Текст книги "Мастер невезения (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

Изолировать от магии целый дом стоило очень дорого. Но Наталья Зеленина пошла на это. Зачем?

Пока Зотов и Косогоров удивлённо переглядывались, я проверил магический дар Натальи Александровны. Он был очень слабым, почти неощутимым. Такой слабый дар незачем защищать от магии, наоборот, его нужно всячески подпитывать, чтобы он не угас окончательно.

Дело было не в женщине, и у меня в голове промелькнула закономерная догадка.

– Что происходит с вашим сыном? – спросил я Наталью Александровну. – Его магический дар развивается слишком быстро? Вы стараетесь его защитить, поэтому изолировали дом от магии?

Зеленина не ответила. Она смотрела в стену мимо меня, а её дрожащие пальцы теребили подол платья.

Но её ответ мне и не требовался. Я угадал правильно.

Никита Михайлович прошёл мимо женщины в кухню. Наталья Александровна дернулась, как будто хотела его остановить, но замерла на месте.

Зотов быстро осмотрел дом и вернулся в прихожую.

– Похоже, Кошкина здесь, – сказал он мне. – Дальняя комната заперта на ключ.

– Наталья Александровна, ваш мальчик там? – спросил я. – Позвольте мне поговорить с ним.

– Прошу вас, не трогайте его! – взмолилась женщина. – Он спит!

И тут из глубины дома послышался удивлённый детский голос:

– Мама, кто там пришёл?

Наталья Александровна вздрогнула и закрыла лицо руками. Я физически почувствовал её отчаяние и безнадёжную усталость.

– Вам нужна помощь, – сказал я. – Но для этого я должен понять, что происходит с вашим сыном. Дайте, пожалуйста, ключ от его комнаты. Даю слово, что не сделаю ему ничего плохого.

Я протянул руку.

Наталья Александровна посмотрела на меня заплаканными глазами.

– Кто вы? – спросила она.

– Граф Александр Васильевич Воронцов.

– Господин Тайновидец?

Я вежливо кивнул:

– Да, так меня называют.

– Я много слышала о вас, – помолчав, сказала Зеленина.

Ей было очень трудно довериться мне, но она всё-таки решилась. Наверное, у Натальи Александровны уже не осталось сил на то, чтобы бороться за жизнь сына одной.

Не глядя в глаза, она протянула мне ключ.

Я взял его и повторил:

– Я только посмотрю, чем мы можем вам помочь. Мне нужно всего несколько минут.

Я вставил ключ в замочную скважину. Он легко повернулся, замок еле слышно щёлкнул, и дверь открылась. Я остановился на пороге.

Мальчик сидел на ковре. Когда я вошёл в комнату, он удивлённо спросил:

– Кто вы?

– Меня зовут Александр Васильевич, – улыбнулся я. – А тебя?

– Мама запрещает мне разговаривать с незнакомыми людьми, – серьёзно ответил мальчик.

Редактор Черницын сказал, что сыну Натальи Александровны лет восемь или девять, но он выглядел старше. Бледная кожа говорила о том, что этот ребёнок редко видит солнце.

– Твоя мама дала мне ключ от комнаты, – я показал ему ключ. – Видишь? Значит, она не против, чтобы мы с тобой поговорили. Так как твоё имя?

– Олег, – без улыбки ответил мальчик. – Зачем вы пришли?

– Мы ищем Сидора Кошкина, – честно сказал я. – Но я не стану расспрашивать тебя о нём. Мы поговорим о тебе.

На ковре перед Олегом стояла шахматная доска, на ней были расставлены фигуры.

– Сыграем? – предложил я и тоже сел на пол.

– А вы умеете? – с надеждой спросил Олег. – Я играю только сам с собой, мама не умеет.

– А как же ты научился играть? – удивился я, возвращая фигуры на исходную позицию.

– По книжке, – ответил мальчик. – Мне мама купила.

– Ходи, – предложил я.

Он задумался, затем двинул вперёд королевскую пешку. А я в это время старался разглядеть его магический дар. Без поддержки магического поля это было очень трудно, ощущения путались и ускользали.

Я предполагал, что дар Олега растёт слишком быстро. Такое недавно случилось с Лизой. Когда на Лизу напал граф Мясоедов, её магический дар внезапно проснулся и стал стремительно расти. Нам пришлось спешно увозить Лизу из Столицы – подальше от Места Силы.

Если с Олегом произошло то же самое, решить проблему будет очень просто – увезём мальчика подальше от Столицы, и всё.

– Что происходит с твоим магическим даром? – спросил я, сделав ответный ход. – Можешь мне объяснить?

– У меня два дара, – неожиданно ответил Олег. – Они борются друг с другом. Если какой-нибудь из них победит, то я умру. Пуфф – и всё!

Я покачал головой, изумляясь спокойствию этого ребёнка.

Два магических дара – случай небывалый. Я никогда не слышал о таком и не знал, что делают в таких случаях. Может, Ваня Горчаков знает?

– Сначала второй дар был слабым, – добавил Олег. – Он прятался и копил силы. Так сказал целитель из нашей лечебницы, он приходил посмотреть на меня. Мама думала, что он меня вылечит, но он не смог. Папа говорит, что меня надо увезти в Пруссию – там есть знаменитый профессор, который лечит таких, как я. Но на это у нас нет денег.

Олег вдруг замолчал и испуганно взглянул на меня – он нечаянно проговорился.

Я сделал вид, что ничего не заметил, только кивнул ему:

– Твой ход.

Олег двинул слона к краю доски. Он передвигал фигуры не беспорядочно, у него был план.

Я снова сходил пешкой и спросил:

– Сколько времени ты не выходишь из дома?

– С прошлой осени, – грустно ответил плечами Олег. – Мама говорит, что это очень опасно.

– Ты не возражаешь, если я попрошу своего знакомого целителя, чтобы он тебя осмотрел? Это очень хороший целитель, он работает в Воронцовском госпитале.

– Он, наверное, много денег возьмёт? – совсем по-взрослому нахмурился мальчик. – У нас нет столько. Скоро будут, но сейчас нет.

Эти недетские рассуждения звучали очень естественно – похоже, в этом доме очень часто говорили о нехватке денег.

– Целитель осмотрит тебя бесплатно, – сочувственно улыбнулся я. – Нам очень важно узнать точно, что с тобой происходит.

– Тогда я не против, – согласился Олег и сходил ферзём.

Это была очень простая комбинация, на такую попадаются только новички.

– Хочешь поставить мне детский мат? – весело усмехнулся я.

– Вы знаете, да?

Лицо Олега огорчённо вытянулось.

– Когда мне было столько лет, сколько сейчас тебе, я совсем не умел играть, – успокоил я его. – Расскажи, какой магией ты владеешь?

– Магией огня и магией воды, – ответил Олег. – Но мне нельзя их применять. Иначе пуфф – и всё!

– И не нужно, – предостерёг я мальчика.

Надо как можно скорее вызвать сюда Ваню Горчакова. Он точно скажет, можно ли помочь Олегу.

Я сидел спиной к двери, но почувствовал какое-то движение сзади и обернулся.

В дверях стоял Лукьян Матвеевич Косогоров. По выражению его лица я понял, что он слышал наш разговор. Из-за плеча мастера невезения выглядывал редактор Черницын.

Я кивнул Олегу и поднялся на ноги.

– Доиграем в другой раз. Сейчас я вызову целителя. Я хочу, чтобы он осмотрел тебя, как можно скорее.

– Подождите, Александр Васильевич, – остановил меня Черницын, входя в комнату. – Мальчик что-то сказал про своего отца. Это ведь он про Кошкина?

Редактор ласково улыбнулся Олегу:

– Сидор Кошкин – твой отец?

Олег сердито нахмурился, а я невежливо взял Черницына за плечо и вытолкнул в коридор.

– Идёмте, господин редактор! Не нужно устраивать допрос ребёнку.

– Но ведь мы можем узнать у мальчика про сбежавшего вора! – изумился редактор.

– Нет, – жёстко ответил я.

– Это подло! – поддержал меня Косогоров.

– Я только хотел помочь, – обиделся Черницын.

– Вы и помогли, – успокоил я редактора. – Я вам очень благодарен, и Никита Михайлович тоже. Когда эта история закончится, вы первым получите материал для интересной статьи. А сейчас отправляйтесь в редакцию.

Черницын покраснел от досады, но спорить со мной не решился.

– Ни один извозчик не поедет в эту глухомань, – проворчал он.

– Возьмите машину, на которой приехали мы с господином Косогоровым, – предложил я. – А нас отвезёт господин полковник.

– Мы могли бы устроить здесь засаду, – не сдавался Черницын. – Рано или поздно Кошкин объявится.

– Не думаю, – усмехнулся я. – Наталья Александровна наверняка предупредила его о нашем приезде.

Я не стал говорить Черницыну, что нехорошо использовать мальчика в качестве приманки для его отца. Сам сообразит, в мои обязанности не входит учить газетчиков нравственности.

Вместо нравоучений я сам проводил Черницына до машины – не из вежливости, а чтобы пронырливый редактор не остался здесь и не помешал расследованию.

Дремавший извозчик радостно встрепенулся, когда я постучал в боковое стекло.

– Вернуться за вами, ваша милость? – спросил он, рассчитывая на щедрую плату.

– Не нужно, – огорчил я его. – Отвезите господина редактора.

* * *

Когда извозчик отъехал, я послал зов Ване Горчакову. По счастью, у целителя сейчас не было сложных пациентов, и он согласился приехать сразу, как только я сказал ему о редкой болезни Олега.

– Возьми санитарный мобиль, – посоветовал я. – Возможно, мальчика придётся отправить в госпиталь.

Сзади послышались шаги. Я обернулся – за моей спиной стоял мастер невезения.

– Мальчик серьёзно болен? – спросил он. – Может быть, я смогу чем-то ему помочь?

– Даже не пытайтесь, – нахмурился я. – Это может быть опасно для вас. Олегом займутся хорошие целители.

– Вы тоже думаете, что Сидор Кошкин его отец? – спросил Косогоров. – Он присвоил мой дар, чтобы помочь своему сыну?

Я пожал плечами.

– Надеюсь, Никита Михайлович это выяснит. Он хорошо умеет допрашивать свидетелей.

С ближайшего озера долетел порыв свежего ветра. Неподалёку лениво залаяла собака.

– У него тоже дар огня, – негромко пробормотал Косогоров.

Искоса взглянул на меня и пояснил:

– Как у моей дочки.

– Идёмте в дом, – строго сказал я. – Послушаем, что скажет нам господин полковник.

Про себя я решил, что за Косогоровым нужно внимательно присматривать. Неожиданная потеря дара выбила его из равновесия, неизвестно, что он может учудить себе во вред.

* * *

Господин полковник не узнал ничего. Он сыпал колючими вопросами, но Наталья Александровна молчала, крепко сжав губы. Олег стоял рядом с матерью, сжимал её руку в своей ладошке и исподлобья глядел на Зотова.

– Как Сидор Кошкин собирается раздобыть деньги на лечение Олега? – спросил я.

Зеленина вздрогнула, словно я её ударил.

– Я не знаю, о чём вы говорите, – безжизненным голосом повторила она.

Но у меня было средство, чтобы пробить её броню.

– Я вызвал сюда целителя, – сообщил я. – Он сделает всё, чтобы вылечить вашего сына, и не возьмёт с вас денег. Если понадобится, я сам оплачу лечение.

Глаза Олега удивлённо раскрылись. Он смотрел на меня, как на деда Мороза.

– Видите, его сиятельство готов вам помочь, – вмешался Зотов. – Вы скажете, где искать Кошкина?

– Где его искать? – внезапно взорвалась Наталья Александровна. – А я откуда знаю? Он то появляется, то исчезает. Пропадает именно тогда, когда он нужен больше всего! Где он был, когда Олег заболел? На каторге, он попал туда после неудачной кражи!

– Вы написали ему о болезни сына, и он сбежал? – догадался я.

Зеленина в отчаянии сверкнула глазами.

– А что я должна была делать? У нас не было денег, а мальчику становилось всё хуже.

– Кошкин раздобыл денег, и вы смогли заплатить артефактору, который изолировал дом от магии, – кивнул я. – Но этого мало.

– Это всего лишь отсрочка, – устало сказала Наталья Александровна. – Говорят, в Пруссии есть профессор, который может помочь Олегу. Но как до него добраться? Сколько придётся ему заплатить?

В её голосе звучала такая тоска, что я вздрогнул.

– Да не доберётесь вы до Пруссии с крадеными деньгами, – безжалостно сказал Зотов. – На границе вас схватят. Передайте Кошкину, чтобы перестал валять дурака и сдался. А я подумаю, как вам помочь.

– Я не знаю, где он, – прошептала Наталья Александровна. – Сидор знал, что рано или поздно вы придёте за ним, и не говорил, где прячется.

– Как фамилия этого прусского профессора? – спросил я.

– Его зовут господин Гроссман, – вместо матери ответил Олег. – О нём писали в газете.

– Я узнаю о нём побольше, – кивнул я. – Уверен, он не откажется тебя вылечить.

– А вы в самом деле граф? – спросил Олег.

Наталья Александровна сердито дёрнула сына за рукав.

– Так уж получилось, – рассмеялся я.

– Благодарю вас за помощь, ваше сиятельство, – важно кивнул мальчик.

* * *

Через несколько минут возле калитки остановился санитарный мобиль. Иван Горчаков поздоровался с нами и протянул Олегу руку:

– Идём, посмотрим на твой дар.

Он говорил с мальчиком доброжелательно и веско как со взрослым.

– Идёмте, – доверчиво согласился Олег.

Они ушли в комнату.

Наталья Александровна двинулась за ними, но я остановил её:

– Не стоит мешать господину целителю. Можете полностью доверять ему, у Ивана Николаевича особый дар к исцелению.

Наталья Александровна посмотрела на меня, и я почувствовал, что страх постепенно отпускает её.

– Хотите чаю, – нерешительно предложила Зеленина.

– С удовольствием, – улыбнулся я.

Пока Наталья Александровна грела чайник, я негромко сказал Зотову:

– Трудно винить Кошкина за то, что он сбежал с каторги и украл дар мастера невезения. Он попал в отчаянную ситуацию. Да и поймать его будет сложно. Он опытный преступник, а теперь удача на его стороне.

– Что вы предлагаете? – нахмурился Никита Михайлович.

– Я попробую с ним встретиться. Чем магия не шутит, возможно, мне удастся уговорить его сдаться властям. Но он не придёт, если почувствует засаду.

– Попробуйте, – согласился Зотов. – Обещаю не устраивать за вами слежку.

– Вы сможете сделать так, чтобы его не обвинили в побеге из крепости? – спросил я.

Никита Михайлович нехотя кивнул:

– Смогу.

– Наталья Александровна, передайте вашему мужу, что я хочу с ним поговорить, – сказал я Зелениной. – Пусть сам придумает, как это устроить.

Глава 18

– Парнишка хорошо держится, но без помощи целителей ему не выкарабкаться, – сказал Ваня Горчаков.

Мы стояли возле крыльца домика на Яблоневой улице. Под крышей самозабвенно чирикала парочка воробьёв. Они вили гнездо и в отчаянном споре решали, из чего лучше строить жилище – из сухих прошлогодних травинок или из тонких веточек.

Частая семейная история!

– Сможешь вылечить его? – спросил я.

Горчаков хмуро покачал головой.

– Пока не знаю. Два магических дара – очень редкий случай, я с таким ещё не сталкивался. Пока могу сказать, что Олега точно нельзя оставлять здесь. Артефактор неплохо поработал над домом, но его стены всё-таки пропускают магический фон. Придётся везти мальчика в госпиталь, наша палата изолирована куда надёжнее.

Я нисколько не усомнился в правоте Ивана. Если он говорит, что Олега нужно поместить в специальную палату, значит, так оно и есть. Но что на это скажет Наталья Александровна? Она еле-еле разрешила мне поговорить с Олегом, а сейчас мы хотим забрать её сына из дома.

– Я помогу тебе уговорить его мать, – предложил я.

– Не нужно, – удивил меня Горчаков. – Мне удалось убедить её, что Олегу требуется серьёзное лечение. Мать поедет с нами, я поселю её в соседней палате, где нормальный магический фон. С её даром тоже придётся поработать – Наталья Александровна едва не загубила его окончательно, оставив без магической подпитки.

Птичья возня над нашими головами стала громче. Затем сверху посыпались ветки – кто-то решительно выкидывал их из гнезда. Следом вылетел взъерошенный глава будущего воробьиного семейства. Он сделал круг, уселся на крышу и попытался обиженным чириканьем вразумить своенравную супругу. Из этого ничего не вышло – ветки продолжали сыпаться на землю.

Наконец, воробей сдался. Он спикировал на землю, подобрал сухую травинку и полетел в гнездо мириться.

Ну, и правильно – семейное счастье дороже правоты.

– Пойду, потороплю их, – сказал Иван и вернулся в дом.

Мастер невезения внимательно посмотрел на меня.

– Наверное, сегодня я вам больше не нужен? – нерешительно спросил он.

– Пожалуй, – рассеянно кивнул я. – Никита Михайлович отвезёт вас домой, вам нужно хорошенько отдохнуть.

Я думал о том, что история с исчезновением магического дара становится всё запутаннее, и проблесков пока не видно. Как Кошкин собирается раздобыть деньги? Согласится он на нашу встречу, или нет?

Одно я знал точно – магии всё известно о происходящем. И если она пока не вмешивается – значит, ещё не все нужные события произошли.

– Я бы хотел поехать в госпиталь вместе с мальчиком, – неожиданно сказал Косогоров.

Я отвлёкся от своих мыслей и удивлённо посмотрел на него.

– Зачем? Вы ведь не целитель.

– Но вдруг целителям потребуется моя помощь, – упрямо сказал мастер невезения. – Вернее, не целителям, а Олегу. Вы же сами сказали, что мне нужно учиться применять мой новый дар. Если я буду рядом, возможно, целителям улыбнётся удача, и они смогут что-то сделать для мальчика.

– Не выдумывайте, Лукьян Матвеевич, – строго сказал Зотов. – Я отвезу домой, побудете там, пока не закончится следствие.

Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу – долгое ожидание всегда утомляло начальника Тайной службы.

– Я арестован? – напряжённым голосом спросил Косогоров.

– Нет, – скривился Зотов. – Но вы государственный служащий, это возлагает на вас особые обязанности.

– Бывший государственный служащий, – с горечью уточнил мастер невезения. – Меня уволили, и теперь теперь я могу поступать по своему разумению. Я хочу помочь мальчику.

В этот момент я почувствовал, что Косогоров пытается нас обмануть. Я не мог понять, в чём именно заключается обман, но твёрдо знал, что Лукьян Матвеевич лжёт.

Похоже, мастер невезения что-то придумал и затеял собственную игру.

– Как вы собираетесь помочь Олегу? – прямо спросил я.

– Просто побуду рядом, пока целители его осматривают, – уклончиво ответил Косогоров. – Вдруг моё присутствие принесёт мальчику удачу? А потом я сразу же отправлюсь домой, честное слово!

В его голосе прозвучала хрипотца, и он сглотнул застрявший в горле комок.

Точно, мастер невезения нам врал. Но если я его уличу, он будет отпираться до конца и не признается в своей затее, это чувствовалось по его внутреннему напряжению. А я не смогу доказать его ложь. Зотов-то мне поверит, но этого мало.

Я прислушался к своему магическому дару. Он тихонько и ровно гудел, как будто хотел сказать – ничего плохого не происходит. Расслабься, Тайновидец, и пусть всё идёт своим чередом.

А ведь есть отличный способ узнать, что затеял Косогоров, неожиданно подумал я. Нужно всего лишь позволить ему сделать это.

Почему бы и нет?

– Что ж, это неплохая идея, – кивнул я в ответ на слова Косогорова. – Возможно, вы и в самом деле поможете Олегу. А если с вами что-нибудь случится, рядом будут целители.

Косогоров явно ожидал, что я стану спорить с ним, и обрадовался моему согласию.

А вот Никита Михайлович очень удивился.

– И вы туда же, Александр Васильевич? – недовольно поинтересовался он. – Мы должны вернуть господину Косогорову украденный дар, а не рисковать его здоровьем.

– Вы забываете, что у Лукьяна Матвеевича появилась новая способность, – напомнил я. – Что, если она начнёт проявляться сама по себе? Вы же знаете, с магическим даром такое случается, если его подавлять. А в госпитале за ним присмотрят целители.

– Ладно, – нехотя согласился Зотов. – В конце концов, я вам не нянька, господин Косогоров. Хотите рисковать собой – на здоровье!

– Благодарю вас, – смиренно кивнул мастер невезения. – Обещаю, что буду очень осторожен.

И снова я отчётливо почувствовал его радость.

В доме послышались голоса. Затем дверь открылась, и на крыльце появился Олег. Обеими руками он крепко прижимал к груди шахматную доску.

Оказавшись на улице, мальчик глубоко вдохнул и зажмурился – за несколько месяцев он совсем отвык от яркого солнечного света.

Олег был испуган и обрадован одновременно – он радовался неожиданной свободе и боялся магического поля, которое наполняло Место Силы.

– Несколько минут на свежем воздухе тебе не повредят, – сказал я, чтобы успокоить мальчика. – В госпитале у тебя будет просторная палата с большим окном. Я её видел, можешь мне поверить. А я тебя навещу, и мы сыграем в шахматы.

Я почувствовал, что мои слова немного успокоили Олега.

– Вы здорово играете, ваше сиятельство, – застенчиво произнёс он. – Кто вас научил?

– Мой дед, – улыбнулся я. – А теперь я играю в шахматы со своим домом.

От удивления Олег вытаращил глаза.

– Ваш дом умеет играть в шахматы?

– Он ещё и выигрывает у меня, – рассмеялся я.

Вслед за Олегом на крыльцо вышел Иван Горчаков.

– Прошу в мобиль, – строго сказал он мальчику.

– А мама? – забеспокоился Олег.

– Она сейчас выйдет, – успокоил его Иван.

Он мягко, но настойчиво взял Олега за плечо и помог сесть в мобиль.

– Не стоит рисковать своим здоровьем.

– Олег говорил про какого-то прусского профессора, который может его вылечить, – вспомнил я.

– Профессор Федерик Гройссман, – уточнил Олег, высунув голову из мобиля. – Он живёт в Бранденбурге.

– Иван Николаевич, ты что-нибудь слышал о господине Гроссмане? – спросил я у Горчакова.

– Мне о нём ничего не известно, – нахмурился Иван. – Это странно, я интересуюсь работами иностранных целителей.

– О профессоре Гроссмане писали в газете, – снова вмешался в разговор Олег. – Он лечит любые магические недуги.

– Если понадобится, мы отвезём тебя к профессору, – улыбнулся я. – Или самого профессора пригласим к нам, чтобы он тебя лечил.

Наталья Александровна Зеленина тоже вышла из дома. Женщина держала в руке небольшой чемоданчик.

– Мне нужно было собрать вещи Олега, – извинилась она.

Я забрал у неё чемодан и отнёс его в мобиль. Наталья Александровна шла рядом со мной.

– Я послала Сидору зов и передала ваше предложение, – негромко сказала она, глядя себе под ноги.

– Что он ответил? – поинтересовался я.

– Он просил поблагодарить вас, – жалобно улыбнулась Зеленина.

Затем остановилась и посмотрела мне в глаза:

– Если Сидор придёт к вам, его арестуют?

– Скорее всего, – кивнул я.

– Вы же понимаете, что нам с Олегом не на кого надеяться, кроме него?

– Вашего сына вылечат, – твёрдо сказал я. – Если понадобится, я сам отвезу его в Пруссию к профессору Гроссману. О деньгах не беспокойтесь.

– Благодарю вас, ваше сиятельство, – помолчав, ответила Зеленина.

Я помог ей сесть в мобиль. Мастер невезения забрался следом, при этом он старался не смотреть мне в лицо.

* * *

Санитарный мобиль уехал, и мы с Никитой Михайловичем остались вдвоём.

– Вот, значит, почему Кошкин сбежал из крепости, – сказал Зотов. – Не могу его винить, на его месте я поступил бы так же. Честно говоря, и арестовывать его не хочется, но закон есть закон.

– Сначала нужно его поймать, – улыбнулся я.

– Думаете, он откажется от встречи с вами?

Я пожал плечами:

– Посмотрим. У Кошкина нет причин доверять мне, к тому же, он будет опасаться засады.

– Ещё и Косогоров что-то недоговаривает, – нахмурился Никита Михайлович. – Что он затеял? Как собрался помогать целителям?

– Лукьян Матвеевич наврал нам с три короба, – улыбнулся я. – Он поехал в госпиталь по какой-то другой причине.

– Почему вы мне сразу об этом не сказали? – изумлённо вытаращился на меня Зотов. – Да ещё и поддержали его.

– Он бы всё равно не признался, – объяснил я. – Кроме того, мой магический дар не предостерёг меня, а я доверяю магии. Иногда нужно не мешать событиям идти своим чередом. Давайте просто посмотрим, что затеял господин Косогоров.

– Ладно, демоны с ним, – устало махнул рукой Зотов. – Пусть Судейская коллегия беспокоится о своём мастере невезения. Подвезти вас домой, господин Тайновидец?

– Буду очень благодарен, – улыбнулся я. – И приглашаю на ужин, раз уж обед мы с вами пропустили.

– Я бы с радостью, но император всё ещё ждёт моего доклада.

– Может быть, Его Величество согласится перенести встречу? – предположил я.

– Попробую его уговорить, – с сомнением кивнул Никита Михайлович.

Он прикрыл глаза и послал зов императору. Такой привилегии удостаивались очень немногие, и Никита Михайлович входил в их число. Впрочем, и я тоже – император несколько раз предлагал мне присылать ему зов, если у меня возникнет такая необходимость. И это была не просто любезность. Его Величество как-то признался мне, что завидует моим приключениям и рад каждой возможности поучаствовать в них

Зотов тем временем закончил беседовать с императором. По огорчённому выражению его лица я понял, что Никита Михайлович не добился успеха.

– Его Величество непреклонен в своём желании увидеть меня, – подтвердил Зотов мою догадку. – Сказал, что не сядет за стол, пока я не приеду. Что ж, по крайней мере, ужином меня накормят. Прошу в мобиль, Александр Васильевич! Подвезу вас до Узкого моста, а сам поеду во дворец.

* * *

Когда мы ехали по набережной, Никита Михайлович негромко заметил:

– Я очень сомневаюсь, что Кошкин согласится встретиться с вами. Но вот в госпитале он может объявиться. Поставлю-ка я там парочку сообразительных полицейских.

– Отличная мысль, – согласился я.

Зотов высадил меня возле Узкого моста. Мост вёл с Правого берега на Каменный остров и был такой ширины, что на нём с трудом могли разойтись два человека.

Внизу журчало течение, разбиваясь об опоры моста. Впереди, в начинающихся сумерках темнела громада острова.

По привычке я поискал глазами огонёк фонаря, который всегда зажигался с наступлением вечера в кофейне Набиля. Сначала я его не увидел и не на шутку встревожился, но затем под самым берегом вспыхнула золотистая искорка и отразилась в тёмной воде.

А ведь я не видел Набиля целую вечность. Если говорить точнее – с начала зимы, которая давно уже кончилась. Столько дел и событий навалилось, что некогда было даже вспомнить про уютную кофейню на бревенчатом плоту.

Я решил, что завтра утром мы с Лизой отправимся к Набилю пить кофе. А ещё закажем изумительные крошечные пирожные с заварным кремом и будем неторопливо наслаждаться ими, даже если Сидор Кошкин в это время украдёт Императорский дворец.

Мой отец часто говорил, что жизнь не может состоять из одних удовольствий. Но и в жизни без удовольствий тоже мало толку.

Я спустился с моста и неторопливо пошёл к нашему особняку. Теплилась надежда, что дома меня встретит тихий домашний уют, мягкий свет магических ламп и горячий ужин, приготовленный Прасковьей Ивановной.

Садовая дорожка плавно повернула, и я остановился от неожиданности.

Возле нашей калитки толпились странные личности – их было не меньше двух десятков. Они раздражённо шумели, но за ограду не заходили.

Бронзовые колокольчики тревожно звенели, а из сада растекались волны магической энергии – это стихийные духи кружили возле ограды, охраняя дом от вторжения.