Текст книги "Клан Хьюга (СИ)"

Автор книги: Shelma-tyan

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 40 страниц)

Венки на лице Хинаты вздулись, в них загорелась чакра. В глазах, словно на стекле, подернутом дымкой трещин, проступил кружок радужки.

Они встретились взглядами через дверь и стену.

«Можно войти?» – прочитал по ее губам Неджи. Это Хината не произнесла, лишь шевельнула губами без звука. Неджи сделал неопределенный приглашающий взмах рукой и погасил бьякуган.

Придерживая здоровенный горшок, Хината в прихожей стащила сандалии пятками и прошла на кухню. Аккуратно пристроила цветок на стол.

– Это тебе.

«Мне не нужен цветок», – чуть было не сказал Неджи, но что-то удержало его. Хината так смущенно дрожала, что Неджи понял – это ее последняя отчаянная попытка примирения, на которую она решалась не один день. Он мог бы уничтожить ее парой слов. Одним взглядом. И не мог. Та тонкая дрожащая ниточка, что связала их, та глупая привязанность, робкая симпатия не давала ему раздавить кузину.

«Я поклялся защищать тебя, – некстати вспомнил Неджи. – И я должен защищать тебя… Даже от самого себя».

– Спасибо, Хината-сама, – склонил Неджи голову.

Хината робко улыбнулась.

– И… – она забралась рукой в карман, и Неджи понял: если бы он отверг цветок, то Хината нипочем бы не решилась подарить ему подарок. – Вот это.

Неджи взял мягкий сверток и надорвал бумагу.

На ладонь ему выкатилась мягкая круглая мочалка. Розовая.

Неджи улыбнулся.

– Спасибо. Та… погибла вместе с квартирой. Очень мило с вашей стороны.

Хината улыбнулась, и Неджи замер от ее искренней радостной улыбки. Хината могла быть такой напуганной в одно мгновение и доверчиво забывшей страх уже через секунду. Словно зверек, что не помнит зла, причиненного вчера. А он, Неджи, не такой.

Он хмуро отодвинул разорванную упаковочную бумагу, и Хината, приняв перемену настроения на свой счет, встревоженно посмотрела на него.

– Я вел себя не лучшим образом в последнее время, – сказал Неджи, изучая стол. – Я прошу прощения.

Хината отрицательно покачала головой, но Неджи понял ее. Она не отвергала его извинения. Она отвергала их необходимость.

– Почему? – изумился Неджи и зло сжал подаренную мочалку. – Я не достоин такого отношения. Я причиняю тебе только вред!

– Неправда. Ты… Ты делаешь меня лучше. Сильнее, х-храбрее. И… увереннее.

– Хината! – Неджи, не в силах облечь силу своего удивления в слова, взмахнул рукой: – Ты… Ну почему ты не можешь просто дать сдачи? Я же измывался над тобой все последние недели! Я намеренно задевал тебя. Я удовольствие получал от твоего замученного вида. А ты приходишь ко мне мириться? Да ты должна ненавидеть меня!

Хината неопределенно пожала плечами, глаза ее забегали, и она прикусила губу.

– Я не могу. Порой так хочется, но не могу. Что-то… знаешь, не дает, и все.

Неджи встал, обошел стол. Хината испуганно вскинула на него глаза. Она открыла рот, пытаясь что-то сказать. Неджи обнял ее за плечи и притянул к себе.

Его окутал ее запах. Свежий и сладкий. Хината не противилась, но замерла, словно мышка перед змеей. Неджи видел – она просто не решается ему противиться. Но почему, потому что ей приятно или просто из трусости, он не знал.

– Боишься меня? – прошептал он, мягко зарываясь носом в волосы у нее за ухом.

– Нет, – выдохнула Хината. Неджи чувствовал, как быстро бьется ее сердце.

Он мягко коснулся кончиком носа мягкой мочки уха.

– А я вот боюсь. Боюсь, что однажды могу сломать тебя. Разломить, как прутик, – Зашептал он ей на ухо, теряя остатки разума. Хината дрожала в его объятиях, и от ее испуга и покорности кружилась голова.

– Не боюсь, – повторила Хината и вдруг высвободила руки и обняла его сама. Но вместо чувственного контакта щекой положила голову ему на плечо. Объятия превратились в братские. Неджи, запрокинув голову, кисло улыбнулся потолку.

