Текст книги "Мастер невезения (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 29

Жизнь часто бывает несправедлива.

Зотов очень хотел запереть князя Долгорукова в надёжную камеру, но в дело вмешался император и приказал до суда ограничиться домашним арестом. Так что после допроса в управлении Тайной службы его сиятельство отправился домой, не забыв пробормотать сквозь зубы несколько зловещих проклятий в мой адрес.

– Выкрутится, мерзавец, – мрачно сказал ему вслед Зотов. – Не знаю как, но выкрутится. Сердцем чую.

– В любом случае, князю не позавидуешь, – усмехнулся я. – Теперь вся Столица знает о его фокусах. Прощай, княжеская репутация.

– Этого мало, – не согласился со мной Никита Михайлович. – По негодяю каторга горькими слезами заливается, а он будет дома пить чай с пряниками. Надеюсь, доказательств его вины хватит, чтобы убедить судей. Ну, а показания Кошкина довершат дело.

За Кошкина император просить не стал, так что по закону домушнику предстояло отправиться обратно в камеру Петропавловской крепости. Но и тут возникли сложности.

– А если он опять сбежит? – резонно предположил Зотов. – Опозоримся на всю Столицу.

Мы разговаривали в кабинете Зотова, и Кошкин был тут же – Никита Михайлович только что закончил повторный допрос.

– Не сбегу, ваше благородие, – мирно улыбнулся Кошкин. – Куда мне бежать-то?

– А кто тебя знает? – недоверчиво предположил Зотов. – Юркнешь, как мышь в нору, ищи тебя потом. Нет уж, посидишь в камере управления, так мне спокойнее будет.

Домушника нисколько не расстроило решение Зотова.

– Как скажете, – согласился он. – Мне бы только семью увидеть.

– Будешь себя хорошо вести, разрешу свидание, – нехотя кивнул Никита Михайлович.

Изувеченную князем статую «Воплощённой магии» увезли обратно в академию художеств.

Директор Штольцер чуть не сошёл с ума от радости – он-то уже успел мысленно попрощаться с должностью и со всем своим имуществом. А тут такой подарок!

На радостях директор прислал мне зов и благодарил так долго и многословно, что у меня разболелась голова.

– Ваше сиятельство, я сочту за честь выставить работы Елизаветы Фёдоровны в нашей академии, – заверил он меня. – Теперь подлец Долгоруков не сможет этому помешать. Вы представляете, он ведь отказался оплачивать расходы по устройству выставки. Но я обратился в Имперское казначейство, и выставка всё же состоится.

– Очень рад за вас, – неопределённо ответил я и поскорее закончил беседу.

Когда я пересказал наш разговор Лизе, она решительно тряхнула рыжими кудряшками:

– Ни за что! Не хочу даже разговаривать с господином Штольцером.

– И не нужно, – улыбнулся я. – Ты завтра снова собираешься в Дом Ужасов?

– Конечно, – рассмеялась Лиза. – Господин Марио Кастеллани наконец-то взялся за постановку театральной программы, и нам с Фомой приходится присматривать за ним, иначе он такое натворит!

– Я поеду с тобой, – решил я. – Хочу посмотреть, что у вас получается.

* * *

Но утром планы пришлось поменять. На рассвете мне прислал зов Олег.

– Простите, что беспокою вас так рано, ваше сиятельство, – нерешительно начал он. – Ваш дом сказал, что вы уже не спите.

– Не сплю, – согласился я и поставил на жаровню джезву с холодной водой. – А ты почему проснулся так рано? У тебя что-то случилось?

– Я никак не могу выбрать для себя дело, – ответил мальчик. – А господин целитель говорит, что время уходит. Наверное, мне нужен ваш совет.

В голосе Олега не было просительных интонаций, он говорил рассудительно, как взрослый. И даже старался скрывать свои переживания, но я-то чувствовал, что ему нелегко.

Если уж он осмелился потревожить меня ни свет, ни заря – дело совсем плохо.

– Я приеду тебя навестить, и мы всё обсудим, – сказал я.

