Текст книги "(Не)случайная наследница чайной (СИ)"

Автор книги: Юэл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава шестая – Генерал.

Запах ударил в нос как грязный кулак. Резкий, удушливый, он перебивал любые попытки насладиться архитектурой этого города. Я, воспитанная в культурной столице, с любовью впитывала каждую завитушку старинных фасадов, каждый причудливый изгиб улочек. Но здесь… здесь красота тонула в смраде, словно драгоценность в помойной яме.

– Хде здесь стехлодув? – просипела я, тщетно пытаясь прикрыть нос. Жест, конечно, вышел неуклюжим, и три пары глаз тут же одарили меня неодобрительными взглядами. Астра, моя невидимая спутница, парила рядом, будто ветерок. Мы договорились, что я буду шептать вопросы, чтобы не привлекать лишнего внимания, а она будет незаметно направлять меня. Голос из ниоткуда – это последнее, что нам было нужно.

Неожиданно, справа грохнула лопата, словно указывая путь в узкий, темный переулок. Без раздумий я нырнула туда. Вонь здесь была невыносимой, словно кто-то варил тухлые яйца в серном чане. К счастью, ни души.

– Как же тут воняет, – пробормотала я поморщившись.

– Это да, – Астра постепенно материализовалась, обретая привычный молочно-белый цвет. Она огляделась, убеждаясь, что мы одни. Переулок был мрачным и пугающим, как мои карманы – почти пустым. Я собрала волю в кулак и решительно двинулась вперед. Никто, кроме меня, не позаботится обо мне.

– Я слышала, что генерал наводит порядки, но сомневаюсь, что у него что-то выйдет. Преступность, алкоголизм и разврат здесь процветают, – продолжала она, пытаясь отвлечься от вони.

– Да что он может? – зло бросила я. Терпеть не могла высокомерных нарциссов, просто на дух не переносила. – Тейя говорила, что у вас тут старый сумасшедший король-тиран. А этот индюк у него на побегушках.

– Не совсем так…

– Ай, больно! Люди добрые, посмотрите, что делается!

– Рот закрой!

Астра мгновенно растворилась в воздухе, а я инстинктивно прижалась к стене, пытаясь слиться с ее грязной поверхностью.

– Дяденька, пожалуйста, отпустите меня, – взмолился чей-то голос.

– Вот отрублю тебе руку, будешь знать!

Они вышли на свет. Мужчина – сильный, красивый, но с какой-то хищной опасностью, застывшей в глазах. И мальчик-бродяжка, которого он держал за локоть. Как я определила, что он бездомный? Легко. Я сама выглядела примерно так же, когда сбегала от очередной семейки, готовой на все ради пособий.

Черные волосы мальчишки висели грязными патлами, лицо и руки были покрыты слоем грязи. Одежда – сплошные заплатки, хранящие память о бесчисленных падениях и лишениях. Прежде чем успела осознать, что делаю, я вышла из тени.

– Это самосуд! Вас за такое могут посадить! – выпалила я, чувствуя, как в жилах закипает ярость.

На меня уставились две пары глаз. Что-то с грохотом упало у стены. Наверное, Астра, пребывающая в глубоком шоке от моей выходки.

– Генерал, а это кто? – спросил паренек, вырвав локоть из хватки. За-ши-бись. Этот Ноа, кто он там, двинулся в мою сторону.

– Моя телогрейка, – ответил мужчина, а я…

А я, не будучи дурой, бросилась на него. Обогнула огромное тело, подхватила несчастного бездомного и, не оглядываясь, понеслась прочь из проклятого переулка. Сердце колотилось, словно бешеная птица, в легких горел огонь, но я бежала, бежала, бежала, унося с собой маленького бродяжку.