Едкое «проводили обожаемого Наруто-куна?» вертелось у него на языке. Но он лишь мягко погладил Хинату по голове.

========== Глава 13 ==========

Хината вежливо постучала в дверь.

Она доподлинно знала, что Неджи нет дома да и вообще в деревне уже целую неделю. Поэтому она и пришла к нему. Позаботиться о Хвостатом.

Когда она почти три года назад подарила ему тот цветок, у него было лишь три листка. Через несколько месяцев вырос четвертый, и Хината, зайдя как-то к Неджи, пошутила, что у него теперь Четыреххвостый. Еще через полгода он стал Пятихвостым, а через год навсегда «Хвостатым Биджу Неджи Хьюга».

Хината отперла дверь своим ключом и, сняв сандалии, тихо прошла в квартиру.

Ей нравился дом Неджи. Скромный, спартанский, мальчишеский. Совсем не такой, как их просторный традиционный дом с садом, верандой и седзи.

В квартире Неджи была неширокая, всегда тщательно заправленная постель, шкаф с одеждой и обмундированием, книжные полки со свитками и книгами с родным моном на переплете – из клановой библиотеки Хьюга.

На подоконнике в гордом одиночестве стоял Биджу.

Хината осторожно потрогала сухую землю и пошла на кухню. Налила в стакан воды и полила растение.

Она отнесла стакан назад, тщательно ополоснула в раковине и убрала в посудник.

Больше ей нечего было тут делать, но Хината, сама не зная отчего, никогда не спешила покидать квартиру Неджи. Ей было здесь удивительно спокойно.

Хината прошлась по маленькой комнате, присела на жесткую постель и осторожно провела пальцами по покрывалу.

Неджи рос стремительно. Его навыки, техники, скорость и, главное, инстинктивное умение их применить уже принесли ему ранг джоунина. Хината сдала на чунина почти год назад, но до высот кузена ей было все так же далеко.

Хината пододвинулась к стене, забираясь на постель Неджи с ногами. Обхватила коленки руками и прислушалась к тишине.

За окном раздавались привычные звуки: катились повозки, шумели прохожие, кричали птицы.

А Хината Хьюга, наследница клана и чунин Конохи, сидела на постели своего кузена в пустой квартире.

Она ужасно соскучилась по Неджи. Его не было больше недели, и Хинате не хватало привычных тренировок, саркастично-шутливого взгляда и странного, едва уловимого ощущения спокойствия, которое появлялось, когда Неджи был рядом.

Хината осмотрелась кругом. Ей нравилось бывать тут еще и потому, что, имея доступ к жилью Неджи, несмотря на то, что он так и не стал жить в квартале Хьюга, Хината чувствовала себя вовлеченной в его жизнь. Словно кузен, отдав ей ключи от хлипкой двери, которую она могла выбить одним ударом, открывал ей кусочек своего мира.

Хината перевела взгляд на стену около книжной полки. Там висело несколько фотографий. Родители Неджи, его мать с ним на руках и его команда. Улыбчивый Гай-сенсей, симпатичная Тен-Тен, воодушевленный Ли и снисходительный Неджи.

У нее было такое же фото. Нежно улыбающаяся Куренай-сенсей, яростно скалящийся Киба и Шино, привычно спрятавшийся в плащ. И она, скромно потупившаяся перед камерой.

Команда. За этим словом стояло многое. Доверие, уверенность в том, что тебе подставят плечо, длинные ночные засады и радость, когда после трехдневного марш-броска они вчетвером опускали гудевшие ноги в студеный ручеек в двух часах от Конохи. Хината помнила их синхронные облегченные вздохи как сейчас.

У Неджи тоже была команда, и он пропадал с ними неделями. Что он мог вспомнить из их походной жизни? Что ему грело сердце, когда он смотрел на это фото? Хината не знала. Она понимала, что чувствовать подобное недостойно, эгоистично, да и просто странно, но ничего не могла с собой поделать. Ей хотелось знать о Неджи больше. Быть в его жизни главнее, весомее сокомандников.

