Текст книги "Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача (СИ)"

Автор книги: NikL

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Арней почувствовал, как земля уходит из-под его ног. Он увидел последний луч заходящего солнца, услышал крик Алины, а затем… тьма начала обволакивать его.

Парень полетел вниз, прямо в объятья Застывшей Бездны. В бесконечную пропасть. Ему показалось, что время начало замедляться, но вместе и с этим, с каждым мгновением, его надежда умирала.

Арней стиснул зубы. Закрыл глаза. Но не издал ни звука. Он молча продолжил падать вниз. Но перед этим успел схватить свой амулет.

Глава 3

Ветер свистел над головами, будто насмехаясь над мальчишками, которые стояли в оцепенении. Гарт – их главарь, с безразличным видом засунул руки в карманы и сплюнул в сторону обрыва. Его лицо выражало лишь легкую досаду, будто он только что раздавил жука, а не сбросил человека в Бездну.

– Ну и что? – произнёс он, пожимая плечами. – Так ему и надо. Кто его просил лезть?

Но остальные мальчишки не могли так просто отделаться от ужаса, который сжал их сердца. Фин, самый младший из них, схватился за голову и забормотал:

– Гарт, ты что наделал? Это же… это же убийство! Мы все теперь… мы все в деле!

Его голос дрожал, а глаза бегали от Гарта к пропасти и обратно. Он уже представлял, как его самого ведут к виселице, как взрослые смотрят на него с презрением…

– Заткнись! – рявкнул Гарт, но в его голосе впервые прозвучала нотка неуверенности. – Никто ничего не докажет. Туман, ночь… кто его найдёт? Тем более он свалился прямо в Бездну. Оттуда нет возврата.

– Но Алина… – прошептал брат Фина, самый высокий из мальчишек, но сейчас он казался маленьким и жалким. – Она всё видела. Она расскажет…

Все взгляды устремились на Алину, которая стояла в стороне, прижавшись к одиноко стоящему и высохшему дереву. Её лицо было бледным, а глаза широко раскрыты от ужаса. Она смотрела на Гарта в оцепенении и не моргала.

– Алина, – начал Гарт, подходя к ней с наигранной улыбкой. – Ты же ничего не скажешь, да? Мы же все свои, правда?

Она молчала, и напряженно следила за каждым движением сына кузнеца.

– Гарт, она не наша! – закричал Бобер, уже почти в истерике. – Она нас ненавидит! Мы её всё время обижали, а теперь… теперь она нас всех сдаст! Её надо туда же!

– Я сказал, я всё решу! – заорал Гарт, но в его глазах мелькнула тень страха. Он резко повернулся к Алине. – Ты только попробуй кому-то слово сказать! Я тебя…

Он не договорил, но угроза висела в воздухе.

Алина поняла, что ему гораздо проще будет и её сбросить туда же, чем надеяться, что она никому не расскажет.

– Вы все монстры… – прошептала она.

– Ты ничего и никому не расскажешь. – Прошипел Гарт, приближаясь к Алине. – Никто и не поверит.

* * *

Сначала был шок.

Потом попытка осознания, что всё это реальность. Что это не сон и не глупая шутка богов.

А потом пришел страх.

Я упал? Упал в Застывшую Бездну?

Это… разве это возможно?

Но тогда почему я жив?

А может быть так и должно быть⁈

Я… где я?

Я не просто оказался в месте, где нет света. Здесь царила тьма. Именно тьма. И именно царила!

Здесь нет неба, нет земли. По крайней мере, я не чувствую её. Нет стен. Нет горизонта. Но самое пугающее было не это.

Тьма… которая окружала меня. Она не просто присутствует здесь, словно живая. Она проникает внутрь, заполняет легкие, пробирается под кожу, обволакивает разум.

А ещё я понял, что в этом месте нет даже звука.

Точнее он есть, но тут же растворяется в этой бесконечной пустоте, словно капля в океане.

– Так, спокойно! – проговорил я, не слыша собственного голоса.

Я тут же постарался взять себя в руки.

– Раз я всё ещё жив, значит… всё это можно исправить. Ещё не всё потеряно!

От осознания происходящего, я начал учащенно дышать, но воздух показался густым. Слишком тяжелым. Словно эта тьма сопротивляется мне.

