Текст книги "Выбор (СИ)"
Автор книги: Алекс Бранд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 73 страниц) [доступный отрывок для чтения: 30 страниц]
Последние слова он произнес, понизив голос и отозвав меня в сторону. Краем глаза вижу, что Ольга взяла домашнее платье Берты и увела ее во вторую комнату, переодеваться. Дверь туда плотно закрылась. Гилберт покосился в ту сторону и заговорил свободнее.
– Клайд, я знаю Джи. Она может просто подойти и сказать все в лицо, наверняка что-то обидное сказала Роберте, оскорбила. Джил и Сондра – подруги, так что...
Гил развел руками, дескать, ты и сам все понимаешь. Да, я понимаю.
– Я ни о чем сейчас ее не буду расспрашивать, тем более, она ничего мне не сказала, только, что они ей помогли.
Гилберт жёстко усмехнулся, дернув уголком рта.
– Ещё бы, помогли... Испугались, что наделали дел и все получит огласку, вот и засуетились. А Роберта не хочет столкновения и выгораживает их. Да и просто побаивается еще, для нее все сейчас должно быть новым, непривычным и пугающим. А уж наши девушки... – его губы скривились, словно хватил чего-то горького.
Он снова посмотрел в сторону все ещё закрытой двери.
– Возможно, она что-то рассказала Ольге, Клайд.
Я покачал головой.
– Нет, не буду сейчас ничего выспрашивать. Ни Берту, ни Ольгу. Пусть она сначала придет в себя. Но, Гил...
– Что?
– Это не последствия интервью, они не могли его прочесть, все-таки слишком мало времени прошло.
Гилберт задумался.
– Да, ты прав. Как же они ее узнали? Вы куда-нибудь ходили вместе после возвращения из Олбани? Вечером где-нибудь показывались?
– Ресторан ''Грег'', знаешь такой? Мы там были вчера вечером. А потом пошли в кино и видели там как раз Трейси, Джил и еще кого-то, не разглядел. Но они нас не заметили, сразу прошли внутрь. И в зале сидели далеко перед нами.
Гилберт кивнул и тихо рассмеялся.
– В кино? А мимо танцплощадки проходили?
– Проходили и даже остановились на несколько минут, смотрели, как танцуют.
– А Джи с друзьями как раз там и была, вот вас и увидели. Добро пожаловать в наш тесный маленький Ликург, где все всех постоянно встречают.
И я решаюсь.
– Гил, еще кое-что...
Он вопросительно посмотрел на меня.
– Мы после кино срезали дорогу и пошли через Уикиги. В конце концов, мы ни от кого не прячемся.
– И?
Сондра полусидит на кровати и внимательно смотрит на меня. Выглядит спокойной, но... Уголки рта все ещё горько опущены, глаза лихорадочно блестят, события последних дней тяжело ей дались. Опускаются сумерки, горит небольшой ночник, занавески она попросила наполовину закрыть, как будто не хочет видеть улицу за широким окном. Не хочет ее видеть. Небольшой столик с почти нетронутым ужином. Насилу уговорила ее съесть омлет, хотя самой тоже кусок не лезет... Хорошо хоть, апельсиновый сок пьет вволю, жалуется на постоянную жажду. Это, наверное, от переживаний. Вчера попросила меня принести немного виски, я даже слушать не захотела и в душе порадовалась, что на моем месте не Джил или Бертина. С этих станется...
– Как ты решилась выйти ночью? Не страшно было?
Я пожимаю плечами, положив на столик свежий номер сегодняшней газеты. Сондра проводила его глазами, тяжело вздохнув. Уверена, сейчас этот номер держат в руках во всех особняках нашей улицы. Держат с самыми разными чувствами.
– Страшновато, конечно. Но... Стало просто очень любопытно, Сан... Все это так таинственно и странно.
Сондра снова порывисто вздохнула, я положила ладонь на ее руку, успокаивая, корю себя за неосторожность. Она накрыла мою ладонь своей и улыбнулась.
– Не волнуйся, я больше стекол бить не буду. И мне тоже любопытно, Белл...
Я с сомнением заглянула ей в глаза, правду говорит? Она шепнула.
