156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Mass Effect: Ничего еще не кончилось...(СИ) » Текст книги (страница 1)
Mass Effect: Ничего еще не кончилось...(СИ)
  • Текст добавлен: 15 апреля 2019, 13:30

Текст книги "Mass Effect: Ничего еще не кончилось...(СИ)"


Автор книги: Xenos525






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 34 страниц)

====== Пролог ======

Пролог

На орбите Земли было как всегда оживленно. Повсюду сновали транспортники и грузовые корабли. Ударными темпами достраивалась новая орбитальная станция единого кольца планетарной обороны – «Эгида-3». Ее «сестры-близнецы» до отказа были заполнены тяжелыми грузовыми судами, что привезли очередную партию сырья из колоний и союзных планет.

После Великой войны Жнецов, оставившей на поверхности планеты одни руины, прошло уже тридцать лет. Земля, при поддержке других рас Совета Цитадели, быстро восстанавливалась. К этому времени большинство крупных городов были отстроены заново, промышленность вновь заработала, а численность населения постепенно росла. Возрождение центра человеческой цивилизации требовало постоянного движения ресурсов, и такое столпотворение транспортников уже стало привычной нормой.

– Грузовой транспорт ТТС-2407 запрашивает вектор на посадку в космопорт «Новый Лондон», – устало проговорил Майло Дикс, пилот старенького малогабаритного грузовоза модели «кенгуру». Названием модель была обязана расположению жилого отсека – под «брюхом», будто поясная сумка.

Корабль успешно перешел на субсветовую тягу и начал заход на орбиту.

– ТТС-2407, уточните груз и пункт отправления, – раздалось из динамиков.

– Медикаменты различной номенклатуры, двадцать четыре контейнера по пятьдесят килограмм. Пункт отправки – Новерия, – отозвался Дикс.

– Принято. К сожалению, все трассы заняты. Ожидайте на орбите. Эшелон триста.

Раскинувшийся в кресле пилота мужчина сокрушенно опустил голову.

– Принято, диспетчер. Захожу на «карусель», эшелон триста.

Связь прервалась.

– Твою мать. Вот и плакал бонус за срочность доставки.

Выставив на голографической консоли параметры полета, Дикс активировал интерком.

– Уважаемые пассажиры! Наш корабль успешно прибыл на орбиту третьей планеты системы Сол. Температура за бортом близка к абсолютному нулю, поэтому воздержитесь от прогулок…

– Майло, заткнись! – рявкнул в ответ женский голос из динамиков.

Мужчина рассмеялся.

– Доброе утро, синекожая засоня. Как голова после вчерашнего? – ехидно поинтересовался он.

– Иди ты!

Веселясь над похмельем своей напарницы-азари, Дикс достал из нагрудного кармана куртки протеиновый батончик и принялся за импровизированный завтрак.

Чтобы убить время ожидания вектора посадки, он решил заняться проверкой навигационного оборудования. Все же системам корабля было уже почти пятьдесят лет, а накладки при входе в атмосферу нежелательны.

Минут десять спустя в кабину поднялась азари, обмотавшая вокруг головы мокрое полотенце в жалких попытках унять головную боль.

– Кофе? – не оборачиваясь, предложил мужчина.

– Только с иллиумским бренди если, – прошипела в ответ девушка, если это определение применимо к однополым существам.

Дикс усмехнулся.

– Фариата, ну когда ты научишься пить? На два века меня старше, а каждый раз одна и та же история!

– Наверное, тогда же, когда ты научишься выбирать нормальный алкоголь! – повысив голос, азари схватилась за голову. Затем, прижимая руку ко рту, плюхнулась в кресло второго пилота. – Что у нас? – переборов рвотные позывы, спросила она.

– Толпа желающих, – пилот пространно махнул в сторону приборов.

– «Карусель»? – поинтересовалась азари, припомнив слово, которое люди использовали в таких случаях.

– Ага. Будем кружить по орбите, пока путь не освободится. Судя по всему, там взлетает караван на Палавен. Вон от «Эгиды-1» отходит турианский эскорт, – Майло указал на два вытянутых фрегата, что только что отстыковались от внешней платформы орбитальной станции, похожей на гигантский гриб.