Ей не на что было жаловаться. Неджи регулярно помогал ей с тренировками, присутствовал на клановых собраниях и праздниках. Держался поблизости на их спонтанных сборищах с другими чунинами. На людях Хината и Неджи всегда были где-то поблизости друг от друга.

Но Хината особенно ценила редкие вечера, когда Неджи задерживался у них дома, чтобы выпить после тренировки чаю или поужинать, или совсем волшебные, но так редко выдающиеся длинные беседы на его кухне, когда Хината забиралась с ногами на стул и без смущения дула на горячий чай, нарушая все нормы приличий.

Они разговаривали про тренировки, про клан, про нового кавалера Ино, про все на свете, и Хината не боялась показаться ни слишком скромной, ни слишком распущенной. Неджи знал ее, с ним можно было быть самой собой, и от этого было так… особенно.

Хината вздохнула и сползла с постели. Аккуратно поправила покрывало. Подошла к Биджу, зачем-то еще раз коснулась влажной земли, испачкав пальцы.

В центре пробивался новый листок. Хината усмехнулась.

– Раз, два, три… – принялась считать она. – …девять. Девятихвостый.

Хинату кольнуло воспоминание. Светлые волосы, голубые глаза и громкий уверенный голос. Наруто…

Когда она получила чунина, ей и еще двоим юношам из клана, тоже сдавшим экзамен, старейшины клана устроили небольшую лекцию. Кто такие Хвостатые демоны, кто такие джинчурики и какой мощью обладают.

Когда мужчина безэмоционально перечислял известных джинчурики и их деревни, Хината слушала, как всегда – внимательно, усердно, стараясь все запомнить. Эта информация была из разряда «закрытых», но клан Хьюга сам решал, что должны знать его члены.

– Коноха владеет сильнейшим биджу – Девятихвостым, – провозгласил мужчина в темном юката. – Сейчас джинчурики является Узумаки Наруто.

Хината помнила, как он произнес имя, но совершенно не помнила, как она вышла из комнаты, когда их отпустили.

Наруто – джинчурики Девятихвостого. Киба и Шино в тот день на тренировке обсуждали новые пилюли для Акамару, а Хината, кружась в вихре собственной чакры, думала только об одном. Наруто – джинчурики Девятихвостого.

Она не могла понять, что это значит. Фактически понимала, но не могла осознать. Внутри Наруто… демон?

В тот вечер она пошла с тренировки не домой, а пришла к Неджи. Растерянная и напуганная, она только посмотрела на него, и он все понял.

– Хаору-сан прочитал вам небольшую лекцию, – констатировал Неджи, посторонился, пропуская ее в квартиру, и активировал бъякуган на пару секунд.

Хината прошла на кухню и забралась на стул с ногами.

– Неджи… – прошептала она и почувствовала, как постыдные слезы испуга и жалости подбираются к глазам. Ей было до щемящей боли жалко Наруто, но одновременно эта новость словно испачкала его такой светлый, такой яркий образ, который она бережно хранила в сердце. – Как же так?

Неджи смотрел на нее, и Хината, подняв на него растерянный взгляд, на мгновение увидела жесткий, почти мстительный блеск в его глазах. Но кузен тут же отвел глаза.

– Когда я сдал чунина, мне тоже рассказали. Впрочем, я не был так удивлен, как вы. На первом экзамене на чунина, во время боя, я… видел что-то. Тогда я не понял, что это было, но когда узнал – все встало на свои места.

– Почему Наруто-кун?.. – спросила Хината, не особо надеясь на ответ.

– Его мать была джинчурики до него.

Хината, онемев, во все глаза смотрела на Неджи:

– Откуда ты знаешь?

Тот небрежно пожал плечами.

– Знаю. Когда-то стоял на посту рядом с закрытыми архивами, позволил себе немного любопытства.

Хината против воли улыбнулась. Ох уж это хьюговское «немного любопытства».

– Ты подглядел в секретные архивы? – сурово нахмурилась Хината.

– Сдадите меня Пятой, Хината-сама? – поддразнил Неджи и налил ей чашку чая.

– Нет, не сдам. Но помни – мне есть чем тебя шантажировать, – погрозила она пальцем.

– Буду с нетерпением ждать, когда вы пустите это оружие в ход, – в тон ей ответил Неджи, сел за стол и добавил: – Нет, правда, даже интересно.

