Текст книги "Сила клятвы (СИ)"

Автор книги: Вершитель Сюжета

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Шлюпка готова?

– Да, капитан – ответил Шóко.

– Кто на вёслах?

– Рыжий кум и его друг.

– Пойдёмте, синьорина.

Накинув на голову шёлковую шаль, молодая лайка встала.

Не произнося ни слова, белый лис предложил ей лапу и отвёл её на палубу. По пути он дважды останавливался и заглядывал ей в лицо. Казалось, лёгкий вдох сорвался с его уст.

– Прощайте, синьорина, – сказал он, когда они подошли к лестнице.

Она протянула ему свою маленькую лапку и вздрогнула, ощутив трепет его лапы.

– Спасибо за гостеприимство, кабальеро, – пробормотала девушка.

Он молча поклонился и препоручил ей Киму и Венсу, ожидавшими у лестницы.

В сопровождении львицы девушка стала спускаться в лодку, однако, замешкавшись она подняла голову и увидела Деóна белого, наклонившегося через борт и пристально следившего за ней.

Вскочив в шлюпку, она села на корме рядом с львицей. Ким и Венс принялись грести, налегая на вёсла. Сделав несколько взмахов, они подогнали шлюпку к борту шхуны, медленно шедшего в кильватере «Адефáгоса», тащившего его на буксире.

Взойдя на корабль, молодая герцогиня, вместо того чтобы отправится к себе в каюту, осталась на палубе и долго смотрела на пиратский корабль.

На корме, близ руля, при свете луны она ясно различила чёрную фигуру белого лиса с длинным пером на шляпе, развевающимся по ветру.

Прислонившись к фальшборту, он стоял неподвижно, опершись на эфес своей грозной шпаги. Его взгляд неотступно следил за имперским кораблём.

– Взгляни! Он там! – шепнула девушка, наклонившись к неразлучной львице. – Наш Рыцарь печального образа! Что за удивительный зверь!

========== Глава 13 ==========

Комментарий к Глава 13

Радую вас новой главой. Приятного чтения!

Глава 13

«Адефагос», тянувший за собой боевую имперскую шхуну, шёл медленно: стояло почти полное безветрие.

К счастью, морякам повезло с погодой, иначе им пришлось бы бросить добычу, доставшуюся столь дорогой ценой, ибо ураганны, свирепствующие в Астральном море, настолько страшны, что не поддаются никакому описанию.

Здешние острова с плодороднейшей почвой и несравненным климатом, расцветающие под голубым небом, слишком часто переживают страшные трагедии из-за опустошительного восточного ветра и морских бурь.

Временами на них налетают грозные ураганы. Они уничтожают целые плантации, вырывают с корнем леса, разрушают города и сёла; подводные землетрясения с силой вздымает море, неотвратимо бросают его на берега, уничтожая всё, что попадается на пути, срывая корабли с якорей и выбрасывая недра земли, погребая в руинах тысячи зверей.

Счастливая звезда, однако, улыбалась пиратам Деона белого, ибо погода всё время оставалась отличной, обещая спокойное плавание вплоть до Такаригуа.

«Адефагос» мирно плыл по лазурному морю, гладкому, как кристалл, и настолько прозрачному, что на глубине ста локтей можно было различить просвечивающее дно залива, усеянное кораллами.

Свет, отражавшийся от белого песка, делал воду ещё прозрачнее, так что у новичка, заглянувшего вниз, с непривычки закружилась бы голова.

Благодаря необычной прозрачности воды повсюду можно было видеть, как резвятся, преследуют и пожирают друг друга странные рыбы. Нередко из глубины неожиданно всплывали грозные молот-акулы, достигающие иногда пяти метров в длину. Мощно двигая хвостом, они таращили большие, круглые, как пуговицы, глаза, посаженные по бокам молотообразной головы, и разевали громадную пасть, вооружённую длинными треугольными зубами.

Спустя два дня после захвата имперского судна «Адефагос» с попутным ветром вошёл в тот участок Астрального моря, с которого уже можно было увидеть огромный нейтральный остров – Яниссари.

Узнав, что лоцман заметил высокие горы Яниссари, Деон белый, почти всё время сидевший взаперти в своей каюте, поднялся на мостик.

