Текст книги "Глаз Муджароки (СИ)"

Автор книги: Александр Сёмкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

– Что будем пить? – спросила она, кокетливо прищурив глаза.

Семену выпить хотелось. Плюнув на воспитание, претившее ему пить в подобных местах, он как можно спокойнее сказал:

– Сто грамм Абсолюта и стаканчик минеральной

–О! Молодой человек предпочитает водочку подороже... Да нет у нас Абсолюта, не заказывает никто. Давай лучше я тебе Союз Виктана налью. Она у нас самая дорогая...

– Ладно, пусть так.

– А мне нальешь? – Барменша смотрела на Семена, уже не скрывая похотливого взгляда.– Мне такие парнишки как ты по вкусу...А то тут ходют одна пьянь, синяки вшивые....А типа тебя редко заходят...

Семен заставил себя усмехнуться

– Хорошо, наливай. Только я спросить хотел...

Барменша разлила водку по бокалам, нарезала дольками лимон, потом аккуратно наполнила небольшой граненый стакан минеральной водой.

– Это уже интересно. Мне обычно только заказывают, а вот чтоб спросить что-нибудь... Может и кафе закроем, а? Все равно время закрываться...

– Как хочешь...

Барменша вышла из-за стойки, и Семен заметил, что несмотря на некоторую полноту, ей еще удалось сохранить неплохую фигуру. Звонким нагловатым голосом она крикнула:

– Все, мужики, закрываемся. Давайте, выходите быстренько, а то мне тут еще за вами прибраться надо.

– Аллочка, еще пять минут...– раздались недовольные голоса,– тут еще водка осталась. Домой -то неохота...

– А ну, допивайте быстро, я уже закрываюсь.

Мужики, медленно поднимались, спешно допивая водку, ковыляли к выходу. Было заметно, что Аллу здесь слушались.

– Как это у тебя получается?– поинтересовался Семен.

– Что? Прогонять? – Алла лукаво усмехнулась.– Они знают, тута рядом наряд милиции дежурит, а там у меня родственник работает.

– Муж небось?

– А тебе какая разница? – Аллочка закрыла дверь за посетителями и вернулась за стойку. Потом подняла свой бокал – Давай выпьем, а то водка прокиснет. Да и не забудь, с тебя восемьдесят рублей.

Семен улыбнулся и вытащил деньги:

– Не волнуйся, заплачу.

Аллочка сгребла деньги, медленно выпила водку и смачно закусила долькой лимона. Потом сдула со вспотевшего лба локон своих светлых волос.

– Фу, жарко...– пробормотала она, незаметным движением раздвинув воротник своего фартучка. При этом обнажилась кружевная кромка черного лифчика.

– Ну, спрашивай теперь...

– Алла, я тут был вчера..

– Да ну? А почему я тебя не видела? Вчера была тоже моя смена.

– Не знаю.. Вчера здесь твоей закусочной не было. Ресторан тут был, шикарный, "Ночной Сюрприз" называется. Официанты все негры, в зале деревья растут африканские, рыбы разные плавают.

Аллочка прищурила глаза

– Парень, ты серьезно? Может, ты еще и наркоман? Что такое тебе привиделось?

– Да не привиделось мне! Именно здесь все и было. Я отлично помню.– Семен говорил совершенно искренне, и это насторожило женщину.

Она вышла из-за стойки и приблизилась к Семену. От нее пахнуло недорогими духами и потом. От всего ее тела шло тепло, лицо раскраснелось.

– А ты мне нравишься, знаешь?– Аллочка почти прижалась к Рукову .– Я же тебе не противна, правда?

– Не противна. Но меня сейчас интересует совсем другое. Очень, очень интересует!! Вчера же здесь был ресторан! Куда все подевалось?

Алла прикусила губу, искорки в ее глазах потухли.

– Да не было здесь никакого ресторана. Чего ты прицепился? Я уже пять лет здесь работаю. Может, ты улицей ошибся? Ведь много похожих улиц.

И тут Семен вспомнил. Он сунул руку в карман и вытащил визитку. На кусочке белого картона было крупными русскими буквами написано "Уадонго Мбоно. Повар". Вверху более мелким шрифтом можно было прочитать " Ресторан "Ночной Сюрприз". В правом нижнем углу был изображен странный знак, похожий на стоящего на задних лапах льва. Знак был обрамлен двумя изогнутыми копьями.Руков сунул визитку под нос барменше.

