Текст книги "Большевики приходят к власти"
Автор книги: Александр Рабинович
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 35 страниц)
Первое, что бросается в глаза при изучении деятельности районных Советов за период с апреля до начала августа, так это постепенное расхождение в политических взглядах районных Советов и их центральных органов. В середине июля, например, когда ЦИК заявлял о своей неограниченной поддержке правительства Керенского, большинство районных Советов относилось к нему с черезвычайным подозрением; их все больше раздражало соглашательство меньшевистских и эсеровских вождей и все сильнее привлекала идея создания революционной Советской власти. (Как утверждал Володарский на 2-й городской конференции, в то время как социалистические лидеры правели, массы левели62.)
Различие во взглядах районных Советов и руководства Советов на национальном уровне, и прежде всего возникшие опасения, что Петроградский Совет не уделяет достаточно внимания заботам районных Советов, отразилось в активизации в середине июля и в августе деятельности организации, известной как Междурайонное совещание Советов. Созданное первоначально во время Апрельского кризиса, но бездействовавшее в продолжении всего июня и первой половины июля, Между районное совещание состояло из представителей районных Советов (по два человека от каждого местного Совета Петрограда), собиралось по мере необходимости для координации работы отдельных районных Советов, а также нередко для оказания совместного давления на центральные органы Советов63.
Второе, что привлекает внимание при изучении деятельности районных Советов летом 1917 года, так это увеличение в них влияния левых групп: меньшевиков-интернационалистов, Межрайонного комитета и большевиков. Например, в апреле большевики располагали сильным влиянием только в Советах Выборгского и Колпинского районов. С самого начала многие члены Междурайонного совещания являлись меньшевиками и эсерами, а первым председателем был меньшевик Анисимов. К середине лета, однако, в дополнение к Выборгскому и Колпинскому районным Советам резолюции большевиков часто стали поддерживать Советы Васильевского острова, Коломенского и 1-го городского районов.
Тем не менее, за исключением, пожалуй, Выборгского районного Совета, ни один из этих Советов, видимо, по-настоящему не контролировался большевиками. Меньшевики и эсеры, а точнее, фракции меньшевиков-интернационалистов и левых эсеров удерживали влияние в большинстве Советов, по крайней мере до конца осени 1917 года, и даже те местные Советы, в которых большевики располагали большинством, сохраняли свой преимущественно демократический характер. В начале августа меньшевика-интернационалиста Александра Горина избрали председателем Междурайонного совещания. Под его руководством коалиция большевиков, меньшевиков-интернационалистов и левых эсеров повела Совещание независимым революционным курсом64.
Протоколы и резолюции петроградских районных Советов подтверждают, что сразу же после июльских событий среди рабочих и солдат отдельных районов столицы наблюдались сильные антибольшевистские настроения. Например, 13 июля Совет Охтинского района, расположенного на правом берегу Невы, утвердил резолюцию, одобряющую позицию Центрального Исполнительного Комитета, который несколькими днями ранее выступил с осуждением большевиков и выражением безоговорочной поддержки правительству65. Примерно в это же время в высшей степени независимый Совет Рождественского района, по другую сторону реки, принял резолюцию, в которой утверждалось, что события 3–4 июля заставляют всю организованную сознательную демократию опасаться за судьбы русской революции. Безответственное меньшинство, бросая в темные массы лозунги, противные голосу представителей всероссийской демократии, оес– сознательно, но определенно ведет к междоусобной гражданской войне… Мы заявляем, что кровь, пролившаяся на улицах Петрограда 3–4 июля, падает целиком на головы тех безответственных лиц и партий, которые, сознательно или бессознательно, вели все время политику, дезорганизующую силу революции.66.