Фариата поморщилась, когда в глаза ударил солнечный блик, отразившийся от брони одного из кораблей.

– Пойду-ка я тогда еще полежу. Справишься один? – поинтересовалась азари.

– Пф! Первый раз, что ли? – весело фыркнул мужчина.

Девушка быстро чмокнула пилота в щеку и удалилась прочь, все еще слегка пошатываясь.

Майло и Фариата летали вместе уже восемь лет, и какие отношения их связывали, даже сами они затруднялись сказать. Она – в прошлом десантница матриарха Итлины, что после битвы за Землю решила остаться на родине человечества. Тогда многие представители инопланетных рас изъявили желание задержаться и помочь. Альянс и человечество не возражали. Помощь была необходима. После «жатвы» уцелело едва ли пятнадцать процентов населения планеты. Однако вымирание всей расе не грозило. Несколько крупных колоний, вроде Ренессанса и Терра Новы, успешно пережили войну, почти не понеся потерь.

Совет Цитадели и многие расы галактики были благодарны людям. Ведь именно усилия человечества обеспечили их выживание. Не говоря уже про жертву коммандера Шепарда. Он, даже без поддержки Цитадели, несмотря на насмешки и неверие представителей Совета, продолжал предупреждать о готовящемся вторжении и бороться против агентов Жнецов. А когда явились и сами древние разрушители, Шепард умудрился объединить расы галактики для борьбы.

После победы Земле оказывалась всяческая поддержка. Кварианцы и получившие индивидуальность геты помогали восстановить энергоснабжение и средства коммуникации. Правда, гетам сильно досталось после активации Горна. Та часть их кода, что была заимствована от Жнецов, оказалась стерта, что привело к единовременной гибели сотен тысяч отдельных программ. Уцелели те, что смогли достаточно сильно изменить код, выстраивая собственное сознание по примеру Легиона. Но и тем понадобилось время, чтобы прийти в себя. Кроганы вместе с турианцами разбирали завалы. Азари и саларианцы оказывали медицинскую помощь и восстанавливали инфраструктуру. Впервые за всю историю пространства Цитадели расы галактики по-настоящему работали сообща.

Для восстановления популяции на Земле Альянс объявил льготы для переселенцев-людей. Из колоний хлынул обратный поток мигрантов, потомков тех, кто всего поколение назад покидал колыбель человечества в поисках лучшей жизни.

Одним из таких и был Майло Дикс, родившийся на Терра Нове. Ему был всего год, когда пришли Жнецы. Родители погибли во время первой атаки. Эвакуировать колонию не успели. Ему же просто повезло. Гарнизон Альянса помог выжившим укрыться в сети горных пещер, пока их солдаты отчаянно пытались сдержать бесконечный поток сил противника… Шестьдесят семь минут – все, что смогли выиграть бойцы, прежде чем укрепленный после попытки батарианского теракта гарнизон пал. Майло тогда какой-то солдат успел затащить в бронетранспортер. Позже, уже после войны, он пытался разыскать спасителя, чтобы поблагодарить. Но оказалось, что тот погиб спустя месяц после эвакуации Терра Новы.

– Ну надо же, – вынырнул Майло из воспоминаний, удивленный данными навигационного компьютера.

Он быстро активировал терминал экстранета и нашел статью о битве за Землю. Затем вновь сверился с показателями. Радостно улыбнувшись, он вновь потянулся к интеркому.

– Уважаемые пассажиры! В этот знаменательный день наш курс будет проходить через сектор, в котором ровно тридцать лет назад находилась Цитадель. И… – начал он.

– Майло!!! – Гневный вопль азари вызвал помехи в динамиках.

– Что?

– О, Богиня, имей же совесть! Чего разорался?

– Говорю же, мы проходим через координаты Цитадели…

– Нитхар алисаари, – то ли выругалась, то ли взмолилась азари. Переводчик спасовал перед таким речевым оборотом. – Какие, в бездну, координаты? Она сорок пять километров длиной!