Он всё ещё не избавился от необъяснимого смятения, что охватило его в тот вечер, когда его посетила молодая лайка.

Его словно обуял бес движения. Он нервно ходил по мостику, не разговаривая ни с кем, даже со своим помощником – горностаем Морганом.

Побыв полчаса на мостике, откуда он рассеяно взирал на горы Яниссари, ясно выступавшие из моря на фоне горизонта, он спустился на палубу и вновь стал расхаживать между фок-мачтой и грот-мачтой, надвинув на лоб свою широкополую шляпу.

Осенённый внезапной мыслью и словно повинуясь неодолимому влечению, он снова поднялся на полуют и остановился у борта.

Взгляд его сразу же устремился к имперскому судну, шедшему не далее чем в пятидесяти футах: насколько позволял ему длинный буксирный швартов.

Вздрогнув, он отпрянул назад, но тут же остановился. Лицо его прояснилось, а привычная бледность на миг сменилась лёгким румянцем.

На носу имперского корабля он увидел знакомую фигуру, облокотившуюся на лебёдку. Это была Анариата, одетая в длинное белое платье.

Лайка смотрела на пиратский корабль, вернее, на Деона белого. Неподвижная, подперев голову лапой, она о чём-то размышляла. Деон белый не сделал ни единого движения. Ухватившись обеими лапами за фальшборт, словно боясь упасть, он смотрел в глаза девушки.

Это гипнотическое состояние, необычное для столь сурового зверя, длилось не больше минуты. Словно устыдившись своей слабости, белый лис оторвался от фальшборта и отступил назад.

Он бросил взгляд на стоявшего в двух шагах от него рулевого, потом на паруса своего корабля и, отступив ещё два шага назад, снова взглянул на Анариату.

Она оставалась неподвижной. По-прежнему облокотившись на лебёдку и подперев лапой русую голову, она пристально глядела на белого лиса.

Капитан «Адефагоса» медленно отступал назад, словно не в силах освободиться от её чар.

По-прежнему не поворачиваясь, он поднялся на капитанский мостик и, постояв с минуту, снова отступил назад, но тут столкнулся с Морганом, окончившим свою вахту.

– Оу, извините, сэр Морган, – сказал он, смущённо заливаясь краской.

– Вы тоже заметили, какого цвета стало солнце, капитан? – спросил его помощник.

– Нет, а что такое?

– Посмотрите сами.

Взглянув на небо, белый лис убедился, что ослепительно блестевшее солнце теперь стало багровым, как раскалённое железо.

Обернувшись в сторону Яниссари, он увидел, что вершины гор резко выделяются на фоне неба, словно за ними разожгли яркий костёр. Тень беспокойства пробежала по лицу белого лиса, и взор его обратился к имперскому кораблю, к молодой лайки, так и не покинувшей своего места.

– Быть урагану, – сказал он глухо.

– Всё говорит за это, капитан, – ответил Морган. – Чувствуйте, какой противный запах идёт от моря?

– Да, и небо начинает мутнеть. А это значит, что приближается один их тех ужасных ураганов, которые так часто бушуют в Астральном море.

– Как видно, придётся расстаться с нашей добычей? Можно дать вам совет, капитан?

– Слушаю вас, сэр Морган.

– Переведите половину команды на имперский корабль.

– Пожалуй, вы правы. Наши моряки огорчились бы если б такой корабль пошёл ко дну.

– А синьорину вы оставети на нём?

– Молодую лайку! – воскликнул капитан, нахмурив брови.

– Ей будет лучше на «Адефагосе», чем на шхуне.

– Вас огорчит, если она утонет? – спросил капитан, резко обернувшись к Моргану и глядя ему в глаза.

– Ведь она может принести нам немалую сумму.

– Ах да… верно! За неё должны заплатить выкуп.

– Прикажете перевести её к нам, прежде чем этому помешают волны?

Ничего не ответив, белый лис снова принялся расхаживать по мостику, словно мучимый навязчивой идеей. Походив несколько минут взад и вперёд, он внезапно остановился перед Морганом и прямо спросил его:

– Верите ли вы в роковую любовь, сэр Морган?

– Что вы имеете в виду? – спросил горностай изумлённо.

– Способны ли вы беззаветно полюбить женщину?

– Должно быть, да.