Хината смущенно уткнулась в кружку. Она улыбнулась, но улыбка сползла с лица. Она снова вспомнила Наруто и нахмурилась.

– Это ничего не меняет, – сказал Неджи. – Наруто – он и есть Наруто. А это… просто факт. Ваше отношение к нему гораздо важнее, чем он сам.

– Да, ты прав. Как всегда. Это совсем как с нашими печатями, – проговорила Хината, задумчиво поворачивая чашку. – К ним относятся как к позорному клейму, а на деле… Это просто факт и только.

– Именно, – с секундной задержкой ответил Неджи и вдруг улыбнулся особенно тепло.

– Что? – удивилась Хината.

– Вы сказали «нашими». Обычно представители главной ветви так не говорят.

Хината смущенно зарделась.

– Я… я считаю, что это печати клана, а не младшей ветви. Они ведь влияют на весь клан. Упорядочивают его и защищают. В первую очередь защищают, – проговорила Хината.

– Если бы все в старшей ветви думали, как вы, Хината-сама, – хмыкнул Неджи.

В тот вечер Хината вышла от Неджи затемно и на душе у нее было легко. Наруто – джинчурики, и это ничего не меняло в ее отношении к нему. Так решила Хината.

Она осторожно дотронулась до светло-зеленого новенького «хвоста биджу» .

Девять. Наруто не было в деревне уже два с половиной года, и Хината часто ловила себя на мысли, что толком не помнит его. Наруто превратился в славный образ с давнишней открытки, и только встречи с Сакурой или Какаши-сенсеем напоминали, что команда номер семь действительно была.

Хината вздохнула, еще раз с тоской оглядела пустую квартиру Неджи и пошла в ванну помыть руки. Пока она споласкивала землю с пальцев, кто-то запрыгнул на подоконник комнаты. Хината услышала едва слышный шорох сандалий и тихий звон оружия в ножнах.

Хината с радостной улыбкой выскочила в комнату. Неджи вернулся!

Тен-Тен по-хозяйски спрыгнула на пол и кинула на постель Неджи свитки, прикрепленные на манер ранца к спине.

– Хината? – изумилась она.

– Тен-Тен, – довольно холодно поприветствовала Хината.

Они замерли на секунду, рассматривая друг друга. Снисходительно улыбчивая Тен-Тен и холодно-вежливая Хината.

И ни одна не спросила, что другая тут делает.

– Зашла цветок полить? – Тен-Тен кивнула на Биджу, стянула пыльные сандалии пятками и, поставив стопу на постель Неджи, стала сматывать ленты и выгребать из потайных карманов сюрикены.

Хината, онемев, смотрела, как напарница кузена раздевается в его комнате. Холод пробрался куда-то в грудь, и Хината, словно бесчувственная заледеневшая кукла, не выказывала ни смущения, ни удивления, ни ярости.

– Да, Биджу нужно немного заботы, – неискренне улыбнулась Хината. Она и не знала, что может так хладнокровно поддерживать беседу, когда внутри все кипело.

– Ага. – Тен-Тен вызывающе расстегнула рубашку и, сняв, небрежно бросила на подушку Неджи. Хината проследила, как кофточка оседает на постели, и этот простой жест вдруг ударил ее так сильно, словно кунай между ребер воткнули.

Тен-тен осталась в черном топе-бюстгалтере и взялась за ремень шаровар.

– Неджи вернулся? – спросила Хината, отводя взгляд. Все правила приличий кричали ей откланяться и уйти, но отчего-то она не могла. Уйти – значило сдаться, проиграть, капитулировать. Хината чувствовала это всей душой. Она не смела признаться, что за игру они ведут с Тен-Тен, но все эти годы напарница кузена недолюбливала Хинату, и однажды это стало взаимным.

Тен-Тен была веселой, симпатичной, изобретательной и талантливой куноичи. И с недавних пор ничто из этого списка не радовало Хинату.

– Конечно. Я же вернулась, – усмехнулась Тен-Тен и, выскользнув из шаровар, осталась в одном белье. Хината мельком отметила ее подтянутую спортивную фигуру. Небольшая грудь, плоский живот и сильные гладкие бедра.

