Текст книги "Один ленивый мальчик (СИ)"

Автор книги: Александр Бельский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 25 страниц)

Третий: что делать с бунтовщиками? Мы можем выполнять полученный приказ и оставаться в крепости Хесефмаджаиу, храня её и дорогу. Мы можем всё бросить и всеми нашими силами отправиться в погоню за одним из отрядов, в надежде или спасти пленных, или отбить скот, или, самое главное – схватить или хотя бы убить главного злодея – колдуна. И мы можем оставить часть сил своих в крепости, в ожидании подкреплений, а частью, пока не остыл след в пустыне, отправиться преследовать, избегая боя и выслеживая путь бунтовщиков или колдуна.

Итак, снова спрошу у чародейного господина: каков будет ваш совет, отец мой?

– Я не военный человек, господин мой, – сказал жрец, но, полагаю, нападения более не стоит опасаться. Бунтовщики преступники, но не безумцы. Сейчас они, скорее всего, рассыпавшись на отряды, идут к своим домам в надежде ускользнуть от карающей длани силы Его величества, да будет он благополучен, здрав и силен миллион лет. Поэтому я не жду беды ни для караванной тропы, ни для крепости, ни для Страны. Что до гонца – по тем же причинам думаю, что нужно отправить опытного и легконого воина рано утром, чтобы он как вихрь промчался весь путь. Ну и главное. Полагаю, до прибытия подкрепления и получения приказа отряд наш должен выполнять полученный приказ и оставаться в крепости.

Хори, продолжавшему неспешно расхаживать, на этот раз с заложенными за спину руками, хорошо видны были все. И жрец, явно побаивающийся и остаться в крепости со слабым отрядом и уж тем более – покинуть её, бросаясь в погоню, и довольный Нехти, который, казалось, готов был заключить Саи-Херу в объятья, и скрививший губы Богомол, и непроницаемый, как сфинкс, Минмесу.

– Понятно, чародейный господин. А ты, Иштек, что скажешь?

– Нападения не будет. По следам было видно, что они ушли, и они спешат. Зима – время ветров. Беда тому, кого буря застанет в пустыне. Похоже, сегодня мы это поймём и сами. Надо дать команду поводырям ослов замотать морды животным, а солдатам – набрать воды впрок. Я думаю, вот-вот будет буря, но к утру она стихнет, и можно будет отправить гонца. Но лучше – двух-трех опытных солдат. Пустыня есть пустыня. Львы после бури будут в своих логовах, не любят они такую погоду, но одиночке в пустыне все равно опасно.

Что до следов бунтовщиков – к утру их не останется, ветер сотрёт все, как тряпка рабыни – пыль со стола. Но преследовать презренных надо. Большой отряд бесполезен – наших джамму видно по вздымаемой ими пыли за десять полетов стрелы, и слышно, как они пердят и болтают – за двадцать. Они добрые новобранцы, но ещё никакие воины пустыни. Мясо. Смазка для копий. Нужно три-четыре лучших бойца-следопыта, прочесть путь и найти их логово, а там – ударить всей силой и истребить всех!

Лицо обычно спокойного Богомола полыхало ненавистью, и Хори понимал, почему – у него были личные счёты к бунтовщикам. Судя по всему, он полагал, что его удача окончательно исправится, когда он, или они всем отрядом, (но лучше он сам, своими собственными руками) перебьёт всех повинных в своей ране и временном помрачении рассудка. Да и раньше Хори и слышал, и видел, что люди, получившие тяжкий удар по голове, иногда бывают неуравновешены и кровожадны. Он спросил у долговязого маджая:

– Хорошо, но как их найти? Ты сам сказал, к утру все следы пропадут!

Иштек фыркнул:

– В пустыне, да со скотом или пленными? Я далеко проследил их путь, даже там, где они скрыли свои следы. В секретных колодцах для такой толпы воды не хватит, а все места, где они могут напоить стадо или пленных – наперечёт. И – затрет сегодняшние следы. А завтрашние будут четки и прекрасны. Найти их не проблема – и найдём!

За стеной хижины уже был слышен поднимающийся ветер. Хори развернулся к десятнику и спросил:

– Ну, а ты что думаешь, Нехти?

