Текст книги "Подношение для истины (СИ)"
Автор книги: Margaret De Stefano
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 33 страниц)
– Ты здесь! – прошептала Марта, своими маленькими, но очень сильными кистями вцепившись в Асины руки.
– Боже… – только и смогла произнести Ася, которая была уже на пол пути к тому самому концу.
– Получилось? – поинтересовался Дас, появившийся из ниоткуда.
– Да, – сипло ответила она.
– Ты долго.
– Я не могла с вами связаться.
– Это моя вина, – нехотя признала Ма. – Видимо, неправильно настроила радиус действия.
– Уже неважно, – махнул рукой Дас. – Нужно убираться отсюда. У нас есть пара минут, пока охрана не вернулась к стойке из своей коморки.
Этих слов было достаточно, чтобы девушки двинулись вперед. Они быстро, но совершенно беззвучно, выбрались из пустующего коридора в зал. Ася почти у выхода вспомнила про ключ и, перебарывая соблазн оставить его у себя, метнулась к стойке администратора, куда вернула пропажу. Словно призраки, ребята выскользнули через стеклянные двери на улицу, которая сейчас стала для них настоящим спасением.
Оказавшись снаружи, они уже не старались скрыться и что есть силы бросились к машине. Послышался заливистый смех Ма, лицо Даса растянулось в торжествующей ухмылке, а с Асиных щек сошла мертвенная бледнота.
Ребята запрыгнули в машину, словно умелые преступники, и уже через несколько секунд мчали по пустующим дорогам ночного города.
– У тебя точно получилось? – уточнила Ма, обернувшись к подруге.
– Надеюсь… То есть, да, – Ася не знала, что должна сказать, что сделать и куда смотреть. Все ее сознание словно отрубилось еще на пол пути из офиса «Симметрии».
– Давай сюда флешку, – Дас протянул руку в сторону, не отвлекаясь от дороги, и девушка послушно вложила устройство ему в ладонь. – Завтра я отдам ее моему знакомому бухгалтеру, и мы узнаем, получилось у Просто Аси самое грандиозное ограбление века или нет.
Ася принужденно улыбнулась, совершенно не разделяя юмора своего товарища. Все ее мысли остались в темных коридорах офиса, в пустующих кабинетах и стеклянных окнах.
– Но что с тем охранником, которого ты вырубил? – вдруг вспомнила она.
– Ничего. Очнется, в панике побежит к камерам, увидит, что там ничего нет и решит, что чокнулся. В лицо он вряд ли вас запомнил.
– Но если это дойдет до Паши…
– То он сразу поймет, кто в этом замешан, – хохотнул Дас. – Хотел бы я увидеть лицо Коэна, но мы теперь по разные стороны баррикад.
Вскоре ребята вернулись в гараж. Дас тут уже ушел, сославшись на какие-то очень важные дела, а девушки до поздней ночи просидели вместе, обсуждая произошедшее и пытаясь друг друга подбодрить. Хотя в основном поддержка нужна была Асе, которая, кажется, приобрела лишний десяток седых волос за этот вечер. Ма понимала, насколько тяжело подруге, и с сочувствием глядела на нее. Не каждый способен вот так, совершенно неподготовленный, проникнуть туда, откуда фактически бежал, и нарушить закон, совсем не думая о последствиях.
Ася была не из этой сказки. Она не привыкла жить в вечном страхе и противоборстве, сражаться с невидимыми врагами, защищать себя и своих близких от зла, которое было значительно больше нее и всего ее мира. Но, тем не менее, у нее успешно получалось приспособляться. Рискнув однажды, она ступила на полосу, с которой не оступилась до сих пор, и Ма где-то глубоко в душе восхищалась этим неопытным, возможно, слишком беспечным и необдуманным путем, который проходила ее новоявленная подруга.
***
Наступило утро, неестественно спокойное и обычное, по сравнению с предшествующим ему вечером. Ася открыла глаза, и на смену беспечному сну пришли непрошенные воспоминания. Игнорируя тревоги и доводы рассудка, девушка встала с постели, умылась и с чашкой чая уселась на диванчик, прислушиваясь к необычной тишине и покою, от которых совершенно в последнее время отвыкла.