– Стоп! А как я сюда попал⁈ – Мысли по какой-то причине начали путаться. – И сколько уже прошло времени? Минута? Год?

Я попытался куда-нибудь пройти.

Вперед.

Назад.

Хоть куда-то.

Получилось?

Не известно.

Страх начал накатывать волнами, до тошноты. А потом он плавно перетек в отчаяние. Холодное и безжалостное.

– Здесь есть кто-то⁈ – Попытался прокричать я с непонятным успехом.

Тишина. Не просто гробовая. Обволакивающая и густая.

Я принялся идти вперед, выставив перед собой руки.

Сколько я так шел было непонятно. Зато спустя неопределенное количество времени, мне показалось, что пришло странное спокойствие. Только вот оно не принесло облегчения.

Остановившись, я закрыл глаза, хотя это самое бессмысленное и бесполезное действие, которое можно было придумать. Ведь вокруг абсолютная тьма. Но я сделал это машинально, чтобы прислушаться. Только не к окружающему пространству, а к себе.

Сердцебиение. Дыхание. Мысли. Они здесь мои единственные спутники.

И вот спустя ещё какое-то время, я почувствовал это. Небольшой, едва уловимый импульс. Это не свет, не звук, не надежда. Это что-то другое. Что-то внутри меня. Что-то, что не принадлежит этой тьме. А значит не всё так плохо.

А потом я ощутил амулет, зажатый в моей руке!

– Хорошо. Это хорошо…

Я пытался сам себя утешить. Найти хоть какой-то лучик света. Хотя понимал, что это бессмысленно. Любой свет здесь, как и надежда, будет пожрана мгновенно. И всё же…

Спустя ещё некоторое время я услышал шаркающие шаги и сухое бормотание. Еле заметное. Будто шелест листьев, перекатывающихся по высушенной земле. Но каждый звук кажется обрывком чьей-то забытой речи.

– Эй! – Тут же воскликнул я, чтобы привлечь постороннее внимание. Но никакого ответа не последовало. – Эй! Кто здесь⁈ Меня Арней зовут. А тебя?

Тишина.

Страх.

Отчаяние.

Тишина. А потом снова шарканье.

И вот спустя ещё сколько-то времени, я начал слышать голоса. Сперва мне казалось, что это галлюцинации. Но потом я понял, что голоса точно есть. Но они словно и не живые. Словно принадлежат не людям, а чему-то бездушному…

– Выход… – прозвучало прямо возле моего уха.

Я резко дернулся и машинально отмахнулся. Однако рука не встретила никакого сопротивления. Только пустота.

– Выход… – голос повторился, но уже чуточку дальше. – Я должен найти выход. Мне необходимо выбраться.

– Я должен попасть на свободу. – Раздался другой голос с противоположной стороны.

– А-а⁈ – Я развернулся вокруг своей оси, но, естественно, так и не смог ничего не разглядеть и нащупать.

– Моя семья… – Продолжал уже другой голос. – Как же они без меня? Сколько я уже здесь лет? Сотни?

– Тысяча.

– Выход?..

А потом началось и вовсе что-то неразборчивое. Что-то слабо напоминающее человеческую речь.

– Тысяча лет? – Повторил я зачем-то.

И тут начал появляться не просто страх смерти. Скорее страх бесконечности. Вечных скитаний! Эта штука куда страшнее. Только вот…

Я сделал глубокий вдох и снова прикрыл глаза. Пусть от этого ничего и не меняется, но это машинальная привычка, от которой мне становилось легче.

– Выход? – Проговорил я, словно бы повторяя за каким-то неизвестным мне скитальцем. – Так здесь… люди здесь не умирают… они продолжают жить? Вечно… В поисках выхода?

– Отсюда нет выхода! – Неожиданно раздался ясный голос, который обволакивал всё пространство. Этот голос принадлежал однозначно кому-то другому. Точно не этим бедолагам, которые вечно бродили по темноте. – Здесь нет надежды. Нет ничего. Только тьма.

– Тьма? Кто это разговаривает? – Попытался уточнить я.

– Не переживай об этом. – Тут мне показалось, что голос начал насмехаться надо мной. – Тебе не об этом стоит думать.

– А тогда о чем?

– О том… как ты проведешь остаток бесконечности.

– Бесконечности?

