Текст книги "Расслоение (СИ)"

Автор книги: Nezloi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 32 страниц)

Глава 24

Иванов.

Москва встретила нас снегопадами и кислыми лицами таможенников. Проверять нас особо тщательно не стали, так как мы прилетели не из‑за границы.

На стоянке при аэропорте нас ждал Николай Васильевич – на новеньком могучем джипе японского происхождения.

Шесть часов спустя не простой дороги мы наконец‑то прорвались сквозь снежные барханы и выбрались на очищенную площадку перед домом над убежищем.

Бункер был наполнен шумом и грохотом: где‑то за углом визжала болгарка, слышался грохот кувалды и забористый мат.

Коменданта Геннадия Захаровича мы встретили на втором ярусе, где он ругался с бригадиром строителей из‑за перерасхода электродов.

– Оставьте, Геннадий Захарович, всё равно отсюда ничего не вывезут.

Бывший сапёр скривился и, бросив угрожающий взгляд на бригадира, развернулся и, прихрамывая, пошёл ко мне.

– Альберт Владимирович, думаю, пора заполнять склады.

Вот тут я и списочек потребного набросал.

Старик протянул мне общую тетрадь на девяносто шесть листов. Не глядя, передал тетрадь Каштанке.

– Если вы выделите деньги, то, как комендант убежища, я и сам могу этим заняться.

– А что, уже закончили ремонт и оборудование складов?

Пантелеймонов дёрнулся и почему‑то разозлился.

– Я пытался перевести рабочих на склады, но бригадир упёрся. Говорит, что по утверждённому плану сначала должен отремонтировать системы жизнеобеспечения, подключить дизеля, отремонтировать жилые помещения – и только потом заниматься складами! Тогда как даже идиоту ясно, что сначала нужно обустроить склады!

Я заинтересованно посмотрел на Пантелеймонова.

– Значит, если я завтра привезу триста тонн мороженого мяса, вы сможете его определить на хранение?

– Нет! Морозильные камеры не готовы! – зло выплюнул интендант.

– Может быть, это потому, что для того, чтобы они заработали, требуется электроэнергия? Может, поэтому дизеля стоят первыми на очереди? Как вы считаете?

Пантелеймонов насупился.

Остановившись, всем телом развернулся к интенданту.

– Геннадий Захарович, вы лезете не в своё дело. Я сам решу, когда, что и в каком порядке делать. То же самое и по закупкам: ими будут заниматься другие люди, но никак не вы.

С каждым моим словом лицо Пантелеймонова становилось всё угрюмее и угрюмее.

– Вам ясно?

Интендант бросил на меня недобрый взгляд и ответил:

– Так точно.

– Свободны!

Наши апартаменты на третьем ярусе, несмотря на всю роскошь, мне не понравились.

– Пожалуй, здесь мы жить не будем, во всяком случае пока.

Думаю, какая-нибудь гостиница с множеством звёзд в рейтинге нас приютит на время.

Забрав своих миньонов из бункера, дружной компанией поехали в Москву. Конечно, само убежище и его недра я без пригляда не оставил. Натыкал в коридорах камеры, которые передал под управление нейросети. Также за входом в бункер и окрестностями круглые сутки следил висящий на огромной высоте Наблюдатель.

Николай Васильевич, которому я доверил выбрать для нас гостиницу, не скромничал и остановился на самом дорогом и пафосном отеле столицы – *Stella di Mosca Hotel Residence*.

Кстати, президентский люкс, который Николай Васильевич снял для меня, обошёлся в два с половиной миллиона рублей за сутки; ещё пять номеров – в один миллион рублей. Я не возражал, так как точно знал, что пройдёт не так уж и много времени, и вся эта роскошь станет недоступной по независящим от нас причинам.

Весь вечер и часть следующего дня я потратил на гардероб. Под руководством Гоголя я и вся моя команда бродили по бутикам и ЦУМу, подбирая себе вещи по вкусу или советам Николая Васильевича.

«Кстати, а не „обналичить“ ли мне карты с миньонами?»

Настигла меня неожиданная мысль, когда я нагруженный пакетами возвращался в гостиницу.

Уже в номере, собираясь на ряд встреч с чиновниками министерства обороны, открыл вкладку с неиспользованными картами.

– Мэй Ли, – прочитал я вслух первую карту и сразу же отказался от её активации. Китаянка была совсем ещё ребёнком.

Зато следующий кандидат на «оживление» была подростком примерно одного возраста с Прасковьей.

«Сойдёт, будет ей подругой. А то не дело – девушке постоянно общаться с одними мужиками».

– Луиза Вероника Чиконе.

Девушка оказалась красивой блондинкой с вьющимися волосами и уже вполне себе сформировавшейся фигурой.

Как и все до неё, девушка несколько мгновений стояла неподвижно, переживая слабый сенсорный шок от скоростной подгрузки информации от системы.

– Я в России⁈ – вскрикнула девушка с едва заметным акцентом.

Я не собирался возиться с ней, поэтому позвал Прасковью и поручил ей ввести Луизу в курс дела.

Так как часть встреч с чиновниками была неформальной, встречались мы в ни разу недешевых ресторанах, где конечно же я шедро угощал «товарищей». За три часа переговорил с двумя чинушами среднего ранга и стал беднее на сто десять тысяч долларов. Аппетиты чернильной братии во все времена не отличались скромностью.

Следующая встреча у меня была с заместителем министра обороны – причём в самом министерстве, прямо у него в кабинете.

– Вот же суки, вообще ничего не боятся!

Фёдоров, что был у меня за водителя, грустно усмехнулся, что‑то неразборчиво пробормотав о товарище Сталине.

Меня уже ждали. Прямо на проходной, кстати, охраняемой четвёркой бойцов в бронежилетах и с автоматами, меня ждал один из секретарей заместителя министра обороны. Оставив свои паспортные данные дежурному, ведомый моложавым мужчиной в гражданском, прошествовал три этажа по длинным коридорам, пока не оказался в казённых покоях господина Евкурова.

– Семён Аркадьевич ожидает вас, – с лицом образцового английского дворецкого произнёс секретарь, опускаясь за свой стол.

Пройдя секретарский «предбанник», открыл монументальную дубовую дверь и оказался в огромном светлом кабинете.

Слева располагался ряд шкафов, в углу стояла кадка с пальмой. За столом‑аэродромом сидел крупный, слегка обрюзгший мужчина средних лет с глубокими залысинами – в генеральском мундире со звёздами генерал‑майора.

За спиной хозяина кабинета висело несколько портретов: в центре – изображение гаранта, а по бокам – Суворов и Жуков.

– Присаживайтесь, Альберт Владимирович, – сделал приглашающий жест Евкуров.

Устроившись на неудобном стуле с прямой спинкой, сразу перешёл к делу.

– Семён Аркадьевич, полагаю, вы уже в курсе, зачем я здесь.

Генерал усмехнулся.

– Хотите перевести военное имущество в частную собственность?

Я покачал головой.

– Не совсем так. Это, как вы выразились, «военное имущество» не числится у вас на балансе, так как в конце девяностых было взорвано. Но теперь, когда мы вложили огромные деньги и частично его восстановили, военные снова стали проявлять интерес к бункеру‑44. Мне бы после таких трат не хотелось бросать дело на полпути.

Евкуров, продолжая чему‑то усмехаться, с непонятным мне пренебрежением разглядывал меня, словно какое‑то насекомое.

– Зачем вам бункер?

Я был готов к этому вопросу, поэтому ответил практически без паузы.

– Хотели сделать там что‑то вроде тематического торгово‑развлекательного центра.

Евкуров скривился, словно сжевал лимон.

– Ясно. Ещё одни ебанутые выживальщики.

Я неопределённо пожал плечами, не соглашаясь, но и не отрицая слова генерала.

– Значит, так, выживальщики: с вас лимон баксов – и можете делать в этих развалинах что хотите.

Я закашлялся, сделав вид, что поражён услышанной суммой.

– Я не торгуюсь. Либо сегодня вечером получаю деньги, либо уже через неделю «Бункер‑44» будет числиться в списке законсервированного имущества армии РФ.

Тяжело вздохнув, обречённо кивнул.

– Деньги будут, Семён Аркадьевич.

– Свободен!

«Вот же сука!»

Вернувшись в машину к Фёдорову, устроился на переднем сиденье рядом с ним.

– Степан Ильич, отвези сегодня деньги – ты знаешь куда.

Фёдоров кивнул, бросил недобрый взгляд на здание Министерства обороны и, мягко тронувшись, поехал в гостиницу.

Звонок от Свиридовой застал меня врасплох. Признаться, я думал, что позвонит она мне не раньше, чем начнётся «Всеобщий пиздец».

– Светлана Анатольевна, рад вас слышать.

Голос Свиридовой звучал устало и напряжённо одновременно.

– Мне нужно место, чтобы отсидеться, и безопасный коридор за границу.

– Хм, не совсем мой профиль, но пока отставим этот вопрос в сторону. Вы хотите присоединиться к моей группе?

– Нет!

Ответ прозвучал слишком резко и категорично.

– Тогда не вижу своей выгоды от нашего сотрудничества.

– Я заплачу!

– Боюсь, деньги меня больше не интересуют.

На несколько секунд в трубке воцарилось растерянное молчание: похоже, Свиридова не ожидала такого поворота.

– Я могу рассчитаться как перевозчик.

Наконец‑то нашла выход, Светлана Анатольевна.

Я уже хотел отказаться и от этого, как вдруг вспомнил о второй части денег, спрятанной на территории России.

«Ладно, не бросать же пол‑ярда зелени, хотя сейчас они для меня не ценнее туалетной бумаги».

– Хорошо. Кое‑что перевезёте для меня – и я вам предоставлю убежище на две недели для двоих.

– Мне нужно выехать из России!

– К сожалению, я не занимаюсь инфильтрацией. Обращайтесь к гильдии – они помогут.

Свиридова опять погрузилась в молчание на несколько секунд.

– Ладно, я согласна на ваши условия, но нас нужно забрать.

– Диктуйте адрес – за вами заедет машина.

Сбросив звонок, позвонил Лю и приказал взять вторую нашу машину – кстати, уже не арендованную, а купленную на имя Николая Васильевича – и забрать Свиридову.

– Привезёшь её в убежище. Наблюдатель за тобой присмотрит.

Как ни хотелось мне пожить в неге и комфорте пятизвёздочного отеля, пришлось ехать в бункер. Причём не только из‑за Свиридовой: нужно было восстановить запас ресурсов и эргов в верстаке, потраченных на Афганские приключения.

Предупредив коменданта, что ждём гостей, отправился на пятый ярус – благо вода из него уже была откачена. В данный момент бригада из трёх человек занималась реанимацией дизель‑генераторов, и, кстати, один уже был запущен, но пока работал в тестовом режиме, выдавая около десяти процентов мощности. Да и запасы горючего были пока не велики, я пока не спешил заполнять танки, на случай, если военные нас всё же попрут из убежища.

Заглянув в машинное отделение, убедился, что люди работают, и ушёл в другой конец этажа – к одной из трёх скважин.

По моему приказу ещё несколько недель назад всё устаревшее оборудование, которым бункер был буквально набит, было спущено на четвёртые и пятые этажи.

Развернув верстак, бросил прямо на него пожарный рукав, тянущийся от гидранта, запитанного из скважины, и открыл вентиль. Мощный поток воды ударил в серебристую поверхность стола и исчез бесследно, словно срезанный бритвой.

Дальше началась нудная ручная работа. Каштанка, Фёдоров, Прасковья и Луиза – которых пришлось заранее выдернуть из гостиницы – в экзоскелетах таскали разный хлам, «скармливая» его верстаку, пополняя ресурсную базу.

– Нужны ещё люди! – пробормотал я, глядя на недовольные лица девушек.

Мне даже пришлось им пообещать, что свожу их в какой‑нибудь торговый центр на шопинг, если они будут хорошо себя вести. Конечно, можно было просто приказать – и никуда бы они не делись, – но я предпочитал дружеские, почти семейные отношения с людьми, с которыми мне придётся пережидать ядерную войну, а после – и апокалипсис.

Открыв вкладку с «Лотереей миньонов», убедился, что она активна. Немного поколебавшись, закрыл: сейчас не время было «покупать» людей. Тем более нейросеть отсчиталась, что Свиридова со своим миньоном уже подъезжает.

Лично встречать не пошёл: не было смысла распинаться перед «дорогими гостями». Вот если бы она согласилась присоединиться к моей команде, тогда уровень моего гостеприимства был бы куда как повыше. А учитывая её планы свалить за бугор, можно было смело вычёркивать Свиридову из списка полезных контактов. И даже то, что она игрок, как и я, ничего не меняло.

Встретились мы на третьем ярусе, куда их привёл Лю.

– Светлана Анатольевна, добрый день, – поприветствовал я женщину.

Судя по её мрачному и серому от усталости лицу и мешкам под глазами, последние дни выдались у неё на редкость паршивыми. За спиной, вместо Гуго, маячил какой‑то мужчина с рукой, подвешенной на «косынку».

– Добрый, – ответила она.

Судя по лицу, меньше всего сейчас Свиридовой хотелось с кем‑то разговаривать. И ещё она была как‑то странно напряжена, словно в любую секунду ожидала атаки.

Я тоже не имел желания с ней общаться.

– Жить будете здесь, – я кивнул на одно из готовых жилых помещений, отличавшихся спартанской простотой.

– Нам понадобятся кое‑какие мелочи.

Я перевёл взгляд на стоящего рядом китайца.

– За ваши деньги Лю привезёт вам, что пожелаете.

Светлана Анатольевна кивнула, по‑прежнему пребывая в напряжении.

– Ах да, ещё одна мелочь: через два дня будьте готовы отработать долг.

Я уже собирался завершить наш разговор, как вдруг Свиридова снова заговорила:

– Альберт Владимирович, у меня есть предложение.

Не скрывая недовольного лица, снова повернулся к игроку.

– Я вас очень прошу: присмотрите за моими детьми! А я вам буду очень сильно должна!

На пару секунд я задумался. Иметь в должниках сильного игрока с миньонами – это дорого стоило. Но, с другой стороны, она собиралась покинуть страну, что значило: скорее всего, долг мне взыскать с неё не удастся.

– Светлана Анатольевна, хотелось бы больше конкретики: что вы подразумеваете под «присмотри»? Если обычную слежку, то не вижу в этом никаких проблем. А если что‑то другое, то, боюсь, трата ресурсов на помощь вашей семье просто не окупится.

– Вы мужчина, в конце концов, или нет⁈ – вдруг сорвалась в истерику Свиридова.

Я молча развернулся и, отворачиваясь, произнёс:

– У вас есть две недели.

Успокаивать женщину или тем более решать её проблемы я не собирался.

«Другое дело, если бы она стала частью моей группы, тогда я бы выдели охрану для не семьи да и деньгами поддержал, благо этой бумаги меня теперь в избытке».

Кстати, после нашего разговора мне стало интересно, что же у неё случилось, и я дал команду нейросети собрать всю возможную информацию, в том числе из закрытых источников.

За последние сутки я почти впятеро усилил свой ИИ, от души насыпав ему дополнительных мощностей. Так что теперь он щёлкал защищённые сайты, словно семечки. Хотя в большинстве случаев этого не требовалось. Всё, что было нужно, – это связаться с сисадмином и предложить ему денег за пароли. В семи случаях из десяти они соглашались.

Не успел я выбрать из длинного списка дроида‑грузчика, как мне была предоставлена вся информация о приключениях Свиридовой и её отморозков.

Имелись даже видеофайлы – в основном с камер уличного наблюдения и дронов. Надо сказать, её умение пользоваться инвентарём впечатляло, как и отбитый миньон Харт.

Узнал я и о созданной специально для её поимки спецгруппе. Особенно меня заинтересовала информация о «призыве умерших паранормов». Прочитав внимательно всё нарытое, я вдруг понял из контекста документа, что где‑то имеется ещё один игрок, о существовании которого я и так догадывался благодаря заданию от системы. Причём, судя по тому, что на него мой «поисковик» ничего не нашёл, законспирирован он был покруче полковника Исаева.

– Понятно, что мало чего понятно. А вот со Свиридовой нужно держать ухо востро – как‑то она отмороженная.

На всякий случай настроил на её ликвидацию сотню микродронов‑невидимок, разместив их по всему бункеру.

После сошедших со «стапелей» пары дронов‑погрузчиков все, кроме Фёдорова и Лю, были отпущены в город. Пока дроны, без устали и с гораздо более высоким коэффициентом полезного действия, загружали в верстак ресурсы, я продолжил гонку вооружений.

– Итак, мне тупо не хватает солдат. Значит, мне нужны боевые роботы. На первое время – такие, чтобы внешне от человека ничем не отличались.

Сказано – сделано.

Через час вдоль стены стоял десяток рослых бойцов в тяжёлой броне и в закрытых шлемах‑сферах, вооружённых обычными АК‑15.

– Ну вот и у меня, есть свои терминаторы, теперь главное случайно «Скайнет» не создать.

Пробормотал я довольно улыбаясь.

Какими‑то фантастическими боевыми качествами роботы не обладали, но были запредельно живучи, имели встроенные механизмы самоуничтожения и управлялись нейросетью. Своих «мозгов» не имели совсем. Зато стоили всего по пятнадцать эргов за штуку.

На этом наполнять арсенал я не закончил и впервые заказал бластер – да‑да, именно тот самый, стреляющий высокотемпературными лучами-сгустками и считающийся невозможным с точки зрения земной физики. Но, похоже, интеллектуальная система верстака не учила земную физику, так как выдала мне аж девять вариантов ручных бластеров.

Особой разницы между ними не было: незначительно отличались мощность, ёмкость батареи и дизайн. Правда, вот цена была нескромной – самый бюджетный вариант начинался от двухсот эргов.

Неожиданно схватив жабу за горло, быстро купил нечто похожее на детскую игрушку на батарейках. Причём по весу бластер тоже ничем не отличался от пластмассовой поделки.

Полюбовавшись на десять тысяч зарядов, мерцавших красными цифрами на крошечном табло сбоку, поиграл десятками режимов стрельбы. Причём можно было варьировать как скорострельность, так и дальность с мощностью заряда. Кстати, десять тысяч выстрелов – это была максимальная мощность; в минимальной количество «патронов» поднималось до миллиона.

– Если это не убервафля, то я даже не знаю, что тогда вафля.

Испытание бластера отложил: всё‑таки стрелять в бункере из такого оружия было глупо.

Следующий проект я вынашивал давно, но смог воплотить в жизнь только сейчас. Кстати, был он довольно обширен и многогранен и носил лаконичное название «Медицина».

Первое, что было мной сделано, – это медицинская капсула. По моему замыслу, сей высокотехнологичный агрегат должен был исцелять любые раны и болезни. Для чего мне пришлось, кроме самой капсулы, ещё и делать сверхмощную нейросеть – раза в три мощнее «Боевика». Такое название получил ИИ, отвечающий за наблюдение, координирование и информационную безопасность.

Само собой, что ИИ для медкапсулы получил имя «Медик».

Кстати, капсула с продвинутой нейросетью обошлась мне в пять с половиной тысяч эргов. Не дрогнувшей рукой заплатил и через пару секунд стал обладателем серебристого вытянутого овала двух с половиной метров в длину метра в высоту и около полутора в ширину.

Управлялась капсула, только через нейросеть, к которой можно было подключиться только через специальный терминал – вроде тех, что я устанавливал в экзоскелеты своим миньонам.

Других органов управления не имела.

– Нарекаю тебя «Колыбель», – изрёк я, приняв пафосную позу, и, не выдержав, рассмеялся.

Кстати, несмотря на астрономические траты, я вовсе не получил панацею. Конечно, капсула могла справиться с большинством болезней и почти любыми травмами и ранами.

Что было не маловажно с учётом, что в скором времени медицина станет практически не доступной.

Но, увы, был немалый список того, с чем медкапсула ничего не могла поделать. Это касалось генетических заболеваний, поздних стадий рака, СПИДа и тому подобных болезней.

Зато была возможность отращивать утерянные конечности и органы буквально с нуля. Другое дело, что время это занимало от трёх дней до месяца.

Впрочем, была возможность глубокой модификации и модернизации, что значительно расширяло возможности «Колыбели». Правда, стоило это столько, что, скорее всего, ближайшие годы до этого просто не дойдёт. Всё‑таки у меня были и другие проекты, касающиеся нашей безопасности.

Как продолжение проекта «Медицина» был разработан ряд уникальных лекарств – вроде того, что я давал Каштанке в Афганистане, когда он получил тяжёлое сотрясение мозга и контузию. Причём создал целую аптечку, куда, кроме всего прочего, входили и боевые стимуляторы.

Естественно, такие аптечки немедленно были встроены в экзоскелеты моих миньонов.

Кстати, аптечка могла управляться как голосом, так и мысленными командами через интерфейс. Также нейросетям «Медик» и «Боевик» был предоставлен допуск к аптечкам – на случай, если боец будет без сознания.

Новые, модернизированные и усиленные экзоскелеты съели ещё тысячу эргов. Так как, кроме аптечек, я усилил броню – конечно, не за счёт наращивания массы, а новых материалов, ранее мне не доступных. Также на каждый костюм был навешен крошечный генератор, позволяющий использовать силовой щит.

– Конечно, не костюм Железного человека, но тоже неплохо, – пробормотал я, разглядывая матовые, поглощающие свет экзоскелеты, выложенные в ряд прямо на полу.

Кстати, их странный цвет был вовсе не моей прихотью, а технологической необходимостью оптического камуфляжа.

«Теперь надо сделать ещё кое‑что – на случай, если наша гостья вдруг окажется не благодарной тварью».

Через минуту с поверхности стола взлетели пятьдесят крошечных дронов, каждый размером в один квадратный миллиметр. Всё, что они могли, – это бесшумно летать и нести одну сотую миллиграмма сверхтоксичного нервно‑паралитического яда, действующего через кожу.

Конечно я не верил в попытку Свиридовой захватить убежище, на мой взгляд это было бы максимально идиотским поступком, но на всякий случай перестраховался.

– Пусть будет.

Свиридова.

Первые эмоции Светланы после того, как она окончательно осознала смерть Гуго, были шоком, резко перешедшим в стадию отрицания, сменившуюся ощущением нереальности происходящего и внутренней опустошённостью. Дальше была глубокая скорбь с периодами слёз, навязчивых мыслей об утрате и собственной уязвимости. На третьи сутки пришла обжигающая ярость и жажда мести.

– Я убью тебя, сука! – в бешенстве прошипела Свиридова.

Харт, сидящий у входа, оскалился.

Свиридова знала, что сейчас в бункере Иванова нет, а из его миньонов остался только маленький китаец. Правда, почти на всех этажах шли ремонтные работы, но в крыло, где располагались «аппартаменты» Свиридовой, никто не заходил, так что говорила без опаски.

– Нам нужен план, – твёрдо произнесла Светлана Анатольевна.

– Первое: нужно вывезти моих детей за границу, – начала планировать Свиридова. – Второе: отомстить тому ублюдку убившего Гуго. И третье: выбраться за бугор самой. Гильдии мы доверять не можем – эти твари нас уже один раз предали.

– Неплохо бы посчитаться и с ними, – проворчал Харт.

– Это можно, но я о них ни черта не знаю, – пробормотала Светлана, сжав кулаки.

– Мне кажется, этот ваш приятель Иванов многое может нарыть.

Женщина бросила недовольный взгляд на миньона, на что он только пожал плечами.

– Да, связей и людей у него хватает, но нам нечем ему заплатить. К тому же мы уже ему должны.

Харт, нисколько не стесняясь, почесал в паху и согласился. Светлана поморщилась, но заострять внимание на манерах своего карманного убийцы не стала.

Сама не знаю почему, Свиридова не сказала Харту напрямую, что боится попытки убийства со стороны Иванова, но велела ему быть настороже; даже спать ложились по очереди. Впрочем, Харт сам по себе был довольно подозрительным человеком, так что такое поведение не вызвало у него удивления.

Вот ты и прочитал двадцать четвёртую главу. И раз ты здесь, то тебе наверняка понравилось. В таком случае с тебя, лайк.

С. Незлой.