По всей видимости, лишь неизменно воинственно настроенный Совет Выборгского района попытался воспротивиться преобладавшему в тот момент общему течению, продолжая призывать к передаче власти Советам и стараясь ослабить критику в адрес большевиков. Например, 7 июля, то есть в тот самый день, когда Центральный Исполнительный Комитет впервые одобрил репрессивные меры правительства, Совет Выборгского района демонстративно заявил, что успешное разрешение министерского кризиса, урегулирование дезорганизованной экономики и осуществление реформ возможны только при передаче власти Советам67.
Соответствующие документы однозначно показывают, что после июльского восстания большинство районных Советов не было заинтересовано ни в осуждении, ни в поддержке большевиков. Их основными заботами являлись такие проблемы, как стремление правительства разоружить рабочих, вывести распропагандированных солдат из столицы и восстановить на фронте смертную казнь, как всеобщее наступление на левые элементы и оживление ультраправых. Каждое из этих явлений воспринималось почти всеми районными Советами в качестве серьезной угрозы революции.
Междурайонное совещание собралось 17 июля, впервые за полтора месяца, отчасти для того, чтобы обсудить вопрос, следует ли районным Советам помогать правительству в проведении кампании по изъятию оружия у населения. Заседание открылось призывом фронтовых солдат к депутатам в интересах национальной обороны поддержать эту кампанию. Солдаты добавили, что все они преданы делу революции и что, следовательно, их требование не должно истолковываться как враждебное по отношению к рабочим. В ответ весьма скептически настроенный депутат дипломатично заметил, что, хотя рабочие, возможно, и готовы поверить участникам Сводного отряда, который только что прибыл с фронта, однако никто не в силах предугадать, что может случиться завтра. У рабочих нет уверенности, что кто-нибудь не воспользуется их беззащитностью. Тогда другой депутат в сердцах вставил: «Целые склады оружия имеются у черносотенных банд, которые до сих пор не разоружены». Кто-то высказал мнение, что, если бы рабочих и удалось уговорить сдать пулеметы, бомбометы и, возможно, даже винтовки, они ни за что не расстанутся с револьверами. В конце концов совещание ловко уклонилось от всякого сотрудничества с правительством и фактически отказалось от любых совместных действий районных Советов в оказании помощи правительству при разоружении рабочих, проголосовав за то, чтобы каждый Совет сам решал этот вопрос68.
Позже отдельные районные Советы согласились помочь разоружить рабочих. Например, 28 июля, выслушав просьбу донских казаков о содействии в приобретении оружия, Совет Адмиралтейского района принял резолюцию, в которой говорилось, что оружие казенного образца совершенно не нужно для самозащиты и что хранение такого оружия на руках вопреки неоднократным обращениям Временного правительства есть преступление перед свободой и русской армией69. Однако в Адмиралтейском районе, в центре Петрограда, располагались военно-административные учреждения и военные казармы; здесь почти не было заводов и рабочих. Советы же районов со значительными контингентами рабочих, отражая настроения своих избирателей, были склонны с великой подозрительностью взирать на действия правительства по конфискации оружия.
Так, 20 июля, выслушав нескольких фронтовиков и обстоятельно обсудив вопрос об оружии, сравнительно умеренный Совет Петроградского района одобрил решение о сдаче винтовок и пулеметов, но твердо заявил, что конфискация револьверов и холодного оружия будет считаться «контрреволюционным нападением на рабочий класс», которому он будет вынужден дать отпор всеми доступными средствами70. Когда Петергофский районный Совет 29 июля рассматривал вопрос о разоружении рабочих, депутаты запротестовали и заявили, что разоружать нужно не рабочих, а «контрреволюционные и хулиганствующие элементы, стрелявшие с крыш и окон домов… и явно и нагло выступающие в последнее время против революции и ее завоеваний»71. Было очевидно, что правительство не могло рассчитывать на серьезную помощь Петергофского Совета в изъятии оружия у рабочих. Насколько можно судить, таковой была позиция почти всех районных Советов.
