Текст книги "Большевики приходят к власти"
Автор книги: Александр Рабинович
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 35 страниц)
Кто должен взять власть?
Это сейчас неважно: пусть ее возьмет Военно-революционный комитет "или другое учреждение"…
Надо, чтобы все районы, все полки, все силы мобилизовались тотчас и послали немедленно делегации в Военно-революционный комитет, в ЦК большевиков, настоятельно требуя: ни в коем случае не оставлять власть в руках Керенского и компании до 25-го, никоим образом; решать дело сегодня непременно вечером или ночью.
История не простит промедления революционерам, которые могли победить сегодня (и наверняка победят сегодня), рискуя потерять все.
Взять власть сегодня, мы берем ее не против Советов, а для них.
Взятие власти есть дело восстания; его политическая цель выяснится после взятия.
Было бы гибелью или формальностью ждать колеблющегося голосования 25 октября, народ вправе и обязан решать подобные вопросы не голосованиями, а силой; народ вправе и обязан в критические моменты революции направить своих представителей, даже своих лучших представителей, а не ждать их…
Правительство колеблется. Надо добить его во что бы то ни стало!
Промедление в наступлении смерти подобно!"43
Через несколько часов, после того как Фофанова отправилась с этим воззванием, Ленин потерял терпение. Оставив записку своей хозяйке на кухонном столе ("Ушел туда, куда вы не хотели, чтобы я уходил"), Ленин надел парик и старую кепку, перевязав белой повязкой щеку. Затем он отправился в Смольный, второй раз за месяц нарушив прямой запрет ЦК на его перемещения44. В сопровождении Эйно Рахья он проехал через Выборгский район до Финляндского вокзала почти в пустом трамвае; по пути нетерпеливый Ленин засыпал вагоновожатую вопросами о последних политических событиях; обнаружив, что она придерживается левых убеждений, он начал рассказывать ей, как надо делать революцию. Когда они приближались к Смольному пешком по Шпалерной улице, где 6 июля погиб несчастный Воинов, им пришлось спрятаться от конного патруля юнкеров, что сильно напугало Рахья. Наконец незадолго до полуночи они благополучно достигли места назначения.
Когда Ленин прибыл в Смольный, здание выглядело как военный лагерь накануне битвы. На прилегающих перекрестках размещались хорошо вооруженные патрули. На площадях и в переулках около Смольного группы солдат и красногвардейцев собирались вокруг костров. Во дворе перед Смольным грохотали грузовики, автомобили и мотоциклы, а его внушительный фасад светился огнями. По обе стороны центральных ворот были установлены пулеметы; здесь часовые проверяли входивших в здание, которое Джон Рид сравнил с "гигантским ульем". Ни у Рахья, ни у Ленина не было действующих на этот день пропусков. Сначала их не пустили, но затем им удалось затеряться в толпе входящих и таким образом проникнуть внутрь, пройдя мимо часовых45. Сняв парик вместе с кепкой, взволнованный Ленин сразу же принялся укорять своих ближайших сподвижников и настаивать на окончательном свержении Временного правительства.
Исследования Октябрьской революции в Советском Союзе, в которых делается попытка максимально преувеличить роль Ленина во взятии власти большевиками и преуменьшить роль Троцкого, оставляют впечатление, что под влиянием последнего партия переоценивала силы Керенского и недооценивала силы левых, пассивно ожидая голосования на съезде Советов для создания революционного правительства. Такое толкование, несомненно, сильно искажает действительное положение вещей; как мы уже видели, ВРК между 21 и 24 октября проводил политику решительного подрыва позиций Временного правительства по мере приближения даты созыва съезда и в значительной мере преуспел в этом к ночи 24 октября. Кроме того, эта тактическая линия определялась в первую очередь точной оценкой существовавшего соотношения сил и настроениями масс.