– Не кажется ли вам, что влюбится в красивую девушку страшней, чем пойти на абордаж?

– Иногда да, но известно ли вам, капитан, что говорят пираты с Такаригуа, прежде чем женится на одной из женщин, присылаемых сюда блюстителями закона из Империи Персеваля?

– Никогда не занимался брачными делами наших вольных братьев.

– Они говорят так: «О твоём прошлом, женщина, я не спрашиваю и совершённые тобой грехи прощаю, но о твоих будущих делах я должен знать всё». И, пощёлкав пальцами по стволу мушкета, добавляют: «Кто-кто, а оно постоит за меня, и если ты, женщина, дашь промах, то оно не промахнётся».

Чуть хмыкнув, Деон белый пожал плечами.

– Я имею в виду не тех женщин, которых принудительно высылают сюда имперские правители.

Постояв немного, он показал на девушку, остававшуюся на своём месте, и спросил:

– Что вы скажете об этой девушки, сэр Морган?

– Это одно из самых прелестных созданий, которых я когда-либо видел в заливе Иллианы.

– И вы не испугались бы её?

– Этой девушки! Конечно, нет.

– А я, боюсь, сэр Морган.

– Вы, которого называют Деон белый? Вы шутите, капитан?

– Нет, – ответил белый лис. – Я заглядываю иногда в свой гороскоп, и к тому же одна провидица мне предсказала, что первая любовь окажется для меня роковой.

– Сплюнте, капитан.

– А что вы скажете, сэр Морган, если я добавлю, что та же провидица предсказала моим трём братьям, что один из них погибнет от ножа в спину, а двое других будут повешены? Как видите, её печальное предсказание сбылось.

– А что она сказала вам?

– Что я погибну в море, вдали от родины, по вине любимой женщины.

– Проглотить мне якорь целиком! – громко пробормотал, содрогаясь, помощник. – Но в последним случаи провидица могла и ошибиться.

– Нет, – мрачно ответил капитан. Опустив голову, он на мгновение задумался, а потом добавил. – Пусть будет так!

Спустившись с капитанского мостика, он направился на бак, где увидел медведя, беседовавшего с Кимом и Венсом.

– Спустите на воду большую шлюпку! – крикнул им он. – Привезите к нам на корабль герцогиню и её свиту.

Оба пирата и медведь бросились выполнять приказание. Тем временем Морган, чувствуя, что скоро придётся перерезать буксировочный швартов, отобрал тридцать матросов для оказания помощи тем, кто уже находился на борту имперской боевой шхуны.

Через четверть часа Ким и его товарищи вернулись назад. Лайка и её спутники поднялись на борт «Адефагоса». У лестницы их ждал белый лис.

– Вы хотите безотлагательно что-то сообщить мне, кабальеро? – спросила девушка, глядя ему в глаза.

– Да, синьорина, – ответил с поклоном Деон белый.

– Тогда я слушаю вас.

– Обстоятельства таковы, что нам придётся бросить ваш корабль на волю судьбы.

– Но почему же? Разве нас преследуют?

– Нет, но надвигается ураган, и я вынужден прекратить буксировку. Вам, наверное, известно, как страшно Астральное море, когда бушует ураган. На «Адефагосе» вы будете в большей безопасности.

– Спасибо за заботу, кабальеро.

– Не благодарите меня, синьорина, – ответил задумчиво белый лис. – Боюсь, что ураган не пройдёт и для нас бесследно.

Указав на кают-компанию, он снял шляпу и произнёс:

– Воспользуйтесь моим гостеприимством, синьорина.

Надев шляпу, он поднялся на капитанский мостик. В тот же миг ветер, налетевший со стороны Малых Антильских островов, возмутил спокойствие, царившее на море. Шлюпки, на которых тридцать моряков переправились на шхуну, вернулись обратно, и теперь пираты поднимали их на борт «Адефагоса».

Стоя рядом с Морганом, белый лис стал вглядываться в восточный край неба.

Огромная тёмная туча с огненно-красной каймой быстро заволакивала горизонт, в то время как солнце, опускавшееся к горизонту, всё больше окутывалось дымкой.

– Через час это море станет неузнаваемым, – ответил помощник.

– Как бы вы поступили на моём мести, сэр Морган?