– Ранг А так выматывает, – доверительно сообщила Тен-Тен. Хината мысленно отметила эту шпильку. Конечно, в ее команде уже два джоунина и миссии им дают самые ответственные.

Тен-Тен подошла к шкафу, по-хозяйски открыла его и уверенным жестом достала с одной из полок банное полотенце. Хината мимолетно представила, как она могла бы хлопнуть дверцей и прищемить ей пальцы. Она опустила глаза на свои сандалии.

– А у меня для тебя новости. Хорошие. Угадай, с кем мы были на миссии?

Хината изобразила полное недоумение, хотя честным было бы безразличие.

– С Наруто! – сообщила Тен-Тен торжественно и внимательно проследила за реакцией Хинаты. Сердце екнуло в груди, застучав быстрее. Хината почувствовала, как ее щеки заливает румянец. – Он вернулся. Здорово, правда? Ты, наверное, очень рада.

Хината, несмотря на полыхающее лицо, глянула на Тен-Тен так, что напарница Неджи прикусила язык. Да, ее влюбленность в Наруто давно была всеобщим достоянием, но Хината не собиралась обсуждать ее. Тем более с Тен-Тен.

– Да, я очень рада, – тихо поддакнула Хината.

– Я так и думала.

Тен-Тен прошла мимо, обдав ее запахом дыма от костра, и, щелкнув выключателем, зашла в ванную. Зашумела вода.

«Это может ничего не значить. Просто от штаба до квартиры Неджи ближе, чем до дома Тен-Тен…» – попыталась мысленно утешить себя Хината. На постели Неджи ворохом лежали девичьи одежки. Хината вышла в прихожую, обулась и, протянув руку за ключами, замерла. Может быть… стоит оставить их. Может, ей уже нельзя вот так приходить к Неджи…

Хината выпрямилась и медленно положила ключи себе в карман. Она отдаст их. Если Неджи ее об этом попросит. Не раньше.

Хината вышла, аккуратно захлопнув за собой дверь.

Свадьбы в клане Хьюга обычно праздновали не слишком пышно. Посторонних не приглашали, большие банкеты не закатывали.

Но только не эту.

Начиналось все как обычно. Традиционные наряды жениха и невесты, родители и глава клана за спиной молодых и клан, как всегда разделенный на две половины. Справа главная семья, слева побочная.

И все же эта свадьба разительно отличалась от прочих, на которых не раз приходилось бывать Хинате.

Брак заключался между двумя членами главной ветви, поэтому событие приравнивняли к торжественному и присутствовали все Хьюга, которые находились не на миссиях.

Невеста в белом кимоно аккуратно трижды отпила из чаши, потом то же самое сделал жених. Ударили барабаны.

Вся церемония была размерена, привычна и почти обыденна.

Хината стояла в первом ряду гостей в шелковом кимоно. Утром служанки накрутили ей на голове сложную прическу и все о чем думала наследница Хьюга это как бы поскорее вытащить эти маленькие пыточные инструменты под названием шпильки из головы. Правда же, они заслуживали быть включенными в арсенал Ибики-сана.

Рядом поерзывала в непривычной одежде Ханаби. Отец, величавый и отстраненный, стоял между родителями новобрачных.

На другой стороне гостей, с самого края, неприметный и сливающийся с такими же белокожими темноволосыми мужчинами и женщинами, стоял Неджи. Хината, старательно изображающая увлеченность скучной церемонией, несколько раз встретилась глазами с кузеном и улыбнулась ему.

После церемонии в доме жениха родня устроила настоящий банкет на свежем воздухе. Конечно, иногда устраивали пышные празднества, но скорее ради того, чтобы поддержать престиж семьи. Обычно подобное расточительство не приветствовалось, но в этот раз традиции были попраны. Среди гостей Хината заметила даже несколько незнакомых лиц. Молодожены пригласили своих товарищей, не членов клана. Обычно такое не практиковалось. Клановый брак – клановое дело. Может быть, именно поэтому старейшины главной ветви неодобрительно косились на новобрачных и обменивались многозначительными взглядами.

