Текст книги "Сафари"

Автор книги: Александр Байбак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 55 страниц)

– Резонно, – согласился я, направляясь за майором.

Капитана Юциуса удалось найти в палатке, где он предавался самому популярному среди военных занятию – спал. Шнайдер довольно бесцеремонно растолкал коллегу, и пока тот тер спросонья глаза, ошарашил вопросом:

– За сколько "мозговерт" перенастроить сможешь?

– За пузырь! – не задумываясь, отозвался тот.

Я хрюкнул, едва сдержав смех. А капитан-то юморной товарищ!

– Я серьезно! – рявкнул майор. – Юлька спектр получила, за сколько перенастроишь?

– Мощность излучения какая нужна? – поинтересовался окончательно проснувшийся капитан.

Шнайдер уставился на меня, я на него. Вот спросил, так спросил. Я в душе не сношаю, какая мощность нужна. Даже не представляю, в каких единицах в данном случае она выражается, не в киловаттах же.

Видя наше затруднение, капитан пришел на помощь:

– Под какую задачу "мозговерт" настраивать будем? Сколько человек прикрывать, какая техника, как далеко пойдете?

Это уже лучше. Сейчас соображу…

– Короче, нужно несколько вариантов, – принялся перечислять я. – Мы еще сами точно не знаем, как пойдем, поэтому будем пробовать по-разному. Первый вариант – "бардак" с экипажем плюс четверо десанта.

– "Бардак" – это что? – не понял капитан. Ну да, подводник же.

– Боевая разведывательно-дозорная машина, – пояснил я. – Броневичок небольшой, с "шишигу" размером, только пониже.

– Ясно, – сделал пометку в КПК Юциус. – Второй вариант?

– Два "бобика", по два человека в каждом.

Капитан снова что-то чиркнул стилусом на дисплее.

– Третий вариант – четверо без техники.

– Все понял, буду думать, – заверил меня научник. – Сразу скажу, третий вариант малоосуществим, прибор достаточно габаритный и весит около двадцати килограммов. Первый и второй равнозначные.

– Давайте тогда по первым двум вариантам, – не стал спорить я. – Когда приходить за результатом?

– Часа через три, я думаю, – почесал в затылке капитан. – Прибор один, сделаю два варианта программы, будете переключать в случае необходимости. Управление с КПК.

– Замечательно, – я задумчиво уставился на солнце, начавшее клониться к закату. – Боюсь только, сегодня испытать не успеем…

* * *

Система Риггос-2, планета Ахерон, Мутагенка,

12 марта 2535 года, утро.

Вчерашний день завершился грандиозным сафари по Мутагенке – под руководством Михалыча мы двумя экипажами в общей сложности трижды прорывались вглубь аномалии, выискивая образцы для научников. Все выходы оказались весьма удачными – коллекция яйцеголовых пополнилась оленем-мутантом, парой саблезубых кроликов и жутко искореженным волком, больше похожим на хищного насекомоподобного пришельца из старинного фильма, как бишь его – "Чужой". Одного из кроликов удалось подстрелить мне. Я Сашку за руль усадил в приказном порядке, как старший по званию, а сам вооружился самопалом с дротиками. И первый трофей не заставил себя долго ждать. В общем, остаток дня прошел бодро и весело, особенно порадовал эпизод с доставкой оленя. Выяснилось, что у научников другой клетки нет, а имеющуюся уже оккупировал кабан-мутант. После краткого раздумья Михалыч предложил целых два выхода: либо кабана пристрелить, либо тупо выпустить. К первому варианту склонялись научники – они были не прочь обзавестись чучелом этой страхолюдины. Однако я решительно воспротивился планам по умертвлению зверя, и разбил все доводы противной стороны одним-единственным контраргументом: если мы кабана пристрелим, кто и, самое главное, как будет извлекать тушу из клетки? Тут меня активно поддержали Сашка с Волчарой. В результате сошлись на том, чтобы сохранить свину жизнь. Народ попрятался внутри периметра, вызвавшийся добровольцем Михалыч забрался на клетку, открыл ее, подтянув вверх подвижную стенку, а Юленька одним нажатием кнопки на терминале долбанула пленника током. Кабан с визгом унесся в дальние дали, даже адреса не оставил. Правда, на миг мне показалось, что в процессе бегства зверь на секунду оглянулся и выдал в наш адрес нечто непечатное. Но я списал это на усталость, тут же выбросив глюк из головы. После обследования свежевыловленного оленя по той же схеме заменили волком, а саблезубых кроликов запихали в металлический ларь, смонтированный в кузове Михалычева "бобика". Как и предполагала лейтенант Герасименко, результаты исследований сошлись процентов на девяносто пять. Поэтому препятствовать капитану Юциусу, колдующему над прибором уже который час, мы не стали – авось такими темпами к утру закончит. Техник ожидания превзошел: предоставил функционирующий образец к ужину.

