пасти и тихий предсмертный стон.

Кто-то кого-то догонял, убивал и жрал – суровая жизнь ночного Леса, от которой пока ещё оберегала аура Северга. Однако внезапно шагах в тридцати впереди раздался глухой топот: нечто переступило с ноги на ногу и затихло.

Внутри всё сжалось в тугой узел. Неужели мы наткнулись на заражённого зверя или тварь высокого класса?.. Секунды превратились в вечность, однако вскоре тяжёлая поступь возобновилась, и неведомое существо не спеша удалилось в сторону. Я выдохнул.

– Идём, – вполголоса обронил старик.

Как я ни старался нащупывать сапогом землю, уже через десять минут зацепился не то за корень, не то за кочку. Потеряв равновесие, едва не полетел лицом вперёд, но в последний момент успел схватиться за подвернувшуюся ветку.

Вскоре мы оказались на границе нового биома, откуда из темноты донеслось бульканье. Тибор мгновенно развернулся, тихо бросив: «Обходим». Следующие полчаса мы огибали биом по широкой дуге, ориентируясь лишь на звук шагов старика. Однако стоило миновать это место, как воздух резко похолодел. У меня тут же защипало в носу, а Крох зафыркал, заставив Тибора вновь увести отряд в сторону.

К рассвету, не останавливаясь ни на минуту, нам удалось преодолеть всего… четыре биома. Ноги гудели так нещадно, что каждый шаг давался через силу, под монотонный мысленный приказ: «подними ступню, опусти, теперь другую».

С первыми полосами света мы оказались под кроной огромного дуба, чьи корни вздымались из земли толстыми жилами, образуя высокие бугры. Здесь Тибор поднял ладонь и произнёс:

– Давайте передохнём.

Скинув ранец, я на дрожащих ногах опустился на землю и прислонился спиной к шершавой коре. Иннар устроился напротив, у соседнего корня, и молча уставился в одну точку. Эрек немного повозился со снаряжением, затем подошёл ко мне и протянул мне флягу:

– Попей.

– Не хочу, спасибо, – я покачал головой.

Эрек присел рядом, сунул флягу под мой локоть на случай, если передумаю, и отошёл к Тибору. В лагере царило тяжёлое молчание. Приручители украдкой косились на слабеющего Кроха, не решаясь взглянуть в мои глаза.

Мохнатый лежал у моего колена, медленно и тяжело дыша. Когда я перевёл взгляд на его каналы, сердце ёкнуло: оболочка истончилась сразу в трёх местах…

Я зажмурился, пытаясь подавить панику. Выход точно есть! Он обязан быть! Распахнув глаза, я полез в ранец и вытащил свёрток с яйцом.

– Эйден, – тихо позвал Тибор, сидя у корня рядом.

– Не сейчас, – отрезал я.

Развернув тряпицу, я опустил указательный палец на скорлупу и без раздумий расширил поток. Толстая голубая нить ринулась в яйцо, заставив прожилки мгновенно вспыхнуть ослепительным светом. Через секунду в них проступил синий оттенок, а следом на контурах полос пробилось серебро, стремительно наползая к центру и превращая линии в подобие сети сосудов.

Мана уходила с такой бешеной скоростью, что из моего горла вырвался хриплый вдох.

– Целитель! – Тибор резко поднялся на ноги. – Ты что творишь…

– Не подходи! – выдавил я сквозь сцепленные зубы.

Старик замер на полушаге. Люмин, свернувшийся рядом с Крохом, поднял голову и уставился на меня встревоженным взглядом. Мохнатый же лишь приоткрыл чёрные глаза и, посмотрев на скорлупу, вновь прикрыл веки. Он слаб, он слишком слаб…Я расширил поток ещё больше, хотя несколько секунд назад был уверен, что достиг предела.

Вскоре у меня закружилась голова, перед глазами всё поплыло. Будто сквозь запотевшее стекло я уловил смутные силуэты: Эрек привстал, Иннар подался вперёд, а Тибор поднял руку, приказывая им не мешать.