Хината была раздосадована. Вчера она совсем забыла предупредить товарищей, и ровно в девять, когда ей в четыре руки укладывали волосы, вокруг лица начал крутиться неспроста навязчивый жук. Хината прикусила губу и сдула его прочь. И вот теперь она отвечала на поклоны, желала счастья молодым и послушно изображала благопристойность и воспитанность, а сама переживала, что так некрасиво обошлась с напарниками. Надо же быть такой забывчивой!

Хината, стоя в тени, смотрела на молодоженов и не могла понять, что в них не так, чем они отличаются от всех прочих пар, на свадьбы которых она имела сомнительное удовольствие смотреть с четырех лет.

– Они улыбаются, – раздался над ухом голос, и Хината с улыбкой обернулась.

Неджи встал рядом и протянул ей чашечку.

– Саке? – нахмурилась Хината.

– Вода. А что, вам настолько скучно?

Хината усмехнулась и с удовольствием выпила воду.

– Ты прав. Улыбаются. Похоже, они счастливы. Это грустно, что это так нехарактерно для наших свадеб.

– Для ваших – да. У нас свадьбы проходят повеселее.

«У нас» означало – в побочной ветви. На свадьбы побочной ветви клана, не обремененные необходимостью поддерживать чистоту крови, Хинате было ходить не обязательно. Иными словами, ее никто не приглашал.

– Когда-нибудь и мы так же будем стоять, можешь в это поверить? – задумчиво сказала Хината, глядя на счастливых молодоженов, позирующих фотографу на фоне живописной беседки.

Неджи медленно повернул голову и уставился на Хинату.

– Что?

– Говоря «мы», вы подразумеваете нас с вами? – насмешливо уточнил Неджи.

Хината, поняв, что сморозила, залилась такой краской, что Неджи рассмеялся.

Несколько человек неодобрительно глянули в их сторону. Хината заметила это сразу, она всегда замечала взгляды и внимание. Не всем нравилась дружба наследницы и признанного гения побочной семьи. Старейшины главной ветви всегда помнили экзамен на чунина и то, что Неджи ранил Хинату, а главы младшей семьи ревностно оберегали свой бриллиант и не желали, чтобы Неджи сильно сближался с семьей Хиаши.

– Похоже, нас спешат растащить по углам, – тихо сказал Неджи, отпив воды из чашки.

Через мгновение перед ним возникла ослепительная Хитоми и попросила показать сад. Как Неджи ей должен показывать сад в чужом доме, похоже, не интересовало никого. Потому что к Хинате уже спешил Кё, уверяя, что она должна попробовать закуски.

Празднество растянулось до вечера. Когда наконец гости стали расходиться и Хината отвешивала последние поклоны, собираясь уйти, Хиаши придержал за плечо Неджи, проходящего мимо.

– Неджи. Проводи, пожалуйста, Хинату. – Праздновали они ровно в пяти минутах ходьбы от дома, и Хината собиралась уходить вместе с Ханаби. – Мы с Ханаби останемся попробовать торт.

– Хорошо, Хиаши-сама, – коротко поклонился Неджи. Хината не удержалась, посмотрела на отца и на короткое мгновение ей показалось, что он подмигнул ей. Что бы это ни значило, Хината была рада прогуляться с Неджи.

Они вышли из ворот дома и неспеша побрели по улице. Хината не видела Неджи с его возвращения с миссии три дня назад. Разговор с Тен-Тен в его квартире оставил странный душноватый осадок, и Хината не решалась искать встречи.

– Вы торопитесь? – спросил Неджи.

– Нет, мы сейчас без миссий. Куренай-сенсей приболела. Так что… – Хината с уколом вины вспомнила о пропущенной тренировке с Кибой и Шино.

– Тогда предлагаю пойти в деревню и всех шокировать вашим видом.

Хината вопросительно подняла брови.

– Вам не говорили? Вы сегодня очень красивы, Хината-сама. Нельзя запирать такую красоту в клане Хьюга. Нужно нести ее людям.

Хината смущенно улыбнулась. Вообще-то ей говорили сегодня много комплиментов, но Хината была уверена, что они были не совсем искренними. Ее статус наследницы заставлял всех членов клана относиться к ней уважительно и, конечно же, хвалить. От Неджи слышать комплименты было в сто раз приятнее чем от других, в том числе и потому, что он не стал бы говорить их только из вежливости.

