Текст книги "Любовь вне контракта (СИ)"

Автор книги: Tina Blad

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 14. Вопросы плодятся

Глава 14. Вопросы плодятся

Наверху нас встретил мужчина лет сорока с небольшим, в белом халате и с очками на цепочке. Его лицо, обрамлённое аккуратной русой бородкой, было открытым и добродушным. Он оглядел нас с головы до ног внимательным, профессиональным взглядом и, задержавшись на моих уродских, дешёвых очках, понимающе и по-доброму улыбнулся.

– А, граф Блэр с супругой прибыли на операцию по коррекции зрения? – спросил он, и его голос звучал ровно и спокойно, будто он говорил о чём-то обыденном, вроде погоды.

А Ник… Ник кивнул!

Я застыла, чувствуя, как всё внутри меня обрывается и падает куда-то вниз. Сказать, что я обомлела, – значит не сказать ничего. Я просто окаменела, глядя на мужа широко раскрытыми глазами, не в силах вымолвить ни слова. Внутри меня бушевал ураган из противоречивых эмоций – изумление, неверие, дикая, почти болезненная надежда. Я смотрела на Ника как на психа и на бога одновременно. Как на сумасшедшего, который только что перевернул весь мой мир, и как на спасителя, который, возможно, наконец-то подарит мне то, о чём я мечтала всю жизнь. Как на психанутого бога!

Пока я находилась в состоянии искреннего афига, Ник быстренько затащил меня в кабинет, даже не дав опомниться. Целитель уже начал меня осматривать, деловито сняв с меня очки. Я сразу же начала щуриться, чувствуя себя слепым котёнком, выброшенным в незнакомый мир. Всё вокруг расплывалось в мутные, бесформенные пятна, и от этого становилось жутко не по себе.

– Интересно... – протянул мужчина, и я увидела, как его зрачки расширились – он явно использовал магическое зрение, сканируя меня изнутри. Его лицо стало сосредоточенным, почти озадаченным. – Когда у вас начало портиться зрение?

– Не помню, с детства, наверное, – пожала я плечами, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Я пыталась разглядеть лицо Ника, стоящего за спиной целителя, но видела лишь смутный, размытый силуэт. Мог бы хоть предупредить, куда тащит!

– С детства, значит... – пробормотал целитель, и в его голосе послышалась задумчивая, почти научная нотка. Он осторожно взял меня за виски, и его пальцы – тёплые, сухие, с лёгким запахом трав – мягко повернули мою голову сначала в одну сторону, потом в другую. Я чувствовала его прикосновения, странные, щекочущие, и в голове слегка зашумело. – У вас какой-то зажим. Нарушение в организме, которое я не могу определить, и от неё все проблемы.

У меня глаза расширились, и я на миг даже рассмотрела озадаченные лица обоих мужчин. Услышанное меня ошарашило до глубины души. Что это у меня за нарушение, из-за которого у меня такие проблемы? Внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел.

– И, к сожалению, эффект от лечения будет временный, – отметил целитель, оглянувшись на Ника. – Пока не исправите это нарушение, всё будет ухудшаться.

– Как его найти? – напряжённо спросил Ник, и я почти не видела его лица, но ощущала, как от него исходит волнение и глухое, сдерживаемое недовольство. Не на меня – на то, что он не может ничего исправить, что ситуация ускользает от его контроля.

– Не знаю, молодой человек, – покачал головой маг, и в его голосе послышалось искреннее сожаление. – На моей богатой практике такое я вижу впервые.

Помимо моей воли, у меня защипало в носу, и я почувствовала, как к глазам подступают горячие, предательские слёзы. Я попыталась взять себя в руки, сделать глубокий вдох, но ком в горле только разрастался. Сейчас я чувствовала себя еще более беспомощной. Взгляды обоих мужчин, устремлённые на меня, только усугубляли это ощущение. Целитель словно всё нутро из меня вынул, и я чувствовала себя такой голой, такой уязвимой, какой не чувствовала никогда в жизни.

– Ну-ну, леди, не расстраивайтесь, – закудахтал мужчина и взял меня за руку, сжал её в своих тёплых ладонях и так и не отпустил. Я уже думала, что хуже, чем сейчас, быть не может, однако из-за замершего Ника, который стоял неподвижно, словно статуя, мне стало ещё больше не по себе. – У вас всегда такие холодные руки?

