Текст книги "Лекарь из Пустоты 7 (СИ)"

Автор книги: Александр Майерс

Соавторы: Алексей Ермоленков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 4

Афганистан, провинция Бадахшан, аул Хашим

Я помолчал, подбирая слова.

– Его аура буквально разорвана в клочья. Духи, которые были в том месте, нанесли ему очень много ран, которых не видно, но повреждения очень серьёзные, – сообщил я.

Не стал увиливать и говорить, что всё в порядке или что я обязательно вылечу Ивана. Потому что, даже если я использую все знания по ауральной хирургии и целительству в целом – гарантий нет.

Лицо Матвея окаменело. Он тяжело сглотнул, глядя на брата, и спросил:

– Он выживет?

– Не знаю, – честно признался я.

– Вы можете что-то сделать, граф? – побледнев, спросил Матвей.

– Могу, и сделаю всё возможное. Приступлю к операции немедленно.

– Я могу помочь? – дрогнувшим голосом спросила Алиса.

– Да, останься, мне понадобится ассистент, – ответил я, засучивая рукава.

Курбатов коротко кивнул и вышел. Мы с Волковой приготовили необходимые эликсиры, провели небольшую медитацию для концентрации энергии, а затем провели резонансную настройку.

Прежде чем приступать к операции, я решил поставить в ауре Ивана дополнительное плетение. Оно было необходимо, чтобы исключить внезапные нарушения жизненных показателей. Потому что задача передо мной стояла сложная, и такое вполне могло случиться.

Операция заняла почти шесть часов.

Я работал медленно, осторожно, как сапёр, обезвреживающий бомбу. Одно неверное движение – и аура Ивана могла рассыпаться окончательно.

Сначала я укрепил его ядро – то есть переплетение главных жизненных каналов, которое было серьёзно повреждено. Использовал собственную энергию, чтобы подпитать угасающий центр его ауры. Это было рискованно – слишком много энергии могло убить его так же верно, как если бы её было слишком мало. Но я чувствовал грань и поддерживал энергию в пределах нормы.

Потом занялся самими каналами. Основные были разрушены почти полностью, и сращивать их пришлось буквально по кусочкам. Я сшивал обрывки энергетических путей, заполнял пробелы, выстраивал новые связи там, где старые были уничтожены безвозвратно.

Использовать Пустоту практически не приходилось – лишь в тех местах, где требовалось убрать окончательно омертвевшие участки ауры или изолировать их друг от друга для предотвращения ошибки. Мне приходилось тратить много энергии, и я в очередной раз мысленно похвалил себя за то, что уделил внимание увеличению резерва.

Эх, сейчас бы мне не помешало зелье усиления целителей… Увы, когда я покинул Новосибирск, производство ещё не было налажено. Пришлось обойтись обычными эликсирами, которые временно увеличивали восстановление маны.

Позже они дадут сильный откат, особенно если их принимать в таком количестве, но сейчас я об этом не думал.

Алиса помогала. Заклинания я формировал по большей части сам, доверяя Волковой окончательное заживление сращенных каналов. Но благодаря резонансной настройке все мои заклинания становились сильнее и стабильнее.

Наконец мы закончили. Курбатов оставался стабилен – незначительные нарушения сердечного ритма и дыхания мы нейтрализовали с помощью внутривенных эликсиров. К счастью, среди того ассортимента, что я взял с собой, имелись необходимые составы.

Аура Ивана напоминала лоскутное одеяло – может, и аккуратно сшитое, но всё равно это выглядело ужасно. Но зато теперь, после операции, я уже мог гарантировать, что он выживет. Жизненные потоки восстановились, а важнейшие центры ауры уже начали показывать признаки восстановления.

– Ты как? – спросила Алиса, когда я тяжело опустился на стул.

– Нормально. Дай минутку, и продолжим, – тихо ответил я.

На самом деле я чувствовал себя готовым рухнуть на пол и проспать сутки без перерыва. Уже ощущались первые симптомы отката после мана-эликсиров. Волкова, судя по бледному лицу и мутным глазам, ощущала себя немногим лучше.

Но необходимо было сделать ещё кое-что.

Я выпил стакан воды и встал.

– Теперь плетение. Надо создать ещё одну восстанавливающую структуру, как можно ближе к центру ауры, – сказал я.