Я сварил кофе и послал зов Ивану Горчакову.

– Ваня, что ты можешь сказать о состоянии Олега?

– Кхм… С магической стороны ухудшений нет, но и лучше мальчику не становится, – сонным голосом отозвался Горчаков. – Его дар сейчас искусственно заморожен, изолированная от магии комната действует как холодильный шкаф, уж извини за такое сравнение. Но долго так продолжаться не может.

– Почему? – нахмурился я.

– Олег очень устал, – объяснил Иван. – Его душевные силы на пределе. Долго он не выдержит.

Горчаков секунду помолчал, потом добавил:

– Его поддерживает только надежда на обряд примирения дара. Я приказал пускать к нему всех магических существ, как ты и просил. Но знаешь… Я не уверен, что это правильно. Возможно, мальчику было бы проще жить совсем без дара.

– А если временно увезти Олега из Столицы? – предложил я. – Так же, как мы увезли Елизавету Фёдоровну, когда у неё внезапно проснулся дар.

– Это может помочь, – согласился Горчаков. – Но ты и сам понимаешь, что это всего лишь отсрочка. И она небезопасна. Стоит Олегу случайно попасть под воздействие магического поля, и его дар буквально взорвётся.

Я понимал, что Иван говорит горькую правду, но всё внутри меня протестовало.

– Я хочу навестить Олега прямо сейчас, – сказал я. – Может, у меня получится помочь ему. Встретишь меня?

– Я только час назад приехал домой и мечтаю хорошенько выспаться, – огорчил меня Иван. – Но я предупрежу дежурного целителя о твоём приезде. Кстати, если у тебя найдётся время, загляни в палату к господину Косогорову. С ним творится что-то странное.

– Что? – насторожился я. – Магическое истощение не прошло?

– Прошло, он совершенно здоров, но категорически не хочет выписываться из госпиталя. Кажется, он всё ещё надеется, что целители смогут вернуть ему дар, но это невозможно. Ты сможешь убедить его вернуться к нормальной жизни? Лечение ему не требуется, в этом я совершенно уверен.

– Попробую, – согласился я.

Странные поступки мастера невезения удивляли меня не в первый раз. Сначала он решил помочь Кошкину украсть статую, теперь снова что-то затеял.

Кажется, Косогоров решил, что обязан предпринять что-то совершенно невообразимое, и тогда магия вернёт ему его дар.

Как бы только он не перегнул палку в своих попытках.

Я решил, что загляну к Лукьяну Матвеевичу после разговора с Олегом и попробую узнать, что он затеял. Заодно отговорю от совсем уж откровенного безумства.

Если получится, конечно.

Огненные демоны, а ведь Косогорову тоже грозит суд! Он же помог Кошкину украсть скульптуру.

Может, мастер невезения тоже это сообразил, и теперь прикидывается больным, чтобы избежать ареста?

Ладно, разберусь на месте.

* * *

Лиза решила отправиться в госпиталь вместе со мной.

– Поедем сразу после завтрака, – предложила она. – Я хочу наконец познакомиться с этим мальчиком.

– А как же господин Кастеллани? – напомнил я. – Вдруг без твоего присмотра он устроит что-нибудь невообразимое?

– Фома ему не позволит, – рассмеялась Лиза. – У меня отличный помощник.

Услышав похвалу, наш домовой немедленно надулся от гордости и так сильно заболтал ногами, что чуть не свалился со стула.

– Не извольте беспокоиться, барышня! – заверил он Лизу. – Я пригляжу за господами артистами.

– А за тобой кто приглядит? – сердито проворчал Игнат.

– Так пойдём со мной, дядька Игнат! – расхохотался Фома. – Я тебя лешачьей тропой проведу. Не забоишься?

– Я забоюсь? – тут же вскипел Игнат. – Ах ты, обормот. Идём!

– Игнат давно намекал, что хочет посмотреть Дом Ужасов, – призналась Лиза, когда мы вышли из дома. – А попросить стеснялся.

– Я так и подумал, – улыбнулся я. – Когда вокруг творится столько магии, скучновато возиться с клубникой.