Однако советские историки в определенной степени правы в том, что до появления Ленина в Смольном поздней ночью с 24 наоктября большинство членов ВРК, не говоря уже о Центральном Комитете, по-прежнему опасались зайти слишком далеко и утратить столь необходимую поддержку масс и даже сорвать созыв съезда Советов, узурпировав его функции. Как мы видели, на первом этапе после начала правительственных репрессий в отношении левых ВРК начал приводить свои силы в боевую готовность и не преследовал цель вывести массы на улицы. Практически все последующие действия ВРК 24 октября можно рассматривать как реакцию на наступление правительства. Так, солдаты гарнизона были направлены в типографию в целях возобновления выпуска "Рабочего пути" после того, как правительство закрыло эту газету, а верные ВРК части захватили мосты через Неву, когда правительство попыталось перекрыть движение по ним. Таким же образом силы, поддерживающие ВРК, заняли Балтийский вокзал после того, как были получены сообщения о том, что верные правительству войска из Петергофа и с Северного фронта погрузились в эшелоны, отправляющиеся в столицу46.
Вполне вероятно, что по мере того, как беспомощность Керенского в сложившейся обстановке становилась все более очевидной, а час созыва съезда приближался, ВРК активизировал деятельность независимо от того, появился бы Ленин в Смольном или нет. Однако необходимо также помнить, что Ленин в отличие почти от всех других руководителей большевиков придавал решающее значение свержению Временного правительства в преддверии съезда. Его приход в Смольный неизбежно способствовал усилению давления на руководство левых сил в пользу более смелых шагов. Как бы то ни было, задолго до рассвета 25 октября действия ВРК стали гораздо агрессивнее. Все оговорки, что комитет лишь защищает революцию и прежде всего пытается сохранить статус-кво до выражения воли съезда, были решительно отброшены. Вместо этого была предпринята открытая попытка поставить делегатов съезда перед фактом свержения Временного правительства до начала его работы.
Существует очень мало надежных свидетельств об обстоятельствах принятия этого решения. Лацис позднее писал, что "к концу знаменитой ночи, когда решался вопрос о правительстве и Центральный Комитет колебался, Ильич вбежал в помещение Петербургского комитета с вопросом: "Ребята, лопаты у вас есть? Придут ли в окопы питерские рабочие по вашему зову?". Лацис вспоминал, что ответ был положительным. Решительность Ленина и Петербургского комитета подействовали на колеблющихся, верх взял Ленин47. Судя по недовольству, которое высказывали впоследствии главные руководители левых эсеров, совершенно очевидно, что они ничего не знали об изменении позиции ВРК48.
В любом случае можно довольно точно указать момент, когда произошло это основное изменение тактической линии. Так, вечером 24 октября комиссар ВРК в Павловском полку Освальд Дзенис получил приказ занять Троицкий мост между Петроградской стороной и Марсовым полем. Он вспоминает, что после занятия моста около 9 часов вечера он отметил значительный рост движения в сторону Дворцовой площади; по собственной инициативе он распорядился о сооружении застав, создании пропускных пунктов на пути к Зимнему дворцу и аресте государственных служащих; те из них, кто занимал наиболее важные посты, доставлялись в Смольный. Вскоре посте принятия этих мер Дзенису срочно позвонил Подвойский и сообщил, что арестованные чиновники, направленные им в Смольный, освобождаются, что предпринятые им шаги являются несанкционированными и преждевременными и что до завтрашнего дня ВРК не примет решения о том, когда начинать более активные действия. Подвойский настаивал на том, чтобы Дзенис прекратил аресты государственных служащих и снял заставы и пропускные пункты; этот приказ, по мнению Дзениса, был столь близоруким, что он не выполнил его. Через несколько часов, видимо около 2 часов утра, Дзенис получил новый приказ: усилить патрули и установить жесткий контроль за движением на своем участке49.