А сегодня, как нетрудно догадаться, охотничья команда под предводительством Михалыча занялась полевыми испытаниями предоставленного прототипа. Начать решили с "бобиков". Вызванный для консультации Юциус подтвердил, что если не удаляться от головной машины больше, чем на двадцать метров, радиуса действия прибора с лихвой хватит для прикрытия обоих экипажей. Второго аналогичного прибамбаса в наличии не было, мы сразу же подали заявку Соломатину. Тот обещал помочь, но такое оборудование можно было достать только у подводников. Поэтому доставка затянется как минимум до завтрашнего утра. Хотелось бы получить второй "мозговерт", а то при наличии лишь одного резко ухудшалась мобильность команды – элементарно в дозор вторую машину не пошлешь без защиты. Заодно попросили прислать "бардак" с экипажем, тут трудностей не возникло. Часа через два прибудет, припахали местных погранцов.

Пока же сунулись в аномалию как есть – на двух джипах, "мозговерт" в первой машине. Традициям изменять не стали – в головном внедорожнике устроились Михалыч в роли стрелка и Волчара в качестве водилы. В багажном отделении расположился капитан Юциус, его решили единовременно привлечь в качестве технического специалиста. Плюс дополнительная гарантия – если прибор не сработает, то ему тоже худо придется. Шутка, конечно. Но, как известно, в каждой шутке есть доля правды. В этот раз мы планировали углубиться в Мутагенку километров на пять минимум, а если хорошо пойдет, то и на все десять. Опасность данное мероприятие представляло нешуточную, поэтому я задействовал всю имеющуюся в наличии электронику и вооружился "вихрем" с оптикой. "Сто третий" тоже держал под рукой, но им воспользуюсь только в самом крайнем случае. В первом экипаже тяжелого оружия не было вообще – майор со стандартным "калашом", Михалыч, вооружившийся чудовищного калибра охотничьим штуцером, и техник Юциус с девятимиллиметровым "страйкером". В принципе, Михалычев штуцер как бы не помощнее моего ствола, но по скорострельности и плотности огня уступал очень сильно. Так что в случае осложнений придется мне выступить в качестве основной огневой мощи. Очень хотелось думать, что до этого не дойдет.

– Готов? – повернулся Михалыч к капитану.

Дождавшись ответного кивка, скомандовал: "Погнали!"

Внедорожники взревели моторами и дружно рванули в сторону видневшейся на горизонте полоски леса. Через несколько минут граница аномалии осталась далеко позади. Водилы, как сговорившись, выжимали из джипов максимум возможного, так что неслись мы по однообразной серой степи со скоростью километров около восьмидесяти в час. По странной прихоти природы поле впереди было ровным, как стол, машины даже не особенно раскачивались, так, переваливались с боку на бок, как большие океанские лайнеры при легком волнении. По крайней мере, прицеливанию это особо не мешало, поэтому я не стал возмущаться, а просто покрепче вцепился в дугу безопасности, встав в багажном отделении во весь рост. Михалыч в первом "бобике" что-то восторженно орал, грозно потрясая штуцером, но из-за свиста ветра и смачного хруста сминаемой зубастыми покрышками травы слов разобрать не удалось. Да ну и черт с ним! Меня постепенно тоже охватывал странный восторг, хотелось орать, подставив лицо потоку воздуха, раствориться в мчащейся навстречу степи. Я чувствовал, что теряю над собой контроль, разумом понимал, что надо взять себя в руки, но сердце и душа решительно воспротивились скучным доводам рассудка. И только внезапно выскочивший из-под колес переднего экипажа мутировавший волк привел меня в чувство.