Внутри почти не осталось маны. Скорлупа под пальцем раскалилась, напоминая чашку с обжигающим чаем, а прожилки стёрлись, залив всю поверхность яйца ослепительным сиянием.

В резерве осталась четыре искры. Три.

«Я пойду до конца», – мысленно произнёс я.

Две. Я не отдёрнул палец. Одна.

В ушах зазвенело, ладонь онемела, а обжигающая скорлупа под подушечкой пальца запульсировала в такт моему сердцу.

И в этот миг раздался отчётливый, долгожданный хруст. По скорлупе пробежала тонкая трещина, и поток маны мгновенно оборвался. Я выдохнул, обмяк и привалился затылком к корню дуба, но так и не отвёл взгляда от яйца.

Прожилки на скорлупе медленно гасли, возвращая ей прежний матово-серый цвет, однако трещина не исчезла. В следующее мгновение внутри… кто-то пошевелился, и Крох тут же вскинул голову.

Глава 17Р

Стоило тонкой трещине разойтись чуть шире, как серый осколок отделился от скорлупы и, чиркнув по моему запястью, упал в траву. Из открывшейся темноты тут же донёсся тихий, жалобный писк.

Я услышал, как братья поднялись. Иннар сделал шаг ближе, но ветка под его сапогом громко хрустнула, заставив приручителя замереть.

В этот момент отвалился ещё один кусочек, и внутри скорлупы промелькнуло что-то нежно-розовое.

– Ну давай, – прошептал я. – Не стесняйся, малыш.

Скорлупа вновь треснула, верхняя половинка завалилась набок, и наружу высунулась покрытая розовым пухом голова птенца. Его макушку венчала корона из полупрозрачных тонких пёрышек с серебристыми капельками на кончиках, глаза были закрыты, а аккуратный голубой клюв приоткрыт. Птенец завозился, толкнул лапкой скорлупу, и предо мной предстало всё его тельце размером чуть меньше кулака. Нежный розовый окрас плавно переходил в глубокий синий ближе к хвостику. По бокам тянулись чёрные полосы с мерцающими серебряными прожилками, но главным сюрпризом оказались четыре крыла с угольно-чёрными кончиками.

– Мать честная… – сипло произнёс Эрек, шагнув и слегка наклонившись – Это что за чудо такое⁈ Никогда не видел таких птенцов.

Тем временем малыш распахнул несуразно огромные глаза, с розовой радужкой и голубым ободком вокруг зрачка, и уставился на меня.

Перед глазами тут же развернулось сообщение Системы:

[Обнаружена нейронная связь с магическим существом: Кайрил (подвид неизвестен)]

[Интенсивность связи: средняя]

[Стабильность: средняя]

[Доступные сведения о существе переданы в Кодекс]

[Требуется идентификация связи. Присвойте имя для фиксации в системе Мастера Зверей]

Я сглотнул. Спасибо, Система, очень вовремя, именно этого мне сейчас и не хватало…

Птенец тоненько пискнул и повёл клювом в сторону моей свободной ладони. Я медленно протянул руку, и малыш, сделав несколько неуверенных шагов по ладони, остановился, ткнувшись в подушечку пальца. Отложив скорлупу, я бережно перевернул кроху и, слегка вывернув край клоаки, уверенно заключил: девочка. Как же тебя назвать?..

– Будешь Адрией, – тихо произнёс я и посадил птичку на ладонь.

Кайрил качнула головой, и серебристые капельки на её перьевой короне слегка звякнули.

[Связь зафиксирована. Имя присвоено: Адрия]

[Статус обновлен: Эйден Мастер Зверей (Класс C, Ранг 1). Питомцы: Люмин (Зайцелоп: Класс D, Ранг 3), Крох (Крох: Класс D, Ранг 1), Адрия (Кайрил: Класс D, Ранг 1)]

[Отношение изменено с «Нейтральное» на «Родственное»]

Я едва не подавился воздухом. Сразу родственное⁈ Чтобы добиться такого отношения с Люмином и Крохом, пришлось потратить уйму времени, а с птенцом хватило всего несколько секунд! Но почему? Может, всё из-за маны, которую я влил в яйцо? Или потому что я оказался первым, кого она увидела после вылупления? Вполне возможно… Прямо как импринтинг у гусей.