– Рассказывай.
Прячусь в густых тенях деревьев и тихо следую за Клайдом и Робертой. Когда случайно увидела их, проходящих мимо особняка, безотчетно схватила широкую шерстяную шаль Сондры. Оглянулась на нее – заснула. Ещё раз посмотрела на две медленно идущие в ночном безмолвии фигуры. Мне показалось или Клайд повернул голову в сторону моего окна? Непроизвольно отпрянула за занавеску, успел увидеть? Узнал? В темноте? Конечно же, мне показалось, игра ночных теней и воображения. Фигуры неспешно удаляются и они – не плод фантазии, это Клайд и Роберта. Что они тут делают, куда идут? Снова оборачиваюсь на мирно спящую Сондру и решаюсь. Я ничего такого не думаю, просто хочу посмотреть на них поближе. А если заметят? Ну и что? Что они мне сделают? Вспоминаю страшный рассказ Клайда у нас дома, рассказ, случайно услышанный. Себя, прячущуюся за колонной и с трудом удерживающуюся на подгибающихся от слабости и страха ногах. Рассказ о Клайде-убийце. И он сейчас проходит мимо дома, я хочу идти за ним. Я в своем уме? А если... Что? Он убьет меня? На глазах Роберты? Что за глупости лезут в голову... И я решительно иду к выходу из дома, осторожно прикрыв дверь в спальню Сондры. Я ненадолго и недалеко, только незаметно провожу их до конца улицы, тут немало деревьев и густых теней, а они слишком заняты друг другом, чтобы смотреть по сторонам. Невольно вспоминаю, как Клайд повернул голову к моему окну, словно почувствовал взгляд. Все-таки не показалось? Стараюсь отогнать страхи и сомнения, набрасываю шаль на голову и стремглав кидаюсь в тень первого дерева, прячусь за его стволом. Перевожу дыхание и стараюсь сдержать бешено стучащее сердце, что я творю? Зачем я здесь, что хочу увидеть, услышать, понять? Но какая-то сила, что-то, что сильнее и выше доводов разума, уже бросает меня вдогонку за Клайдом и Робертой, в тень второго дерева... Третьего... И я смотрю... Смотрю... Они все ближе... Вижу, как они держатся за руки, как Клайд обнимает ее за талию и она тесно прижимается к нему, стараясь попасть в ритм его шагов. Слышу тихие голоса. О чем они говорят? Вот бы услышать... Хоть что-то... Скоро конец нашей улицы и дальше я не решусь за ними следовать, как будто там начинается враждебная мне земля. Странное и тревожное чувство. Осталось три дерева и дальше – открыто, я не смогу следовать за ними незаметно. Вдруг они останавливаются, я тоже замираю. Заметили? Нет. Они поворачиваются друг к другу, он крепко ее обнимает, она запрокидывает лицо к нему и я слышу...
Сондра широко раскрыла глаза, и, не веря, переспросила.
– Белл, ты уверена?
– Да, Сан, это то, что они сказали друг другу.
Она откинулась на подушки и покачала головой, наморщив лоб в мучительном раздумье.
– Убьет себя? И он сделает то же самое?
Я кивнула. Это то, что я слышала и слух меня не обманул. Знать бы только, к чему они это сказали...
– Это была клятва, Сан. Их клятва друг другу. Почему они ее принесли – я не разобрала.
Гилберт уехал. Он только головой покачал, услышав, что кто-то за нами шел ночью по Уикиги-авеню. И негромко сказал, в который раз покосившись на дверь, за которой Берта приводила себя в порядок, как будто опасаясь, что внезапно выйдет.
– Особняк Финчли? Там по ночам Белла сидит с Сондрой. Понимаешь?
– Думаешь, это она за нами шла, увидела из окна?
Про замеченный мной силуэт в проеме я решил ему не говорить, не все следует рассказывать. Гилберт пожал плечами.
– Возможно. Не верится, что это была Сондра.
Он протянул руку.
– Мне пора, возвращайся на фабрику уже после выходных, я скажу отцу, что случилось. Отвези Роберту в Бильц, побудьте с ее семьёй. И покажи ее врачу, не тяни с этим.