– Ну, вот один из этих сорока пяти километров и пересечем, – чуть обиженно отозвался Дикс.

– Да хоть по парадному курсу «Пути предназначения» лети, только дай поспать! – рявкнула Фариата, отключая связь.

Майло чуть расстроенно выдохнул. Он был фанатом битвы за Землю! Собирал статьи и рассказы ветеранов, модели кораблей и прочее, связанное с войной против Жнецов. А вот напарница его увлечения не разделяла.

Высунув от усердия язык, Дикс скорректировал курс корабля, стараясь пролететь через тот участок орбиты, где, по его представлениям, был Президиум Цитадели. Эшелон менять не пришлось, так что диспетчер молчал.

Сейчас Цитадель вновь вернулась на свое место в систему Вдовы в туманности Змея. Хоть на это и понадобилось почти пятнадцать лет. Лишь после восстановления основных масс-ретрансляторов силы объединенного флота пространства Совета смогли отбуксировать станцию на законное место. Ремонтные работы все еще велись. На данный момент полностью восстановлены были только три «лепестка» из пяти. Все же основные усилия каждая раса прикладывала к своим родным планетам.

«Кенгуру», что был старше Дикса на десяток лет, на удивление плавно шел установленным курсом. Барабанящий от нетерпения пальцами по подлокотнику Майло активировал инструметрон, чтобы сделать фото на фоне… пустого пространства с популярными, в определенных кругах фанатов, координатами.

Внезапно из грузового отсека послышался скрежет и какой-то треск. «Кенгуру» был небольшим кораблем, с экипажем в два человека и грузовым отсеком всего на сто кубометров, поэтому шум был очень громким и отчетливым. Корпус заскрипел, будто бы что-то выгибало балки несущего каркаса. Затем сильный удар сотряс корабль. Майло вылетел из кресла и рассек руку о панель голопроектора. В тот же момент раздался сигнал тревоги, а кабину залил красный свет аварийных фонарей.

– Вашу мать, что это было?! – раздался из динамиков голос Фариаты, которая за годы жизни на Земле успела неплохо выучить некоторые популярные выражения людей.

Дикс только прошипел в ответ, баюкая окровавленную руку.

– Ты там как? Живой?

– Относительно, – отозвался Майло. – Что в жилом отсеке?

Отсек с двумя небольшими каютами и столовой находился на палубе ниже.

– Нормально. Твои модельки только раскидало, – ответила азари.

– ЧТО?

– Ой, да успокойся! Все цело… более-менее. Я иду в рубку. Что у нас с двигателями?

Майло обернулся к открытой переборке, отделявшей кабину от коридора, ведущего в отсек ядра эффекта массы. Контрольная лампа над дверью в отсек с двигательной установкой горела зеленым, обозначая, что радиационный и температурный фон в норме. Дикс бросил быстрый взгляд на приборы и проверил показатели.

– Двигатели и ядро в норме, – сообщил он по интеркому как раз в тот момент, как из шахты лестницы показалась голова азари.

На «кенгуру» не было лифтов из-за малого размера. Достаточно было вертикальных лестниц между тремя палубами.

Фариата быстро заняла кресло второго пилота и пробежалась по страницам голографического интерфейса.

– Чем это нас так тряхнуло? – удивленно спросила она, убедившись, что корабль не получил повреждений.

– Да черт его знает. Сам не понял, – ответил столь же растерянный Дикс, выключая сигнал тревоги.

Сверху донесся звук падения чего-то металлического. Экипаж транспортника переглянулся.

– Посмотришь? – поинтересовался Майло с нотками мольбы в голосе.

– А почему я? Кто из нас мужик? – возмутилась Фариата.

Дикс закатил глаза, поминая добрым словом парочку землянок, что буквально за пару лет общения воспитали из его напарницы свое подобие со всеми присущими женщинам-людям стереотипами.

– Десантница азари, – ткнул он в нее пальцем, затем указал на себя и дал еще одно исчерпывающее описание: – Инвалид с одним легким, которого даже ВКС Альянса забраковали.

У Майло действительно было лишь одно свое легкое. Второе было синтетическим протезом, что никак, на самом деле, не сказывалось на возможностях его тела.

