Текст книги "Второй шанс для пленницы жестокого принца (СИ)"

Автор книги: Алекс Найт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Алекс Найт
Второй шанс для пленницы жестокого принца

Пролог

Вечность в камере отсчитывалась мерным звоном капель, писком крыс и тяжёлыми шагами стражников. Я больше не металась, не звала, не плакала – только сидела и ждала. Осуждённых на смерть не навещают. Их не трогают до самого конца, чтобы потом выставить на потеху толпе и убить в мучениях. К ним приходят лишь дважды: принести последний ужин и отвести на казнь.

Но вот что-то изменилось.

Издалека донеслись звуки шагов нескольких лиц. Уверенные, жёсткие, мужские. Я вскочила и бросилась к решётке. Пальцы до боли сжали потемневшие прутья. На стене дрогнул свет приближающегося магического огня.

Это он?

Сорен пришёл спасти меня? Наконец доказал, что всё это – чудовищная ошибка? Я не убивала принцессу. Меня подставили. Это же очевидно. У меня не было причин желать Элире смерти. Я добивалась мира между саламандрами и драконами.

На несколько дрожащих мгновений мной овладела надежда. А потом в проходе появился Сорен.

Я узнала его сразу. И всё же в тот миг он показался мне незнакомцем. В стальных глазах скользнуло довольство, на твёрдых губах вспыхнула улыбка. Холодная. Торжествующая. Пугающая.

– Сорен… – выдохнула я, сильнее стискивая пальцами прутья. – Ты пришёл спасти меня?

– Конечно, любимая, – мягко ответил он. Но от этой мягкости по спине пробежал холод. – Я спасу тебя от мучений, – добавил Сорен и чуть отступил в сторону.

В камеру ввели скованного цепями пленника. На нём были только короткие штаны из грубой ткани, по мускулистому телу была размазана грязь. Из-под длинных спутанных волос меня хлестнул серый взгляд – полный такой лютой ненависти, что я невольно отшатнулась. Отступила, задрожав всем телом, ведь узнала его.

Принц Риан.

Тот самый, которого обвинили в убийстве принцессы Элиры вместе со мной.

– Что происходит, Сорен? – спросила я, и собственный голос надломился от напряжения.

– Последнее одолжение брату, – расслабленно пожал он плечами.

Я привыкла ловить в его взгляде тепло, любовь, страсть. Но теперь там было только снисхождение. Как будто он смотрел не на женщину, с которой проводил яркие ночи, а на вещь, уже выполнившую своё назначение.

– Какое одолжение? – прошептала я, делая шаг назад.

Меня начинало трясти. Сердце билось неровно, болезненно. В ожидании предательского удара.

– Риан требует мести.

Сорен едва заметно кивнул, и дверь камеры открыли.

Тяжело ступая, Риан вошёл внутрь. Я попятилась, пока не упёрлась спиной в стену. Пальцы судорожно заскользили по шершавому камню в поисках спасения, которого не было.

– Сорен, – позвала я уже открыто, встревоженно. – Зачем ты это делаешь?

– Спасаю тебя от мучений перед толпой зевак и оказываю брату услугу. Я же сказал.

Дверь за спиной Риана захлопнулась. С его рук и ног со звоном опали цепи. Он растёр запястье, и мышцы на предплечье взбугрились под кожей от этого простого движения. Я сглотнула, не сводя с него взгляда.

– Я не виновата. Меня подставили, – сказала я твёрдо, хотя внутренне сжималась от ужаса.

– Знаю, – хмыкнул он и медленно двинулся ко мне. – Меня тоже подставили. И ты в этом замешана. Если бы не ты…

Он не договорил. Его голос, низкий и жёсткий, словно скрежет металла, звучал красноречивее слов.

– Я ничего не сделала, – выдохнула и заставила себя встретить его взгляд.

Риан остановился совсем близко. Я почувствовала запах пота, крови и железа.

– Ты помогла Сорену меня подставить.

Я открыла рот, чтобы возразить, но не успела: его рука сомкнулась на моём горле. Сильно. Без колебаний.

В ушах зашумело. Я захрипела, вцепилась в его запястье, заскребла ногтями по коже, попыталась ударить ногой, вырваться, но ничего не получалось. Все мои движения разбивались о его силу, ярость и решимость.

