Текст книги "Жажда бессмертия. Том 13 (СИ)"

Автор книги: Морфиус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Через секунду я уже пересек портал, оказываясь в… В пустоте, где не было ничего. Даже воздуха. Вместо него клубился пепел. Плотность энергии зашкаливала. И одного «вдоха» хватило, чтобы осознать. Да. Это седьмой этап. Не воля. Всего лишь ци и дух. Вот только и использовать их для возвышения было нельзя. Энергия капли и энергия бомбы, или что там было внутри Изиргастца, являлись совершенно разными материями. Первое я мог поглощать и пускать на свое развитие, ловя пускай и отголоски взрыва капли за многие километры и уже после детонации. Эта же энергия могла только обжечь. Эманации пространства тоже были сильны. Куда сильнее проводника. Того уровня, что я до сих пор видел. Так что это было? Просто бомба? Сомневаюсь. Скорее уж экстраординарные возможности Изиргастцев по манипулированию пространством связаны именно с этим. Впрочем, плевать!

Откуда-то снизу потянуло аурой. Отличной от фона. Жизнь. И если бы у меня сейчас было лицо, а не обугленное месиво с отваливающимися зубами, я бы расплылся в оскале. Нырок вниз. Мне больно создавать техники. Кристалл опален. Оплавлен. Травмирован. Он все еще дает силу. Звезды полны духа и ци. Но конденсировать их в устойчивые конструкты тяжело. Так что я ограничиваюсь покровом и абсолютным щитом. Лечу на вкус ауры. Погружаюсь в черный океан, раздвигая его сферой и испытывая боль от самого полета. Ибо и он требует контроля.

– Рха! – На глубине под километр, залитый черным пеплом, все вдруг взрывается. Дикий рев. И хлопок. Абсолютный щит вдруг сжимает с двух сторон исполинскими ладонями, черными, так что я вижу через пленку защиты, обугленные кости. А волна духа, смешанная с ядовитой жизнью, пытается пробраться внутрь. И умение даже пропускает часть энергии, не в силах остановить мощь проводника.

– Ну привет, толстяк! – В ответ я бью бездной. Уже родной. Что скорее не травмирует тело, а помогает его восстанавливать. Все вокруг затапливает багровым, а рев великана становится все пронзительнее. Наконец его руки пытаются отбросить меня внутри сферы. Но куда там. Я рвусь дальше. Потоки бездны обхватывают титана. Сжимают его обгоревший костяк. Проникают внутрь тысячами корней-щупалец. Иссушают. Внутри вспыхивает непреодолимое желание поглотить его душу. И. Подумав, я поддаюсь ему. Душа повелителя сейчас будет не менее полезной, чем капли и осколки.

Сердце затапливает приятной истомой. А я рвусь дальше. Но больше чужих аур не ощущаю. Хотя врагов было пятеро. Значит еще трое сдохли. Поиски начинают затягиваться. А я уже боюсь, что наград с них вообще не выпало, ведь формально их добил взрыв от Изиргастца. Но тут сканирование все же начинает нормально работать, и я нахожу в бесконечной черноте сначала один шар награды. А потом еще и еще один. Отлично. Пять повелителей за день? Вернее шесть, считая вместе с Наруной. Это рекорд.

Тело великана я забираю. Как и несколько найденных элементов доспехов и оружия шестого этапа. Остальные же… От них если что и осталось, то в явно ужасном состоянии. А все артефакты вышли из строя к моему глубочайшему сожалению. Так что на этом я и заканчиваю, возвращаясь в соседний мир.

– На подступах неспокойно, повелитель. Армия владык пытается нас прощупать… – тут же докладывает Карасса. Касим же уже где-то далеко, полетел отражать нападение.