–Вот, полюбуйся. Сам повар мне вчера оставил. Может, сейчас что-то вспомнишь?

Алла внимательно посмотрела на визитку, опустила голову и положила ее на грудь Семену.

– Не грузи меня, лучше скажи, как тебя зовут.

Семен невольно приобнял ее.

– Семен...Можно Сеня

– Интересное имя.. Сеня, мой муж не живет со мной уже два года. Каждый день ко мне пристают всякие синяки, пьянчужки, – Алла вздохнула со всхлипом.– Я не хочу их. Мне хочется таких приличных и интеллигентных, как ты. Я хочу такого , как ты...Тебя хочу...Это тебя ни к чему не обязывает.– Она подняла на Семена влажные глаза– Да, я , может не совсем трезвая, я бесстыжая, но я знаю, что ты сюда больше не придешь, поэтому так и говорю... Вообщем, переспи со мной, пожалуйста...

– Алла, Алла, – Семен в сердцах отстранил от себя женщину.– Да у меня проблемы, большие проблемы, ты себе даже не можешь представить себе, какие у меня проблемы!! Мне сейчас не до любви. Я с ума схожу от того, что весь мир стал вести себя по-другому... Я не знаю как тебе объяснить.. Ну был же, был же здесь вчера ресторан!!!

– Дался тебе этот ресторан!! Да не было здесь никакого ресторана!

Алла плюхнулась на стул и обхватила голову руками.

– Уходи, Сеня. Ты сумасшедший... Мне надо закрываться.

Семен повернулся и пошел к входной двери.

Алла подняла голову и внимательно посмотрела ему вслед, при этом глаза ее хищно блестнули. Закрыв за Семеном дверь, она прошла в заднюю комнату, где находилась раздевалка, душ и небольшая кушетка, неторопливо разделась и шагнула в душевую кабинку. Если бы Семен мог сейчас заглянуть туда, он бы увидел вместо блондинки Аллочки стоящую под горячими струями чернокожую африканскую женщину...

***

Но Семен уже снова стоял на темной улице и сосредоточенно думал. Он почувствовал, что его болезнь снова к нему возвращается. Исчезли звуки, в голову лезли неясные тени незнакомых лиц. Захотелось курить. Руков подошел к стоящему на углу газетному киоску и уставился на выставленные в витрине сигареты. Какие выбрать? Пока он думал, его рука сама полезла в бумажник, вытащила две десятки и протянула их в открытое окошко

– Слышь, тётя, дай мне пачку "Дуката" и зажигалку, чтоб только работала...

Из окошка показались сигареты и пару медяков сдачи

– Сдачу себе отставь.

Семен затянулся и опять зашелся в диком кашле. Курить он не умел. Тогда откуда эта неодолимая тяга к сигаретам? Недокуренный бычок полетел на тротуар. Семен медленно побрел вдоль разноликих витрин, теряясь в вечерней шумной толпе прохожих. Где-то вдали послышался вой милицейских сирен. Руков непроизвольно напрягся, появилось дикое желание куда-то бежать. Он не смог противиться этому желанию и ускорил шаг, оглядываясь в ту сторону, откуда прозвучала сирена. Она завыла снова, только уже значительно ближе. Руков не выдержал и побежал. Прохожие шарахались от него в сторону. Раздались нелестные эпитеты об уровне его интеллекта. Семен свернул в первую же подворотню и нос к носу столкнулся со стройной, хорошо одетой девушкой, выходившей из дорогого, судя по внешнему оформлению, заведения с вывеской "Массажный салон".

–Куда прешь, идиот?

На Семена в упор смотрели холодные пустые глаза, почти скрытые густой тщательно расчесанной челкой. Семен застыл как вкопанный. Он узнал вчерашнюю посетительницу "Сюрприза". Звуки вернулись, и голова прояснилась.

– Извините.. я..

– Да пошел ты....– девушка независимо прошла мимо.

– Извините. Мы, кажется, были вчера вместе в ресторане...Постойте, это очень важно.

