Текст книги "Пробуждение (СИ)"

Автор книги: А. Райро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

Эпизод 24

Это была самая странная новогодняя ночь, какую только можно представить.

Внеземная, тёплая и, к тому же, без ночи как таковой.

Часов до двух я провёл в главном зале Культурного центра вместе со всеми. Послушал забавные истории, познакомился с учениками из других факультетов, выпил ещё пару чашек бодрящего отвара из корня ду. После этого Роу даже вытащила меня потанцевать.

И всё это время из моей головы не выходили две вещи: фото в моём кармане и фасеточные глаза Саваж.

То одно, то другое постоянно всплывало в памяти.

И всю эту ночь, когда я уже вернулся в казармы и лёг спать, моя память прокручивала тот неловкий разговор с Саваж у куста соа. Её взгляд, её голос, прикосновение плеча. Феромоны вокруг меня уже не летали, а я всё равно зачем-то думал о ней.

А ещё я уснул с фотографией в руке.

Упорные попытки вспомнить родителей ничем не закончились, кроме головной боли и тошноты. Моё сознание будто блокировало воспоминания обо мне самом.

И если мысли о Саваж уже наутро перестали быть такими острыми, то мысли о фотографии и дате на ней, наоборот, начали преследовать меня всё навязчивее.

Я так часто смотрел на фото родителей, что, казалось, мне бы с лёгкостью удалось нарисовать их лица. Если бы я, конечно, вспомнил, как это правильно делается, и если бы это злосчастное перо Гелиса вообще рисовало.

Пока что оно было пустым и не проводило Высокого Эхо в моей руке.

Теперь связь с Эхо стала для меня задачей номер один. Чёрт с ней, с памятью, чёрт с ней, с высотой, как и с другими проблемами.

В первую очередь мне нужна была связь с Эхо.

До конца испытательного срока оставалось меньше двух недель. Комиссар Сол так и не согласилась дать мне больше времени. Ни директор, ни кто-то ещё не смогли на это повлиять. К тому же, учитель по связи с Эхо у меня был один – которая сама ещё ученица.

Виктория Саваж.

И заниматься ей предстояло не только со мной, но и с Данте. Он никак не мог получить связь с Общим Эхо, а у меня не выходило с Высоким.

– Связь с Эхо – это отклик каждой клетки тела, болваны! – громко объявила Саваж на первом занятии, причем дважды, будто мы для нее не только глухие, но ещё и тупые. – Это умение видеть, слышать и чувствовать полноценное Эхо! Соприкасаться с ним ментально, зрительно и даже тактильно! Весь мир Эльдоры пропитан разными видами Эхо. Вы им дышите, вы его пьёте и едите! Оно питает ваш организм! И если у вас нет связи со всеми видами Эхо, то вы – слепые и глухие чурбаны!

В первый день Саваж гоняла нас по полигону с деревьями, привезёнными из разных уголков Эльдоры. Они проводили разные виды Эхо, и мы, как чёртовы монахи, часами сидели среди растений, чтобы хоть что-то ощутить. Данте торчал возле дерева с Общим Эхо, а я – возле дерева с Высоким Эхо.

И ничего.

Мы оставались чурбанами, как называла нас Саваж.

Порой она злилась, порой хладнокровно терпела нашу «чурбанность» и применяла разные методики, от самых простых до самых странных. Мы надевали очки с разными спектрами улавливания и блокировки Эхо, принюхивались к коре, гладили почву вокруг деревьев, лежали на траве и даже пробовали на вкус листву.

Но всё равно – ничего.

– Вы такие чурбаны, что я вас ненавижу!!! – на третий день выпалила Саваж, испытав на нас почти все свои ходовые методы. – Гореть вам в огне Аминора, балбесы!!!

Она опять сказала про огонь Аминора, и мне стало интересно, откуда Саваж взяла эту фразу. Ну не у аборигенов же.

– Что за огонь Аминора? – тихо спросил я у Данте.

Тот беззвучно рассмеялся.