– Всегда мерзлявой была, – уже не зная, чего ожидать, выдавила я и инстинктивно сжалась, ожидая очередного неутешительного диагноза.

– На пару градусов ниже любой нормы, – пробормотал маг, и в его голосе послышалось что-то похожее на профессиональный интерес. Он на мгновение задумался, а потом посмотрел на меня поверх своих очков: – Я могу вас попросить о повторном сеансе через месяц?

Я промолчала, чувствуя, что не я сама себя привела, не я платила, не мне и решать.

– Конечно, – подтвердил Ник, и в его голосе прозвучала непререкаемая, стальная уверенность.

– Хорошо, будем наблюдать за вами, – кивнул целитель, и я почувствовала, как его пальцы снова легли на мои виски – прохладные, уверенные. – А пока, позвольте, я выполню то, ради чего вы пришли...

Я замерла, чувствуя, как его магия начинает течь сквозь его пальцы. Она не была болезненной – скорее прохладной, словно горный ручей, мягко струящийся по коже. Меня тянуло закрыть глаза, но я упорно противилась этому желанию, подмечая, как медленно, но верно моё зрение начинает улучшаться. Края предметов становились чёткими, цвета – яркими, насыщенными, словно мир наконец обрёл свои настоящие очертания. Было потрясающе интересно наблюдать и, более того, ощущать, как работает мой, надеюсь, будущий коллега. Я видела, как пульсирует магия в его пальцах, как она перетекает в меня, растворяясь в моём теле, и чувствовала, как внутри разливается лёгкое, почти щекочущее тепло.

Это был не быстрый процесс. Мне показалось, что прошло не меньше часа, а может, и больше – время тянулось медленно, тягуче, словно патока, но мне нравилось наблюдать за тем, как работает магия. Целитель обходил меня по кругу, его пальцы, казалось, побывали на каждой точке моей головы: виски, затылок, темя, линия челюсти. И чем дольше длилось лечение, тем чётче я видела окружающий мир. Краски становились ярче, линии – острее, лица – выразительнее. И тем хмурее становился целитель, и тем напряжённее – мой фиктивный муж.

– Пока что всё, – выдохнул целитель и устало опустился на стул, проведя ладонью по лицу. Его пальцы чуть дрожали от перенапряжения. – Магия уходит словно в никуда. Думаю, у вас оно начнёт падать чуть быстрее, чем я думал. Так что решайте проблемы с вашими блоками быстрее.

– Интересно как, – горько хмыкнул Ник, наблюдая за мной. В его голосе послышалась глухая, сдерживаемая злость, но она была направлена не на меня.

А я в это время словно впервые смотрела на мир. Без очков. Он стал чётким, более объёмным, и без очков он выглядел более настоящим, что ли. Каждая деталь – трещинка на стене, ворсинка на ковре, блеск в глазах мужа – всё это вдруг обрело невероятную, осязаемую реальность. Я могла разглядеть лица людей на улице, не щурясь и не пытаясь угадать их черты по смутным очертаниям. Было странно, непривычно и до дрожи в коленях потрясающе.

– Не могу ничего обещать, но возможно, вам стоит сходить к специалисту такого профиля, а именно к целителю внутренних зажимов, блоков, нарушений и так далее. У нас в столице один есть, – погладив подбородок, поведал нам маг. Его голос звучал устало, но в нём слышалась искренняя заинтересованность. – Доктор Харвин, в районе Старого Рынка. Он занимается редкими случаями. – Ник кивнул, благодаря его за информацию.

А я именно сейчас начала чувствовать себя не в своей тарелке. Потому что, ладно, тратить определённую сумму на одежду – это нам двоим надо. Ладно, жить на содержание, которое он выделил, – это, скажем так, моя оплата. Но возиться с моим здоровьем, зрением и теперь ещё какими-то внутренними блоками, вбухивая в неопределённый результат огромные деньги? Это было для меня слишком.

Я чувствовала себя обузой. Тяжёлым, ненужным грузом, который он тащит на себе из одного лишь чувства долга.

