Текст книги "Жажда бессмертия. Том 13 (СИ)"

Автор книги: Морфиус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Нет. – Спокойно отрезал я, на миг взирая на нее новым взглядом. И она это тоже заметила.

– Быть может, в скором времени ты станешь свободна. Пока же иди. Оставь сферы душ здесь. – Закончил я диалог, несколькими фразами, вызывая трепет древней адептки бездны. Ибо я обещал, что она освободится, когда я стану воплощением. Остальные выводы она должна была сделать сама.

Карасса исчезла, пока я также висел в воздухе, задумавшись о следующем шаге. Пускай я почти не контролировал свой дух. Пускай тело ощущалось странным и чужим. Пускай я даже пока не совсем понимал, кто я и что я. И к какому этапу относятся мои закалки. Но раз уж я начал этот путь, решив все, то надо это завершить. Я и так потратил несколько суток на закалку. Кто знает, сколько еще времени у Земли. Я же с каждой секундой лишь убеждался в правильности своего выбора. Пора это все закончить. Пора стать воплощением. Плевать на травмы. Небесный механизм спустя тысячелетия «восседания на троне» должен поправить все, если дать ему хорошего преемника после себя. По крайней мере, таковы были легенды.

– Хаос, хаос, хаос… Пора попрощаться с твоей печатью. – Процедил я, ухмыляясь. И дикий рев первобытного пламени стал мне ответом. Неожиданным. Резким и злым. Кожа начала сочиться густыми потеками разноцветной плазмы, что зашептала на всех языках:

«Зачем? Зачем тебе прекращать этот путь? Этап проводника опасен. Долог. Как дорога в бесконечной пустыне. А печать поможет тебе ее перейти. Поможет стать источником силы. Стать центром собственной вселенной. Без печати ты не пройдешь этот путь.»

– Интересно. – Оценил я то, как хаос заговорил со мной. Или, вернее будет сказать, мой разум заговорил со мной, запросто создав еще один поток мыслей, что отдался под управление хаосу. Это я сейчас говорил, в терминах смертных, со своим раздвоением личности, воплощающим хаос.

«И что тебе с того, свободы? Думаешь, свобода даст тебе что-то? Свобода от печати для тебя станет погибелью. Мы сцепимся со звуком. Наша борьба расколет твою душу. С каждым тысячелетием расколы будут копиться, наслаиваясь мертвым грузом на твоем возвышении. Тебе надо выбрать. Выбрать единственный путь. И раз уж у тебя есть моя печать. Печать хаоса…»

– Ты прав. – Согласился я со стихией. И сжал ладонь, убивая этот поток мыслей. Свобода. Непоколебимость. Безумие в выборе своего пути и следование ему до конца. Вот был мой путь. И отступать от него я не собирался.

Садиться в позу медитации более не нужно было. Можно было просто замереть парящим в воздухе. И отключить сигналы тела, оставаясь в пустоте своих чертогов. Мановение руки. И все чертоги ядер возникают вокруг моего мысленного аватара. Из них льются потоки стихий. Те словно возбуждены. Особенно хаос, который бешено и обиженно бурлит. Яростно шкварчит, пытаясь меня переубедить. Его потоки формируются в фигуры. Те тянут руки, умоляя и обещая. Остальные стихии тоже почему-то копируют его. Хотя причина очевидна. Стихии воплощаются через разум адепта. Рождаются там. Мой разум, совершив скачок, позволил стихиям даже обрести подобие разума. Вот они и беснуются.

Щелчок пальцами. И под моими ногами иллюзорный мир, сотканный из мыслей, раскрывается, показывая бесконечную шахту вниз. Где в глубине клубится хаос. Воплощение его печати.

Щелчок пальцами. И надо мной проявляется кристалл духа. Настоящий. Ударь я по нему здесь. И он расколется внутри моего тела, породив мощнейший взрыв. Самосожжение повелителя. Ибо теперь чертоги разума стали таким же реальным интерфейсом моей души и энергосистемы, как и управление теми из реальности.