Введение Временным правительством смертной казни также вызвало враждебное отношение к нему со стороны районных Советов. Типичным примером их реакции может служить заявление Рождественского районного Совета, в котором большевики все еще пребывали в меньшинстве:
«Одно из наиболее ценных завоеваний Великой русской революции – отмена смертной казни – было уничтожено одним росчерком пера Временного правительства… Во имя „спасения революции“ будут заседать военно-полевые суды, знающие только один приговор: смертную казнь, и солдаты, предназначенные к роли палачей, будут тащить своих обезумевших, истерзанных трехлетней дикой бойней товарищей… затем где-нибудь в углу, подальше от посторонних взоров, пристреливать, как собак, лишь за то, что они самоотверженно не отдали свою жизнь в интересах своих классовых врагов…
Получается величайшая бессмыслица: свободная страна отменила смертную казнь для высокопоставленных преступников, всех этих Николаев, Сухомлиновых, Штюрмеров и Протопоповых и т. п. (трое последних являлись царскими министрами), и сохранила ее для измученных трехлетней бессмысленной бойней солдат…
Преступление убивать измученных и отчаявшихся людей, впавших в безумие от сознания безысходности их страданий и не видящих конца этой бесконечной войне. Преступление обходить молчанием это реакционное поползновение Временного правительства против самого ценного из завоеваний революции…
Долой смертную казнь!
Долой узаконенное убийство!
Да здравствует революционный Интернационал!»72
На заседании 17 июля Междурайонное совещание, реагируя на целый ряд тревожных сообщений о контрреволюционных «насилиях» во всех районах, приняло резолюцию, в которой заявляло, что явные признаки «оживающей и организующейся контрреволюции» нашли отражение в событиях 3–5 июля и в последующие дни. Резолюция призвала Петроградский Совет проявить активность и решительность в выявлении контрреволюционных ячеек и настоять на том, чтобы правительство предприняло решительные шаги для борьбы с контрреволюцией. Резолюция, помимо прочего, потребовала всестороннего расследования всех незаконных обысков и арестов и немедленного освобождения политических заключенных, против которых все еще не выдвинуто серьезных обвинений73.
Легко себе представить беспокойство депутатов районных Советов, которые через два дня прочитали подробные сообщения о сенсационном частном заседании Временного комитета Государственной думы, состоявшемся 18 июля. На экстренном заседании Междурайонного совещания 21 июля все выступавшие депутаты настаивали на немедленном роспуске Временного комитета. Несколько ораторов требовали конкретных действий для осуществления данного требования. Представитель Рождественского районного Совета, например, предложил, чтобы участники совещания все вместе отправились в Таврический дворец и изложили свои взгляды Центральному Исполнительному Комитету. Предложение приняли с условием, что в дополнение к требованию о роспуске Думы депутаты районных Советов также потребуют восстановления всех прав армейских демократических комитетов, реабилитации левой прессы, прекращения попыток разоружить рабочих, немедленного освобождения всех политических заключенных, которым еще не предъявлены конкретные обвинения в нарушении закона, наказания Пуришкевича и Масленникова, отказа от расформирования полков Петроградского гарнизона и немедленной отмены смертной казни на фронте74.
В то же самое время отдельные районные Советы своими резолюциями ответили на требование Пуришкевича и Масленникова не жалеть виселиц для левых. Характерной для этих публичных заявлений является единогласно принятая Выборгским районным Советом резолюция:
«Совет рабочих и солдатских депутатов Выборгского района, узнав о частном совещании членов бывшей Государственной думы и выступлении их на политическую арену государственной жизни страны, находит, что дума как учреждение, созданное старым самодержавным строем… подлежит немедленному роспуску, и потому Совет требует, чтобы Временное правительство по решению Всероссийского съезда немедленно издало декрет о роспуске этого контрреволюционного учреждения, и категорически протестует против черносотенных членов думы, осмелившихся выступить и называть революционные органы кучкой фанатиков, проходимцев и предателей… Совет требует решительной борьбы с контрреволюционным элементом, и в частности с бывшими членами Государственной думы, и считает необходимым за оскорбление, нанесенное в лице Советов всей демократии, привлечь к суду»75.