Некоторое время Ася просидела, погрузившись в свои мысли и забыв обо всем вокруг. Она думала, но сама не знала о чем, чувствовала, но не знала, что именно чувствует. Ее поглощала странная неопределенность, когда все, что видишь вокруг, становится неправильным и искаженным, когда мысли в голове слишком сложные, чтобы облачить их в слова, а эмоции – противоречивые. Было ясно лишь одно – Ася запуталась бесповоротно и окончательно. Она потеряла последнего человека, который мог бы помочь ей распутать этот огненный клубок противоречий, и теперь была предоставлена лишь самой себе.
Звук сообщения вырвал Асю из страны чудес, в которой все было слишком сюрреалистичным. Девушка заторможенно перевела взгляд на смартфон и очнулась ото сна, вчитавшись во всплывшее сообщение. Ей вновь писал Ярослав.
«Я рад это слышать, ведь очень сильно на Вас надеюсь! Мы можем встретиться и обсудить детали? Желательно в ближайшее время».
«Конечно. Хоть сегодня. Сможете?»
Ярослав ответил почти мгновенно. Он выслал геопозицию кафе в центре города и обещал быть там через несколько часов. После его сообщения Асе пришлось отложить все свои мысли в ящик и отвлечься от самоанализа, чтобы посвятить время чему-то более плодотворному. Она поспешила собираться на встречу с новым свидетелем по делу «Пути».
Через несколько часов Ася оказалась в назначенном месте. Она волновалась перед встречей, хотя сама этому удивлялась: после вчерашнего она просто не должна была испытывать страха ни перед чем, что по своим масштабам не превосходило бы покушение как минимум на президента. Однако глубина ее чувств все увеличивалась, а спектр эмоций окрашивался новыми цветами.
Девушка вошла в помещение и оглядела полупустой зал. Несколько официантов сновали между занятыми круглыми столиками, то выставляя, то убирая посуду. Они почти не обратили внимания на вошедшую посетительницу, лишь полоснули по ней безразличными взглядами и промямлили что-то, похожее на приветствие.
Светлое небольшое помещение, обитое деревом, выглядело весьма уютно. У противоположной от Аси стены тянулась длинная барная стойка, за которой ровными рядами стояли пестрые бутылки разных цветов и размеров. Над ними на зеленых больших досках мелом были выведены названия напитков, акций и цен. По стенам и окнам в пол тянулись шторы из желто-оранжевых гирлянд, откуда-то доносился голос Элвиса Пресли.
Ася всмотрелась в незнакомые лица, выискивая того, кто мог бы подойти на ее собственное представление о Ярославе. В основном все люди в зале сидели парочками или компаниями, и лишь один человек в самом конце зала находился в одиночестве. Он поднял взгляд на Асю и также неуверенно всмотрелся в ее фигуру, но все же медленно вытянул руку вверх и опасливо махнул ею. Девушка двинулась к нему.
– Вы – Ярослав? – уточнила она смущенно.
– Да, – кивнул он, и они оба расслабились.
Ася опустилась на стул напротив Ярослава и бросила на него любопытный взгляд. Она ужасно хотела его рассмотреть, но не решалась задержать свой взгляд дольше, чем на пару секунд. Это был молодой человек лет тридцати с густыми блондинистыми волосами и голубыми глазами. Он смотрел на Асю с таким же интересом, и его светлые брови выгнулись в удивлении.
– Я, честно, представлял Вас старше.
– Какая есть, – с улыбкой пожала плечами девушка.
Ася всматривалась в его острый широкий нос, в морщинки под глазами, в тонкие светло-розовые губы и почему-то не могла избавиться от ощущения, что знает человека напротив.
Тем временем ей принесли меню, и Ася невольно отвлеклась от рассмотрения собеседника. Она без интереса скользнула глазами по картонке и тут же попросила первый попавшийся на глаза кофе. Настроения на еду не было совсем. Ярослав заказал тоже самое и вновь вернул все свое внимание на девушку.