– Технология отработана. Осталось лишь выжечь печать волей. – Усмехнулся я.

Глава 23
Бессмертное просветление

Место действия: Паутина миров

Время действия: 10 февраля 2061 года

– Что же ты наделал⁉ – Умопомрачительный визг раздался под сводами великой библиотеки, пока фигура из потоков пламени оседала, рассыпаясь и расплываясь кипящей лужей.

– Заткнись! – Приказал я, вспыхнув первобытной яростью, отчего остатки хаоса разметало в пыль. Снова воссозданный поток сознания хаоса исчез. Чертоги, материализованные в виде сферы, раскрошились. Древний очаг разметало, разбросав дрова и осколки мозаики, на которых продолжили плясать языки пламени. Впрочем, это было не главной проблемой.

– Кха… – Сплюнул я вязкую, черную кровавую слюну, преисполненную вкуса смерти, гниения, пожирания и хаоса. Именно эту каплю со стихиями проводника, с инквизитора, я и использовал, как катализатор, в котором сгорела печать хаоса. За что теперь расплачивался отравлением.

– Кха. – Новая порция крови. Причем все это происходило не в реальности. Там мое тело просто зависло, полыхая смесью концептов. А здесь, в чертогах разума. Которые бы словно подсказывали: «Ты надорвался. Ты травмировался. Ты оступился. Ты заплатил за свою свободу, вернее за жадность и гордость, великую цену!»

На кристалле, зависшем здесь над головой, пробежала трещина. Всего лишь на одной из граней, ранее принадлежащей, да и сейчас тоже, хаосу. Он все еще бился яркими отсветами на этой синей поверхности. Но теперь каждое биение пламени по надтреснутой грани отзывалось тяжелейшей душевной болью. Боль повелителей и смертных это две разные боли. И сейчас я действительно расплачивался за свою жадность. За то, что тогда решил поиграть в невозможное и усвоить вторую печать.

Воля! – И так невеликие запасы влились в кристалл. Рана затрепетала, отзываясь дикой мукой. Вроде как начала зарастать. Но воли так и не хватило. Или не хватило моего мастерства в оперировании ей.

Щелчок пальцами… Бессмысленный жест. Но позволяющий вернуть контакт с реальностью. Еще один якорь, что удерживает меня и мою суть. Связывает с тем прошлым мной, что был обычным человеком. Теперь такие якоря не просто нужны. Они жизненно необходимы.

Реальность подчиняется. Чертоги хаоса восстанавливаются. Медленно переплавляются. Сфера собирается снова. Новый очаг, теперь состоящий из разноцветных кристаллов. Там и камни ци, и кристаллы духа, всех цветов и оттенков. Ядра тварей и вырванные средоточия владык и повелителей. Дары неба. Все, что я только видел. И даже иллюзии осколков кузнеца и парагона. Как насмешка над ними и бунт против воли небес. И все это объято новыми языками хаоса.

Интерфейс для управления стихией и ядром хаоса. Всего лишь интерфейс, что создается подобно тому, что используют компьютеры. Только здесь вместо логических операций вписаны все мои представления о мире. Вместо импульсов электричества – потоки духа.

В реальном мире я прихожу в себя. И… Падаю. Резко перестаю парить, ощущая, что даже это дается с трудом. Прислушиваюсь к себе. Больно. Странное чувство невероятного могущества одновременно с ощущением полного раздрая и тяжелейших травм. Включение регена и исцеления не помогают. Тело в полном порядке. Настолько, насколько оно вообще может быть в порядке. Разум тоже. Сейчас надломлен только кристалл. Основа моего бытия.

