Текст книги "Полярный рубеж (СИ)"

Автор книги: Ал Коруд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Глава 37
Аэропорт «Талаги» Поморский особый округ. 25 января 2037

Генерал полиции Михайлов зябко повел плечами. Зима сей год выдалась на редкость морозной. Как будто природа возжелала выжечь напрочь ту заразу, что в считаные месяцы уничтожила мир. Но она же создала массу проблем выжившим миллионам людей. Госпади, вместо десяти миллиардов всего лишь сотня с гаком миллионов. И почти все они сосредоточились в полярной зоне земного шара. Не самом уютном месте для проживания. Недаром эти просторы издавна стали местом обитания цивилизационных аутсайдеров. Тех, кого вытеснили более мощные человеческие сообщества.

Затем сюда пришли самые крепкие из распространявших влияние близких племен. Викинги, ушкуйники, трапперы. Всем нашлось место для приложения энергии или успокоения. Где-то после их экспансии остались новые этносы, такие, например, как поморы. Крепкая и жизнеспособная смесь северных славян и древней чуди, ведущей свою родословную от первых людей, что населили здешние земли. Именно русские поморы освоили эту часть Арктики, не побоявшись затем замахнуться на Сибирь. Ермак, Хабаров, Дежнев и многие тысячи других отважных первопроходцев.

По матери Василий Иванович происходил из поморов Летнего берега Белого моря. Любил бывать в этих древних селениях, многие из которых были старше Москвы и большинства русских городов. Свежий запах моря, суровость бытия скрашивалась присутствием в деревнях современных технологий. Ветряки, аккумуляторы тепла, спутниковые тарелки, вездеходы. Быт нынешних поморов во многом уже не отличался от обычного городского.

Эх, сколько туда на море пришлось подселить народу! Иной поселок, едва насчитывающий зимой и сотню коренных жителей за пару месяцев превращался в кишащий людьми муравейник в несколько десятков тысяч новых жильцов. Современные жилые конструкции возводились за считаные дни, а небольшие ядерные реакторы на быстрых нейтронах сполна обеспечили всех энергией. Чистой воды на севере было и так с избытком. Вот с питанием вышло сложнее. Море не могло прокормить такую прорву народу.

Поэтому бывшим городским жителям пришлось стать строителями и в морозы возводить конструкции для будущих огромных теплиц. Ведь уже весной надо начинать борьбу за грядущий урожай. Ведь чем славится Русский Север? В первую очередь белыми ночами. Почти круглые сутки сверху льется свет, позволяя за относительно короткое лето созреть урожаю. Раньше этим обстоятельством не пользовались из-за ограниченной конкурентоспособности. Проще и дешевле было привезти продовольствие с юга. Сейчас же пришлось засучить лапками.

Но зато к осени у них будет собственный урожай! А следующей зимой круглогодично работающие теплицы по всему побережью и в пригородах. Для этого сюда все лето завозились конструкции, оборудование, целые строительные линии. Несколько научно-исследовательских институтов, машиностроительных заводов и химических комбинатов расположились в новой Завокзальной промышленной зоне бывшей столицы севера.

«Можем, когда захотим!»

Генералу также пришлось принять непосредственное участие в невиданном переселении народов. Устраивать людей, обеспечивать, наблюдать за строительством, работать с многочисленными диаспорами, приводя их во вменяемое состояние. Да по существу попавшим сюда наглецам с южных республик уже нечего было ему предъявить. Что они могли со своими столичными связями против волкодавов генеральского управления? Слишком ретивые были быстро закопаны в пригородных болотах. Остальные затаились, но под ковром продолжают вести интриги. Южане! Они без этого не могут. Но ничего, или притрутся…или не выживут.

– Василий Иванович, прибывает!

В небе показался юркий самолетик, заходящий на посадку. Чей-то бывший Бизнес-Джет, на котором нынче летает по делам нынешнее руководство. Не гонять же им свои задницы на больших авиалайнерах? Вон их громады так и застыли в конце взлетного поля. Не зря его летом расширяли, как и восстанавливали бывший военный аэродром Лахта. До конца осени сделаны сотни рейсов, отвозящих людей дальше в Арктику. На новую и более суровую родину. Никто не знал, насколько эта трагедия в этот раз затянется.