Примечательно, что к концу июля даже сравнительно умеренные районные Советы больше заботились о сплочении всех левых организаций (включая и партию большевиков) на защиту революции, чем о наказании большевиков за их действия несколькими неделями раньше. Прежде враждебно настроенным депутатам в районных Советах теперь большевики представлялись просто левым крылом революции, которой угрожал разгром.
Желание забыть прежние обиды и тревога, вызванная оживлением контрреволюции, отчетливо прозвучали на экстренном заседании Междурайонного совещания 21 июля. В своем волнующем призыве к объединению всех демократических сил для борьбы с контрреволюцией меньшевик-интернационалист Раппопорт выразил мнение, что с началом наступления контрреволюции на большевиков можно также ожидать ударов и по левым организациям, близким к большевикам. «Контрреволюция мобилизуется, – заявил он, – и нам нельзя распыляться».
Судя по последующим высказываниям, большинство собравшихся представителей районных Советов разделяло подобное мнение. Комиссии из трех человек – один от Межрайонного комитета (Мануильский) и двое от меньшевиков-интернационалистов (Горин и Раппопорт) – поручили подготовить декларацию о контрреволюции и существующей политической ситуации для рассмотрения на районных Советах и последующей передачи Центральному Исполнительному Комитету. В документе, выработанном комиссией (это было первое публичное заявление Междурайонного совещания по общенациональным проблемам), июльское восстание характеризовалось как «стихийное выступление солдатских частей и рабочих», как прямое следствие политического кризиса, в известной мере вызванного кадетами. Согласно заявлению, контрреволюция использовала события 3–4 июля в качестве предлога для открытого наступления на революционную демократию, изолируя ее левый фланг. Расформирование полков, сохраняющих верность революции, массовые аресты, разгром рабочей прессы, дескать, только привели к ослаблению революционной демократии. Выражая мнение, что еще одно коалиционное правительство лишь углубит существующий политический кризис и еще шире распахнет двери перед наступающей контрреволюцией, декларация заключала, что только сильное революционное правительство, составленное исключительно из элементов революционной демократии и осуществляющее внутреннюю и внешнюю политику в соответствии с программой, намеченной съездом Советов, может спасти Россию и революцию76.
В декларации нашло отражение стремление (выраженное в исполкоме Мартовым) к объединению всех подлинно революционных элементов в исключительно социалистическом, Советском правительстве, которое будет бороться с контрреволюцией, осуществлять действенную программу реформ и добиваться заключения мира. Сильное желание сплотиться в деле защиты революции ярко проявилось в поддержанной большевиками и принятой 1 августа депутатами Нарвского районного Совета резолюции. В ней, в частности, говорилось:
«Принимая во внимание разложение в рядах революционной демократии всех партий и их оттенков, мы… считаем такое явление недопустимым и вредным ввиду грозной опасности, угрожающей стране как извне, так и изнутри. Считая далее, что все политические группировки и многочисленные оттенки исходят „сверху“ – оттенки, которые большинство в „низах“ даже не понимает и не знает и не может понять корня их… Мы… призываем откликнуться… всех тех, кто участвует в общеполитической борьбе и кому дорога наша молодая свобода… и рекомендуем сплотиться вокруг Совета рабочих и солдатских депутатов как высшего органа демократии. Предлагаем „верхам“ найти общий язык, дабы сплоченнее бороться с врагами революции»77.
Примечания:
1 «Живое слово», 8 июля.
2 «Речь», 7 июля.
3 Вторая и третья петроградские общегородские конференции большевиков в июле и октябре 1917 года. Протоколы. М.—Л., 1927. «Новая жизнь», 21 июля.