– Понятно, спасибо, – мой муж кивнул и протянул мне ладонь. Я встала, не поднимая глаз. Было стыдно. Чудовищно, до боли в груди стыдно за себя. За то, что не могу быть нормальной, за то, что создаю ему столько проблем.

– Через месяц повторный приём! – напомнил на всякий случай маг. – Проверим зрение ещё раз, вместе с общим состоянием. И чаще грейтесь.

Мы молча вышли из здания. Я чувствовала себя раздавленной, опустошённой. Вылеченное зрение радовало, но оно не перекрывало новых открывшихся проблем. Они навалились на меня тяжёлым, давящим грузом, и я не знала, как с этим справиться.

– Ну чего ты, – через несколько шагов мужчина меня остановил, встав у меня на пути, его руки окутали теплом мои. – Расстроилась?

– Я знала, что проблемная, – мотнула я головой, всё так же не поднимая глаз. Я рассматривала его ботинки, блестящую пряжку, край его пальто, но не могла заставить себя посмотреть ему в лицо. – Но не думала, что настолько.

– Да брось, – он протянул руку и мягко коснулся моего подбородка, заставляя поднять голову. – Мы тебя быстренько поправим.

И обнял меня, притягивая к себе.

Я зажмурилась, чувствуя, как его тепло пробивает ледяной панцирь, сковавший мою грудь.

– Давай подождём год? – попросила я, утыкаясь носом в его плечо и обнимая в ответ. – Тогда это будет не твоя проблема. У тебя и так украли наследство, не хочу, чтобы ты потратил на меня последние деньги.

– Дурочка, – он погладил меня по голове, и его пальцы мягко перебирали мои волосы, успокаивая. – Я и сам небеден. Наследство для меня важно как память о родителях, а также это вопрос справедливости. Так что пока ты моя жена, я буду о тебе заботиться.

– Как так? – подняла я на него глаза и фыркнула, чувствуя, как внутри разливается тёплое, щекочущее удивление. – Жена фиктивная, а забота настоящая?

– Такой вот парадокс, – он тоже улыбнулся, и в его глазах заплясали знакомые, озорные искры. – Но проблемы же мы этим браком решаем настоящие, так?

– Твоя правда, – проворчала я, чувствуя, как на душе становится легче. – Не всё у нас ненастоящее.

Убедившись, что я успокоилась, мужчина снова взял меня под локоток и повёл домой. Но по пути, заметив, как я бросила тоскливый взгляд на витрину книжной лавки, он согласился зайти туда. Я снова закупилась новыми книгами – смогла найти про блоки и зажимы, а так же оборотней. Хотя про себя решила, что буду экономить. Буду тратить максимум два золотых в месяц, а остальные верну ему в конце брака. Тем более двух монет мне хватит с головой.

Вечеринка будет вечером, так что до неё у нас оставалось ещё несколько часов свободного времени. Мы решили потратить их порознь – чтобы прийти в себя и отдохнуть. Я поднялась в свою комнату, чувствуя, как усталость наваливается на меня тяжёлой, свинцовой волной. Разложив новые книги на столе, я села в кресло, и, глядя в окно на осеннее небо, затянутое лёгкой дымкой, позволила себе просто выдохнуть.

Итак. Оборотни. Начитавшись книг, я уже немного знала, чего ожидать от этого вечера. Это будет не просто вечеринка в привычном понимании этого слова – это будет буйство инстинктов, смешанное с ритуалами, уходящими корнями в древность. Правил там будет гораздо меньше, чем абсурда, а те, что есть, будут написаны кровью и силой. Оборотни подчиняются силе, а кто силён – тот законы и придумывает. Но поскольку мы живём в городе смешанных рас, межрасовые законы всё же действуют, сдерживая самые дикие порывы. Наш город на целую четверть состоит из перевёртышей, и их истинные владения – это лес, тёмный, древний, полный тайн и запахов, недоступных человеческому нюху. Я также поняла, что наше жилище находится на самой границе – между территорией оборотней с их дикими законами и людскими кварталами с их размеренным, предсказуемым укладом. Эта мысль пугала – и одновременно, капельку будоражила, заставляя сердце биться чуть быстрее.