– Сорен… – просипела я, уже не голосом, а самой душой, бросая к решётке отчаянный взгляд.

И оцепенела. Сорен улыбался. Стоял и смотрел, как я умираю, с торжеством, что страшнее ненависти. В этот миг я поняла: Сорен никогда меня не любил. Он лгал. Играл. Использовал. С моей помощью подставил брата, убил сестру и расчистил себе путь к трону Конкордиума.

Но зачем нужна моя смерть? Без меня мирные переговоры с драконами рухнут. Саламандры ответят войной. И моя слепая любовь обернётся тысячами смертей. Он добивался и этого? Хотел войны, изображая стремление к миру?

– Нена… – сорвалось с губ. На миг хватка ослабла. Ровно настолько, чтобы я смогла вытолкнуть из себя одно-единственное слово: – Ненавижу!

Сорен только усмехнулся.

– Думаешь, мне есть дело до твоих чувств, Кора? Ты исполнила свою роль. Цени мою благодарность.

Пальцы Риана сжались сильнее. Перед глазами всё поплыло. Лицо Сорена расплылось в пелене слёз. Меня жгли боль, унижение, ярость, отчаянное желание отомстить. Несправедливость убивала быстрее чужих рук.

А потом пришла тьма. И всё закончилось.

– Ничего не кончено, – прозвенел женский голос.

Я резко распахнула глаза. Передо мной была камера, но не та, в которой держат смертников, другая, для обычных пленников. Слишком знакомая.

Именно в такой всё и началось.

– Теперь ты знаешь, что тебя ждёт, Кора. Не повторяй прежних ошибок, – вновь раздался голос, ясный и холодный.

Я судорожно коснулась шеи. Казалось, на ней всё ещё ощущается хватка Риана.

– Кто ты? – прохрипела я.

Передо мной на миг вспыхнул женский силуэт с длинными чёрными волосами.

– Богиня судьбы и мести. Я дарую тебе своё благословение, Кора. Удачи.

И она исчезла. Камеру накрыла тишина. Ни звона капель, ни писка крыс, только приглушённые голоса стражников где-то вдали.

Я опустила взгляд на дрожащие руки, коснулась лица, шеи, сжала пальцами плечи и зашипела от боли. Хотела опустить тюремную робу, чтобы оценить рану, но замерла. На мне была одежда с раскопок. И этот ушиб на плече… Я получила его, когда убегала от стражи, пытаясь спастись.

Что это? Чистилище? Предсмертный бред? Или…

Ещё ничего не произошло? И я правда увидела будущее? Будущее, в котором меня предаст любимый. Будущее, которое я ещё могу изменить. И отомстить…

Глава 1

/Кора Стиллуотер/

– Бред… Какой-то бред…

Подскочив с грязного пола, я принялась мерить шагами узкое помещение камеры.

Мысли пребывали в настоящем хаосе. Сердце стучало неровно. Горло сжимала призрачная хватка принца Риана.

Сон это или действительно провидение, посланное богиней? Но в культуре драконов нет богини судьбы, как и в культуре саламандр. Значит, это одна из новых богинь? Почему же она лишь показала мне будущее и оставила? Неужели не могла вызволить?

– Эй, я знакома с другими богами, помоги мне, – взмолилась я, подняв взгляд к потолку.

Но никто не отозвался. Я почувствовала себя глупо.

Может, мне действительно приснился реалистичный сон?

– Что ты там бубнишь? – донёсся до слуха грубый вопрос.

Окошко в окованной металлом деревянной двери приоткрылось, демонстрируя искажённое кривой ухмылкой лицо мужчины. Сальные серые волосы прилипли ко лбу. В мутных серых глазах поселилась злоба.

– Нет, не сон, – произнесла я одними губами, ведь помнила этого мужчину.

Мой тюремщик, мой мучитель. Он измывался надо мной неделю, пока мной не заинтересовался Сорен. Тогда принц предстал мне спасителем и освободителем. Я не могла и предположить, что он приведёт меня к гибели через предательство.

– Если хорошо станцуешь, получишь еду, – продолжая ухмыляться, произнёс мужчина.