– Да. Но не беспокойся. Мы не позволим тебе умереть! – И тут уже явно послышались издевательские нотки в голосе. – Мы будем подпитываться твоим горем и отчаянием. Ты здесь навечно. И выхода отсюда не найти!

– Кто вы? – Попытался я разузнать хоть что-то, но ответа не последовало.

Зато я снова начал слышать шарканье и сухое бормотание с разных сторон.

– Выход…

– Где же выход?

– Дайте мне свободу!

– Тебе не выбраться! – Снова раздался более ясный голос. На этот раз он прозвучал словно прямо в моей голове. И он оказался ужасающе ясным. – Ты здесь на тысячи лет! Сотни тысяч! Ведь здесь нет времени! Оно течет бесконечно медленно!

– Нет? Тогда как оно течет? Пусть и медленно… – задал я вопрос, который, по сути, не имел никакого значения. Но почему-то мне показалось, что это глупо. Выражение глупое. Либо же существо, которое разговаривает со мной, просто пытается запутать меня. Но зачем? Хотя и это тоже сейчас не столь важно.

Я начал идти вперед, а потом прошелся по кругу. А потом возможно назад… не знаю точно. Но я двигался долго, очень долго. Пока случайно не столкнулся с кем-то.

Это было очень странное и неожиданное ощущение. Но после этого ничего не произошло. Абсолютно. И тут я понял, что практически всё сказанное неизвестным существом – правда.

Отсюда нет выхода. А если и есть, то мне его никогда в жизни не найти.

А ещё время… я не мог этого объяснить. Но всем своим нутром ощущал, что течение времени здесь не такое, как в нашем мире. Возможно, поэтому окружающие существа и говорят, что люди блуждают здесь тысячелетиями. Возможно, это просто ощущается так. Или… не знаю. Слишком мало информации.

– Ну, раз так…

Я снова сделал глубокий вдох, а потом остановился, чтобы подумать. Мысли текли очень тяжело. Словно пробирались сквозь густую глину. Или болото.

Пусть люди, которые по какой-то причине попали сюда и пытаются найти выход. Но мне это ни к чему.

Да… тьма здесь очень пугающая. Но я не боюсь. Ведь я знаю, что лишь самые смелые способны увидеть красоту ночи.

Пусть я и оказался в плену. Но даже так… я уверен, что можно найти пользу и от этого.

От своих непостижимых мыслей, которые граничили с безумием, мне стало не по себе. Однако, сам для себя, я решил пойти по другому пути. Вместо того, чтобы вечно искать выход, я решил найти силу.

– Да. Я обязан быть сильным! Ведь я обещал! Даже в такой ситуации, я не собираюсь сдаваться просто так!

Проговорил вслух сам для себя, после чего поднял голову наверх, пытаясь разглядеть звезды.

Хм. Какая глупость… Ночь сегодня беспощадно темная. Теперь точно.

Куда бы я не смотрел, везде одно и тоже. Тьма.

– Я должен выбраться наружу – прошаркав рядом со мной, произнес кто-то высохшим, хриплым голосом.

– Выход…

– Я должен выбраться… – Повторил кто-то другой.

– А я… – слова сами собой вырвались из моей глотки. – Я должен стать сильнее.

– Глупец! – Неожиданно раздался всё тот же жуткий голос.

Этот голос… он словно бы жил внутри меня и имел своё сознание.

– Тебе никогда не выбраться отсюда! Отсюда нет выхода! Здесь нет света. Нет надежды! Нет даже боли и страданий. Только отчаяние… Отсюда нет выхода! – повторил голос в моей голове. – Здесь нет течения времени. Ты навечно останешься скитальцем во тьме! Будешь заточен здесь! Отсюда нет выхода…

– Нет выхода.

– Нет! ВЫХОДА!!!

Словно эхом разнеслись эти слова, но уже десятками разных отголосков.

– Нет выхода…

– Выход… я не ищу выхода. – Произнес я, выставив левую ногу чуть вперед, как я всегда это делал, когда тренировался у себя во дворе на высохшем пне.

– Выход для слабаков. А я должен стать сильнее. – Проговорил я, еле шевеля губами.

Встал в стойку. Поднял обе руки, представляя в них свою привычную палку. И сделал первый взмах.

Я не видел себя, по очевидным причинам. Не видел своей стойки. И не понимал, как на самом деле держусь. Видимо это было максимально неуклюже. Но меня нисколько не беспокоили подобные глупости.