– Поискал бы убежище на Яниссари.

– Чтобы «Адефагос» бежал от урагана? – воскликнул гордо белый лис. – Этого не будет никогда!

– Но ведь вы знайте, капитан, как страшны ураганы у Антильиских островов.

– Знаю, но не отступлю. Пусть имперская шхуна, а не «Адефагос» прячется у берегов. Кто командует на имперском корабле?

– Боцман, Сегран.

– Он сумеет выбраться из этой передряги целым и невредимым.

Спустившись на квартердек, он взял в лапы рупор, вскочил на фальшборт и громко крикнул:

– Руби буксировачный швартов! Боцман Сегран, держите курс на Яниссари! Мы ждём вас на Такаригуа!

– Хорошо, капитан, – ответил боцман, дожидавшийся на носу приказаний.

Вооружившись топором, он одним взмахом перерубил швартов, затем, обратившись к морякам, воскликнул, обнажив голову:

– Да помилует нас Зверь-Покровитель!

Развернув паруса на фок-мачтах и бизань-мачтах, ибо на повреждённую грот-мачту надеяться было нельзя, шхуна сделала поворот и взяла курс на Яниссари, а «Адефагос» смело вошёл в так называемый Неветренный пролив, отделяющий западное побережье от южных берегов Антильских островов. Ураган быстро приближался. Казалось, море закипает изнутри: на его поверхности появлялись пенистые водовороты, вспучивались горы воды, с шумом обрушивавшиеся фонтанами брызг. Тёмная туча тем временем всё больше заслоняла небо, поглощая слабый свет солнца, и наконец на бурное море пала тьма, отчего воды вокруг приобрели зловещий бурый оттенок, словно смешавшись с потоками смолы.

Не теряя присутствия духа, белый лис не обращал внимания на ураган. Он следил за имперской шхуной, медленно плывшей по волнам и готовившейся исчезнуть с горизонта.

Если он и беспокоился, то скорей всего за этот корабль, недостаточно оснащённый, чтобы выдержать порыв ураганного ветра, но отнюдь не за свой «Адефагос».

Когда шхуна исчезла с горизонта, он спустился на шканцы и, отстранив рулевого, сказал:

– Дайте мне штурвал! Я сам поведу корабль через бурю!

Комментарий к Глава 13

Да, Деон оказался очень суеверным лисом. Судьба ещё сыграет с ним злую шутку…

========== Глава 14 ==========

Комментарий к Глава 14

Новая глава готова. Она очень коротенькая, но, честно, больше не смог сюда чего-то добавить. Приятного чтения!

Глава 14

Воздушный смерч стремительно нёсся по воде, мощные порывы ветра с рёвом и свистом неотвратимо следовали друг за другом, от них лопались паруса, гнулись самые прочные мачты.

В воздухе слышался нарастающий гул. В небе, казалось, грохочут несущиеся под гору телеги, гружённые железным ломом.

Море внушало ужас. Мощные волны, перекатываясь с запада на восток, с яростным рёвом обрушивались друг на друга, поднимая в воздух густую пену фосфоресцирующей пыли. Словно от мощного толчка, взывали они вверх чтобы тут же провалится в такую глубь, что вот-вот, казалось, обнажится дно самого залива Иллианы.

Поставив под ветер кливера да по одному зарифлённому на две трети парусу на первых двух мачтах, «Адефагос» отважно ринулся вперёд.

Точно сказочная птица, реял он по волнам. Бесстрашно рассекая гребни рокочущей пены, он то взбирался на зыбкие горы, словно собираясь взлететь до облаков, то неожиданно исчезал в водных провалах, словно решив уйти на дно моря. Пена захлёстывала реи фок-мачты и грот-мачты, но мощные борта корабля не уступали грозному натиску волн.

В вихре урагана кружились, то и дело залетая на палубу, вырванные в лесах и на плантациях ветви деревьев, разнообразные плоды, сахарный тростник, листва. Грозовые тучи обрушивали на корабль мощные потоки воды, которые, наводняя палубу, с трудом уходили через шпигаты.

Вскоре, однако, непроглядная тьма сменилась огневым шквалом. Ослепительные вспышки прорезали потёмки, озаряя море и судно холодным синим светом. Гром гремел так, словно на небе шла пальба из сотен артиллерийских орудий.