– Это же очень глубоко… Придётся потратить много энергии, чтобы стабилизировать структуру на таком уровне, а мы с тобой и так на пределе, – засомневалась Алиса.

– Зато так его аура быстрее начнёт исцеляться. Это критически важно, иначе образуются энергетические рубцы, которые могут повредить его дар или функции организма, – ответил я.

Алиса кивнула и сосредоточилась. Мы обновили сонастройку и вместе создали сложное энергетическое плетение, разместив его в глубочайших слоях ауры Курбатова.

– Вот теперь – всё. Остаётся ждать, – сказал я, отходя от кровати.

– Он выживет? – прошептала Алиса.

– Да. Но полное восстановление займёт долгое время. Не знаю, сколько именно – наверное, несколько месяцев. И ему нельзя будет использовать магию, пока аура не окрепнет.

Волкова посмотрела на Ивана. В её глазах блестели слёзы.

– Спасибо, Юра.

– За что? Мы вместе справились. Иди, отдохни, ты заслужила. Я ещё кое-что проверю, – произнёс я.

Она кивнула и вышла. Я ещё раз убедился, что жизненные показатели Ивана в норме, а потоки жизненной энергии текут стабильно. После чего тоже отправился спать.

Как только добрался до кровати, рухнул в неё и тут же уснул мёртвым сном.

Афганистан, провинция Бадахшан, аул Хашим

Просыпался я медленно, но, когда проснулся – чувствовал себя относительно неплохо. Снова благодаря структуре Дюваля. А ещё, наверное, благодаря свежему горному воздуху.

На улице уже стоял вечер. Значит я, как и думал, проспал почти сутки. Немного меньше, но не суть. Главное – что восстановился.

Душа в ауле, конечно, не было. Так что помыться мне пришлось с помощью кувшина и тазика. Зато ледяная вода из горной реки сразу взбодрила.

Я поужинал вместе со всеми, рассказав Матвею чуть подробнее о том, что сделал, и пообещал, что его брат выживет.

– Спасибо, граф, – Матвей склонил голову.

– Спасибо, ваше сиятельство, – эхом откликнулись его гвардейцы.

– Не за что. Иван мой друг, – ответил я.

После ужина я снова ощутил усталость. Может, энергетическое восстановление прошло как надо, но тело требовало больше отдыха. Я решил не мучить себя и снова отправился спать.

На следующее утро связался с Воронцовым по спутниковому телефону. Отошёл за границы аула, чтобы никто не слышал мой разговор и сел на камни, наслаждаясь красивым горным пейзажем.

– Наконец-то, Юрий Дмитриевич. Я уже начал беспокоиться, – вместо приветствия произнёс полковник.

– Не стоит, Юрий Михайлович. Со мной всё отлично, – ответил я.

– Сделали, что собирались?

– Да, – коротко ответил я.

– Отлично. Тогда, полагаю, мы можем обсудить просьбу, о которой я упоминал.

– Слушаю.

– Раз уж вы в Афганистане, да ещё и в провинции Бадахшан, со своими бойцами и отрядом Курбатовых, у меня есть для вас боевое задание, – отчеканил полковник.

Я едва не поперхнулся.

– В смысле боевое? Я помогаю вам как целитель, а не как боец!

– Я знаю, граф. Но обстоятельства требуют гибкости.

– Какие ещё обстоятельства? – насторожился я.

– Благодаря информации от Курбатовых о присутствии в Афганистане Чёрной касты мы вышли на ключевую фигуру. Полевой командир по имени Ахмад-хан. Он контролирует стратегически важный перевал, через который идут караваны с оружием и тёмными артефактами из Пакистана.

– Прекрасно. И при чём здесь я?

– При том, что эти караваны финансируют не только местных боевиков, но и Чёрную касту. Мы можем нанести им серьёзный удар, граф, перекрыв важный канал снабжения. Полагаю, это и в ваших интересах, – произнёс Юрий Михайлович.

Что ж, надо признать, в этом он прав. Мне не нравилось, что такая организация висела у меня на хвосте – а судя по открытке, полученной перед симпозиумом в Женеве, они не собирались отставать. Просто выжидали.

– Почему вы не можете сделать это сами? У СБИ достаточно ресурсов, – спросил я.