4 «Известия», 12 июля.
5 Там же, 12 июля.
6 Владимирова В. Революция 1917 года. Л., 1924, т. 3, с. 180–181.
7 Тоболин И. (ред.). Июльские дни в Петрограде. – «Красный архив», 1927, № 4 (23), с. 1—63 и № 5 (24), с. 3—70.
8 «Известия», 22 июля.
9 «Новая жизнь», 23 июля 1917 г. Фарфель А.С. Борьба народных масс против контрреволюционной юстиции Временного правительства. Минск, 1969, с. 98.
10 Зиновьев Г.Е. Соч. в 16-ти томах. М., 1923–1929. Относительно деятельности Зиновьева в 1917 году см.: HedlinM. Zinoviev’s Revolutionary Tactics in 1917 («Slavic Review», 1975, vol. 34, № 1, pp. 19–43).
11 Новый Центральный Комитет избрали на VI съезде. В его состав вошли: Я.А. Берзин, А.С. Бубнов, Н.И. Бухарин, Ф.Э. Дзержинский, Л.Б. Каменев, А.М. Коллонтай, Н.Н. Крестинский, В.И. Ленин, В.П. Милютин, М.К. Мура– нов, В.П. Ногин, А.И. Рыков, Ф.А. Сергеев, С.Г. Шаумян, И.Т. Смилга, Г.Я. Сокольников, И.В. Сталин, Я.М. Свердлов, Л.Д. Троцкий, М.С. Урицкий и Г.Е. Зиновьев.
12 Ильин-Женевский А.Ф. Накануне Октября. – «Красная летопись», 1926, № 4 (19), с. 15–16.
13 См. ниже, с. 72–74.
14 Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями. Сборник документов. М., 1957, т. I, с. 22.
15 Среди примерно 15 высших партийных руководителей на совещании от Петроградского комитета присутствовали: Бокий, Молотов, Савельев, Свердлов, Ногин и Володарский; из Москвы – Бубнов, Ольминский, Сокольников, Бухарин и Рыков.
16 Они опубликованы под названием «Политическое положение (четыре тезиса)». – В: Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 1–5. Разбор тезисов в: Совокин А.М. Расширенное совещание ЦК РСДРП (б) 13–14 июля 1917 г. – «Вопросы истории КПСС», 1959, N9 4, с. 130–131.
17 Орджоникидзе С. Ильич в июльские дни. – «Правда», 28 марта 1924. Это заявление Ленина не вошло в некоторые издания мемуаров Орджоникидзе. См., напр., Орджоникидзе С. Путь большевика. М., 1956.
18 По словам Подвойского, Ленин говорил ему о необходимости подготовки масс к вооруженному восстанию сразу же после демонстрации 18 июня. Ленин, как видно, обсуждал этот вопрос с Каменевым, Зиновьевым и Сталиным на квартире Фофановой вечером 6 июля.
19 См.: Вторая и третья петроградские общегородские конференции большевиков, с. 75, 85.
20 Комиссаренко Л.А. Деятельность партии большевиков по использованию вооруженных и мирных форм борьбы в период подготовки и проведения Великой Октябрьской социалистической революции (диссертация). Л., 1967, с. 23.
21 совокин А. М. Расширенное совещание ЦК РСДРП (б), 13–14 июля 1917 г. – «Вопросы истории КПСС», 1959, № 4, с. 132.
22 Вторая и третья Петроградские общегородские конференции большевиков, с. 85. Любопытный анализ работы совещания содержится в: Комиссаренко Л. А. Деятельность партии большевиков, с. 22–23. Об отклонении Ценфальным Комитетом рекомендаций Ленина в послеиюльский период см.: Сокольников Г. Как подходить к истории Октября. – В: «За ленинизм», М.—Л., 1925, с. 157–167.
23 вторая и третья Петроградские общегородские конференции большевиков, с. 84.