Нехти, понимая, что его приглашают высказаться для остальных и в преддверии слов писца, почти дословно повторил то, что на рассвете сказал уже командиру:

– Гонцов, ибо я согласен с Иштеком, их должно быть хотя бы двое, отправить надо, и немедленно после бури, пусть даже и не совсем ещё рассветет, и самых быстроногих, чтоб они за день одолели путь. Но никто не сказал про камень Богини. Хесемен следует оставить на месте до прибытия подкреплений. Так будет верней, спокойней тебе, а гонцы доберутся быстрее, если не будут тащиться с обозом. Затем, как ты сказал, надлежит решить с похоронами погибших – нужно отослать тела в Кубан, и далее, к их семьям. А если все покинут крепость, то как это нам сделать? И мы ещё упустили негров диких тех – нельзя им шляться без призора, а тем более с золотом, но и караван с продуктами для их земли здесь не наберёшь.

О них тоже следует донести господину Пернеферу в послании, чтобы им готовили караван еды в обмен на золото. А вот в погоню нам никак нельзя. Сразу по двум причинам. Первая – наш приказ стать крепкой ногой в крепости этой. Как её охранять, да ещё при четырёх погибших и двух раненых, если кинуться в погоню? Какими силами и куда кидаться нам? Помнишь, после тех детей-Проклятых, я говорил тебе, что отряд джаму назначили сюда, чтоб он набрался опыта в безопасном месте? А тогда разговор был вовсе не о погоне за отрядом, в котором воинов, возможно, больше, чем нас всех вместе взятых, с погонщиками, собаками и ослами. Кого ты отправишь в погоню, а кого оставишь, ибо повторю – крепость оставлять нельзя! У нас прямой приказ! И, говоря о том, что мятежники прячутся по своим убежищам, вы забыли одного из них – колдуна. Он уйдет со своим отборным отрядом втайне от прочих. А если они кружным путем вернутся? Наших сил не хватит и удержать крепость, и преследовать нечестивцев. А если посланый отряд их, спаси все боги, нагонит? Это верная смерть для посланых.

Пусть они, грабители и жалкие негры эти, и отягощены скотом и пленными – они воины пустыни, которые умеют здесь воевать, отыскивать воду, путать следы и устраивать засады. Они увидят вас и сосчитают на расстоянии втрое большем, чем вы их заметите со всем их обозом. А если послать в погоню моих «стариков», то ведь их теперь всего пятеро, считая и меня. И, если нагрянут сюда вдруг недруги, то никто из джаму и не заметит, как их зарежут во сне, особенно если не будет ни тебя, ни меня. Это будет напрасный поход, молодой господин. Иштек прав, в пустыне никуда не денешься большим отрядом, вода нужна всем. Нужно особо указать в донесении Господину конюшен все эти мысли и подробно расписать про вредоносного колдуна, дабы он прислал сюда сильных воинов песка, стражей пустыни. А они уж пусть преследуют нечестивцев и бунтовщиков.

– Ну а ты, достопочтенный Минмесу? Что скажешь ты? – спросил Хори у последнего невысказавшегося участника их совета.

– Я, как и досточтимый херихеб, не военный человек. Но знаю одно. Сейчас во всём Куше и Вавате, а может, и в мире нет человека, более опасного для Та-Кем, чем этот колдун. Не знаю, как будет правильно – идти всем или только части, но главное, что до́лжно сделать, это схватить его и доставить глазам и ушам Его Величества, да бует он жив, здоров и процветающ! Меньшей бедой будет нарушенный приказ, брошенная крепость, непохороненные должным образом солдаты. Даже если все в отряде, кроме одного, погибнут, а этот один доставит к царю колдуна – это будет великий успех!

Писец встал с серьёзным видом, воздел руку и полоснул по ней обсидиановым лезвием, невесть откуда возникшим в его руке и также таинственно пропавшим.

– Клянусь кровью своей, которую сейчас дарю Осирису, дабы слышал он мою клятву и скрепил её своей печатью и властью. Клянусь своим сердцем на весах Маат! Я смогу отвести упреки и обвинения в том, что мы покинули крепость вопреки приказу, если это потребуется для поимки колдуна, и отведу их!

Капли крови тяжело стукались об пол. Все молчали, пораженные столь великой клятвой.