Впрочем, волк – сильно сказано. Скорее волчонок-недоросль, еще не совсем потерявший сходство с обычными сородичами, обитающими в степях и лесах этой планеты. Вместо того, чтобы отскочить в сторону, пропустив мимо ревущих и плюющихся выхлопными газами монстров, он помчался прямо вперед, вкладывая в рывок все силы. Со стороны складывалось ощущение, что наше приближение оказалось для зверя большущим сюрпризом. Было похоже, что он до самого последнего момента не принимал шумы и запахи всерьез, и лежку покинул только ввиду опасности попасть под колеса. Это немного не вязалось с поведением крупных животных, добытых нашей командой для научников вчера вечером. Так себя вели только безмозглые саблезубые кролики. И олень, и волк почувствовали наше приближение заранее и постарались оторваться. Правда, им это не удалось, но лишь по причине грамотно организованного бывалым Михалычем процесса. Сейчас же мы наблюдали нечто иное – паника охватила волчонка, первобытная, ничем не прикрытая паника. Секунд десять мы гнали с максимальной скоростью, грозя смять и раздавить беглеца, потом Михалыч что-то крикнул Волчаре, и тот сбросил газ. Внедорожник резко замедлился, Сашка с трудом успел среагировать, судорожно утопив педаль тормоза в пол. Я клюнул носом, едва не угодив этой частью тела по дуге безопасности, но все обошлось. Волк между тем умело разорвал дистанцию, так что я уже не мог без окуляра разглядеть трусливо зажатый между ногами хвост. Майор Волчара из озорства надавил на клаксон, огласив окрестности громким хриплым воем неизвестного хищника. На удирающего зверя это произвело неизгладимое впечатление – он подпрыгнул чуть ли не на метр и еще быстрее заработал лапами, даже чуть увеличив скорость. Михалыч улюлюкал, азартно размахивая штуцером, и только капитан Юциус сидел спокойно, поглощенный изучением графиков на дисплее переносного терминала.

– Что, майор, пожалел родственника? – крикнул я, когда Сашка подрулил к первому экипажу. – Чего стоим?

Волчара в ответ весело осклабился, зато высказался Михалыч:

– Мы его специально отпустили, итить, типа стукача будет у нас. Если с прибамбасом капитанским ничего не вышло, минут через двадцать тут будет не протолкнуться от зверья. Так что двигаем потихоньку, надо хотя бы немного запутать потенциального противника.

Я кивнул, Сашка тоже – типа, все понял, готов к труду и обороне.

– Погнали! – издал традиционный клич Михалыч, взмахнув зажатым в правой руке штуцером.

Он даже на вид казался тяжелым, но бывший охотник обращался с оружием как с легоньким прутиком. И откуда только сила берется в этом достаточно тщедушном теле? Про голос я молчу, тут причина объективная.

Майор Волчара плавно тронул машину с места, нам не оставалось ничего другого, как последовать его примеру. На этот раз до бешеных скоростей разгоняться не стали, ехали потихоньку, держа километров тридцать-сорок в час.