Контраргумента не нашлось.

– Симулянт, – буркнула азари, снимая с крепежей на спинке кресла дробовик.

– Люблю тебя, – притворно ласковым тоном «промурлыкал» он ей в спину.

– Иди ты! – отмахнулась она, при этом щеки ее все же чуть тронул лиловый румянец.

На «кенгуру» грузовой отсек находился на верхней палубе и, по сути, являлся изолированным блоком, который можно было при необходимости отстрелить и сбросить. Конструкция специально разрабатывалась под нужды малых орбитальных модульных постов. «Грузовики» могли перевозить целые секции будущего поста, играя роль тягача. Также при доставке грузы оставляли вместе с отсеком, что ускоряло процесс разгрузки и решало проблемы с перевозкой особо опасных веществ.

Активировав голографический терминал, Фариата открыла служебный люк в грузовой отсек и, проверив персональный кинетический барьер, быстро поднялась вверх по лестнице. Она не обиделась на Майло, что он отправил ее одну. В конце концов, в их маленькой компании именно она играла роль «мускулов и средства ведения агрессивных переговоров». Все же навыки и опыт десантницы азари, да притом из личной гвардии одной из матриархов, вызывают уважение во всей галактике.

В грузовом отсеке не было освещения, что было странно. Хоть их «кенгуру» и был изрядно потрепан временем, но уж свет горел везде. В воздухе пахло гарью, перегретым металлом и… кровью. Запах был хорошо знаком, и его ни с чем не спутаешь. Так несло от развороченных бронетранспортеров «Мако» или сбитых летунов. Оплывшая и прожженная сталь, в которой запекались разорванные тела…

Фариата дернула головой, отгоняя воспоминания, и покрепче сжала дробовик.

– Ну, что там? – неожиданно раздалось из динамиков под потолком.

Азари рефлекторно нырнула за ближайший ящик, окутываясь голубым сиянием биотики. Затем определила источник звука и раздраженно сплюнула.

– Освещения нет. Включи аварийное, – сквозь зубы прошипела она вполголоса.

– Секунду… есть?

Тусклый красноватый свет ламп резервного освещения быстро заполнил помещение. И увиденное повергло десантницу в шок.

Комментарий к Пролог Эй, уважаемый! Что за эффект, а где же Шепард?

Терпение, спокойствие, сейчас он появится.

====== Глава 1. Возвращение. ======

Глава 1. Возвращение

Станция «Око».

Штаб-квартира проекта «Бастион».

Местоположение засекречено.

– Директор, Альянс через неделю планирует ввести в строй орбитальную станцию «Эгида-3». Однако по нашим данным, на завершение строительства потребуется еще не менее месяца, – докладывал по голосвязи мужчина, с ног до головы закованный в черную броню с эмблемой в виде трех зубцов крепостной стены на груди.

Высокая темноволосая женщина с голубыми глазами сидела за столом и слушала доклад, откинувшись на спинку кресла. Услышанное ее не обрадовало. Альянс снова спешил похвастаться достижениями перед Советом Цитадели, а заодно и успокоить своих граждан. Еще бы! Третья станция планетарной обороны вводится в строй раньше срока!

– Я переговорю с руководством Альянса. Пока что проследи, чтобы инженеры ничего не напутали в процессе авральных работ. Свободен, – отдала она распоряжение и отключила связь.

Устало потерев виски, женщина быстро надиктовала гневное письмо для комитета по обороне.

– Вечно им не терпится, – раздраженно пробубнила она. – Понимаю, почему Призрак ни с кем не делился разработками «Цербера».

В таком вот состоянии перманентной усталости и раздражения директор частной военной корпорации «Бастион» пребывала последние несколько лет. С тех пор, как Альянс стал злоупотреблять разработками их научного отдела, не утруждая себя изучением необходимой документации.

– Как дети малые! – воскликнула она, не в силах побороть поднимающуюся волну негодования.

Она как раз вспомнила, что все военные, которых она знала, не отличались осторожностью и вниманием к инструкциям. Дай им волю, будут гвозди инструметроном заколачивать… в масс-ядро.