Он кивнул на дверь, постучал по часам, усмехнувшись.
– Жду Ольгу в автомобиле, ей я выходной не давал.
Автомобиль... А почему бы и нет, мне в голову пришла замечательная мысль.
– Гилберт...
Он, уже стоя за порогом, обернулся.
– Дай мне один из разъездных фабричных автомобилей на эти дни, везти Берту в Бильц на тряском автобусе после всего сегодняшнего, сам понимаешь...
И я вопросительно поднял бровь, ожидая реакции. Гил на несколько мгновений потерял дар речи, услышав эту невозмутимо произнесенную просьбу. Покрутил головой, рассмеялся, хлопнув ладонью по косяку двери.
– Вот это да, малыш Клайди ещё и автомобиль успел освоить за эту воистину великую неделю?
Я пожал плечами как можно равнодушнее.
– Гил, я верну в сохранности в понедельник, обещаю. Ну не везти же Берту в полном автобусе в такую даль, тем более, за подарками мы все же сходим. Вместе.
Гилберт кивнул.
– Не отпускай ее пока одну. Хорошо, я сейчас пришлю сюда один из наших автомобилей.
Он усмехнулся, окинув меня оценивающим взглядом.
– Разобьешь, вычту из жалованья.
Дверь во вторую комнату распахнулась и на ее пороге показалась уже переодетая улыбающаяся Роберта, подошла ко мне и взяла за руку, прижалась плечом. Следом вышла Ольга, не спеша подошла, улыбнулась, окинув нас взглядом.
– Все в порядке, теперь Берте отдыхать.
Она вопросительно посмотрела на Гилберта, он кивнул, перевел взгляд на Роберту. И слегка иронично произнес, покосившись на наши соединённые руки.
– Выздоравливайте поскорее, Роберта, и верните нам вашего супруга, ему пора оправдывать возложенные на него надежды. Мисс Мещерская, нам пора возвращаться на фабрику, пока мистер Лигет там не извелся окончательно. Роберта, Клайд...
Он протянул руку Берте, она осторожно ее пожала, улыбнувшись уже вполне спокойно.
– Спасибо за все, Гилберт, вы так нам помогли и я очень вам благодарна.
Он только коротко кивнул.
– Берегите себя, и...
Он помедлил. И закончил, улыбнувшись.
– И моего племянника или племянницу.
Роберта не нашлась, что ответить, только немного покраснела, посмотрев на меня, взглядом попросив помощи. Я ободряюще сжал ее ладонь.
– Спасибо, Гил, все будет в порядке. До встречи в понедельник.
Они с Ольгой вышли, вскоре послышался звук захлопнувшейся дверцы и шелест шин автомобиля. Они уехали, и мы, наконец, остались с Робертой одни. Одни...
Молча переглянулись, как будто не веря, что вокруг нас наступила долгожданная тишина. Раздались неторопливые шаги. Да что за... Досадливо оглядываюсь и с трудом успеваю надеть на лицо доброжелательную и благодарную улыбку – это миссис Портман принесла для Роберты солидный кусок домашнего яблочного пирога с 'секретной начинкой'.
– Я так испереживалась, миссис Грифитс, когда этот молодой человек начал о вас спрашивать.
Пришлось пригласить ее войти к нам и выпить чашку чая, хозяйка не отказалась, было ясно, что придется хоть немного, но удовлетворить ее любопытство. Она многозначительно указала чашкой в сторону окна и таинственно понизила голос, наклонившись к нам.
– Он выглядел как настоящий частный детектив, точно вам говорю.
Роберта, уже в который раз удивлённо раскрыв глазищи, посмотрела на нас обоих. Я успокаивающе положил ладонь на ее руку и как можно беззаботнее улыбнулся.
– Он никакой не детектив, миссис Портман, один из курьеров с нашей фабрики. Его послали отвезти Роберте ее невыплаченное жалованье за последнюю неделю. Я не мог попасть сегодня в бухгалтерию забрать конверт и попросил Гилберта помочь с этим.