– Я не голодна, – ответила сухо и прошла к дальней стене.

Паника отпустила сознание, мысли принялись выстраиваться в логические цепочки. Пусть в это сложно поверить, но я на самом деле увидела своё неприглядное будущее. Поэтому глупо поддаваться эмоциям: они уже сослужили мне плохую службу и затуманили разум. Дальше нужно действовать максимально осторожно и расчётливо, ведь мне представилась возможность исправить прошлые ошибки, выжить и… отомстить. Третьего шанса не будет.

Итак, что у меня есть? Двадцать лет назад раса драконов, в стремлении спастись с погибающей планеты, перебралась в новый для себя мир. Мы назвали наш новообретённый дом Миром Сфер, потому что города строились под стеклянными куполами, дабы защититься от неизученных монстров и капризов природы. Других жителей мира мы не обнаружили, нашли только погружённый под землю город под названием Конкордиум. Здания, дома и все жители оказались заключены в кристаллах. Считалось, что их постигло смертельное проклятье.

Я – член ордена просветлённых, учёная, которая занималась изучением древних жителей, называвших себя саламандрами. Но проклятие усилилось, и меня тоже заключило в кристалл. Как оказалось, это не смерть, а просто сон. И он закончился для меня одновременно с пробуждением жителей Конкордиума.

Я пыталась сбежать, пользуясь всеобщей паникой, почти добралась до выхода, но попала в руки стражи. Меня заключили в темницу, не став разбираться в происхождении. Да и не настолько хорошо я владела языком древних саламандр, чтобы внятно объяснить своё присутствие в городе. Но то было в прошлой жизни. В ней я успела улучшить свои языковые навыки, потому теперь могу выстроить словесную защиту.

– Танцуй, я сказал! – тюремщик ударил кулаком по двери.

Тело прошило дрожью. Нанесённые им фантомные ушибы вспыхнули болью.

Судорожно стиснув ладони в кулаки, я приблизилась к двери и прямо посмотрела в серые глаза мужчины.

– Лучше я развлеку тебя рассказом, – произнесла тихим, но твёрдым голосом. Мужчине пришлось затихнуть и даже затаить дыхание, чтобы чётко слышать мои слова. – Ты ведь не знаешь, кто я?

– Да мне плевать! – расхохотался он.

И давился смехом почти полминуты, но постепенно замолк, почувствовав себя неуютно под моим немигающим взглядом. Естественно, я опасалась его, но не настолько, чтобы трястись и демонстрировать страх. Он мог лишь избить меня, на большее не решался, ведь боялся за свою жизнь. Но травмы не пугали: они – ничто по сравнению с болью от предательства.

– Моё имя Кора Стиллуотер. Я просветлённая десятого ранга и возглавляю раскопки в Конкордиуме.

– Какие ещё раскопки? – огрызнулся он.

– Если ты не будешь перебивать меня, то услышишь ответ и сможешь передать его наверх.

– Говори… – процедил он сквозь неровный ряд жёлтых зубов, но тут же чертыхнулся, будто в ошеломлении. – Ты только полчаса назад слова не могла связать…

– Я пребывала в шоке от удара, но теперь собралась, – безразлично дёрнула я здоровым плечом. – Так вот, довожу до твоего сведения, что Конкордиум находился в кристалле триста лет. Вы больше не одни на этой равнине. В нескольких километрах восточнее находятся города драконов.

– Драконов? – нахмурился он.

– Да. Я не саламандра, я дракон, представитель другой, отличной от вашей расы. Мы сильные маги и выступаем за прогресс, тогда как вы находитесь в неизвестности и лишились защиты своего короля и богов. Я – единственная, кто может помочь вам быстро разобраться в ситуации и обезопасить себя.

Само собой, я весьма преувеличивала свою роль, в конце концов, саламандры могли запросить другого переговорщика. Я стану официальным представителем драконов только при содействии Сорена. Именно он тогда помог мне выбраться из камеры, даровал своё покровительство, но был нюанс. Я вышла отсюда его личной рабыней.

– Дракона, значит? – мужчина озадаченно почесал макушку.