– Это смешно, но Вы мне кажетесь знакомым, – неловко улыбнулась девушка, сминая в руках салфетку, лежащую на столе.
– Вам не кажется, – вдруг ответил мужчина предельно серьезно, и Ася резко вскинула глаза на его лицо.
– Что?
– Мы и правда знакомы. Но немного не так, как Вы могли бы ожидать.
– Что это значит? – ошарашенно спросила девушка, внимательно всматриваясь в светло-голубые раскосые глаза.
– Я из «Пути», Таисия.
– Вы?..
– Да. И я больше, чем уверен, что там Вы бы сразу меня узнали.
– И… как давно Вы там? – пытаясь прийти в себя, заговорила девушка.
– Скорее «как давно я там был», – поправил Асю мужчина, хмуро глядя на нее. – Около пяти лет я провел в «Истинном Пути».
– Но, если я Вас знаю, значит…
– Я ушел недавно. И Вы даже знаете причину.
– Я? – нервно усмехнувшись, спросила девушка. Она не могла поверить ни единому слову Ярослава, хотя его мрачный тон явно говорил, что шутить он не настроен. – Стойте. Какой у Вас был ранг?
– Служитель.
– Служитель… – ошеломленно повторила девушка, невольно прокручивая в голове все собрания, лица послушников, разговоры, звучавшие в стенах «Пути», и вдруг вспомнила один из диалогов с Павлом, в котором он упоминал о некоем Ярославе, который был… – Вы – старший служитель?!
– Из Ваших уст это звучит в некотором роде оскорбительно, – невесело улыбнулся Ярослав. – Но Вы правы.
– Я-я помню Вас, – вдруг осознала девушка. – Но почему Вы ушли?
– Я отказался убивать человека.
На это Ася не нашла, что сказать. Она лишь вновь недоверчиво всмотрелась в лицо Ярослава, пытаясь разглядеть правду в его чертах, а не услышать в словах. Тогда мужчина продолжил:
– Это связано с одним из последних ритуалов. На нем я должен был принести в жертву мужчину, но я отказался это делать. Поймите, Таисия, я не убийца, я не мог отнять жизнь у человека собственными руками… – сбивчиво прошептал Ярослав.
Ася вспомнила злосчастную ночь, в которую оказалась на второй части особого собрания, вспомнила всеобщее безумие, разрезанную Павлом руку, пугающий ритуал и самоубийство послушника прямо на постаменте. Спина девушки покрылась мурашками. Кажется, Ярослав говорил именно об этом собрании…
– На последнем собрании человек перерезал себе глотку… – прошептала она в ответ.
– Да, да, так и есть, – ответил Ярослав, отводя глаза в сторону, словно все его нутро противилось этому разговору. – Я должен был лишить его жизни, но отказался, поэтому им пришлось импровизировать.
– Это безумие…
– И я слишком поздно понял это. Последние пять лет гнался за мнимыми благами, пытался познать мир вокруг, но пришел лишь к этому… К тому, что противоречит самой человеческой натуре…
– Но это явно не первое убийство в «Пути», – возразила Ася, стараясь мыслить рационально. – Раньше Вас это не смущало?
– Тогда смерть была далека, мне не приходилось вести ее за руку… – проговорил Ярослав, опустив голову на руки и спрятав лицо за ладонями. – Я будто очнулся, когда оказался перед необходимостью убить.
– И что Вы собираетесь делать? – спросила Ася, одолеваемая сомнениями.
– Хочу положить этому конец.
Ася в задумчивости отвела взгляд в сторону. Могла ли она доверять человеку, что был так близок к Отцу? Мужчине, который последние пять лет служил верой и правдой религиозной секте, разделяя ее убеждения, образ жизни, учения?
Человек перед Асей был на взводе. Его голубые глаза, покрытые серой дымкой каких-то неясных чувств, бегали по лицу девушки, по ее хмурым бровям и скрещенным рукам. Он нервно взъерошил себе волосы, с досадой понимая, что не нашел сочувствия в собеседнице.
– Я понимаю, – начал он после некоторого молчания. – Я бы тоже не смог поверить тому, кого считал своим врагом все это время. Но я пришел не с пустыми руками.