– Сразу видно, что ты не ходил в развлекательный отдел нашей библиотеки в Культурном центре. Там есть цифровые книги про огненного рыцаря Аминора или как-то так. Говорят, Саваж порой приходит в библиотеку по ночам и читает их. Взять с собой книгу нельзя, поэтому она ночами там торчит.

Это было настолько занятное открытие, что я с удивлением уставился на Саваж.

– У тебя вопросы, ново-маг Терехов? – сощурилась девушка.

– Э… нет, – ответил я, едва сдержав улыбку.

Моё воображение представило, как строгая и ледяная королева Виктория Саваж сидит в библиотеке ночью и с увлечением читает книжки про какого-то огненного воина, как самая обычная девчонка.

С другой стороны, она ведь родилась уже здесь и никогда не видела земной жизни. Ни городов, ни нормальных школ, ни простых детских развлечений.

Для неё Гражданская Зона стала тем самым окном в человеческий мир. Земные фильмы и книги, земные традиции и правила.

Но ведь на самом-то деле маг-зеро Саваж – инопланетянка.

Самая настоящая.

Правда, это не мешало ей быть порой невыносимой стервой. Особенно, когда она выступала в роли учителя. Но именно сейчас я был готов терпеть её любую, лишь бы она развила во мне связь с Высоким Эхо.

Увы, первые три дня её усиленных уроков ничем не закончились. Ни для меня, ни для Данте. Никаких откликов тела и видения мировой магии. Мы оставались слепыми и глухими чурбанами, как бы Саваж ни упражнялась в оскорблениях.

А вот на других уроках, например, в обычной боёвке, результат у меня был намного лучше. Память тела выдавала порой то, что я умел когда-то во время службы в ДВС. Этим я удивил даже учителя по боевым искусствам Абдуллу Фараджа.

Это был дядька высокий, поджарый, с короткой, но густой чёрной бородкой. К тому же, суровый, выдержанный и не особо разговорчивый, но когда он увидел меня в первом спарринге с Морганом, то неожиданно остановил поединок и спросил:

– Тебя уже обучали, ново-маг Терехов?

– Нет, учитель Фарадж, – ответил я, переведя дыхание. – Но на Земле я служил во Внешней Службе.

Он сразу перестал удивляться.

– Теперь понятно. Что ж, продолжим.

После того поединка, где Морган отхватил от меня не меньше десятка смачных ударов по корпусу и по физиономии, а потом, и вовсе, оказался на лопатках, по факультету Зеро распространилась информация о том, что я из ДВС.

Студенты отлично знали, что это такое, и понимали, насколько опасна такая служба.

Это вызывало уважение. В то же время все понимали, что добровольцем туда идут не от хорошей жизни, а за продовольственными карточками. И таким добровольцем из всей группы Зеро я был один.

В общем, чего только ни случилось за три дня усиленных занятий. От похвалы на уроках по боевым искусствам до полного разноса на уроках по связи с Эхо.

После очередного провального занятия у Саваж я дождался, когда Данте уйдёт с полигона, и обратился к девушке без обиняков, прямо в лоб:

– Если ты знаешь ещё какие-то способы, то скажи. Я готов на любые варианты, даже если это нарушит все правила.

Она почему-то оскорбилась.

– Хочешь сказать, что я прилагаю недостаточно усилий? Да, Терехов? Может, ты ещё скажешь, что я делаю это намеренно, потому что ты мне не нравишься? Или потому что я наполовину люминал и тайно собираюсь перейти на сторону аборигенов?

Вот теперь оскорбился уже я.

– Во-первых, я так не говорил. Во-вторых, даже не имел в виду.

– А что ты имел в виду? Что я недостаточно стараюсь? Недостаточно справляюсь? Недостаточно хороша? У нас у всех одна миссия! Я не делаю различий и всех обучаю с одинаковым рвением! И я в лепёшку расшибусь и буду тащить тебя за шкирку к вершине твоего величия, даже если ты мне противен! Теперь тебе понятно?

От её пристального и требовательного взгляда у меня запершило в глотке.

Я прокашлялся.

