Текст книги "Всемирная история в 24 томах. Т.2. Бронзовый век"

Автор книги: Александр Бадак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 34 страниц)

У племен Европы и Северной Азии бронзовый век почти совпадает с периодом II тысячелетия до н. э., хотя у большинства из них он продолжался еще и в начале I тысячелетия. В это время развивались уже патриархальнородовые отношения, при которых господствующее положение в семье и роде начинает занимать мужчина. Экономическим основанием этих изменений явилось усиление значимости скотоводства, общий подъем производительных сил, но прежде всего развитие металлургии. Свою заметную роль сыграло в этом процессе и распространение плужного земледелия вместо обработки полей с помощью сохи. Признаки появления плуга в бронзовом веке становятся все более многочисленными, о чем свидетельствует археологическая наука.

Что касается собственно Европы, то, к сожалению, четкая периодизация бронзового века здесь в целом еще не создана. Существует лишь ряд региональных периодизаций, предложенных как для крупных регионов, так и для более мелких ареалов. Тем не менее принято говорить о раннем, среднем и позднем бронзовом веке, хотя в каждый из этих периодов для разных частей Европы вкладывается свой исторический и хронологический смысл.

Начало бронзового века в Европе относится к рубежу III и II тысячелетий до н. э. исключением юга Балканского полуострова и Северного Кавказа, где этот период датируется первой половиной III тысячелетия, и крайнего северо-запада и северо-востока, где сложение культур бронзового века относится к концу первой половины II тысячелетия до н. э.

Например, эгейский ранний бронзовый век датируется IIIтысячелетием и стоит уже на пороге цивилизации. Среднеевропейский ранний бронзовый век датируется первой половиной II тысячелетия до н. э. и представляет ступень разложения первобытнообщинного строя. Североевропейский ранний бронзовый век относится к началу второй половины II тысячелетия до н. э. и представляет первобытнообщинный строй.

Иногда европейский бронзовый век делят лишь на ранний и поздний с целью подчеркнуть, что лишь в поздней бронзе изделия из металла прочно входят в жизнь населения Европы. Характер и уровень экономического развития Италии II тысячелетия до н. э. по-разному оценивается исследователями. Одни утверждают, что носители Апеннинской культуры были пастухами-номадами, которые летом уходили в горы со стадами овец и коз и там занимались молочным хозяйством. Другие, указывая на многочисленные поселения на равнине и на появление костей свиньи в остеологическом материале, полагают, что население центральной Италии занималось возделыванием зерновых культур и оседлым животноводством. Третья группа ученых настаивает на значительном региональном разнообразии хозяйственной деятельности при общем главенстве смешанного сельского хозяйства.

В Абруцци, например, поселения бронзового века находились и в долинах, и на соседних хребтах, и в предгорьях Апеннин, и на высоте от тысячи до двух тысяч метров. Причем последние могли быть только временными летними лагерями.

В Марке открыты поселения на равнине, где люди занимались разведением рогатого скота и свиней. В сухие летние месяцы крупный и мелкий рогатый скот могли перегонять на 30—40 километров в глубь страны. Свидетельство отгонного скотоводства – это поселения с незначительным культурным слоем. Они находятся в долинах Апеннин, а во внутренних районах имеются и более крупные поселения типа Монте Санто Кроче. Роль мелкого рогатого скота здесь была невелика.

Основной памятник апеннинской культуры – Бельверде дает свидетельство выращивания пшеницы, ячменя, проса, гороха, винограда, конских бобов. В других поселениях найдены пшеница и конские бобы. Среди фаунистических материалов кости овец и коз преобладают, но много и костей свиньи. Зимние пастбища для скота могли находиться на прибрежной равнине, где расположены некоторые, вероятно, временные поселения, дополнявшие круглогодичные поселения внутренних районов страны.

Большие земледельческие поселения встречаются в Ла-ции, например, в Луне, где выращивалась карликовая пшеница, ячмень, бобы и горох, а также содержался скот, хотя в летние месяцы травостой здесь плохой. Предполагают, что в летние месяцы скот могли перегонять в Апеннины, а зимой выпасать его на прибрежной равнине.