Примерно в это время, то есть около 2 часов ночи 25 октября, первая рота 6-го саперного батальона заняла Николаевский вокзал у Знаменской площади, в центре которого возвышалась массивная бронзовая статуя Александра III. Позднее один из саперов вспоминал: "Ночь была морозная. Северный ветер пронизывал до костей. На прилегающих к Николаевскому вокзалу улицах, поеживаясь от холода, стояли группы саперов, зорко всматриваясь в полумрак ночи. Луна делала картину фантастической. Громады домов походили на средневековые замки, саперов сопровождали тени великанов, при виде которых изумленно осаживала коня статуя предпоследнего императора"50.
В это же время, то есть около 2 часов ночи, комиссар ВРК Михаил Файерман занял Петроградскую электростанцию. По его указанию было отключено энергоснабжение большинства правительственных зданий. Практически одновременно восставшие солдаты заняли Главный почтамт, где руководство осуществлял комиссар ВРК Карл Кадлубовский. Вскоре после полуночи экипаж "Авроры" получил приказ "всеми имеющимися средствами" восстановить движение по Николаевскому мосту51. Поскольку капитан корабля сначала отказался выполнить этот приказ, комиссар ВРК Александр Белышев и несколько матросов взяли на себя управление судном. Однако провести "Аврору" по мелкому извилистому фарватеру Невы было трудно, и капитан вскоре согласился доставить отремонтированный корабль к месту назначения, заявив, что не может допустить, "чтобы "Аврора" села на мель". В 3.30 "Аврора" встала на якорь у Николаевского моста – единственного моста через Неву, оставшегося в руках правительства. Как только экипаж "Авроры" направил прожектора на мост, охранявшие его юнкера разбежались. Электрики корабля проконтролировали сведение моста. Когда спустя некоторое время отряд ударных правительственных войск в составе 32 человек, отправленных, чтобы его развести, прибыл на место, оказалось, что его надежно охраняют около 200 рабочих и матросов52.
Отряд матросов в составе 45 человек в 6 часов утра занял здание Государственного банка, не встретив никакого сопротивления, поскольку несшие охрану банка солдаты Семеновского полка остались нейтральными. Через час отряд солдат Кексгольмского полка под руководством Лашевича и другого комиссара ВРК П.С.Калягина занял Центральную телефонную станцию Петрограда, сразу же прервав почти всю телефонную связь с Военным штабом и Зимним дворцом. Кровопролития при занятии станции удалось избежать частично потому, что во главе отряда Кексгольмского полка стоял некто А.Захаров, который, будучи юнкером военного училища, нередко стоял здесь в карауле. Поскольку он был отлично осведомлен об охранном режиме телефонной станции, ему удалось быстро изолировать и разоружить охраняющих ее юнкеров53. Таким образом, к раннему утру 25 октября правительство осталось без телефонной связи и энергоснабжения. В 8 часов утра последний из 3 крупнейших вокзалов Петрограда – Варшавский, – железнодорожные линии которого соединяли столицу с Северным фронтом и штабом армии в Пскове, также оказался в руках ВРК.
Закрытое заседание членов правительства в Зимнем, на котором рассматривались дополнительные меры по борьбе с левыми силами, было прервано в 1 час ночи. В 3 часа утра Керенский получил новые тревожные известия о положении дел; в сопровождении своего заместителя Коновалова он вновь поспешил в здание Генштаба54. Полученные им на исходе ночи и ранним утром сообщения были мрачными. В руки ВРК быстро переходили одна ключевая точка за другой. Вполне понятно, что основные силы, охранявшие Зимний дворец, – юнкера военных училищ и рота женского батальона – начали проявлять беспокойство. Внезапно они заявили, что не могут стрелять в солдат гарнизона, однако на некоторое время их удалось успокоить, как оказалось впоследствии, ложными заверениями, будто войска с фронта ожидаются с минуты на минуту.
По распоряжению Керенского на рассвете к казачьим частям в столице был обращен последний отчаянный призыв: "Во имя свободы, чести и славы родной земли Верховный главнокомандующий приказал Первому, Четвертому и Четырнадцатому казачьим полкам выступить на помощь ЦИК Советов, революционной демократии и Временному правительству для спасения гибнущей России"55. В ответ на это представитель казаков спросил, выступит ли также пехота. Получив неудовлетворительный ответ, представители всех, за исключением относительно небольшого числа, казачьих частей дали понять, что не намерены "выступать в одиночку и служить живыми мишенями"56.