Вечеринка будет безумной, но терпимой, потому что полнолуние далеко, и звериная сущность не будет требовать полного освобождения. Однако и без этого будет жарко. В программе вечера – драка вожаков стай и выяснение первенства, ритуальные поединки, в которых проигравший может лишиться не только статуса. Будет пьянка, хотя на оборотней алкоголь действует не так сильно, как на людей – их организм быстрее перерабатывает яды, и чтобы опьянеть по-настоящему, им нужно выпить втрое больше. Так же на таких сборищах оборотни ищут пару для дальнейшего... кхм... спаривания. И это не просто поиск. Это охота. Настоящая, первобытная охота, где запахи, движения и взгляды говорят громче слов. И если ты пришёл на вечеринку, значит, дал на это молчаливое согласие. Согласие на то, что за тобой будут охотиться. Согласие на то, что тебя могут выбрать.

И это лишь малая часть того, что успел усвоить мой и без того офигевший мозг за несколько часов напряжённого чтения. Я смотрела в окно на вечернее небо, начинающее темнеть, и чувствовала, как внутри меня смешиваются страх и предвкушение. Вечер обещал быть незабываемым.

Глава 15. Вечеринка

Глава 15. Вечеринка

Время вышло неожиданно – мы уже собирались на наше торжество, когда за окном окончательно стемнело. Я надела купленный недавно костюм: тёплые шерстяные брюки, мягкий свитер и удобную безрукавку, подчёркивающую талию. Ник одобрительно окинул меня взглядом, фыркнув, что даже не знает – волноваться ему за меня или нет. Я не поняла его, но в его зелёных глазах плясали те самые озорные искры, к которым я начала привыкать.

Шли мы уже будто бы традиционно пешком. Но не в сторону города – в лес. Дорога петляла между деревьями, и воздух становился всё более влажным, напоённым запахами хвои, прелой листвы и земли. Ник постоянно к чему-то принюхивался, его ноздри едва заметно подрагивали, а иногда он останавливался и долго вслушивался в ночные шорохи, изредка недовольно ворча себе под нос. Выглядело это забавно – в нём словно просыпался зверь, и я видела, как его глаза становятся чуть более острыми, взгляд – цепким.

Я вспоминала, как долго смотрела на себя в зеркало перед выходом, изучая себя заново. Без очков. Их отсутствие открыло моё лицо – раньше они всегда падали на переносицу, делая взгляд тяжёлым, а черты – размытыми. Теперь я видела себя настоящую: более выраженные скулы, аккуратные, чуть раскосые глаза с длинными ресницами, прямой носик, который из-за очков казался кривым. В целом, я стала себе нравиться гораздо больше. Я выглядела более женственной, что ли, а не вчерашним подростком, вечно поправляющим сползающую оправу.

Места здесь были невероятно красивые. Вот где настоящая осень! Мы проходили мимо деревьев, окрасившихся в багряный и золотой, листья шелестели под ногами, и я вдыхала этот поразительный, хмельной запах леса. Удивительно, но здесь не было привычной затхлости или сырости – только свежесть, чистота и загадка, что же происходит там, в чаще. Где-то ухала сова, ветер шевелил кроны, и я чувствовала, как лес живёт своей, неведомой мне жизнью.

Постепенно и я начала замечать чуждые лесу звуки. Музыка – ритмичная, завораживающая, с переливами струнных и барабанов. Крики, смех, оживлённые разговоры, потрескивание костра. Это интриговало и манило, сердце забилось чуть быстрее – то ли от страха, то ли от предвкушения, я никогда раньше не была в таких местах. Ник сжал мою ладонь чуть сильнее, выдавая своё волнение, но почти сразу расслабился, когда мы вышли на поляну.

Я аж приостановилась, увидев огромное количество людей... или животных? Они выглядели по-человечески, но в каждом чувствовалась та самая хищная, звериная грация, о которой я читала. В чертах их лиц – более острых, скуластых, – в плавных, текучих движениях, во взглядах, которые на мгновение задерживались на мне, будто оценивая, – во всём этом читалось нечто первобытное, чужое и оттого жуткое. Я кожей ощущала, насколько они меня превосходят. Даже девушки, миниатюрнее меня, двигались с такой лёгкой, опасной уверенностью, что мне становилось не по себе.