Имеются свидетельства интенсификации производства пищи и расширения сферы обитания. Постоянные поселения засвидетельствованы и во внутренних долинах Апеннин. Обитатели их занимались выращиванием каштанов и содержали свиней наряду с другими домашними животными. Появление поселений во внутренних районах Лации и в Абруцци в конце II тысячелетия до н. э. совпадает с увеличением количества поселений в низменности с общим увеличением заселенности этих районов.

В бронзовом веке на Пиренеях выращивались разные виды пшеницы, ячменя, лен и бобовые культуры. Свидетельства культивации оливы восходят едва ли не к позднему неолиту. В слоях медного века найдены косточки винограда и есть данные о культивации фиг и рожкового дерева. Примитивные формы ирригации, видимо, уже существовали. Ведь там, где расположено поселение культуры Эль Аргар, на высоте около тысячи метров на плато с коротким жарким летом население так или иначе должно было решать проблему искусственного орошения, использовать водные ресурсы.

В восточной части среднедунайского бассейна найдены многослойные поселения раннего и среднего бронзового века. Они свидетельствуют об устойчивости земледельческо-скотоводческой экономики. В качестве основных зерновых культур здесь возделывали древние пленчатые пшеницы эммер и однозернянку, а также шестирядный пленчатый ячмень. Хлебная пшеница очень редка, голозерного ячменя нет совсем, а пленчатые двурядные встречаются редко.

В Словакии имеются свидетельства отдельных посевов эммера, однозернянка же встречается редко. Интересно появление ржи; из бобовых культур выращивались полевой горох и чечевица.

В бронзовом веке большая часть населения Европы занималась смешанным сельским хозяйством, то есть земледелием и животноводством, но долю той или другой отрасли в экономике определить трудно. Пыльцевой анализ, проведенный в Англии, Голландии и Дании, показал, что предпринимались и небольшие и более крупные расчистки лесов, но все же недостаточные, чтобы допустить сколько-нибудь значительное пастушеское скотоводство.

Древняя поверхность, скрываемая под курганами и насыпями в северной Европе указывает на открытый ландшафт, на землю, поросшую грубыми травами, старые поля, заросшие травой и превращенные в кладбища. Полагают, что в поисках возможностей для выпаса скота население бронзового века Европы все дальше поднималось на плато и плоскогорье. В составе стада почти повсеместно на первом плане был крупный рогатый скот. О значительной роли крупного рогатого скота свидетельствуют ритуальные захоронения быков и коров, встречающиеся уже с середины III тысячелетия. Уменьшение величины особей крупного рогатого скота и свиней, наблюдающиеся в Европе с неолита вплоть до железного века, объясняются возрастающим давлением поголовья скота на размеры пастбищ и, как следствие, недостаточного питания. Роль овец, коз и свиней в снабжении населения мясом оставалась второстепенной.

Несколько иначе дело обстояло в Средиземноморье. Например, в Фиабе (Италия) 60 % костей животных принадлежали овцам и козам и лишь 20 % – крупному рогатому скоту.

Аналогичное явление наблюдается в Испании. Ведущая роль крупного рогатого скота в хозяйстве, однако, обуславливалась тем, что он оставался основной тягловой силой, несмотря на распространение домашней лошади. В центральной и западной Европе домашняя лошадь распространялась с культурой колоколовидных кубков около 1800 года до н. э. Домашняя лошадь появилась в Греции. В первой половине II тысячелетия до н. э. характерным явлением становится всадничество, которое в степной зоне Европы могло развиваться и ранее. Однако в качестве упряжного животного лошадь стали использовать лишь позже. Среди петроглифов Швеции и южных Альп, отнесенных к бронзовому веку, имеются изображения плуга. Легкие плуги, датирующиеся первой половиной II тысячелетия до н. э., найдены в Дании и Италии. В тех же южных Альпах под курганными насыпями открыты следы вспашки. Некоторые из них восходят даже к началу III тысячелетия.

Свидетельством непашенного земледелия являются также и так называемые «кельтские поля», система полей в странах северной Европы. В Англии многие из этих полей относятся ко II тысячелетию до н. э., а в Ирландии – даже к III тысячелетию.