Я сделал глубокий вдох и повторил свой удар. А потом ещё раз. И ещё.

– Глу-у-у-пе-е-е-ец… – Прохрипел голос так, словно бы он был удовлетворен. – Отсюда нет выхода!

– Это я уже слышал. – Произнес я, повторив свой импровизированный удар по воздуху. – И время здесь не течет… правильно?

Я не видел себя. По очевидным причинам…

Не видел импровизированного оружия в руках.

Не видел своей стойки.

Но я точно знал, что на моем лице появилась странная улыбка. Улыбка, которая могла бы напугать любого нормального человека. Только вот её никто не увидит.

Я не могу умереть?

Замечательно!

Отсюда нет выхода?

Плевать!

Зато… я могу стать сильнее! И это главное!

– Ты позна-а-аешь отча-а-аяние! – Прошипел какой-то новый голос.

– Отчаяние? – На моем лице вновь появилась странная улыбка. Или же она никуда и не уходила? – Я прекрасно знаю, что это такое. И…

Удар!

– Я…

Ещё один удар.

– Больше…

Снова удар.

– Никогда…

Замах… и удар!

– Не впаду… В ОТЧАЯНИЕ!

Удар.

– Я буду сильным.

Глава 4

Миллионы.

Десятки миллионов повторяющихся ударов.

Точнее… один и тот же удар. Раз за разом.

Сколько уже прошло времени?

Я не знал. Мог лишь примерно предполагать. Ведь я вел счет своим ударам, а не часам или дням, проведенным за тренировкой.

Конечно, я бы мог высчитывать, при желании. Но я не хотел этого делать по нескольким причинам.

Во-первых, в таком случае я мог бы сбиться со счета. Если бы начал задумываться и про себя считать.

А во-вторых, я не хотел пугаться этим устрашающим цифрам. Когда ты не до конца осознаешь происходящее, оно как-то легче. Но какой-либо счет надо вести обязательно. Иначе я мог бы просто потерять рассудок. Потерять сам себя. А для меня это было практически самое страшное. Страшнее только разве что остаться слабым.

– Двенадцать миллионов сто сорок пять тысяч восемьсот двадцать девять.

– Двенадцать миллионов… стоп или уже было тринадцать? Плевать!

Я продолжил счет, а потом неожиданно почувствовал, как какая-то мимо проходящая душа задела моё плечо. Подобное происходило крайне редко. И поэтому сейчас стало своеобразной неожиданностью.

Я скривился и на мгновение замер. А потом… попытался продолжить счет, после очередного имитационного удара, но не смог вспомнить точную цифру.

– Да ну гребаный стыд! – Неожиданно громко выругался я.

Сбился со счета из-за какого-то доходяги. Я мимолетно почувствовал злость и раздражение, отчего захотелось дать по башке этому бедолаге. Но злость быстро сменилась самым обычным негодованием. А потом я просто начал свой счет заново.

В конце концов, я же никуда не спешу.

От подобных мыслей я чуть было не рассмеялся.

Но было кое-что необычное во всем этом.

Возможно, мне просто показалось. Может быть, таким образом, разыгралось моё воображение, и я сам начал что-то выдумывать. Но в последние несколько сотен тысяч ударов, я словно бы почувствовал некие изменения.

А если быть точнее, мне начало казаться, будто после каждого удара я начал ощущать, как вокруг моих рук движутся потоки воздуха. Казалось бы – мелочь. Ведь это ничего не меняет. Но я ощутил некое воодушевление.

Ведь до этого множество… бесконечное число ударов… все были как один. А теперь я начал чувствовать что-то другое.

В реальном бою, подобное, скорее всего, не имело бы никакого значения. Какие-то там непонятные потоки воздуха. Но сейчас для меня было важно другое.

Я старался не сойти с ума.

Не потерять себя в этой темноте.

И я надеялся на то, что если я буду мыслить, размышлять, считать, пусть даже разговаривать сам с собой. Мне это поможет.

Для чего? Не знаю.

Рассчитываю, ли я выбраться отсюда?

Не уверен.

Но в любом случае, я не намерен умирать слабым! Поэтому я буду продолжать свои тренировки!

* * *

Пока в Застывшей Бездне проходили столетия.