За обещанные Михалычем двадцать минут углубились в аномалию еще километра на три, прибавив их к той паре, что преодолели до встречи с волчонком. Однако предсказанного звериного столпотворения не наблюдалось – спугнули несколько саблезубых кроликов, пару оленей и одного кабана. Этот вообще до последнего мгновения отказывался верить в реальность угрозы и рванул почти из-под самых колес головного внедорожника. До леса оставалась пара километров, но по молчаливому согласию решили туда не соваться – не то место, чтобы на ничем не защищенных "бобиках" рассекать. Свернули почти точно на юг, чтобы обойти массив, не покидая Мутагенку. Еще около часа нарезали круги по унылой степи, однако какого-либо сопротивления, особенно осмысленного, не встретили. В конце концов, занятие нам наскучило, и Михалыч махнул рукой на север, в направлении оставленной под опекой научников базы. Отъехать успели на порядочное расстояние, поэтому возвращение заняло минут сорок неспешной езды. И вновь нас никто не атаковал, все встреченные животные вели себя естественно – то есть удирали со всех ног. Однако бдительности мы не теряли, Мутагенка есть Мутагенка. Лишь когда пересекли границу и остановились в прямой видимости от лагеря, решили обменяться впечатлениями. Первым на правах самого опытного высказался Михалыч:

– Все, мужики, фурычит приблуда. Зуб даю.

– Похоже, работает, – поддержал напарника по экипажу Волчара. – Чтобы углубиться в Мутагенку на пять километров и не нарваться на неприятности, туда-сюда, – такого на моей памяти еще не было. Причем шли, не скрываясь. Шумели даже.

Я задумчиво кивнул, переваривая информацию. Потом вопросительно глянул на Юциуса.

– Оборудование функционирует в штатном режиме, – отчитался капитан. – Перебоев не наблюдалось. Потребление энергии в пределах нормы. С таким расходом еще часов десять кататься можно.

– А ты что скажешь? – посмотрел я на напарника.

– А я что? – отозвался Сашка. – Я не погранец, да и не охотник. Если Михалыч говорит, что все путем, значит, так оно и есть.

– Ну что ж, коллеги! – принялся я подводить итоги. – Функционирующее оборудование в наличии имеется. Теперь надо определиться с составом команды и видом транспорта. Ваши предложения?

– Надо "бардак" испытать, а потом уже решать, – буркнул Волчара.

– На "бобиках" очень даже неплохо, – высказался Михалыч. – Скорость, маневренность, и в случчего можно на одной машине обратно выбраться.

– Аргумент, – согласился я. – Майор, что думаешь?

– Две машины – это плюс, – задумался Волчара. – Брони нет – это минус. Я больше склоняюсь к "бардаку". Пускай медленнее, зато под защитой, плюс пулемет в активе. Даже два.

– Разрешите? – вклинился Юциус. – Стесняюсь спросить, а на сколько в аномалию идете?

Мы все четверо переглянулись, затем слово взял Михалыч:

– Нам надо пробраться на Базу-Центральную. Это километров сорок, из них около тридцати по лесу. В самом лучшем случае это часов пять, даже на "бардаке". Напетляемся от души. Сколько будем на месте, не известно. Плюс обратно выбираться. Грубо приблизительно – часов двадцать. А что?

– Я вот тут подумал, – прищурился капитан, – а вам энергии хватит? Аккумулятор не резиновый, при зафиксированном уровне энергопотребления хватит его часов на двенадцать-тринадцать. А что потом делать будете?

Нда, задачка! Судя по вытянувшимся лицам коллег, они думали примерно в том же направлении. Вернее, совсем не думали. Тупо упустили из вида. Придется озаботиться дополнительными энергоэлементами.

– Аккумуляторы сменные можно достать? – поинтересовался я.

– Можно, но очень трудно, – не стал скрывать капитан. – Задолбаетесь согласовывать. В лучшем случае через пару-тройку дней, и это если ваше руководство еще раз штурмовик в Океанариум пошлет.

Не вариант, однозначно. Соломатин хоть и обещал помогать, но на такие расходы точно не пойдет. Тем более, что польза от предприятия намечается весьма сомнительная. Скажем прямо, никакой пользы от нашей вылазки местному руководству нет. Разве что способ отгородиться от агрессивных обитателей аномалии заинтересует, но он уже разработан и опробован. Можно дальше не напрягаться. А мне очень нужно попасть на Базу-Центральную, от этого выполнение задания зависит. Выпотрошить чертов сервер, а дальше видно будет. Ммать! А кто потрошить-то будет? Вот умора, самого главного спеца не нашел. Вообще, Петруша Еремеев на примете был, но ему отпуска не дали, он бойню благополучно в подвале пересидел, так что психологическую травму не заработал. А раз не нужна реабилитация, то и без отпуска обойдется. Тем более, что он вплотную занят разработкой и сборкой генератора для телепорта. Короче, Зайцев его не отпустил, а нас послал в категоричной форме, когда мы попытались ценного специалиста выклянчить. А мне теперь голову ломай…

– Я так понимаю, капитан, что вы имеете что-то предложить? – я пристально посмотрел Юциусу в глаза.