Дыхание рвалось клочьями, словно старая ткань, ноги заплетались в непослушный узел, но я упрямо не сбавляла шаг. Мальчишка, сжавшийся в моих руках, казался невесомым, но каждый метр отзывался свинцовой тяжестью в ногах. За спиной неслышно было топота погони, лишь назойливое чувство, будто кто-то дышит в затылок, заставляло сердце биться в бешеном ритме.

Вынырнув из мрачного переулка в бурлящий водоворот людской толпы, я резко свернула в лабиринт узких проходов между торговыми рядами. Здесь, в этом муравейнике запахов пряностей и уличной еды, можно было затеряться, раствориться в пестрой массе, почувствовать обманчивую безопасность.

Заметив крохотный закуток между двумя лавками, заваленными всякой всячиной, я присела, укрывая мальчишку от посторонних, любопытных взглядов. Он тяжело дышал, испуганно глядя на меня огромными, серыми глазами, в которых плескалось отчаяние.

– Ты как? – хрипло спросила я, пытаясь унять дрожь в руках и восстановить дыхание.

– Тетенька, ты в своем уме? – выпалил он, и я едва не подавилась воздухом.

«Тетенька?» – возмущенно пронеслось в голове. Во-первых – да с моим-то милым личиком, точеной фигуркой и… ну, вы поняли… я тяну разве что на пленительную девицу, но никак не на увядшую тетку! Во-вторых, я тут, между прочим, его спасаю, рискую собой, а он вместо благодарности…

– Не груби! – огрызнулась я, стараясь скрыть раздражение. Мы тоже не лыком шиты и знаем, как усмирить распоясавшегося мальца. – Я тебе жизнь только что спасла.

– Ты меня только что лишила еды, – парировал он, и мои брови взлетели к небесам. Надеюсь, на лице Тейи это выглядело так же недвусмысленно, как на моем прежнем. – А еще ты отняла у меня возможность позлить Ноа.

Брови взметнулись еще выше, грозя улететь в космос.

– Этот надутый индюк планировал отрезать тебе руку.

– Он всегда так говорит, – небрежно отмахнулся от меня юный сорванец. – А потом ведет кушать. Капитан, то есть генерал, может отвесить оплеуху, но голодным не оставит.

– Только не говори, что он хороший, – проворчала я, внутренне содрогаясь от перспективы слезливой истории, где главный злодей окажется этаким misunderstood genius. Так, нереалистично, что аж зубы сводит!

– Ноа, хороший? – Паренек, которого я все еще прятала от злых глаз недавно повышенного капитана, вдруг вскочил, отодвигая меня от себя. – Да никогда. Вот только он бы меня накормил, после ругани и подзатыльников. – Огромными, как пятирублевые монеты, черными, как беззвездное небо, глазами он пронзил меня взглядом. Я знала этот взгляд, сама так смотрела в прошлой жизни на взрослых, что врут, как дышат и предают, как моргают. – А у тебя нет ничего.

Самая большая ошибка, которую совершают взрослые – это ложь детям. Они на уровне интуиции всегда чувствуют фальшь. Не понимают, в чем именно обман, но чуют его нутром.

– У меня есть чайная, заросшая паутиной, и немного монет для стеклодува, – честно призналась я.

На детском лице отразилось изумление. Не привык, видимо, к правде.

– А зачем тебе стеклодув?

Я поднялась с колен, следуя за своим… спасенным.

– Мне нужны необычные колбы для приготовления изысканного чая.

Ребенок задумался, нахмурив темные брови. Определенно подражает кому-то из взрослых. Кивнув своим мыслям, он выдал:

– Я помогу найти стеклодува, а ты дашь попробовать этот чай.

Внезапно я почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернулась – ничего. Только мельтешение людей, шум торговцев и густые запахи уличной еды. Но ощущение, что за мной наблюдают, не отпускало, ледяным комком застряло где-то между лопаток. Неужели генерал так быстро сориентировался? Или это кто-то другой? Нужно уходить.

– Договорились, – протянула руку для рукопожатия, чем в очередной раз, кажется, удивила мальчишку.