24 Там же, с. 144–145.
25 См. разъяснение Ольминского на расширенном заседании Московского комитета 15 июля в: Революционное движение в России в июле 1917 года, с. 186.
26 Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 10–17. Совокин А.М. Расширенное совещание, с. 134.
27 Федосихина Е.А. Большевистские партийные конференции накануне VI съезда партии (диссертация). М., 1969, с. 65–67, 87, 92.
28 Вторая и третья Петроградские общегородские конференции большевиков, с. 56.
29 Лацис М.И. Июльские дни в Петрограде. Из дневника агитатора. – «Пролетарская революция», 1923, № 5 (17), с. 115.
30 Первый легальный Петербургский комитет большевиков в 1917 году. Сборник материалов и протоколов. Куделли П.Ф. (ред.). М.—Л., 1927, с. 210–214.
31 «Известия», 16 июля 1917. Лацис М.И. Июльские дни, с. 116; «Петроградский листок», 19 июля 1917 г.
32 Вторая и третья Петроградские общегородские конференции большевиков, с. 64–68.
33 Там же, с. 69–70.
34 Там же, с. 70–71, 75–76.
35 Там же, с. 71–72.
36 Там же, с. 74–75.
37 Там же, с. 78.
38 Там же, с. 78–88.
39 Taм же, с. 88. Комиссаренко Л.А. Деятельность партии большевиков, с. 41–42. Менее чем через неделю Слуцкий попытался убедить Петербургский комитет пересмотреть оценку «текущего момента». См. протоколы собрания Петербургского комитета от 23 июля. – В: Первый легальный Петербургский комитет большевиков в 1917 году, с. 216.
40 Личные воспоминания о чистке, проведенной офицерами в воинской части. – В: Ильин-Женевский А.Ф. Накануне Октября. – «Красная летопись», 1926, № 4 (19), с. 10–12.
41 «Голос солдата», 12 июля
42 Невский В.И. В Октябре. – «Каторга и ссылка», 1932, № 11–12 (96–97), с. 28. Минчев А. Боевые дни. – «Красная летопись», 1924, № 9, с. 2. Скрытая неприязнь к Военной организации со стороны представителей районов проявлялась на заседаниях Петербургского комитета. См., например, враждебные выпады против Военной организации на заседании Петербургского комитета 17 августа. – В: Первый легальный Петербургский комитет большевиков в 1917 году, с. 227–229.
43 Вторая и третья петроградские общегородские конференции большевиков, с. 59–66. Но данному вопросу см. также: Рабинович С.Е. Большевистские военные организации в 1917 г. – «Пролетарская революция», 1928, № 6–7 /77—78/, с. 187–189.
44 Шестой съезд РСДРП (большевиков), август 1917 года. Протоколы. М., 1958, с. 289. Шумяцкий Б. Шестой съезд партии и рабочий класс, в: Товстуха И.П. (ред). В дни Великой пролетарской революции. Эпизоды борьбы в Петрограде в 1917 году. М., 1937, с. 92.
45 Ильин-Женевский А.Ф. Накануне Октября. – «Красная летопись», 1926, № 4 (19), с. 7.
46 Там же, с. 9.
47 Протоколы Центрального Комитета РСДРП (б). Август 1917 – февраль 1918, М., 1958, с. 4.
48 Там же, с. 24.
49 Там же, с. 20.
50 Всероссийское бюро было создано в июне на Всероссийской конференции Военной организации большевиков; в него вошли: В. Невский, Н. Подвойский, Е. Розмирович и Л. Каганович, избежавшие ареста в июле, а также Ф. Хаустов, А. Аросев, Н. Крыленко, К. Мехоношин и И. Дзевалтовский, которые были арестованы.
51 Протоколы Центрального Комитета РСДРП(б), с. 23–25.
52 Ильин-Женевский А. От февраля к захвату власти. Л., 1927, с. 98.