Да и к тому же D-класс и первый ранг⁈ Малышка только что родилась, а уже сравнялась с Крохом! Птичка явно необычная. Впрочем, разберусь с этим позже.

В следующий миг возникло очередное сообщение Системы:

[Существо: Кайрил (Адрия)]

[Класс: D]

[Ранг: 1]

[Выявлено скрытое свойство «Концентрирование маны»]

[Путь эволюции: Элитный]

Да что же за утро такое! Система, ты серьёзно⁈ Скрытое свойство? Элитный путь эволюции с рождения? Да передо мной крылатый монстр!..

– Целитель, – тихо позвал Тибор. – С тобой всё нормально?

– Ага, – я потёр переносицу свободной рукой. – Просто… не подходите пока.

Братья медленно опустились на корточки, глядя на птенца. Пока Адрия сидела на моей правой ладони, я осторожно сдул мелкую крошку с левой руки, достал из ранца чистую тряпицу и сложил её в несколько слоёв. Обустроив на траве импровизированное гнездо, я бережно перенёс туда кроху.

Малышка тут же спрятала клюв под верхнее правое крыло, накрылась левыми и принялась подглядывать за мной сквозь узкую щёлочку между перьями.

Прижав уши, Люмин осторожно приблизился к тряпице, вытянул нос и, обнюхав розово-синий комочек, склонил голову набок. Наконец, будто приняв важное решение, зайцелоп аккуратно улёгся у края ткани и прижался пушистым боком к птенцу, делясь своим теплом.

Крох наблюдал за ними, устроив морду на лапах, но то и дело прикрывал глаза из-за слабости.

Что ж, пора получить ответ на ключевой вопрос. Я подобрал самый крупный осколок скорлупы с погасшими прожилками и всмотрелся в поверхность. Перед глазами тут же развернулось очередное сообщение Системы:

[Обнаружено вещество: Скорлупа Кайрил]

[Свойства: Мощный усилитель магических каналов]

[Качество: Превосходное]

Мысли закружились в бешеном темпе. Значит, Люмин не ошибся – яйцо действительно может спасти Кроха! Сердце забилось чаще, но я силой заставил себя успокоиться. Нельзя слепо верить вспыхнувшей надежде, ведь я уже обжёгся на радужном кусте.

«Система, покажи рецепт зелья», – мысленно попросил я.

[Рецепт: Зелье «Древние слёзы Кайрил»]

[Ингредиенты: Скорлупа (3 г), раствор железнолиста (10 г), вода (50 г)]

[Инструкция: растереть скорлупу до состояния однородного порошка. Соединить раствор железнолиста и воду в чистом сосуде. Всыпать порошок. Влить каплю маны. Использовать готовое средство немедленно]

Стоило мне вчитаться в строчки инструкции, как вся моя напускная сдержанность разлетелась вдребезги и ликование захлестнуло с головой. У меня есть всё необходимое! Я могу спасти его, могу сделать это прямо сейчас!

– Люмин не ошибся! – сказал я, подняв голову. – Скорлупа должна вылечить Кроха!

На лицах Крамеров расцвели улыбки. Я же задумался, как сделать порошок, ведь ступку и пестик оставил в лавке.

– Эрек, – я обернулся к мужчине. – Поищи, пожалуйста, пару камней. Нужен один плоский, размером с ладонь, а второй вытянутый, поменьше, чтобы растереть скорлупу.

– Конечно, сейчас поищу, – отозвался приручитель и скрылся среди деревьев.

Пока он осматривал округу, я вытащил из ранца весы и установил их на ровном участке земли. Следом вынул пустые склянки, ёмкость с раствором железнолиста, отцепил флягу с водой и выставил всё в ряд. Крох пододвинулся и положил морду на моё бедро.