В деревне Келдор продолжались всё те же сутки.

Алина стояла, словно вкопанная, её тело онемело от ужаса. Девушка смотрела в глаза Гарта и видела в них безумие. В них не было ни капли раскаяния, ни тени сомнения. Только холодная, безудержная ярость.

В таком состоянии он был готов на что угодно. И девушка не знала чего можно ожидать от сына кузнеца. Он и так уже переступил ту самую грань.

Однако просто промолчать… сделать вид, словно ничего не произошло, она не могла. Ведь только что он взял и убил человека. Настоящего, живого человека.

Гарт шагнул ближе. Его дыхание было тяжёлым, неровным. Он смотрел на неё, и в его взгляде читалась угроза. Алина почувствовала, как её страх усиливается.

– Ты же не расскажешь? Ведь так? – его голос был низким, хриплым, словно рычание зверя. Он схватил её за плечи и начал яростно трясти. Его пальцы впивались в её кожу, причиняя боль. – Ты ведь не предашь меня, Алина? Ты же понимаешь, что это было необходимо?

Алина чувствовала, как её страх перерастает в панику. Её мысли метались, пытаясь найти выход. Она не могла просто согласиться, не могла промолчать. Но и противостоять ему прямо сейчас она тоже не могла.

Сперва ей хотелось побежать домой, к маме. Рассказать ей всё, попросить помощи. Но она знала, что это ничего не даст. Они здесь чужие. Даже если мама поверит, что она сможет сделать против Гарта? Нет, в такой ситуации только один человек мог решить проблему – старейшина деревни. Его слово здесь значило больше, чем слово любого другого.

Алина мельком бросила взгляд на Гарта. Его лицо было искажено яростью, глаза горели, как у безумца. Она поняла, что у неё есть только один шанс. Один момент, чтобы действовать.

И она сделал свой шаг.

Девушка резко, изо всех сил, ударила его между ног.

Гарт застонал, его хватка ослабла, и он согнулся пополам.

Алина не стала ждать. Она развернулась и бросилась бежать. Её ноги, казалось, сами несли её вперёд, подальше от этого места, подальше от этих убийц. Она бежала, не оглядываясь, чувствуя, как ветер бьёт ей в лицо, как сердце готово вырваться из груди.

И пока она бежала, в её голове звучал только один вопрос: как всё это могло произойти?

Алина ворвалась в дом старейшины, едва переводя дыхание. Её волосы были растрёпаны, лицо бледное, а глаза широко раскрыты от ужаса. Она захлопнула за собой дверь, прислонилась к ней спиной, словно пытаясь защититься от всего мира, и начала говорить, сбивчиво, быстро, почти тараторя:

– Он убил! Он убил человека! Гарт… он… он… он столкнул Арнея в Застывшую Бездну. – После того, как она произнесла последнюю фразу, она замерла, словно до неё самой только что до конца дошло что случилось.

Гарт не просто убил человека. Он сделал это так, как в старину раньше наказывали самых провинившихся людей. Ходили легенды о том, что много лет назад данный вид наказания считался самым страшным.

– Что? – Удивленно уставился на неё старейшина деревни Келдор. – О чем ты говоришь, девочка?

– Я видела это своими глазами! Он… он был как зверь. Он не в себе! Его глаза горели! Я не знаю, что делать, он может прийти сюда, он может… – её голос дрожал, слова путались, но она не могла остановиться.

Старейшина, сидевший в кресле у печи, поднялся, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась тревога. Он подошёл к Алине, осторожно взял её за руки и мягко, но твёрдо сказал:

– Дыши, Алина. Дыши. Всё будет хорошо. Ты в безопасности здесь. Расскажи мне всё с самого начала, но сначала успокойся.

Алина попыталась сделать глубокий вдох, но её дыхание всё ещё было прерывистым. Она кивнула, чувствуя, как его спокойный голос немного успокаивает её. Она начала рассказывать, уже более связно, но всё ещё с дрожью в голосе:

– Гарт и Арней. Они повздорили. Гарт всегда относился к нему с презрением. Но сегодня… он выплеснул всю злость. Они с ребятами побили Арнея. А потом… – тут она замолчала. На её глаза начали накатывать слезы. Только сейчас она до конца осознала. – Прямо в Бездну…

Старейшина внимательно слушал, его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах читалась серьёзность. Когда Алина закончила, он кивнул и сказал:

– Хорошо, Алина. Ты всё сделала правильно. Молодец, что пришла ко мне. Оставайся здесь. Я разберусь с этим. Ни с кем не разговаривай и никому не открывай. Пока я не вернусь.