53 Невский В.И. В Октябре, с. 28–30.
54 Там же, с. 29.
55 Протоколы Центрального Комитета РСДРП (б), с. 22–23. Через две недели, вслед за мятежом Корнилова, Свердлов представил Центральному Комитету весьма благожелательный доклад о положении дел в Военной организации. Он заявил, что Военная организация представляет собой «не целостную политическую организацию, а военную комиссию при ЦК… Вся работа в Военной организации ведется под руководством ЦК: в „Солдате“ работает тов. Бубнов, а вся работа (Военной организации вообще ведется тов. Дзержинским и Свердловым» (Там же, с. 39).
56 Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями. Сборник документов. М., 1957, с. 23.
57 «Солдат», 20 августа 1917 г.
58 Там же, 29 августа.
59 Там же, 2 сентября.
60 Там же, 13 сентября.
61 Районные Советы Петрограда в 1917 году. М.—Л., 1964–1966, в 3-х томах. Относительно описания и анализа этих материалов см.: Theodore Н. Von Laue's review essay in: Kritika, 1968, vol. 4, № 3 (48); Rex A. Wade. The Raionnye Sovety of Petrograd: The Role of Local Political Bodies in the Russian Revolution (Jahrbiicher fur Geschichte Osteuropas, 1972, vol. 20, S. 226–240).
62 По этому вопросу см.: Wade R. The Raionnye Soviety of Petrograd, p 240.
63 Районные Советы Петрограда в 1917 году, М.—Л., 1964–1966, т. 3, с. 248–250. Наиболее полное исследование деятельности Междурайонного Совещания в: Лурье М.Л. Петроградское межрайонное совещание советов в 1917году. – «Красная летопись», 1932, № 3 (48),с. 13—43и№ 4 (49),с.30–50.
64 Эта независимость отразилась в проведенной Совещанием акции в ответ на призыв Центрального Исполнительного Комитета к сбору денежных средств. Большевики, по-видимому, противились оказанию такой помощи, в то время как большинство социалистов выступали в поддержку этого плана. В резолюции поданному вопросу Междурайонное совещание, одобрив денежный взнос на содержание аппарата Совета, тем не менее подчеркнуло, что, если центральные органы Советов испытывали трудности с приобретением денежных средств в районах Петрограда, то только потому, что петроградский пролетариат разочарован политикой руководства ЦИК. Представители районных Советов предупреждали, что до тех пор, пока большинство ЦИК коренным образом не перестроит свою политику, он неизбежно будет сталкиваться с пассивным отношением пролетариата ко всем аспектам своей деятельности, требующим массовую поддержку, в том числе и к финансовой помощи (Районные Советы Петрограда в 1917 году, М.—Л., 1964–1966, т. 3, с. 283–284).
65 Там же, с. 88.
66 Там же, с. 201. Материалы районных Советов не включают протоколов собраний Советов Пороховского и Обуховского районов за послеиюльский период. Если судить по их действиям в июле и августе, то можно предположить, что их позиции были похожи на позиции Советов Охтинского и Рождественского районов.
67 Там же, т. I, с. 143.
68 Там же, т. 3, с. 268–270.
69 Там же, т. I, с. 32–33.
70 Там же, т. 3, с. 70–71.
71 Там же, т. 2, с. 224–228.
72 Там же, т. 3, с. 203–204.
73 Там же, т. 3, с. 268–272.
74 Там же, т. 3, с. 272–279. Депутатов районных Советов приняли в Бюро ЦИК вечером того же дня, однако нет никаких данных о том, что эта миссия имела успех.
75 Там же, т. I, с. 144–145.
76 Там же, т. 3, с. 279–280.
77 Там же, т. 2, с. 46.