– Какая-то ты не такая, – резюмировал он, с сомнением разглядывая меня.

– Ты не туда идешь, – буркнул мальчик, нахмурив лоб под копной грязных волос.

Я старалась следовать направлению, который указывал призрак. Неожиданное падение, тихий шорох, телега, изменившая направление – все было опознавательным знаком. Но мальчик, который решил, что убогую меня надо довести до места назначения, чтобы я больше никому не причиняла «добра», шел совсем не туда, куда вела Асира.

– Мне показалось… – попыталась я оправдаться, но была остановлена вопросом.

– Ты, случаем, не болезная?

Ох, как же меня это взбесило!

– А тебе уши, случаем, давно не отрывали? – огрызнулась я, ощущая, как вскипает раздражение.

Вместо ожидаемой обиды, мои слова произвели на него странный эффект. Он как-то неожиданно выпрямился, словно струна натянулась, и посмотрел на меня с… уважением? Вот те на! Думал, я робкого десятка? Как бы не так!

– Тебя как звать-то? – спросила я, внезапно поменяв тон.

– Генас.

– Генка значит, – мальчик не стал спорить, поэтому я продолжила. – Что ты знаешь о генерале?

– Влюбилась? – ухмыльнулся он.

Не выдержав, я отвесила ему подзатыльник. Благо удар он выдержал стойко. Потер затылок, скривился, но, кажется, осознал свою ошибку.

– А чего о нем знать?! – воскликнул Генас, словно я задела его за живое. – Самый сильный воин! Один может уложить три десятка противников!

– Вот прям три десятка? – усомнилась я, изогнув бровь.

– Да! – выпалил Генас, горячо жестикулируя, словно сам участвовал в битве. – Я сам видел, и даже после битвы подсчитал! Тридцать четыре!

Я подозрительно прищурилась, но спорить не стала. Дети частенько преувеличивают. У страха глаза велики.

– А о короле ты что можешь сказать?

Мальчик резко остановился, огляделся по сторонам, словно боялся, что за нами подслушивают, и прошептал:

– Такое лучше не спрашивать.

Мне хотелось уточнить, почему, но не успела. Резкий шум справа привлек мое внимание. Там на высоко висящей вывеске, молочное пятно, закрывающее надпись, медленно исчезало, открывая слово: «Стекло». Добрались.

Внутри лавки пахло песком и чем-то едким, химическим. За прилавком, поблескивая стеклами очков, сидел тощий старик. Морщинистое лицо и сухие руки выдавали в нем человека, долго проработавшего с этим хрупким материалом. Он поднял на меня мутный взгляд, в ожидании.

– Мне… нужно стекло, – произнесла я, чувствуя себя невероятно глупо. В моем мире я могла прийти в любой магазин и купить.

Старик молча кивнул и, не проронив ни слова, достал с полки кусок мутного, зеленоватого стекла.

– Вот. Стекло.

Действительно. Что просила, то и получила. Надо правильно формулировать предложения.

– Я хотела сказать, что мне нужно сделать заказ, но денег у меня мало.

Сказав это, я достала все монеты, что нашла в доме, и рисунок, накарябанный неуверенной рукой человека из другого мира, пером и чернилами.

Глава седьмая – Открытие.

– Уи-и-и-и… – Наволочка с дырками, словно издеваясь, маячила прямо перед глазами, раздражающе покачиваясь.

– Прекрати! – отмахнулась я, и тут же пожалела. Очередная глупость. Отмахиваться от этих надоедливых духов-детей – верный способ навлечь на себя беду. Мелкий проказник терпеть не мог, когда его игнорируют. Взметнувшись вихрем, мята, которую я старательно раскладывала на полотнах, чтобы подсушить после мытья, посыпалась дождем с потолка.