– Ладно, Саваж. Давай без недомолвок. Я тебе противен, и мне на это плевать, но сделай всё, чтобы у нас была связь.

От моей двусмысленной фразы она вскинула брови.

– Я про связь с Эхо, – добавил я на всякий случай.

Саваж вздохнула, но немного успокоилась.

– Тебя точно уже не исправить, Терехов. Где вас таких на Земле находят?

Я пожал плечами.

– Может, я такой в единственном числе.

– Такой придурок – точно один. Я когда тебя впервые увидела, то сразу это поняла. Надо было оставить тебя в лесу. Кату бы тебя сожрали, и никаких проблем.

Девушка опять вздохнула и посмотрела на меня как-то по-другому – совсем иначе, чем прежде. С интересом, что ли.

А потом негромко добавила:

– Я видела, как на уроке ты выпустил из клетки ту аборигенку. Слышала, как она разговаривала с тобой. Это большая редкость, чтобы люминал говорил с человеком. Она что-то в тебе увидела. То, чего не видела в других людях.

Внезапно её тон сменился с дружелюбного на презрительный, будто она вдруг вспомнила, что я ей противен:

– Всё, Терехов, иди! Избавь меня от пытки видеть твоё лицо! Оно мне уже снится!

Я скрипнул зубами. Двойственность Саваж порой начинала напрягать. То она меня не выносит, то, наоборот, ужинает со мной и улыбается, то дарит мне подарки, то опять не выносит. Чёрте-что. На месте Афродиты я бы тоже усомнился в её адекватности.

В Генетроне одна лишь Симона оставалась стабильной и постоянной.

Настоящая константа.

Она, как всегда, отлично читала лекции по биологии, аборигенам и магическим рангам, проводила тестирование, раздавала свитки, показывала голограммы.

Я изучал кучу новой информации. Всё то же самое, о чём недавно говорил Морган, наш отличник учёбы.

Свитки из справочников по биологии, геологии и географии Эльдоры, а также новейшей химии. Энциклопедии по живым и неживым ископаемым, аборигенам и их оружию. Списки Титулов и элементов-усилителей. Главный трактат по циклопам. И, конечно, вся Таблица ключей мастерства, включая Оружие Мастеров Эхо.

И если биология, география, ископаемые и аборигены были пока что теорией, поэтому мне помогали мозги, логика и Область Памяти моего лимба, то связь с Эхо оказалась для меня провальной.

Там не работали ни мозги, ни логика, ни Область Памяти.

Всё было просто.

Если у тебя нет связи с каким-то из видов Эхо, то надо наизнанку вывернуться, чтобы эту связь получить, и как оно работало, сложно было объяснить логически.

Поздно вечером, уже на четвёртый день, едва волоча ноги от усталости и напряжения, я вышел из казарм вместе с подаренным альбомом и пером Гелиса. Напрямик отправился к дереву Брамса и, приложив немало волевых усилий, залез сразу на двадцатиметровую высоту.

Непонятно, на что я надеялся.

Возможно, что произойдет чудо, и перо внезапно выдаст мне потоки Высокого Эхо, мой лимб станет полноценным и я, как супергерой, спущусь с дерева и сразу же залезу в Прометея.

С моим везением уровня «бог» на чудо можно было не надеяться. Но я надеялся. До самой ночи я просидел на выступе над озером, чёркая бесполезным пером по листам в альбоме.

Ничего.

Совершенно никакой связи с Эхо.

Мне казалось, что моя ущербная магия, наоборот, всё больше теряется, будто она стирается в сознании из-за того, что я слишком много думаю, слишком много учусь, слишком много знаний пихаю в свою голову.

А изучал я много.

Очень много.

Сложнее всего было на лекциях по ископаемым Эльдоры. Это были живые и неживые накопители Эхо. Редкие животные или растения, а также особая руда. Они аккумулировали в себе потоки энергии, собирали её, накапливали внутри себя, а люди добывали их и использовали. Часть аннигилировали и получали эхо-кровь, а часть применяли в технологиях и во время тренировок.

Но самое главное, что такими ходячими ископаемыми были и циклопы – самая страшная сила и армия аборигенов.