– Подожди ещё немного, – я легонько погладил его по голове. – Сейчас приготовлю тебе лекарство.

Мохнатый взглянул в мои глаза и моргнул. Взяв пустую склянку с остатками «Стеклянной нити» на стенках, я плеснул в неё воды из фляги, тщательно ополоснул и вылил на траву, после чего продезинфицировал раствором железнолиста и насухо протёр чистой тряпицей. Вскоре показался Эрек, на ходу обтиравший камни о край куртки.

– Вот, держи, – он протянул мне два булыжника: один плоский и широкий, а второй вытянутый и закруглённый. – Должны подойти.

– То, что нужно! Спасибо, – я взял камни и положил перед собой.

Смочив тряпицу антисептиком, я тщательно протёр каждый булыжник с двух сторон. Затем положил плоский камень на землю и, отмерив на весах три с половиной грамма скорлупы, переместил на очищенную поверхность. Поудобнее перехватив вытянутый булыжник, круговыми движениями принялся растирать осколки в порошок.

Скорлупа поддавалась неохотно. Первые пару минут я сомневался, что смогу её раскрошить, но вскоре раздался тихий хруст, и на сером камне наконец проступило крошечное пятнышко серебристой пыли.

Дальше дело пошло легче. Я растирал без остановки, медленно дыша через нос, чтобы случайно не сдуть драгоценный порошок. Люмин засопел, по-прежнему прижимаясь пушистым боком к Адрии, да и малышка, похоже, заснула.

Минут через десять на булыжнике высилась аккуратная горка серебристой мелкой, как мука, пудры. Достав нож, я принялся бережно поддевать кончиком лезвия крупицы и переносить их на весы. Как только чаши пришли в идеальное равновесие, замерев на отметке ровно в три грамма, я остановился. Отлично.

Затем я смешал в чистой склянке пятьдесят граммов воды и десять раствора железнолиста. Стоило всыпать туда серебристый порошок, как жидкость мгновенно поголубела, приняв такой же оттенок, что и ободок вокруг зрачков Адрии.

Дело оставалось за малым. Я прикрыл глаза, прислушиваясь к себе. Резерв маны за это время успел немного восстановиться, и теперь в каналах плескались не меньше двадцати искр. То, что нужно.

Подведя палец к горлышку, я влил в получившуюся смесь каплю энергии. Жидкость мгновенно вспыхнула радужным сиянием, которое тут же погасло. Голубой цвет приобрёл перламутровый отлив, будто в сосуд добавили щепотку жемчужной пыли.

[Получено: Зелье «Древние слёзы Кайрил»]

Я выдохнул.

– Давай выпьем лекарство, мой хороший, – прошептал я.

Аккуратно приподняв верхнюю губу зверя, я приставил склянку к краю челюсти и принялся осторожно, каплей за каплей, вливать зелье. Когда ёмкость опустела, я отложил её в сторону и погладил питомца по загривку.

Едва лекарство достигло желудка, как голубые каналы вспыхнули мягким свечением, а истончённые оболочки начали уплотняться с поразительной скоростью. Буквально за пару мгновений интенсивность их сияния сравнялась с чёрными.

Наконец-то! С моего сердца будто свалился огромный камень. Крох поднялся, сделал несколько шагов в сторону и встряхнулся. Повернувшись ко мне, он посмотрел в мои глаза, словно не осознавая, что с ним произошло. А в следующий миг перед моим лицом развернулись новое сообщение:

[Состояние полностью стабилизировано]

[Начат полноценный переход в D класс]

«Что значит полноценный?», – промелькнуло в моей голове.

В следующий миг мохнатый рухнул на бок, его спина выгнулась под немыслимым углом, а из пасти вырвался пронзительный визг.

– Крох! – я бросился к нему, но не успел.

Внезапно из шерсти потянулись сотни тонких голубых и чёрных нитей. В считанные мгновения они переплелись между собой, уплотнились и образовали вокруг зверя плотный двухцветный кокон, из которого не доносилось ни звука.

Я застыл в шаге от него, округлив глаза.