Он вышел из комнаты, оставив Алину одну. Она села на стул, её руки всё ещё дрожали. Через несколько минут старейшина вернулся. Его лицо было серьёзным, но он снова попытался успокоить её:

– Всё будет хорошо, Алина. Я уже начал действовать. Ты в безопасности.

Когда старейшина в очередной раз вышел, на этот раз чтобы поговорить с кем-то у входа, она тихо поднялась и подкралась к двери. Она знала, что подслушивать неправильно, но ей нужно было знать, что происходит.

За дверью она услышала голос старейшины и ещё один, грубый и низкий. Это был отец Гарта, кузнец Гарольд. Его голос звучал напряжённо:

– Что происходит? Почему ты вызвал меня?

– Твой сын, Гарт, – тихо проговорил старейшина. – Он совершил убийство. И есть свидетель.

– Что? – голос кузнеца стал резким. – Это ложь! Гарт не мог…

– Есть свидетель, – перебил старейшина. – Ты и сам знаешь, что мог. Он убил Арнея. – Тут старейшина немного выждал, после чего продолжил ещё более пониженным голосом. Отчего Алина уже еле разбирала слова. – Он скинул паренька в Застывшую Бездну.

Кузнец ничего не ответил. Но казалось, зашипел от негодования. Да и без слов чувствовалось напряжение.

Алина прижалась к стене, её сердце бешено колотилось. Она слышала, как Гарольд начал спорить, его голос становился всё громче и агрессивнее.

– Ты должен понять, – продолжил говорить старейшина. – Если люди узнают об этом. Даже не смотря на то, что это обычный сирота. Могут подняться волнения.

– Кто свидетель? – Резко спросил кузнец.

– Алина, из семьи Тимошеных.

Тут кузнец грязно выругался, но Алина не разобрала ни слова. Однако с каждой секундой тревога в её сердце всё больше и больше разрасталась.

– Что делать думаешь? – Неожиданно спросил старейшина, словно это кузнец здесь главный и решает вопросы.

– Надо закрыть им рот. – Жёстко проговорил тот.

– Договориться не получится?

– Ты же знаешь этих Тимошеных. Две тупых мымры, которые приехали сюда якобы из города. Стоят друг друга… и вечно строят из себя не пойми кого! Остальные-то люди может и поймут. Знают ведь, что наша деревня лишь благодаря кузнецу на плаву держится. А эти… Короче затыкать им рты нужно. Жестко. Иначе… ты же и сам понимаешь, что будет, если кто-то из них в город пожалуется. А предпосылки уже случались. Да и знакомые у них там наверное остались. Какие-никакие…

– Да брось ты. Думаешь, они настолько дуры? В город из-за этого сироты попрутся?

– А тут далеко ходить не надо. Сейчас идет ежегодный набор. Кто-то из городских может и сам мимо нашей деревеньки проезжать. А может и в несколько дворов заглянет. Понимаешь же?

– Хм. Ну да… – задумчиво хмыкнул старейшина. – Хотя к нам уже несколько лет не заезжали. Не выгодно крюк делать. Но всякое может быть…

В этот момент дверь в его дом с треском открылась и внутрь ещё кто-то зашел. И по первым же словам, Алина сразу поняла кто это. Её сердце тут же сжалось.

– Где эта сука? – Прорычал Гарт.

– Закрой свою пасть! – Рыкнул на него в ответ отец. – Ты уже наломал дров. А я теперь за тебя отдуваться должен!

Гарт насупился, но промолчал. Он тяжело дышал и явно еле сдерживался, чтобы не нагрубить своему отцу.

А у Алины глаза полезли на лоб. Она поняла, что просчиталась. Старейшина усыпил её бдительность, а теперь стал заодно с кузнецом. И что самое обидное – больше ей в этой деревни обратиться не к кому. Негде искать защиты. И из-за этого так же может пострадать и её мама. Ведь эти люди… такие как Гарт, пойдут до конца. Но было уже поздно что-либо менять.