Ярослав наклонился, выудил из черного кожаного портфеля толстую стопку сшитых бумаг и положил ее на стол, придвигая ближе к Асе. Девушка недоверчиво раскрыла документы и увидела перед собой длинные списки чужих имен, неизвестных дат и характеристик. Словно корабли из «Иллиады», они тянулись со страницы на страницу, раскрывали чужие жизни, перечисляли незнакомые истории.
– Что это? – спросила Ася, отрываясь от чтения.
– Список всех послушников «Пути» и их краткие характеристики, – пояснил Ярослав, наблюдая, как лицо Аси растягивается в удивлении. – Вы можете найти здесь даже себя. Я так понимаю, когда я бежал, Вы еще состояли в послушниках.
Ася не преминула предложением и тут же пролистала сотню страниц в поисках знакомого, но не собственного, имени Екатерины Лебедевой. Она и правда нашлась, но, кроме уже знакомой легенды о работе в школе и о муже-тиране, ничего нового написано не было.
– Я думаю, это может пригодиться в полиции, – добавил Ярослав, слабо улыбнувшись.
– Но откуда это у Вас?
– Позаимствовал, когда сбегал из «Пути». Знал, что мне нужна будет хоть какая-то гарантия безопасности, а этот документ – единственный, что попался мне на глаза.
– Гарантия безопасности?
– Они так просто не отпускают своих, Таисия, – пояснил Ярослав. – И я боюсь, что вскоре они выйдут на меня. Поэтому и обратился к Вам.
– Вы же понимаете, что в полиции и на Вас обратят внимание? – с сомнением произнесла Ася. – Вы ведь причастны ко всему, что там происходило…
– Я знаю, но готов к этому.
– Пожертвуете собой?
– Я не сделал ничего, что могло бы привести меня за решетку. На мне нет ни мошенничества, ни убийств. Я никогда не углублялся в дела «Пути» дальше собраний и служений.
Ася до сих пор не знала, могла ли она доверять Ярославу. Но важные документы «Пути» прямо сейчас лежали на столе перед ней, а человек напротив явно был настроен на сотрудничество. Все в его поведении, в его словах и взглядах говорило о том, как хочет он помочь Асе. И девушка металась от сомнений к надежде, словно птица в клетке. Ей безумно хотелось схватиться за соломинку, выжать все, что только можно, из Ярослава и наконец сделать очередной шаг вперед к завершению этой слишком запутанной истории, однако одновременно ее одолевали страхи и подозрения. С некоторых времен Ася стала видеть угрозу во всех вокруг, будь то незнакомцы или друзья, знакомые или чужие, послушники или собственные близкие. Это были очевидные паранойя и тревога, вызванные лишь состоянием вечного беспокойства.
– Значит, Вы мне поможете? – уточнила Ася, пытаясь избавиться от всех безосновательных опасений.
– Всем, чем только смогу, – уверенно кивнул Ярослав с полным надеждой взглядом.
Глава 27: Συν Αθηνά και χείρα κίνει
На бога надейся, а сам не плошай.
Ежедневно в Асиной жизни происходили изменения. Будь то перестановка сил, возможностей или планов. Близкие становились чужими, враги стремились помочь. Альянсы, союзы, стратегии – все то, что было так далеко, почему-то стало частью Асиного привычного распорядка.
Лев Толстой считал, что, только совершая ошибки, человек живет, а не существует. Асе же казалось, что ошибок она уже совершила так много, что можно было бы прожить не один десяток жизней. Однако они все почему-то сконцентрировались в нескольких злосчастных месяцах весны, которая вместе с теплом и мягким светом солнца принесла драму, слезы и страх.
Но кто не мечтает о приключениях? На них приятно смотреть, сидя за сериалом или за книгой. Приятно наблюдать за ними со стороны, переживать все трагедии и беды через призму кем-то выдуманных ситуаций. Удобно чувствовать боль, но не страдать, испытывать страх, но не бояться. И это возможно лишь когда история, что стала частью жизни, оказалась всего-навсего чьей-то выдумкой, картинкой на экране или набором букв на бумаге.