Девушка остановилась, оглянулась и еще раз надменно посмотрела на Семена.

– В ресторане? Да ты , мужик, рехнулся. Мы даже незнакомы.

– Я имел в виду, что мы были в одном помещении, за разными столиками.. Ресторан "Ночной Сюрприз", помните? Ну, вы же ведь помните?– голос Семена превратился почти в стон.

– От вас пахнет водкой. Идите домой и проспитесь, не вынуждайте меня прибегать к крайним мерам.

– Я выпил, совсем немного... Но я трезвый..

– Оно и видно, – девушка посмотрела по сторонам, ища глазами такси. – Я ни в каком ресторане вчера не была и отстаньте от меня.

Она махнула рукой, и возле нее лихо притормозила машина с желтой шахматкой на крыше. Еще мгновение и Семен остался один в синеватом облачке выхлопных газов. Он оглянулся по сторонам и замахал рукой показавшейся в потоке машин свободной легковушке. Водитель притормозил. Семен запрыгнул на переднее сиденье.

– Пожалуйста, скорее! Вон за тем такси!

Водитель посмотрел на него со странным выражением лица

– Вы что, из милиции?

– Да нет. За женой хочу проследить,– сболтнул первое, что пришло в голову.– Поехали, поехали скорее, я хорошо заплачу

– Ну если так,– водитель почесал подбородок.– Тогда давай, покатаемся.

Кататься пришлось недолго. Такси остановилось возле шикарного двухэтажного дома с добротной деревянной крышей и с гирляндами разноцветных ламп вокруг большой тяжелой входной двери. Недавняя собеседница Семена неторопливо вышла из машины, сунула водителю деньги и грациозно пошла ко входу в дом. Там, видимо, ее уже ждали. Двери распахнулись, едва девушка протянула руку к массивной металлической ручке, и в проеме мелькнуло темнокожее лицо. Девушка зашла внутрь, и дверь за ней захлопнулась.

Семен расплатился с водителем, который довольно хмыкнул, заполучив крупную хрустящую купюру, и медленно пошел в сторону незнакомого дома. Похоже, что это был частный особняк, хотя ничего, напоминающего ограду или забор, не было и в помине. Фасадом дом выходил на освещенную улицу, зато противоположная стена почти полностью скрывалась в густой тени окружающих дом деревьев. В ночное время суток рассмотреть , что находится за домом, было практически невозможно. Семен осторожно подошел к входной двери и прислушался. Внутри было тихо. Тогда он крадучись пошел вдоль стены и вскоре исчез в густом мраке подворья. Когда глаза привыкли к темноте, Семен осторожно заглянул за угол. В импровизированном дворе , который образовывали растущие по периметру высокие деревья, темнота не была столь непроницаемой. Во двор выходило два окна, в которых горел свет, и серебряные блики окон отражались на аккуратно подстриженном газоне. На просторной лужайке стояло два дорогих джипа. В кабинах никого не было. Гулкая тишина настораживала. Семен осторожно обогнул джипы и спрятался за стволом одного из деревьев. Отсюда ему было видно и входную дверь, и черный выход во двор, тогда как он сам оставался надежно прикрытый стволом дерева и мраком.

Тягучее время будто нарочно остановило свой бег. Семен сам не знал, на что он надеялся. Просто решил, что от девушки не отстанет. Будет ждать, сколько понадобится.

Внезапно открылась дверь черного входа. Семен инстинктивно прижался к шершавой коре спасительного дерева. В ярко освещенном проеме показалось несколько силуэтов. Один женский и три мужских. В женском силуэте Руков узнал свою недавнюю знакомую. Двое мужчин крепко держали ее за руки и подталкивали к джипам, третий шел сзади, в руках у него было нечто похожее на нож. Подойдя к одному из джипов, один из мужчин открыл дверцу и попытался затолкнуть девушку внутрь. Она начала отчаянно вырываться и закричала

– Я не поеду в Могаводо. Они меня зажарят и сожрут.

– А кто тебя спрашивает? Ты знала, что к Кляксе нельзя ходить дважды. – раздался сиплый мужской голос

– Я не все сказала... Да, я пошла к ней. Но вы не знаете мое желание целиком. Так вот, при церемонии я загадала, что тот , кто снова отправит меня в Африку, навсегда останется в Круге.