– Так и что делать будем? – Снова заговорил старейшина в то время, как Алина принялась осматриваться по сторонам.

– Что-что? Объяснять что жизнь тяжелая штука. – С оскалом проговорил кузнец. – Порой и не такие беды случаются. С Тимошеной я сам разберусь. Местные поймут. Её слово против моего. Надо будет и языки поотрезаем, чтобы лишнего не сболтнули!

– А с её дочерью? Алиной? – Вмешался в разговор Гарт.

В этот момент возникла тяжелая пауза. А спустя несколько секунд кузнец продолжил говорить.

– Делай с ней, что хочешь. – Проговорил он. – Но чтобы она рта не раскрывала. Ты понял?

– Да. – Довольно ответил Гарт и проглотил слюну. – Я всё сделаю как надо.

* * *

После очередного удара я снова услышал Посторонних. Так я решил прозвать тех, кто изредка разговаривал со мной.

– Ты думаешь, что станешь сильнее? – засмеялись голоса. – Сильнее чего? Ты сражаешься с пустотой!

Я улыбнулся. Впервые за бесконечные годы мои губы дрогнули, и я произнёс:

– Я сражаюсь с собой.

Голоса замолчали. Ненадолго. Потом их смех стал громче, злее, отчаяннее.

– Твои тренировки бесполезны. Они никак не помогут! Ты ничего не достигнешь этой глупостью.

– Я учусь слышать тишину. – Ответил я, как ни в чем не бывало. – Чувствовать пустоту. И находить во всем этом силу.

– У тебя даже оружия нет. Ты машешь ниче-е-ем. – Протянул Посторонний.

– Моё тело станет оружием.

– Рано или поздно ты сойдешь с ума. Потеряешь свой рассудок. И тогда настанет на-а-ш ча-а-ас!

– Мой разум – щит! А дух непоколебим! Я буду тренироваться вечно!

– Ты никогда не выберешься отсюда! – отчаянно закричали десятки голосов. – Ты никогда не увидишь свет! Ты никогда не узнаешь, зачем всё это!

Я нанёс ещё один удар. Мои движения однозначно стали быстрее, резче, увереннее. Я чувствовал это, но не знал, сколько времени прошло. И сколько ещё пройдёт…

– Мне не нужен выход, – прошептал я. Мой голос зазвучал тихо, но твёрдо. – Мне не нужен свет. Мне даже не нужны ответы. Я просто стану сильнее.

Пространство загудело, голоса завыли, зашипели, но их насмешки уже не могли меня задеть. Я продолжал тренироваться. Один удар. Ещё один. И ещё.

Какой он там по счету?

Глава 5

Мой единственный удар был отточен настолько, что я уже перестал замечать, бью ли я вообще? Тело двигалось само по себе. Но вот счет… счет я не прекращал.

За всё это время, после миллионов повторений, этот удар превратился в рефлекс. Мышцы и суставы подстроились под это движение, сделав его максимально быстрым, точным, мощным.

Но изменения были не только в этом. Я так же начал чувствовать окружающее пространство. Мог представить, насколько далеко или близко ходят от меня обездоленные души. Иногда мне даже казалось, что я могу не дышать здесь. Но это было ошибочно.

– А ты интересный малый! – В пустом пространстве неожиданно раздался голос. И это было ново для меня. Ведь голос был женским.

И от этого голоса внутри меня что-то колыхнулось. Перед следующим ударом я замер на мгновение. А потом сделал глубокий вдох и продолжил.

– Мне надоело наблюдать за тем, как ты машешь пустыми руками! Держи! Рядом с тобой появилась палка. Найди её. – В этом голосе слышалось нечто игривое. Точно отличающееся от всего остального.

Но стоило ей произнести это как десятки, сотни голосов тут же недовольно забормотали, зашипели, заскрежетали.

Голоса тут же принялись протестовать.

– Не помогай ему!

– Что ты делаешь?

– Зачем ты даришь ему надежду⁈

– Пусть почувствует безысходность!

– Прекрати! Ты же покровительница отчаяния!

– Не давай надежду! Ты изменяешь себе!

– Шушушушшш…

– Я? Надежду? Аха-хах-ха! – Звонкий голос разнесся по всему пространству. Хотя здесь не было ни начала, ни конца. Но я почувствовал, как голос заполонил всё. Это было впервые. А спустя мгновение, женский голос продолжил говорить. – Я дарую лишь боль и отчаяние. А это просто палка. Не стоит искать скрытого смысла там, где его нет!