Пожал плечами и развел руками с самым простецким видом, ну вы же сами понимаете, дескать, как оно бывает у нас, у небожителей. Одновременно быстро подмигнул Берте, чтобы поддержала мою скороспелую не бог уж весть какую отговорку. Она тихо прыснула в чашку и включилась в игру. Я с облегчением увидел этот смешок, пусть смеётся, отходит от этого всего поскорей.
– Да, миссис Портман, они мне задолжали за неделю, я так внезапно прекратила там работать, ну и пришлось Клайду попросить, чтобы...
Я подхватываю.
– И ведь все равно придется в итоге самому идти за твоими деньгами, дорогая.
Мы все вежливо смеемся над этой незамысловатой историей. Миссис Портман умильно переводит взгляд с меня на Роберту и обратно, шутливо грозит нам пальцем.
– Вот ведь какие у меня поселились нарушители спокойствия, оказывается.
Роберта засмеялась и с удовольствием отпила горячего чая, сейчас я заваривал и разливал, не дав ей приблизиться к кухне.
– Почему это мы нарушители спокойствия?
– Потому, моя дорогая, что сегодня возле моего дома целых два раза остановился автомобиль. И это не считая того вечера, когда вы, Клайд, уехали куда-то с вашим двоюродным братом и вернулись далеко за полночь.
Пожилая хозяйка с улыбкой посмотрела на наши оторопевшие лица.
– Я мало и чутко сплю, с тех пор как меня оставил мой супруг, и замечаю происходящее вокруг.
Она извиняющееся пожала плечами, держа свою чашку между ладоней. Снова улыбнулась и поставила чашку на стол.
– Но вы можете быть уверены, что все, что я вижу или слышу, во мне и остаётся.
Миссис Портман встала и приложила ладонь к груди.
– Вот здесь, мои дорогие. Но я слишком злоупотребляю вашим гостеприимством, а миссис Грифитс надо отдохнуть.
– Роберта, зовите меня просто Роберта.
Они улыбнулись друг другу, хозяйка кивнула.
– Отдыхайте и выздоравливайте, милая Роберта. Берегите ее, Клайд.
Дверь тихо закрылась. Я осторожно подошёл к окну и выглянул, послышался тихий смех Берты.
– Клайд, ты прячешься от кого-то?
Я с улыбкой обернулся, Роберта откинулась на спинку стула и смотрит на меня, прищурившись.
– Я не прячусь, просто выглянул, нет ли ещё кого в гости. А ты почему говоришь шепотом, дорогая?
Берта пожала плечами, встала со стула и протянула ко мне руки. Шепнула.
– Иди сюда.
И время снова растворилось в наших объятиях. Мы не целовались, не бросились в кровать. Мы просто стояли возле стола, обнявшись, молча. Долго. Очень долго. Берта положила голову мне на грудь, я вдохнул аромат ее пушистых щекочущих волос. И тихо шепнул ей.
– Все в порядке, любимая? Как ты?
Она кивнула и ее руки крепче обняли меня, прижимая к себе.
– Теперь все хорошо, Клайд, правда.
– Болит?
Она помолчала, прислушиваясь к себе, и с улыбкой сказала.
– Не болит и маленькая в порядке, толкается.
Удивлённо посмотрел на Берту, чуть отстранив ее от себя, чтобы лучше видеть.
– Маленькая? Даже уже не ''маленький''?
Она усмехнулась, мгновение подумала и уверенно ответила, снова кивнув.
– Маленькая, Клайд. У нас дочка.
Роберта лежит, укрытая лёгким одеялом, я сижу рядом, держу ее за руку. После всех треволнений и потрясений этого очень длинного дня насилу уговорил ее лечь, а сам устроился в низком креслице, принес его из сада. Тут же и Свит, свернулся клубком в ногах у Берты и тихонько мурчит, прикрыв зелёные глаза. Он от нее не отходит с момента, как вошли в дом, и откуда только возник рядом... Хранитель...
– Милый, я как тяжелобольная какая-то, ну что ты... Все в порядке, не хочу лежать.
– Надо, солнышко, это не шутки, видела бы ты себя там...