Высокий уровень содержания фосфора в почвах полей бронзового века в Дартмуре указывает на использование удобрений. Пахотное земледелие означало большой прогресс в сельском хозяйстве. Плугом, в который были впряжены волы, человек мог обрабатывать гораздо большие участки земли, причем более эффективно, чем при мотыжной обработке. В условиях Средиземноморья рыхление почв помогало сохранить необходимую влажность.

С середины II тысячелетия до н. э. начинают осваиваться менее плодородные и ранее почти не использовавшиеся земли. Так в Скании (южная Швеция) большая часть высокоплодородных земель обрабатывалась уже в ранний период бронзового века; во второй его половине стали расчищаться гораздо менее плодородные земли. В южных Нидерландах и Бельгии интенсивное земледелие издавна велось в низких сырых долинах. В позднем бронзовом веке и песчаные почвы возвышенности были включены в сельскохозяйственное производство.

Предметом охоты в бронзовом веке были тур, зубр, благородный олень, косуля, кабан. Однако количество дикой фауны постоянно сокращалось из-за все более плотного заселения Европы человеком. Судя по наскальным изображениям, на охоте применялись преследование с копьями, западни и ловушки, поимка в сети и использование какого-то оружия типа бумеранга. Лишь на севере и северо-востоке Европы сохранялись в значительной степени нетронутыми леса, которые давали приют диким животным. Некоторые материалы указывают на развитие морского промысла. На Аланских островах найдены остатки сезонных поселений охотников на дикого тюленя, здесь жили лишь в апреле – мае, когда проводилась заготовка тюленьего жира.

Рыболовство также играло важную роль, особенно в хозяйстве населения северных регионов Европы. Рыбу ловили с лодок и даже кораблей, тысячи изображений которых были найдены среди петроглифов Швеции, Финляндии и Карелии. Реже встречаются сами деревянные каноэ.

Однако лодки и корабли были лишь одним из видов транспорта в бронзовом веке, достаточно надежным, широко распространенным на берегах Средиземного, Северного и Балтийского морей. Другим важным видом был колесный транспорт – телеги и повозки. Сначала у них были сплошные деревянные колеса, позже – со спицами. В. II тысячелетии до н. э. они уже широко известны в Европе. Наскальные изображения показывают двухколесные повозки, запряженные парой волов или лошадей. В зимнее время применялись сани и лыжи.

Добыча медных и оловянных руд, разработка золотоносных месторождений, плавка меди, олова, золота и металлообработка приобретают все большее значение в Европе II тысячелетия до н. э. Рудные залежи распространены в Европе далеко не равномерно, и те регионы, где имелись источники сырья, или те, через которые проходили торговые пути, начинают играть более важную роль.

Медные руды находились на атлантическом побережье, в Альпах, в Чешских Рудных горах, Карпатах и Балканах, на Кавказе и Урале. Месторождения олова встречаются только на атлантическом побережье, в Чешских Рудных горах и на Апеннинском полуострове. Сплав меди с оловом имеет большую твердость, чем чистая медь. Естественно, что регионы, где были залежи тех или иных руд, приобретали особое значение.

Первые разработки медных руд в Европе начались на Балканах и в Карпатах. С 1700—1500 гг. до н. э. добыча металлических руд в значительных масштабах проводилась в восточных Альпах. Техника горнорудных работ II тысячелетия до н. э. хорошо изучена в районе Зальцбурга (Австрия). В Миттерберге, например, шахты были врезаны в склон холма на глубину до ста метров, следуя жилам медных пиритов.

Однако добыча руды, выплавка бронзы, изготовление бронзовых орудий – все это требовало определенных знаний. Опыта, навыков, специализации и разделения труда: кто-то занимался добычей руды, промывкой золота, выплавкой металлов и производством изделий из него. Насколько далеко зашла специализация в металлургии и металлообработке в Европе во II тысячелетии до н. э.? В современной науке нет единой точки зрения на эти вопросы.

По мнению одних ученых, металлургия бронзы и производство орудий из нее были столь сложным процессом, что требовали присутствия в общине или в регионе специалистов ремесленников, которые занимались только металлургией и металлообработкой. При этом линия разделения проходила не внутри общины, а между общинами.