Воздух был так наэлектризован, что со снастей «Адефагоса» сыпались искры, а на вершинах мачт и флюгерах зажглись огни святого Эльма{?}[Свечение выступающих частей корабля, наблюдаемое на море во время бурь, когда атмосфера перенасыщена электричеством.]. Даже шерсть и волосы на голове вставали дыбом. Ветер, достигавший бешеной скорости, оглушительно ревел, закручивая волны в водяные смерчи, которые тут же падали обратно в море, образуя завесу из мельчайших брызг.

От кливеров «Адефагоса», оборванных ветром, вскоре не осталось ни одной нитки, парус на фок-мачте разлетался в клочья, один лишь грот стойко выдержал испытание. Корабль, ставший игрушкой течений и ветра, нёсся с головокружительной быстротой, рассекая волны и водовороты.

Казалось, что он вот-вот пойдёт ко дну, но он тут же выныривал, яростно сокрушал ревевшие вокруг валы и сбрасывал с себя покрывавшую его пену.

Застыв у штурвала, Деон белый твёрдой лапой вёл свой корабль, не сгибаясь под ветром и не обращая внимания на волны, заливавшие палубу. Его тёмная фигура чётко вырисовывалась на фоне вспышек.

Молнии чертили зигзаги вокруг него, ветер рвал перо с его шляпы, волны захлёстывали с головой, чуть не валя с ног, гром оглушал, но он бесстрашно стоял на своём посту, ведя корабль навстречу ветрам и волнам.

Он походил на гения моря, внезапно возникшего из глубин залива Иллианы, чтобы померится силами с разбушевавшейся стихией.

Как и в ту ночь, когда он повёл корабль на абордаж имперского судна, моряки смотрели на него с суеверным страхом, задавая себе вопрос: действительно ли он такой же смертный, как и они, или же существо сверхъестественное, которому не страшны ни ядра, ни шпаги, ни ураганы.

В одно из мгновений, когда волны с особой яростью обрушивались на борт корабля, белый лис на секунду отвлёкся от штурвала, словно собираясь броситься к лестнице левого борта. Видно было, как его что-то внезапно поразила и даже ужаснуло.

Из кают-компании вышла женщина и стала подниматься по лестнице наверх, изо всех сил цепляясь за поручень, чтобы не упасть.

Она была закутана в плотную накидку из ткани, но лицо её оставалось открытым, и ветер развевал русые пряди.

– Синьорина! – закричал белый лис, сразу узнавший молодую лайку. – Разве вы не понимаете, что рискуете жизнью?

Не говоря ни слова, герцогиня махнула лапой, словно желая сказать «Я ничего не боюсь».

– Вернитесь обратно, синьорина!

Не слушая белого лиса, отважная собачка поднялась на полуют, пересекла его, затем, цепляясь за бизань-гафель, встала между фальшбортом и кормой вельбота, вытащенного на палубу, чтобы волны не унесли его прочь.

Белый лис знаком приказал ей уйти к себе, но она отрицательно покачала головой.

– Но вы рискуете жизнью! – повторил он. – Вернитесь в каюту, синьорина.

– Нет, – ответила смелая лайка.

– Зачем вы пришли сюда?

– Полюбоваться Деоном белым.

– Вас снесут волны.

– Стоит ли беспокоиться об этом?

– Я не хочу, чтобы вы погибли, синьорина! – воскликнул белый лис, и в голосе его слышалось неподдельное волнение.

Девушка улыбнулась, но не двинулась с места. Забившись в свой угол и судорожно прижимая к себе тяжёлую накидку, она не обращала внимание на волны, захлёстывавшие корабль. Безмолвная, как изваяние, с развевающимися волосами, она не сводила глаз с белого лиса.

Поняв, что уговоры бесполезны, а может быть, втайне радуясь, что бесстрашная девушка, невзирая на опасность, осталась с ним рядом, чтобы полюбоваться его отвагой, капитан не стал настаивать больше, чтобы она покинула палубу.

Как только ураган стихал хотя бы на одну минуту, он обращал свой взор к девушке и невольно ей улыбалась.

Всякий раз он встречался с её глазами, неподвижно глядевшими на него, как и в то утро, когда она стояла на носу имперской шхуны.