– И всё же!..

– Шишшш…

Голоса продолжали шипеть и протестовать, но я уже не обращал на них никакого внимания. Немного поразмыслив, я впервые за долгое время сдвинулся с места и направился к появившейся здесь палке. Я не видел её, но точно знал, где она лежит.

Безошибочно подойдя к ней, я наклонился и взял палку в руку. И вот в этот момент я впервые за долгое почувствовал ещё кое-что. В моей руке до сих пор был зажат амулет.

Что за амулет?

Мимолетно пронеслись мысли в моей голове.

Кажется, есть какие-то отголоски. Я вроде бы должен помнить что это такое. Но…

Почему этот амулет так важен для меня?

Сложно сказать.

Я вообще не помню, что это за амулет и почему цепляюсь за него. Знаю лишь, что не собираюсь отпускать.

По итогу, долго не думая, я переложил амулет так, чтобы он мне не мешал, и схватил палку обеими руками, поудобнее. И в этот же момент я почувствовал нечто странное.

Всё здесь было чужим. Инородным. Непривычным. Сколько бы сотен лет я здесь не провел. Тысячелетий. Всегда будет так. Я это чувствовал. Но данная палка… она словно бы была частью этого мира.

Я понял, что это ни на что не повлияет. Но мне стало интересно. Для чего какое-то существо подарило мне эту палку? А ещё я порадовался тому, что смог почувствовать что-то новое в своих руках.

Голоса продолжали негодовать и шипеть.

– Вы можете заткнуться⁈ – Неожиданно громко произнес я. Буквально рявкнул, сам того не ожидая. – Мешаете.

Я сделал удар и замер.

– Ваши ж головы да горному троллю в задницу. Снова со счета сбился. – Разочарованно продолжил говорить.

В этот момент я почувствовал как весь этот пустотный мир замер в недоумении.

– Человек⁈.. ты смеешь повышать на нас голос?

– Да завалитесь уже… – буркнул я уже значительно тише и принялся снова отрабатывать удары. Но на этот раз уже держа палку в руке.

Я почувствовал её вес. И это было просто великолепно. Непередаваемые чувства.

Первый взмах заставил появиться улыбку на моем лице.

– Раз. Два. Три…

Я начал производить отсчет выполненных ударов. Одного и того же удара. И при этом продолжал улыбаться. Странные голоса всё ещё негодовали и шипели, словно тысячи змей переплетающиеся в бесконечном танце, но слова их были холоднее льда. Однако я уже не обращал на них никакого внимания. Я был полностью поглощен тренировкой и делал своё дело.

– Сто тысяч семьсот девяносто три. Сто тысяч семьсот девяносто четыре…

– Ничего, мы подождем… ты поплатишься ещё, человек. Когда ты лишишься своего рассудка… когда надменная улыбка сойдет с твоего лица. Когда ты перестанешь понимать, кто ты такой. Когда отчаяние поглотит тебя, как эта тьма поглощает любой лучик надежды. Ликовать будем мы…

– Сто тысяч восемьсот двадцать пять. – Продолжал я отсчитывать каждый удар, который старался вымерять до миллиметра. Взмах. Траектория. Сила удара. Скорость. Всё повторялось раз за разом. Но я не отчаивался. Всё что мне оставалось – это продолжать тренировку, в надежде стать сильнее.

И я продолжал.

Я делал своё дело.

* * *

Не дожидаясь когда её схватят, Алина раскрыла окно и выпрыгнула из дома старейшины. Она хотела предупредить маму… но что дальше? Бежать из деревни? Или идти на поклон к этим недолюдям?

От одной только этой мысли её начало тошнить. Ведь дальше будет только хуже. Стоит Гарту почувствовать власть, как он станет ещё более жестоким и беспощадным. Он будет требовать полного подчинения, а тех, кто осмелится перечить, ждёт участь хуже смерти. Он уже показал, на что способен, и теперь, почувствовав безнаказанность, превратится в настоящего тирана. Деревня станет его личным владением, а люди – рабами, которые будут дрожать при одном его взгляде.

Он ещё хуже своего отца. Тот хотя бы не потерял рассудок.