Я знаю, что, может, не стоит снова об этом, но... Берта очень впечатлительна, надо, чтобы она преодолела страх и тревогу, а потому этой темы избегать нельзя. Берта тоже это понимает и старается. Она сильная и упрямая, и со всем справится. Слышится вздох, ее пальцы сильнее сжали мои, такие горячие.
– Милый, мне было страшно, когда началась боль, не за себя. За ребёнка.
– Я понимаю, конечно. Берта...
Она качает головой, тихо улыбнувшись. Потянула меня к себе и погладила кончиками пальцев по щеке.
– Все хорошо, милый, они ничего мне не сделали. Помогли, когда стало плохо, ты же сам видел. Этот юноша, Трейси, и его сестра... Джил.
Незаметно вздыхаю, я заметил, с какой заминкой она произнесла это имя. Джил... Хорошо, я запомню тебя, смугляночка. Берта внимательно на меня посмотрела и тихо произнесла.
– Не надо, Клайд. Я ведь вижу твой взгляд, в нем холод, тот беспощадный холод, что мне уже хорошо знаком.
Усмехнулся, прикрыв глаза. Кончики пальцев Берты осторожно касаются бровей, ласково проводят по дрогнувшим векам. Ее шепот.
– Открой глаза, мой грозный воин. Открой... И пусть там будет любовь ко мне, нежность, обожание. Не надо холода, Клайд. Забудь о ней...
Открываю глаза и вижу, как сияет ее чистый бездонный взгляд, устремлённый на меня, прямо мне в душу. Она права, к чему сейчас эти выяснения... Это прошло. А мы пойдем дальше, оставив прошедшее за спиной. Но теперь надо многое рассказать, собираюсь с духом, как она все это воспримет...
– Берта, сегодня ещё кое-что произошло...
– Что, милый?
– Мы с тобой теперь – ликургская сенсация. Налить ещё чаю? Рассказ будет долгий.
Берта задумчиво смотрит в свою чашку и молчит. Она приняла все на удивление спокойно, происшествие в магазине, как ни странно, сыграло в нашу пользу, она теперь подготовлена к такому и знает, как это бывает. Но я всё равно беспокоюсь.
– Берт, послушай...
Она подняла на меня глаза и вздохнула.
– Слушаю...
– Если хочешь, давай уедем. Прямо сегодня.
Она удивлённо раскрыла глаза.
– Да, Берта, уедем. Если ты не хочешь тут больше оставаться после сегодняшнего и опасаешься того, что ещё может произойти...
Она положила ладонь на мое плечо, останавливая. Покачала головой. Послышался ее тихий, но с нотками знакомого упрямства голос.
– Нет, Клайд. Я не хочу уезжать, здесь наш дом.
Она обвела рукой вокруг, Свит зашевелился и тихо перебрался выше, Роберте под руку, ее пальцы легли на его густую шерсть, перебирая и гладя. Она улыбнулась, показав на него.
– А он? Я его не брошу здесь, не предам. Мы все – здесь. Понимаешь, Клайд?
Кивнул, посмотрел ей в глаза. Там – спокойное осознание своего права. Права находиться здесь. Со мной. С нашим ребенком. Да. Здесь наш дом.
– Прости меня, любимая, я должен был с тобой посоветоваться, предупредить...
Она положила палец мне на губы, не давая продолжить.
– Шш, не проси прощения, не за что. Я бы согласилась, милый, на это интервью, раз так было надо. Ты мой муж и я всегда с тобой, даже если ты, может, в чем-то будешь не прав.
Берта пожала плечами, улыбнувшись. И повторила.
– Даже если ты в чем-то не прав – я с тобой. И даже не думай, что может быть иначе.
Я вздыхаю, наклоняюсь к ней близко-близко, глаза в глаза. Шепчу.
– Остаёмся?
И ответный шепот.
– Остаёмся.
Шепот переходит в долгий поцелуй, наши губы никак не оторвутся друг от друга, Роберта тихо простонала, обняв меня рукой, притянув к себе. С трудом заставляю себя оторваться от нее, качаю головой.
– Милая, не сегодня, прости.
– Почему, любимый?
В ее глазах удивление, я взъерошил ее длинные разметавшиеся волосы и прошептал.
– Отдохни, не стоит сегодня тебя и маленькую беспокоить, не надо рисковать.