Реальная жизнь не поддается романтизации и фантазиям. Она беспощадна и своевольна. Как Незнакомка, она проходит мимо людских столиков, дыша духами и туманами, блестит шелками и никогда ни с кем не говорит. В ее умелых руках человеческие жизни ловко превращаются в любую фигуру, меняя свой образ и подобие. Незнакомке нет дела до людских страстей, до боли и страха. Она не волнуется о своих действиях, потому что знает, что одна решает все человеческие судьбы.
Так и Ася, оказавшись в чужих всемогущих руках, была втянута совсем не в ту историю, о какой могла подумать. Мечтая об опасностях, противостояниях, роковой любви и преданной дружбе, девушка никак не могла представить себе, что получит это все в одной религиозной секте, что все ее стремления будут заключены против такого низменного и приземленного людского порока.
Вскоре Ася вернулась в гараж с толстой папкой бумаг подмышкой. Она ожидала, что некоторое время проведет в одиночестве, перечитывая документы и обдумывая все, что произошло. Ее мысли ни на секунду не покидали Ярослава, они рассматривали всю его фигуру: светлые волосы, широкий лоб, голубые глаза, тонкие сжатые в напряжении губы, выступающие дорожки вен на шее и на руках, – и пытались понять, где в его образе скрывается подвох.
Однако планам Аси не суждено было сбыться. Оказавшись в дверном проеме, девушка тут же встретилась с несколькими парами удивленных глаз. Она резко улыбнулась, не ожидая увидеть ребят в гараже, и прошла внутрь, мысленно собираясь поведать им об интересном разговоре с бывшим последователем «Пути». Реакция ребят ей смутно представлялась.
– Что скалишься? – спросил Дас, заломив бровь.
– Что за бумаги? – поддержала его Ма.
– Я ходила на встречу с еще одним свидетелем, – как можно более непринужденно ответила девушка и протянула папку подруге, которая сидела на диванчике.
Ма с интересом взяла бумаги и, немедля ни секунды, раскрыла их в самой середине. Несколько мгновений она молчала, тонкими пальчиками перелистывая документы, и наконец подняла вопросительный взгляд на Асю.
– Что это?
– Список всех послушников «Пути».
Дас удивленно присвистнул и, встав из-за рабочего стола, приблизился к девушкам, чтобы забрать бумаги себе.
– Откуда это у свидетеля? – поинтересовалась девушка.
– Это не просто свидетель. Он был старшим служителем.
– Ты ходила на встречу к приближенному Отца?!
– Ну, он уже не приближенный…
– Какая разница? – гневно выпалила Ма, нахмурившись. – Ты должна была сказать нам.
– Он просил никому не говорить, потому что боялся за свою жизнь.
– И ты конечно же согласилась! – Ма в исступлении хлопнула ладонями по коленям. – Что за секреты, Ася? Может и нам не стоит тебе доверять?
– Что? – Ася ошарашенно замерла, вдруг осознав, насколько сильно очередной раз ошиблась. – Дело не в доверии, я просто даже не думала об этом…
– В нашем деле думать необходимо, – хмуро заметила Ма, но наконец оставила свое нападение.
– Как бы меня это не огорчало, но Ма права, – заговорил Дас, отрываясь от бумаг.
– Что значит «как бы меня не огорчало»? – поинтересовалась девушка настороженно.
– Ненавижу, когда ты права. Это задевает мое мужское достоинство.
– Хватит шуток, дубина! – в Даса тут же полетела подушка, которую он ловко поймал. – Я серьезно, между прочим.
– Ну, что сделано, то сделано, – пожал плечами Дас. – Зато у нас есть это, – он хлопнул широкой ладонью по бумагам.
– Что еще ты узнала от него? – поинтересовалась Ма хмуро.
Ася кратко рассказала о разговоре с Ярославом. Она удивила ребят своим заочным знакомством с послушником, напомнила о последнем ритуальном собрании, на котором оказалась, о самоубийстве послушника и обо всем, что хоть мельком упоминал Ярослав.
Под конец рассказа ребята настороженно переглянулись.
