Текст книги "Новеллы о любви"

Автор книги: Мануэлла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Еще меня тревожит интерес Дрёмина к мельнице. Я уверен, что он что-то знает или подозревает о перекрестке миров. Если мельница попадет в его руки, он может использовать её силу во зло. Не могу этого допустить. Лучше уничтожить механизм перехода, чем позволить ему попасть к Дрёмину.

Агафьюшке я не рассказывал всей правды -не хотел тревожить. Но если со мной что-то случится, надеюсь, она найдет этот дневник и поступит мудро."

Последняя запись обрывалась на полуслове. Судя по всему, вскоре после неё Прохор умер – или был убит?

Агафья закрыла дневник, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Похоже, ее появление в этом мире не было случайностью. Возможно, граница между мирами действительно рушилась, и это как-то связано с её перемещением в тело Агафьи.

А что, если Дрёмин каким-то образом способствовал смерти Прохора? Что, если он хочет заполучить мельницу, чтобы использовать перекресток миров в своих целях?

Агафья взглянула на серебряную чашу. До полнолуния оставалось три дня. Тогда она попытается узнать, что замышляет Дремин. А пока нужно быть начеку и готовиться к возможному нападению.

Глава 5:

Следующие три дня Агафья провела в подготовке. Она внимательно изучила дневник Прохора, пытаясь разобраться в механизме перехода между мирами. В записях мельника содержались сложные расчеты, чертежи и описание ритуалов, но многое оставалось непонятным. Судя по всему, сам Прохор скорее опирался на интуицию и опыт, чем на строгую науку.

Параллельно она продолжала принимать крестьян, приезжавших молоть зерно. Новость о том, что цены на Чертовой мельнице выросли, разлетелась по окрестностям, но это не отпугнуло клиентов – качество помола по-прежнему оставалось непревзойденным.

Вечером третьего дня, когда полная луна уже поднималась над лесом, Агафья приготовилась к гаданию. Она дождалась, пока часы пробьют полночь, взяла серебряную чашу и вышла к мельничному колесу.

Ночь была тихой и теплой. Лунный свет серебрил воду в пруду, и мельничное колесо, остановленное на ночь, отбрасывало причудливую тень на берег.

Следуя инструкциям водяного, Агафья зачерпнула воду из-под колеса в серебряную чашу. Добавила каплю масла из маленького пузырька, который нашла среди вещей Прохора, и, поморщившись, уколола палец, чтобы добавить каплю крови.

– Сергей Павлович Дрёмин, – произнесла она трижды, глядя на воду в чаше.

Поначалу ничего не происходило, и Агафья уже начала думать, что гадание не сработает. Но вдруг вода в чаше заволновалась, закружилась, и на ее поверхности начали проявляться смутные образы.

Она увидела Дрёмина в богатом кабинете. Он сидел за столом, заваленным книгами и бумагами. На стене висела большая карта местности, где красным кружком была отмечена Чёртова мельница.

Образ сменился. Теперь Дрёмин разговаривал с каким-то человеком в странной одежде – не крестьянской, но и не типичной для дворян того времени. Агафья с ужасом узнала в нем одежду своего времени – мужчина был в современном костюме!

Они о чем-то оживленно беседовали, но слов Агафья не слышала. Дрёмин показывал собеседнику какие-то бумаги, тот кивал.

Затем картина снова изменилась. Дрёмин стоял у её мельницы, держа в руках какой-то странный прибор, похожий на компас. Вокруг суетились люди, устанавливая непонятные механизмы. Среди них был и тот мужчина в современной одежде.

Внезапно мельница начала светиться неестественным светом. В воздухе образовалась воронка, похожая на портал. Дрёмин с торжествующим видом шагнул к ней...

На этом видение прервалось. Вода в чаше вскипела и выплеснулась на землю, оставив чашу пустой.

Агафья стояла потрясенная. Похоже, Дрёмин не только знал о перекрестке миров, но и каким-то образом установил контакт с кем-то из её времени! Они вместе планировали что-то сделать с мельницей, открыть портал... Но зачем?

Размышляя над увиденным, она не сразу заметила странный шорох в кустах. Обернувшись, она успела увидеть темную фигуру, скрывающуюся в лесу.

– Эй, кто там? – крикнула Агафья, но ответа не последовало.

Она бросилась в погоню, но лишь успела заметить, как кто-то садится на лошадь и скрывается в ночи.

За ее спиной раздался плеск, и из воды показался водяной:– Видела что-нибудь, мельничиха?

–Да, и не только в чаше, – мрачно ответила Агафья. – Кто-то за мной шпионил.

– Один из людей Дрёмина, – кивнул Кузьма Бултыхович. – Я заметил его, когда ты начала гадание, но не хотел тебя отвлекать. Он прятался в кустах и наблюдал. А что показало гадание?