– Хорошо бы привезти мальчику подарок, – задумалась Лиза. – Подарки здорово поднимают настроение, особенно детям.

– И не только детям, – согласился я.

Мы сделали остановку возле сувенирной лавки. Приказчик от души обрадовался ранним посетителям и постарался сделать всё возможное, чтобы мы не ушли без покупки.

– У нас отличный выбор, господа! – заверил он. – Останетесь довольны. Кому вы планируете сделать подарок?

– Девятилетнему мальчику, которому очень нужно поверить в чудо, – ответил я, рассеянно разглядывая витрины.

Мой взгляд зацепился за модель магического парусника, которая стояла за стеклом. Несмотря на маленькие размеры, корабль был сделан с ювелирной точностью, его силуэт показался мне знакомым.

– А это что? – заинтересовался я.

– Эту модель привезли только вчера, – охотно ответил приказчик. – Изготовлена в мастерских графа Воронцова. Это «Ворон», флагманский корабль личной флотилии Воронцовых. Обратите внимание, корпус выполнен из корабельной сосны. Говорят, на этом корабле плавал сам господин Тайновидец!

– Что вы говорите? – изумился я.

– Это действующая модель, – многозначительно закивал приказчик. – Работает на настоящей магии. А ещё она поделится с вами частичкой удачи самого Тайновидца.

Лиза едва сдержала весёлый смех, а я решительно кивнул:

– Мы берём этот корабль. Удача Тайновидца нам не помешает.

– Можно, я вручу подарок? – спросила Лиза, когда мы вышли из лавки.

– Конечно, – улыбнулся я.

10

Мы приехали в госпиталь не в приёмные часы, и тем не менее, нас ожидали.

– Иван Николаевич приказал проводить вас в палату, – с почтительным поклоном сообщил нам молодой целитель. – Будьте добры снять вашу обувь.

Он очень старался выглядеть строгим и отчаянно краснел от смущения.

Мы с Лизой разулись и вслед за целителем пошли по мягким ковровым дорожкам.

– У мальчика много посетителей, – поведал нам целитель, когда мы поднимались по лестнице. У него бывают очень странные существа, некоторые из них приходят даже ночью. И всех велено пропускать без вопросов.

– Странные существа? – заинтересовался я.

– Очень странные, – охотно продолжил целитель. – Вчера его навестил молчаливый человек в широкополой шляпе. Я так и не смог разглядеть его лицо. Он принёс какой-то куст в горшке и оставил его в палате.

– Садовник Люцерн, – рассмеялся я.

– Ещё приходили бородатые коротышки. Они появились прямо из воздуха и не хотели разуваться. Один из них устроил настоящий скандал.

– Я знаю этих коротышек, – понимающе кивнул я.

– Всё это похоже на какое-то тайное магическое общество, – неожиданно сказал целитель.

Он проводил нас до палаты и деликатно постучал в дверь.

– Предупредите меня, когда соберётесь уходить, я провожу вас к выходу. А я пойду поджидать других гостей, они могут появиться в любую минуту.

К своему удивлению, я расслышал в его голосе зависть.

Олег уже поджидал нас.

– Ваше сиятельство, вы приехали! – обрадовался он. – А это ваша супруга?

– Её зовут Елизавета Фёдоровна, – улыбнулся я. – Знакомьтесь.

Олег почтительно наклонил голову:

– Очень рад знакомству, ваше сиятельство!

– Я тоже, – рассмеялась Лиза.

Мальчик вежливо предложил нам стулья. Дождался, пока мы сядем, и тоже присел на краешек кровати.

– Так о чём ты хочешь посоветоваться? – спросил я.

– Никак не могу понять, что мне делать, – совсем по-взрослому вздохнул Олег. – Ко мне приходят ваши друзья, рассказывают о своей жизни, о магии. У них такие интересные истории! Господин Набиль рассказал мне о своих путешествиях на плоту. Господа кладовики обещали научить, как искать сокровища. А господин Люцерн подарил Туманную розу.