Существовали целые этнические группы, которые специализировались в качестве кузнецов или медников и обслуживали другие группы и общины. По мнению других ученых, опирающихся на данные этнографии, в Европе IIтысячелетия до н. э., за исключением, вероятно, минойского Крита и микенской Греции, ремесло еще полностью не отделилось от сельскохозяйственного производства, а кузнецы и медники отнюдь не были полновременными специалистами.

Поскольку потребность в орудиях труда, в оружии была сезонной, кузнецы могли работать над ними лишь несколько месяцев в году. В некоторых обществах кузнецы вкладывали в производство орудий лишь свои знания и мастерство, а сырье, топливо и даже частично труд принадлежали заказчику.

Полновременные специалисты, видимо, появлялись лишь там, где их существование мог поддерживать избыточный продукт, изымаемый у населения администрацией, то есть в сложных объединениях и древнейших государствах, где перераспределение общественного продукта зашло уже достаточно далеко.

В Европе II тысячелетия до н. э. свидетельств этого (вне микено-минойского мира) немного. Определенные общины, несомненно, уже с середины II тысячелетия до н. э. должны были специализироваться на добыче руд и выплавке металлов, как ранее специализировались на добыче высококачественного кремня или другого поделочного камня.

Металла, особенно в первой половине бронзового века, было еще мало для удовлетворения всех потребностей. Каменные орудия продолжали изготавливать и использовать на протяжении всего бронзового века, но им часто придавали форму металлических.

Верхушке общества удавалось удерживать в своих руках бронзу, серебро и золото. Из него в раннем и среднем бронзовом веке изготавливали украшения и оружие и лишь в начале позднего бронзового века были сделаны первые сельскохозяйственные орудия – серпы.

Еще в позднем бронзовом веке с целью сберечь ценный металл в могилы в некоторых культурах помещали миниатюрные изображения металлических предметов. Только в конце II – начале I тысячелетия до н. э. металла стало больше, и бронзовые изделия действительно вошли в обиход населения южных и центральных регионов Европы.

Во второй половине бронзового века все большее экономическое значение приобретают добыча и экспорт соли. Соль не только вошла в ежедневный рацион питания, но и использовалась для консервирования и хранения продуктов, в производстве сыра и при обработке кожи.

Районы добычи и производства соли имели особую важность. Лучше всего известны соляные копи Верхней Австрии. В районе Галле, на территории бывшей ГДР, методом производства было выпаривание раствора соли у соляных источников или соленых озер. Оставшаяся после выпаривания еще влажная соль прессовалась в кубках или в формах, а затем высушивалась в виде соляных «голов».

Количество добываемого сырья, готовых продуктов и товаров, предназначенных для обмена и торговли, несомненно увеличивается в Европе бронзового века. В это время различные регионы специализируются на производстве, на особых видах сырья и готовых изделий для обмена. Об этом говорят находки изделий из привозных материалов в различных частях Европы. Предметами широкого обмена были медь, бронза, золото и изделия из них, а также морские раковины, фаянсовые бусы, янтарь и янтарные украшения.

Основная часть Европы в бронзовом веке не достигла уровня развития государственности, а торговля и обмен проходили в условиях гораздо менее централизованных обществ. Торговообменная сеть должна была включать сотни и тысячи малых независимых социо-политических единиц. Обмен осуществлялся между общинами, племенами и регионами. Причем в обмен малоценными товарами могли быть включены все члены общества. Никаких свидетельств существования в бронзовом веке Европы специальных торговцев, бродячих торговцев или рынков нет. Видимо, существовал целый ряд взаимосвязанных региональных сетей обмена, в которых происходило движение товара путем использования таких механизмов, как подарки, разного рода дары, а в периферийных районах, между различными сетями, путем меновой торговли.

Торговля янтарем служит наиболее ярким примером европейской торговли и обмена в бронзовом веке. Месторождения янтаря находятся в различных частях Европы, но преимущественно на южном побережье Балтики, а также в Португалии, Сицилии, Южной Италии, Франции и Румынии. Анализ янтарных изделий из шахтных могил в Микенах показал, что янтарь, из которого они сделаны, происходил из Прибалтики и пересек Европу с севера на юг. Янтарь экспортировался в основном в виде готовых изделий.