Циклопы.

О них говорилось много и часто.

И чем дальше я изучал мир первого Узла Алиума – Эльдоры – тем больше понимал, что с циклопами лучше считаться. Простым оружием их уничтожить невозможно. Только Оружием Мастеров Эхо.

Эти существа были порождением Алиума во всей его мощи.

По уровню концентрации Эхо циклопы имели три класса. Первый, второй и третий уровень концентрации – от самого слабого к самому сильному.

Эксперты делили их ещё на тероподов и травоподов, то есть на хищников и травоядных, а по размеру – на малых, средних и великих.

Самое интересное, что у циклопов имелись зачатки разума, они создавали семейные кланы и даже что-то наподобие общества. У них были циклопы-рабочие, циклопы-солдаты, циклопы-генералы, клановые циклопы-матриархи и циклопы-патриархи, были даже циклопы-короли для объединённых кланов.

Но самыми жуткими считались циклопы-тираны.

По сути, убийцы и палачи.

Обычно это были самые сильные по мощи и великие по размерам циклопы. Их кидали в штурмы, как бешеных псов. Каждый клан держал у себя хотя бы одного такого.

И вряд ли хоть один био-титан сравнился бы по силе с циклопом-тираном. Победить такого можно было только группой.

Циклопы жили столетиями, копили в себе магию и становились настолько мощными, что представляли угрозу для всех крепостей, а значит, для всего человечества.

Благодаря лекциям по географии Эльдоры я знал, где именно находятся наши крепости, которые потом станут человеческими городами. Да и вообще, я досконально изучил карту всего Узла – весь его ландшафт, зоны Эхо, границы между крепостями, территории аборигенов и опасные участки.

И всё это втолкали в мою голову за несколько дней.

Точнее, я сам в себя это втолкал.

Когда ты знаешь, что за твоей спиной стоит целое человечество, то не позволяешь себе расслабляться. За моей спиной, например, стояли мои родные. Их я не помнил, но от этого хотел спасти не меньше, а даже больше, чем остальное человечество.

Так что учился я как самый прилежный отличник.

Все испытывали те же чувства, что и я. Цель у всех была чёткая и ясная. Колонисты хотели спасти своих родных, оставшихся на Земле, поэтому старались изо всех сил и делали из себя лучших солдат корпорации Генетрон.

Это напряжение находило выход только в одном месте школы. На трибунах главной арены, когда объявляли очередную схватку био-титанов.

Локи против Вулкана.

Вулкан против Перуна.

Перун против Локи и Вулкана.

Мне было некогда посещать эти бои и орать с трибун вместе со всеми, но очень этого хотелось. Просто проораться, чтобы хоть как-то ослабить внутреннюю пружину напряжения.

Наверное, для этого и устраивались схватки. Чтобы дать студентам зрелищ, чтобы они выпустили пар и пошли учиться дальше, так же усердно, а не копили в себе тревогу и страхи.

Афродита в боях больше не участвовала, и порой среди студентов ходили вопросы: «Куда делась Афродита? Неужели Виктория Саваж сдала позиции как лучшая ученица Зевса?».

На самом деле Саваж была занята мной и Данте.

Особенно она начала свирепствовать, когда до окончания испытательного срока осталось пять дней. Я думал, она в конце концов нас просто прикончит, поджарив наши задницы огнём Аминора.

Саваж всё чаще применяла вытягивание потоков Эхо из всего, что было ей доступно. Она просто загоняла нас на полигон с деревьями и хлестала энергией, заставляя отбиваться. А для этого надо было тоже вытягивать потоки Эхо из окружения.

Только ни черта у нас не выходило.

Каждый вечер я и Данте возвращались в казармы в ссадинах, ожогах, порезах, царапинах, а порой и прихрамывая, будто нас пытали.

– Я её ненавижу ещё больше, чем раньше, – скрипел зубами Данте, падая на кровать со стонами боли.

– Стас, ты можешь хоть немного поберечься? – с тревогой бормотала Роу, когда видела меня всего в синяках и в паршивом настроении.