Кто-то танцевал, кто-то готовил мясо на углях, и запах жареного мяса смешивался с ароматами дыма и леса. Танцы были совсем не такими, как я привыкла видеть – они были хищными, чувственными, почти на грани нормы. Движения были резкими, зовущими, тела сплетались и расходились в такт музыке, и смотреть на это было неловко, но и оторвать взгляд было невозможно. Это было так далеко от привычных, размеренных бальных танцев, что я на миг почувствовала себя совершенно чужой здесь.

А ведь я раньше встречала оборотней. Каждый день в таверне мимо меня проходили десятки посетителей, и я просто знала, что они есть – и всё. Для меня они были просто клиентами, ещё одной партией за столиком, не вызывающими ни капли интереса. Но теперь, глядя на эту поляну, на этих существ, я понимала – я ничего о них не знала. До этого времени.

Мы с Ником влились в толпу. Его поведение мгновенно изменилось – теперь он собственнически обнимал меня за талию, притягивая ближе, и его взгляд, ставший холодным и цепким, останавливался на тех, кто слишком долго засматривался на меня. Он словно метил свою территорию, и я чувствовала, как под его пальцами мои мышцы невольно напрягаются.

– Привет, дружище! – раздался чей-то радостный голос. Найдя его источник, я с облегчением выдохнула.

– Крис! – воскликнула я, опередив мужа, за что он наградил меня недовольным взглядом, в котором, однако, не было настоящей злости.

Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями, коротко хлопнув друг друга по плечу, а потом Крис мягко, по-дружески, обнял меня. От него пахло лесом и дымом, и я на миг почувствовала себя в безопасности.

– Твоя дама здесь? – поинтересовалась я заговорщицким шёпотом, наклонившись к Крису. Оборотень неожиданно смутился – тёмный румянец проступил на его скулах, выдавая с головой.

– Сегодня буду за ней охотиться, – признался он нам, и в его голосе послышалась странная смесь решимости, превкушения, надежды и робости.

Мы прошли за один из длинных столов, где на блюдах было приготовлено мясо – сочное, ещё дымящееся, с аппетитной корочкой. Ник, действуя по-хозяйски уверенно, наложил нам его в одну большую тарелку, подвинул её ко мне, и я почувствовала, как внутри разливается тепло от этой простой, но такой заботливой мелочи.

– Ник, привет! – раздался рядом мелодичный, чуть игривый голос. Я подняла глаза и увидела незнакомую девушку – ослепительно красивую, с длинными светлыми волосами, рассыпавшимися по плечам, и яркими, насмешливыми глазами. Она двигалась с той лёгкой, кошачьей грацией, которая выдавала в ней оборотня. Сомневаться в её природе не приходилось. – Будешь сегодня охотиться?

Она игриво повела тонкими плечиками и стрельнула глазами в Криса, давая понять, что вопрос адресован не только Нику. Крис усмехнулся, но ничего не ответил. А потом мой фиктивный муж взял мою ладонь и легко, почти невесомо, укусил меня за палец. Я от неожиданности ойкнула и залилась краской, чувствуя, как жар разливается по лицу и шее. Жест был до неприличия интимным – таким, который не оставлял сомнений: она его, он её. Я даже на миг задумалась: помыла ли я руки после ужина? Было и неловко, и странно приятно.

А еще я осознала, что мой муж, судя по этой даме и другим заинтересованным взглядам – на расхват.

– Знакомься, это моя жена Кэсс, прошу любить и жаловать, – произнёс Ник с лёгкой, довольной усмешкой, притягивая меня чуть ближе к себе. – Дорогая, а это моя знакомая Энджел.

– Приятно познакомиться, – вежливо кивнула я, хотя внутри кольнула лёгкая ревность. Она явно заигрывала с моим мужем, и это было неприятно, даже несмотря на то, что наш брак фиктивный.

– А, так ты уже занят, – тут же растеряла к Нику весь свой интерес девушка и, повернувшись ко мне, одарила меня дружелюбной, тёплой улыбкой. – Привет! Рада, что у этого зануды наконец появилась подружка. Пойдём, я тебе всё покажу!

Я растерялась от такого напора и посмотрела на своего мужа, ища поддержки. Ник лишь пожал плечами, его взгляд говорил: «Решай сама». Хотя по его взгляду, я видела, что он в любой моментбыл готов меня отбивать, если откажусь.