Текст откровенного письма генерала Б.Левицкого из Петрограда генералу М.Дитерихсу, находившемуся на фронте, об обстановке в Петрограде 24 октября дает представление о создавшейся ситуации. Левицкий информировал Дитерихса о последних событиях в борьбе за гарнизон между ВРК и штабом Петроградского военного округа и о директиве ВРК, призывающей части гарнизона не подчиняться приказам штаба. Левицкий сообщал: "Этот акт… заставил вчера министра-президента ясно и определенно разъяснить в совете республики (Предпарламенте) создавшееся положение и указать линию поведения Временного правительства… Вслед за этим части Петроградского гарнизона… перешли на сторону большевиков. Разведенные мосты вновь наведены ими. Весь город покрыт постами гарнизона, но выступлений на улицах никаких нет. Телефонная станция находится в руках гарнизона. Части, находящиеся в Зимнем дворце, только формально охраняют его, так как активно решили не выступать… Временное правительство как будто бы находится в столице враждебного государства"57.
К утру 25 октября отчаянное положение правительства стало наконец очевидным даже для дотоле уверенного в себе командующего Петроградским военным округом Полковникова; он направил доклад Керенскому, в котором оценил положение как "критическое" и сделал вывод: практически "в распоряжении правительства нет никаких войск"58. С этого момента единственной надеждой Керенского оставалась быстрая мобилизация фронтовых армейских частей для оказания помощи. В этой связи около 9 часов утра Керенский оставил Коновалова временным главой кабинета и начал принимать меры для немедленного выезда в Псков.
Несколькими часами ранее в Смольном собрался ЦК большевиков. Скорее всего, протокола этого исторического заседания не велось; во всяком случае, он никогда не публиковался, а имеющиеся отрывочные сведения об этом заседании содержатся в нескольких мемуарах. По всей вероятности, заседание происходило как обычно в комнате Центрального Комитета № 36 на первом этаже. В нем приняли участие Ленин, а также Троцкий, Сталин, Смилга, Милютин, Зиновьев, Каменев и Берзин. Рахья примостился в углу комнаты, наблюдая за происходящим. Время от времени кто-то входил и передавал сообщение о ходе борьбы за власть на улицах города. Ленин выражал удовлетворение по поводу каждого нового шага вперед и одновременно решительно настаивал на скорейшем захвате Зимнего дворца и аресте Временного правительства. В ходе короткого перерыва заседания один из членов ЦК предложил составить список членов правительства, который будет представлен на следующий день съезду Советов. И вот тут возник вопрос, как назвать новое правительство и его членов. Один из авторов воспоминаний отмечает, что для всех термин "Временное правительство" показался "затасканным", а термин "министры" еще более отдавал "бюрократической затхлостью". Идею назвать новых министров народными комиссарами выдвинул Троцкий, и его предложение понравилось всем присутствующим. "Да, это хорошо: это пахнет революцией", – сейчас же подхватил Ленин. Само правительство решили назвать Советом Народных Комиссаров. Взяв карандаш и бумагу, Милютин приготовился записать предложения о кандидатурах комиссаров. Однако битва с Временным правительством еще не окончилась, и некоторые члены ЦК сочли подготовку списка членов первого правительства настолько преждевременной, что приняли ее вначале за шутку59.
Примечания:
1 Ломов Г. В дни бури и натиска. – "Известия", 6 ноября 1918 г.; Ломов Г.В дни бури и натиска, – "Пролетарская революция", 1927, № 10 (69), с. 169–170.
2 Петроградский военно-революционный комитет, т. I, с. 86; Лашевич М. Восстание. – "Петроградская правда", 5 ноября 1922 г. Антонов– Овсеенко В.А. Октябрьская буря. – "Известия", 6 ноября 1918 г., с. 3–4.