Из размышлений на тему некомпетентности военных в вопросах науки и техники ее выдернул звук панели связи. Кто-то пытался связаться с ней по приоритетному каналу.

Коснувшись голограммы, женщина развернула экран, на котором появилось лицо сурового старика с короткой аккуратной седой бородой и грубым шрамом на щеке, одетого в военную форму Альянса систем.

– Адмирал Хакет? Как раз собиралась с вами связаться… – начала глава «Бастиона».

Мужчина на экране поднял руку, призывая прервать свою речь.

– Если вы об «Эгиде», то комитет уже переслал мне письмо. Я по другому вопросу.

– Какому же тогда? – чуть прищурившись, спросила женщина.

Альянс и раньше обращался к ней за консультациями по инопланетным технологиям и необычным явлениям. А днем ранее как раз произошел странный выброс энергии в непосредственной близости от самой дорогой человечеству планеты.

– Вчера на орбите Земли произошел странный инцидент, – подтвердил ее догадку Хакет.

Брюнетка кивнула.

– Приблизительно в 5:15 утра. Электромагнитные возмущения?

– Именно. В данной точке находился транспортный корабль…

– Что-то с его грузом? – перебила адмирала директор.

Хакет чуть склонил голову набок и пожал плечами.

– Можно и так сказать. В грузовом отсеке был обнаружен… пострадавший.

Брюнетка нахмурилась и раздраженно замотала головой. Еще ей не хватало госпиталь на полставки открывать!

– Пострадавшие меня не интересуют. Я не медик. С этим вон к Мишель. А вот возму… – прервала женщина адмирала, но тот также не дал ей договорить.

– Вот как раз пострадавший вас и должен заинтересовать. И именно из-за него мы к вам и обратились.

Брюнетка напряглась, но ждала продолжения.

– В конце концов, вы его уже один раз собрали по частям. И, думаю, никто больше в галактике не знает, какие именно импланты в него вживил «Цербер»…

С каждым словом глаза женщины распахивались все шире и шире, а брови ползли вверх.

– Не может быть… – прошептала она, но адмирал услышал.

– Может, мисс Лоусон. Генетический анализ это подтвердил. Шепард вернулся, – серьезным тоном проговорил Хакет.

Три недели спустя.

Станция «Арктур-2».

Местоположение: поток Арктура.

– Как состояние пациента? – с ходу спросил адмирал Хакет, как только вышел из челнока.

– И вам здравствуйте, адмирал, – недовольно пробурчала Миранда Лоусон. – Идемте. Расскажу по дороге.

Станция «Арктур-2» все еще строилась, но полностью завершенная медицинская лаборатория на текущий момент уже была оснащена самым современным оборудованием. А вот официально здесь никого, кроме строителей, быть не должно. Поэтому было решено, что лечение вновь обретенного героя, в целях соблюдения секретности и дабы не будоражить общественность неподтвержденной информацией, будет проходить именно здесь.

– Пациент в полном порядке. Те импланты, что мы когда-то установили, и мертвого с того света поднимут, – Миранда прокашлялась, осознав, что, в сущности, тогда в этом и была цель. – В общем, раны затянулись, повреждения внутренних органов мы устранили. Биотический усилитель выгорел, так что его заменили на новый L9-XS. Укрепленный синтетический кожный покров пока еще восстанавливается, из-за чего вскрылись старые шрамы на лице и груди. Но это скоро пройдет… если вдруг не начнется отторжение. Такое раньше бывало от сильного стресса, – пояснила последнюю фразу Лоусон.

Хакет на ходу просматривал отчет на врученном ему датападе.

– Он приходил в сознание? – поинтересовался адмирал.

– Нет. Активировался аварийный протокол одного из нейроимплантов. Того самого, что мы использовали для восстановления памяти и личности коммандера. Дабы избежать шока и возможного распада сознания, он ввел носителя в искусственную кому до устранения повреждений.

– И когда их устранят?

– Реактивируем имплант сегодня. Собственно, вас только и ждали.

Адмирал кивнул.

– Кто с ним сейчас?