Её глаза, излучавшие таинственное очарование, приводили, однако, бесстрашного капитана в необъяснимое смятение. Даже не глядя на неё, он чувствовал, что она ни на минуту не спускает с него взора, и ему страстно хотелось посмотреть туда, где она находилась.

Сквозь шум волн и завывание ветра прорезался голос Деона белого.

– Запасной парус на фок-мачту! На ветер кливера! К повороту готовьсь!

Хотя ветер гнал волны к южным берегам одиноких островов, море было не менее бурным. Огромные валы, высотой в пятнадцать-шестнадцать метров, налетали на утёсы, с грохотом откатывались обратно. Однако «Адефагос» не сдавался. Запасной парус был натянут на фок-мачте, кливера развёрнуты на бушприте, и корабль, стремительно нёсся вдоль берегов одиноких островов.

Время от времени волны круто кренили его, но белый лис грудью налегал на штурвал и выпрямлял корабль, направляя его в нужную сторону.

К счастью, ураган, достигнув наибольшей силы, стал понемногу стихать – ведь такие бури длятся недолго. Тучи стали рассеиваться, выглянули первые звёзды, ветер умерил свою ярость. Тем не менее море оставалось всё ещё бурным, и прошло немало часов, прежде чем улеглись огромные валы, пригнанные из далёкого горизонта.

Всю ночь пиратский корабль отчаянно боролся с наседавшими на него валами, успешно преодолев Наветренный пролив. На рассвете, восточный ветер сменился северным.

Промокший до нитки, Деон белый едва стоял на лапах от усталости. Завидев маленький маяк на мысу ближайшего небольшого островка, он тотчас же передал Моргану штурвал и направился к вельботу, у которого укрылась молодая герцогиня.

– Пойдёмте, синьорина, – сказал он ей. – Я восхищён вашей смелостью и думаю, что ни одна женщина на свете не стала бы рисковать своей жизнью, как это сделали вы, только для того, чтобы полюбоваться, как мой «Адефагос» борется с ураганом.

Девушка выпрямилась, стряхнула с себя воду, залившую её одежду и волосы. С улыбкой взглянув в глаза белому лису, она сказала:

– Зато я могу теперь сказать, что лишь я одна видела поединок Деона белого с самым ужасным ураганом в мире! Я восхищена, капитан, вашей смелостью и отвагой!

– Вы отчаянная девушка, – пробормотал он, но так тихо, что его услышала только лайка. Потом со вздохом добавил: – Жаль, что меня не покидает воспоминание о предсказании провидицы.

– О каком предсказании? – в изумлении спросила девушка.

Вместо ответа белый лис печально покачал головой.

– Это безумие! – прошептал он.

– Вы суеверны, кабальеро?

– Пожалуй, да.

– Это вы, такой бесстрашный капитан, перед которым не может устоять даже ураган?!

– Но что же делать? Предсказания порой сбываются, синьорина. – Указав на волны, угрюмо бившиеся о борт корабля, он печально добавил: – Спросите у них, если можете, синьорина. Оба моих брата были прекрасными юношами, сильными и отважными, и вот теперь они покоятся на дне моря. Предсказанное им сбылось, как, возможно, сбудется и то, что было предсказано мне, ибо я не в силах с ним совладать. Будь что будет! Что на роду написано, того не миновать. Море меня не страшит, и я со спокойной душой найду своё место рядом с братьями, после того как отправлю на тот свет предателя…

Он сделал угрожающий жест, затем сошёл с палубы вниз, оставив молодую лайку в полном недоумении, ибо она не могла ещё понять значения этих слов белого лиса.

Комментарий к Глава 14

Как можно заметить, Онориату не пугает даже ураган, и она всё чаще хочет быть рядом с Деоном. Следущие действия сюжета буду переносить уже на Такаригуа – вольный остров, свободных зверей. Главная гавань и рассадник пиратов в Астральном море.

========== Глава 15 ==========

Комментарий к Глава 15

А вот и новая глава! Приятного чтения, друзья!

Глава 15

Когда «Адефагос», пройдя сквозь узкий канал, вошёл в гавань, надёжно защищавшую её от любых сюрпризов со стороны имперского флота, веселье на Такаригуа было в полном разгаре. Большинство пиратов только что вернулось из похода, где под предводительством Оласа и Миирса, они захватили богатую добычу.