– Что ж, тогда прошу сопроводить меня куда-нибудь. – Хината взяла Неджи под руку. Он тоже кстати говоря выглядел необычайно статно в парадном хакама и белоснежной рубашке. Однако на его одежде не было ни одного мона. Хината покосилась на вышитый лепесток огня у себя на рукаве. Неджи не позволялось носить мон Хьюга. Хината мотнула головой желая выкинуть эти мысли из головы. Одна из шпилек в очередной раз чувствительно впилась в кожу.

– Ай! – скривилась Хината подняла было руку к голове и тут же одернула. Поправлять волосы прилюдно – это никуда не годилось. – Съедим данго? Раз уж я лишила тебя торта?

– Почему бы и нет.

Они вышли из квартала, и Хината все еще держала Неджи под руку. Наверное, это было наглостью с ее стороны, но, кажется, он не возражал.

На первой же людной улице на них начали беззастенчиво таращиться.

Хината съежилась было, но Неджи легонько сжал ее руку и шепнул:

– Королевское величие Хьюга, Хината-сама!

Хината прыснула и легонько ткнула его локтем. И все же он был прав. Она была наследница клана, в парадном кимоно с гордым моном. Она просто не могла ссутулиться и проскользнуть по улице незамеченной в таком виде. Она не имела права даже попытаться это сделать.

Неджи шел спокойно, и Хината приноровившись к его шагу, подняла подбородок и с легкой улыбкой принялась игнорировать любопытные взгляды.

Это напоминало игру, словно она надела хенге. Она знала как должна была выглядеть: величаво, чуть отстраненно, но не заносчиво. В меру манер, в меру дружелюбия. Всего в меру.

Она не была идеальной наследницей Хьюга, но именно в этот момент Хината поняла, что она вполне способна ей притвориться.

Они зашли в открытое кафе и устроились за столиком.

Посетители с любопытством смотрели на удивительную пару: подростки с прозрачными глазами, в парадной одежде, с нарочито изысканными манерами и независимым видом.

Внимательно изучив меню, Неджи слегка заносчиво сделал заказ. Хината не удержалась и рассмеялась, спрятав улыбку за меню. Неджи был ведь совсем не таким, ему было чуждо все это клановое высокомерие, однако он подыгрывал ей, и подыгрывал мастерски.

Девушка-официантка должно быть догадалась об их игре, потому что когда Хината приподняв брови недовольно заказывала чай, она уже не хмурилась, а откровенно потешалась.

– Ну вот. Мы настоящие Хьюга, – подытожил Неджи, когда официантка принесла чай и удалилась.

– Да уж. Клан может нами гордиться. – Хината подняла чашку и они отсалютовали друг другу.

На Коноху опустился теплый вечер. Гуляющие прохожие продолжали заинтересованно поглядывать на них, а Неджи с Хинатой неспеша расправлялись с данго и болтали.

И вдруг Хинату кольнуло что-то. Она повернулась и встретилась глазами с Кибой.

Напарник стоял на другой стороне улицы, держа пакет с продуктами. Он был в чунинском жилете, к бедру привычно прижимался Акамару, а старшая сестра, идущая на шаг впереди, что-то увлеченно обсуждала с незнакомой девушкой.

Киба не кивнул ей, не махнул приветственно рукой. Он медленно, вдумчиво осмотрел ее с ног до головы, от высокой прически с канзаши до низа кимоно. Перевел взгляд на Неджи, неодобрительно оценив и его непривычный вид.

Неджи повернул голову в его сторону. Киба отвернулся и пошел по улице своей дорогой.

Хината онемела. Она на мгновение представила, что сказала бы Кибе, если бы он подошел. Что сегодня весь день она провела на свадьбе и поэтому не появилась на тренировке, а этот наряд – это всего лишь дань традициям. Что она все та же, Хината из команды восемь.

Но Киба не подошел, и все ее объяснения оказались никому не нужны.

Хинате вдруг стало так больно, словно напарник обвинил ее и обвинил не без причины.

Шпилька снова процарапала кожу, и Хината сморщилась от боли. Попирая все правила хорошего тона, запустила руку в волосы и попыталась сдвинуть мучительницу куда-нибудь.

– Ах, проклятая прическа! – прошипела она, прекрасно понимая, что ее досада вызвана вовсе не этим.

