Текст книги "Заклинатель 10 (СИ)"

Автор книги: Алекс Каменев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Кажется меня настигла зимняя хандра.

Признаться честно, жутко хотелось сбежать от надоевшей обыденности. Повседневная жизнь феодала оказалась не столь увлекательна, как изначально казалось. Даже занятия магией не помогали. Я слишком привык к другой жизни, другому темпу и меняющейся вокруг обстановке. А чертов замок давно надоел. Но и бросать просто так будет неправильно.

Так ничего толком не решив, я отбросил исписанные листки в сторону и направился к выходу из кабинета. Надо проветриться, перекусить и на свежую голову все снова обдумать. Стоит ли рисковать и открывать переход на обнаруженный Обелиск или затаиться и подождать начала весны. Тогда и без проверки магических теорий на практике в Приграничье будет достаточно весело. Скучать точно не придется.

Глава 26

26.

Через призму Тонкого Мира окружающая реальность выглядит тусклой и размытой, как сквозь мутное стекло. Материальные предметы теряют четкие очертания, живые создания воспринимаются сгустками тумана разной степени плотности.

Тем глубже погружение, тем выше концентрация насыщенности энергетического фона, тем сильней изменения, пока все вокруг не превращается в одну сплошную белесую пелену, где нет направления, зато возникает ощущение чужого присутствия, которому нет дела до забредшей в далекие дали мелкой букашки под названием человек, но чье существование не подлежит сомнению, как и возможность с легкостью поглотить то, что люди называют душой.

Я воспарил астральным телом на высоту птичьего полета, огляделся и заметил ранее примеченную точку, напоминающую звездочку, испускающую блеклое жемчужный сияние.

Секунда сосредоточенности, предельная концентрация. Мысль устремляется вперед, прокладывая дорогу к путеводному маяку. Два места соединяются невидимыми нитями, образуя магическую тропу.

Заклинательный зал на верхнем этаже донжона вспыхивает белым свечением, в центре появляется столб света, подрагивающий, устремляясь наверх. Энергетический фон сходит с ума, но хаоса не ощущается, скорее это напоминает шторм, ограниченный строгими рамками.

Я еще раз проверяю крепость созданного пути и возвращаюсь в физическую оболочку обратно, чтобы через мгновение сделать решительный шаг вперед, не давая сознанию овладеть сомнениями.

Вход в световой столб и сразу мгновенная дезориентация. Следом ощущение полета и сменяющие друг друга картинки мира вокруг. Восприятие окружающей реальности искажается, время растягивается, как резиновая лента. Что, конечно, не так. Это лишь побочный эффект сжавшегося, а затем распрямившегося куска пространства, через который проброшен колдовской коридор между двумя материальными точками.

На другом конце зажигаются выбитые в камни символы, древний механизм просыпается, готовый принять прибывающего путешественника. Полет длится вечность одновременно секунду, затем все резко обрывается, переход заканчивается, и ты понимаешь, что стоишь на другой стороне.

Порывистый вздох. И медленный выдох.

Быстрая проверка тела на возможные повреждения. Кости ломит, но особых болей нет, только едва заметное головокружения от дезориентации, какая обычно бывает при проходе через портал.

Я медленно открыл глаза и огляделся.

Открытая каменистая площадка, обдуваемая всеми ветрами, кажется расположенная на вершине скалы. Понятия не имею кто, когда и зачем установил здесь Обелиск, но место выглядело совсем не подходящим для имперского представительства.

Еще один разрушенный передовой форпост? Да еще настолько сильно, что даже стен не осталось, не то, что толковых руин? Сомнительно. Хотя во времена падения многие имперские здания были разрушены в ходе вспыхнувших беспорядков до основания, но это явно не этот вариант. Скорее похоже, что Обелиск сразу установили в скалу.

Я повернул голову, осматриваясь, горящие под ногами знаки на каменной поверхности медленно затухали, хмыкнул.

– Похоже здесь нечего брать, – и подошел к краю, за пределами которого виднелся край горизонта.

В нескольких милях от скалы с Обелиском раскинулся среднего размера городок. Многочисленные строения из грубого камня с покатыми черепичными крышами хорошо выделялись на фоне занесенных снегом белых полей. Периметр окружало кольцо крепостной стены, но многие деревянные домишки ушли дальше защищенных границ, образуя плотно заселенное предместье.

Если верить знающим людям и купцам это Уорвик, городок на юго-востоке от Приграничья. Перед тем, как совершить переход, я разузнал, где примерно находится конечная точка, чтобы не прыгать в полную неизвестность.

Поселение небольшое, но зажиточное, никому не подчиняется, живет независимой жизнью…

– Или уже подчиняется? – я прищурился, рассматривая многочисленные палатки, разбитые сбоку от городка.

Их оказалось слишком много для вставшего лагерем купеческого каравана, случайно застрявшего зимой вдали от дома. Четкая организация, правильное построение, пара больших по размеру шатров, реющие на ветру знамена.

Не возникало сомнений – перед глазами был разбитый военный лагерь.

– Черт, откуда они тут? И сколько их? И кого их, если уж на то пошло?

По примерным подсчетам выходило около тысячи, может полторы воинов. Палатки были выстроенные ровным прямоугольником, словно на показ.

– И похоже одна пехота.

Организация указывала, что это регулярная армия с профессиональными офицерами. Они даже рогатки выставили на границе в самых уязвимых местах, где ожидался возможный прорыв конницы, хотя сейчас зима и можно не ждать внезапного налета из-за глубокого снега вокруг. Но похоже командование предпочитало не расслабляться даже в таких ситуациях, на всякий случай страхуясь от неожиданностей.

Я покосился на ненастное небо и едва проглядывающее из-за туч солнце, намечался снегопад.

Из-за далекого расстояния не получалось рассмотреть трепещущие на ветру знамена у центральных шатров. Но в них явно проглядывало нечто знакомое. В частности, два замысловатых знака, которые никто больше не мог использовать на континенте.

– Закатные Острова, – тихо вымолвил я, почти не сомневаясь, что не ошибся.

Авангард наступающих войск? Или просто отдельный отряд, отправленный с особой миссией, как уже случалось раньше? Если так, то не идут ли они в сторону Приграничья?

Ум заработал, пытаясь проанализировать ситуацию. Самым правдоподобным объяснением из-за чего закатники могли явиться в глухой медвежий угол, удаленный от основных театров боевых действий, да еще столь серьезными силами, могло быть только…

– Я, – ответил я на собственный вопрос и с чувством добавил: – Иначе зачем еще ублюдкам тащиться в такую дыру, да еще зимой?

Это выглядело самым логичным, с учетом того, что предстоящее наступление в глубь материка потребует всех наличных сил. Выделять солдат в таких условиях на покорение отдаленных северных районов глупо и недальновидно. А лорд-протектор никогда не считался глупцом. Значит искомый приз, ради которого отправили сюда такие силы, стоит того, выглядел достаточно ценным для таких усилий. А что еще это может быть, как не знания о пробуждении Обелисков?

Интересно, бароны Приграничья сдадут меня сразу или для вида поторгуются? А может даже помогут посланцам возрожденной империи против мерзкого колдуна, захватившего Лихолесье? С их точки зрения это будет выгодная сделка. И от неудобной фигуры избавятся, и ослабят смутьяна – Стервятника, против которого соберутся выступать.

Вот только они не сразу поймут, что даже получив желаемое, воины Закатных Островов уже никуда не уйдут, и что Приграничью в его нынешнем виде в любом случае настанет конец.

– Куда пришла империя, там она останется, иначе какой смысл отправлять солдат в такую даль, – по моим губам скользнула кривая усмешка.

В конечном итоге бароны, разумеется, догадаются, что дело нечисто, но по итогу будет поздно что-либо предпринимать, потому что на подавления потенциального мятежа закатники бросят внушительные силы, чтобы не создавать прецедент.

И от вольных баронов Приграничья ничего не останется, имперские полки выжгут все, устанавливая новый порядок, где независимым властителям нет места.

Для меня, а точнее для Га-Хор Куэль Ас-Аджари, знакомого с традициями Старой Империи, это было очевидно. Для других – нет. Даже Стервятник не сразу поверит, что закатники сразу потребуют вассальной присяги, и не потерпят неповиновения, хотя и знает, что уже случилось в прибрежных городах. Потому, что слишком привык жить другой жизнью. А когда привычный порядок вещей начнет рушиться, до последнего будет надеяться, что пронесет.

Не пронесет. И никогда не проносило.

– Такова человеческая натура, от которой не скрыться, даже самому циничному из властителей, – я слабо улыбнулся, подумав, что объединить против общей угрозы баронов Приграничья будет не такой легкой задачей, как могло показаться со стороны.

Только увидев, как их замки один за другим начнут брать штурмом, до баронов наконец дойдет, что случилось, но будет слишком поздно и любые попытки сопротивлении станут жестко подавляться со стороны завоевателей, которые никуда не уйдут.

Что делать в такой ситуации лично мне? Сложный вопрос, ответа на который сейчас не было. Просто сбежать претило из-за проведенной работы с донжоном, бросать свое первое творение такого плана не хотелось. Тем более, в случае необходимости уйти можно в любой момент, достаточно подняться на четвертый этаж и открыть пространственный переход на любой подходящий маяк-Обелиск. Теперь теория подтвердилась на практике, что это возможно, а значит запереть меня в замке у осаждающих не получится.

Но и сдаваться так быстро не хотелось, зря что ли изучал кристалл, и проводил ритуалы, оставлять все это в руках магов закатников совсем не хотелось. Перебьются, пусть сами проводят исследования…

– Всегда знал, что однажды это случится, и Обелиск заработает вновь, – глухой голос прилетел в обрамлении легкого шороха чужих шагов.

Заранее заметивший приближение человека, поднимающегося по лестнице вдоль внешней стены скалы, я лишь слегка повернул голову. Спокойная реакция не осталась незамеченной, человек удовлетворенно хмыкнул. Лишь после этого я неспешно повернулся, с легким прищуром разглядывая гостя.

Достаточно высокий, сухопарый, лицо изборождено морщинами, седые волосы с темным отливом стянуты в тугой хвост на затылке. Одежда весьма примечательная: нечто напоминающее шотландский килт, ноги скрывают сапоги из мягкой кожи, на теле серая куртка мехом наружу, открытая на груди, торс плоский, поджарый, без единого грамма жира. Видно, что хоть и в годах, но сохраняет хорошую форму. Глаза странного серебристого оттенка.

На шее болтался костяной амулет в форме клыка неизвестного зверя. Амулет испускал мощное равномерное магическое излучение.

Колоритный персонаж, чем напоминающий чародея-норда с дальнего севера.

Я по сравнению с им являл полную противоположность: классическое изысканное одеяние магов из крупных городов – удобный костюм, что благородные аристократы предпочитали в дороге, поверх темный плащ тонкой выделки.

– Меня зовут Раш. Кто ты, прошедший про древнему магическому пути? – осведомился старик густым баритоном.

С моей стороны последовала короткая пауза, чтобы правильно оценить ситуацию.

– Всего лишь странник, случайно забредший в ваши края, – ответил и не давая времени тут же быстро спросил: – Вы здесь живете?

Прозвучало вежливо, но с ощутимым нажимом, в конце я повел глазами, отмечая площадку с выбитыми письменами и скрытым под каменной поверхностью Обелиском. Он правильно понял скрытый намек, по подвижному старческому лицу пробежала ухмылка, похожая на волчий оскал.

– Ты прав незнакомец, я давно здесь живу и пытаюсь понять, как эта штука устроена, – собеседник в свою очередь повел рукой, небрежным жестом охватывая сработавший портал. – Даже нашел необходимые ингредиенты, что упоминалась в старинных трактатах и пробовал их применить. Но, к сожалению, ничего не вышло.

Я неспешно кивнул. Понятно теперь почему конкретно этот Обелиск так четко светился в Тонком Мире. Не только из-за близости к Лихолесью, но и потому что его регулярно накачивали Синей Водой, пытаясь активировать.

Далеко видимо у старика дело не продвинулось, но этого хватило, чтобы древний механизм стал более удобным на прием. Как лампочка, которой дали напряжения, полноценно светить она не могла, но легкое мерцание появилось, что дало возможность более точно навести переход.

– Что здесь раньше было? Откуда на скале Обелиск? – спросил я, стараясь выгадать время.

Старик усмехнулся, словно прочитал мой мысли, но ответил:

– Когда-то здесь стояла башня, но во времена имперского расцвета ее забросили, а затем и разрушили, с тех пор ничего не осталось.

Он врал. Я точно это знал, потому что как никто другой понимал, что подобное расположение портального камня не могло быть в принципе, как если бы здесь и правда когда-то возвышались стены, тем более была башня.

Скорее Обелиск изначально вмуровали в скалу, оставив на вершине открытую площадку. Сильно подозреваю столь странное размещение было связано с какими-то экспериментами, проводимыми Коллегией.

Что касается дальнейшего, то объект и правда скорее всего потом забросили. Зачем, почему, и для каких целей вообще ставили портал – это уже другая история. Но то, что никакой башни тут сроду не стояло, я был абсолютно уверен.

Старик понял, что я понял, что он врет. И сделал то, что видимо намеревался сделать с самого начала – напал, использовав разговор для отвлечения внимания и бдительности. Как и полагается в настоящем бою, где нет места сантиментам и глупым вещам вроде идти в атаку с открытым забралом.

Удар вышел отличным и как полагается – внезапным и сокрушительным. И любой другой на моем месте вполне мог не устоять.

Но я ожидал подвоха с момента, как заметил, что кто-то тихо поднимается по вырубленным с внешней стороны скалы лестнице.

Старик похоже тоже сообразил, что его появление не стало сюрпризом поэтому на последних ступенях намеренно громко шаркнул подошвой, а затем и вовсе заговорил, притворяясь миролюбивым.

Получись у него подобраться незаметно, то напал бы сразу со спины, воспользовавшись неожиданностью. Не вышло, и пришлось действовать хитростью. Но и тут застать врасплох чужака не удалось, я оставался настороже и вовремя среагировал.

Старик змеиным движением выбросил руку вперед. На кончиках мозолистых пальцев сверкнуло. Ветвистый разряд молний ударил в выставленную защиту.

В ноздри ударил запах свежей грозы. Морщинистая физиономия перекосилась от злобы. Кажется, старый пень думал, что сможет вырубить прошедшего через спящий портал чужака с первого раза. Дальше наверняка думал устроить допрос с пристрастием, на предмет тайн Обелиска…

Надо же сколько в последнее время желающих завладеть секретами древних магических механизмов…

Последнюю мысль додумывал на ходу, одновременно раскручивая восприятие.

Снова воздух с шипением пронзила извилистая молния. И снова наткнулась на выставленный щит. Кажется, мой оппонент специализировался на магии стихии.

Я в свою очередь швырнул сформированный файерболл и тут же ударил призрачным хлыстом с фиолетовыми разводами.

Огненный шар старик отбил голой рукой (я лишь моргнул от изумления – на морщинистой коже не осталось ожога), а от хлыста ловко увернулся, продемонстрировав неплохую воинскую сноровку.

Для меня к этому моменту время серьезно замедлило бег, позволив решить, что делать дальше – попытаться ли взять норда-чародея живым, чтобы расспросить о том, что здесь делает, или же не стоит рисковать и просто прикончить старого засранца?

По итогу пришлось выбрать второе, и не потому, что вдруг внезапно нахлынула жажда крови, просто старик неожиданно сорвал с шеи замеченный ранее костяной амулет, сдавил в мозолистых пальцах и что-то быстро забормотал.

Понятия не имею, что это было, и точно не собирался проверять на собственной шкуре. Достаточно сказать, что магический фон вдруг изогнулся и пошел странными волнами, которые в обычных обстоятельствах быть не должно.

Увидев, что привычные заклинания молнии не работают, старик решил пойти ва-банк, использовав свой последний козырь. От костяного амулета потянуло серьезной магией, которую туда похоже закачивали не один день, а может даже и годы. Дожидаться пока эта дрянь выплеснется на меня, я не стал и ударил навстречу волной искажений.

Глава 27

27.

Во рту привкус крови, в ушах звон, перед глазами темные круги. Я ощутил себя лежащим на спине, раскинув руки. На лицо падали крупные хлопья снега, касались кожи и медленно таяли. В голове полный сумбур.

Попытка подняться привела к боли. Шел снегопад.

– Дерьмо, – слова вырвались сами, стоило понять, куда отшвырнуло меня взрывом. Еще немного и все закончилось бы падением с проклятой скалы – я лежал на самом краю, чудом не свалившись в занесенную снежной круговертью бездну.

По правой ноге пробегали волны резкой боли, кажется, треснула кость. Черт с ней, регенерация уже начала свое дело, надо вставать.

Я поднялся и первое что увидел: лежащий на другой стороне портальной площадки изуродованный труп старика. Спятивший норд получил свое по полной, когда столкнулись собранная мощь амулета и волна магических искажений. Заклинание Сумеречного Круга оказалось сильней самодельной поделки.

У мертвеца не хватало левой стороны тела – руки, ноги и почти половины туловища, все превратилось в прах под воздействием измененного «Молота». В груди зияла выжженная дыра, кровь закипела, плоть стала черной, именно в этом месте висел костяной амулет, похоже не выдержавший нагрузки.

– Чертов ублюдок, – я сплюнул. На снежной поверхности остался след крови.

Блеклые глаза старика уставились в серые небеса безжизненным взором. В последний миг перед смертью в них мелькнуло искреннее удивление, когда переливающаяся фиолетовым и темным призрачная пелена достигал его до того, как он успел выпустить на свободу сжатую мощь своей любимой игрушки.

– Кретин, – я снова сплюнул, ощущая, как боль в боку медленно проходит под действием Средоточия. С ногой похоже будет посложней, как бы не настоящий перелом, но это неважно, надо посмотреть откуда этот сраный норд на площадку поднялся и нет ли там еще кого.

Я захромал в сторону лестницы, откуда появился старик, не обращая внимания на усиливающийся снегопад. Из-за непогоды вокруг потемнело, время стремительно близилось к вечеру, скоро наступит ночь. Надо поторапливаться.

Ступени нашлись там, где и должны были быть. Они шли по внешней стороне скалы, без перил, без опор, спускаясь спиралью. Достаточно широкие чтобы прошел один человек, но и только. Глянув на покрытую белым каменную поверхность, я сквозь зубы выругался, но ступил на первую ступень и начал осторожный спуск, держа наготове заклинание «Щита» и файерболла. Однако на пути никто не попался, похоже старый норд-чародей жил здесь один.

Первый проход внутрь обнаружился через несколько метров. Вырубленный прямо в скале, он вел в просторный заклинательный зал идеальной круглой формы, размерами и границами полностью повторяя портальную площадку наверху.

На аккуратно уложенных и подогнанных друг к другу гранитных плитах (волосок в зазор не проскочит) виднелись незнакомые символы. Внешнее кольцо формировала вывернутая пентаграмма, центр украшали странные знаки, выбитые рядом с выемками, похожими на пазы для дополнительных кристаллов-накопителей.

– Что они тут делали? – я озадаченно рассматривал сложный колдовской рисунок. Никогда прежде ничего подобного не видел. Знаки располагались не в привычном порядке, не говоря уже о пентаграмме с направленными внутрь расходящимися лучами, образующими фокусирующий круг.

Но это было еще не все, под первым залом располагался второй, почти полная копия верхнего, но с другими символами и пентаграммой, направленной вовне. Здесь фокус был вывернут наружу.

– Какого черта тут происходило?

И первый и второй заклинательный залы располагались точно друг под другом и соответственно под портальной площадкой Обелиска. Чьей основной компонент – специальный монолитный камень служил крышей для верхнего зала.

К слову, судя по сваленным у стены пожиткам и брошенному на пол матрасу из дерюги, набитой соломой, старик-норд жил именно здесь. А значит других помещений в скале больше нет, иначе можно было выбрать более удобное место для жизни.

Я спустился по лестнице снаружи еще ниже и убедился, что дальше следует обрыв. Старый пень может и спятил на старости лет, но позаботился о безопасности, разбив ступени, ведущие вниз. До земли оставалось прилично, и надо обладать немалыми способностями к скалолазанию, чтобы забраться сюда по отвесной скале.

Из пелены падающего снега неожиданно донесся звон металла, следом прилетели приглушенные голоса. Я подошел и настороженно заглянул через край. Сквозь падающий снег внизу мелькали огни факелов. У подножья скалы кто-то находился. И судя по редкому конскому фырканью приехали они сюда верхом.

Понадобилась секунда, чтобы сообразить, кем могли быть нежданные гости. Лагерь! Военный лагерь, разбитый недалеко от предместий города, отлично видимый с вершины скалы, а значит ее оттуда тоже прекрасно видно. И когда начался магический поединок со спятившим нордом, отблески пущенных в ход боевых заклятий заметили, не говоря уже о последовавшем в конце взрыве, со стороны похожий на взбухший шар разом высвобожденной энергии.

Вояки закатников увидели устроенное светопреставление и решили посмотреть, что здесь тврится. И теперь толпа этих придурков топчется внизу, пытаясь сообразить, как подняться наверх.

Мой взгляд уперся в плотно сбитый моток веревки, уложенный у подножья последней ступеньки. Дальше следовал обрыв, но судя по вбитому рядом железному штырю с кольцом, именно этим путем ходил вниз старик, когда возникала необходимость.

– Нет, помогать вам не стоит, – я отвязал веревку от штыря и взял в руки. Снова глянул вниз, убедился, что никуда уходить закатники не собираются и быстро направился обратно наверх, смотря под ноги, чтобы не поскользнуться на покрытых снегом ступенях.

Благодаря густо валившему снегопаду меня пока не заметили, но не стоило слишком мозолить глаза, все же лестница шла спиралью снаружи. В какой-то момент кто-то глазастый мог рассмотреть двигающийся комок тьмы, чересчур похожий на человеческую фигуру.

Тучи над головой все больше сгущались, снегопад усиливался, грозя перерасти в полноценную метель. Зная упрямство солдат Закатных Островов, можно не сомневаться, что даже в такую непогоду, они попытаются залезть на скалу. И крайне важно, чтобы когда они оказались здесь, то нашли лишь сошедшего с ума старого чародея, погибшего в ходе неудачно закончившегося эксперимента.

Я зашел в зал, где жил норд, и быстро просмотрел его вещи, в первую очередь стараясь найти записи. Искомое обнаружилось в небольшой кожаной сумке, непромокаемой и достаточно удобной, чтобы в случае необходимости быстро перекинуть через плечо и уйти, бросив остальное ненужное барахло.

Там же во втором зале отыскался запас Синей Воды в небольших дубовых бочонках и пара фокусирующих кристаллов для Обелиска. Не знаю, что старик неправильно делал, пытаясь активировать древний магический механизм, но мне это сейчас пригодится.

Хромая и ругаясь сквозь зубы, я отправился наверх, таща тяжелый бочонок одной рукой и удерживая сумку с бумагами другой. Оказавшись наверху, выбил пробку и быстро начал заливать Синюю Воду в канавки, не обращая внимания на продолжавший валить без остановки снег.

Пока занимался, в голове мелькали мысли о дальнейших собственных действиях. Сначала надо чисто уйти, за мной последовать никто не может. Затем вернуться и предупредить о крупном отряде солдат Закатных Островов, направляющихся в Приграничье. Если привести правильные аргументы, думаю баронов удастся убедить, что сотрудничать на равных условиях с закатниками не получится и рано или поздно их все равно подомнут под себя. А зная вольный характер властителей Приграничья, можно не сомневаться, что идти под руку чужакам, теряя независимость, они не захотят.

Скорее всего будет сражение, возможно не одно, но объединив усилия, разбить закатников можно. Вопрос в том, что делать дальше. Узнав о поражении, лорд-протектор обязательно отправит новые силы в мятежный регион, не желая выглядеть слабым. Однако имелась немалая вероятность, что выделить много людей у него не получится с учетом намечающегося противостояния со срединными королевствами, также не желавшими идти под руку возрождаемой империи.

Начнется большая война, и как бы этого ни хотелось ни мне ни Приграничью в конечном итоге придется выбирать одну из сторон.

С баронами все понятно, вольности для них важнее всего, так что срединные земли, не лезущие в дела других, для них идеальный выбор. А вот со мной все не так просто, как могло изначально казаться.

Упрямство лорда-протектора известно, как и мощь и влияние Закатных Островов, достаточно укрепившихся на континенте, чтобы не надеется на их быстрое уничтожение. В конечном итоге война превратиться в затяжное противостояние, где ни у кого не будет подавляющего преимущества. И тут можно сделать свой ход и предложить помощь одной из сторон – Закатным Островам либо же Срединным землям.

И в первой, и во втором варианте имелись свои плюсы и минусы. Перечислять их можно долго, но в первую очередь меня, как мага-заклинателя заинтересовало одно – если империя все же будет восстановлена, то в ней можно занять свое место, например в возрожденной Коллегии. Настоящей, а той жалкой пародии, что действует сейчас. А там и до титула магистра недалеко чтобы заполучить в свои руки еще больше ресурсов.

Под это дело можно даже наведаться в подземный комплекс Ушедших, где осталось еще множество секретов древней магической расы. Взять кристаллы, извлечь из них знания и освоить. Благодаря такому преимуществу я стану на голову сильней любого из волшебников и смогу воспользоваться преимуществом не только в магии, но и в политике, когда начнется борьба за власть в сообществе магов.

Ну и конечно не помешает отстроить замок полностью, превратив Лихолесье в личный домен. Не знаю, как повернется история дальше, но такое место точно терять нельзя.

Поняв, что мысли ушли куда-то в сторону, где я видел себя уже магистром во главе воссозданной Коллегии имперских магов Новой Империи, я встряхнулся, сосредоточившись на главном. Снег продолжал валить, не переставая, но это не должно помешать.

Взгляд пробежался по залитым синим канавкам, на мгновение остановился на помещенный в выемку фокусирующем кристалле. Рука медленно поднялась, активируя ключ-форму для открытия портала. Откликаясь на призыв, энергия Метки Тонких Путей струйками устремилась вперед, открывая пространственный переход.

Конец книги.