– Думаешь, ему можно верить? – спросила Ма, обращаясь к Дасу. На Асю она демонстративно не смотрела.
– Сложно сказать. Документы могут быть уловкой.
– В них нет ничего компрометирующего, – согласилась Ма. – Их можно передать безболезненно, но при этом заслужить доверие.
– Ярослав сказал, что это единственное, что попалось ему на глаза, – вспомнила Ася.
– И ты опять ему поверила, – скрестив руки на груди, ответила Ма недовольно.
– Ма! – воскликнула Ася обиженно. – Прости, что не сказала вам! Да, я виновата. Но это не потому, что я вам не доверяю. Я просто пытаюсь помочь и делаю все, что в моих силах, в то время как вы тянете на себе абсолютно весь план. Мне с вами не сравниться, я и десятой доли того же сделать не смогу, поэтому хватаюсь за любую возможность, поэтому лишний раз не отвлекаю вас, только чтобы помочь.
Ма несколько секунд упрямо молчала, глядя в пол, но в итоге слабо махнула рукой и проговорила тихо:
– Проехали.
Еще некоторое время ребята обсуждали личность Ярослава, взвешивали все «за» и «против», предполагали, что может стоять за личностью такого человека. О том, что правда здесь лежит на поверхности, не шло и речи.
Новая переменная в уравнении «Пути» могла быть ключом к разгадке, но в тоже время и константой, введенной умелыми математиками, для которых очередной пример – лишь привычная религиозная рутина.
В итоге ребята пришли к единогласному выводу: нужно присматриваться к Ярославу и, если и позволить ему помочь, то не допускать к расследованию напрямую. Конечно же, наблюдением и экспериментами должна была заняться Ася, как эксперт в области внутренностей «Истинного Пути».
– Пять лет он любовался видами расчлененки и наслаждался в компаниях молоденьких послушниц, – подытожил Дас с привычной насмешкой. – Но вдруг понял, что что-то здесь не так.
– Лучше поздно, чем никогда? – предположила Ася.
– Не в этом случае.
Насущные новости кончились, и ребята вскоре разошлись. Продолжать вести расследование в гараже никто не собирался. Ни у Ма, ни у Аси или даже Даса не было сил, чтобы лишние несколько часов провести в интернете или среди уже накопанных документов, пытаясь достучаться до истины, найти очередной закопанный клад информации и дополнить и без того весьма полную картину «Истинного Пути».
Дас ушел в мастерскую, потому что его отрадой было копание в автомобильной грязи, масле и запчастях. Как говорил мужчина: «Только в компании раздолбанных корыт я чувствую себя счастливым». А «раздолбанное корыто» Отца его не сильно интересовало.
Ма же уехала домой готовиться к семинарам, потому что «и так уже долгов накопила по горло». Поэтому Ася осталась одна и потратила оставшийся день лишь на то, чтобы выспаться, отдохнуть и восстановить расшатанную нервную систему. Зато на следующий день ребят ждало много потрясений.
***
Мобильный Даса завибрировал и едва не упал со стола, если бы мужчина вовремя не вытянул руку, в очередной раз демонстрируя неестественную для своей комплекции ловкость.
Он нетерпеливо ответил на звонок и некоторое время молчал, а потом резко замахал руками из стороны в сторону, привлекая внимание девушек. Ася с Ма недоверчиво переглянулись, мысленно спрашивая друг друга, не сошел ли их приятель с ума.
Тогда Дас недовольно скривился, выставил ладонь вперед и прервал своего собеседника:
– Стой-стой-стой, не начинай. Я включу громкую связь, чтобы тебя все слышали.
– Включил? – послышался высокий мужской голос из динамиков смартфона. Девушки с интересом подошли поближе.
– Да. Говори.
– Здравствуйте. Меня зовут Альберт Мацукевич. Я бухгалтер.
– Здравствуйте, – поздоровались девушки заинтригованно.