3 "Известия", 25 октября; "Известия Кронштадтского совета", 5 ноября.
4 Петроградский военно-революционный комитет, т. 1, с. 85; Троцкий Л. Соч., т. 3, ч. 2, с. 51.
5 Протоколы Центрального комитета РСДРП (б), с. 119–121.
6 Елов Б. Петроградский комитет накануне 25 октября. – "Петроградская правда", 5 ноября 1922 года; Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде. Документы и материалы, с. 287.
7 Воспоминания об октябрьском перевороте. – "Пролетарская революция", 1922, № 10, с. 92.
8 "День", 25 октября, с. 1.
9 Воспоминания об октябрьском перевороте. – "Пролетарская революция", № 10, с. 90.
10 "Известия", 25 октября.
11 "Новая жизнь", 25 октября.
12 Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде. Документы и материалы, с. 327–328.
13 Поленов. Выстрел с "Авроры". – "Ленинградская правда", 6–7 ноября 1927 года; Рябинский К. Хроника событий, т. 5, с. 166–167.
14 Наиболее точный перечень верных правительству воинских частей см. в: Ерыкалов Е.К. Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде, с. 435.
15 Там же, с. 318.
16 Суханов Н. Записки о революции, т. 7, с. 131; "Известия", 25 октября.
17 "Известия", 25 октября, с. 2–3; "Речь", 25 октября, с. 2; перевод речи Керенского содержится в: Вгоwdег R.P., and Кеrensку A.F., eds. The Russian Provisional Government 1917, Vol. 3, pp. 1772–1778.
18 Керенский А.Ф. Россия и поворотный пункт истории, с. 435.
19 Протоколы первого съезда партии левых социалистов-революционеров (интернационалистов), с. 40.
20 "Известия", 25 октября.
21 См.: Дан Ф. К истории последних дней Временного правительства. Летопись революции. Т. I, Берлин, 1923, с. 163–175.
22 "Известия", 25 октября; см. также: Славин II.Ф. Октябрьское вооруженное восстание и предпарламент. – В: Ленин и Октябрьское вооруженное восстание, с. 224–228.
23 Дан Ф. К истории последних дней Временного правительства, с. 172—175
24 "Рабочая газета", 26 октября.
25 Выделено мной. В некоторых опубликованных вариантах этой резолюции прилагательное "дружественный" заменено прилагательным "твердый". Цитируемый вариант содержится в: "Рабочая газета", 25 октября.
26 "Новая жизнь", 26 октября.
27 Мстиславский С.М. Пять дней. Берлин, 1922, с. 122–123; Второй Всероссийский съезд Советов Р. и С.Д., под ред. Покровского М.II. и Яковлева Я. А. М.—Л., 1928, с. 162. Мстиславский с горечью вспоминает, что ко времени его прибытия в Смольный вечером 25 октября эсеры и левые эсеры "уже сидели в разных комнатах".
28 "Известия", 25 октября.
29 Ильин-Женевский А. Октябрьская революция. – "Красная летопись", 1926, № 5 (20), с. 37.
30 Там же.
31 Октябрьское вооруженное восстание, т. 2, с. 303–304; Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде. Документы и материалы, с. 332.
32 П естковский С. Об октябрьских днях в Питере. – "Пролетарская революция", 1922, № 10, с. 95–96; Октябрьское вооруженное восстание, т. 2, с. 308.
33 Любович А.М. Революционное занятие Петроградского телеграфа. – "Почтово-телефафный журнал", 1918, № 9—12, с. 35–41.
34 "Речь", 26 октября.
35 Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде. Документы и материалы, с. 338.
36 Дыбенко П.Е. Балтфлот в октябрьские дни. В кн.: Великая Октябрьская социалистическая революция. Сборник воспоминаний участников революции в Петрограде и Москве. М., 1957, с. 305; Петраш В.В. Моряки Балтийского флота в борьбе за победу Октября, с. 251.
37 Пронин А.Г. Подготовка к захвату власти. – "Бакинский рабочий", 7 ноября 1927 г.