– Хорошо… – Процедил я, задумываясь о том, можно ли устроить ответный рейд. Враги явно послали по мою душу крайне сильных повелителей. Ослабили себя. Теперь, если избрать целью, например, Сатронафцев, там вообще может оказаться один повелитель на весь пятый горизонт. Которого я легко вырежу. Но другой поток сознания меня остановил. Нет. Запасы воли почти на нуле. В такой ситуации опасно соваться куда-либо.

– Подготовь эвакуацию. Мы отступаем в мир четвертого горизонта. – Приказал я, хоть это решение мне и не нравилось. Но увы. Голос логики говорил именно так. Я набрал ресурсов. Настало время их переварить.

– Что будет с Абаратом, господин? Вы его…

– Нет. Я не буду его убивать. Останется здесь. Выдам ему инструкции. – Отрезал я. Хоть и оставлять одного повелителя на всю империю было так себе идеей. Порвут как тряпку. Но и отпускать его за десяток дней службы было ужасным расточительством. Так что он продолжит пытаться работать мне на благо.

– Быть может, стоит собрать жатву? – Осмелилась намекнуть она, за что тут же удостоилась моего неприязненного взгляда.

– Их все равно почти всех убьют другие. В отместку. – Продолжила она. Но ответом было мое тяжелое молчание.

После чего предпочла исчезнуть, отправившись готовить «эвакуацию». План мы обсуждали заранее. И она должна была собрать всех самых ценных мастеров, знатоков и просто интересных людей, что могут мне пригодиться. Пространство внутреннего мира уже напоминало плотно застроенный муравейник. Однако я был обязан думать наперед и собирать нужных кадров, на случай если все же придется уходить и реально строить свою империю.

Глава 20
Ученица

Место действия: Паутина миров

Время действия: 26 января 2061 года

– На этом все. Абарат мертв. – Заключил я, увидев последнюю картинку по сети аватаров. Сатронафец, оставленный для надзора за империей недавно еще раз сослужил мне неплохую службу, приведя к границе четвертого и пятого горизонтов еще одного повелителя. Жреца света из Амондорава. Тогда я рискнул и вышел обратно в пятый горизонт, получив еще ресурсов и каплю проводника света.

– Это было логично, господин. Вы не дали ему возможности выжить. – Процедил Касим, не стесняясь выказывать столь явное недовольство мной. Будь здесь Карасса, она бы зашипела от такой наглости.

Вспышка. Вокруг меня заиграл хаос, поглощая фигуру киборга. Затапливая того волной пламени. И опадая. Касим не шелохнулся. Тсс… С каждым днем он становится все больше фанатиком. Все больше проникается своим путем и справедливостью. Чем меня раздражает. Одновременно напоминая этим Джибриля, и в то же время полную противоположность того. Тем, что справедливость Касима настоящая. Не извращенная. И вместе с тем в его погружение в безумие стихий я видел отражение себя самого. Пускай моя речь спокойна. Поток мыслей безупречен. Но хаос в душе все укрепляется.

– Не стоит обвинять господина. Абарат был рабом и искупил своей службой долг жизни… – Вклинилась Сарулан, что, будучи пока что лишь владыкой, вовремя отскочила от моей вспышки ярости. Но сейчас вернулась обратно, открывая забрало доспеха.

– Замолчи, девочка… – Процедил бывший адепт Единства, вспыхивая молниями.

– Я исполняю приказы только учителя… – Между повелителем и владыкой повисла напряженная тишина. Подумать только. Месяц назад Сарулан боялась поднять глаза. А теперь нагло шипит на того, кто может ее размазать. Хотя… в бою у нее могли и быть шансы, если ударить всей волей разом. Касим был откровенно слабым повелителем. А она слабой владыкой, но с волей и запасом ци бездны.

– Тишина… – Прошептал я. Сдавливая обоих. И мертвенные вибрации звука сковали и киборга, и ученицу, заставляя их проникнуться ощущением опасности. Ибо и моя разумность имела пределы. А хаос не ведал границ и не делал различия на своих и чужих.