Мужчины остановились в замешательстве и ослабили хватку

– Ты блефуешь...

– Нет, она не блефует, – раздался другой мужской голос, тихий и испуганный. – Смотрите!

Раздался шорох снимаемой одежды, видимо тот, кто сказал последнюю фразу, пытался что-то показать на своем теле. Повисла напряженная тишина.

– Ах ты сучка!– послышалась какая-то возня и резкий женский вскрик.

– Мы сейчас вернемся, а ты пока подожди нас здесь.

Мужчины быстро влезли в джип, и тот с ревом сорвался с места. Одинокий женский силуэт постоял, покачиваясь несколько мгновений, а потом медленно повалился на землю. Семен осторожно вышел из своего укрытия и оглянулся. Вокруг было тихо. Он быстро подбежал к лежащей на земле фигуре. Девушка лежала скрючившись, зажав руками бок и тихо стонала

– Ты жива? – Семен вспомнил, что на ремне у него болтается мобильный телефон. Лихорадочным движением он вытащил его из чехла. – Сейчас потерпи, я скорую вызову.

Девушка перестала стонать и, повернув голову, пристально посмотрела на Семена.

– Это ты? Откуда ты взялся, что ты здесь делаешь?– Она опять застонала, изо рта у нее потекла тоненькая струйка крови

– Они тебя что, ножом? За что?– Семен тыкал в светящиеся кнопки телефона, пытаясь набрать 03.

– Да не суетись, никакая скорая не поможет, нож у них отравленный....Лучше беги отсюда, они сейчас вернутся.

– Блин! Я ничего не понимаю! Так ты знаешь что-нибудь про этот "Африканский сюрприз"?

– Знаю.– Голос бедняжки становился все слабее,– просто меня жадность сгубила... Все рассказать я тебе не успею.– она зашлась в кашле, выплевывая кровь

– Как тебе помочь??– Семен не знал, что предпринять, в беспомощности размахивая мобильным телефоном.

– Никак. Найди Пашота. Если ты вчера нажрался этой гадости, которую они тебе подсунули, только он сможет тебе помочь..Это я подбросила тебе монеты вчера... И бумажник забрала... Он в моей сумочке...Вытащи

– А что это было? Что все это значит? – Семен почувствовал, как холодный пот заливает спину. Стало по-настоящему страшно.

– Пароль это был, знак повару..Они охотятся за людьми...За разными...– девушка перевела дух.– Они практикуют какое-то свое колдовство над всякими частями тела. Особенно любят блюда из мозга...Из человеческого мозга...Тому, кто это съест, передаются свойства характера и память бывшего хозяина...Со временем человек может полностью превратиться .. Не могу.. Нет сил. Найди Пашота. Скажи,что ты от Ольги...– Девушка уже еле-еле шевелила языком. Руков вынужден был изо всех сил напрягать слух.– Пашот знает, что я была дважды у Кляксы... Он должен тебе помочь. Прости меня, парень. Я очень хотела им отомстить. Ты первый, кто подвернулся под руку....Найди Пашота.Он живет на улице Горной, в девятиэтажке... он.. он. – Девушка затихла.

– Что? Что еще?? Не умирай... Что еще ты хотела сказать???

Раздался рев мощного мотора и двор осветился ярким светом фар. Семен лихорадочно раскрыл женскую сумочку и сразу увидел свой бумажник. Выхватив его, он метнулся в сторону под деревья и пополз, раздирая торчащими из земли сучками пиджак и рубашку. Он не помнил, сколько времени он полз, пока не уткнулся в низкую каменную ограду. Его никто не преследовал. Медленно он встал с земли и отряхнулся. Еще ничего не соображая, он побрел вдоль ограды и вскоре оказался на оживленной улице. Только тут он почувствовал себя в безопасности и ,оперевшись о телеграфный столб, заплакал.