– Ну что ж. Все сказали. Резоны всех весомы и ясны. Осталось только мое слово…

Хори сел на глинобитный стул. В голове было пусто и холодно. Словно со стороны, он услышал сам себя:

– Десятник Нехти прав. У нас приказ. Мы не можем оставить крепость и бросить без погребения наших товарищей, остановивших нечисть ценой жизни своей. Мы не сможем победить бунтовщиков слабым отрядом, а сильный снарядить не в состоянии.

Нехти облегченно выдохнул, жрец разулыбался, писец нахмурился.

– Но и господин Минмесу прав. Мы не пойдем малым отрядом сильных воинов вслед за неграми воровскими теми. Во имя Хатхор, да поможет нам она и другие боги! Мы лучшим десятком пойдем за колдуном. Я, Нехти, Богомол. Госпожа пяти кланов дает двух своих стражей, Тура, сына Качи и…

– Чехемау, – подсказал Иштек.

– Чехемау, – повторил Хори, – остальных мы назначим с Нехти после совета. Крепостью в моё отсутствие назначаю командовать господина Минмесу. В помощь по войсковым делам ему будет Себекнехт, и прошу достопочтенного Минмесу прислушиваться к его советам. Все это надо добавить, и немедленно, в доклад Господину конюшен. Я сделаю приписку, поясняющее моё решение. Мы же выйдем вслед колдуну, как только соберем всё потребное и наметим путь. Это всё.

Слова были сказаны. Что его повернуло на путь, уменьшающий длину жизни, Хори и сам не знал. Теперь остановиться или изменить что-либо было невозможно. Словно камни покатились с горы…

И он повторил, глядя на скорбное лицо Нехти:

– Это – всё!

И тут же порыв ветра немилосердно ударил в стену хижины и захлопал циновкой на входе. В открывшийся просвет яркой вспышкой полыхнула далекая зарница, чуть позже прогремел гром. Похоже, Хатхор или другие боги приняли его выбор.

Глоссарий в порядке появления слов в тексте:

Хранитель тайн Гора Кубана – жреческий титул, один из главных жрецов храма Гора Кубана.

Уабет – «Чистое место. Помещение или простоосвящённое место подготовки тела к похоронам. Мумификации для богатых, или высаливания для более бедных, обряжания, уснащения амулетами для зашиты на пути душ в загробное царство и пеленания.

Канопы – специальные ритуальные сосуды с изображениями охраняющих содержимое сыновей Гора. Их четыре. Имсет хранит печень, Хапи – легкие, Дуамутеф – желудок, а Кебехсенуф – кишечник. Сердце не извлекали. Мозги выбрасывали.

Конец 1-го тома.

Общий глоссарий в порядке появления слов в тексте:

Общий глоссарий в порядке появления слов в тексте:

Миттани – государство примерно на севере нынешней Сирии,до недавнего времени – один из основных конкурентов Египта за гегемонию в малой Азии. Главный род войск – колесницы с тяжеловооруженными воинами – марьяну, лучниками и копейщиками.

Хуа – точно не определенная территория. Вероятно, на юге Куша, нынешний юг Египта и Судан.

Элефантина – греческое название города у первого порога Нила, граница собственно Египта на юге. Сами египтяне его звали Абу.

Сумену – современный Махамид эль-Кибли, в 15 км южнее Арманта, недалеко от Фив. Покровитель города – бог-крокодил Себек.

Фивы – столица страны на описываемый момент. Как и слово «Египет», это снова по-гречески, по древне-Египетски звучало как Уаст («властвующий»), или Но-Аммон (город Аммона). Или просто «Но» – город. Или Нэ? Или Ниут?

Себе́к (Собек, Собк, Сохет, Собки, Сокнопаис, по-древнегречески Сухос, Σοῦχος) – древнеегипетский бог воды и разлива Нила, изображавшийся с головой крокодила или в виде крокодила; считается, что он отпугивает силы тьмы и является защитником богов и людей, отвечает за плодородие, беременность и сексуальный темперамент.

Две Земли (Та-Уи) – одно из самоназваний Египта в те времена. Происходит от того, что страна объединяла Та-кемет, то есть «Чёрную землю» (плодородная земля берегов Нила, иначе – Та-мери, то есть «Земля мотыги») и «красную землю» окружавшей пустыни. Другое толкование – Та-уи, то есть «Две земли», вероятно, могло символизировать объединение двух частей Египта – Долины (верховья Нила) и Дельты (низовья Нила).