38 Дыбенко П.Е. Балтфлот в октябрьские дни, с. 305.
39 Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 434.
40 Фофанова М.В. Ильич перед Октябрем 1917 года. – В: Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине, т. 2, с. 448.
41 Фофанова М.В. Последнее подполье. В: Об Ильиче. Воспоминания питерцев. Л. 1970, с. 348.
42 В сталинский период это письмо игнорировалось, очевидно, потому, что в нем говорится о сохранявшихся разногласиях между Центральным Комитетом и Лениным в отношении развития революции. В письме не указан адресат, а заголовки в 4-м и 5-м изданиях сочинений Ленина, выпущенных после смерти Сталина, указывают, что оно было адресовано Центральному Комитету. Однако, как признают некоторые современные ученые в Советском Союзе, из содержания письма явствует, что оно было адресовано рядовым членам партии и преследовало цель поощрить их к оказанию давления на партийное руководство и ВРК с целью ареста членов Временного правительства до открытия съезда Советов. Поэтому вопросу см. комментарии Е.И. Городецкого и С.И. Шульги в книге "Ленин и Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде", с. 189, 478–482.
43 Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 435–436.
44 Фофанова М.В. Последнее подполье, с. 349; Рахья Э. Последнее подполье Владимира Ильича. – "Красная летопись", 1934, 89–90; Рахья Э.А. Мои воспоминания о Владимире Ильиче. – В кн. "Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине", т. 2, с. 434.
45 Рахья Э. Мои предоктябрьские и послеоктябрьские встречи с Лениным. – "Новый мир", 1934, № 1, с. 35–36.
46 По этому вопросу см.: Октябрьское вооруженное восстание, т. 2, с. 292–307. Имеются сведения о том, что ВРК захватил телефонную станцию и электростанцию только после того, как в Смольном стали испытывать трудности с телефонной связью и электроснабжением. Единственной мерой ВРК, которую нельзя рассматривать как ответную на действия правительства, явился захват телеграфа.
47 Лацис М.И. "Петроградская правда", 5 ноября 1922 г., с. 2.
48 См., например, комментарий Камкопа. – В: Протоколы первого съезда партии левых социалистов-революционеров, с. 40–41.
49 дзенис O.П. Как мы брали 25 октября Зимний дворец, – "Правда", 6–7 ноября 1921 г., с. 7; Дзенис О.П. Под Зимним дворцом. – В: Великая Октябрьская социалистическая революция. Сборник воспоминаний, с. 270.
50 Игнатьев Л. В ночь на 25 октября 1917 года. – "Красная летопись", № 6, с. 314.
51 Балтийские моряки в подготовке и проведении Великой Октябрьской социалистической революции, с. 259; Курков И. Крейсер "Аврора". – "Красная летопись", 1923, № 6, с. 360.
52 Там же.
53 Октябрьское вооруженное восстание, т. 2, с. 325–335.
54 рябинский К. Хроника событий, т. 5, с. 175.
55 Там же, с. 175–176.
56 "известия", 26 октября; около 200 человек из 14 казачьего полка прибыли к Зимнему дворцу, однако этот небольшой отряд не мог изменить к лучшему положение правительства.
57 Октябрьское вооруженное восстание в 11строграде. Документы и материалы, с. 340.
58 Ливеровский Л.В Последние часы Временного правительства. Дневник министра Ливеровскот. – "Исторический архив", 1960, N9 6, с. 41.
59 Милютин В. О Ленине, Л., 1924, с. 4–5; Рахья Э. Мои предоктябрьские и послеоктябрьские встречи с Лениным, с. 36; см. также: Рейман М. Русская революция, т. 2, с. 332.