Семен не заметил, что когда совершал свой рейд через темный кустарник, нечаянно наступил на руку спящего на земле человека. Им оказался известный в местных наливайках алкоголик Жека, человек неопределенного возраста, нигде не работающий, промышляющий сбором пустых бутылок, копанием в мусорных баках и выпрашивающий выпивку у более приличных посетителей местных дешевых пивных. Несмотря на то, что вид Жека имел более чем непрезентабельный, некоторые местные старожилы еще помнили симпатичного парня, спешащего по утрам на работу в чистом аккуратном костюмчике, здоровающимся с каждым встречным. Тогда Жека еще не пил. Он работал инженером на асфальтовом заводе, только только получил новую однокомнатную квартиру и собирался жениться. Много воды утекло с тех пор. На заводе произошел несчастный случай, в котором обвинили Жеку, не имеющего к этому случаю никакого отношения. Пока шло следствие, жена сумела переписать квартиру на себя, продать ее и умчаться с каким-то своим любовником поближе к морю. Следствию удалось доказать непричастность молодого инженера к тому случаю, но обрушившегося несчастья хватило ,чтобы Жека постепенно превратился в горького пьяницу. На завод обратно взять его почему-то не захотели. Другую работу найти было трудно. Друзья сначала пытались ему помогать, пристроили в какое-то общежитие, даже нашли работу на мелькомбинате, но там Жека начал пить еще больше. Сил подняться у Жеки не было. Он превратился в обычного бомжа, от которого постепенно отказались и друзья и знакомые. Еще был отец, который жил далеко, в Санкт Петербурге. Он помогал сыну, пока тот парился в СИЗО, но потом и он нашел себе новую семью, и общение с сыном постепенно сошло на нет.

Жека проснулся от внезапной боли в руке и сначала долго вспоминал, где он, и что с ним. Потом попытался подняться. Это ему удалось с большим трудом. Голова привычно болела от выпитого накануне самогона, которым его угостили случайные собутыльники. Очень хотелось опохмелиться. Жека отдышался, оперевшись о дерево. Внезапно на него упал отблеск автомобильных фар, и донеслись отзвуки голосов, звучавших на повышенных тонах. Томимый жаждой Жека медленно поплелся в сторону спорящих людей. Он очень хотел выпить хотя бы чего-нибудь, пива, водки, любой бодяги. Тем не менее он не стал себя обнаруживать , а решил незаметно разобраться в обстановке. Он выглянул из-за дерева и протер глаза, чтобы лучше рассмотреть происходящее. На лужайке, освещенной фарами двух больших джипов, лежала девушка. Вокруг нее сгрудились силуэты трех мужчин, один из которых всматривался во мрак деревьев, за которыми спрятался бомж.

– Мужик какой-то! Точно туда побежал!

– Ну беги, догоняй. Ты там видишь что-то? – другой силуэт подкурил сигарету и сплюнул.– Теперь хрен догонишь. Что с Олькой?

– Сдохла...Не видишь?

– Ганнибал, а ты что скажешь?

Мужчина, которого назвали Ганнибалом, склонился над лежащим телом. Замер на секунду, потом выпрямился.

– Не...Жива еще... Что думаешь, я не знаю, куда пырять что-ли?.. Правда, скоро сдохнет...

– Она нужна в Могаводо. Давай, Ганнибал, покажи, чему тебя учили

Ганнибал кашлянул в руку, оглянулся на джип

– Толик, выруби фары и разведи костерок.

Один из мужчин послушно залез в машину, фары погасли. Теперь Жеке было почти ничего не видно. Но это длилось недолго. Вскоре весело затрещал небольшой костер, снова осветивший лужайку мерцающим светом. Ганнибал склонился над костром, держа в руках удлиненный предмет, похожий на шпагу. Потом он поднял голову и тихо произнес

– А на кого направить муджароки?

– Во, блин, совсем забыли. – мужчины непроизвольно начали оглядываться по сторонам. – Не на себя же....

Жеке снова не повезло. Пытаясь разглядеть побольше, он перенес всю тяжесть тела на руку, которой опирался о дерево. Внезапно рука сорвалась, и Жека хлопнулся на землю, от неожиданности произнеся краткое ругательство. Когда он понял свою ошибку, было поздно, его уже подхватили под руки и подняли на ноги.

– Так это то, что нужно! – довольный Ганнибал внимательно рассматривал бомжа, – его ж никто не хватится...