– Целитель, – сдавленно произнёс Тибор. – Что происходит⁈

– Понятия не имею, – ответил я.

Хотя… Нечто подобное я уже видел после того, как Астик принял Элитное зелье эволюции. Вот только Кроху я не давал его. Откуда тогда этот кокон?..

Услышав визг друга, Люмин подскочил, но, стоило ему взглянуть на двухцветную оболочку, как ушастый мгновенно успокоился и лёг обратно. Хм…

Иннар тем временем принялся осторожно обходить кокон, удерживая дистанцию в пару шагов.

– Первый раз вижу такое, – вполголоса произнёс он. – Сквозь эти нити совершенно не видно, что происходит внутри.

Тибор долго молчал, перебирая косицы на бороде.

– Эйден, – наконец сказал он. – Приготовишь такое же зелье для Северга?

– Отец, это может быть опасно! – резко вмешался Эрек. – Мы понятия не имеем, что происходит со зверем! А вдруг он там… – приручитель скользнул по мне сочувствующим взглядом и понизил голос, – умирает?

– Что-то я сильно в этом сомневаюсь, – не согласился старик и внимательно посмотрел на меня. – Так каков твой ответ, Эйден?

– Ты серьёзно готов рискнуть Севергом? – я нахмурился.

– Понимаешь, целитель, – усмехнулся Тибор. – В природе хищников заложено простое правило: набрав определённую силу, они начинают тянуться к ещё большему могуществу, – он ненадолго замолчал. – Впрочем, если я прав, и твой мохнатый обретёт настоящую мощь, скоро ты сам всё поймёшь.

Я перевёл взгляд на осколки и, собрав их в чистую тряпицу, взвесил. Получилось одиннадцать граммов.

– Приготовлю, – ответил я.

Тибор кивнул и обернулся к Севергу. Здоровенный зверь, лежа в стороне, поднял голову и фыркнул, мол, я готов.

– Приступай, – произнёс старик.

Внезапно Эрек сделал шаг вперёд и решительно проговорил:

– Раз такое дело… Эйден, приготовь и мне такое же зелье.

– И мне для Аэлирис, – тут же добавил Иннар.

Я молча оглядел Крамеров. Три опытных приручителя готовы рискнуть здоровьем своих питомцев ради призрачного шанса сделать их сильнее. Кто они? Глупцы, видящие в зверях лишь инструменты? Или заботливые хозяева, стремящиеся дать подопечным то, что они желают?

Впрочем, не мне судить – у каждого своя жизнь и выбор. Главное, что я точно знаю: появившийся вокруг Кроха кокон никак не связан со скорлупой, а значит, зелье лишь усилит магические каналы зверей приручителей.

– Хорошо, – сказал я и опустился перед камнями.

Новые порции я готовил уже на автомате: взвешивал скорлупу, растирал её в мелкую пудру, отмерял жидкости и вливал ману. Вскоре передо мной стояли три одинаковые склянки с зельями. Взяв первую, я протянул её Тибору и посоветовал:

– Вливай медленно.

– Понял, – усмехнулся старик, беря склянку.

Он присел перед Севергом, приподнял его верхнюю челюсть и осторожно влил зелье. Жидкость скользнула в глотку зверя, и через мгновение от желудка потянулись толстые нити маны к каналам. Вскоре голубые канаты Северга вспыхнули. Их толщина осталась прежней, но свечение стало заметно ярче.

Звездогрив подождал секунду-другую, а затем спокойно опустил голову на лапы.

– Ну… кокона не появилось, – с лёгким разочарованием произнёс Эрек.

– И хорошо, – сухо отозвался Иннар.

Тибор бросил на меня вопросительный взгляд, но я предпочёл промолчать. Спустя пару минут старик усмехнулся и погладил зверя по голове.

Тем временем Иннар и Эрек одновременно открыли пространственные карманы. Первой наружу грациозно скользнула Аэлирис, всем видом показывая недовольство, будто её отвлекли от важных дел. Гордая птица окинула медленным взглядом двухцветный кокон, задержалась на розово-синем птенце и, наконец, уставилась на меня, словно спрашивая: «Ну и что вы тут без меня устроили?».