– Ага, – ответил тот, выдержав взгляд. – Только у меня есть одно условие.

Ну что ж, играем по его правилам, деваться некуда.

– Какое условие?

– Я хотел бы отправиться с вами, – не сказать, что я удивился, чего-то такого и ожидал.

– А вам зачем, если не секрет?

– Просто интересно, – улыбнулся капитан. – Вам Шнайдер не рассказывал, почему я из "подающих большие надежды молодых ученых" перепрофилировался в полевого специалиста?

– Как, и вы тоже? – сделал я большие глаза. – Майор это про Гавриленко говорил, дескать, характер авантюрный. Но вы же вроде техник?

– Техник, – не стал спорить Юциус. – Я и в бытность ученым в основном техническим обеспечением занимался, разрабатывал всякую ерунду для исследований. Скучно мне в Институте показалось. Перешел во Флот. Но и там не прижился, а в военно-медицинской службе – вполне. Уже пятый год. Люблю решать практические задачки.

Чего-то он недоговаривает. Тут может быть два случая: или маньяк, типа Михалыча с Волчарой, без риска ему жизнь не мила, либо по заданию вышестоящего руководства к нам внедриться пытается. И сдается мне, что рекомое руководство имеет непосредственное отношение к внутренней безопасности. Помнится, Шнайдер говорил, что военно-медицинская служба часть этой структуры. Собственно, нам абсолютно параллельно, по какой из двух причин капитан изъявил желание с нами отправиться. А вот уточнить кое-что не помешает…

– Капитан, а вы с компьютерной техникой вообще как?

– Второе образование – программист, – без тени бахвальства ответил капитан. – А вам зачем?

– Вы нам подходите, – проигнорировал я вопрос. – А ваше руководство не будет против?

– Вряд ли, – пожал плечами Юциус. – Разве что шпионить за вами напрягут. Вам это неудобства не доставит?

– Отнюдь, – отмахнулся я. – Ради бога, дело житейское.

– В таком случае по рукам, – подвел итог переговорам техник. – Вот мое предложение по энергообеспечению. Идти надо на БРДМ. Я за пару часов запитаю аккумулятор от генератора, тогда мы получим достаточно большой запас энергии. Генератор у нас на твердотопливных элементах, ему нужно питание от бортовой сети чтобы запустить реакцию. Электрооборудование автомобиля такую нагрузку не потянет, а "бардак" – вполне. Разве что скорость чуть уменьшится. Как я понимаю, это не принципиально, зато автономность увеличится до трех суток примерно. Это если просто периодически подзаряжать аккумулятор. А если уж совсем припрет, можно запитать "мозговерт" от бортового энергоблока. Это даст еще пару часов работы.

– Может выгореть, – согласился внимательно слушавший Волчара. – На "бардаке" в качестве источника питания используется стандартный энергоблок, с кислотными аккумуляторами и генераторами переменного тока при проектировании решили не связываться. Все равно одной зарядки блока хватает на весь срок эксплуатации техники. В нашем случае он вполне потянет систему зажигания и поддержку реакции в топливных элементах. Правда, про освещение и прочие электроприводы придется забыть. Но это не смертельно, выедем с утра пораньше. К тому же заряжать надо периодически. Постараемся заниматься этим в спокойной обстановке, а то пулеметов, туда-сюда, лишимся.

– Ваше мнение? – обернулся я к невысказавшимся коллегам.

– "Бардак", значит "бардак", – прогудел Михалыч. – Только испытаем сначала, без этого я в Мутагенку не сунусь.