– Пришлось привлечь еще одного медицинского специалиста. Требовался кто-то, кто имеет опыт работы с имплантами этой модели, – зашла издалека Миранда.

– Кто?

– Карин Чаквас.

– Чаквас? Выкрали ее у Альянса, как в прошлый раз? – вскинул брови Хакет.

Миранда чуть оскорбленно фыркнула.

– Лишь сделала предложение, намекнув на предполагаемую личность пациента.

– А вы уверены, что это именно тот Шепард? – вдруг спросил адмирал, вспомнив случай с клоном коммандера на Цитадели.

Лоусон закатила глаза.

– Мы это уже трижды обсуждали. Я не могу спутать результат проекта «Лазарь» с клоном или подделкой. Все же именно я руководила восстановлением Шепарда.

– Но…

– Даже серийные номера имплантов сходятся. Так что я уверена, – в очередной раз заверила Миранда.

– Но…

– DHM-6301/5504-7X, – вдруг четко, выделяя каждую букву, произнесла женщина.

– Что? – не понял Хакет.

– Это номер монитора активности сердечной мышцы, что вам вживили пять лет назад, адмирал, – с улыбкой отозвалась Лоусон. – И вообще. В вашем возрасте волноваться не стоит. В девяносто два военные обычно уже лет десять как сидят по домам и нянчат внуков, а то и правнуков, вспоминая «былые времена».

Хакет только усмехнулся.

– И оставить весь этот бардак молодежи?

– Они прошли войну… – попробовала привести довод бывший оперативник «Цербера».

– Ага. И половина подала в отставку на следующий день после ее окончания. А другой половине за каждым углом теперь заговоры мерещатся. Если дать им власть, война с пространством Цитадели нам обеспечена, – адмирал сокрушенно покачал головой. – Нет. Пока не найду вменяемую замену, пенсия мне не светит.

Брюнетка пожала плечами.

– Ну, с современной медициной еще лет двадцать активной жизни вам обеспечено… если избегать стрессов.

Хакет покосился на планшет с медицинскими данными Шепарда. И горестно выдохнул.

Миранда понимающе улыбнулась. Еще бы! Шепард – сам по себе источник проблем галактического масштаба, так еще и служит настоящим магнитом для тайн, заговоров и катастроф. Ей это было прекрасно известно. Сама не раз удивлялась тому, в каком количестве заварушек ей пришлось побывать из-за коммандера, пока они всего-то полгода гонялись за Коллекционерами.

– Да, еще кое-что. Детальный клеточный анализ показал одну странность, – продолжила Лоусон, прогоняя прочь нахлынувшие воспоминания.

Хакет подобрался.

– Какую?

– Судя по результатам сканирования, коммандеру примерно тридцать два года, плюс-минус пара месяцев.

Адмирал остановился, переваривая информацию.

– То есть как? Прошло же…

– Именно. Сейчас Шепарду должно быть за шестьдесят, но, судя по всему, он не постарел ни на день.

– Но как такое возможно?

Миранда лишь пожала плечами.

– Неизвестно. Есть только теории. Схожий эффект мог дать криостаз, но микроповреждений от глубокой заморозки в клетках не обнаружено. А ведь даже с самыми совершенными криопротекторами полностью исключить ущерб организму нельзя. С другой стороны, стазисные капсулы Коллекционеров тормозили процессы жизнедеятельности похищенных колонистов примерно с тем же результатом, – принялась перечислять брюнетка.

Она активировала свой инструметрон и вывела на голографический экран отчеты тридцатилетней давности.

– Вот смотрите. Это результаты сканирования освобожденного экипажа «Нормандии SR2». Тот же результат. Замедление процесса деления клеток. Выжившие приходили в себя еще неделю, пока обмен веществ и все процессы организма приходили в норму.

Хакет прочитал отчет и поморщился.

– Хотите сказать, он побывал у Коллекционеров?

– Я ничего не хочу сказать. Лишь озвучиваю теории. Шепард вернулся спустя тридцать лет, будто бы пропустил их. Так что даже прыжок сквозь время и пространство я не исключаю.

– Но это же бред! – вскинулся адмирал.