Некоторые данные дунайской культуры раннего и среднего бронзового века показывают достаточно развитую систему поселений двух иерархических уровней: малые сельские поселения на нижнем, более обширные, укрепленные поселения на верхнем. Как полагают, в укрепленных поселениях жили ремесленники и верхушка общества.

Примером может служить поселение культуры Отомань в Словакии, в местечке Спишски Штврток, расположенное на важной торговой дороге через горный перевал в Карпатах. Оно имело площадь около 6600 кв. метров и было укреплено рвом и валом высотой шесть метров с палисадом поверху. Внутри укрепленного поселения находился акрополь площадью 660 кв. метров, где дома были возведены на каменных основаниях и где были сделаны богатые находки, в том числе клад из бронзовых и золотых изделий. Другие поселения обычно целиком застроены длинными домами столбовой конструкции.

На поселении Барца (Словакия) открыто 23 таких дома, в большинстве трехкомнатных. В ряде многослойных поселений того же времени на реке Тиса найдены аналогичные столбовые дома длиной 12 – 17 метров, шириной 6 метров с несколькими очагами и печами. Дома размещались близко друг к другу, и производственная деятельность в значительной мере происходила за пределами поселения во избежание пожаров, которые и так были довольно часты.

Внимание исследователей обычно привлекают богатые и впечатляющие погребальные памятники, потому система поселений бронзового века изучена недостаточно. Благоприятным исключением являются поселения кновизской группы культуры полей погребения, изученные в северо-западной Чехии. Они располагались на холмах, удобных для обороны, чаще всего на берегу реки или протока, близ источников, на берегах озер, приблизительно одно поселение на шесть квадратных километров. Многие поселения в различных регионах были укреплены валами и рвами и располагались на мысах и вершинах холмов, на островах. В тех случаях, когда интересы обороны, видимо, не играли существенной роли, поселения лежали на низких террасах у рек. Такие поселения встречаются чаще, но поселения на вершинах холмов бытовали более длительные промежутки времени, иногда весь период существования культурной общности.

Некоторые районы, занятые в период культуры погребальных урн, не были заселены ни прежде, ни позже, вплоть до средневековья, что еще раз указывает на повышенную плотность населения в позднем бронзовом веке.

Городище является особым типом памятника, характерным именно для позднего бронзового века, хотя, несомненно, городища возникали и раньше и существовали в более поздние периоды. Это, как правило, довольно обширное укрепленное селение, расположенное в местах, пригодных для обороны, на вершине горы, на мысу плато, возвышающемся над долиной.

В бронзовом веке их укрепляли стенами из камня, дерева и земли, валом, увенчанным палисадом, и одним или несколькими рвами. При въезде были ворота, иногда защищенные башнями. Размеры городищ бронзового века были подчас значительными, но культурный слой их редко достигает большой мощности, свидетельствующей о длительности обитания.

Внутренняя планировка городищ изучена плохо. Предполагается, что многие из них были лишь убежищами, где население окружающих неукрепленных поселков в случае нападения врагов спасало себя и свое имущество, в частности скот.

КУЛЬТУРЫ БРОНЗОВОГО ВЕКА В НАЧАЛЕ П ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ ДО Н. Э.

Если отсечь зону древних рабовладельческих государств, то на карте Европы и Азии начала II тысячелетия мы сможем увидеть следующие очаги культур.

Обширные пространства Прибайкалья и прибайкальских степей к востоку от Енисея еще со времен энеолита были заняты населением, оставившим памятники так называемой глазковской культуры (впервые они были найдены в предместье Иркутска, ранее называвшемся Глазково) Связь этой культуры с раннебронзовой культурой Северного Китая очевидна для большинства специалистов.

Степная и лесостепная часть Западной Сибири и Южного Приуралья, а также весь Казахстан вплоть до Каспия представляют территорию, занятую племенами, оставившими памятники так называемой андроновской культуры. Их однородность на протяжении огромных пространств поразительна.

К западу, обхватывая все Нижнее и Среднее Поволжье, причерноморские степи вплоть до Днепра, а южнее – до района современной Одессы, занимая также лесостепную зону до границ бассейна Оки, лежит вторая огромная территория племен так называемой «срубной» культуры, весьма близкой к андроновской культуре.