– Разумный вопрос, и я на него отвечу. У Ахмад-хана есть тёмный маг, который чувствует приближение чужаков через систему магических маяков, расположенных вокруг базы. Обычный спецназ не подойдёт незамеченным. Однако мы благодаря удалённому магическому сканированию нашли брешь в его защите, и от вашей позиции через неё можно быстро добраться до базы, – объяснил Воронцов.

– То есть вы хотите, чтобы я с небольшим отрядом штурмовал укреплённую базу полевого командира боевиков? – хмыкнул я.

– Я хочу, чтобы вы помогли остановить гражданскую войну в этой стране и заодно ударили по тем, кто пытается вас уничтожить, – ответил полковник.

Я молчал, обдумывая услышанное.

– Юрий Дмитриевич, я понимаю ваши сомнения. Просто хочу напомнить, что я уже не раз помогал вам вне своей юрисдикции и никогда не просил ничего взамен. Но сейчас прошу, – добавил Воронцов.

Это была правда. Воронцов действительно много раз выручал меня, особенно в последнее время. Да взять хотя бы то, что он помог мне быстро добраться из Новосибирска в Афганистан.

Но лезть в боевую операцию…

– Что конкретно от меня требуется? – спросил я.

– Если коротко – нужно захватить Ахмад-хана живым и освободить пленного офицера, который знает расположение всех складов и маршрутов. Если он погибнет, мы потеряем ценную информацию.

– Чей офицер?

– Официального афганского правительства.

Я потёр переносицу и вздохнул.

– Дайте мне час на размышление.

– Конечно. Жду вашего звонка, – согласился Юрий Михайлович.

Связь оборвалась. Я сидел, глядя на залитые утренним солнцем горы, и думал, стоит ли мне лезть в эту авантюру…

Афганистан, провинция Бадахшан, аул Хашим

Иван открыл глаза и несколько секунд не мог понять, где находится.

Низкий глиняный потолок, узкое окно, в которое бьёт яркий солнечный свет. Запах печного дыма. Чьи-то голоса за стеной, говорящие на незнакомом языке.

Он попытался сесть – и тут же застонал от боли. Всё тело ломило, словно его пропустили через мясорубку.

– Тише, тише! Не двигайся!

Мягкие руки уложили его обратно на подушку. Курбатов повернул голову и увидел Алису Волкову.

– Где я? – прохрипел он.

– В Хашиме. Ты в безопасности, – ответила Алиса.

В Хашиме? Что это вообще такое?

Стоп… это далекий горный аул в Афганистане, куда он прибыл с отрядом. Они искали храм, нашли его, нашли вход в скрытое подземелье, а потом…

Память вернулась так резко, что у Ивана затрещала голова. Он застонал и закрыл глаза.

Меняющий лабиринт и долгие часы, а может, дни блуждания. Агрессивные духи, с которыми приходилось постоянно сражаться. Хорошо, что при Иване оказался магический родовой клинок, иначе он бы вовсе ничего не смог сделать.

Но в какой-то момент духи всё равно его окружили. Он сражался, казалось, целую вечность и уже прощался с жизнью, когда вдруг…

– Юрий меня вытащил? – спросил Курбатов, открывая глаза.

– Да. Вы едва успели выбраться, прежде чем портал закрылся. Хочешь воды? – Алиса протянула ему чашку.

Он кивнул, и Волкова помогла ему напиться. Вода была с лёгким травяным привкусом – похоже, Алиса добавила в неё какой-то эликсир.

– А ты что здесь делаешь? – уточнил Иван.

– Я поехала с графом, чтобы тебе помочь, – негромко ответила девушка.

– Сколько я был без сознания?

– Почти двое суток. Юрий провёл операцию на твоей ауре, она была сильно повреждена.

– Насколько сильно? – уточнил Курбатов.

Алиса вздохнула, отводя взгляд.

– Он сказал, что видел подобное только у мертвецов.

– И… что теперь? Мой дар в порядке? – Иван приподнял руку и попытался сформировать заклинание.

– Нельзя! – Волкова крепко схватила его за запястье.

– Почему это? Я не могу пользоваться магией? – Курбатов похолодел.

– Можешь. Но Юрий сказал, что нельзя до полного восстановления, – объяснила Алиса, ослабляя хватку.