– Я за, – флегматично отозвался Сашка. – Тогда второй "мозговерт" нам будет без надобности, зря полковника напрягали.

– Мнения ясны, – подвел я итог. – Единогласно принимаем вариант с "бардаком". Осталось самое трудное – выцыганить его у погранцов.

– И рацию, – добавил Волчара. – Последнее дело в такую авантюру без связи соваться.

– И рацию, – согласился я, прикидывая усилия, которые придется приложить для получения необходимого. Выходило много.

Совсем уже было собравшись дать команду "разойдись", я вдруг поймал за хвост ускользавшую мысль и посмотрел на Волчару:

– Майор, а мы все в "бардаке" поместимся? Насколько я помню, экипаж четыре человека, и боевое отделение маленькое. А у нас еще прибор габаритный…

– Поместимся, – уверенно ответил тот. – Только придется родную команду выгнать взашей. У погранцов БРДМ специальная, под их задачи модифицированная. Экипаж вообще два человека – мехвод и командир, он же стрелок. Башня и пулеметы с электроприводом, управляются дистанционно. Поэтому я про них упомянул, когда расход энергии прикидывал. Электроники не пожалели, хоть это для наших условий и нетипично. А в боевом отделении обычно патрульная группа ездит, пять человек с полным вооружением.

– А чем обоснована такая численность? – поинтересовался я.

– Специфика работы пограничников. У нас, по большому счету, сплошной границы нет, заставы на приличном удалении друг от друга разбросаны. Выходит "бардак" с группой в заданный район, окапывается, патрульные совершают обход "земли". Это примерно десять километров в каждую сторону. Если нарушителей выявляют, то или задерживают, или ликвидируют. Учитывая возможности соседей, пятерки экипированных профессионалов всегда хватает, чтобы отбиться до прихода брони. В случае крупных неприятностей в район стягиваются дополнительные силы. В бытность мою погранцом однажды таким макаром банду оседлых аборигенов человек этак в пятьсот за пару часов с землей смешали четырьмя "коробочками".

Ну что ж, поверим более опытному товарищу на слово. Тем более, что мысль о бэтээре, посетившая меня ранее, разбилась об один, но весьма важный аргумент – запас хода у него очень уж маленький. Хоть Михалыч и уверяет, что до Базы-Центральной сорок километров, но это тупо по прямой, карту я помню. А если учесть, что большая часть пути пролегает через лесной массив, то эти сорок километров легко могут вырасти в сто сорок, а то и в двести. А это уже не есть хорошо – на обратный путь элементарно может не хватить топлива.

– Значит, останавливаемся на варианте с БРДМ, – заключил я. – Все свободны, кроме майора Волчары.

Когда мы с Волчарой остались одни, я извлек из кармана КПК и уселся на предусмотрительно расстеленный около "бобика" спальник. Похлопал рядом с собой рукой, приглашая майора присаживаться.

– Надо посоветоваться насчет маршрута, – пояснил я. – Что-то я сильно сомневаюсь, что получится через лес по прямой шпарить.

– Согласен, – отозвался Волчара. – По прямой однозначно не получится. Только подробных карт Мутагенки не существует, туда-сюда. Пограничники худо-бедно изучили предполье, а в лес уже очень давно никто не суется. Так что тут я не помощник.

– Не страшно, – отмахнулся я. – Вот карта этого квадрата, довоенная, правда. Но я не думаю, что за столетие конфигурация лесного массива могла сильно измениться.

Майор минут десять изучал высвеченный на экране КПК район, задумчиво почесывая бровь, и, наконец, выдал:

– Прямо не пойдем. Лучше сделаем крюк, вот здесь между двух массивчиков можно будет очень хорошо проскочить. Похоже, тут дорога была, просто замаскированная. А вокруг самой Базы, насколько можно судить из доклада тридцатилетней давности, двухкилометровая полоса безопасности сохранилась. По крайней мере, деревьями не заросла, кусты одни. Через них пробьемся. Итого, через лес придется продираться километров пять, вот здесь. Обойти никак не получится.