Мальчик уважительно повернулся к окну. На подоконнике, в глиняном горшке стоял невысокий кустик, густо усыпанный пламенеющими цветами. Над кустиком плавало крохотное облачко густого тумана, на листьях блестели капли росы.

Всё верно, Туманная роза не может жить в сухом воздухе.

– Мне хочется сразу всего, – грустно признался Олег. – Но нужно выбрать, а я не знаю, как это сделать. Помогите мне, ваше сиятельство!

Я задумчиво почесал бровь. Ситуация складывалась непростая.

В своё время мне тоже пришлось сделать этот выбор, но я был куда старше Олега, и у меня не было сомнений.

И смерть мне тогда не грозила. Хотя теперь я иногда думал, что жизнь без магии ничем не лучше смерти.

Лиза нетерпеливо посмотрела на меня:

– Можно?

– Попробуй, – кивнул я.

– Мой магический дар тоже проявился неожиданно, – с ласковой улыбкой сказала она Олегу. – Он был таким сильным, что сначала я испугалась. Мне даже пришлось уехать из Столицы, подальше от Места Силы. Но потом я перестала бояться, и дар стал частью меня.

Олег с надеждой посмотрел на Лизу.

– Вам помог господин Тайновидец?

– Да, – улыбнулась Лиза. – Но ещё больше мне помогло то, что я приняла свой Путь.

– Я знаю, вы Летописец, – кивнул мальчик. – Я читал ваши рассказы. А как вы поняли, что этот путь – ваш?

– Мне подсказал сам дар, – честно ответила Лиза. – Он дал знак, и я услышала его.

– Однажды у тебя в груди как будто загудит тугая струна, – добавил я. – Ты почувствуешь и поймёшь – вот он, твой Путь.

– Пока ничего такого не было, – расстроился Олег. – Мне было просто интересно, и всё.

– Мы можем на время увезти тебя из города, если понадобится, – решил я. – И твою маму тоже. Поживёте подальше от магии. Рано или поздно твой Путь сам найдёт тебя.

– Вы можете жить в моём поместье, – обрадовалась Лиза.

– Благодарю вас, ваше сиятельство, – серьёзно кивнул Олег.

– А ещё у нас для тебя подарок, – добавила Лиза. – Это настоящий магический корабль. Он принесёт тебе удачу.

Лиза поставила подарок на кровать рядом с Олегом. Мальчик осторожно дотронулся до лакированного корпуса.

– Спасибо!

* * *

И вдруг мой магический дар загудел, словно деловитая пчела. Это не был тревожный сигнал. Дар предупреждал меня о том, что сейчас произойдёт что-то необычное. Может быть, даже магическое.

В дверь палаты постучали.

– Войдите! – отозвался я.

Дверь открылась. На пороге стоял туннелонец.

Глава 30

По обычаю, на туннелонце был длинный чёрный плащ. Глубокий капюшон полностью скрывал лицо алхимика, только глаза горели фиолетовым светом.

– Доброго дня, – сказал туннелонец. – Пора.

Его голос был похож на шелест дождя.

– Ой! – испуганно прошептал Олег и на всякий случай поджал ноги.

– Что «пора»? – изумился я.

– Варить зелье, – невозмутимо ответил туннелонец.

Он плавно взмахнул рукой, и в углу палаты появилась жаровня, а в ней вспыхнуло пламя.

Словно фокусник, туннелонец извлёк из складок плаща стеклянную реторту, наполнил её водой из крана и поставил на огонь.

Когда вода закипела, он сорвал с Туманной розы несколько цветков и бросил их в реторту.

– Это зелье нельзя варить заранее, – мимоходом объяснил туннелонец. – Только перед самым обрядом.

– О каком обряде ты говоришь? – спросил я.

– Обряд примирения дара. Господин Набиль и господин Люцерн уверены, что он состоится сегодня. Прямо сейчас.

– Но мальчик ещё не выбрал свой Путь, – запротестовал я.

– Взгляни на него, Тайновидец, – прошелестел туннелонец.

Мне показалось, или под капюшоном промелькнула улыбка?