Бену – прародитель легенды о фениксе, первоптица. По преданию, села на появившийся из волн первым камень Бену и дала жизнь всему сущему. Периодически умирала, сгорая, и возрождалась.

Куш и Вават – южная и северная части Нубии, покоренной, но формально не входящей в Египет страны на территории юга Египта (за первым порогом) и Судана.

Гиксосы – «цари пастухов», мигранты из семито-хурритских племен, надолго захватившие власть над дельтой Нила и всем верхним Египтом до воцарения XVIII династии.

Чати – визирь, премьер-министр. Одновременно – начальник полиции, правитель столицы, зачастую – министр финансов.

Великая перепись скота – реальная процедура, между прочим. Периодически проводилась для установления сборов в казну с хозяйств и областей.

Семер – ранг придворных, дословно – друг царя. Могли быть и неблагородного происхождения, благородные по крови – это «серы». Но семер в придворной иерархии был выше. Прямо как во времена абсолютизма – «Самый важный во Франции человек тот, с кем в данную минуту я говорю!»

Южный Город – один из синонимов названия Фивы по-египетски, примерно как «Первопрестольная» или «Северная Пальмира».

Белые Стены – то же самое, но про Мемфис, древнюю столицу. Греки не могли сказать Мен-Нефер, от Мен-Нефер Пепи. А еще его назвали Инбу-хедж – что, собственно, и есть «Белые стены». А еще Хут-ка-Птах, то есть «место души бога Птаха». По-гречески это звучало «Айгюптос». Откуда Египет и стал Египтом. Правда, сами египтяне себя еще с того времени и до сих пор «Миср» зовут. А ещё Мемфис называли Мехат-та-уи – «весы двух земель», Анх-та-уи – «связывающий две земли». Фивы и Мемфис – две столицы, и ревности между ними было поболее, чем между Москвой и Питером в разы, а то и на порядки.

Царский сын Куша, князь Юга, страж южных Врат – титул наместника южных провинций и полунезависимых протекторатов, управлявшего иногда и Абу-Элефантиной, один из самых высоких чинов в Египетской иерархии. А уж прибыльный… Официально должность стала так называться именно в описываемое время.

«Девять луков» – собирательный образ всех враждебных Египту неупорядоченных сил, но не главного врага. Акцент в разное время смещался на разные племена, в том числе и нубийские.

Благой бог – так, отличая от небесных владык, именовали земного. Очередное слово-матрёшка, не просто «благой», но и «прекрасный», «юный», «молодой», «растущий». Прекрасный, бог, но не достигший полной силы, как Ра, или Тот.

Шай, шаи – судьба, предопределение.

Написанное священным письмом – т.е., иероглифическим, а не демотическим или иератическим письмом. Написание иероглифов менялось, и знать древние правила и написания могли только очень образованные и сведущие люди, чаще всего – жрецы или чиновники. Знать – и толковать их для всех остальных.

Бес, среди прочего – божество домашнего очага и семьи.

Золотая, Владычица сикоморы – прозвища богини Хатхор, одной из главных богинь пантеона. В египетской мифологии богиня неба, любви, женственности, красоты, плодородия, веселья и танцев. Также была супругой Хора. Первоначально считалась дочерью Ра. Термин Хатор – греческий, египетское имя этой богини – Херу. Могла изображаться в виде коровы или с коровьими ушами.

Семна – город и крепость на самом юге Вавата, сразу за 2-м порогом. В описываемое времяуже теряла свое военное значение, но правило, разрешавшее только один день пребывания в ней кушитам, еще действовало.

Керма – столица Куша в те времена, когда он реально угрожал Египту, при Гиксосах. Уже после завоевания в ней неоднократно вспыхивали восстания. В описываемое время огонь не горит. Но угли тлеют. Многие египтяне в Керме были родом из Сиута.

Митшереу – котенок.

Баку, Джет – на самом деле большая часть тех, кого мы считаем рабами, в древнем Египте рабами не были. Рабы в общем смысле «джет», «люди собственности» были нескольких категорий. «Баку» это действительно рабы, и «Мерет», челядь. «Мерет», в свою очередь, в значительной мере состояли из «хему несут» (или «хему») – «рабов царя», иногда их еще называли «людьми списка» или «списком». По сути, они даже не крепостные, скорее, молодые специалисты по комсомольской путёвке или по распределению. У них была своя собственность, социальные лифты и возможность заполучить свой бизнес. Но право распоряжаться их работой можно было купить, хотя они при этом оставались царскими Такие вот государевы люди. Правда, значительно дешевле, чем баку, каковые были и в самом деле рабами. Но их, в силу высокой стоимости, берегли, и у них тоже были свои лифты в обществе.