5
Воскрешение большевиков
Ночью 26 июля в самом сердце Выборгского района, в просторном зале частного общества, на открытие давно ожидавшегося VI съезда партии собрались со всех концов России около 150 большевистских лидеров и Национальная ассамблея большевиков началась с избрания Ленина, Троцкого, Каменева, Коллонтай и Луначарского почетными председателями съезда и закончилась спустя 8 дней и 15 заседаний пением Интернационала. За время между этими событиями делегаты выслушали приветствия и заявления о поддержке от Петроградского Совета профсоюзов, Американской социалистической рабочей партии, «заключенных солдат и офицеров Петроградского гарнизона», двадцати трех полков, дислоцированных в Риге, от нескольких тысяч рабочих Путиловского завода, трех петроградских районных Советов, социал-демократической организации мусульман Баку и от более дюжины других различных рабочих, общественных и политических организаций. Делегаты смогли из первых рук получить подробные сообщения о положении дел на местах. С докладами выступили представители Центрального и Петербургского комитетов, Военной организации и Межрайонного комитета, официально объединившегося с партией большевиков, а также посланники девятнадцати основных провинциальных партийных организаций. Важнейшими вопросами съезда были: выработка делегатами позиции относительно явки Ленина на суд2 и принятие решений по широкому спектру проблем, имеющих важное политическое значение, таких, как военный вопрос, экономическое и политическое положение в России. Кроме того, видимо желая ничего не упустить из виду, делегаты утвердили все резолюции, принятые Апрельской конференцией.
Работа VI съезда проходила в крайне напряженной обстановке, которая еще подогревалась периодически возникавшими слухами о намерении правительства Керенского силой разогнать съезд. Эти слухи приобрели большую достоверность 28 июля, на третий день работы съезда, когда правительство опубликовало декрет, дававший военному министру и министру внутренних дел право запрещать любые собрания и съезды, которые могли помешать военным усилиям страны или нанести ущерб государственной безопасности3. В результате место проведения съезда тайно перенесли в принадлежавший Межрайонному комитету отдаленный рабочий клуб, расположенный в Нарвском районе, на юго-западной окраине столицы. Почти одновременно партийное руководство организовало работу еще одного, не столь многочисленного съезда, который, собравшись отдельно, подготовил обращение к населению для опубликования в том случае, если VI съезд действительно был бы разогнан, а также в спешном порядке избрал Центральный Комитет для руководства большевистской деятельностью до следующего партийного съезда4.
Настроение делегатов, собравшихся в столь сложных условиях, ярко проявилось в той восторженной реакции, с которой они встретили речь меньшевика-интернационалиста Юрия Ларина, через несколько недель после окончания съезда вступившего в партию большевиков. Ильин-Женевский впоследствии писал: «Помню, какой энтузиазм охватил съезд, когда председатель (Яков Свердлов) заявил, что съезд хочет приветствовать один из вождей меньшевиков-интернационалистов т. Ларин. Под громовые аплодисменты медленно, еле волоча парализованную ногу и весь подергиваясь, продвигается Ларин сквозь ряды к ораторской трибуне. И чем ближе он подвигается, тем громче становятся аплодисменты»5. Обращение Ларина к делегатам частично состояло из призывов к революционному единству. «В то время, когда вы подвергаетесь травле, – сказал он, – долг каждого честного интернационалиста быть с вами… Теперь наступил момент, когда необходимо строить единую революционную социал-демократическую партию». Очередная задача – «переход власти в руки революционной демократии». Вместе с тем Ларин предупреждал против насильственных революционных действий. Он прямо заявил:
«У нас есть элементы, опасающиеся слишком большой уступчивости большевиков по отношению к Военной организации. Мы знаем, что во время движения 3–5 июля политическая власть партии агитировала против выступления, Военная организация призывала к выступлению…
Я слышал некоторых товарищей, говоривших, что Советы рабочих и солдатских депутатов встали на реакционную точку зрения, а потому: „Долой Советы! Создадим свою организацию!“ Вот та опасная дорога, по которой мы не могли бы пойти вместе с вами.