– Мужики,– попробовал оправдываться Жека,– да я ж здесь случайно, мужики. Я ж ничего такого...

– Да не бойся, дядя, больно не будет. Стой тут.

– Да я постою... Может, у вас что-нибудь выпить имеется? Трубы горят.

Ганнибал подошел к костру и вытащил из огня шпагу

– Может и имеется, подожди чуток.

Жека зачарованно смотрел на раскаленную до красна шпагу. Вот огненный кончик дотронулся до лежащего на земле женского тела. Ганнибал что-то забормотал под нос. Стоящие рядом мужчины отвернулись и отошли немного в сторону. Из тела начал исходить голубой туман, постепенно превращающийся в человеческую фигуру. Туман становился плотнее. Казалось, что сама девушка, одетая в прозрачные облегающие одежды, медленно встает на ноги . Ганнибал стоял, покачиваясь, запрокинув голову. Внезапно он закричал противным низким голосом:

– Муджароки!!!

Затем поднял шпагу и как школьную указку направил ее на Жеку. Несчастный алкоголик мгновенно протрезвел и застыл от леденящего ужаса. Голубая фигура, проплыв в ночном воздухе, накрыла собой беспомощного бомжа. Последней мыслью, промелькнувшей в голове Жеки, было то, что опохмелиться он так и не успел. Когда он упал на землю, он был уже мертв.

Продолжение сюрпризов

Семён не помнил, как он добрался домой. Перед глазами стояла умирающая девушка, назвавшаяся Ольгой. А, может, это было не ее имя. Какая разница.... Жизнь за два дня приняла такой крутой оборот, что Руков почти на каждом шагу думал, что это все происходит не с ним, что вот сейчас он проснется, и все станет на свои места. Он снова будет заниматься своими проектами, ездить на дачу, знакомиться с симпатичными девушками, ходить с друзьями по вечерам в бильярдные клубы, ездить на пикники. Он всегда был уверен, что с ним не может никогда случиться ничего экстраординарного. Слишком много сил было затрачено, чтобы добиться определенной жизненной стабильности и уверенности в завтрашнем дне. Семён метался в полузабытьи в собственной постели. Сон одолевал его молодой, уставший от дневной беготни организм, но возбужденный мозг снова и снова возвращал его в полудрему. Он бредил в полусонной забывчивости где-то на границе сна и яви, которая тоже казалась почти сном. Он ворочался под тонкой простыней в липком поту, узнавая в темноте бредового забытья всплывающие знакомые и незнакомые лица, обрывки фраз. Внезапно на фоне запутанного калейдоскопа мелькающих фигур из мозаики черных, серых и желтовато– розовых пятен возникло лицо мертвого человека. Совершенно незнакомого человека. Лицо, испещренное преждевременными морщинами, с мешками под глазами, запущенной щетиной и красным алкоголическим носом. Такие лица Семён видел у хронических алкоголиков и бомжей, постоянно слоняющихся по городским помойкам. Это лицо беззвучно говорило: «Я умер из-за тебя, я умер из-за...» Семён проснулся и вскочил. Сердце бешено стучало, простыня была мокрая от пота. Что это было?

Комната была освещена мерцающими бликами работающего телевизора. Ну, конечно, Семён завалился спать, в очередной раз забыв выставить режим автовыключения.

Шла ночная передача, посвященная деятельности работников уголовного розыска. Какой-то журналист дежурным голосом передавал самые свежие оперативные новости с места событий. На этот раз речь шла о том, что на окраинах центрального парка был обнаружен труп мужчины со следами насильственной смерти. Судя по всему, мужчина принадлежал к клану бродяг без определенного места жительства. Однако паспорт при нем был. Крупным планом на экране появилась фотография из паспорта.Милиция просила всех, кто что-нибудь знает о погибшем, позвонить дежурному. Семен вздрогнул. На него с экрана смотрело лицо, несколько мгновений назад привидившееся ему во сне. Семен застонал, это уже было слишком. Кошмары начинали принимать физические очертания.

Семён выключил телевизор и прошёл на кухню. Хотелось спать, но ноющая, давящая тоска, засевшая где-то в животе, заставляла сердце бешено колотиться. Семён открыл сервант и вытащил початую бутылку водки. Отхлебнул изрядно. Водка долбанула в нос, заставив закашляться. Немного полегчало. Руков поплелся в комнату и рухнул в кровать. Надрывно зазвенел звонок входной двери.