Агафья рассказала водяному о своих видениях, опустив лишь детали о современной одежде неизвестного.

– Плохо дело, – пробулькал водяной. – Если Дрёмин знает о перекрестке и умеет им пользоваться, он опасней, чем мы думали. Нужно готовиться к обороне.

– Но я не понимаю, чего он хочет добиться, – призналась Агафья. – Зачем ему открывать портал?

– Власть, – просто ответил водяной.– Тому, кто контролирует перекресток миров, доступны безграничные возможности. Он может путешествовать в другие миры, привозить оттуда знания, технологии, сокровища. Может стать богаче и могущественнее любого царя.

Агафья задумалась. Если человек из её времени помогает Дрёмину, ситуация еще опаснее. Современные технологии в сочетании с мистическими свойствами мельницы могли привести к непредсказуемым последствиям.

– Что нам делать? – спросила она.

– Для начала укрепить защиту, – решительно сказал водяной. – У Прохора были особые обереги, которые могут защитить мельницу от незваных гостей. Поищи в его вещах маленький сундучок с красными знаками.

Агафья кивнула и вернулась в избу. Сундучок, о котором говорил водяной, обнаружился в тайнике за печкой. Внутри лежали странные амулеты из дерева, кости и металла, каждый с вырезанными на нем символами.

– Их нужно разместить по периметру мельницы, – объяснил Шишка, который все это время внимательно наблюдал за ее действиями. – Защитный круг получится. Ни Дрёмин, ни его люди не смогут пройти без разрешения хозяйки.

– А что, если они силой прорвутся? – спросила Агафья.

– Тогда в дело вступим мы, – важно сказал домовой. – Я, Кузьма Бултыхович, русалки из заводи, леший с опушки... У каждого свои способы защиты.

Агафья расстановила амулеты по указанию Шишки. Странно, но она чувствовала, как после этого вокруг мельницы словно сгустился воздух, образуя невидимую защитную пленку.

Вернувшись в избу, она продолжила изучать дневник Прохора. В одной из записей он упоминал, что помимо летнего солнцестояния есть и другие дни, когда граница между мирами становится тонкой, – дни равноденствия и зимнего солнцестояния. Но именно летнее солнцестояние было самым мощным.

"До солнцестояния осталось меньше месяца, "-: подумала Агафья. – " Скорее всего, Дрёмин планирует атаковать именно тогда, когда перекресток миров наиболее активен."

Она перечитала фрагменты дневника о мистической природе мельницы:

"Чертова мельница стоит на особом месте, где сходятся энергетические линии Земли. Древние называли такие места "пупами земли" или "местами силы". Здесь граница между мирами тоньше всего. Но не только это делает нашу мельницу особенной. Сам процесс помола имеет глубокое символическое значение. Зерно – это жизнь, потенциал. Жернова – это сила, преобразующая потенциал в нечто новое. Мука – это результат трансформации. Таким образом, мельница – это физическое воплощение процесса перехода из одного состояния в другое. Неудивительно, что именно здесь возможен переход между мирами."

Читая эти строки, Агафья начала понимать, почему она оказалась именно здесь, в теле мельничихи. Что, если её "перемол" из одного мира в другой не был случайностью? Что, если она была призвана сюда с какой-то целью?

Засыпая той ночью, она думала о словах Прохора о границе миров, которая истончается с каждым переходом. Возможно, его опасения были оправданы, и миры действительно находились в опасности. И, возможно, именно ей предстояло предотвратить катастрофу.

Утром ее разбудил взволнованный Шишка:– Хозяйка! Хозяйка! Там такое!

– Что случилось? – Агафья вскочила с постели.

– Приезжали люди! Я спрятался, но все видел! Они вокруг мельницы ходили, что-то измеряли, в воду специальную палку опускали... А потом один говорит: "Все сходится, здесь точка максимального истончения. В солнцестояние и проведем". И уехали!

– Дрёмин с ними был? – спросила Агафья.

– Не видел, – покачал головой домовой. – Но один из них – тот самый, что вчера за вами шпионил. Я его запах запомнил.

– Они готовятся, – задумчиво сказала Агафья. – Скорее всего, нападут в день солнцестояния.

– Что делать будем, хозяйка? – испуганно спросил Шишка.

– Готовиться к обороне, – решительно ответила Агафья. – Позови Кузьму Бултыховича и всех остальных, кто может помочь. Нам нужен план.

К полудню у мельницы собрался странный совет. Кроме Агафьи и Шишки, пришли водяной Кузьма Бултыхович, три русалки из заводи – Малуша, Росинка и Струйка, леший Боровик с опушки и даже болотный кикимор Трясучка, обычно державшийся особняком.