– Я изучил файлы, что вы мне передали, – деловито начал мужчина. – Сразу скажу: там немного, но и этого вполне достаточно, – ребята переглянулись, сдерживая довольные улыбки. – Здесь есть некоторые части журнала операций по счетам, оборотных и накопительных ведомостей, книги учета и бухгалтерских балансов. Еще немного отчетов о прибылях и убытках, накладных и…
– Так, Берт, – прервал его Дас, сморщившись. – Перепись документов нас не интересует, мы все равно ничего не поняли из этой молитвы. Давай к делу.
– Хорошо, – прокашлявшись, продолжил Альберт. – В общем, по ним явно прослеживаются частые изменения в форме представления, в валюте и юрисдикции. Также меняются счета и компании.
– Теперь снова на человеческий, – закатив глаза, проговорил Дас.
– Ну что тут непонятного? – недовольно спросил Альберт, тяжело вздохнув. – Если простым языком: очень много несоответствий и подозрительной активности. Деньги часто переводятся со счета на счет, уходят в другие компании, конвертируются в доллары и евро, тратятся на странные покупки. Также я заметил, что по документам выплачиваются слишком большие дивиденды акционерам. Это все явно делается с целью легализации доходов, а если проще – для отмыва денег.
– Другое дело! – весело ответил Дас. – Значит, они у нас на крючке?
– Конечно, – в голосе Альберта послышалась улыбка. – Но вы не сможете использовать эти документы в полиции или в суде, ведь они добыты незаконно. Однако теперь вы точно знаете, что воюете не с воздухом, и прижать эту «Симметрию» есть за что.
– Супер, Альберто, – довольно проговорил Дас, стреляя взглядом то в Ма, то в Асю. – Спасибо за работу, я у тебя в долгу.
– Еще сочтемся, Дим, – также довольно ответил мужчина. – До связи.
– Ну, Ась, ты молодец, накачала, что надо, – ухмыльнулся Дас, потрепав девушку по голове.
– Мы все молодцы, – улыбнулась Ася в ответ.
– Вечером празднуем это дело, – неожиданно заявил мужчина, хлопнув в массивные ладоши.
– Сейчас не время… – заговорила было Ма, но Дас тут же закрыл ей рот рукой, и она недовольно замычала.
– Это не обсуждается, моя дорогая кайфоломка.
Ася не стала спорить. Она была только рада лишний раз забыться в компании друзей и чего-то более крепкого, чем черный чай Марты. Тем более, они действительно заслужили небольшую передышку после удачного проникновения в «Симметрию». У них вышло достать важные доказательства, о которых месяц назад Ася даже и мечтать не могла!
Однажды Паша отказался от идеи искать доказательства экономических преступлений «Пути», потому что иначе они «не закончили бы до Второго пришествия». Теперь же вся информация была у них в кармане, а отцовская компания оказалась под серьезной угрозой.
Когда Ася нашла в квартире матери документы о продаже квартиры, она с ужасом думала, что все потеряно. Тысячи разношерстных историй в интернете о завербованных сектантах и их несчастных родственниках заканчивались одинаково – они все оставались ни с чем. Тогда для Аси собственная история была кончена: она и предположить не могла, как сможет вернуть десятки миллионов, вложенных в чужую мощную систему, и как возвратит свою жизнь на место.
Теперь же оставалось лишь ждать подходящего момента, когда все, что было у ребят, можно будет обнародовать перед огнищем, в которое превратится «Истинный Путь», а потом станцевать на его костях.
Прошло несколько часов после утреннего звонка Альберта Мацукевича. Ребята вновь отправились по своим делам, договорившись встретиться в гараже вечером. И в этот раз Ася тоже не преминула возможностью выбраться в город. У нее было одно дело, которое она вечно откладывала, но которое не давало ей покоя все это время.
Высокий остроконечный забор из черного металла завел девушку в городок, выстроенный из множества бело-серых зданий разных форм и размеров. Старые советские девятиэтажки породнились с современными, обитыми светлой плиткой, небольшими домиками с белоснежными пластиковыми окнами. Они тянулись неровными рядами и соединялись между собой широким серым асфальтом.
Люди неспеша прогуливались по дороге, разговаривали и просто наслаждались редкими, высаженными здесь деревьями, ростки на которых проснулись и окрасили зелеными бутонами уже надоевшие пейзажи коричнево-серых веток.