У неё имелся полноценный лимб эксперта, а в нём она успела накопить пару навыков лечения: ключ Малого Исцеления и ключ Обезболивания Морозом.

А ещё в Области Хранения её лимба теперь находилась аптечка, а в ней – сиреневое желе для регенерации тканей, или СЖРТ, которое эксперты между собой называли «вонючая тягучка» (она пахла едким дымом, как будто копчёностями, зато заживляла мелкие раны за ночь и отлично накапливала Тихое Эхо).

Каждый вечер Роу тащила меня в сектор гигиены, промывала раны, а после начинала процедуры терапии: мазала сиреневым желе порезы и ссадины по всему моему избитому телу.

На Борка Данте, кстати, её забота не распространялась, как бы он ни просил, поэтому ему приходилось каждый вечер торчать в медблоке № 2.

Ещё через пару дней Саваж сменила тактику.

Она выбила для нас возможность загрузиться в Малышей, а потом велела подраться на закрытом полигоне.

Когда я и Данте отхлестали друг другу гибридные морды и сцепились в противостоянии уже серьёзно, до скрежета и хруста брони, Саваж была вынуждена остановить бой.

– Всё! Хватит! Какие же вы кретины!!! Вместо того, чтобы чувствовать Эхо, вы просто дерётесь!

– Ты же сама просила нас подраться, – пробурчал в ответ Данте.

Мне же вообще не хотелось разговаривать. Хотелось выть от бессилия!

Назавтра, прямо с утра, Саваж придумала совсем другое испытание:

– Загрузитесь в Малышей и поиграйте в футбол. Это такая странная человеческая игра, смысла которой я никак не могу понять.

– Ты серьёзно? – уставился я на неё. – Может, сразу в шахматы поиграем?

Она скрипнула зубами.

– Ещё одно слово, Терехов, и я тебя прикончу.

Её глаза стали фасеточными, вокруг тела завибрировало силовое поле.

– Ладно, не кипятись, – устало вздохнул я. – Футбол так футбол.

Мы с Данте действительно сыграли в футбол.

В неповоротливый, громыхающий и топочущий футбол.

Это было странно, и в какой-то момент я ощутил азарт, но даже игра с огромным мячом под стать размеру Малышей нам не помогла. Да, это была отличная тренировка по умению управлять титаном, но связь с Эхо она не усилила.

И вот когда Саваж была готова в очередной раз нас растерзать, случилось чудо.

За три дня до окончания испытательного срока у Борка Данте наконец случился прорыв. Он получил связь с Общим Эхо. Правда, при этом ещё и отхватил от Саваж нехилый удар в живот.

Она вытянула три магических пучка из разных деревьев и направила прямо в Данте. От мощного толчка энергии его скрутило судорогой и швырнуло на траву. Он кубарем прокатился по полигону и рухнул в кусты.

– Вставай, чурбан!!! – рявкнула Саваж, надвигаясь на него. – Вставай – или останешься здесь навсегда!!!

Вокруг её пояса вспыхнул белизной магический круг лимба.

И сразу – вся Область Мастерства.

Саваж вообще впервые такое показала, а там было на что посмотреть. Множество магических техник! Ряды значков внутри сот! Сколько именно – я даже не успел оценить.

– Пятьдесят пять ключей! – объявила девушка. – Пятнадцать защитных техник! Семнадцать атакующих! Десять вспомогательных! Семь сверхмощных! Три силовых поля разного уровня! И два вида оружия Мастеров Эхо! И сейчас всё это отправится в тебя, Данте! Но сначала я применю свой любимый сверхмощный ключ. Кулак Светового Голема!

Данте в ужасе уставился на её лимб и на вспыхнувший знак кулака в соте, обещающий боль и муки. Вряд ли Кулак Светового Голема означал что-то другое.

– Притормози, крошка… погоди-погоди… не надо так горячо… – запаниковал Данте, замерев в кустах, весь грязный, израненный и вымотанный.

– Тогда вставай! – с угрозой потребовала Саваж. – Вставай, я тебе говорю!