– Уи-и-и-и…

– Скит! – Мой крик эхом разнесся по пустой чайной. Нервы на пределе. Почти три бессонные ночи, потраченные на разработку новых напитков, лишили сил. Казалось, я придумала все возможные варианты чая, какие только можно придумать, отталкиваясь от местных лесных даров. Осталось лишь дождаться черного чая, который поможет превратить все эти диковинные ингредиенты во вкусный, ароматный напиток.

– Уи-и-и-и…

– Ты еще не заказала чай? – пробурчал Рамин, как будто я забыла о самом важном.

– Уи-и-и-и…

Да сегодня они просто решили свести меня с ума! Почти две недели ушли на то, чтобы привести в порядок все дела. Последние деньги уйдут на чай, и если завтрашнее открытие провалится, мне просто нечего будет есть.

К счастью, стеклодув согласился сделать первую партию с минимальной предоплатой и договором о рекламе. Старик, похоже, просто пожалел меня. А может, ключевую роль в переговорах сыграл Гена. Оказалось, он знаком с Хареном, который после короткой беседы, во время которой я все еще была «болезной», согласился сделать партию из, без малого, пятидесяти чайников за один серебряник, рекламу его лавки и бесплатный чай. Кстати, сам Генас все еще претендовал на чай и тоже совершенно бесплатно.

Стоит признать, мальчишка и правда помог. После того как мы с Хареном ударили по рукам, он вывел меня из города. Главная причина, по которой он провожал меня до огромных металлических ворот, впаянных в кирпичную стену, все еще заключалась в моей «болезни». После такой помощи отвесить оплеуху было бы жестоко, поэтому я просто пригрозила кулачком.

– Из-за тебя я остался голодным, – в который раз напомнил мне Генка.

– Из-за тебя я попалась на глаза надутому индюку, – тоже не в первый раз ответила я, проходя сквозь ворота.

– Завтра приду пить чай, – ничуть не смутившись, бросил мальчишка, исчезая в сумерках.

– Не забудь постучаться, – крикнула я вслед и поплелась домой.

С тех пор он приходил каждый вечер. В первый день я взяла мальчугана в лес. Он причитал, но усердно следовал за мной, собирая ягоды и травы. Большая часть свежих ягод, конечно же, оказалась в его маленьком желудке. Но собранного хватило на шесть дней и, казалось, на сотню попыток создать шедевр.

Последующие дни я готовила напитки и тестировала вкус на себе и Гене. Духи в этом деле были бесполезны. Частенько они, приняв невидимый облик, мешали смешивать ингредиенты. Со слов Рамина, это бесполезная трата продуктов, а чай им нужен. Оказалось, даже тот, что не пахнет, можно перемешать с вонючим и употреблять.

Я настояла на экономии с их стороны и пообещала покупать нужные листья после того, как обеспечу приток клиентов. Они вроде и согласились, но начали частенько ворчать под нос. О Ворчуне я вообще молчу. Мужичок совсем распоясался и превратился во вредителя не хуже Скита.

К счастью, их вредительство заканчивалось тем, что они добавляли в уже готовый чай лишние ингредиенты. Бедный Гена дважды пил малиновый напиток с перцем и один раз дикую смесь из острых приправ с лесными травами.

Мои попытки проглотить чай с дикими яблоками, ромашкой, щедро приправленные перцем, были похожи на пытку котят. Но мы справились и вывели тринадцать рецептов, которыми я намеревалась удивить жителей города.

Сегодня же за день до открытия, меня не отпускал страх неудачи. Нервы были на пределе, да еще и духи разбушевались. Короче, я сорвалась.

– Хватит, хватит, хватит! – выпалила я, не в силах больше сдерживаться.

Рамин застыл с открытым ртом. Асира остановилась посреди бара, а Скит медленно положил на место мяту.