Рядом проезжали старики на инвалидных колясках, кто-то прошел мимо, подпирая руку тростью, в один момент по дороге проскочила скорая, приветственно моргая людям широкими фарами.
Ася подошла к широкому белоснежному плакату, на котором был изображен план городка, и вчиталась в цифирные обозначения на нем.
Стационар оказался в отдалении, почти в самом конце городка, и Ася двинулась вперед, выйдя с широкой проезжей дороги на узкую тропинку, окруженную низенькими голыми кустами, березами и обшарпанными лавочками. В этой части городка никого не было, и некоторое время Ася шла в полном одиночестве, погрузившись в свои тревожные мысли.
Она уже давно ничего не слышала о Ксении. Первое время, оказавшись за стенами «Пути», Ася напрочь забыла о существовании той части своей истории, в которой она переживала путь раскаяния в убийстве, сродни герою Достоевского. Когда же эйфория от побега сошла на «нет», а страсти поутихли, все закопанные глубоко в душе чувства вышли наружу, обнажили воспоминания, что девушка так старалась забыть.
Асей завладели противоречивости. Сплошь и рядом она сталкивалась с тем, что разрывалась на части. Так и сейчас, чувствуя лишь жгучую неприязнь к Ксении, с отвращением вспоминая ее выходки, слова и взгляды, Ася не могла избавиться от чувства вины. Ведь в том самом здании на краю больничного городка, в которое сейчас направлялась девушка, послушница лежала лишь по Асиной вине.
Ася не знала, зачем туда направляется, что хочет сделать, и правильно ли поступает, но понимала, что, если не придет, – никогда себе этого не простит.
Узнать, где находится Ксения, не составило труда. Ася отыскала ее имя в кипе документов, переданных Ярославом, нашла ближайшую к «Пути» больницу и направилась в стационар, решив испытать судьбу. Конечно, Ксению могли отвезти в любое другое место, она могла уже выписаться или… Нет. Она должна была быть здесь.
– Здравствуйте! – Ася зашла в светлый широкий зал и тут же столкнулась с белой стойкой регистрации почти у самого входа. На нее подняла глаза строгая женщина лет сорока с темно-коричневыми короткими волосами. Она поправила очки, стряхнула с глаз челку и кивнула. – Я могу посетить Ксению Беляеву?
Некоторое время женщина молчала. Она направила взгляд темных глаз в монитор и защелкала мышкой. Ася же мельком огляделась: приемная пустовала, лишь пара человек сидела на белых металлических стульях в углу. Белые стены вытягивались в лестничный пролет в самом конце помещения, рядом виднелись стальные двери лифтов. Несколько кабинетов со светло-коричневыми дверьми были плотно закрыты. На плазменном телевизоре над регистратурой беззвучно крутился какой-то ролик по безопасности во время пожара.
– Вы ей кто? – спросила женщина вдруг.
– Сестра, – без запинки ответила Ася.
– Ясно… – задумчиво цокнула женщина и встала из-за стола. – Приемные часы заканчиваются через пятнадцать минут.
– Я ненадолго.
– Пройдемте за мной, – женщина зашагала вперед, не дожидаясь Асю. У лифтов, нажав на кнопку, она вдруг заговорила. – Я Вас не помню. Первый раз пришли?
– Да.
– Беляева почти месяц тут лежит. Поздновато Вы что-то, – с едва скрываемым осуждением проговорила женщина не оборачиваясь.
– Я была не в городе, – Ася неловко поежилась.
– На время посещения следует отключить мобильный, верхнюю одежду оставите у палаты. Вести себя тихо, видео и фотосъемка запрещены. Ясно?
– Да.
Серебристый новый лифт, издав приветственную мелодию, остановился на седьмом этаже. Женщина вышла в коридор и двинулась направо. Ася озиралась по сторонам, рассматривая неприятные интерьеры.
Здесь не было современного ремонта, какой демонстрировался стационаром на первом этаже. Побеленные стены с зеленовато-синей краской, облупившейся местами, бесконечно тянулись вперед, подсвечиваясь моргающими люминесцентными лампами.