– Все в порядке?

– Нет. Неджи, пойдем… Пожалуйста, пойдем куда-нибудь.

Хината смущенно огляделась кругом. Ее притворства еще хватило на то, чтобы величаво выйти с веранды кафе и пройти до ближайшего переулка, в котором было уже не так много народу.

Хината сморщилась и снова поправила прическу.

– В чем дело? – насторожился Неджи.

– Мне больно, – прошептала Хината, чуть не плача. Конечно, ей было больно, но не настолько, чтобы плакать. Слезы подкатывали от странного щемящего чувства потери. Она не могла быть наследницей Хьюга и чунином команды восемь. По крайней мере, одновременно.

– Где? – Неджи развернул ее к себе спиной. Его пальцы дотронулись до волос. В переулок завернул очередной прохожий, и Хината отскочила от кузена.

Мужчина заинтересованно глянул на них и прошел мимо.

Неджи нахмуренно смотрел на Хинату.

– Пойдем, – сказал он, и Хината покорно пошла за ним.

Она думала, что они пойдут в квартал, но квартира Неджи была ближе. Поднялись по лестнице. Неджи звякнул ключами в руке, открыл дверь и посторонился, пропуская ее вперед. Хината замешкалась. Вообще-то так поздно вечером Хината никогда не была у Неджи. И если заскочить в окно в тренировочной одежде было обычным делом, то сейчас в тяжелом шелковом кимоно зайти в его квартиру на ночь глядя было как-то… неприлично.

Неджи недоуменно приподнял брови. Хината, вздохнув, зашла внутрь. Сняла обувь и прошла на кухню. Это было привычным. Как-то так вышло, что они всегда сидели именно на кухоньке, потому что в комнате была только постель и сидеть на ней было бы неловко.

Неджи зажег свет. Хината села на стул и тут же почувствовала тонкое изменение в чакре. Неджи встал за ее спиной и зажег в глазах бъякуган.

– Ого, да у вас тут целый арсенал, Хината-сама. Больше никогда не буду недооценивать нарядно одетых куноичи. – Он аккуратно вытащил первую, самую крупную канзаши с лепестками сирени и положил на стол.

– О боги! – выдохнула Хината от облегчения. Пальцы Неджи в ее волосах двигались уверенно, но очень осторожно. Шпильки, невидимки одна за другой оказывались на столе. Он не причинил ей ни малейшей боли, высвобождая пряди. Но когда попытался снять удерживающую высокий хвост резинку, Хината вздрогнула. Волосы так обмотались вокруг, так спутались, что освободить их без жертв было невозможно. Хината услышала шорох одежды и недоуменно повернулась. Неджи сдвинул рукав рубашки, достал закрепленный на руке кунай и тихо приказал.

– Не шевелись.

Хината наклонила голову и замерла. Сглотнула. Острая теплая сталь прижалась к ее волосам. Неджи сжал рукой высокий хвост и чуть потянул. Хината ничего не могла с собой поделать, но в этот момент просто закрыла глаза и откровенно наслаждалась властными прикосновениями.

Неджи осторожно разрезал резинку и ее волосы обрели, наконец, полную свободу. Слежавшиеся за весь день, они неохотно распадались, причиняя боль.

– А-а-а, – сморщилась Хината. И вдруг пальцы Неджи нырнули в ее волосы и, мягко массируя, заставили пряди рассыпаться. – Ох…

Хината откинула голову на спинку стула и позволила Неджи мягко уверенно помассировать всю голову.

– Весь день об этом мечтала, – шепнула она, блаженно закрыв глаза. Неджи ничего не ответил.

Еще несколько минут Хината нежилась в руках кузена.

– Хината, – Неджи мягко надавливал на ее кожу заставляя Хинату почти мурлыкать от удовольствия. – Пообещай мне одну вещь.

– Все что угодно, – расслабленно выдохнула Хината, подставляясь под его руки.

– Если на миссии ты встретишь кого-то из организации Акацуки, ты отступишь, не раздумывая.

Хината открыла глаза. Отстранилась. Пальцы Неджи нехотя отпустили ее волосы.

– О чем ты говоришь? – нахмурилась Хината. – Я шиноби Конохи. Я не могу «отступать, не раздумывая».