На берегу возле мола, под навесами и в тени высоких пальм, эти грозные звери удачи веселились, проматывая доставшиеся им деньги.

На суше грозные пираты становились самыми весёлыми зверьми из всех обитателей залива Иллианы и, что самое удивительное, пожалуй, и самыми обходительными, ибо никогда не забывали пригласить на свои пиры несчастных имперцев, лишённых свободы ради щедрого выкупа, а также красивых пленниц, по отношению к которым они вели себя как настоящие рыцари, изощряясь во всевозможных любезностях, дабы отвлечь их от печальной действительности. Я говорю – печальной, ибо пираты, в случае задержки выкупа, часто прибегали к жестоким напоминаниям, посылая имперским правителям отрубленную голову одного из пленных.

С прибытием корабля пираты прервали игры и танцы и шумно приветствовали возвращение Деона белого, пользовавшегося среди них не меньшей любовью, чем знаменитый Олас.

Все знали, что он отправился в Кайбо с намерением вырвать живым или мёртвым из лап губернатора своего брата, и, зная о его мужестве, надеялись увидеть вмести с ним и Лорна красного.

Увидев, однако, наполовину приспущенный чёрный флаг, они разом прекратили шумное веселье и молча собрались на молу, сгорая от нетерпения услышать известия об обоих братьях и результатах похода.

Деон белый, стоявший на капитанском мостике, сразу понял всё. Подозвав к себе Моргана, занимавшегося спуском на воду шлюпок, он сказал ему, показывая на собравшихся пиратов.

– Передайте им, что Лорн красный с почестями погребён в водах залива Иллианы, а его брат вернулся назад, чтобы собрать отважных для мщения… – Тут он сделал паузу и закончил: – Предупредите Оласа, что сегодня вечером я зайду к нему, затем сходите к Адмиралу Альваресу и передайте ему привет от меня. Позднее я сам посещу его.

Сказав это, он дождался, когда были убраны паруса и брошены на берег швартовы, затем спустился в кают-компанию, где его ждала молодая герцогиня, уже готовая к высадке.

– Синьорина, – сказал он ей, – вас ждёт шлюпка, которая доставит вас на берег.

– Слушаюсь, синьор, – ответила она. – Я пленница и не хочу спорить с вами.

– Нет, синьорина, вы больше не пленница.

– Как? – воскликнула она. – Но за меня не заплачен ещё выкуп.

– Деньги уже внесены в судовую кассу.

– Кем же? – спросила в изумлении лайка. – Я не успела ещё предупредить губернатора Кайбо о том, что нахожусь в плену.

– Это верно, но кое-кто уже позаботился о том, чтобы внести за вас выкуп, – ответил с улыбкой белый лис.

– Так, может быть, это вы?

– Если это и так, то что же? – спросил Деон, не сводя с неё проницательного взгляда тёмных очей.

Помолчав с минуту, Анариата сказала взволнованно:

– Я не ожидала встретиться с благородством на Такаригуа, но меня нисколько не удивляет, что этим благородным зверем оказался Деон белый.

– Почему же, синьорина?

– Потому что вы не такой, как все остальные. За короткое время, что я на борту вашего корабля, я смогла убедиться, насколько благороден, щедр и отважен синьор Вентимилья. Прошу вас только, скажите, во что обошлась мне свобода.

– Вам не терпится уплатить свой долг? Или, быть может, вы торопитесь покинуть Такаригуа?

– Нет, ошибайтесь, кабальеро, расставаясь с вашим островом, я, наверное, буду сожалеть о нём больше, чем вы думайте. Верьте мне, в моей душе никогда не угаснет благородность Деона белого, и я никогда его не забуду.

– Синьорина! – воскликнул белый лис, не в силах скрыть своего волнения. Он рванулся к молодой девушки, но тот-час отступил назад и промолвив печально: – Да, но к тому времени я стану заклятым врагом ваших друзей и вызову в вашем сердце лютую ненависть.

Взволнованный, он сделал несколько шагов по салону, внезапно остановился перед молодой лайкой и спросил её без обиняков.

– Вы знакомы с губернатором Кайбо?

При этих словах девушка вздрогнула, выдав взглядом крайнее волнение.