Так что я присаживаюсь уже на обугленный камень, вновь погружаясь в медитацию. Свобода… Свобода от печати. Свобода от страхов и навязанных путей. Она неожиданно пьянит еще сильнее. Заставляет хохотать и сводит с ума больше, чем печать хаоса всего час назад. Хочется идти дальше. К новым свершениям. Однако я все же заставляю себя остановиться. Сосредоточиться на восстановлении. Ибо для осколка парагона и кузнеца нет ничего невозможного. Если кристалл надломлен, его надо просто исправить!

Резонанс симфонии! – Аккуратно я начинаю восстанавливать свои навыки. Через боль и страх. Постепенно дух начинает слушаться. Несколько капель воли. И контроль улучшается. Дальше я прогоняю полный комплекс медитаций. Ощупываю звезды, реки. Нахожу в них изменения. Пускай ни одна новая звезда не стала проявленной, но уплотнение кристалла, пускай и его «телесных» свойств, увеличило общую плотность энергии. Что заставило каждую звезду хранить больше силы. И сейчас все три тысячи узлов жадно были готовы пить силу, черпая ее из самой бездны. Изменилось и мое восприятие. Чудовищный скачок интеллекта не мог не оставить все как есть. Хотя и называть это «интеллектом» было бы ошибочно. Под термином «интеллект» обычно подразумевались способности к построению логических связей. Вот только разум повелителя, пиковый разум, что скорее должен был принадлежать вечному, мыслил куда шире, чем просто построение логики.

Звук… О небо… Теперь я видел звук иначе. Его вибрация, проносящаяся по телу, сплеталась в прекрасные картины, что только требовали длительного созерцания. Про другие же стихии я пока и вовсе запретил себе думать. Но это все потом.

После цикла медитаций, своего рода разминки, я принялся за починку кристалла. Невероятно сложную работу. Скорее всего, и вовсе невозможную. Такая травма должна была быть необратимой для любого, кроме осколка парагона. И даже с вливанием воли, что как сварочный аппарат могла на мгновение размягчить реальность кристалла, работать было невероятно сложно.

– Кх… – На зубах захрустел перекус. Сотня кристалликов. Мелких. Похожих скорее на мелкодисперсный песок. Вот только в любом мире за щепоть такого песка могли начаться массовые войны. Материализованные и вытащенные из звезд отражения кристаллов повелителей. На языке расцвели вкусы. Старые, с инквизиторов, я сожрал уже давно. Или раздал другим. Сейчас же раскрывались кристаллы с клона Елены, Элис, Наруны, кристаллы с концептом жизни, из того великана. Они были самыми большими. Немного кристаллов со старика с чистым концептом и совсем редкие с концептом проводника боли. А вот тело Изиргастца, увы, уничтожилось полностью.

– Попробуем снова? – В руках сжались кровавые осколки души, насыщая разум приятным кипением крови и чуть меняя глаза. Почти уже и незаметно. Что поделать, ресурсов пятого этапа было мало. И кровавыми дарами с умершего в своем безумии проводника Единства пренебречь я не мог. Полученную же энергию я направил в главное ядро. Закрутил вокруг кристалла. Влил воли. И ударил, обращаясь, как ни странно, к хаосу. Сейчас даже звук стоял в сторонке. Ибо возможность переплавки кристалла я видел только во всеизменчивом хаосе.

Отдых. Новая порция кристаллов. Вливание воли. И удары духом по собственному кристаллу. Опасно. На грани со взрывом. Каждый раз слыша гулкий звон. Но сомнений не было ни секунды. Была задача и путь для ее решения. Постепенно я приноравливался к проблеме. Искал новые пути. Все это расцветало в улучшенном разуме.

Быстрыми такие изменения не могли быть априори. Даже с вливаниями воли. Даже с поглощением прорвы душ владык, которые лились на грань кристалла будто масло. Я словно уже ощущал эти души. Направленность их энергии, которая тоже являлась ценнейшей эссенцией для работы с травмами кристалла. И даже так это заняло еще несколько дней, в течение которых я все лучше приноравливался к произошедшим со мной изменениям.

И все же результат был достоин восхищения и древних легенд. За несколько дней я совершил невозможное. В горниле воли, бездны и хаоса я залатал грань кристалла. Пускай теперь она бликовала. Была мутной, навечно напоминая о том риске, что я прошел. Но для воплощения силы хаоса это было даже скорее полезно. Помнить и о провале, и о возрождении. Могло ли быть лучшее вместилище для этой силы, как не надломленная ей и ей же восстановленная грань?

– А теперь настало время и для следующей ступени. – Улыбнулся я. Но теперь оскал принадлежал не хаосу. А уже лично мне. Избавление от печати не сделало меня сдержаннее. Наоборот, нечто внутри словно все сильнее звало, наконец, покончить со всем и добиться этой цели. Не откладывая. Если кто-то меня обгонит? Ну что же. Я буду только рад. Но и специально оттягивать не буду. Ибо таков мой путь.

Сотни аватаров, в том числе и те, что выжили в прошлый раз, отколовшись от массива плоти и став самостоятельными после поглощения закалки, сейчас тоже комкались, обрастали энергией, пили капли и ядра тварей, преобразуя их в духовную массу и создавая нового левиафана. В центре которого я готовился к новой безумной авантюре. Взгляд через сеть духов. На Сарулан, что явно беспокоилась, неся в себе тайну того, чем я тут занимаюсь. На Карассу, что занималась охотой и тренировками, изнывая от невозможности самой возвыситься до повелителя. На Касима, что нашел свое призвание в истреблении владык-внешников, хоть те несколько раз и чуть его не прибили, скоординировав силы.

Капля или осколок? Или все вместе? Ответ пришел мгновенно. Осколок. Мой разум уже заперт в неприступной цитадели. Мой разум уже больше самого большого и меньше малого. Поток обжигающей силы капли может быть опасен для только восстановившегося кристалла. А вот просветление сейчас будет полезно. Оно или добьет меня. Или позволит стабилизироваться.

Вспышка!

Реальность исчезает. Исчезает тело. Остаюсь лишь я проекция-разума, аватар внутри чертогов мыслей. И вокруг меня бушует океан божественного пламени, в которое погружены канаты, сплетенные из потоков мыслей и аватаров. Время. Сейчас очень важно время. Оно определит, сколько я смогу взять от вспышки осколка бессмертного. Внутреннее субъективное восприятие уже разогнано, давая мне часы, а то и дни, сжатые до тех десятков секунд, которые в реальности меня будет пронзать просветление. Чертоги меняются. Их заполняет огнем. Холодным, мертвенным, синим, каким я и ощущал обычно просветление.

Началась работа.

Первый этап заключался в трансформации чертогов. В том, чтобы стальной схваткой взять собственный разум и переплавить его. Опасно? Невообразимо. Я мог изменить какую-то важную деталь, навсегда отсекая процесс дальнейшего возвышения. Поэтому я был осторожен, вместо необратимых изменений множа копии и абстракции. К моему разуму уже не подходил термин многопоточности. Скорее тут можно было говорить о многомерности направленности размышлений. Но в них необходимо было выковать якоря. И я ковал из синего божественного пламени. Я выковал цитадель-ядро, внутри которого заключил смертное отражение. Я выковал их копии. Я выковал несколько защищенных потоков, некоторые из которых отдал логике, а некоторые стихиям. Сразу семь потоков для концептов. Вот только я не давал им власти над разумом, как это вышло с хаосом. Такой путь тоже был возможен и описывался в трактатах. Но я был согласен с теми, кто считал его порочным. Наделяя стихию полноценным разумом внутри себя самого, ты лишь снимаешь с себя ответственность и отдаешь власть над собственным возвышением другому. Ты создаешь гомункула, которому неизменно затем покоришься. Мои же потоки проникали в стихии, пытались их познать. Слушали. Постигали.

Затем начался второй этап. Чертоги преобразились, превращаясь в подобие локуса. Полигон. А мое виртуально тело распалось на копии, каждое из которых начало отработку техник. Улучшать техники в собственном воображении? Такое считалось маловозможным. Хоть тренированный разум адептов и мог пройти большую часть улучшения. Но для закрепления всегда нужно было работать с реальным телом и реальной энергосистемой. Однако сейчас, когда меня просто сжигало просветлением, когда из всех щелей лился синий огонь, стирающий рассудок, ничего невозможного не было.

Этот адепт улучшил!

Этот адепт улучшил!

Этот адепт улучшил!..

Впрочем, второй этап был на удивление короток. Все техники плавились. Менялись. Становились чище и гармоничнее. Но и тратить на них много времени я не собирался. Ибо были задачи куда как более важные.

Я подошел к воплощенным чертогам ядер. Взглянул на них. Потом с трудом стер две сферы. Звук и хаос. Ощущая, как они находятся на грани. Как синее пламя само тянется к ним. И стоит лишь одному язычку коснуться этих концептов… Тяжело.

А вот другие пять сфер я затапливаю огнем. Позволяю всем остальным концептам наполниться просветлениям, запуская процессы улучшения. И сам вхожу в чертоги воли, опускаясь перед обугленным камнем и мечом. Открывая разум и ощущая, как меня затапливает океаном познания. Можно было остаться осторожным. Дозировать уровень сознания и уровень просветления. Но я знал. Так не добиться результата. Для прорыва. Для истинного возвышения, если я хотел уравновесить хаос и звук, если я хотел найти свой путь, путь Воли, то я должен был нырнуть в самую глубину. Открыть разум полностью. И более того. Довериться самому просветлению. Учению Гая. Который говорил, что просветление не только заставляет твой разум создавать новое в мыслительном процессе. Просветление открывает дорогу в неизведанное, где каждый видит свое. И оттуда черпает познание.

– Я доверяюсь воле. Я доверяюсь миру. Я доверяюсь Небу, небесному закону и бездне. Я доверяюсь парагону и кузнецу хаоса. Я доверяюсь себе…

Слова были сказаны. И смертное отражение потонуло в синем огне просветления. Растворилось в камне. В мече, воткнутом в поверхность. В изрезанной и изломанной поверхности, на которой символами моего пути отпечатывались удары рук, стали, следы крови и копоти. Я искал непознаваемого. Я искал понимания воли. Я искал того, что позволит возвыситься, избегнув тех участей, в которые падают многие. Кто-то становится безумцем. Кто-то рабом стихий. Кто-то становится бездушной машиной. Я не желал ни одной из таких судеб. Сначала я стал камнем. Потом еще более каменным камнем. Который уже едва ли мог бояться того, что станет камнем навечно. А потом… Лишь тьма.

– Господин! Господин… – Голоса вырвали меня из забытья. Резко. Разом. И только тогда я распахнул глаза, оживая. Воскресая из небытия. Поднимаясь и глядя на мир полно. Целиком.

– Господин… – Только через секунду я снова запечатал себя в смертном отражении. Перестал быть вселенной и стал личностью, наконец заметив Карассу и Ранулан. Ну и Касима заодно, что выглядели крайне обеспокоенно и растерянно, застыв всего в десятке метров. На расстоянии вытянутой руки…

– Карасса… Разве я разрешал входить ко мне? – Прошептал я, переполняюсь дикой! Ничем не обузданной! Яростью! Воздух замерз, покрылся мандалами и раскололся от этого шепота. А ментальная волна и аура сдавили всех троих, отчего они попятились, невольно отлетая на сантиметры назад. Влетать в мой локус? Пока я прорываюсь? Такая наглость уже граничила с предательством, за которое Карассу можно было бы и казнить! Ибо в такие моменты даже повелитель, даже я, был беззащитен. Почти. Ибо я все же среагировал на их приближение. Какая-то часть меня заставила меня прийти в себя, когда рядом оказались другие ауры.