***

Валечка быстро взяла себя в руки. Она сама не понимала, что с ней случилось. Она забыла, когда она плакала в последний раз. И вот вдруг разреветься на ровном месте! Ни с того ни с сего. Подумаешь, Паша ее уволил... Ну и что? Она и сама чувствовала, что после той поездки в Австрию он стал каким-то другим. Его отношение к ней не поменялось, но в глазах светилась болезненно мучительная, неутомимая раздвоенность, как будто он сам пытался себя наказать за свою слабость. Такое случается с мужчинами, когда они, думая, что идут на простенький мимолетный флирт, на полном скаку влипают в бешеную, нежеланную, а от того наиболее болезненную и мучительную любовь. Сама виновата. Паша не был ей противен, с ним было так здорово там, в Австрии. Она надеялась, что это их сблизит, и не была против повторения приключения. Но только из-за того, что ей нравилась неугомонная деятельная энергия "Контро", она заряжалась от этого бесшабашного оптимизма, от ежедневной феерической круговерти планов и идей. И именно с ними она спала в Вене, она хотела это ощутить всем телом, впитать в себя заряд мужской самобытной силы. Но она не любила Пашу. Она подумала, что и он это отлично понял, более того, сам предложил такую расстановку фигур на доске. Но Паша в нее влюбился. Стремительно и прочно. Эта любовь не могла закончиться ни чем иным, как расставанием. Скорым и безвозвратным. Валя это знала, понимала свою ошибку и уже готовилась сама уходить из "Контро". Паша воспользовался первым подходящим предлогом. Но Валечка не была расстроена из-за увольнения. Она почувствовала совсем другое. Нечто, что совершенно не входило в ее планы. Она всегда считала, что обладает самой неприступной крепостью, которую она возвела вокруг своего сердца. Эту уверенность подкрепляли многочисленные знаки внимания со стороны мужчин, к которым Валечке удавалось оставаться равнодушной всегда. Она очень любила и уважала себя за это свойство характера, потому что не хотела попасться на удочку смазливому проходимцу, вкусить горький вкус женских ошибок, постоянно преследовавших ее подруг и знакомых. Она хотела абсолютной власти над мужчинами, убеждала себя, что любовь – это выдумка лентяев и фантазеров. А теперь? Теперь она почувствовала, что крепость пала. Не сразу. Постепенно. Вобщем-то, Валечка в глубине души осознавала, что крепость потихоньку сдает свои бастионы, но не препятствовала этому, считая, что в конце концов, это просто временная слабость. А потом внезапно осознала, что крепости больше нет. Крепость пала. Но не перед Пашей, а перед Семёном. Большим серьёзным мужчиной, который сразу на нее и не произвел особого впечатления. Подумаешь, мышцы под рубашкой и веселые ямочки на щеках. Приятный баритон и искорки в глазах по утрам, когда он заходит в кабинет к шефу. Подумаешь, треплется по-французски и по-английски и вечно занят своими расчетами. Подумаешь, внимания на нее, Валечку, ноль. А-а-а. Опять разревелась! Все, все, минутная слабость!

Валечка вышла на улицу и тихо пошла по квадратикам тротуара, цокая каблучками. Даже легкость появилась. Она нисколько не переживала из-за потери работы. Буквально завтра у нее будет другая, даже лучше нынешней. Она остановилась и посмотрела на вечернее небо. Небо было томное, от него шло тепло и нежный ветер. На фоне звезд ей примерещились глаза Семёна. Ей стало грустно. Зазвонил мобильный. Валечка вытащила его из сумочки, приложила к уху

– Алё...

– Привет, Валька!– голос самой лучшей подруги Насти сразу поднял настроение. – Чем занимаешься?

– Иду по улице и грущу, а ты где? Почему так долго не звонила?

– А я в Париже была. Впечатлений море.

– Да ты что? Класс!

– Я сейчас в "Ночном Сюрпризе". Давай присоединяйся, только никакие отговорки не принимаются. Хочу познакомить тебя со своим женихом.