Иван помолчал, переваривая услышанное. Алиса не сразу отпустила его руку, а затем заботливо поправила одеяло.

– Что вообще происходит? Что с нашими людьми? Где Юрий? – спросил Курбатов.

– Где-то снаружи. Не знаю, что происходит, по-моему, они к чему-то готовятся. Появилось какое-то дело.

– Значит, я должен быть с ними, – Иван попытался приподняться.

– Ты с ума сошёл⁈ Тебе нельзя вставать! Аура ещё слишком слабая, – возмутилась Волкова.

Иван отвернулся к стене. Да, он понимал, что сейчас от него не будет проку. Но валяться здесь, пока остальные занимаются чем-то важным, казалось ему унизительным.

Алиса пересела на край кровати и посмотрела Курбатову в глаза.

– Знаешь, что сказал Юрий? Он сказал, что любой другой на твоём месте погиб бы в первые часы, а ты продержался больше суток.

– Да уж, пришлось…

– Он тобой восхищался. Сказал, что ты стал настоящим военным целителем и доказал это всем, – улыбнулась девушка.

Иван почувствовал, как к горлу подкатывает комок. Похвала от Юрия много для него значила. А слова о том, что он – настоящий военный целитель, были дороги сами по себе.

– Так что лежи и выздоравливай, – продолжила Алиса. – Сейчас это твое главное задание. А когда поправишься – будут другие.

Она тепло улыбнулась. Солнечный свет из окна падал на её лицо, и Иван вдруг заметил, какие у неё красивые глаза. Светло-карие, с золотистыми искорками. И веснушки на носу – раньше он их не замечал.

Он вспомнил, как впервые увидел её на съезде молодых целителей. Алиса тогда работала на Мессинга и притворилась, будто упала с лошади. Тогда она показалась Ивану просто симпатичной девушкой из обедневшего рода. Он и внимания особого на неё не обратил.

Но теперь…

Теперь она сидела рядом с ним, ухаживала за ним, не отходила ни на шаг двое суток. И смотрела на него так, словно он действительно был кем-то важным.

– Спасибо, – сказал Иван.

– За что?

– За то, что ты здесь.

Волкова слегка покраснела и отвела взгляд.

– Кто-то же должен следить, чтобы ты не натворил глупостей.

Иван усмехнулся. И вдруг понял, что она ему по-настоящему нравится.

Афганистан, провинция Бадахшан, аул Хашим

Полчаса спустя снова набрал номер Воронцова и без предисловий сказал:

– Я согласен.

– Рад слышать, граф. Тогда вот вам детали миссии… – немедленно перешёл к делу полковник.

Он рассказал о том, где находится база Ахмад-хана и через какой участок можно к ней подобраться. Оказалось, что командир боевиков расположился в старом караван-сарае – по сути, небольшая крепость у подножия горы.

Сколько там врагов – точно неизвестно. Вероятно, порядка двадцати-тридцати человек, без учёта подкреплений, которые быстро могут подойти из полевых пунктов поблизости.

Но самое интересное – полковник предполагал, что маг, который постоянно находится рядом с Ахмад-ханом – непосредственный член Чёрной касты.

– Его тоже нужно взять живым? – уточнил я.

– Желательно. Но если захват будет невозможен – ликвидируйте. Всё равно члены Чёрной касты погибают из-за наложенных на них проклятий. Мы пока не знаем, как с этим бороться, – признал Воронцов.

Возможно, у меня получится с этим справится с помощью Пустоты. Но вслух, конечно, я этого не сказал.

Я прикинул расклад. Тридцать пять километров по горам – это восемь-десять часов марша. Наши люди успели отдохнуть, поэтому справятся. Среди местных наверняка найдётся проводник, который поможет нам добраться до места и не свалиться по дороге в пропасть.

– Какое оружие у боевиков? – спросил я.

– Рассчитывайте на обычное стрелковое оружие, гранатомёты и несколько пулемётов. Артефактов вряд ли много – большую часть груза из Пакистана они переправляют дальше, не задерживая, – ответил полковник.

– Какие-то ещё детали?

– Я скину вам спутниковые снимки базы и окрестностей. Надеюсь, поможет. Там же будут фотографии Ахмад-хана, его мага и пленного офицера. Его обязательно нужно вывести живым.

– Понял.