И он встал.

Ну как встал. Кряхтя, поднялся на четвереньках и выполз из кустов.

Зато потом оглядел пространство вокруг, вытаращил глаза и выдохнул:

– Это что? Общее Эхо?.. Оно что, синее, да?..

Девушка остановилась.

– Ты что-то почувствовал?

Всё ещё стоя на четвереньках, Данте расплылся в счастливой улыбке.

– О да-а-а-а! Ты сделала это, крошка! Я чувствую! Чувствую! Ты включила госпожу, и я сразу прозрел! Ты волшебница, Вики! Злобная стервозная волшебница!

Он вскочил на ноги и развёл руки в стороны.

– Аха-ха-ха! Охренеть! Да-а-а!

К его ладоням потянулись пучки синей энергии от ближайшего дерева с Общим Эхо за его спиной.

Вокруг пояса Данте вспыхнул белый круг лимба.

Однозначно, это был лимб мага-зеро. Полноценный, готовый к развитию.

– Поздравляю, чурбан, – кивнула Саваж, не меняя сурового выражения лица, будто ничего не произошло и её труды не увенчались успехом хотя бы для одного ученика. – Ты получил МР-один, в тебе зарожден полноценный лимб мага-зеро. Ты обеспечил себе место на факультете. А теперь свободен! Вали отсюда! Сходи в медблок, на тебе живого места нет!

Данте опять воздел руки к небу.

– О, великий небесный Диск Эхо! – выдохнул он в театральном порыве. – Благодарю тебя за все дары твои и испытания! За мои раны и муки! За боль и надежды! За Викторию Саваж! И за её ненависть к людям!

– Данте!!! – рявкнула Саваж. – Хватит паясничать! Вали отсюда!

Усмехнувшись, он опустил руки, подошёл ко мне и хлопнул по плечу.

– Ничего, Терехов! Скоро она и тебя доведёт до ужаса, и ты родишь не только лимб, но и…

– Маг-зеро МР-один Данте! – заткнула его Саваж. – Покинь полигон! Немедленно!

Потирая обожжённый ударом живот и прихрамывая, Данте отправился к выходу. Он был доволен настолько, что мне захотелось ему врезать.

– Удачи, везунок! – улыбнулся он уже у ворот полигона. – Пусть Саваж раскатает тебя на всю катушку!

– Заткнись, Данте, – буркнул я. – Сначала сам закатай себя обратно.

Как только он ушёл, Саваж тут же повернулась ко мне.

В этот момент я понял, что теперь мне точно не поздоровится. Всю свою энергию, всю свою злость она направит только на меня одного.

– У тебя осталось три дня до конца испытательного срока!

Саваж потёрла ладони друг о друга и добавила:

– Все занятия отменяются, кроме моих. Больше никаких лекций, никакого отдыха. С утра до вечера ты будешь проводить на этом полигоне! Ты самый заблокированный к связи с Эхо студент, которого я только встречала! Но я сделаю всё возможное, чтобы пробить твою блокировку!

Это прозвучало угрожающе.

На самом деле, мне нравилось её рвение. Я и сам понимал, что времени у меня осталось мало, а результата нет, поэтому был готов ко всему. Пусть эта настырная девчонка пробивает во мне всё, что угодно, пусть атакует и сбивает с ног, пусть прожигает во мне дыры и заставляет грызть деревья – лишь бы получить связь.

– Начинай, – кивнул я. – Разрешаю использовать даже запрещённые методы, вплоть до самых кровавых.

– Разрешаешь?.. – Она вскинула брови и как-то нехорошо на меня зыркнула.

Дважды «разрешать» не пришлось.

Саваж два дня издевалась надо мной, как умела. С самого утра и до ночи она применяла всё, что могла, уже на грани дозволенного в обучении. В том числе, Кулак Светового Голема. Она прошлась по мне этим кулаком не раз и не два.

Я реально харкал кровью, стоя на четвереньках в тех же самых кустах, что и Данте до этого. Но всё равно не жаловался. Не сказал Саваж даже слова претензии.