Нехсиу и маджаи – слега упрощенно: маджаи более полукочевые и дикие обитатели Куша и Вавата, нехсиу – более оседлые. Маджаи и нехсиу не являются ни неграми, ни жителями Египта по крови, причём нехсиу ближе к египтянам, а маджаи – к неграм. Причем роды маджаев иногда считались имеющими общий корень с нехcиу.

Ирчем, Анибу – местность и город в Куше.

Монту – бог войны.

Сечет – настольная игра.

Дом шнау – «работный дом», крупная мастерская, кустарное производство, чаще всего – пищевое, но иногда и любое другое. Работали в нем обычно «люди списка».

Сатепа – «дочь крокодила». Имя означает красоту и властность.

Великая жена – главная жена наследника престола или фараона.

Выбрать счастливый жизненный путь чиновника – такую возможность практически имеют только дети чиновников, жречества, иногда дети военных и ремесленников. Не имея образовательного ценза, экзамена не сдать, не имея денег и связей, ребёнка полному курсу обучения в школе не выучить. Но грамотных было много и среди простых людей.

Песчаные пожиратели ослов – мифические существа, обитавшие в песке пустынь, нечто вроде огромных муравьиных львов. Вызывали песчаные бури, губили караваны и пожирали погибших животных и людей.

Саг и Ахех. Саг – мифологическое существо с головой сокола и телом львицы. Видимо потому, что это существо обладало телом львицы, а не льва, ее хвост был украшен кокетливой кисточкой из цветков лотоса. Иногда сага изображали с львиным телом только в верхней его части, а нижняя часть была похоже, скорее, на тело лошади, таким образом саг мог быть изображен и в виде соколо-львицо-лошади, если анализировать его сверху вниз. Грифон или ахех – наполовину орел, наполовину крылатый лев, считался самым быстрым из всех зверей. Грифон перекочевал от древних египтян сначала в предания Рима, а затем стал героем средневековых европейских легенд, в которых он одновременно охранял сокровища и служил надежным инструментом для их поиска. Принято считать, что грифон родом из Индии, однако он широко встречается на изображениях Древнего Египта и сказать, кто первым нарисовал грифона – египтяне или индийцы – невозможно.

Аммут – одна из стерегущих царство мёртвых, Дуат. Во время конечного взвешивания души – суда над усопшим – ждала результата. Если покойный оказывался недостойным войти в Дуат – пожирала его душу, повергая в Ничто.

Херихеб – «тот, кто при свитках», или «человек свитков». На самом деле всё не просто, возможны три варианта интерпретации данного титула:

а. Он означает реальную жреческую службу в храме, связанную, в первую очередь с текстами, заклинаниями и обрядами, но и с делопроизводством.

б. Он является сопровождающим титулом чиновника, за которым не стоит реальная жреческая служба.

в. Он означает исполнение жреческой службы в гробнице частного лица, при этом не обязательно быть настоящим, «рукоположенным» жрецом. Но в целом – это в первую очередь колдун, маг и чародей.

Хесемен – аметист. Считался камнем Хатхор, поэтому одно из ее имен – «Владычица хесемен».

Снадобье Имереу. Существовало на самом деле, но состав имереу неизвестен. Намеки на мумиё – волюнтаризм автора.

Слуги Анубиса – жрецы-исполнители погребальных обрядов.

Смола антиу и масло хекену – благовония, привозившиеся из Пунта. Использовались не только при погребении, но и при изготовлении благовоний, до которых египтяне были очень охочи.

Дом Счёта людей – учреждение, заведовавшее переписями, призывами на работы и службу. Гибрид райкома, ЗАГСа и военкомата.

Хранитель тайн – официальный титул, между прочим. Мог быть у царя, храма, ведомства и частного лица.

Послушные призыву – люди совершенно разных социальных слоёв, но находящиеся в подчинении царского сына Куша или иного вельможи, нечто вроде вассалитета.