– Если всё пройдёт успешно, СБИ будет у вас в долгу, Юрий Дмитриевич.

– Учту, – хмыкнул я.

– Удачи, граф. Жду доклада, – сказал Воронцов и сбросил звонок.

Я собрал всех.

Матвей, Шрам, Демид Сергеевич, бойцы Курбатовых и мои гвардейцы. Все, кто мог держать оружие.

– У нас появилось задание от Службы безопасности империи, – начал я без предисловий.

Шрам нахмурился и переглянулся с Демидом Сергеевичем. Оба были удивлены, но промолчали. Матвей спокойно ждал продолжения.

– В тридцати пяти километрах отсюда находится база полевого командира Ахмад-хана. Он контролирует перевал, через который идут караваны с оружием и тёмными артефактами. Вероятно, их финансирует Чёрная каста. Наша задача – захватить Ахмад-хана живым и освободить пленного афганского офицера. Проблема в том, что базу охраняет тёмный маг с системой магических маяков. Он чувствует приближение чужаков на расстоянии нескольких километров, – объяснил я.

– Тогда как мы подойдём? – спросил Матвей.

– В системе есть брешь, и она расположена так, что отсюда мы как раз сможем через неё пройти, – ответил я.

Достал из кармана телефон, открыл присланные полковником карты и показал.

– Вот наш маршрут. Тридцать километров до бреши, потом ещё около пяти до базы. Если выйдем сегодня вечером, к рассвету будем на месте.

– Сколько у них людей? – спросил Шрам.

– Точно неизвестно. Двадцать-тридцать человек, плюс могут прийти подкрепления.

– Весело, – хмыкнул Богдан.

– На нашей стороне фактор внезапности, и у нас три боевых мага. Если снимем часовых и подойдём близко, то сможем быстро ворваться в караван-сарай. А когда придёт подмога, уже им придётся нас штурмовать, – вставил Демид Сергеевич.

– Именно на это и расчёт, – кивнул я.

– Тогда я пойду поговорю с Абдулом. Это местный старик, он все горные тропы знает, – сказал Матвей и встал.

– Хотел попросить тебя именно об этом. Остальные – готовьтесь. Берём с собой максимум боеприпасов и минимум лишнего груза. Еда, вода, аптечки, оружие. Всё остальное оставляем, – проинструктировал я.

– Так точно, – хором ответили гвардейцы и отправились к выходу.

Шрам задержался.

– Господин, можно вопрос?

– Задавай.

– Почему вы согласились? Это не наша война.

– Тебе ли не знать, Богдан, что Чёрная каста – наш враг. Они охотятся за мной и моей семьёй. Если я могу ударить по ним здесь – я это сделаю, – ответил я.

Шрам кивнул.

– Понял. Тогда я с вами до конца. Буду рад отомстить этим ублюдкам за Питер, – он потёр грудь в том месте, куда Игнатьев ударил его молнией.

Мы вышли на закате. Часть людей на всякий случай оставили в ауле, взяли самых выносливых бойцов и всех боевых магов.

Алиса проводила нас до края деревни, обняла меня на прощание.

– Береги Ивана, – сказал я ей.

– Береги себя, – ответила она.

Я кивнул и двинулся вперёд.

Глава 5

Афганистан, провинция Бадахшан, где-то в горах

Абдул оказался невысоким жилистым стариком, удивительно крепким для своих лет. Он не задавал лишних вопросов – просто выслушал Матвея, кивнул и повёл нас в горы.

Тропа началась сразу за аулом и круто ушла вверх. Уже через час мы поднялись на добрых пятьсот метров, и воздух заметно похолодел.

– Здесь плохие места, – сказал Абдул на ломаном русском, когда мы остановились на короткий привал.

– Почему? – спросил я.

– Духи гор сердятся.

– Магические аномалии, – пояснил Матвей.

– Мы сталкивались с этим, когда искали храм. В некоторых местах вообще ничего не работает – ни связь, ни артефакты, – добавил один из его бойцов.

Я проверил телефон – действительно, сигнала не было. Спутниковый тоже не ловил.

Отлично. Значит, если что-то пойдёт не так, помощи ждать неоткуда.

Немного отдохнув, мы двинулись дальше.