Когда силовые и кровавые методы закончились, Саваж решила перейти к запрещёнке.

Она принесла две ампулы с эхо-кровью, и как они ей достались, оставалось загадкой. Эксперты не разрешали пить эхо-кровь без их присмотра, особенно на начальных рангах. Это было смертельно опасно.

– Пей. – Саваж протянула мне обе ампулы сразу.

Я их забрал и даже вскрыл, но всё же уточнил:

– А ты меня потом откачаешь?

– Пей! – рявкнула она. – Да, я откачаю тебя! А потом придушу своими же руками, если даже эхо-кровь с тобой не сработает!

Она знала, что я и сам готов на всё, даже на такой риск.

Подняв вскрытые ампулы выше, будто это бокал, я пробормотал:

– За аннигиляционное кладбище! – и выпил сразу обе дозы.

…Очнулся я в медблоке. С ощущением, что меня перемололи в мясорубке.

Рядом с кроватью сидела Роу, но когда увидела, что я открыл глаза, то вскочила и двинула мне по плечу.

– Ты совсем рехнулся, Терехов⁈ Так нельзя делать! Ты мог погибнуть! А твоя Саваж – больная идиотка! За такое её должны отстранить от преподавания!

Я схватился за лоб ослабевшей рукой.

– Нет… она лучшая…

– Лучшая? – Роу покачала головой. – Вы с директором сговорились, да? Он тоже так сказал. И разрешил ей дальше тебя мучить! Лучше бы назначил тебе нового ментора.

Я выдохнул от облегчения.

Теперь мне казалось, что по связи с Эхо лучше Виктории Саваж действительно никого нет. Хотя меня всё же удивляло её бешеное рвение. Не так давно Саваж, наоборот, хотела, чтобы я завалил испытательный срок, а теперь старалась так, будто от моих результатов зависит её жизнь.

Возможно, она изменила ко мне отношение, когда узнала, что к моей биометрии подобрали титана. Да ещё и Прометея.

Да, в её глазах всё ещё оставалась ледяная отчужденность, но теперь староста действительно хотела мне помочь. Это был её личный вызов. Даже из-за приказа учителя Зевса она бы не стала так усердствовать.

Нет, это был не приказ.

Саваж выполняла миссию и была готова пожертвовать многим, чтобы я получил связь и наконец залез в био-титана, которого мне определили.

Из медблока меня выписали только назавтра, когда я смог наконец-то встать с кровати и передвигаться самостоятельно.

В тот же день Симона опять сократила мне срок обучения:

– Пять лет, два месяца и двенадцать дней! Вы делаете успехи! – объявила она с энтузиазмом.

– Ты так в меня веришь? – с горечью усмехнулся я.

– Нет, это алгоритмы, – честно ответила Симона. – Ваше тело адаптируется к новому миру довольно быстро. Однако отсутствие связи с Высоким Эхо является вашей главной проблемой.

– Ага, спасибо, что напомнила. Я же был не в курсе.

До конца испытательного срока оставался всего один день.

Саваж уже ждала меня на полигоне и при встрече тут же сжала кулаки. Мы оба были на пределе. Оба устали и вымотались до изнеможения и оба уже ненавидели друг друга. Между нами искрило от напряжения так, что вот-вот было готово взорваться.

– Я хочу на тебя посмотреть, – вдруг сказала Саваж, хмурясь и подходя ко мне ближе.

Девушка медленно моргнула, и снова её глаза стали фасеточными глазами люминала. Она оглядела меня с головы до ног, а потом подошла ещё ближе. Её взгляд остановился на моём животе.

– У тебя сильный адаптоген, сильное тело, – тихо произнесла она. – Твой лимб рвётся к развитию. Я вижу его.

Она шагнула ещё и слегка коснулась пальцами моего живота.

– Он прямо тут. – Затем скользнула ладонью к правому боку. – И тут. – Затем к левому боку. – И тут.

– Ты видишь мой лимб? – спросил я хрипловато.