Хнум – бог-творец, лепящий человека из глины на гончарном диске, хранитель Нила; человек с головой барана со спирально закрученными рогами.

Шем – равен 62,82 км.

Неджес – нечто вроде шляхтича-однодворца, служивый человек, живущий только службой, первая ступенька в мир благородных.

Бастет – кошка, или богиня с кошачьей головой. Отвечает, среди прочего, за сексуальное наслаждение.

Небт – город Ком-Омбо.

Бехдет – город Эдфу.

Мятеж пятого года – то есть на пятом году правления Неб-Маат-Ра – Аменхотепа III.

Повредил что-то в его сердце – египтяне считали, что человек думает именно сердцем.

Хлеб из Камха – т.е., сирийский, один из лучших.

Локоть – египетский локоть – 0,635 м.

Изида – богиня луны, мать Гора и жена Осириса, одна из главных богинь пантеона.

Дуат – загробный мир.

Звезда Сопдет, «госпожа звёзд» – Сириус.

Хесамут – Исида, «мать грозная», в воплощении бегемота.

Божественное стекло – обсидиан.

Атон, Ра, Атум – Ра – дневное солнце, Атум – закатное, Атон – солнечный диск.

Земля Сета – пустыня.

Ириу хе-нисут – старая родовая знать.

Первые, идущих следом, «Спутники Гора» – самая старая знать, сохранившаяся ещё с додинастических времён.

Усерсатет, сокровище дворца – имя, титулы и внезапное падение – подлинная история. Причина этого, объясняемая ниже – авторский домысел.

Здесь был Пепи – реальный факт, известно большое количество подобных древнеегипетских надписей.

Маленький царь – Тутмос III Великий.

Великий Дом – титулатура царя, «Пер о», отсюда, исковерканое греками «фараон».

Ири-Пат – члены кланов, происходящие от первых фараонов-Горов, один из них – сам Имхотеп.

Перевернутая река – Евфрат, текущий на юг, а не на север, как Нил.

Старший сын царя– официальный наследник, цесаревич.

Хеб-сед царя – отмечается на 30 год правления. Означает обновление сил царя. В архаичном царстве царя убивали по достижении этого срока.

Эрпат – наследственный князь.

Перо и браслеты – знаки достоинства царского сына Куша.

Великая Десятка – наиболее значимые чиновники Куша и Вавата.

Великое Зелёное – море.

Нахарина – другое название Миттани, северной Сирии.

Джахи – Финикия.

Фенху – Палестина.

Зехер – область южнее Библа и Тира.

Генеунтиу и Кенемтиу – пустыня к востоку от Нила в районе дельты.

Арса– Крит.

Кефтиу – Кипр.

Дороги Хора – древний путь в Египет из Сирии, м.б., через современную Аль-Кантара.

Страна Тахси– к северу от Дамаска.

Ипет-Сут – Карнак.

Кепуну – город Библ.

Нехит —«земля Сикомор», в Дельте Нила.

Инбу-Хека – «стена государя», линия оборонительных сооружений на северо-востоной границе Египта, построена для защиты от азиатов при Аменемхете I.

Та-Меху – дельта Нила.

Нен-Несу – Гераклеополь.

Шмун – столица XV нома, центра почитания бога Тота.

Ипет-Сут – Карнак

Кирка – кирки были деревянные, с медным «зубом».

Настоящий человек – настоящими людьми считались только египтяне.

Боги Геб и Нут – бог земли и богиня неба.

Родильные кирпичи – в Египте женщины рожали сидя, поддерживаемые повитухами. Ноги стояли на специальных, родильных, кирпичах – чтобы еще одна повитуха могла принять младенца. Шутка «ударился головой о родильный кирпич» была уже тогда.

Хранитель тайн Гора Кубана – жреческий титул, один из главных жрецов храма Гора Кубана.

Уабет – «Чистое место», место подготовки тела к похоронам, мумификации для богатых или высаливания для более бедных, обряжания, уснащения амулетами для зашиты на пути душ в загробное царство и пеленания.

Канопы – специальные ритуальные сосуды с изображениями охраняющих содержимое сыновей Гора. Их четыре. Имсет хранит печень, Хапи – легкие, Дуамутеф – желудок, а Кебехсенуф – кишечник. Сердце не извлекали. Мозги выбрасывали.