В Средней Азии наряду с развитием местных культур все в большей и большей степени распространяются элементы, обнаруживающие близость с андроновской культурой Сибири и Казахстана. Претерпевают дальнейшее развитие культуры Иранского нагорья, имевшие связь с культурами Передней и Средней Азии. Современные ученые подразделяют Северный Кавказ на несколько культур бронзового века. Но стоит отметить, что все они также имеют связь друг с другом. Черты, родственные северокавказским культурам, обнаруживают памятники большинства районов Грузии и Армении.

Огромные области Волга Окского междуречья занимали племена фатьяновской культуры. Еще со времен энеолита племенами среднеднепровской культуры населялось Среднее Приднепровье. От Волыни до севера Польши и среднего течения Эльбы в начале бронзового века обитали племена с родственными формами культуры.

Центральную Европу – современные Чехию, Нижнюю Австрию, Саксонию с Тюрингией и Силезию – занимали племена унетицкой культуры, названной по наиболее богатому находками могильнику возле села Унетица. Позднее унетицкая культура основных унетицких племен развилась в лужицкую, которая охватила еще большую территорию как в Германии и Польше, так и на юге, в направлении Дунайского бассейна. Здесь, на землях Венгрии, образовался особый центр бронзовой культуры, связанный через Балканы с крито-микенской цивилизацией.

Лужицкая культура получила такое название от Лужицкой области в Германии (Lausitz), где археологи впервые обнаружили захоронения, характерные для названной культуры.

На заре бронзового века особыми областями с группой родственных культур являлись север Италии, Франция и Пиренеи, где уже во времена энеолита функционировал один из крупнейших центров металлургии древней Европы. С началом бронзового века юг Пиренейского полуострова занимают племена единой эль-аргарской культуры, названной так по месту первых находок в местности Эль-Аргар юга Испании. Племенам Британских островов также было присуще довольно значительное культурное единство. Понятно, что представленная здесь картина культурно-исторических особенностей, сложившихся в начале II тысячелетия до н. э., не могла оставаться неизменной.

Далее мы расскажем о наиболее характерных центрах культуры рассматриваемого периода и о произошедших в течение долгих столетий изменениях.

ПЛЕМЕНА АНДРОНОВСКОЙ И СРУБНОЙ КУЛЬТУР

В бронзовом веке огромнейшие пространства занимали племена близких между собой срубной и андроновской культур, которые первоначально владели землями в Южном Приуралье и Среднем Поволжье. Культуры этих племен были близки культуре племен катакомбных и ямных курганов. В самом начале бронзового века эти племена расселились на востоке до Минусинской котловины и на западе до Днепра и низовьев Южного Буга, ведя уже сравнительно сложное хозяйство. У них успешно развивалось скотоводство. Ученые предполагают, что здесь они первыми приручили лошадь; сначала ее выращивали на мясо, а позднее стали использовать как тягловый скот. С другой стороны, племена «срубной» и андроновской культур занимались земледелием. И, нужно отметить, гораздо шире, чем их энеолитические предшественники. Именно земледелие как отрасль хозяйства стало определяющим в образе жизни названных племен: они стали более оседлыми и расселялись теперь большими селениями, которые к концу бронзового века на Волге, к примеру, занимали площадь вдоль реки в несколько километров. Скот зимой держали в стойлах. При археологических исследованиях у села Алексеевского на Тоболе рядом с жилищами человека были найдены остатки загонов, типически очень похожие на крытые строения для скота, которые окружали хозяйские дома на более поздних казахских зимниках в этих районах. Жители андроновских и «срубных» поселений объединялись в общины, которые вели замкнутое хозяйство и производили все необходимое. В общине занимались тем, что ткали шерстяные ткани и вязали шапки, выделывали меха и кожи, шили одежду и обувь. На месте же изготовлялись орудия и инструменты из камня, кости, дерева и металла.

Поселения срубной общности располагались по берегам рек, на террасах, там, где было возможно примитивное земледелие. Как правило, поселения не укреплены. Древнейшие из них имеют небольшую площадь, лишь несколько позже появляются более крупные поселения. Жилища – чаще всего квадратные полуземлянки с закругленными углами, площадью от 20 до 120 кв. метров. Изредка встречаются более крупные.