В то же мгновение у ног Эрека бесшумно появился Шип. Хозяин тут же опустился на корточки и почесал его за ухом.

Протянув братьям склянки, я молча наблюдал, как они вливали перламутровое лекарство. Аэлирис приняла зелье с поистине царским видом, словно ей поднесли нектар в хрустальной чаше. Её каналы так же вспыхнули, пусть и не так резко, как у Северга.

Выпив порцию, Шип лизнул ладонь хозяина и фыркнул. Его каналы тоже стали ярче, причём намного.

Закончив, братья отправили своих питомцев обратно в карманы и привалились к корням.

Убрав склянки, весы и нож в ранец, я стряхнул с ладоней остатки серебристой пыли и, откинувшись спиной на кору дуба, почувствовал, как уставшие мышцы налились свинцовой тяжестью. Утро выдалось… насыщенным.

Если этот кокон подобен тому, что появился у Астика при переходе на элитный путь, то Крох уже должен был выбраться наружу. Однако почему процесс затянулся? Впрочем, гадать бессмысленно. Остаётся только ждать.

Я опустил взгляд на Адрию. Малышка спокойно спала, чуть шевеля четырьмя крылышками.

«Ну-ка, давай посмотрим на твои каналы», – мысленно произнёс я и взглянул на неё, используя восприятие.

Магические нити светились с той же интенсивностью, что и у Кроха, да и по ширине ничуть не уступали, однако напомнили созвездие и оказались… полностью чёрными. Я моргнул, подумав, что мне померещилось из-за усталости, но угольные тонкие нити маны по-прежнему тянулись в маленьком тельце.

Я тщетно искал хотя бы намёк на голубое свечение. До последнего надеялся, что Адрия окажется такой же, как Крох, но… увы. У птенца были исключительно чёрные каналы, как у… чужеродных тварей в руинах.

«Спокойно, целитель, – осадил я себя. – Даже если это так, она может быть не опасна».

Адрия пошевелила крылом, и одно из чёрных пёрышек с серебряной прожилкой качнулось. Никакой ярости или агрессии, малышка просто спала у тёплого бока Люмина.

Может, она ещё слишком мала, потому и ведёт себя мирно? Или я ошибаюсь и ночью Адрия… Да что вообще может сделать этот комок? Максимум попытается выклевать мне глаза… Перспектива так себе. В любом случае, пока ситуация не прояснится, стоит быть настороже.

Тем временем ко мне подошел Тибор и, стараясь не потревожить Люмина, опустился на корточки.

– Что же это за пташка такая? – тихо спросил он, теребя косицы. – Ни разу подобных не видел.

– Да ты вспомни тварей из руин, – не выдержал Эрек, присаживаясь с другой стороны. – Эту же Эйден оттуда взял.

– И как ты планируешь с ней поступить? – Тибор перевёл на меня взгляд.

– Оставлю себе, – ответил я.

– Ты хоть понимаешь, – старик покачал головой, – во что ввязываешься? Мало того, что мы не знаем, чего от неё ожидать, так вдобавок она может оказаться переносчицей неизвестных болезней.

– Тибор, вообще-то я целитель зверей, – я перевёл взгляд с птенца на старика. – И, если вдруг так случится, я здесь каждого на лапы поставлю.

Иннар хмыкнул, а лидер отряда усмехнулся.

– Тоже верно, – он повернул голову к Эреку. – Сын, дай-ка монокль.

Приручитель кивнул, потянулся к внутреннему карману куртки и выудил небольшую шкатулку. Жаль их разочаровывать, но через монокль не увидеть чёрную ману, так что их ждёт сюрприз.

Тибор вынул прибор из раскрытой Эреком шкатулки, аккуратно вставил линзу в глазницу и наклонился к тряпице. Время тянулось невыносимо медленно. Люмин, почувствовав над собой чужое дыхание, приоткрыл глаза и окинул старика мутным взором, мол, дядя, не мешай отдыхать, после чего вновь закрыл веки.