Тропа петляла между скалами, то ныряя в узкие ущелья, то выходя на открытые склоны. Абдул шёл первым, уверенно выбирая путь в сгущающихся сумерках. Иногда он останавливался, будто прислушивался или даже принюхивался к чему-то, а затем менял направление.

Чем дальше, тем отчётливее я ощущал, что магический фон в этих горах был искажён – словно кто-то взял нормальное поле маны и скомкал его, как лист бумаги. Неудивительно, что здесь не работала связь.

Стемнело быстро. Сегодня было новолуние, а звёзды света не давали, поэтому мы шли почти на ощупь. При себе у нас были магические сферы, но их свет из-за аномалий был тусклым и часто моргал.

– Осторожно, узкое место, – предупредил проводник.

Тропа сузилась до полуметра. Справа – отвесная скала, слева – чёрная пропасть. Мы прижались к стене и двинулись боком.

И как раз посередине пути сверху раздался грохот.

«Камни!» – крикнул Шёпот у меня в голове.

– Обвал! – крикнул кто-то из отряда.

Наши боевые маги тут же сформировали защитные заклинания. Но отряд растянулся на узкой тропе, и накрыть барьером всех они не могли.

Я вскинул голову и увидел, как на нас летят камни размером с человеческую голову и больше.

Времени на раздумья не было.

Я выпустил Пустоту. Три камня, летевших прямо на меня и Шрама, что прижался к скале рядом, исчезли беззвучно, обратившись в ничто. Ещё несколько пролетели мимо и с грохотом рухнули в пропасть.

Кто-то закричал. Кто-то выругался. Мелкие камни застучали по шлемам и плечам.

А потом всё стихло.

– Все целы⁈ – крикнул Демид Сергеевич.

– Целы! – отозвались гвардейцы.

Шрам отряхнул пыль с плеча и посмотрел на меня.

– Повезло. Мимо пролетели.

– Да, – кивнул я. – Повезло.

В темноте никто не заметил, что камни исчезли. И хорошо.

Абдул что-то пробормотал на своём языке, приложив руку ко лбу, и повёл нас дальше.

К базе мы вышли перед рассветом.

Старый караван-сарай располагался в неглубокой долине между двумя хребтами. Массивные каменные стены квадратной формы, сторожевые башни по углам, единственные ворота с восточной стороны. Когда-то здесь останавливались торговые караваны, теперь располагалось логово боевиков.

Мы залегли на склоне в километре от базы. Я достал бинокль и начал изучать обстановку.

Часовые на башнях, ещё двое у ворот. Несколько патрулей обходят периметр. Внутри двора горят костры, видны силуэты людей.

– Что скажешь? – я передал бинокль Шраму.

Богдан долго смотрел, потом задумался.

– Надо снять патрульных, чтобы никто не поднял тревогу заранее. Часовые – проблема. Ликвидировать их незаметно и всех одновременно вряд ли получится.

– Значит, разбираемся с патрулями, а затем сразу атакуем, – кивнул я.

– Да. Но нужно действовать быстро. Патрули постоянно в движении, если боевики на башнях увидят, что они куда-то пропали, то заподозрят неладное, – ответил Шрам.

– Хорошо. Я справлюсь с патрулями, – сказал я.

Шрам удивлённо посмотрел на меня.

– Как?

– Есть одно родовое заклинание, оно поможет, – уклончиво ответил я.

Богдан явно хотел расспросить подробнее, но сдержался.

Я сосредоточился и мысленно позвал Шёпота.

«Дружок, видишь патрульных? Отряды, которые ходят вокруг крепости?»

«Вижу, конечно. Мне с ними разобраться?» – с азартом спросил дух.

«Именно. Повеселись, только действуй тихо».

«Легко! Можно лететь?»

«Подожди сигнала», – ответил я.

Я повернулся к остальным и произнёс.

– Слушайте план. Делимся на две группы. Сначала я с помощью ритуала вырублю патрульных. Как только путь будет чист, отправляемся вперёд и атакуем одновременно. Гвардейцы – уничтожить часовых на башнях. Боевые маги – пробить ворота, чтобы мы могли ворваться внутрь.

– Без проблем, – кивнул Евгений.

– Дальше действуем по обстановке. Надо успеть захватить караван-сарай до того, как прибудет подмога, а это всего лишь несколько минут. Затем основные силы остаются держать оборону, а я с малым отрядом иду захватывать Ахмад-хана. Вопросы? – спросил я.