– А что, сходи с Энджел, – довольно оскалился Крис, переглядываясь с красоткой, и в его голосе послышалась едва заметная, заговорщицкая нотка. – А мы пока пообщаемся.

– Вот именно! – горячо поддержала его девушка и, схватив меня за руку, утащила прочь, не дав опомниться.

– А... – только и успела выдавить я, чувствуя, как сердце пропускает удар от неожиданности. Я оглянулась на Ника, но тот лишь махнул мне рукой, улыбнувшись. Я запаниковала, вспомнив про оборотней, их инстинкты, про охоту и всё то, что читала в книгах, но Энджел, видимо, поняла мою тревогу.

– Не волнуйся, от тебя просто несёт оборотнем, – подмигнула она мне, и я польщённо раскраснелась. – Так что охотиться на тебя никто не станет, – заверила она, таща меня вперёд сквозь пляшущую, шумную толпу.

Конечно! Не зря же мы друг другом пропахли!

– А он мной пахнет? – вдруг заволновалась я, вспоминая, как она сама лезла к нему. Она явно не знала о нашем договоре, но всё равно было любопытно.

– Пахнет, ревнивая! – фыркнула, видимо, моя новая подружка, и в её голосе послышалась искренняя весёлая насмешка.

Она протаскивала меня через толпу, ловко и умело, как опытный проводник, ведущий за собой по незнакомым тропам. Вокруг мелькали лица, смех, музыка, отблески костров – всё сливалось в единый, пёстрый, шумный калейдоскоп. Энджел что-то рассказывала про территорию: кто где обитает, какие стаи враждуют, где лучше не появляться в одиночку.

– Тут у нас танцы, но ты и сама видишь... – щебетала она, не давая мне толком рассмотреть происходящее. Потом махнула куда-то вдаль: – А там можно искупаться, конечно же без одежды. – Она захихикала, когда я смутилась. – Брось, наши к наготе относятся иначе, и поскольку ты жена оборотня, тебе придётся это принять.

– Не так быстро, – попыталась я откреститься от этой мысли, но девушка лишь фыркнула и потащила меня дальше.

– Ты просто обязана это увидеть! – с горящими глазами вещала она, снова продираясь сквозь толпу. Её руки, цепкие и уверенные, не отпускали меня, и я чувствовала, как навстречу нам расступаются танцующие, уступая дорогу. Ветер трепал мои волосы, и я, несмотря на тревогу, начинала понемногу втягиваться в это дикое, первобытное веселье, чувствуя, как внутри меня просыпается что-то новое, неизведанное и до жути манящее.

– Сейчас будет выбор вожака этого вечера, – затараторила Энджел, едва не подпрыгивая на месте от возбуждения. Глаза её горели диким, первобытным огнём. – Сильнейшие из всех стай попытают удачу и сразятся с другими сильнейшими. Это невероятно! – Она перевела дыхание и вдруг серьёзно посмотрела на меня: – Ты ведь нормально к дракам относишься?

– Если они не с моей персоной, – поспешно открестилась я, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, ледяной ком. Я внутренне готовилась к чему-то жуткому, хотя ещё не до конца представляла, что именно меня ждёт.

Мы успели как раз вовремя. Энджел с удивительной ловкостью протиснулась сквозь толпу и выбила нам места почти в первом ряду, откуда открывался идеальный обзор на круглую поляну, устланную мягким, густым мхом. Огромное пространство было освещено факелами, чьё пламя трепетало на ветру, отбрасывая длинные, пляшущие тени.

А потом началось самое невероятное – и самое страшное. Один за другим оборотни перевоплощались. Я видела, как человеческие тела изгибались, обрастая шерстью, как вытягивались морды, как ломались кости, принимая новые, звериные очертания. Медведи – огромные, лохматые, с горящими глазами; волки – серые, стремительные, с хищными оскалами; лисы – рыжие, гибкие, с лукавыми прищуренными глазами; пантеры и ягуары – чёрные, как сама ночь, с мускулами, перекатывающимися под лоснящейся кожей. Кого тут только не было. Воздух наполнился звериным запахом – смесью шерсти, пота, крови и страха.