И удастся ли им сдержать Полярный рубеж. Новая зараза была коварной. Несколько раз казалось, что она остановилась. Но где-то в глубоком тылу внезапно вспыхивал очередной мегаполис и за несколько дней превращался в острый источник заразы. Кто туда занёс инфекцию, уже не узнаешь. Ловили, изолировали, даже убивали. Но кто-то все равно просачивался. Эгоизм, желание жить любой ценой, коррупция и связи лишали человечество шансов. Какой-нибудь зажравшийся прокурор нанимал людей и самолет, чтобы вывезти своих заболевших детей. В итоге они убивали миллионы.

Командующий вооруженный силами западного сектора генерал армии Голиков передвигался быстро. За ним еле поспевали крепкие парни в зимнем камуфляже. Михайлов автоматом отметил, что у всех при себе был полный комплект вооружения. Генерал оглянулся, его молодцы также подтянулись. Глава полиции внезапно понял, что уже давно окружен относительно молодыми лицами. Веление времени!

Возрастной ценз для эвакуации был установлен в пятьдесят лет. Жестокая необходимость! Тех, кто был старше, привозили очень редко. Это чаще всего были незаменимые специалисты и эксперты. В основном ученые. Даже многочисленные руководители различных министерств и отраслей остались на местах и никакие знакомства не помогали. Они попросту здесь не были нужны в таком количестве. А остро были востребованы рабочие и агрономические специальности. И научные кадры. На прикладную науку свалились гигантские задачи по обустройству нового мира. Лишь наука могла вытянуть человечество и не дать ему провалиться в варварство.

Потом второй ценз полезности распространился на лиц старше тридцати пяти. Если у тебя не было полезной профессии или непревзойденных навыков, то и шансов выжить становилось намного меньше. Так, за бортом практически всем составом остался класс постиндустриальной накипи: менеджеры по продажам, юристы, экономисты, финансисты, блогеры и многочисленные представители сферы услуг. Люди в это суровое время обойдутся без маникюра или личного фитнес-тренера. А вот хорошего плотника оторвут с руками и ногами, тут же прикрепив его семью к самому большому пайку.

Михайлов непроизвольно передернул плечами. Хорошо, что не он, в отличие от Голикова принимал непростые решения. Начальник штаба русской армии, выходец из ГРУ привык действовать быстро и жестко. Это в нем осталось от среднеазиатской военной кампании, где он проявил себя как настоящий русский военачальник. Тогда Русская армия действовала с самого начала жестоко и с упреждением. Завалили вражескую верхушку, уничтожили средства связи и мочили по тылам, не стесняясь попутных жертв среди гражданских.

И ведь многие в Генштабе надеялись, что их точно спасут и увезут с семьями на север. Реальность оказалась жестокой. Ценз в тридцать пять лет Голиков соблюдал неукоснительно. Зачем ему в Арктике такая прорва генералитета? Даже до Михайлова докатилась та волна гнева, когда высшие военные чины осознали, что их, в конце концов, бросили. Извините, время такое.

Да и последующие события показались внутреннюю гниль многих бывших начальников. Еще осенью появились многочисленные слухи о создании южнее Рубежей «Зон» для своих. Используя оставшиеся воинские части, склады с вооружением и техникой, генералы в короткие сроки возводили вокруг выбранных для выживания поселений непроходимые для чужаков барьеры. Селили внутрь «своих» и провереных.

Гражданских не считали за людей и чаще всего использовали в качестве рабов. Не гнушались привлекать поначалу работников МЧС и полиции, оставляя затем в живых лишь тех, кто присягнул на верность лично и доказал это кровавым делом. Новая среда обитания сделала людей неимоверно жестокими, не оставляя место гуманизму. Говорят, что цепочка таких «зон» протянулась с севера на юг, поддерживая друг с другом связь и даже обмениваясь ресурсами, которые «черный генералитет» безжалостно подгребал к себе. Очередное упущение властей, бросивших людей на растерзание «волкам».

«Ну а что нам оставалось делать? Все происходило слишком стремительно!»

– Василий Иванович! Хотел бы сказать, что утро доброе, но, к сожалению, это не так.

Голиков был сосредоточен и хмур.