Вопросов не было.

– Тогда готовьтесь. Мне нужно отойти, чтобы провести ритуал. Начинаем по моему сигналу, – сказал я и отполз в сторону от отряда.

«Шёпот, ты готов? Повеселись там…»

Афганистан, провинция Бадахшан

Шёпот обожал такие задания.

Он помчался вперёд, перескакивая от камня к камню, от куста к кусту. Невидимый, неслышимый, неощутимый. Идеальный разведчик и диверсант в одном лице.

Ну, если бы у него было лицо.

Первый дозор он обнаружил в полукилометре от базы. Два боевика сидели за валунами, лениво переговариваясь. Один, бородатый, что-то жевал, другой ковырял ножом какую-то деревяшку.

Шёпот засел в камне рядом с ними, размышляя.

Можно было просто оглушить врагов. Поднять камень и уронить им на головы. Быстро, эффективно, но скучно.

Хозяин сказал действовать тихо… Но ещё он сказал, что можно повеселиться.

Шёпот внимательно осмотрел боевиков. У бородатого на поясе висел небольшой кожаный мешочек. Судя по тому, как бережно он его касался время от времени, в нем было что-то ценное.

У второго из кармана торчал потёртый серебряный портсигар. Явно дорогая вещь.

Идеально.

Шёпот переместился в портсигар и аккуратно вытащил его из кармана врага. Тот даже не заметил. Дух подлетел к его товарищу и положил портсигар в лежащий рядом рюкзак – так, чтобы его было немного видно.

Боевик полез в карман, хотел достать тот самый портсигар, но рука нащупала пустоту. Он огляделся и увидел, что его вещь торчит из рюкзака бородатого.

– Ах ты ишак паршивый! Позор на голову твоего отца за то, что он воспитал вора! Как ты посмел украсть у своего товарища⁈ – начал возмущаться первый.

– Ты на солнце что ли перегрелся⁈ А ну извинись! – сурово надвинулся на своего приятеля второй боевик.

– Извиниться⁈ А вот это что⁈ – первый выхватил торчащий из рюкзака второго свой портсигар и долбанул им своего приятеля по носу.

– Ай! Я не знаю, как это туда попало! – принялся оправдываться второй.

– Ты еще врать мне будешь⁈ Н-на! – выкрикнул первый и с размаху ударил второго кулаком в нос.

– Шакал! Сам мне его подкинул, а теперь обвинить в воровстве хочешь⁈ – ответил второй то, что пришло ему первым на ум, и ударил своего приятеля в живот. Тот ухнул и присел, но спустя секунду оттолкнулся и прыгнул на второго, вцепился ему в глотку.

Они покатились по земле, молотя друг друга и ругаясь на чём свет стоит.

Пока они дрались, Шёпот по очереди переместился в их автоматы и на всякий случай сломал спусковые крючки. И не переставал хохотать. Люди такие глупые! Так легко поссорить их между собой. Достаточно одной маленькой вещицы.

Но веселье только начиналось.

Из темноты послышались быстрые шаги. Кто-то бежал на шум. Шёпот увидел третьего боевика – судя по нашивкам, командир этого дозора.

Он подбежал к дерущимся, рявкнул что-то приказным тоном, а затем стал разнимать. Пока он это делал, Шёпот быстро сорвал кожаный мешочек с пояса бородатого, который оказался набит монетами, и аккуратно снял цепочку с медальоном с шеи второго боевика. И сунул всё это добро в карман командира.

Патрульные нехотя расцепились, тяжело дыша и сверля друг друга взглядами. Командир встал между ними и начал отчитывать обоих, размахивая руками.

– Вы что тут устроили⁈ Почему деретесь на посту⁈ Вы хоть представляете, что будет, если об этом Ахмад-хан узнает⁈ Вы себе представляете последствия⁈ Чтобы больше такого не повторялось! – отчитал своих подчиненных командир.

Отлично. Самое время для второго акта.

Командир закончил орать и развернулся, чтобы уйти. И тут бородатый заметил, что его кошель пропал и начал вертеться по сторонам, оглядывая землю. Ну а Шёпот в тоже время взял и «выронил» мешочек из кармана командира. Вместе с ним выпала и цепочка второго боевика.