– Драконица, – поправила я его. – Если не верите, могу продемонстрировать оборот. Но вы и так видите по моим волосам и глазам, что я не саламандра, – улыбнулась я, заправив за ухо синюю прядь.

Саламандры и драконы очень близки по своей природе, мы все – ожившие самоцветы. Разница в возможностях резерва. Саламандры – универсальные маги, внешне они безликие, потому у всех серые волосы и глаза. При резонансе с самоцветами они могут наполнять резерв магией разных стихий. Их волосы и глаза меняют цвет во время такого взаимодействия.

Драконы же рождены с предрасположенностью к определённому виду стихии и, соответственно, самоцвету. Я принадлежу сапфировому дому драконов, от рождения синеглазая и синеволосая. Даже если не взаимодействую с сапфиром, моя внешность не меняется.

– А ведь точно, – пробормотал он. – Но, может, камень где припрятала? – задумался он.

– Меня обыскивали особенно тщательно из-за цвета моих волос. Как видишь, ничего не нашли, – развела я руками в стороны, обозначая на губах ледяную улыбку. – Я могу помочь саламандрам разобраться, а ты можешь стать тем, кто указал на меня, и… получить награду, – произнесла с нажимом. – Думай. Решай.

Скрестив руки на груди, я вновь отступила вглубь камеры.

В серых глазах тюремщика некоторое время туманился сложный мыслительный процесс, пока он не пришёл к определённому выводу. Кивнув своим мыслям, мужчина разулыбался и унёсся прочь. Даже забыл закрыть дверцу.

Что ж, первый шаг на пути к освобождению сделан. Правда, пока прошлое не особо изменилось: я лишь ускорила процесс и избежала недели издевательств. И тогда выходит, дальше… встреча с Сореном?!

Только не он…

Эта мысль напугала и одновременно взбесила. Я только подобралась, только наскребла в душе потерянное из-за предательства и смерти самообладание, и теперь мне предстоит новое испытание? Возможно, самое важное, ведь оно станет по-настоящему первым шагом.

Но плана пока нет, даже каких-то намёток. Логично, что для начала надо выбраться из камеры. А дальше – или идти по известной дорожке, или резко свернуть в неизвестность с непредсказуемыми последствиями.

Пока что ясно главное – Сорен меня предаст на пути к власти. Значит, нужно спастись самой от предательства, уберечь принцессу Элиру от смерти, а принца Риана – от подставы.

«Если бы не ты…» – вспомнились его громовые слова, и перед мысленным взором предстало искажённое ненавистью лицо принца.

Тело пробил внезапный озноб, и я обняла себя руками в бессмысленной попытке согреться. Но ледяной ужас рока не отогнать так просто. Отогреться поможет лишь спасение. И месть.

Я металась по камере, по ощущениям, несколько часов. Вскоре совсем вымоталась, а потом и растянулась на скамье. Кажется, даже задремала, потому что увидела лица сотрудников экспедиции, моих коллег, друзей. Где они сейчас? А проснулась от тихого стука в дверь.

Я резко села и поморщилась от прострелившей плечо боли. Меня довольно сильно ударили дубиной по плечу, и, естественно, никто не озаботился обработкой раны. Даже я сама.

– Прошу прощения, не хотел вас пугать, Кара.

Мягкий, обволакивающий голос Сорена пронёсся ледяной волной по телу. Я выпрямилась сильнее и обняла себя руками, словно пытаясь защититься.

Заснула, упустила момент его появления и потому не успела собраться, хоть как-то морально подготовиться. Но нужно подавить эмоции, изобразить момент знакомства, настороженность и продемонстрировать свою полезность.

– Кора, – поправила я, обращая взгляд к проходу, и вздрогнула от неожиданности.

Совсем забыла, что Сорен меня не боялся и вошёл в камеру для первого разговора. И теперь он стоял передо мной. Высокий, статный, красивый. Впрочем, в первую встречу последнее я практически не отметила, ведь была измучена голодом, напугана и почти отчаялась получить спасение.

– Кора Стиллуотер. Просветлённая десятого ранга.

Я осторожно развернулась на скамье, опустила ноги и поднялась. Не торопилась. В первую очередь давала себе время, но и стоило продемонстрировать чувство собственного достоинства.

– Извините, стражник не смог внятно произнести ваше имя, – улыбнулся он.

Внимательный серый взгляд скользнул по моей фигуре и быстро вернулся к глазам, чтобы не пропустить ни единой эмоции. А меня пробрало до мурашек, словно он не просто смотрел, а касался, ощупывал в поисках фальши. Будто мог увидеть меня насквозь.

– Ничего, теперь вам известно моё имя, – сухо отозвалась я. – Но я ничего не знаю о вас.

– Судя по тому, что вы передали стражнику, вам должно быть известно многое, – поддел он меня.

– Думаю…

Я внимательно прошлась взглядом по его облику, пока не остановилась на золотой броши, поддерживающей плащ. Тот был небрежно накинут поверх расшитого серебром и алмазами костюма. Алмазы же сияли в пряжке ремня и в нескольких перстнях. Простая учёная не смогла бы определить в Сорене хоть что-то особенное, кроме любви к роскоши. Да и мои изыскания в прошлом не помогли бы выделить действительно важные детали. Зато подаренное богиней видение даровало мне огромные знания о культуре саламандр. За проведённое с Сореном время я узнала об этой расе больше, чем за десять лет раскопок.

– Думаю, вы входите в правящий род Эверейн или приближены к нему, – вынесла вердикт я, коротко указав на брошь.

Изящная резьба запечатлела голову грифона с приоткрытым клювом.

– Верно, – кивнул он. Если и удивился, то внешне остался невозмутим. Раньше я поражалась его способности контролировать свои эмоции, теперь опасалась. – Моё имя Сорен. Сорен Эверейн Динас Аврелиан. Принц Конкордиума.

Младший, от наложницы. Король Аврелиан при всех своих пороках ещё и любил женщин. Неизвестно, сколько он успел зачать детей, но признанных всего трое. Элира – дочь от официальной жены и главная претендентка на престол, Риан – второй по старшинству и тоже сын наложницы. И Сорен. Самый амбициозный и беспринципный.

– Рада знакомству, принц Сорен.

На этот раз он чуть усмехнулся, будто его повеселила моя реакция.

– В чём дело? – осторожно уточнила я.

– Не вижу в вас хотя бы удивления моим статусом, – беспечно ответил он, будто отсутствие почтения его вовсе не задело.

Хотя вряд ли это так. Он слишком честолюбив и самолюбив, чтобы спустить такое.

В прошлом я проявила больше уважения, на этот раз забылась в круговороте воспоминаний и эмоций.

– Прошу прощения, принц Сорен, – я склонила голову, выражая раскаяние. – День выдался сложным. Пленение в кристаллах, потом темница, издевательства, голод.

– Издевательства, голод? – нахмурился он.

– Тюремщик избрал меня своей жертвой, – я обняла себя руками, демонстрируя неподдельную дрожь. – Для меня огромная честь познакомиться с принцем Конкордиума. Простите ещё раз, надеюсь, меня оправдает то, что в последнее время мне приходится часто общаться с принцами на равных, – призналась как бы между прочим.

– С принцами? О каких принцах речь?

В серых глазах Сорена мелькнул проблеск интереса. Значит, я сумела его заинтриговать. Впрочем, для того и упомянула знакомство с принцами Сфер.

– Да, принцы и принцесса городов драконов находились под моим покровительством, интересовались раскопками, – подтвердила я.

– Вы про новые города, о которых говорили тюремщику? – Сорен сделал шаг ко мне, и я невольно вздрогнула, что вряд ли укрылось от его внимания.

– Да, про них. Это долгий разговор, – произнесла с лёгким намёком в голосе.

– И мне он интересен, – приблизившись ко мне, Сорен, как и тогда, положил руку на моё плечо. Волосы и глаза его окрасились в голубой. В меня полилась родная магия воды, принося облегчение ушибам. – Я помогу вам, Кора. Для начала – покинуть это место. Но я не могу просто освободить пленницу. Вы не житель Конкордиума.

Сердце пропустило удар. Это я тоже помнила. Сейчас он предложит стать его личной рабыней.

Мысли вновь заметались в круговороте. Я почти ощутила, как меня тянет к земле рабская цепь.

– Вы же принц, – произнесла я насколько возможно спокойно.

Ответила, как в воспоминаниях, ведь никакие знания не могли мне помочь обойти установленные в Конкордиуме законы. Саламандры придерживаются рабовладельческого строя. Здесь есть рождённые свободными и те, кто никогда не избавится от рабского ошейника. А последний король города, Аврелиан, довёл эту убеждённость до абсолюта. Он вёл завоевательную политику, уничтожил или обратил в рабство все города на материке. Я чужестранка и не имею права претендовать на свободу даже с позволения принца. По крайней мере, пока не избран новый правитель, чтобы изменить закон. Но Сорен на троне так не поступит.

– А вы просветлённая и должны знать наши законы, разве нет?

Он снова поддевал меня, провоцировал. Возможно, я вела себя слишком дерзко, раз он пытался таким образом поставить меня на место?

– Я изучала их, – ответила расплывчато, опуская взгляд к полу. – Надеюсь, вы говорите не о рабстве.

– Только рождённые свободными жители Конкордиума могут жить свободно. Жители других городов и рождённые рабами обязаны служить. Вы чужестранка, Кора, в Конкордиуме вы можете находиться лишь в роли рабыни.

– Мне сложно это принять. В нашем обществе нет рабства.

– Понимаю.

Его пальцы скользнули по моей руке, бережно сжали моё запястье.

– Взгляните на ситуацию иначе, как на необходимую меру. Чтобы покинуть камеру, вам нужно надеть рабский ошейник. Воспринимайте его лишь как украшение. Я не собираюсь вам приказывать или принуждать служить мне.

В прошлый раз он так же убеждал меня. И я посчитала его слова логичными. Но тогда не знала об одном значительном нюансе…

– Возможно, – отозвалась я, продолжая смотреть в пол. – Но мне известно об особенностях рабской связи.

– О чём вы?

Может, мне показалось, но в его голосе будто мелькнуло раздражение.

– Рабский ошейник подавляет волю, убеждает в необходимости служить, подчиняться, навязывает чувство неполноценности.

Быть может, ещё и поэтому я размякла, поддалась чувствам и в итоге познала боль предательства.

– Да, это так, – подтвердил Сорен.

Больше в его голосе не слышалось эмоций. Если и был недоволен моими познаниями, умело это скрыл.

– Это не просто украшение, это ментальное подавление. Я не уверена, что сохраню ясность сознания и объективность.

– Подавление минимально, Кора, и речь идёт о свободе.

– Я драконица, принц Сорен, рождена свободной, – ответила мягким тоном, словно извиняясь за своё происхождение, и сделала шаг от него. – Для меня камера и ошейник равнозначны. Но в камере я хотя бы быстро прекращу свои мучения. Ошейник может продлить их на всю мою жизнь. А она, при размере моего резерва, продлится не так мало, как бы хотелось при существовании в рабстве.

– Значит, вы предпочитаете смерть? – понизившимся тоном уточнил он.

В его вопросе чувствовалась явная угроза. Мне стало не по себе и ужасно страшно лишиться выданного шанса. Но как изменить свою судьбу, если ментальная удавка будет постоянно убеждать меня в собственной никчёмности? Нужно попытаться избежать рабства или хотя бы стать рабыней принцессы. Если попаду под ментальное влияние Сорена, он использует меня и выбросит.

– Желательно быструю. Уверена, вы сможете разобраться в особенностях соседей и причинах исчезновения покровительствовавших вам богов без меня.

– Вам и про это известно? – спросил он почти шёпотом. – Возможно, вы знаете, где мой… король Аврелиан?

– Он погиб. Против него восстали его рабы, – я подняла взгляд и прямо посмотрела в задумчивые глаза принца. – Знаково, да, для общества, где рабство в норме вещей, – улыбнулась я иронично, отступая ещё на пару шагов, и неспешно опустилась на скамью. – Была рада познакомиться с принцем Конкордиума и живым саламандром.

Надеюсь, он уйдёт, и мне удастся убедить стражника привести ко мне принцессу или хотя бы принца Риана.

– Уже прощаетесь со мной, Кора? – усмехнулся Сорен. – Зря. Вы покинете камеру со мной.

– Я не надену рабский ошейник, – возразила я, встревоженно вскинув голову, и подскочила на ноги, когда Сорен приблизился.

Он был сильнее, а я лишена сил из-за голода и заключения, потому мне удалось лишь охнуть и дёрнуться, когда его рука сомкнулась на моей шее, а вторая обвила талию.

– Что вы… – Шею стиснула призрачная удавка, лишая меня дыхания. – Нет!

Обезумев от ярости, я вновь попыталась вырваться, даже толкнула принца в грудь. И тогда хватка на моём теле стала каменной. Его пальцы поднялись выше, сжали мой подбородок, впиваясь ногтями в щёки.

– Успокойтесь, Кора, – произнёс он чётко в мои губы.

И я затихла под действием предупреждения лазурного взгляда.

– Это фальшивка, не рабский ошейник. Вы выйдете отсюда только в роли моей рабыни. И лишь нам двоим будет известно, что это не так. Но имейте в виду: если правда раскроется, вас убьют на месте. Поэтому проявите осторожность.

Я буквально вытолкнула из себя воздух, чтобы произнести простое:

– Я буду осторожна.

Особенно с тобой…

Неужели он действительно пошёл на обман ради того, чтобы получить меня? Может, он врёт? Может, это настоящий рабский ошейник? Но в тот раз разум почти мгновенно сдавило тяжестью ментальной атаки, сейчас же я ощущала лишь собственные страх и недоверие.

– Вы успокоились, Кора? Я могу вас отпустить? – внезапно ровным тоном спросил принц.

– Да, я спокойна.

Врала, ведь внутренне металась и пребывала в нерешительности, но внешне старалась оставаться невозмутимой.

– Прошу прощения за грубость, Кора.

Сорен осторожно разжал хватку на моём лице, следом отпустил талию и чуть помедлил, прежде чем отступить.

Как только он отошёл, стало легче. Голову больше не бомбардировали мысли о его прикосновениях из прошлого, а нос не заполнял столь знакомый хвойный запах. Я могла размышлять спокойно. И праздновать первую победу.

– Благодарю, принц Сорен, – я склонила голову чуть ниже необходимого.

В первую очередь, чтобы скрыть выражение торжества на своём лице и холодную улыбку на губах, а во вторую – выразить ложное почтение. Бросить пыль в глаза.

Сорен хочет изображать моего спасителя и ждёт благодарности в ответ. Что ж, я не против на время дать ему желаемое.

Игра началась.

– Не нужно так низко кланяться, – Сорен невесомо поддел пальцами мой подбородок, побуждая меня выпрямиться.

Наверняка ему не понравилось, что я скрывала от него выражение лица. Но улыбка исчезла, как и миг празднования победы. Я смотрела взволнованно и чуть встревоженно. Всё же передо мной стоял незнакомец, который только что продемонстрировал мне силу. А это была именно демонстрация. В воспоминаниях о возможном будущем он вёл себя деликатнее и не применял силу.

Мне нужно вести себя сдержаннее.

– Вы пошли на огромные уступки ради меня, – ответила я кротко.

– Вы важны, – отозвался он мягко.

«Конечно, любимая. Я спасу тебя от мучений», – вспомнились его слова, произнесённые таким же тоном, и меня внутренне передёрнуло.

– Теперь вы можете покинуть камеру. Идите за мной, не отставайте, не отвечайте никому, кто к вам обратится. Либо говорите, что вам приказано хранить молчание.

– Поняла, – кивнула я, борясь с желанием вновь опустить голову, чтобы скривиться.

Сорен приблизился к двери, постучал, и та сразу открылась. Снаружи ожидали два стражника, и чуть в отдалении переминался с ноги на ногу мой тюремщик.

– Кора теперь моя личная рабыня, – сообщил он. – Важнейшая из рабынь, – добавил с нажимом, заглянув в глаза каждому из стражников.

Мужчины кивнули, принимая к сведению, и мельком оглядели меня, видимо, чтобы запомнить лицо.

– Можно забрать мой браслет с камнями и мои вещи, принц Сорен? – тихо обратилась я к нему.