– Раса разумных живых машин, что уничтожает население галактики раз в пятьдесят тысяч лет – тоже бред! …Был, – парировала Миранда.

– Но это… А, к черту! Ведите уже к Шепарду, – махнул на все рукой Хакет.

Он еще раз напомнил себе, что пора переставать чему-либо удивляться. В конце концов, Лоусон права. Многие вещи и события, что произошли тридцать лет назад, когда-то казались бредом спятившего Спектра. И за свое неверие галактика жестоко расплатилась по двойному тарифу.

В лаборатории двумя этажами ниже полным ходом шли приготовления к пробуждению пациента. Медики переходили от монитора к монитору, сверяясь с показателями, и что-то увлеченно писали в блокноте инструметрона. Руководила всем процессом уже немолодая женщина с седыми волосами, уложенными в аккуратное каре. Несмотря на свой возраст, она не утратила гордой осанки и четкости движений опытного врача. Уж кто-кто, а она прекрасно знала, как сохранить свое здоровье.

– Томпсон, где реанимационный пакет и аппарат ИВЛ? Если что-то пойдет не так, действовать нужно будет быстро, – раздавала указания Карин Чаквас.

Когда с ней неожиданно связалась Миранда, бывший судовой врач «Нормандии» и представить не могла, кого будет лечить. Прибыв же на место и увидев пациента, Карин порадовалась, что в ее возрасте имеет такое здоровое сердце, а рядом оказался шкафчик с медикаментами. От инфаркта ее спасла звериная доза успокоительных, которую женщина успела вколоть себе, пока сознание окончательно ее не покинуло, громко хлопнув воображаемой дверью. Потребовалось несколько дней и бутылка бренди, прежде чем Чаквас окончательно приняла новость о возвращении Шепарда.

Медики продолжали суетиться, а их глава решила лично заняться подготовкой пациента. В самом центре комнаты, под присмотром целого комплекса медицинского оборудования, оснащенного высокоразвитым ВИ, лежал без сознания темноволосый мужчина. Лишь несколько доверенных сотрудников лаборатории были в курсе настоящего имени пациента. Узнай все, что это не кто иной, как знаменитый герой галактической войны, сохранить это в тайне было бы просто невозможно. И секретность была необходима. По крайней мере, пока. Нужно было убедиться в том, что это именно тот Шепард, что с его личностью все в порядке. Давать родным и близким надежду на встречу с давно потерянным коммандером, а в итоге представить им пускающую слюни пустую оболочку? Или того хуже – одурманенного? Война еще была свежа в памяти.

Чаквас проверила показания приборов. Затем осторожно прикрепила сеть электродов к голове коммандера. Как раз в этот момент открылась дверь, и в лабораторию вошли Лоусон и Хакет.

– Директор, адмирал, – поприветствовала их Карин.

– Доктор, – отозвалась Миранда.

– Как поживаете, Карин? – сдержанно кивнул Хакет.

– Вполне хорошо, адмирал.

Военный перевел взгляд на облепленного датчиками пациента.

– Как наш потерянный герой? – спросил он, подходя чуть ближе к аппаратуре.

– Физически – полностью здоров. Но вот не пострадала ли его личность, этого мы не сможем узнать, пока не разбудим.

– Чего же мы ждем? – поинтересовался адмирал.

Карин сложила руки на груди и чуть потерла подбородок.

– Я бы рекомендовала пригласить сюда еще кого-нибудь из экипажа «Нормандии», чтобы создать благоприятную психологическую атмосферу. Все же вполне вероятно, что коммандер испытает шок от пробуждения. Знакомые лица помогут снять напряжение.

– Эти лица постарели на тридцать лет и только добавят беспокойства. А мисс Т’Сони и членов клана Урднот на военный объект Альянса я пустить не могу, – отрезал Хакет.

Доктор Чаквас хотела возразить, но ее прервала Миранда.

– Нас троих вполне хватит. В конце концов, ни вы, ни я сильно не изменились, – констатировала брюнетка.