– Ты, – ткнула я пальцем в последнего, – чтобы я в ближайшие два дня не слышала и не видела тебя! Ты, – палец переместился на Ворчуна, – достал своим нытьем! Бу-бу-бу, бу-бу-бу… Прекрати трепать мне нервы! Сказала же, заказала чай, будет! Вместо того чтобы выводить меня из себя, лучше бы помог! В конце концов, от того, как все пройдет, зависит не только мое, но и ваше будущее! Мы сегодня потратим последние деньги на чай, и если завтра не будет гостей, то всё! Финита ля комедия!

– Чаво? – не понял моего итальянского Ворчун, нахмурив косматые брови.

– Нам всем можно лечь и умереть, – попыталась объяснить я, ощущая, как в горле пересохло от волнения.

– Деточка, – Асира приблизилась и положила на плечо руку, выросшую из наволочки. Холодная дрожь пронзила меня, – мы уже мертвы.

– Ты, кстати, – добавил Рамин, окинув меня сочувствующим взглядом, – тоже.

– Ого-о-о… – Этот возглас поверг в шок всех: и меня, и наволочки с дырками.

– Гена-а-ас… – выдохнула я, чувствуя, как сердце камнем падает куда-то в район желудка. Духи, словно завороженные, застыли в воздухе, а меня парализовал страх. – Генас…

Вопросы вырвались из Генаса, словно стая перепуганных птиц: – Это призраки? А что они умеют делать? А им нужно есть? Можно потрогать?

Любопытство, граничащее с бесстрашием. Вечный двигатель детских проблем. Сколько раз я сама, ведомая подобным порывом, оказывалась на краю пропасти? Не сосчитать. И вот теперь этот сорванец, похоже, решил повторить мой «подвиг».

– Если этот мальчишка ко мне прикоснется, я за себя не отвечаю, – проворчал Рамис, и его голос прозвучал с каким-то зловещим шипением. В следующее мгновение он исчез, растворившись в потолке, словно дым.

– Девочка, – предостерегающий шепот Асиры опалил мое ухо. Она возникла у меня за спиной совершенно бесшумно, как тень, в тот самый момент, когда Генас, вытянув вперед руку, двинулся в сторону Скита, с нескрываемым интересом разглядывая его. – Это плохо.

Само собой, плохо. Хуже некуда. Но что теперь делать? Паренек увидел духов. Он знает о существовании потустороннего мира.

Я рванулась вперед, перехватывая Генаса за руку. Его пальцы, уже почти коснувшиеся призрачной фигуры Скита, застыли в воздухе.

– Генас, стой! – Мой голос дрогнул, выдавая волнение, которое я отчаянно пыталась скрыть. – Не надо их трогать.

Он обернулся, и в его глазах плескалось такое искреннее недоумение, что я едва не сдалась. Как можно объяснить ребенку, что то, что он видит, – это тайна, которую нужно беречь ценой собственной жизни?

– Но они же настоящие! – воскликнул Генас, вырывая руку. – Они светятся! Ты их тоже видишь? Почему ты ничего не говорила?

Я закусила губу. Правду говорить нельзя. Нужно импровизировать.

– Это… это…– Слова застряли в горле, словно кость.

– Они твои друзья?

Друзья? О нет! Эти светящиеся сущности были скорее бременем, маленькой тележкой, прицепленной к огромному вагону в виде чайной.

– Генас, о них…

Но мальчишка, словно маленький сыщик, уже сам догадался.

– Никто не должен знать о том, что ты разводишь призраков. – Его глаза блеснули от восторга. – Слушай, а можно я буду приходить и играть с ними?

Голос из-под потолка, недовольный и скрипучий, прервал наш разговор:

– Я все еще требую своего чая. И выгоните мальчугана из нашего дома.

Хорошо хоть не сказал «моего», – промелькнуло в голове с саркастической ноткой.

Генас, словно испуганный щенок, подбежал ко мне и схватил за руку:

– Не прогоняй меня! – взмолился он. – Я помогу открыться. А спать могу здесь, прямо на полу.