Именно поэтому этот локус, да и соседние, были запретными для моих подчиненных. Даже хоти, например, Карасса меня убить, она бы не смогла подгадать момент, когда я действительно лишен защиты. А пару раз сунь она нос, чтобы проверить, и это стало бы настолько очевидно, что я бы ее придушил. Сейчас же, видимо, прошло слишком много времени. Вот они все втроем и ломанулись, чтобы контролировать друг друга. Но даже так это не должно было быть оставлено вот так.

– Воооооон! – Рев сотряс небо, впечатал двух владык и повелителя в землю, с треском проминая породу. Потащил, создавая траншею, раскидывая обломки на километры и перемалывая нарушителей. Те пытались защищаться, лишь надеясь, что их покровы выдержат. Пока через минуту их с грохотом не выкинуло в далекий портал. И только после этого я успокоился, осознавая, что контроль над духом теперь не просто вернулся. Он стал куда лучше. Гармоничнее. Остальные же изменения?

Сферы восприятия! – Десятки сфер, создаваясь легко словно и не было никаких травм, разлетелись на десятки километров, позволяя увидеть этот мир. Обновленный мир, надо сказать. Ибо тут и там я с удивлением замечал странных созданий. Во-первых, вокруг кишело немало духов. Всех форм, цветов и размеров. Которые по своему составу крайне отдаленно, но напоминали мою собственную ауру.

Разогнанное сознание тут же сложило тысячи картинок и промоделировало ситуацию. Выброс просветления седьмого этапа убил не всех аватаров в этом локусе, как я предполагал. Некоторое явно выжили, правда лишились рассудка. Взамен получив источник просветления, перекроивший их немыслимым образом. В итоге здесь родился заповедник истинных духов. Другие же мои аватары, затем вошедшие из соседних локусов, не стали этот зверинец убивать, лишенные инициативы. Их задачей было охранять меня, чем они и занялись. Более того. Сейчас я видел здесь и море новых растений, трав, деревьев и зверей. Тех, кто выжил на границах радиуса поражения. Там, где просветление уже не было смертельным. Это было даже интересно. Захватывающе. Вот только меня интересовали, в первую очередь, мои собственные изменения.

«Воля» (постижение: познавший (3)) (ступень: 37)

– Неплохо… – Я сжал ладонь, ощущая странную уверенность. Упорядоченность. Силу… Силу воли. Этот концепт не только вышел на этап познавшего, но и разом скакнул на третью ступень, окупив все риски. А вот остальные концепты…

«Стихия порядка» (постижение: ощутивший(2)) (ступень: 77)

Порядок так и не смог преодолеть границы познавшего. Жаль. Но я и не надеялся на подобное, честно говоря. Подобный путь освоения концептов был опасен и в какой-то мере порочен. Так что нужно было радоваться и этому.

«стихия пожирания» (постижение: познавший(3)) (ступень: 37)

«стихия пустоты» (постижение: познавший(3)) (ступень: 47)

Пожирание и пустота прибавили только по одному уровню. А вот боль даже не шелохнулась. Но и самого плохого не произошло. Хаос и звук остались отрезаны от просветления. На это моего контроля хватило.

– Жива? – Дождавшись пока Сарулан удалится в свой локус, разделившись с остальными, я подошел к ней в одном из аватаров, начиная разговор. Показывать свои слабости перед другими я не собирался.

– На удивление да, учитель… Это был урок… На грани. – Регенерируя стесанную кожу и явно сломанные кости, осторожно произнесла ученица.

– Сколько дней прошло с момента, как мы связывались? – Наконец, спросил я

– Пять. Вчера из вашего локуса поперли дикие духи, которые слишком сильно напоминали вас по ауре. Мы решили… Что вас постигла неудача. – Не стала она скрывать очевидного. Подобное со стороны действительно могло напоминать мою смерть и перерождение в орду духов.

– И что про мертвого повелителя говорили другие? – С усмешкой спросил я.

14 том /work/675706