– Я пойду, господин. – Откланялся Касим. Все также не скрывая своего недовольства. И скоро исчез в далеком портале. Я же решил расслабиться. Материализуя стол и заваривая уже привычный чай. Хоть и каждый раз я готовил нечто новое. Вот и сейчас в большом чайнике запузырилось нечто пряное и густое, похожее скорее на кофе, чем на чай, пускай и бесконечно отличалось и от того и от другого. Знания алхимии, почерпнутые из чужих воспоминаний, выливались в указания. И в десятках чайничков поменьше стали смешиваться и другие ингредиенты. Вот «кофе» смешивается с ядовитой кровью твари-владыки. Вот оно растворяет природные кристаллы ци, придающие отвару странный, почти техногенный вкус, как будто пьешь бензин, при этом воспринимаемый языком как нечто вкусное. Вот чай смешивается с пряными смолами, это уже запас клана говорящих. У них же я почерпнул тысячи сортов заварки.

– Садись, ученица… – Устало произнес я, разглядывая горные пики. Причина усталости была… В раздумьях, надо сказать. Оказалось, повелители могут уставать. Но не физически, а ментально. К этому этапу вообще хорошо шла фраза «Горе от ума».

– Учитель… – Сарулан вновь немного замялась, что вызвало мою вспышку раздражения.

– Говори сразу. Всегда. – Припечатал я, отчего поверхность отваров застыла в кристаллизованных волнах звука, а чашка в моих руках вскипела. Только через секунду замершие пики жидкости разморозились, снова вскипев и разлившись в стороны, выплескиваясь через край. Но останавливаемые моим Духом, так что ни капли не упало на стол.

– Касим. Он выказывает вам неуважение. Как будто он будет готов предать вас, как и Абарат. – Произнесла она.

– Абарат. У него не оставалось выбора. Поэтому он пошел сдаваться другим. И я даже не активировал печать наказания. – Спокойно произнес я, вспоминая лишь недавние события. Сатронафца, оставленного мной в пятом горизонте, все же зажали со всех сторон. И он предпочел сдаться, так же как и, в свое время, сдался мне вместе с Наруной. Но в итоге девяносто девять шансов из ста, что его просто добили. Финал мои аватары так и не увидели, испепеленные.

– Касим же… – Задумался я.

– Логичнее опасаться тех, кто улыбается, выверяя каждую свою реакцию, а не тех, кто говорит правду в лицо. Таких слишком мало, чтобы ими разбрасываться. – Отпил я кипящей смеси из крови и отвара. На языке расцвела многомерная гамма вкусов. И даже здесь я уже воспринимал вкусы лишь как набор вибраций в многомерной точке отсчета. Звук неумолимо брал свое, даже под гнетом печати хаоса.

– Это необычно. И все равно опасно. Потому такие утверждения и встречаются лишь в легендах и сказках, но никогда в живых примерах, что я видела. – Заметила Сарулан, тоже отпивая того же и беря какие-то сладости. За это время она даже заметно выросла, вытянулась, вовсю используя возможности духа по перекраиванию своего тела. Так что по внешнему виду уже и не скажешь, сколько ей лет.

На минуту все погрузилось в молчание. В тишину, которую я слушал. Слушал, как в километрах внизу трещат горные породы, смещаясь на микроны. Слушал шелест крыльев птиц на другой стороне горного хребта. Слушал реакции Сарулан и ее движения. Слушал свет, снова раскладывая тот на составляющие. Спектр, доступный глазам, снова расширился, позволяя видеть на порядок больше оттенков и цветов, которым не было названия. Вернее были, в древних записях были тысячи названий для цветов. Вот только в каждом отдельном мире, и даже каждый отдельный повелитель, мог иметь свои собственные названия и даже свое личное видение. Так что общих терминологий никто не использовал.

– Когда станешь повелителем, то это будет вкуснее… – Заметил я, как девушка морщится от дегустации моего очередного кулинарного шедевра.