Сердце больно сжалось. Воспоминания о собственном сиротском прошлом волной нахлынули, чуть не заставив меня разрыдаться. Чудом удержалась. Сопли сейчас были совершенно неуместны. Дел выше крыши, помощи от духов никакой, а Генас… возможно, он – моя последняя надежда.

– По рукам, – согласилась я, глядя в его полные надежды глаза. – Только держи язык за зубами, не ной и не бездельничай. Договор? Я протянула ему руку для рукопожатия.

– Договор! – с широкой улыбкой на лице провозгласил юный сиротка, принимая свою новую «должность». Так, в моей жизни появился еще один незваный гость, готовый делить со мной тяготы и странности этого проклятого дома.

– Ти! – Палец Генки, словно стрела, указал на солонку, вынырнувшую из сумрака в свет. Точнее, на вполне конкретную чашку, зажатую в пухлых руках госпожи Марлин. Эта дама, едва переступив порог нашей скромной чайной, умудрилась выдать: «У вас тут, конечно, уютненько… Но пыль! Дышать просто нечем!»

Пыль, между прочим, протирал Скит. И, само собой, возмутился до глубины своей мелкой, но злобной душонки. Это уже третья его попытка испортить чай этой важной даме. Я, конечно, понимаю его праведный гнев, но терять одного из шести посетителей ой как не хочется. Тем более Генас прошептал, что это – главная сплетница города.

Сорвавшись с места, я перехватила летящую солонку в миллиметре от цели. Даже пришлось немного побороться с духом, который вцепился в инструмент мести всеми своими невидимыми конечностями.

– Милочка… – с трудом вырвав солонку из цепкой хватки Скита, я развернулась к госпоже Марлин, пряча улику за спиной.

– Да?

– А скажи-ка мне, ты обручена?

– Не-е-ет… – неуверенно протянула я. «Плохо, ей нужны сплетни!» – прошипела на ухо невидимая Асира. И тут меня осенило. – Меня домогается генерал, поэтому я не могу ни с кем завести знакомство.

– Ах! – Госпожа Марлин схватилась за грудь, всем видом намекая на бедное, трепещущее сердце. – Разве так можно?! – Два ближайших стола разом повернулись на громкий возглас главной сплетницы города.

Я была в отчаянии. Чистота, новые напитки, бессонные ночи – все напрасно. Кое-как наскребли шесть столов посетителей. А все почему? Потому что нет рекламы! Не зная, как в мире без интернета продвигать заведение, я понадеялась на «сарафанное радио». Оно сработало, но слабо. И вот сейчас, у меня появилась уникальная возможность привлечь больше клиентов. Людям всегда нужны хлеб и зрелища. Это я и решила им дать.

– И не говорите, – прикоснувшись к спине женщины, я посмотрела ей в глаза с самым жалобным видом и закончила фразу, обеспечивая себе, как мне казалось, постоянный поток клиентов. – Я уже устала прятаться от него. Как получила наследство, так он со своими подчиненными не вылезает из заведения. Вот решила немного привести все в порядок, да новые рецептики придумала. Понадеялась, что люди начнут ходить. И им отдых, и мне безопасность.

– Ой, девочка моя! – Госпожа Марлин вскочила и заключила меня в объятия. – Какая ты умничка! Ничего не бойся. Я передам всем подругам. Будем приходить каждый день!

Чуть позже, когда я закрывала чайную на последний засов, Генас предостерегающе произнес:

– Ноа тебя за это убьет.

– Да ладно тебе, – отмахнулась я. – У служащего нет времени слушать досужие сплетни.

– Конечно, – ребенок широко зевнул. Генерал, который охраняет наш покой, ищет опасного преступника и постоянно проводит допросы, ни за что не узнает, что его репутацию подпортили. Ага, конечно.

– Дура, одним словом, – подытожил ворчун, скрываясь в стене.

«Дура», – мысленно отругала себя. Надеюсь, количество клиентов увеличится, иначе я умру зазря. Снова.