Удивление исчезает, сменившись выражением лукавого разочарования. А я уже давно хочу спросить...
– Берт, почему ''маленькая''?
Как больно, Боже... Страшно... В глазах туман и подкашиваются ноги. Опираюсь спиной на стену, надо сесть, сесть на пол, так кружится голова... Как больно... Маленький, держись, мама с тобой, мама тебя не отдаст. Слышишь? Вот моя ладонь, толкни, пожалуйста, дай почувствовать, что ты тут, что ты в порядке... Держись, слышишь? Не уступай. Ну где же ты? Отзовись! Боже... Только не... Не забирай его у меня, Господи! Слезы текут, застилая взор... Ничего не вижу... Ладонь все сильнее прижимается к животу, там, где боль... Нет, нет, нет... Не хочу...
''Мамочка, держись! Я тут, с тобой! Все будет хорошо! Не плачь и папа уже спешит к нам на помощь! Я знаю! ''
Тоненький девичий голосок отчётливо прозвенел в голове, наполнил сердце радостью и надеждой. Она тут, с ней все в порядке! И Клайд скоро будет здесь. И моя отчаянно ищущая ладонь чувствует толчок, ещё один... Дочь... Моя дочь. Наша.
Клайд смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Берет мои руки и молча подносит к губам, не сводя с меня взгляда.
– Роберта, это просто чудо, правда.
Я улыбаюсь, подставляя пальцы под его губы, один за другим, а он их целует. Раз за разом, так люблю, когда он это делает...
– С нами происходят чудеса, любимый, все время.
Он вздыхает, и, зарывшись лицом в мои волосы, шепчет на ухо.
– Пусть происходят только хорошие чудеса, Берт.
Я молча киваю, да. Только хорошие. А если будет происходить что-то плохое... Мы переживем. Да, я не сказала Клайду, что на самом деле произошло в магазине, не рассказала и сейчас, когда говорила о голосе дочери. Улыбаюсь, наша доченька... Она помогла мне там. А наш грозный папа, пусть он ничего не знает о той нехорошей смуглой девушке, не надо. Пусть идёт своей дорогой, а если мы ещё где-нибудь встретимся... Я буду готова и больше не поддамся слабости, я потомок Олденов. Тех, кто почти триста лет назад пришел на эту землю, тех, кто выжил в Проклятую Зиму. Я – их плоть и кровь. Когда мы приедем в Бильц, расскажу ему о своих предках, о том, как они сражались и побеждали. Я... Я расскажу ему все, довольно молчать о том, что уже давно поняла. Ведь я знаю, кто позвал его ко мне. Знаю... Пусть узнает и Клайд, так будет правильно. И он не пожалеет, что согласился остаться в Ликурге. Мы принадлежим друг другу, мы – вместе. Мы поклялись.
Шелест шин – какой-то автомобиль остановился возле нашего дома. Аккуратно закрылась дверца, чуть скрипнула калитка и послышались осторожные, приближающиеся шаги. Мы с Клайдом переглянулись, да что же такое сегодня происходит? Раздалось низкое шипение, почти рычание, Свит одним прыжком оказался перед дверью, ощетинившись, он оглянулся на нас, на меня, как бы проверяя, что я на месте, глаза его полыхнули зелёным мерцающим светом. Пасть оскалилась, обнажив ряд острейших зубов. И он снова повернулся к двери, застыв в ожидании.
– Берт, отзови его, подержи.
Я тихо позвала, похлопав ладонью по кровати рядом с собой.
– Свит, мой славный, иди сюда, побудь тут, со мной. Дадим Клайду открыть, он с нами, не бойся за меня. Иди же!
Кот оглянулся на меня, потом снова на дверь, шаги уже возле нее. Он словно сомневается. И через мгновение он прыгает ко мне, устраивается под моей рукой, не спуская с двери настороженного взгляда. Негромкий стук. Заставляю себя успокоиться, ну кто там может быть... Может, снова Гилберт или кто-нибудь с фабрики... Клайд открывает дверь. И мои пальцы сжимаются на загривке Свита, удерживая его от прыжка.
На пороге стоит Джил.