– Вижу. Он есть. Ему не хватает совсем немного. – Она убрала руку и подняла на меня взгляд, затем опять моргнула и вернула себе человеческие глаза, а потом предложила: – Давай помедитируем.

Мы медитировали несколько часов.

К вечеру, когда у нас опять ничего не вышло, Саваж всё-таки не выдержала:

– Мы должны что-то сделать! – в отчаянии выкрикнула она. – Тебе завтра к учителю Зевсу идти! Доказывать, что ты достоин Зеро! Тебя ждёт Прометей! А ты как был чурбаном, так и остался! Что ещё сделать? Скажи мне! Я всё перепробовала!

Мы ничего так и не придумали.

Все методы, вплоть до запрещённых, были уже испробованы. Мне посчастливилось даже остаться в живых на уроках Саваж, но связь я так и не получил. Разошлись мы тогда мрачные и злые.

Саваж сказала, что хочет побыть одна, хочет отвлечься и не думать обо мне хотя бы полчаса, а потом сразу ушла. Я не стал её останавливать, но всё равно не позволил себе отчаиваться. По дороге до казарм продолжал перебирать в голове варианты, что бы ещё можно было сделать, чтобы наконец увидеть это чёртово Высокое Эхо. Я был готов бороться до самой последней секунды.

– Неужели завтра ты всё-таки нас покинешь, гуманоид? – поинтересовался у меня Данте в своей желчной манере, когда я появился в спальной секции. – Альфы давно хотят тебя получить, а учитель Мор уже потирает руки.

Это подтвердил и Эббе.

– Да, я слышал, что на учителя Зевса сильно давит комиссар Сол. Требует, чтобы он передал тебя к нам в альфы, но пока действует испытательный срок, Зевс наотрез отказывается.

Тут же свою реплику вставил и Орфео.

– А я слышал, что завтра тебя будут проверять всей комиссией. Даже директор Палатин явится. А может, и комиссар Сол.

От этого мне стало ещё паршивее.

Лучше бы они подсказали, что делать со связью, чем нагнетать.

– Вот если бы ты был наполовину люминалом, как Саваж, то проблем бы не было, – заметила Роу. – Люминалы видят и чувствуют Эхо на природном уровне, вплоть до прямой связи с Диском Эхо. Вот поэтому они могут покорять даже таких древних ископаемых, как циклопы. Люминалы просто берут у них магию Эхо, проводят через себя и направляют на других, а сами…

Я её не дослушал.

У меня вдруг возникла идея!

Я вскочил с кровати и рванул в гардеробный отсек, там быстро переоделся из пижамы в комбез, а заодно стёр с себя «вонючую тягучку», которой меня облепила Роу.

За пару минут до отбоя меня в казармах уже не было.

На улице я попросил Симону дать мне разрешение отсутствовать сегодня ночью из-за тренировки. Около минуты она согласовывала это с учителем Зевсом, но в итоге выдала вердикт:

– Вам разрешено отсутствовать в казармах сегодня ночью, ново-маг Терехов. При соблюдении остальных правил, разумеется.

Я сразу же отправился напрямую в Культурный центр и библиотеку. В раздел развлекательной литературы. Не знаю почему, но я был уверен, что Саваж сейчас там.

Так и вышло.

Я обнаружил девушку в читальной кабинке № 10 перед небольшим экраном с книгой.

Увидев меня, Саваж тут же погасила экран и вскочила с кресла.

– Ты что тут делаешь⁈ Совсем с ума сошёл! Зачем притащился⁈

– У меня идея, Саваж! – Я сказал это так громко, что по пустой библиотеке пронеслось эхо. – Давай попробуем! Если не получится, то ты можешь обо мне забыть! Вот прямо завтра, взять и забыть!

Она вздохнула, уставшая и бледная.

– О тебе забудешь, как же. Ты мне уже снишься.

– В виде рыцаря Аминора? – усмехнулся я.

Саваж сощурилась, но не стала обещать мне очередной штрафной бал за то, что я так беспардонно влез в её личное пространство и задаю вопросы не по делу.

Она молча и без возражений отправилась за мной.

Времени у нас оставалось всего до утра.