Патрульные переглянулись и оба побагровели от злости.

– Ах ты шакал!!! – завопил первый боевик.

– Позор на голову твоего отца за то, что вырастил вора!!! – поддержал его второй.

Командир так и не успел понять, что происходит. Успел лишь удивиться перед тем, как оба боевика бросились на него и начали бить, наплевав на субординацию и матеря его при этом на чем свет стоит.

Шёпот надрывался от хохота, наслаждаясь зрелищем. Дух давненько так не веселился. Но получилось довольно шумно, а хозяин просил быть потише. Значит, пора заканчивать.

Шёпот вселился в тяжёлый камень и поднял его воздух, а затем обрушил на голову бородатого. Тот как раз заносил кулак для очередного удара, но покачнулся и упал. Второго боевика постигла та же судьба, а следом дух вырубил командира.

Отлично. Чисто сработано. Хозяин будет доволен.

Теперь надо разобраться с другими патрулями. Шёпот больше не стал играть, а просто вселялся в камни и бил ими по затылкам боевиков.

Действовал быстро, поэтому никто не успел поднять никакого шума.

Ну, почти никакого. Один из патрульных успел хрюкнуть, прежде чем упасть. Но никто этого не услышал.

Шёпот облетел базу по периметру, проверяя, не осталось ли кого. Нет, всё чисто. Внутри двора люди спали у костров, не подозревая, что охрана уже нейтрализована.

Пора возвращаться.

Он помчался обратно к хозяину, перескакивая от камня к камню. По дороге пролетел над тремя боевиками из первого дозора – они всё ещё лежали без сознания, а вокруг валялись разбросанные вещи.

Шёпот хихикнул и полетел дальше.

Афганистан, провинция Бадахшан

Я дал сигнал, и мы двинулись вперёд, разбившись на две группы.

Перед тем, как мы вышли из укрытия, я сосредоточился и накрыл отряд коконом Пустоты. Теперь никто нас не увидит и не услышит.

– Что это? – шёпотом спросил Демид Сергеевич, почувствовав изменение.

– Артефакт невидимости. Пока мы внутри кокона, нас невозможно заметить, – ответил я.

Конечно, это была очередная ложь. Сколько раз мне уже пришлось соврать своим за эти дни в Афганистане? Каждый раз, используя Пустоту, приходилось выдумывать объяснения, которые звучали бы правдоподобно.

Мне это не нравилось. Эти люди доверяли мне свои жизни, а я врал им на каждом шагу.

Но другого выбора не было. Правда о Пустоте означала бы смерть – для меня и, возможно, для них тоже. Никто не должен знать.

Мы бесшумно приблизились к базе. Прошли мимо нескольких оглушённых боевиков. Шёпот постарался на славу.

Подойдя ближе к караван-сараю, мы разделились на два отряда. Я снял кокон Пустоты и тронул Евгения за плечо.

– Бей.

Он кивнул и выпустил заранее подготовленное заклинание. Огненный шар врезался в ворота. Громыхнуло, брызги пламени и щепки разлетелись в разные стороны.

Одновременно наши гвардейцы открыли огонь по часовым на башнях. Один за другим хлопнули снаряды подствольных гранатомётов. Боевой маг Курбатовых обрушил на одну из башен щедрый поток молний. Я с первой группой уже врывался внутрь крепости.

Боевики высыпали во внутренний двор, пытаясь понять, что происходит. Я ударил Пустотой, обращая в ничто магазины автоматов нескольких противников.

Демид Сергеевич и гвардейцы поливали противников свинцом, и мы быстро взяли внутренний двор под контроль. Бойцы Курбатовых забрались на башни, занимая позиции и отстреливая противников сверху. Уже через несколько минут крепость была под нашим контролем.

Врагов здесь оказалось меньше, чем мы рассчитывали, но нельзя было забывать про возможное подкрепление. Воронцов предупреждал, что рядом есть лагеря, откуда к врагам может быстро прийти подмога.

И она не замедлила явиться. До нас донёсся рёв моторов, свет фар разрезал темноту. Они и правда оказались недалеко.

Ахмад-хан и его маг прятались где-то внутри. Надо было действовать быстро, чтобы они не успели уйти через подземные тоннели, о которых тоже говорил полковник.