– Тебе их вернут. Я отдам приказ, – благосклонно кивнул он. – Идём.

Он двинулся было прочь, но к нему под ноги бросился тюремщик. Я невольно отшатнулась, памятуя о днях, прошедших под его гнётом.

– Господин, я сослужил вам хорошую службу, – подобострастно протянул он, подползая к Сорену на коленях.

– Да, ты отлично послужил мне.

Принц сорвал с пояса кошель и бросил его тюремщику:

– Это за информацию и молчание.

– Спасибо, спасибо, спасибо, – зашептал мужчина, прижимая к груди кошель.

– Но стоит заплатить и за издевательства над пленниками. Слышал, ты моришь их голодом. Куда же девается выделенная им еда?

– Нет-нет, мой господин, – активно замотал он головой, но выдал себя брошенным в мою сторону злым взглядом.

– Наказать, – бросил Сорен одному из стражников, а меня взял за руку и потянул за собой.

Мы покидали коридоры темницы под мольбы тюремщика, которые оборвались, когда мы подошли к лестничной площадке. Начался мой подъём к свободе, и позади осталась первая жертва моей мести. Больше тюремщик не сможет издеваться над беспомощными пленниками.

Мы покинули подвальные помещения, и здесь Сорен отпустил мою руку. Я отступила на несколько шагов от него, и наша процессия двинулась дальше. И чем выше мы забирались, тем роскошнее становились помещения. Раскопки дошли до дворца, я бывала здесь раньше, да и помнила прекрасные помещения из навеянного богиней видения, но не могла не оглядываться, не изучать изящную резьбу на стенах, искусные картины и кажущиеся живыми статуи.

Коридоры временами напоминали музей под покровительством не самого опытного распорядителя. Экспонаты разных эпох и стилей стояли бок о бок, временами и вовсе не сочетались. Пока я изучала саламандр как погибшую цивилизацию, не могла понять такого безвкусия, но узнала о причинах позднее. Король Аврелиан свозил в Конкордиум богатства со всего материка. Собранная дань, украденное, отобранное силой – дворец стал демонстрацией его могущества и власти.

Сорен вдруг замедлил ход. Его спина напряглась, плечи расправились. Я сделала короткий шаг в сторону, чтобы обратить взгляд вперёд и понять, что же его так встревожило. И обомлела. К нам по коридору медленно приближался принц Риан в сопровождении двух воинов. Проходящий сквозь цветные витражи окон свет ярким калейдоскопом играл на его суровом лице. Лишь на твёрдых губах играла почти ленивая улыбка, которую он явно натянул, увидев брата. Длинные серые волосы были собраны в сложную косу. Мощную фигуру охватывал лёгкий доспех.

На поясе Риана покоились меч и кинжал. Простые на вид, готовые к бою, а не украшенные самоцветами аксессуары, как в случае большинства придворных. О нет, он был прекрасен с любым видом оружия, и, если бы не габариты, носил бы везде излюбленный двуручный меч. Кто-то мог бы решить, что столь громоздкое оружие замедляет и выматывает бойца в лице старшего принца, и жестоко бы поплатился за свою глупость. Но никто во дворце не совершал столь опрометчивых выводов. Риана опасались и за силу, и за ум, даже позже предполажат в нём нового короля, но сам он не стремился к власти. Возможно, ещё поэтому к финишу может прийти другой принц.

– Сорен, удивлён тебя увидеть в этой части дворца, – низким, чуть рокочущим голосом произнёс принц Риан.

Я задрожала и опустила голову, чтобы не выдать свои эмоции взглядом или выражением лица.

Страх заскрёб глотку. Я вновь ощущала призрачную хватку на шее. Мне не хватало воздуха.

– Были дела. А ты решил меня проверить, брат? – расслабленно отозвался Сорен.

– Шёл мимо, – хмыкнул Риан, делая шаг в сторону, и я почти физически ощутила его интерес.

Поэтому заставила себя поднять голову, выпрямиться и с пусть напускным, но спокойствием встретила его взгляд. Серые глаза старшего принца остались невозмутимыми. Как и брат, он умел хорошо контролировать свои эмоции. Пожалуй, в день моей смерти он впервые так ярко демонстрировал чувства.