– Вы правы. Несмотря на то, что вы сейчас примерно того же возраста, что была я, когда впервые заняла должность судового врача «Нормандии SR1», ни одного седого волоска или морщинки не прибавилось к вашему облику, – с едва заметными нотками зависти проговорила Чаквас.

Миранда помрачнела. Она не любила, когда кто-то намекал на ее происхождение. Да, четко подобранный набор генов и улучшения генетического кода, что внес ее отец, гарантировали удвоенную продолжительность жизни, а также безупречный внешний вид. Однако учитывая ненависть, которую Лоусон испытывала к своему родителю… или создателю… это чувство заставляло ее стыдиться своего происхождения и очень негативно реагировать даже на искренние комплименты. Возможно, поэтому она так до сих пор и оставалась «мисс» Лоусон.

Заметив, как изменилась в лице Миранда, доктор Чаквас поспешила извиниться.

– Прошу прощения, я не собиралась ни на что намекать.

– Не переживайте. Давайте все же начинать. Он готов? – отмахнулась Лоусон, переводя разговор в другое русло.

– Да. Все готово. Дежурная бригада реаниматологов уже здесь.

– Отлично. Начинаем? – вмешался в разговор Хакет.

Обе женщины почти синхронно кивнули.

Миранда отошла в сторону вместе с адмиралом, освобождая место для врачей.

Доктор Чаквас разразилась серией команд и подошла к центральной консоли медицинского комплекса.

– Томпсон, на тебе контроль основных показателей. Данные по мозговой активности я проверю сама. Ханна, приготовь панацелин и пакет стимуляторов.

– Да, доктор Чаквас, – отозвались подчиненные.

Как только команда медиков заняла свои места, Карин активировала консоль управления оборудованием, что было подключено к телу коммандера.

– Реактивирую нейроимплант, даю команду на тестирование состояния организма… пока все хорошо, – дублировала она свои действия вслух.

По голографическому экрану пробежало несколько сотен строк с различными показателями, что успел считать имплант. Доктор быстрым движением свернула отчет и переключилась на данные медицинских сканеров. Трехмерная модель Шепарда заняла свое место на дисплее.

– Показатели в норме. Нейроимплант вышел из аварийного режима. Фиксирую работу надпочечников. Морисон, поможем коммандеру: стимулятор номер три, две тысячи миллиграмм.

Один из медиков открыл окно инструметрона, подключаясь к управлению системой экстренной поддержки жизнедеятельности. Быстро отыскав в списке препаратов нужный, он активировал встроенный в операционный стол инъектор.

Показатели работы сердечно-сосудистой системы и мозговой активности начали расти. Доктор Чаквас склонилась над Шепардом и приоткрыла ему одно веко.

– Есть реакция зрачков, – констатировала она.

Рука коммандера дернулась в сторону.

– Он приходит в себя. Коммандер Шепард? Вы меня слышите? – Карин старалась говорить спокойно, однако эмоции просто распирали ее.

Вот-вот должно было произойти чудо! Герой, что отдал жизнь за спасение галактики… впрочем, не так, ДРУГ возвращается к жизни! Сколько же бутылок бренди «Серрайс Айс» скопилось за эти годы. Ведь они обещали друг другу каждый год встречаться и выпивать одну, вспоминая приключения, победы, поражения, спасенных… и павших. Без коммандера доктор не решалась их открывать. Возможно, потому, что так и не решила, к какой категории причислить тост «За Шепарда» – за павших или…

Коммандер в ответ на голос Чаквас застонал и начал шевелиться, отчаянно пытаясь разлепить веки.

– Коммандер?

Пациент все же смог приоткрыть один глаз и тут же зажмурился от света лампы над операционным столом.

– Док… тор Ч-ча-чакв-ас? Где… я? – с трудом просипел он.

Хакет и Миранда одновременно с облегчением выдохнули. Шепард явно сохранил рассудок.

Чаквас, все же не сдержав улыбку, ласково ответила коммандеру.

– Все в порядке, Шепард, вы среди друзей.

Попытавшийся приподняться пациент после этих слов расслабился и вновь откинулся на спину и затих.

Предупреждающе пискнула аппаратура. Карин пробежалась глазами по показателям.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю