Текст книги "Увядающий ирис бытия (СИ)"

Автор книги: Настя О

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

ГЛАВА 11. АРХАНГЕЛ

– Рен, просыпайся. Просыпайся, соня, – шепчет где – то рядом ласковый голос Тео, но я еще в мире грез, я не хочу возвращаться в действительность.

Сегодня мужчина, решив понизить градус напряженности между нами, транслировал для меня всю ночь сны о Марте и Гансе. Оказывается, он видел их души на изнанке и даже успел каким-то образом пообщаться. Поэтому теперь совершенно точно знает, как не нравится мне просыпаться после ночи, проведенной вместе с хорошими впечатлениями. Но – надо. Ничего не поделаешь. Разве что не обращать внимания на попытки некроманта достучаться до меня. И даже на будоражащий поцелуй в шею я не отвечаю. Нет, и не надейся, я сплю и очень хочу увидеть сон с тобой в главной роли, коварный некромант. И чем быстрее это произойдет, тем выше вероятность увидеть мои сонные, но вполне открытые глаза.

Но Тео, похоже, задается целью пробудить меня, во что бы то ни стало, поскольку, едва поцелуи сходят на нет, я слышу удаляющиеся шаги и возню со стороны кухни. Вспомнив вчерашнее блестящее выступление у раковины, милостиво разрешаю мужчине и сегодня похозяйничать в девственно-чистой кухне моего сердца.

И все-таки недооцениваю я его. Меня будит даже не страстное желание мужчины заняться с утра бодрящими совместными процедурами, нет. Открыть глаза почти мгновенно заставляет изумительный аромат кофе с корицей, и в неравном бою с ласками Тео он уверенно выходит вперед. Тяжко вздохнув и для приличия изобразив страшную сонливость, а на самом деле перекатываюсь на кровати и пытаюсь оставить на себе запах ночевавшего здесь Тео, затем приподнимаюсь и с тоской оглядываю постель.

Этой ночью мы спали вместе. Чувствуя на талии его руку, я наконец-то избавилась от всех сомнений, касающихся отношения Тео ко мне. А поворачиваясь и находя пристанище у него на груди, я еще и видела радужные сны о своем детстве и родителях. Вот и теперь, вспоминая тепло его тела, не испытываю никакого желания покидать постель. Но я иду на запах кофе, останавливаюсь напротив кухни и изображаю недовольного человека:

– Изверг!

Удаляюсь в ванную под аккомпанемент хохота Тео.

Завтракаем мы быстро – я усиленно помогаю с приготовлением, вызывая понимающие смешки некроманта – и начинаем собираться к адвокатам. Мне предлагают услуги телепорта, но я качаю головой: пройтись перед процедурой возвращения – это особый ритуал, который я выполняю каждый раз, если появляется возможность. Поэтому, полностью подготовившись, мы с Тео покидаем квартиру и не спеша отправляемся на работу.

…Что же мне не нравится в этой железной дороге? Не могу понять с первого раза, но какое – то смутное предчувствие не дает покоя, когда мы проходим под мостом, по которому три раза в день движутся пригородные электрички. Я даже останавливаюсь, чтобы прислушаться к ощущениям на приближающийся поезд, и Тео интересуется, что произошло. Помотав головой, выдавливаю из себя улыбку и прошу не обращать внимания. Даст Творец, после дела смогу прийти сюда еще раз и разобраться, в чем причина.

Кабинет Боно встречает нас приглушенным воркованием Хани и шефа. Завидев нас, воин моментально прерывает беседу и расплывается в понимающей улыбке:

– Ты последовал моему совету, нек… нет, ты же теперь целитель! – и она выжидающе приподнимает бровь.

– Конечно, – заверяет ее Тео. Не хватало еще, чтобы склонная к сплетням Хани решила узнать истину.

– Кофе? – предлагает Боно невозмутимо, но я качаю головой, чем вызываю его немой шок: еще никто и никогда не отказывался от его фирменного напитка.

– С корицей. Уже, – виновато улыбаюсь я. – Прости!

Начальник делает вид, что хмурится, но я успеваю заметить озорной блеск, на мгновение вспыхнувший в глубине его светлых глаз. Боно, конечно, знает, что я сама никогда не смогу приготовить настолько вкусный кофе, чтобы отказаться потом от шефского. А поскольку логические цепочки мужчина строит безукоризненно, понять то, кто сегодня занимался моим завтраком, будет совсем не сложно. Ну и пусть, мелькает в голове мысль, в конце концов, я же не маленькая девочка, которую от мужчин оберегать надо. Предоставив боссу самому делать выводы, я опускаюсь в кресло рядом с Хани.

Тео занимает место, как и в прошлый раз, позади меня. Его руки снова оказываются у меня на плечах. Какое естественное ощущение. Мне это нравится. А еще из головы уходят все посторонние мысли, и я сосредотачиваюсь на деле окончательно. Изучаю папку, отмечаю, что место никак не связано со школой. Да и вообще, смерть Теда Маккалема на первый взгляд кажется просто нелепой случайностью: оступился на улице, неудачно упал, ударившись головой о бордюр. Погиб мгновенно, но это явно не последствия какого – то его выбора. Что ж, вполне себе обыкновенный случай. Я поднимаю глаза на Боно:

– Кто-нибудь из представителей семьи будет?

Боно кивает:

– На месте вас ожидает его жена. Не могла дождаться и решила сразу прибыть к возвращению, – поясняет он, видя наше с Хани одновременное удивление. – Уверена, что сможешь его вытащить?

– Конечно, – отвечаю я, ни секунды не сомневаясь. – Тем более, Тео провел осмотр, никаких нареканий.

– Я видел отчет, – соглашается Боно, сосредотачивая внимание на нашем целителе. – Ты сам-то в этом уверен?

– Иначе бы не давал заключения, – спокойно отвечает Тео. – Пока на месте возвращаемого не окажется нефилим, Рен ничто не угрожает. Ну а мы, со своей стороны, обеспечим необходимую поддержку.

– Хорошо, – Боно, наконец, дает зеленый свет. – Хани, после дела ко мне на отчет. Тео следит за состоянием Рен, – безапелляционным тоном заявляет босс, а когда он в таком расположении духа, с ним лучше не спорить.

Нам остается только кивнуть и покинуть кабинет.

Тео предлагает переместиться телепортом. Переглянувшись, мы с Хани киваем и берем некроманта за руки. В мгновение ока оказавшись на месте, различаем фигуру женщины, ожидающей нас на тротуаре рядом с крупным супермаркетом. Странно: вокруг проходят люди, но именно она бросается в глаза своим одиночеством. Подобный отпечаток явно наложила смерть любимого супруга. Я уверенно продвигаюсь к женщине сквозь толпу и беру за руку:

– Миссис Маккалем?

– Нора. Зовите меня просто Нора, – быстро отвечает она.

Я киваю и оборачиваюсь к своим спутникам:

– Думаю, можно начинать. Нора, покажите точное место.

Женщина делает несколько шагов в сторону, и я замечаю пятно на бордюре, отличающееся по цвету от основной массы асфальта. Совсем свежий труп. К нам подъезжает машина, из которой вскоре доставляют капсулу с телом Теда, и при виде нее Нора издает жалобный всхлип. Начинают собираться зеваки, мне это не нравится. Отвлекает внимание, а нам сейчас это совершенно не нужно.

– Хани, полный купол.

Я общаюсь с подругой и одновременно отвожу за пределы будущей рабочей зоны жену покойного:

– Подождите здесь, когда все закончится, вы первой увидите своего Теда.

Женщина от волнения еле передвигается, но я больше не могу отвлекаться. Я возвращаюсь к Хани и Тео, который уже открывает капсулу и начинает восстановление тела (свет из ладоней – это что – то!), и даю отмашку на построение купола полного безмолвия. Хани четко плетет заклинание, и нас укрывает от окружающего мира плотная дымка тумана. На ней то тут, то там вспыхивают охраняющие заклинания. Я киваю, благодаря подругу за работу, разминаю руки и смотрю на полотна Грани перед собой. Вот и нужный отрез. В последний миг, встретившись глазами с Тео и получив негласное разрешение, отвожу полотно и шагаю в пространство эфира.

«Как ты, маленькая?» – участливый голос Осириса слышу почти сразу, как пересекаю Грань.

«Все хорошо, – улыбаюсь я, – пришла за очередным клиентом. Тебе привет – знаешь, от кого?»

Я уже у поста стражей и вижу мужчину, улыбающегося мне.

«Догадываюсь, – кивает страж. – Передай ей, что свет моей души навсегда остался с ней».

«Свет твоей души? – недоуменно смотрю на него. – Что это такое?»

В ответ Осирис только улыбается, а затем меняет тему разговора:

«Ты знаешь, что появился седьмой нефилим?»

«Конечно, Ос», – киваю и осматриваю окрестности в поисках Теда: свежая душа не должна была улететь далеко.

Он, и правда, оказывается рядом. Я даже не использую ритуал вызова – просто приближаюсь и медленно поглощаю светящийся клубок. Приятная душа, хороший человек. Музыкант. Очень сильное творческое начало.

«Будь осторожна – тебе придется его вызволять», – предупреждает тем временем Осирис.

«У меня хороший защитник», – улыбаюсь я, вспоминая Тео.

«Не все защитники смогут оградить тебя от последствий выбора», – голос стража в голове звучит приглушенно, мужчина тяжко вздыхает, глядя на меня.

«Значит, сделаю свой выбор таким образом, чтобы выйти с наименьшими потерями», – уверенно отвечаю я уже на границе с эфиром.

Осирис невесело кивает, и я возвращаюсь сквозь кисель между мирами. Оказываюсь снаружи и вижу, как Тео стоит рядом с Хани, удерживая ее и расположив руку напротив переносицы девушки. Хани смотрит на меня и улыбается:

– Не обращай внимания, мелочь: после тренировки с Анубисом отдала чуть больше сил, чем было нужно.

У нее из носа течет небольшая струйка крови.

Тео заканчивает с ней, подавая неизвестно откуда взявшийся платок, потом оборачивается на меня, проверяя состояние. Убедившись, что я хорошо себя чувствую, не спеша приближается и устраивает руки в районе сердца. Я непонимающе смотрю на начавшие светиться ладони, потом – на уверенного в своих действиях некроманта, который лишь коротко улыбается. Меня охватывает настоящее блаженство. Не в силах сопротивляться, закрываю глаза и откидываю голову назад, еле сдерживая рвущийся наружу стон. В теле появляется ощущение легкости и желание полета, которое хочется сохранить подольше. Открываю глаза, когда все это исчезает, и смотрю на переливающийся клубок энергии в руках у Тео. Рядом хлопает глазами Хани, переводя взгляд с меня на некроманта. Пожимаю плечами в ответ на невысказанный вопрос. У каждого свои способы извлечения. Тео подходит к капсуле с телом и осторожно приближает к ней душу, опускаясь на колени.

– Он вылечил оболочку в считанные секунды, – доверительно шепчет подруга, я на это только улыбаюсь.

А что еще она хотела от ангела?

Удивительным для меня становится почти моментальный приход в сознание Теда Маккалема. Я приближаюсь к Хани:

– Купол снимай. Жена ждет.

Хани, кивнув, тут же выполняет просьбу, и возвращение в мир живых из изолированного мира сопровождается громким криком Норы:

– Тед!

Женщина бросается к очнувшемуся мужу, которому Тео помогает сесть. Она судорожно обнимает его, целуя все, до чего Может дотянуться. Тед, еще не понимая причины бурного проявления чувств, растерянно озирается. Наш некромант направляется к машине, доставившей капсулу: видимо, будет договариваться об обратной транспортировке хранилища. Наша работа окончена.

– С тобой точно все в порядке?

Не могу забыть кровотечения, беспокоюсь за Хани, но она так усиленно кивает головой, что остается только тяжко вздохнуть.

– Чуть не забыла, – ударив себя по лбу, вспоминаю просьбу Осириса. – Твой страж просил передать, что свет его души навсегда с тобой.

– Так и сказал?

Сегодня день откровений для Хани.

– Примерно да, – киваю я. – А что, это что – то означает?

– Пока не уверена, – задумчиво отвечает подруга, погружаясь в себя.

– Хани, – я вспоминаю еще одну вещь, которая пришла мне в голову утром, когда думала о приближающемся празднике. – Мне нужна твоя помощь.

– Какого рода?

Мне немного неловко, но больше попросить некого:

– Помоги выбрать белье на новый год.

Глаза нашего воина загораются лихорадочным блеском, поэтому я поясняю:

– Мне нужно непременно черное, но вдруг продавцы решат подменить оттенки, а я ведь не смогу разобрать.

– Все подберем в лучшем виде! – восклицает Хани, удовлетворенно потирая ручки. – Что, неужели? Неужели ты морально до этого дошла?

– Я хочу подарок на новый год, – смущенно улыбаюсь я, и Хани хватает меня за руку:

– Я так рада за тебя, подруга!

– И какова причина радости? – улыбаясь, к нам подходит Тео.

Видимо, он закончил дела с перевозкой. Я оглядываюсь на семейство Маккалемов и не обнаруживаю их на старом месте. Капсула пуста, к ней идут рабочие из машины, доставившей груз сюда. А парочка оказывается на скамейке невдалеке, причем, теперь Тед обнимает Нору и осторожно гладит по спине, успокаивая ее безудержные рыдания. Поймав мой взгляд, мужчина, которого, видимо, успели предварительно ввести в курс дела, губами шепчет «спасибо», заставляя прикрыть глаза в ответ и чуть опустить голову.

Это наша работа.

Я рада, что могу воссоединять семьи.

– Это женские мелочи, – тем временем отвечает некроманту Хани. – Тебе о них знать не положено. Вот еще одна причина неудобства появления мужчины в женском коллективе – приходится секретничать, ощущая себя шпионками! – она настолько правдоподобно расстраивается, что мне даже хочется посочувствовать.

Тео издает понимающий смешок:

– Зато мужчина в женском коллективе – практически синоним безопасной транспортировки до дома после работы, ты не находишь?

– Уел, некромант. Ну, так что, доставишь одну штуку-воина до дома? – деловым тоном интересуется она.

– Конечно, – соглашается Тео и смотрит на меня. – Рен, не исчезай, хорошо? Я скоро буду, – предупреждает мужчина.

Я киваю.

Я могу ждать его, сколько угодно.

«Я позвоню!» – читаю по губам Хани, и она вместе с некромантом тает на глазах.

Тео возвращается спустя несколько минут, прижимает меня к себе, и я вздыхаю с облегчением. Все-таки подсознательно боялась, что возвращение Теда Маккалема поставит точку. А сейчас так не хочется умирать! Кто бы только знал, как я желаю открутить назад прошедшее с начала своей работы с нефилимами время. Мне бы чуть-чуть успеть насладиться близостью Тео.

Творец, дай мне время сказать ему, что я считаю нашу встречу твоим благословением.

Дай время и силы, чтобы в этом признаться.

Мы идем домой и останавливаемся только для того, чтобы, обнявшись, целоваться на виду у прохожих. Наплевать! Впервые после смерти родителей я ощущаю такой сильный прилив эмоций и энергии.

Впервые хочу жить, как никогда раньше.

Мы проходим под мостом, который утром привлек мое внимание. Предчувствие возникает вновь. Я оборачиваюсь и пытаюсь найти что-нибудь нетипичное: ошибки кода, что-то, выделяющееся из общей массы. На ум приходит происшествие с ирисом. И твердая уверенность, что об этом нужно рассказать Тео. Я останавливаюсь, привлекая его внимание, и разворачиваю лицом к себе:

– Ты должен кое-что знать.

– О чем? – Тео смотрит серьезно, мигом растеряв приподнятое настроение.

– Про нас с Домиником.

– Доминик? – начинает Тео.

– Здравствуйте, Рен. Добрый день, Тео, – появляется предмет нашего диалога как из-под земли.

Я оборачиваюсь, обнаруживая позади себя ириса и Сури. Видимо, сегодна решили прогуляться вместе. Ирис смотрит несколько затравленно: он не ожидал так скоро вновь со мной повстречаться, и ему неловко находиться рядом. Беда в том, что его потянуло со мной поздороваться. Я сейчас ощущаю то же самое, и только близость Тео не дает кинуться в руки к Дому. Нельзя. Нельзя, повторяет рассудок, это не ты, очнись!

– Какими судьбами? – щурится некромант.

Я уверена, он чувствует мое смущение, потому и начал разговор сам. За что я ему очень благодарна. Если бы не Тео, я даже боюсь представить, что могло бы произойти. Если бы не Тео, я сегодня не прошлась бы под этим мостом.

Пока Сури что-то беззаботно рассказывает, мы с Тео отходим на небольшое расстояние, где мне спокойнее дышится и не так сильно притяжение. Гудок приближающегося поезда раздается со стороны. Я смотрю туда. Ирис – тоже. А дальше наступает шок.

Вместо одной из опор моста я вижу тот самый программный код, который отсвечивал когда-то в зеркальной стене. Мы с Домиником напряженно переглядываемся, Тео и Сури не понимают, что происходит. Черт, они же не видят этого!

– Опора сейчас рухнет! – кричу я, что есть силы, и начинаю отгонять находящихся в непосредственной близости от моста людей.

Тео оттаскивает меня на безопасное расстояние:

– Стой здесь, я приведу помощь! – его шипение отзывается в мозгу стоп-сигналом, и я застываю, как вкопанная.

В ту же секунду некромант телепортируется с места действия, а я, очнувшись, снова начинаю оповещать всех о приближающейся катастрофе. Строчки кода исчезают вместе с металлической опорой и частью железнодорожного полотна.

Мост рушится.

Сейчас поезд сойдет с рельсов.

Я в ужасе закрываю глаза.

В тот момент, когда поезд на полной скорости пролетает упавшую часть рельс, одновременно происходит несколько событий.

Три первых вагона состава, протаранив оградительные решетки, срываются с моста вниз.

Ко мне подскакивает появившийся, словно из ниоткуда, Тео, и телепортирует с возможной траектории движения состава, прикрывая от опасности спиной.

А в центр площади, на которой разворачивается трагедия, выступает Кельвин Джонс.

За ним, видимо, и отправился Тео, приходит на ум запоздалая мысль, когда я из-за спины некроманта наблюдаю за тем, что творит менталист. Он моментально восстанавливает полотно, выставив вперед руки и заставляя оставшиеся наверху вагоны поезда идти по ранее заданной траектории. Рядом с ним появляется Кловис, аннигилирующая ударную волну от встречи вагонов с землей и тем самым спасающая не успевших разбежаться людей, а также примыкающие к площади небольшие домики от неминуемого столкновения с частью состава. Что творится с пассажирами внутри пострадавших вагонов, я даже боюсь предположить. Кловис, сменяя менталиста, который почти летит к съехавшим вагонам, заставляет поезд наверху остановиться. Так, вдвоем, они минимизируют потери, осторожно останавливая столкнувшиеся с землей вагоны, и я, вырываясь из объятий Тео, потрясенно наблюдаю результаты.

Сури и Доминик помогают Кельвину вытаскивать из окон покореженных металлических коробок пострадавших. Некоторые еще живы – последнему вагону повезло больше остальных – а мертвых складывают отдельно. Их неестественно скорченные тела – следствие многочисленных переломов – вызывают у меня приступ тошноты, а темные разводы на коже и одежде – желание сбежать отсюда подальше. Ненавижу смерть. Особенно когда она случается на моих глазах. Ничего не могу с собой поделать – ненавижу мир, в котором возможна подобная несправедливость!

Сури занимается ранеными, в то время как Доминик, Кельвин и освободившаяся Кловис приступают к первым двум вагонам. Именно в это время я слышу четкую инструкцию Тео:

– Погибли тридцать человек, Рен. Ты сейчас переходишь за Грань и хватаешь всех их разом, впитывая в себя, потом возвращаешься и передаешь мне, поняла?

Я в ужасе смотрю на него – не в моих силах за один раз перенести столько душ. Пожалуйста, не заставляй меня делать это! Но Тео неумолим:

– Это разрыв реальности, не вытащишь сейчас – они останутся за Гранью навсегда без возможности перерождения. Ты этого хочешь? – я яростно мотаю головой, и он продолжает. – Значит, собери волю в кулак и достань их, пока они не успели растеряться! Живо, Рен! – он толкает меня к полотну Грани так, словно видит его, и я моментально погружаюсь в пространство между мирами.

Удивленный Осирис пытается узнать причину моего повторного появления спустя малый промежуток времени, однако я отмахиваюсь и начинаю искать души. Найти все тридцать оказывается достаточно легко: они еще сбиты в кучку и не понимают, как оказались здесь. Поэтому обещание вернуть всех обратно делает свое дело: они сразу подтягиваются ко мне, с силой впитываясь в тело. Если б могла говорить, точно не удержалась от крика, но я только до боли стискиваю зубы, ожидая, когда все тридцать сольются со мной. Успеваю передать мысль Осирису о том, что это спонтанный выброс, и ухожу.

Возвратившись, падаю на колени, видя, как Тео и Доминик помогают Сури с лечением раненых. Кловис с Кельвином занимаются устранением упавших вагонов. Некромант, почуяв мое возвращение из-за Грани, мчится ко мне, не давая встретиться с землей и заключая в объятия. Удерживает в руках и спрашивает, решительно заглянув в глаза:

– Ты мне доверяешь?

– Как самой себе, – хриплый ответ вместо обычного голоса теряется на фоне всеобщего гвалта и криков о помощи.

– Тогда терпи, милая, – говорит серьезно Тео, не обращая внимания на обстановку.

В следующее мгновение его губы обрушиваются на мои.

Я понимаю, что возвращение Доминика было не самым страшным, что мне удалось пережить в жизни.

Тело охватывает жар, одновременно с которым тысячи иголок впиваются в кожу. Силы покидают меня настолько стремительно, что я боюсь оторваться от Тео и вместе с тем желаю освободиться больше всего на свете. Когда же он прекращает поцелуй и прижимает к себе, не удерживаюсь и кричу во всю силу опоясывающей меня боли, отчего объятия некроманта становятся болезненными. Я понимаю, что нужно это пережить, но… Неужели такой ценой? Когда ощущения такие, словно не остается ни одного живого места. Ни одного способного нормально работать мускула.

Тео отрывается от меня и молит еле слышно:

– Прости, родная, обещаю, это в первый и последний раз. Потерпи еще немного, и я отведу тебя домой, – не могу и не хочу отвечать, мне сейчас слишком плохо, чтобы думать о чем-то еще, поэтому почти не замечаю, как руки Тео принимаются трясти меня, чтобы сохранить связь тела и сознания. – Только дождись меня, Рен! – рычит он под конец, а я сквозь пелену боли смотрю, почему-то, на Доминика, сталкиваясь с холодным осознанным взглядом незнакомца из сна.

Вспомнил, проносится в голове молнией, вспомнил оттого, что увидел, как меня целует другой! По телу, помимо воли, пробегает волна дрожи: мне страшно, я не хочу больше пересекаться с Домиником. Тео, тем временем, усаживает меня на близлежащую скамейку.

Во взгляде Доминика читается молчаливая решимость и ожидание. Я точно знаю, что теперь он сам меня найдет, если потребуется. Мне становится не по себе. Видеть среди всеобщего помешательства и боли ледяные глаза и понимать, что больше от них никуда не скрыться – это страшно. Чувство самосохранения бьет тревогу: не сейчас, я еще не готова к разговору с ирисом.

Я с усилием переключаю внимание на Тео, который стоит вполоборота в нескольких шагах от меня. Творец, как же он сейчас светится, возвращая души сразу тридцати телам. Аура полыхает так, что я невольно засматриваюсь, отмечая, что на спине она имеет слишком уж неправильную форму.

Понимание приходит внезапно.

Один большой светящийся шар, который Тео вытащил из меня, под действием воли некроманта расщепляется на тридцать клубков привычного глазу размера. Способности его поистине поражают: души, словно по команде, распределяются между уложенными рядышком телами, постепенно растворяясь в оболочках, и к ним навстречу спешат Сури с ирисом – приводить в сознание и диагностировать оставшиеся повреждения.

Смотрю на фигуру некроманта, на разом опустившиеся плечи и понимаю, как сильно он сейчас выложился. Он упрямый донельзя: пойдет еще ко мне и будет оказывать помощь даже в ущерб своему здоровью. Угадываю его действия почти до шага: Тео оборачивается, смотрит на меня долгим взглядом, в котором сквозит беспокойство. Пытаюсь улыбнуться, но выходит только жалкое подобие. Некромант хмурится и шагает ко мне, осторожно поднимая со скамейки и беря на руки. И мне снова хорошо. Я обо всем забыла. Обо всем, кроме того, что тревожит душу, когда я пытаюсь понять, кто именно решил стать моим защитником.

На месте лопаток у Тео отчетливо видны уродливые обрывки ауры. Вот почему она в первый раз показалась мне больше, чем у других. Спина выглядит так, словно раньше там было что-то еще. Словно Тео лишили части тела и души, особенно не церемонясь при этом. Что же могло с ним случиться? Что забрали у моего любимого?

Внезапно я понимаю, что за недостающая часть так меня интересует.

Головоломка, наконец, складывается.

Чистейшая аура, словно у ангела.

Мощнее и ярче, чем у самого сильного нефилима.

Способности, превосходящие любого мага из известных нашему миру.

И бескорыстное желание защищать меня.

У Тео отняли крылья…

Творец, я полюбила архангела.