15
Большевики приходят к власти
В среду 25 октября на главных базах Балтийского флота задолго до рассвета началась бурная деятельность. По просьбе Военно-революционного комитета (ВРК) в столицу были направлены три эшелона с вооруженными матросами. Первый выехав из Гельсингфорса по Финляндской железной дороге в 3 часа утра, второй – в 5 часов, а третий – уже в разгаре утра. Примерно в это же время наспех сформированная флотилия судов в составе патрульного катера «Ястреб» и пяти эсминцев – «Меткий», «Забияка», «Мощный», «Деятельный» и «Самсон» – на полных парах отправилась в Петроград. Во главе флотилии, которой предстояло пройти путь свыше 300 километров, шел «Самсон» под знаменем с лозунгами «Долой коалицию!», «Да здравствует Всероссийский съезд Советов!», «Вся власть Советам!»1.
В Кронштадте также все кипело. Позже Флеровский так описывал события в ночь с 24 на 25 октября в этом центре революционного радикализма: "Вряд ли в эту ночь в Кронштадте кто-нибудь сомкнул глаза. "Морское собрание" переполнено матросами, солдатами и рабочими… Революционный штаб точно намечает план операции, определяет части и команды к выступлению, подсчитывает запасы, шлет назначения… Когда план выступления был готов… мы с Каллисом вышли на улицу. Здесь большое, но молчаливое движение. К военной гавани движутся отряды моряков и солдат, при свете факелов видишь только первые ряды серьезных, решительных лиц. Тишину ночи нарушает лишь громыхание грузовиков, перебрасывающих из интендантских складов крепости запасы на суда"2.
Вскоре после девяти часов матросы в черных бушлатах, с патронташами и винтовками через плечо закончили посадку на все имевшиеся суда: два минных заградителя "Амур" и "Хопор", бывшую яхту командующего портом "Зарница", переоборудованную в госпитальный корабль, учебное судно "Верный" и линкор "Заря свободы", настолько старый, что на Балтийском флоте его прозвали "утюгом". Линкор тащили четыре буксира. Во флотилию входили многочисленные пассажирские колесные катера и баржи. Подняв якоря, корабли один за другим двинулись в направлении столицы3.
А между тем в Смольном руководители ВРК и комиссары, прибывшие из ключевых районов города, заканчивали разработку планов захвата Зимнего дворца и ареста правительства. Известно что в совещании участвовали Подвойский, Антонов-Овсеенко, Константин Еремеев, Георгий Благонравов, Чудновский и Садовский. Согласно разработанному ими плану, восставшие должны были захватить Мариинский дворец и распустить Предпарламент, а затем окружить Зимний дворец. Предполагалось, что правительству предложат сдаться без сопротивления. В случае его отказа Зимний должен быть обстрелян с "Авроры" и из Петропавловской крепости, а затем взят штурмом. Основные силы, выделенные для участия в этих операциях, включали Павловский полк, отряды красногвардейцев из Выборгского, Петроградского и Василеостровского районов, Кексгольмский полк, военно-морские части из Кронштадта и Гельсингфорса и матросов из 2-го Балтийского флотского экипажа в Петрограде. В казармах Павловского полка и 2-го Балтийского экипажа должны были быть развернуты полевые штабы руководства восстанием, первый возглавлял Еремеев, а второй – Чудновский. Полевой штаб для общего руководства наступающими силами под командованием Антонова-Овсеенко планировалось разместить в Петропавловской крепости4.
На завершающей стадии подготовки к захвату последнего оплота Временного правительства в Петрограде Ленин находился в Смольном. Он нервно поглядывал на часы и, судя по всему, надеялся на то, что режим Керенского удастся полностью ликвидировать до начала II съезда Советов, который должен был открыться через несколько часов. Около 10 утра он написал обращение "К гражданам России" о переходе политической власти от правительства Керенского к Военно-революционному комитету.
"К гражданам России!
Временное правительство низложено. Государственная власть перешла в руки органа Петроградского Совета рабочих л солдатских депутатов – Военно-революционного комитета, стоящего во главе петроградского пролетариата и гарнизона.
Дело, за которое боролся народ: немедленное предложение демократического мира, отмена помещичьей собственности на землю, рабочий контроль над производством, создание Советского правительства – это дело обеспечено.
Да здравствует революция рабочих, солдат и крестьян!