Одно жилище площадью 24 X 14 метров имело два ряда мощных столбов, на которые опирались балки и крыша. В жилище было семь очагов, из которых один находился в центре и, возможно, был культовым. Население такого дома могло достигать 40– 50 человек. Поселение, где было найдено это жилище, было укрепленным. Снаружи его ограждали ров шириной до трех метров и вал.

В конце II тысячелетия до н. э. площадь срубных поселений увеличивается до очень значительной.

Немалого совершенства достигло изготовление в домашних условиях глиняной посуды. Особенно это относится к племенам андроновской культуры. Изящных форм горшки имели хорошо отполированную поверхность и красивый геометрический орнамент, напоминающий сложные узоры ковров из Средней Азии.

Экономика срубной общности не была единообразной на огромной ее территории. В степях господствовало, видимо, скотоводство, точнее, овцеводство. Предполагается, что скотоводство носило кочевой характер. Лошадь использовалась для верховой езды, что увеличивало подвижность населения.

В более северных районах степного Поволжья, на Дону, в Поднепровье найдены земледельческие поселения. Есть свидетельства выращивания ячменя и проса. В составе стада этих поселений преобладал крупный рогатый скот, который использовался и в качестве тягловой силы как для повозок, так, вероятно, и для плуга.

Другой отраслью экономики были металлургия и металлообработка. Довольно рано один очаг металлообработки сформировался в Поволжье на медных рудах и сырье из Урало-Казахстанского района. Другой – на юго-западе ареала срубной общности, в Приазовье, в нижнем Поднепровье, в междуречье Днепра и Днестра.

В это время достигла довольно высокого уровня обработка бронзы. В ранних захоронениях племен «срубной» культуры обнаружены литейные формы для производства такого, к примеру, сложного орудия, как боевой топор, характерный тип которого проник в начале II тысячелетия до н. э. из Двуречья. Из бронзы изготовлялись кинжалы, копья и стрелы, украшения, которые нашивались на одежду (бляшки), а также серьги и браслеты. На раннем этапе существования этих культур литье из бронзы производилось дома, но с развитием техники литья и усложнением форм бронзолитейным делом начали заниматься специальные люди – литейщики. Одни из них жили в общинных поселениях, обслуживая потребности общины. Другие со временем теряли связи с общиной и становились странствующими мастерами и работали на заказ, имея свои инструменты, сырье и полуфабрикаты. Особенно много таких мастеров появилось к концу II тысячелетия до н. э. Множество их складов с литейными формами, бронзовые слитки, заготовленные орудия и оружие обнаружены в Западной и Южной Сибири, Казахстане, на территориях, принадлежащих племенам «срубной» культуры.

Мастера-литейщики, о которых известно по погребениям с характерным набором орудий, отливали кинжалы, копья, ножи, долота, промышленные топоры, серпы, а также некоторые украшения.

В конце существования срубной общности чаще употребляются изделия из железа, в том числе ножи и кинжалы. Если для ранних этапов характерны одиночные и, реже, парные погребения в прямоугольных ямах, под курганной насыпью, то на средних этапах появляются целые могильники, перекрытые большими курганами.

Заволжские погребения под курганной насыпью располагались двумя концентрическими кругами. Во внешнем круге были похоронены мужчины, а во внутреннем – женщины и дети. В центре находился жертвенник с костями домашних животных и целым скелетом коровы.

Первоначально могильник был без кургана. Курганы с одиночными погребениями тем не менее сохранились. Видимо, на ранних этапах развития срубной общности погребений под курганной насыпью удостаивались лица, занимавшие высокое положение в общественной иерархии и лишь позже курганный обряд был распространен и на других членов общества.

Это подтверждается появлением вытянутых валообразных насыпей, покрывающих несколько кругов погребений с жертвенниками в центре. На последних этапах развития срубной общности длинные уплощенные насыпи покрывают уже до сотни погребений, расположенных рядами на деревянной конструкции, и сами погребальные ямы исчезают. Свидетельства социального расслоения, несмотря на несомненную иерархичность срубной культурно-исторической общности, не слишком велики.