– Если стану… – Осторожно заметила она.

– Надеюсь, ты вытравила мысли о том, что я собираюсь тебя убить?

– Уже да, учитель. Старые установки разума сложно стереть. Но каждый день я стараюсь. И даже так сложно переделать себя после стольких лет другого воспитания. Кроме того… – Она задумалась.

– Моя основа слаба. Всего пять сотен звезд. – высказала она очевидное.

– С этим реально даже стать бессмертным. – Усмехнулся я своей безумной улыбкой, в которой из глубин души наружу глянул хаос. Это было столь мощно, что Сарулан дернулась.

– Реально. Но шансы этого все равно что у мышки победить волка. Будь у меня другой, более подходящий набор стихий… Или будь у меня много времени и… – Она снова запнулась…

– И безопасность, чтобы пройти регресс. Или захватить чужое тело. Договаривай всегда. Потому что сейчас тебе помешало твое чувство вины, будто твои слова обвиняют меня в том, что я не даю тебе эту безопасность. – Завершил я за нее то, что она хотела сказать. И то, что говорить не хотела, но чувствовала. Иногда проницательность была даже вредна.

– Все точно так. – Склонила она голову.

– А ты этого хочешь? – Наконец, спросил я.

– Пройти регресс? Да. – Не сомневаясь, ответила она. – Моя жизнь до этого была четко определена. Я не могла вырваться выше того, что мне уготовали. Сейчас же, когда вы дали мне такую надежду, я просто не имею права останавливаться. Не имею права замирать в возвышении, ибо теперь проклятье осколка парагона лежит и на мне. – Закончила она, дополняя голос и духовными отсветами эмоций. А я вновь погрузился в себя, проверяя не слишком ли сильно внутри меня осколок парагона плавит мне мозги, подталкивая к желанию заполучить еще кусочек.

В этот момент ко мне подошел доспех. Заново созданный. Доспех, выкованный из тысячи сожженных душ. Сарулан проводила тот взглядом. Я тоже не отказал себе в удовольствии посмотреть на обновленное творение. В том бою бессмертный шелк сплавился вместе, как пластик, став местами тоньше, а местами наоборот, приобретя плотность. Пластины же из металла пришлось делать заново. Скреплять, паять вместе. Только вместо сварочного аппарата работали пленные, выжимаемые осколком парагона досуха. Вместо дуги искрилась воля, сплавляя материал шестого этапа и дополнительно его закаляя.

Через несколько секунд я был уже внутри, ощущая привычную удобность. Без этой второй кожи я чувствовал себя уже не особо в своей тарелке. Так что сейчас лишь лицо осталось свободным, а шлем опал сзади, как капюшон. Духовная плоть, во внутренней части доспеха, уже тоже была пятого этапа, причем кристаллизованная. С вплавлением микрочастиц металла шестого этапа. В следующем серьезном бою мне доведется узнать, защитят ли они меня от излучения, или, наоборот, станут наношрапнелью, что нашпигует мое тело и взорвет звезды в хлам. В чашке появился новый отвар. С растворенной пряной смолой из запасов говорящих. Сарулан тоже предпочла его, как более знакомый.

– Ты пытаешься избавиться от наследственных признаков драконов. Прямо как Сатронафцы-Утар, что при становлении владыками превращаются в Нокта. Зачем? – Наконец, спросил я, видя, как красные полосы на руках, голове, да и на всем остальном теле медленно, но верно исчезают. Другие черты, даже лицо, тоже начали медленно меняться. Наверное, с волей вообще можно было изменить свой геном как угодно. Но в такие дебри не лез даже я. Ибо в наследии клана и трактатах было немало случаев, когда даже владыки ломали свои тела тонкими воздействиями духа. Так что или умирали или долго восстанавливались. А уж волей можно накуролесить вообще не пойми чего.

– Так… Я стану более красивой. – Небольшая заминка в попытке подобрать обоснование. Но все же она дала честный ответ.

– Ха-ха. Не думаю, что становление обычной сделает тебя красивее. Скорее даже наоборот. Твоя внешность привлекательна. – Рассмеялся я, отчего кружки задрожали.

– Тогда… – И снова проницательность сработала быстрее, чем девушка продолжила. – Если Карасса все же исчезнет из ваших слуг, я буду рада занять ее место. – Осторожно произнесла Сарулан. И я знал, что такие намерения в глубине души у нее были и раньше.

– Эх… Как минимум мы осколки парагона. А потому нам не стоит привязываться. Это кончится плохо. – Ответил я то, что первое пришло в голову. И это же было правдой. Я чувствовал истинность этих слов. Да и Сарулан я уже хотел куда-нибудь сплавить подальше, чтобы жажда слияния осколков перестала мне капать на мозги. Кроме того, привязывать ее к себе только после того, как она освободилась от своей участи вечной рабыни клана, выглядело как-то не очень.

– У тебя есть вопросы по обучению? – Наконец, после долгой паузы спросил я.

– Я бы хотела еще раз ощутить ваш звук. Узнать ваше его понимание. – Попросила она.

– Хорошо. – Я встал, убирая стол и все принадлежности. Сарулан тут же вскочила в боевую стойку, сжав в правой верхней руке меч, а в нижней и левой-верхней копье. Я считал, что истинное познание стихий возможно только в бою. А она предпочитала встречать опасность с оружием в руках, даже если оно против меня было бесполезно.

– Омммм… – Едва слышно затянул я, медленно выдыхая. И этот выдох преобразился в крик баньши. Давно утратившую свою актуальность технику. Хотя стоит и в нее вдохнуть новую жизнь. Воздух вокруг начал взрываться. А Сарулан встретила атаку выставленными клинками, разрезая мою силу своими концептами.

Хлопок в ладоши. И я добавляю свое понимание пустоты и пожирания. Бесконечной пустоты в виде тьмы космоса и бесконечного голода в виде тысячи распахивающая пастей. Девушку сдувает. Ее покров лопается. Тело заполняется стихиальной отравой. Но она тут же вскакивает, отвечая серией техник. Те гаснут в моем звоне. Но это достойно уважения. Взмах ладонью. Ее откидывает снова. Впечатывает в склон горы. Вминает в камень и погребает под слоем утрамбовывающейся пыли, захоранивая заживо. Сдерживаться я не собираюсь. Ибо роль учителя не в том, чтобы быть нянькой для учеников. А чтобы они вышли за грань и познали новые горизонты.

Драконидка вспыхивает своей объемной техникой. Или скорее недотехникой. Ее понимание концепта материи заставляет камень расступиться. Я чуть поддаюсь. Даю ей пару секунд. Чтобы потом впечатать в породу снова, как теннисный мячик в доску стола. Звук. Пустота. Пожирание. Наши общие стихии. То, в чем я могу ей помочь. И с каждой минутой я лишь усиливаю напор, заставляя ее выживать. Ошибка приведет к серьезным травмам. Пускай. Сейчас я копирую Гая, что открыл мне путь боли. Кстати, боли тоже можно добавить. Не настолько, конечно, чтобы открыть ей этот путь. Это уже нереально без воли. У девочки уже пять стихий. Но достаточно, чтобы она прониклась этим ощущением и почерпнула из него новое понимание своих путей. Неожиданно в меня летят мандалы. Сразу десяток. Тут же исчезая в звоне.