– Нормально, – оценил я предложенный майором маршрут. – Со всеми петляниями километров девяносто с копейками. Еще двадцать накинем с учетом леса. Я думаю, даже лагерь переносить не будем, прямо отсюда рванем. Больше десятка километров по предполью все равно не выиграем. Осталось с экипажем определиться.

– Погранцов берем? – уточнил майор.

– Не знаю. Надо решать.

– Лучше взять, – задумался Волчара. – В крайнем случае я за механика могу, но тут есть нюанс. Нужно брать или весь экипаж, или вообще никого, все своими силами. Если, не дай бог, что с нами на Базе приключится, командир без механа не выберется, и механ один не справится. Или оставлять в пару кого-то из наших.

– Не вариант, – мысль оставить кого-то из наших показалась мне на редкость неудачной. – Кого оставлять? Михалыча? Тебя? Или, может, Сашку? Да вы ж меня порвете, если я об этом заикнусь. А Юциус вообще незаменим – ему и "мозговерт" обслуживать, и электронику на базе ломать.

– Берем "бардак" с экипажем, – подытожил Волчара. – Потеснимся немного, в тесноте, да не в обиде. Ладно, хоть старшина мой не напросился. Кстати, вот и погранцы пожаловали.

Из-за пологого холмика, у подножия которого размещался наш палаточный лагерь, выскочил "бардак" в камуфляжных разводах. Шла машина довольно бодро, взревывая движком, глотая подвеской мелкие неровности и мерно покачиваясь на больших колдобинах. В последний раз фыркнув струей выхлопных газов, "коробочка" замерла рядом с "шишигами" мародеров. Откинулся командирский люк, и из него легко выскочил молоденький лейтенант с эмблемой Пограничной службы на левом плече. Окинув лагерь беглым взглядом, он быстрым шагом направился к нам с майором.

– Товарищ капитан! Экипаж прибыл в ваше распоряжение, – вытянулся пограничник. – Командир экипажа лейтенант Торопов.

– Вольно, лейтенант. Вам какую задачу поставили?

– Поступить в ваше распоряжение для испытаний какого-то нового прибора в условиях аномальной зоны, – отчеканил тот.

Все ясно. Придется с его начальством договариваться.

– А что вы скажете, если я предложу вам доставить нашу команду к Базе-Центральной? – огорошил я пограничника. – Только долго не думайте.

– Я скажу, что это невозможно, товарищ капитан! – по-уставному рявкнул лейтенант, но глаза его заинтересованно блеснули. – Еще никому за всю историю Пограничной службы не удалось достичь базы на наземном транспортном средстве.

– Хотите стать первым?

– Так точно!

Эх, молодость. Не била тебя жизнь, вот на подвиги и тянет. На вид совсем молодой еще, чуть больше двадцати, а может, и Сашкин ровесник. Этот сунется в пасть льву, не задумываясь. Ну и ладно, как говорил один мой знакомый.

– В таком случае мне нужен позывной вашего командира для согласования дальнейших действий.

* * *

Система Риггос-2, планета Ахерон, Мутагенка,

12 марта 2535 года, вечер.

Послеобеденное время потратили на испытание свежеприбывшего "бардака" с установленным "мозговертом" и полной загрузкой в виде штатного экипажа и нештатной пятерки охотничков в полной экипировке. Надо сказать, после часового болтания по предполью аномалии я резко изменил свои взгляды относительно удобства десантной техники Федерации. Если раньше мне казалось, что в том же десантном модуле при абордаже впятером тесно, то теперь я понял, что такое "тесно" на самом деле. И не просто тесно, а очень тесно. Боевое отделение у "бардака", что бы там не втирал майор Волчара насчет модификации, оказалось крошечным – нам пятерым, причем не самым крупным в мире мужикам, в компании с ящиком "мозговерта" сидеть пришлось коленка к коленке, постоянно задевая друг друга элементами экипировки, а то и просто стволами автоматов. А уж если попадалась достаточно крупная неровность, с которой не справлялась подвеска, то наша компания начинала напоминать популярный в разных офисах сувенирчик – несколько стальных шариков, подвешенных на ниточках и упирающихся друг в друга. Отводишь крайний шарик, отпускаешь – и он при ударе передает импульс через несколько средних на последний в ряду, и тот отскакивает. По его возвращении процесс происходит в обратном порядке, и так с затухающей амплитудой несколько раз. Офигительное удовольствие, короче. А уж как капитан Юциус проторчал здесь битых два часа, запитывая "мозговерт" от генератора, а тот, в свою очередь от бортовой сети – выше моего понимания. Когда ходовые испытания закончились (весьма успешно), и мы с нескрываемым удовольствием выбрались из плена стальной коробки, я высказал Волчаре все, что на душе накопилось:

– Майор, ты извращенец!

– Обоснуй, туда-сюда, – хмыкнул обвиняемый. – По-всякому меня называли, но чтобы извращенцем…

– Если ты три года умудрился прослужить в Пограничной службе, то ты просто мазохист! – обвиняющее ткнул я в его сторону пальцем. – Это по отношению к себе. А по отношению к подчиненным ты самый натуральный садюга! Блин, у меня шея затекла… И позвоночник чуть в трусы не ссыпался. Как ты представляешь себе провести несколько часов в этой душегубке!?

– Есть вариант без толкотни, – невозмутимо отозвался тот. – Сказать?

– Не надо, – отмахнулся я. – На броне не поеду. И следом не побегу, не уговаривай. Но я знаю, что делать… Лейтенант Торопов!

– Я! – чертиком из табакерки выскочил из-за "бардака" пограничник.

– Вы маршрут знаете?

– Никак нет!

– В таком случае до базы я буду штурманом. Поеду рядом с водилой.

– Обломишься, – хмыкнул Волчара. – Кто с пулеметами управляться будет?

– Справлюсь как-нибудь, – огрызнулся я. – Разберусь по ходу дела. Лейтенант, есть возражения?

– А я как же? – растерялся тот.

По лицу его было видно, что оставаться в лагере с учеными он категорически не согласен.

– В боевом отделении поедешь. Будешь перенимать опыт у товарищей офицеров и охотников. Наверняка всю дорогу байки травить будут. Есть тут у некоторых склонность к словоблудию.

Сашка заржал в голос, Юциус улыбнулся, а вот Михалыч надулся – понял, в чей огород камешек. На Волчару же мой выпад не произвел ни малейшего впечатления:

– Давай-давай, штурман. Пропустишь много интересного. Второй раз рассказывать буду только за отдельную плату.

На том и разошлись. Вскоре рядом с "бардаком" кроме расстроенного лейтенанта остались лишь мы с Юциусом. Остальные переместились поближе к палаткам, тем более что приближалось время ужина. Я тоже было собрался присоединиться к коллегам, но ученый задержал меня:

– Капитан, позвольте полюбопытствовать, а внутрь Базы вы как планируете проникнуть?

Ну что за человек, спросит так спросит! Хотя я этот момент совершенно из вида упустил. Позор на мою седую голову.

– Думаете, ломом не получится? – задумался я.

– Однозначно, – улыбнулся научник. – И Кузькина мать не поможет.

– Ну, если навскидку, то есть пара вариантов, – прищурился я. – У меня есть с собой спрей "симплекса", и еще взрывчатка в пластичном виде. Плюс я надеюсь подключиться к охранной системе через КПК. Имеется у меня пара специализированных программ.

Как показывает опыт, сын ошибок трудных, указанного набора обычно хватает даже для проникновения в космические корабли, а там обшивка попрочнее будет, чем пенобетон, пускай и армированный, наземного комплекса.

– Достаточно серьезная заявка на успех, – кивнул капитан. – Но я, с вашего позволения, еще плазменный резак прихвачу.

– Из старых запасов?

– Почему? – удивился Юциус. – Сами производим, репликаторы позволяют. Если судить по устройству Океанариума и некоторых других довоенных построек, стальных переборок внутри хватает. В случае чего сможем резаком не только вскрывать двери, но и заваривать.