Старик тем временем нахмурился, снял монокль и озадаченно посмотрел сквозь стёклышко на свет. Затем подышал на него, протёр рукавом куртки и вновь водрузил на глаз. Иннар за его плечом тихо кашлянул. Тибор разглядывал птицу ещё секунд десять, но в конце концов сдался и отвёл взгляд.

– Давненько я столько не удивлялся за один поход в Лес, – он снял монокль и покрутил его в пальцах. – Эта птица… не магическое существо.

– Ты шутишь? – Эрек поднялся.

– Вовсе нет. У неё отсутствуют каналы, это обыкновенная птица, – Тибор пожал плечами и вернул прибор сыну.

Иннар захлопал глазами.

– Отец, – осторожно начал Эрек, – а такое вообще бывает? Чтоб из яйца, которое вытягивало ману, вылупился обычный птенчик?

– Не бывает, – ответил Тибор. – Эйден, если хочешь моего стариковского совета… – он перевёл взгляд на птенца. – Не привязывайся к ней.

– Почему?

– Обычная птица бесполезна, – продолжил он. – В Лесу от неё проку ноль, на Арену не выставишь, дорого не продашь. А месяцев через шесть она вырастет и начнёт жрать за троих. Лучше оставь её здесь, пусть сама выживает.

Услышав слово «оставь», Люмин вновь приоткрыл глаза и окинул Тибора таким взглядом, будто старик только что предложил выбросить последнее одеяло в снежную ночь. Через нить тут же прилетел образ: ушастый сжимает в лапке грязную тряпицу и яростно машет ею в сторону деда. Посыл читался однозначно: только через мой пушистый труп!

Я едва не улыбнулся.

– Тибор, – тихо, но твёрдо сказал я. – Мне все равно, есть в ней каналы или нет. Я её оставлю.

– Как питомца?

– Как… – я запнулся, подбирая слово. – Друга.

Старик долго вглядывался в моё лицо, а затем покачал головой и добродушно хмыкнул.

– Твоим зверям невероятно повезло с хозяином, целитель. Хоть ты и дурак, но добрый.

– Спасибо… Наверное.

– На здоровье.

Он оттолкнулся ладонью от корня, тихо охнул, разгибая колени, и повернулся к кокону.

– Так, – Тибор потёр поясницу. – И что будем делать? С этой штукой особо не походишь.

– Предлагаю поспать, – устало пробормотал Эрек.

Старик ненадолго задумался, а затем произнес:

– Хорошо, только недолго, ночью больше не пойдем. Раскладывайте спальники.

Все тут же принялись за подготовку ко сну. Я расстегнул мешок и раскатал его вплотную к кокону. Люмин, разумеется, никуда не сдвинулся – так и остался спать, притиснувшись пушистым боком к Адрии.

Старик, укладываясь у соседнего корня, повернул голову:

– Иннар, дежуришь первым.

– Понял, – неохотно отозвался тот, но возражать не стал.

– Я за тобой, потом Эрек и последним целитель.

Я кивнул, лёг на бок, положил ладонь под щеку и, прикрыв глаза, мгновенно провалился в сон.

Когда чья-то рука коснулась моего плеча, показалось, будто прошла всего пара минут.

– Целитель, просыпайся. – тихо произнёс Эрек.

Я с трудом разлепил веки и увидел над собой уставшего приручителя. Вокруг царил яркий свет – судя по всему, время перевалило за полдень. Приподнявшись на локте, я поморщился от покалывания в затёкшей руке и сказал:

– Иди отдыхай.

Мужчина кивнул, доплёлся до своего места и рухнул пластом. Я же сел и первым делом посмотрел на кокон. Он находился на прежнем месте, а неподалёку всё так же спали Люмин с Адрией. Малышка прижалась головой к боку зайцелопа и приоткрыла клювик. Серебристый хохолок наклонился в сторону, напоминая съехавшую корону уснувшей в кресле королевы.

– И что же мне с тобой делать, малышка? – прошептал я.