«А ведь он не просто так прилетел. В самом деле случилось что-то нехорошее»

По спине Михайлова пробежал знакомый холодок предчувствия. Вроде дела и так хуже некуда.

Они быстро прошли в здание бывшего международного аэропорта. Там в ВИП-зале их уже ждали. Генералы сели за отдельный столик, им тут же подали кофе и пирожки. Михайлов вынул из сумки термос.

– Извините, Борис Алексеевич, кофе мне нельзя.

– Что там у тебя? – встрепенулся командующий.

– Травяной сбор. Сердце.

– Налей попробовать, – сделав глоток, генерал армии оценил. – Знатное зелье. Пришлешь мешочек?

– Без проблем. Через час привезут.

– Часа у нас нет, Василий Иванович, – помрачнел Голиков и оглянулся. – Сейчас Джет заправят, и я улетаю в Воркуту на совещание.

Михайлов напрягся.

«Значит, это не обычная инспекторская проверка».

С недавних пор полиция начала подчиняться Единому Командованию Западного Арктического сектора. Что включал сюда огромную территорию от Исландии до Салехарда.

– Показываю только тебе, генерал. Ты обладаешь допуском и доверием Самого.

Голиков протянул планшет Михайлову, и тот с любопытством уставился на экран. Через минуту после просмотра короткого ролика он с нескрываемым удивлением спросил командующего:

– Что это такое, Борис Алексеевич?

– А разве не видно? Неопознанный летающий объект. НЛО, твою ж меть! Снят подробно и в полной красе, – Голиков нервно поковырял ложкой в чаше. – Сообщения к нам поступали с самого начала эпидемии. И это вдобавок ко всему прочему!

Генерал полиции осторожно положил планшет на стол.

– Это все правда?

– Если бы только это! Там еще второй ролик есть, – Голиков наклонился ближе и говорил заметно тише. – Этот аппарат мы сняли у Плесецка, вблизи космодрома. Там всегда существовала некая аномальщина, так что система слежения была налажена. Сняли во время северного сияния, когда защита чужаков неожиданно для них самих дала сбой. Видимо, они используют незнакомую нам технологию «стелс». Мы также смогли просканировать все возможные данные с этого аппарата. Он точно не земного происхождения. А сейчас включи следующий ролик, я пока отойду.

Михайлов со все возрастающей тревогой наблюдал, как посреди пустыни перемещаются странные транспортные средства. Как вверх взмывают шилообразные аппараты. НЛО вовсе не были похожи на «летающие тарелки». Неужели где-то сейчас в безлюдных районах приземляются настоящие инопланетяне? Тогда это значит? Думать о страшном не хотелось, а горле тут же пересохло.

– И как тебе кино? – рядом в кресло грузно осел командующий. Михайлов только сейчас заметил, как тот постарел за эти страшные месяцы.

– Откуда запись?

– А вот это необычайно интересно. Недавно около Печенги упал южноафриканский Джет. И сам самолет необычный, и публика, летящая на нем также интересная. К сожалению, все они погибли и не долетели до места.

– А куда они двигались?

– На Шпицберген, в английскую зону ответственности. Мы прижали англичашек и выудили из них всю информацию. Это была их операция.

– В чем она состояла?

– Да все, казалось бы, просто. Их разведывательная сеть совместно со спецслужбами Южно-Африканского союза с некоторых пор начала замечать необычную техническую активность в районе южной Сахары. Вы не знаете, генерал, но по нашим данным, там в закрытых анклавах выжило немало людей. Они и сделали эти съемки, а затем послали самолет на север. На нем летели высшие чины разведки и несколько ученых. К сожалению, где-то на одной остановок, где их самолет заправлялся, они подхватили неизвестный вирус.

– Что, еще один?

– Наши биологи считают, что это мутация, но такая же смертельно опасная, как Чума Ч. Не бойтесь, зараза локализована и изучается.

Михайлов вытер пот со лба и потянулся за термосом. Кусок в горло не лез, но пить ужасно хотелось.

– Я к чему это тебе говорю, Василий Иванович. Ситуация у нас складывается хуже некуда. Англичане потеряли связь с частью своих агентов, спутники выходят из строя один за другим. Ты знаешь, что мы покинули «Салют-10», американцы свою станцию. Большая часть радаров космического слежения осталась на зараженной территории. Об этом в период эвакуации думали в последнюю очередь. У нас больше нет в космосе своих глаз.

– Нам что, ожидать вторжения? – похолодел Михайлов.

– Чужаки покамест никак себя не проявили. Ведут себя корректно. Такое впечатление, что пока собирают информацию.

– Пока!

Голиков чертыхнулся и постучал костяшками пальцев по столешнице:

– Ты что от меня хочешь, генерал? Я не больше твоего знаю. Вся эта ситуёвина мне вот где! Нам бы до весны выжить и начать переустройство севера. Сам знаешь, когда хватились, что столько всего не завезли. С канадцами только сейчас о поставках договорились. Они согласны сотрудничать. Аляска также с нами. Но до лета караваны не проведешь. Вон сколько судов с осени во льдах застряло! Атомоходы не справляются с нагрузкой. Шайенн далеко и прямой связи с ними нет. Разве что к лету наладим грузовой авиатранспорт. Так что придется нам с «черными» как-то договариваться. Кое-что потребуется доставить на север.

Новости получились довольно интересные. Но лучше бы их не знать.

– А что нам сейчас делать?

– Я тебя предупредил. Будь готов ко всему. Усиль бдительность. И никому ни полслова, сам понимаешь. Буду держать тебя в курсе.

– И это все?

– Остальное – наше дело, – Голиков уставился на старого знакомого. – Мы посылаем в ЮАС атомную подводную лодку со спецотрядом. Наготове космический рейдер. Будем искать канал для общения с чужаками. Может, они нам на помощь прибыли?

– Ага, помощь, – скривился Михайлов. – Скорее наоборот.

– Тогда чего нас не добили?

– Нужны мы им, значит, для чего-то.

– Это все лишь слова, генерал, – вздохнул командующий. – Мне тут ученые кое-что прояснили. Мы мыслим согласно человеческой логики. Они же могут считать совершенно иначе. Ну, бывай. Не хочу носить эту тайну один.

Михайлов еще смотрел некоторое время вслед Голикову, а потом витиевато выругался. Его помощники с недоумением оглянулись на генерала полиции. Вот ему, последнее что нужно, так эта тайна!

Глава 38
29 января 2037 года. Город Березники. Особый Урало-Пермский край

Вездеход резво рванул по открывшейся прогалине, но затем неожиданно на чем-то подпрыгнул и сразу осел. Мотор натужно взревел, но тяжелая машина не сдвинулась с места. Водитель включил заднюю, но и здесь ничего не получилось.

– Да етиешу!

– Ты, Леша, лучше не ругайся, а вылези и посмотри, – спокойно порекомендовал ему генерал Пронин.

Он еще до конца так и не осмыслил свалившееся внезапно на него высокое звание. Ну не мог во главе целого края стоять полковник. А чужаки у них отчего-то не засиживались. Кто-то скоропостижно уехал, кого-то заставили, другие не смогли ужиться. Уралчане люди и так довольно жесткие, а в такой ситуации и подавно. Сам город и поселки особого края за несколько месяцев увеличились в населении раз в десять. И еще властям приходилось поддерживать в тяжелых зимних условиях тех, кто выжил «за ленточкой». А таких в «закрытых» поселениях хватало.

Да за периметром приходилось постоянно следить. Карантин никто не отменял, и ответственность не снимал. Реки в морозы уже не являлись границами, а скорее стали транспортными путями. Во всем этом леденящем кровь бардаке и ужасе радовало лишь одно – Чума в рано наступившие сей год холода отступила. Новых случаев заболевания давно не видели. С юга также перестали доноситься страшные вести. Оттуда вообще давно не было никаких вестей. Казалось, что можно было оглядеться и заняться собой. Так нет! Нечто неведомое нежданно вмешалось в их хоть как-то налаживающуюся жизнь.

– Товарищ генерал, – открыл дверь один из прикрепленных телохранителей Пронина бывший опер Петр Наседкин, – похоже, что приехали.

– Кардан сломали, кина не будет! – из-под накренившегося вездехода, стоящего на больших шести колесах, вылез Алексей и огорченно сплюнул на снег.

– Ты как так умудрился?

– Не трави душу, Петя! Ты сам видел – ровное поле. Кто ж думал, что тут эта проклятущая яма и дерево в него так неудачно упало. Вот и провалились на полном ходу, да поломались. Три в одном!

– А я тебе говорил, не гони!

– Так, оставить спорить!

Пронин оглянулся, до ближайшего патрульных еще далеко. Из-за проклятой секретности они выехали слишком малым составом, всего пять человек и на одной машине. Три автоматчика в маскировочных костюмах распределились сейчас по охранному периметру и бдят. Эти ребята из приданного спецназа ДГБ надежные, но крайне неинициативные. Зато секреты хранить умеют. Что и стало доводом в пользу того, чтобы вместо своих оперов взять на задание именно их. Молодых он попросту пожалел. Знал, что зачастую секретоносителям закрывают дальнейшую карьеру.

«Неужели это правда? Но опять же, полпред врать не будет!»

– Что делать будем, Алексей Иванович?

– Снимать штаны и бегать! Леша, сможешь сам починить?

– Нет, товарищ генерал. Машину надо на салазках тащить в гараж. Так её не починить.

– Понятно, – Пронин полез в машину за спутниковым телефоном.

Связь через космос уже не была такой надежной, но все лучше, чем обычная рация. В горах та не везде брала. Как-то так вышло, что именно их краю не досталось самых передовых комплектов связи. Ими тогда в первую очередь снабжали армию на югах. Военные действия там давно закончились, аппаратура так и пропала. Новой не завезли. Хотя кто в те безумные месяцы так далеко заглядывал в будущее?

Пронин в глубине души готовился к тому, что и их край также сгинет в пучине мирового бедствия. Ведь целые страны и континенты исчезли с лица мира. Ничего давно неслышно о большинстве стран Азии, Африка погибла первой, за ней Южная Америка кроме крайнего юга и островов. В Северной успела произойти скоротечная мексикано-техасская бойня, война восточных штатов с Анклавом Скалистых гор, вскорости перешедшая в серию самых настоящих ядерных ударов. Но радиации так и не удалось выжечь заразу, и та поползла дальше на север и запад, пройдя почти до Аляски. Только там северянам удалось остановить её своим Рубежом.

Спутник был вне зоны, и Пронин налил себе из термоса кофе. Вот его отчего-то завезли им предостаточно! Генерал еще раз попытался набрать номер, а потом задумался. А что он сам знает о выживших? Север Европы. Там можно было отгородиться в горах и болотах. Но все равно почти все население трех скандинавских стран вымерло. Излишний либерализм помешал принять сразу правильное решение о полном закрытии всех границ. Пустили на порог «несчастных» беженцев, не соблюли правила карантина и тут же получили зараженные по самое не балуй города.

Затем всеобщая паника, уже сотни тысяч собственных беженцев и никаких заранее вывезенных и заготовленных запасов. В итоге большая часть выживших в эпидемии умерла или умирает от голода и холода. Норвежцам было проще, у них рядом море, рыба и торговые пути. А вот шведы и финны сами себя загнали в смертельную ловушку. С соседями на востоке давно сами разругались и порушили все связи. Сейчас в той стороне жизнь лишь в Лапландии теплится.

Азия. Известно о выживших лишь в отдалённых районах. Западная Монголия, Тибет, Гималаи. Что творится в эпицентре эпидемии Юго-Восточной Азии с самого начала лета никто не ведает. Видимо, там умерли все. Часть Китай также лежит, покрытая ядерным пеплом и отравляющими веществами. Китайские генералы, пусть и жесткими средствами, но пытались спасти свою страну. Но известно лишь о нескольких сотен тысяч китайцах, создавших анклавы на нашем Дальнем Востоке и вместе с местными русскими, пытающимися выжить холодной зимой тридцать седьмого. Из Южной Америки иногда в эфир прорывались крики о помощи. Люди пытались выжить высоко в горах. Хотя кто-то мог спастись и в лесах Амазонки. Про Африку мало что известно. Кроме того, что сообщил Пронину лично полпред. Старый и опытный чиновник, любимец президента, заметно сдал за эти месяцы. Ведь именно ему приходилось принимать многие непопулярные, да что там говорить, страшные решения.

Кому жить и кому умереть.

Пронин невольно передернул плечами. Он уже давно для себя решил, что ему не стоит выживать. Сделает свое дело, выстроит систему, которая поможет существовать остаткам человечествам, а там… Скорее всего, сердце не выдержит. Внезапно в ухе раздался тревожный шепот:

– Чужаки!

Пронин рыбкой вынырнул из двери, успев захватить по пути автомат. И в самом деле, от опушки леса отделились в фигуры в «призрачном камуфляже». Они подковой охватывали место их аварии, держа всех на прицеле.

«Да не могут быть это бандиты! Как пить дать, патруль».

Генерал встал в полный рост, рядом находились только водитель и Наседкин, настороженно смотревших на чужих бойцов сквозь прицелы. Спецназовцы куда-то испарились. Вперед вышел рослый военный и откинул капюшон:

– Держите руки на виду, оружие не хватать! Стреляем без предупреждения!

Пронин крикнул:

– Спокойней, свои! Сейчас перешлю вам данные Ай Ди.

Старший патруля настороженно наблюдал за действиями генерала. Встроенный в боевой костюм планшет пискнул: «Сообщение отправлено». Чужак кивнул, а затем с нескрываемым удивлением уставился на Пронина.

– Извините, товарищ генерал! Старший лейтенант Мазуров, командир смены. Обознались. Птичка на хвосте принесла новость, что неизвестный автомобиль вошел в закрытый сектор.

– Нам пришлось отключить детектор узнавания. На это есть причины, старшой. Сможете нас проводить до вашей комендатуры? У нас чрезвычайно важное задание.

Старший патруля некоторое время переваривал новость. Сам начальник КрайУВД исполняет некое задание. Значит, дело точно нечисто.

– Я уже вызвал снегоходы, товарищ генерал. И пусть ваши бойцы выйдут, мы их всех уже срисовали. Они, конечно, парни опытные, но сразу, видать, не северяне.

Пронин усмехнулся. В патруль по уму набрали много местных. Охотники, спортсмены, военные из этих краев. Хоть чья-то светлая голова подумала заранее. Если бы таких умов набралось много, то сейчас людям было легче.

– Действуй! Алексей, остаешься здесь. Поможете ему?

– Уже послали за буксиром, товарищ генерал. В этих местах лучше передвигаться по рекам.

– Торопились, старлей.

Тот, видимо, что-то еще хотел сказать, но передумал. Не всегда с начальством стоит откровенничать.

– Капитан, – Пронин был короток, да и лично знал коменданта этого района, – нам надо сюда без лишних свидетелей.

– А что там?

– Вас не касается. По-хорошему советую туда не соваться и своих не пускать. Это, поверь, не угроза, а доброе предупреждение.

– Задачка…

Капитан Алибасов дураком не был, потому с глупыми расспросами не полез, внимательно изучая трехмерную карту района.

– Ну ты думай.

– А что тут думать, товарищ генерал. Сами вы дотуда не пройдете, все равно проводник нужен. И дорога только для снегоходов. Смогёте?

– Спрашиваешь, – влез без спроса Наседкин, а затем отступил назад под тяжелым взглядом Пронина. Тот долго не думал:

– Давай своего проводника. Петр, готовь форму номер ноль.

Лицо капитана вытянулось, но он благоразумно промолчал. Ему его новая должность нравилась. И семья рядом, и родственники при деле. Все лучше, чем в городе толкаться.

– Туда сложно пройти. Скала снег не держит, под ним камни, валуны. Технику поломаем.

Пермяк задумчиво смотрел в сторону распадка и курил трубку. Его совсем не удивило то обстоятельство, что ему пришлось заполнить странные формуляры, дающие ему доступ к информации особой секретности.

– Нам надо.

– Пронин, что ищем? Лучше скажи, так мне будет проще рассчитать дорогу.

Генерал крякнул, но прятаться за ширму секретности не стал.

«Дело надо делать!»

– Вот примерно здесь лежит некий объект. Его электромагнитный след проконтролировали до этой отметки.

– Траектория?

Пронин прочертил пальцем, и на планшете проявилась трасса снижения неизвестного летательного аппарата.

– Что думаешь?

– Думаю, что он врезался в этот склон и прошел по старому руслу до верхового болота. Скорее всего, там и застрял. Был я там, но давно. Нам лучше не идти по прямой, много топлива сожжем.

– Топливо не проблема, на беспилотах подкинут, – бесцеремонно вмешался Наседкин.

Пермяк бросил взгляд на молодого опера и поднял пожелтевший от набивания трубки палец.

– Все равно дольше выйдет. Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет.

– Показывай свой маршрут!

Пронин с удивлением наблюдал, как ловко их проводник составил маршрут на самом современном планшете. Не так прост оказался этот таежный житель!

– Ох…неть!

Командир спецназовцев не смог удержаться. Он и его бойцы так и застыли на гребне. Они уже давно с помощью малого БПЛА заметили след, оставленный неизвестным аппаратом, и здорово сократили путь. Пермяк молчал, держа незажжённую трубку во рту. Наседкин фиксировал все на камеру, а Пронин яростно нажимал кнопки спутникового телефона. Наконец, удалось связаться с центром на Груманте, а на маленьком экранчике появилось напряженное лицо командующего Новосельцева. Он приказал звонить только ему лично.

– Пронин, что у тебя?

– Ловите картинку, товарищ генерал. Мы на месте.

Командующий повернул голову к экрану и лихо присвистнул.

– Молодцы! Осмотрите все внимательно. Но будьте предельно осторожны.

– Дурных нема!

– Найдите площадку для посадки тяжелой платформы и ждите спецкоманду.

– Вас понял, товарищ генерал.

– Удачи!

Это, конечно, легко сказать – осторожно. Пронин захлопнул челюсть и достал электронный визир. Перед ними был точно неземной летающий аппарат! Веретенообразный корпус зарылся носом в склон вставшей на дороге сопки, его тормозной путь занял более двух километров. И как только это летающее нечто не сломалось или взорвалось? Хотя если вспомнить фантастические фильмы, то инопланетяне частенько использовали некое защитное поле. Видимо, и здесь дело обстояло таким образом. Ну это пусть ученые выясняют. Поле должно воздействовать и за пределами корпуса. Так след будет шире.

Пронина кольнула странность происходящего. Сначала уничтожившая человеческую цивилизацию эпидемия, а сейчас вдобавок присутствие инопланетных кораблей. Не взаимосвязаны ли оба этих неприятных события? Или, наоборот, инопланетяне прибыли на Землю помочь нам? А может быть, это просто разведывательные зонды? Ага, эта махина длиной метров семьсот. Не многовато для зонда? Но, может, только такие большие корабли и способны перемещаться в галактическом пространстве? Вопросов много, а ответов не будет. Во всяком случае, ему точно не скажут!

Он и здесь лишь потому, что больше некому. Вихрян месяц назад погиб, на него покушались одни сволочи и в итоге добились успеха. Эх, Миша, обратился бы к его архаровцам, то остался жив. До сих пор сердце болит по старому другу. Военным эту тайну отдавать нельзя. Пока армия в стадии переформирования и кому там можно доверять, он не знает. Несут службу и ладно. К весне обещали помочь с техникой и новым командованием. Осенью, пока работали железная дорога, воинские эшелоны к ним пробиться так и не смогли. Такой бардак начался. Так что остается только он и его самые верные люди.

«Черт, а если это вторжение? Тогда аварийный корабль будут искать!»

Переварив тревожную мысль, Пронин разразился чередой команд:

– Пермяк и Петя, вы к аппарату, все внимательно осматриваете и снимаете. Постарайтесь не следить и наблюдайте за воздухом.

– Ждем гостей?

– Сами понимаете, сейчас все возможно.

– Капитан, ты со своими молодцами ищешь место для посадки грузовой платформы и фишки для скрытого наблюдения.

– Тогда, может, и для нас стоит убежище поискать?

Пронин задумался и кивнул:

– Поищите. Я пока буду на гряде и облечу вокруг чужого корабля для съемки общего плана.

Малый беспилотник уже был готов к работе. Запасные аккумуляторы лежали рядом на переносном ящике.

Командир спецназовцев понимал, что нарушает протокол безопасности, оставляя Пронина одного. Но ситуация больно уж сложилась необычная. Так что все члены их маленькой команды этот момент чутко осознали. Этот день они точно будут помнить до конца жизни!