– Да, – ответила она с дрожью в голосе. – Почему вы меня об это спрашивайте?

– Предположим, из чистого любопытства.

– Оу! – вздохнула Анариата, схватившись за лоб, чуть качнувшись на месте.

– Что с вами, синьорина? – спросил удивлённый белый лис. – Вы взволнованны…

Вместо ответа молодая лайка спросила его ещё настойчивее.

– Но почему вы меня об этом спрашиваете?

Белый лис собирался было уже ответить, но в эту минуту послышались шаги на лестнице. В каюту спустился Морган, уже успевший выполнить задание своего капитана.

– Капитан, – сказал он, входя, – Пьетро Нау ждёт вас, чтобы сделать срочное сообщение. Мне кажется, что у него всё готово для экспедиции.

– Ах так! – воскликнул белый лис нахмуривая брови. – Уже? Не думал я, что месть так близка… – Обернувшийся к молодой герцогине, которая была заметно взволнованна, он сказал: – Позвольте предложить вам гостеприимство в моём доме, который я представляю в ваше полное распоряжение. Шоко, Ким и Венс отведут вас туда и будут к вашим услугам.

– Но, кабальеро… одно только слово… – пробормотала она.

– Я понимаю вас, но о выкупе мы поговорим позднее.

Он поспешно вышел в сопровождении горностая и спустился в шлюпку, ждавшую его у левого борта с шестью матросами на вёслах.

Сев на корму, он взял в лапы руль, но направил лодку не к молу, на котором пираты возобновили свою пирушку, а к маленькой бухте, расположенной к востоку от порта.

Сойдя на берег, поросший высокими, стройными пальмами с веерными листьями, он знаком велел матросам вернуться на корабль, а сам по едва заметной тропинке углубился в заросли.

Какая-то неотвязная мысль, как видно, не давала ему покоя. Время от времени он останавливался, резко, словно грозя кому-то, размахивал лапами и шевелил губами, разговаривая с самим собой.

Он далеко углубился в заросли, как вдруг чей-то насмешливый голос отвлёк его от мучительных дум.

– Так я и знал, чёртов хвост, что встречу тебя здесь, кабальеро! Знать, тебе не до веселья, от которого всё ходит ходуном на Такаригуа, раз ты стороной добираешься до моего дома? Что с тобой, приятель? Уж не на похороны ли ты собрался?

Белый лис вздрогнул и по привычке потянулся к шпаге. Перед ним стоял коренастый лис с светло-серой шерстью, грубыми чертами лица и проницательным взором. Одет он был как простой матрос и вооружён парой пистолетов и абордажной саблей.

– Ах, это ты, Пьетро? – воскликнул белый лис.

– Он самый, – ответил тот, шуточно отдав поклон.

Это был знаменитый Олас, отважный мореход и заклятый враг имперцев. Выйдя из зарослей навстречу белому лису, он весело смотрел на него.

Сейчас Оласу было не более тридцати пяти лет. Слава его гремела повсюду. До того как стать знаменитым пиратом, он занимался контрабандой, плавая вдоль берегов всей Империи. Однажды ночью таможенники застигли его врасплох, он лишился лодки, а брат его был убит в перестрелке. Его самого ранили так тяжко, что он едва выжил.

Выздоровев, он попал в такую нужду, что вынужден был продаться в рабство к капитану пиратов Монтбасу, лишь бы заработать нужную сумму, которую он всегда отсылал своей матери.

Долгое время он пробыл среди пиратов подручным, а попросту говоря, им прислуживал, затем сам пошёл в пираты и выделился необыкновенной храбростью и отвагой. В конце концов он выпросил у Адмирала Такаригуа – Альвареса, небольшой корабль.

На этом судёнышке он творил сущие чудеса, нанося огромный урон имперским колониям. Все три брата – Деон, Эренд и Лорн – неизменно оказывали ему поддержку во всех его предприятиях.

Однажды, подгоняемый бурей к берегам имперской колонии Камари, он потерпел кораблекрушение. С горсткой выживших он добрался до берега, но имперский гарнизон колонии уже ждал их, ибо видел как их застала буря. Все его немногочисленные выжившие после кораблекрушения друзья, были перебиты, но ему удалось спастись, погрузившись по горло в болото.