Я посмотрел на Олега и увидел в глазах мальчика восторг. Олег завороженно следил за плавными движениями алхимика.

– Хочешь помочь? – спросил его туннелонец.

– Хочу, – прошептал Олег. – Что нужно делать?

Туннелонец протянул ему стеклянную палочку.

– Медленно мешай зелье по часовой стрелке ровно одиннадцать раз, – сказал он. – И постарайся не ошибиться.

Стеклянная палочка осторожно двигалась в кипящей воде. Я почувствовал, что воздух в комнате загустел, словно сахарный сироп. Запахло розой и корицей – сперва слабо, потом сильнее и сильнее.

Стены палаты незаметно исчезли, вместо них я увидел серебристое свечение силового поля. Точно такое же поле я видел в Храме Путей.

Мой магический дар загудел громче.

– Саша, что происходит? – шёпотом спросила Лиза.

– Магия, – так же тихо ответил я.

Палочка совершила одиннадцатый круг и замерла. Зелье в реторте зашипело и окрасилось в лимонный цвет.

– Что теперь? – растерянно спросил Олег у туннелонца.

– А что ты чувствуешь? – вопросом на вопрос ответил алхимик.

– Гудит, вот здесь. Громко.

Мальчик дотронулся до своей груди.

– Хорошо, – кивнул туннелонец. – Протяни руку.

Олег медленно протянул руку ладонью вверх.

В воздухе появился солнечный блик. Он ярко вспыхнул, потом померк и обернулся крошечным золотым драконом с рубиновыми глазами.

Дракон опустился на ладонь мальчика. Снова задрожал и превратился в маленькое золотое солнце с изогнутыми лучами.

– Ты готов принять свой Путь? – спросил туннелонец. – Готов примириться со своим даром? Готов довериться магии?

Прежде чем ответить, Олег посмотрел на меня.

Я кивнул, чтобы подбодрить мальчика:

– Давай.

– Я готов, – ответил Олег.

Его голос дрогнул, и мальчик повторил громче:

– Я готов.

– Сожми ладонь, – подсказал я.

Олег осторожно сжал тонкие пальцы и замер. Затем снова разжал их.

Ладонь была пуста.

– Олег Зеленин принял свой Путь, – торжественно сказал я. – Поздравляю!

Я обнял мальчика, и он молча уткнулся лицом в мою куртку.

* * *

Серебристое сияние магического поля и не думало угасать. Храм Путей не исчезал, как будто магия не хотела расставаться с нами.

Я осторожно погладил Олега по вихрастой макушке.

– Как ты себя чувствуешь?

Мальчик доверчиво посмотрел на меня.

– Я больше не боюсь своего дара. Это правильно?

– Правильно, – улыбнулся я.

– И теперь я смогу выйти на улицу? И стать настоящим магическим алхимиком?

– Ты сможешь стать, кем захочешь, – кивнул я. – Когда выбираешь себя, это и есть настоящая свобода. Понимаешь?

– Не очень, – честно признался Олег.

– Не важно, – рассмеялся я. – Главное, что тебе больше не нужно прятаться от магии. Сможешь гулять, сколько тебе вздумается, сможешь учиться. Я поговорю с директором Императорского магического лицея. Уверен, тебя с удовольствием примут туда, теперь там учатся не только будущие маги, но и настоящие магические существа. Один мой знакомый домовой исправно посещает этот лицей, ему там нравится. Найдёшь себе друзей, в общем, жизнь наладится.

– Я буду учиться вместе с другими ребятами? – недоверчиво переспросил Олег. – И заниматься алхимией?

– Ага, – кивнул я. – Надеюсь, твоя мама будет этому рада. Она здесь?

– Нет, – огорчился Олег. – Вчера вечером она уехала домой, у неё срочный заказ. Всё пропустила! Вы думаете, она обрадуется, что я превратился в магическое существо?

Я видел, что напряжение постепенно покидает мальчика. Он уже поверил, что теперь всё будет хорошо.

Вот, и отлично. Магия любит тех, кто ей доверяет.

– Непременно, – твёрдо ответил я. – Как она может не обрадоваться?

Пока мы болтали, туннелонец снял зелье с огня и переставил на стол. Затем небрежно щёлкнул пальцами, и жаровня растаяла в воздухе.

– Ты можешь приходить к нам в мастерскую, если захочешь, – запросто предложил он Олегу. – Мы научим тебя готовить самые разные зелья.

– На твоём месте я бы воспользовался этим предложением, – заговорщицки кивнул я. – Туннелонцы лучше всех разбираются в алхимии. Кстати, что это за таинственное зелье вы тут сварили? И как его использовать?

Кажется, туннелонец снова улыбнулся. С этими существами никогда нельзя быть уверенным, лица-то под капюшоном не видно.

– Это отвар из лепестков Туманной розы, – невозмутимо прошелестел он. – Нужно только добавить в реторту каплю горного мёда.

– А как действует этот напиток? – с интересом спросила Лиза.

– Он прогоняет страх и помогает сделать нужный шаг, – негромко рассмеялся туннелонец. – Чем не волшебство?

– Настоящее волшебство, – согласился я. – Но нам это уже не нужно.

– Как знать, – загадочно улыбнулся туннелонец.

* * *

Серебристое свечение магического поля медленно погасло. Храм Путей снова превратился в палату госпиталя.

Из коридора донеслись взволнованные голоса, затем дверь распахнулась. В палату вбежал Иван Горчаков.

– Что здесь произошло? – сердито спросил он. – Дежурный целитель сообщил, что дверь неожиданно исчезла, и он не может войти в палату. Что это за фокусы?

– Это не фокусы, а церемония Выбора Пути, – улыбнулся я. – Олег только что примирился со своим даром и выбрал Путь. Храм Путей появился прямо в палате, так решила магия.

Иван недоверчиво посмотрел на мальчика.

– Ложись на кровать, – озабоченно сказал он. – Мне нужно тебя осмотреть.

Олег послушно лёг. Иван долго водил над ним руками, внимательно прислушиваясь к своему дару. Затем изумлённо кивнул:

– Дар и в самом деле стабилен. Магические каналы Огня и Воды переплелись в единое целое. Никогда не поверил бы, что такое возможно. Могу я спросить, какой Путь ты получил?

– Я стану алхимиком, – гордо улыбнулся Олег.

– Только после того, как я выпишу тебя из госпиталя, – строго сказал Иван. – Но покидать палату тебе нельзя, пока я не вернусь. Мне нужно срочно заняться другим пациентом.

– Нам тоже пора, – улыбнулся я. – Иван Николаевич, кто-нибудь из твоих подчинённых может отвести нас к мастеру невезения? Постараюсь убедить его не занимать палату понапрасну.

– Поздно, – неожиданно жёстко сказал Горчаков. – Несколько минут назад господин Косогоров потерял сознание возле дверей этой палаты.

– Так вот почему поднялся шум? – нахмурился я. – А что он здесь делал?

– Господин Косогоров вчера заходил ко мне, – неожиданно сказал Олег. – Он рассказал, как они с папой старались раздобыть деньги на моё лечение, но у них ничего не вышло.

В моей голове промелькнула догадка.

– Ты рассказал ему про обряд? – спросил я.

– А не надо было рассказывать? – испугался Олег. – Вы не говорили, что это секрет.

– Ты всё правильно сделал, – успокоил я мальчика.

И посмотрел на Ивана:

– Так вот чего ждал Косогоров! Он хотел помочь Олегу пройти обряд, и сделал это. Отдал мальчику свою удачу – всю, до последней капли.

– Наверное, – хмуро согласился Горчаков. – И заплатил за это слишком дорого. Я попытаюсь его вытащить, но гарантий нет.

– Я должен посмотреть на Косогорова, – сказал я.

– Зачем? – не понял Иван. – Ты же не целитель.

– Зато смогу понять, что он чувствует. Вдруг это поможет тебе вылечить его?

Мгновение Горчаков колебался, затем кивнул:

– Ладно, идём.

– А я пока побуду с Олегом, – сказала Лиза.

Я благодарно посмотрел на неё и кивнул:

– Спасибо!

Уже в коридоре я обнаружил, что туннелонец идёт с нами. Горчаков тоже заметил это, но ничего не сказал, только озабоченно нахмурился. Сейчас он думал только о том, как помочь мастеру невезения.

Косогоров был без сознания. С первого взгляда было понятно, что он умирает – его лицо стало землистого цвета, нос заострился, а на лбу блестели крупные капли пота.

Мастер невезения дышал тяжело и отрывисто, как будто ему сдавили грудь.

– Откройте окно, – сказал Горчаков дежурному целителю.

Дежурный целитель загремел рамами, а Иван принялся осматривать Косогорова. Руки целителя пробежали по телу мастера невезения и замерли в области сердца.

– Глубокое магическое истощение, – с досадой поморщился Иван. – Его дар вычерпан полностью, ни капли не осталось.

Он выпрямился и хмуро посмотрел на дежурного целителя:

– Принесите артефакт усиления дара. Сомневаюсь, что это поможет, но мы должны попробовать.

Дежурный целитель быстро вышел из палаты.

– У Косогорова был с собой артефакт усиления дара? – удивился я.

Горчаков покачал головой:

– Нет, это наш. Владимир Кириллович Гораздов изготовил его по заказу госпиталя. Артефакт работает грубо, он не привязан к конкретному человеку. Но это единственное, что мы можем сейчас сделать.

Пока дежурный целитель ходил за артефактом, я закрыл глаза и постарался прислушаться к эмоциям Косогорова. Мастер невезения был без сознания, но его мозг продолжал думать и чувствовать.

Я надеялся понять, что с ним происходит.

У меня получилось неожиданно легко. Я провалился в чужие чувства, как проваливаются в мягкий болотный торф.

И сразу ощутил страх и растерянность. Мастер невезения словно бродил в темноте и пытался на ощупь отыскать выход. Но выход ускользал, как ускользает граница магического пространства.

Косогоров никак не мог пробиться через эту границу и уже отчаялся. У него почти не осталось сил.

Мастер невезения тонул в собственном страхе. Он был похож на пловца, который нырнул слишком глубоко и теперь не может сделать последний гребок ослабевшими руками, чтобы выплыть на поверхность.

Ему нужна была помощь.

– Нужно дать ему отвар из лепестков Туманной розы, – сказал я, открыв глаза. – Прямо сейчас, иначе будет поздно. Ему не хватает решимости сделать последний шаг.

Иван изумлённо посмотрел на меня.

– Я читал про этот отвар в Незримой библиотеке, – сказал он. – Библиус дал мне несколько лепестков, и я попробовал отвар на себе. Даже хотел вырастить Туманную розу в парке госпиталя, но она не прижилась. Если мы поторопимся, то успеем взять лепестки у Библиуса.

– У нас есть готовый отвар, – обрадовал я целителя.

Туннелонец молча протянул Горчакову реторту, в которой плескалась жидкость ярко-лимонного цвета.

Иван недоверчиво понюхал её и удивлённо кивнул:

– Роза, корица и горный мёд? Но откуда он у вас?

– Ты не поверишь, – усмехнулся я. – Да сейчас это и не важно.

Горчаков приподнял голову Косогорова и осторожно влил ему в рот несколько капель отвара. Пересохшие губы мастера невезения шевельнулись, он сделал глоток. Потом ещё один.

Дыхание Косогорова выровнялось. Я почувствовал, что страх отпускает его.

Ещё один глоток, и вдруг мастер невезения открыл глаза. Его взгляд остановился на мне, и я понял, что Косогоров меня узнал.

– Где я? – шёпотом спросил он. – Что со мной случилось?

– Вам очень повезло, господин Косогоров, – строго покачал головой Иван. – Невероятно повезло. Вы остались живы только чудом.

– Повезло? – слабо удивился Косогоров. – Мне?

Он устало уронил голову на подушку и закрыл глаза.