Военно-революционный комитет при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов"5.
Ленин придавал принципиальное значение тому, чтобы делегаты съезда с самого начала были поставлены перед фактом создания Советского правительства. Об этом свидетельствует то, что текст отпечатали и передали по телеграфу по всей стране еще до окончания заседания ВРК, на котором разрабатывался план захвата власти.
С самого утра 25 октября левые силы действовали весьма энергично, чего нельзя сказать о сторонниках правительства. Керенский в Зимнем дворце принял меры к тому, чтобы выехать на встречу войскам, продвигающимся к столице с Северного фронта. Красноречивым примером изоляции и беспомощности Временного правительства в тот момент являлось то, что выехать из Петрограда на поезде было невозможно, так как все вокзалы находились под контролем ВРК и даже Генеральный штаб не смог выделить премьер-министру ни одной легковой машины, пригодной для дальней поездки. В конце концов военным удалось достать открытую машину "пирс-эрроу" и одолжить в американском посольстве автомобиль "рено". В 11 часов утра, почти одновременно с передачей ленинского манифеста о свержении Временного правительства, "рено" (под американским флагом) и "пирс-эрроу" пронеслись под главной аркой здания Генерального штаба, мимо пикетов ВРК, которые уже формировались вокруг Зимнего дворца, и умчались из столицы в юго-западном направлении. На заднем сиденье "пирс-эрроу" расположились помощник командующего Петроградским военным округом Кузьмин, два штабс-офицера и бледный, осунувшийся Керенский. Так начинался его лихорадочный поиск войск с фронта, который закончился полным крахом меньше чем через неделю6.
В то время как машины проносились мимо Мариинского дворца, немногие находившиеся там депутаты Предпарламента в ожидании начала заседания обсуждали последние политические новости. А уже через час большая группа вооруженных солдат и матросов под командованием Чудновского начала перекрывать соседние улицы и выставлять охрану у всех входов во дворец. С грохотом подъехал броневик "Олег" под красным флагом и занял позицию у западного угла дворца.
Затем в Мариинский дворец вошел неизвестный комиссар ВРК. Он отыскал Авксентьева и передал ему указание ВРК немедленно очистить дворец. В здание, размахивая винтовками, ворвались солдаты и матросы, которые расположились вдоль парадной лестницы. В то время как многие перепуганные депутаты схватили пальто и решили было прорываться через цепь вооруженных солдат и матросов, Авксентьев решил устроить совещание части руководящего комитета Предпарламента. Депутаты поспешно согласились заявить официальный протест в связи с нападением сил ВРК, но не оказывать им сопротивления. Кроме того, они поручили Авксентьеву при первой возможности вновь созвать Предпарламент. При выходе из дворца часовые проверили документы у всех депутатов, но никого не задержали. Судя по всему, в тот момент ВРК должен был ограничиться арестом членов правительства7.
В это время в ряды повстанцев влились большевики, освобожденные из тюрьмы "Кресты", где они находились с июля. Утром 25 октября у старинного здания тюрьмы появился комиссар ВРК во главе небольшого отряда красногвардейцев и приказал освободить всех политических заключенных. Среди немедленно освобожденных большевиков были Семен Рошаль, Сахаров, Толкачев, Хаустов8. В два часа пополудни прибыло новое подкрепление – корабли из Кронштадта. На палубе "Амура" находилось более тысячи матросов, в том числе и И. Павлов, который впоследствии описал обстановку на подходе к Петрограду в полдень 25 октября следующим образом: "Что представлял собою Финский залив в районе Кронштадта и Петрограда к 12 ч., об этом достаточно будет сказать словами известной тогда песни: "Из-за острова Кронштадта на простор реки Невы выплывает много лодок, в них сидят большевики". Если и не в полной степени отражается картина Финского залива этими словами, то только потому, что говорит о лодках. Поставьте на их место современные корабли – это и будет полной зарисовкой картины оживленного Финского залива за несколько часов до октябрьского боя"9.