– Неплохо. Скопировала ты их у меня хорошо. Только не похоже, чтобы они были твоим путем. Твои стихии требуют иной формы… – Высказал я то, что ощутил. Отправляя следом и свою мандалу, упавшую в пылевое облако. Там что-то смачно хрустнуло. Переусердствовал? Взгляд силы! А нет, все хорошо. Пока жива и даже шевелится… Значит, можно продолжать…

В итоге все свелось к тому, что Сарулан перестала сопротивляться, сосредоточившись только на укреплении своего покрова. Ну и на том, чтобы не сдохнуть от отравления стихиями, переплавляя их в свое собственное понимание. Запас просветляшек и капель, что был у нее с собой, она израсходовала в ноль. Но и, судя по всему, технику покрова она улучшила как минимум один раз. Что тоже неплохо. А еще… Возможно… Улучшила концепт пустоты. Он у нее был второго этапа и первой ступени. Но во время избиения, кажется, что-то внутри нее екнуло, это я понял по тому, как мои стихии отзывались внутри ее энергосистемы.

– Ну как успехи? – Участливо поинтересовался я у окровавленного тела, распростертого в каменной пыли.

– От… Отлично, учитель… – Едва слышно просипела она.

– Тогда отдыхай. – Не стал я ее лечить, во-первых, потому как у нее теперь и самой было умение лечения, а во-вторых, потому, что ей было необходимо, как владыке, осваивать и лечение духом, что умели все адепты четвертого этапа. Но это инстинктивное свойство Духа можно было и развивать до невероятных высот.

Проявленных звезд +1 (6913007)

Неожиданно и внутри меня открылось новое отражение кристалла. Может подошло время. А может правда, обучение других открывает новые горизонты для себя. Эта точка зрения была довольно распространена. И потому многие, кто упирался в барьеры, становились учителями. Основывали свои школы. Взращивали таланты. Чтобы в созерцании этих достижений открыть себе новые пути.

Небесный шаг. И мир дергается. Кажется, что это телепортация. Но увы. Это всего лишь быстрое перемещение. Десятки махов. И такие же чудовищные разгон и торможение, вертящие на х… пальце законы сохранения импульса. Воздух вокруг остается спокойным. Не контролируй я молекулы вокруг, не раздвигай их, и ударной волной оставило бы серию кратеров, сдувая окрестные леса как спички.

Переход через портал и я в своем мире для медитации. Локусе, где все живое на пару десятков километров уже умерло. И только сильные и самые отбитые твари владыки, в количестве штук трех, приходили к этому кратеру медитировать, ловя отголоски моей силы. Убивать их я не стал, наблюдая, как за интересными образцами. Чуть в стороне, в нескольких десятках километрах, пролегал корень бездны. Но чахлый и слабый. Оттуда я черпал иногда дармовый дух. Ну и практиковался по советам Карассы в управлении самим корнем. Ибо по классификации иерархии бездны я был пока что всего лишь жалким преображаемым, третья ступень. Хотя уже почти освоил четвертую ступень, воителя, научившись пить корень дистанционно. Этому мешала моя плохая «карма». Слово, что не ожидаешь услышать в разрезе мастерства адептов бездны. Но кармой они называли меру благосклонности бездны и корня к тебе. И логично, если постоянно только жрать чужую силу, не давая «реке миров» ничего взамен, то карма у тебя будет отрицательной. А становиться погонщиком и направлять корень дальше, помогая ему распространяться и тем самым зарабатывая «карму» я, естественно, не желал.

Пятой ступенью были властители, те кто могут управлять корнем, менять его направление, вид, создавать отростки. Именно так Унод-Теонар и вырастил себе тоннель в океане. Но и там нужна была карма. Шестой же уровень считался пиковым. Искусснейшие. Те, кто могли управлять энергией душ напрямую. Но такого уровня обычно достигали только вечные и архонты.

Первые же уровни я прошел давно. Неофитами называли тех, кто просто начал пить души. Погонщиками тех, кто научался управлять тварями. А трансформирующимися тех, кто закалил свои тела так, чтобы пить энергию из корня. Впрочем, учитывая, что базового семени бездны во мне не было, как и части функционала, все это было весьма размыто и расплывчато.