Валечка почувствовала, что больше всего на свете хочет встретиться со своей подругой, развеяться от невеселых мыслей.

– А где это, "Ночной Сюрприз"?

– Не поверишь, это ресторан, которого никто не знает. Да он в двух шагах от твоей работы. Ты сейчас на какой улице?

–Да вот, как раз только вышла с работы.

– А идешь в сторону Театральной Площади?

Валечка оглянулась. – Да.

– А переулок впереди видишь?

– Нет...

– Там еще фонарь стоит, такой старый медный. Ретро

– Нет, не вижу.

– Так пройди немного вперед. Как увидишь фонарь, так мне перезвони.

– А, может, такси лучше взять?

– Да зачем такси? От твоей работы это пешком минут десять.

– А я уже минут пять иду.

– Ну так перезвони, как фонарь увидишь

– Договорились.

Валечка, приободрившись, прибавила ходу и вдруг увидела старый фонарь, одиноко светивший на углу темного переулка, который можно было заметить, только почти вплотную подойдя к перекрестку. Она даже немного испугалась. Набрала номер подруги.

– Ну что, нашла фонарь?

– Нашла, только переулок какой-то мрачный...

– Не бойся, это недалеко. Иди по правой стороне, я тебя встречу. Уже лечу, подруга!!

Валечка спрятала телефон в сумочку и вошла в переулок. Стало тихо. Девушка еще секунду назад слышала оживленный шум прилегающих улиц, но теперь вокруг звенела наэлектризованная тишина. Ветер прекратился. Каблучки туфлей перестали цокать. Валечка посмотрела под ноги. Тротуар по-прежнему был вымощен каменными аккуратными плитками, которые почему-то странно светились почти незаметным глубоким синим светом. Двухэтажные дома по обе стороны переулка настороженно смотрели своими темными окнами. "Что за хренотень?" – подумала Валечка. Ей стало страшно. Как-то похолодело внизу живота. Захотелось вернуться назад. Но желание встречи с любимой подругой победило страх. Зажмурившись, как в детстве при просмотре фильмов ужасов, Валечка уверенно пошла вперед. Плитки тротуара по– странному пружинили, воздух сгустился так, что, казалось, его можно потрогать руками. Валечка не помнила, сколько времени она шла

– Валюха!! Привет!!

Настя стояла, расставив руки для объятий. Она была одета в шикарное обтягивающее платье с огромным декольте, обнажающим широкие округлые сексуальные Настькины плечи. Валечка облегченно вздохнула и бросилась в объятия подруги. Весело болтая, девушки направились к призывно светящейся надписи "Ночной Сюрприз". Внезапно Валя остановилась и удивленно осмотрелась по сторонам

– Послушай, Настька, здесь же никогда не было ресторана. Я этот закуток помню. Здесь живет один мой...ну не важно. Он меня пытался к себе домой затащить, я еле отделалась. Так здесь какая-то закусочная была. Это я точно помню... Мы еще с этим самым знакомым там кофе пили...

– Ну ты скажешь, подруга.. Я же тебя предупредила, что этот ресторан знают немногие. Идем, идем, Витька заждался уже.

Настя распахнула перед подругой входную дверь, пахнуло вкуснющими приправами и весельем. Валечка постаралась избавиться от неприятного ощущения тягучего страха, внезапно кольнувшего сердце. Она стояла перед затененной дверью и смотрела на свое отражение. Неожиданно отражение начало расплываться и на его месте возникла картина помещения, которое находилось за дверью. Это было помещение той самой забегаловки, о которой Валечка пыталась рассказать подруге. Но, о ужас! Там перед стойкой стоял Семён и беседовал о чем-то с фигуристой светловолосой барменшей, которая изо всех сил строила ему глазки и сально улыбалась. Валечка побледнела.

– Это что? Ты куда меня привела? Там же Семён.... Что он там делает?

– Ты что, сбрендила? Какой Семён?

Настя озадаченно смотрела на Валечку, на ее побелевшее лицо, удивленно приоткрытые губы.

– Может, тебе плохо? Что случилось?

Дверь, перед которой находились девушки, внезапно распахнули изнутри. На пороге стоял высокий чернокожий парень портье и улыбался широкой белозубой улыбкой.