– Впервые за много лет вся нечисть в сборе, – прошамкал Боровик, опираясь на корявую палку. – Последний раз так собирались, когда на мельницу разбойники напали, лет тридцать тому назад.

– И мы их славно проучили! – захихикал Трясучка, потирая длинные зеленоватые пальцы.

– Но сейчас ситуация серьезнее, – сказала Агафья. – Дрёмин хочет не просто захватить мельницу, а использовать перекресток миров в своих целях. И у него есть... особые знания и инструменты.

Она кратко рассказала собравшимся о видении из серебряной чаши, опять умолчав о человеке из будущего. Нечисть внимательно слушала, иногда переглядываясь и кивая.

– Что ж, план нам нужен, – согласился Кузьма Бултыхович. – Я могу устроить наводнение, если понадобится. Затопим их всех!

– И мельницу заодно, – скептически заметил леший. – Нет, наводнение – это крайняя мера. Я могу сбить их с пути, запутать в лесу. Особливо, ежели ночью пойдут.

– А мы можем заманить мужиков в воду, – хихикнула русалка Росинка, самая молодая из трех. – Утопить не утопим, но задержим.

– Я могу наваждение наслать, – предложил кикимор. – Туман болотный, видения кошмарные. От этого даже самые храбрые в бега ударяются.

– А я... я за избой присмотрю, – робко сказал Шишка. – Чтоб не подожгли, чтоб в механизмы не влезли.

Агафья слушала их предложения, но чувствовала, что этого недостаточно. Дрёмин был готов к встрече с нечистью -наверняка у него были свои защитные средства. И если с ним действительно сотрудничал человек из будущего, то у них могли быть технологии, против которых местная нечисть окажется бессильна.

– Все это хорошо, – сказала она наконец. – Но нам нужно что-то более действенное. Что, если... – она замялась, вспомнив слова из дневника Прохора, – Что, если нам не просто обороняться, а атаковать первыми? Не дожидаться солнцестояния, а самим провести ритуал, который закроет перекресток миров?

Нечисть замолчала. Водяной задумчиво почесал затылок:– Рискованно, мельничиха. Прохор пытался что-то подобное сделать перед смертью. Хотел запечатать перекресток, чтобы никто не мог им воспользоваться. Но что-то пошло не так...

– Что именно? – насторожилась Агафья.

– Не знаю точно, – пожал плечами водяной.– Он не делился всеми планами. Но в последний день был очень взволнован, говорил, что нашел способ навсегда закрыть перекресток. А на следующее утро его нашли мёртвым у мельничного колеса.

Агафья почувствовала холодок по спине. Что, если Прохор был убит именно потому, что пытался закрыть перекресток?

– В любом случае, нам нужно действовать, – решительно сказала она. – Я изучу дневник Прохора более внимательно, может быть, там есть указания на нужный ритуал. А вы готовьтесь к обороне на случай, если Дрёмин решит нанести визит раньше солнцестояния.

– Будь осторожна, мельничиха, – предупредил водяной. – Играя с перекрестком миров, легко потерять не только рассудок, но и душу.

Когда необычное собрание закончилось, и нечисть разошлась кто куда, Агафья вернулась в избу и достала дневник Прохора. Она была уверена, что ответ скрыт где-то в его записях. Нужно только найти его до того, как станет слишком поздно.

Глава 6:

Следующие дни Агафья провела, буквально не отрываясь от дневника Прохора. Она прочитала его от корки до корки уже трижды, делая выписки и пытаясь разгадать тайный смысл некоторых записей. Мельник часто писал иносказательно, использовал символы и намеки, боясь, видимо, что его записи могут попасть в чужие руки.

Особенно интересовали ее последние страницы, написанные незадолго до смерти мужа настоящей Агафьи. Похоже, Прохор действительно нашел способ запечатать перекресток миров, но описал его крайне туманно:

"Ключ в самой мельнице. Где жернова перемалывают зерно в муку, там и миры могут быть преображены. Надо только правильно настроить поток и принести подходящую жертву. Не кровь, нет – это слишком просто и слишком опасно. Нечто более ценное, более личное. То, что связывает миры воедино..."

Что означала эта загадка? Какую "жертву" имел в виду Прохор? И как правильно "настроить поток"?

Размышляя над этими вопросами, Агафья продолжала вести обычную жизнь мельничихи – принимала крестьян, молола муку, вела нехитрое хозяйство. Но её мысли постоянно возвращались к тайне перекрестка миров.

На четвертый день после совета с нечистью произошло нечто необычное. К мельнице пришла молодая женщина, которую Агафья раньше не видела. Она была одета просто, но опрятно, и держалась с достоинством.

– Здравствуйте, Агафья Никитична, – поклонилась незнакомка. – Меня зовут Мария Степановна, я из Заречья.

– Здравствуйте, – кивнула Агафья. – Чем могу помочь?

– Я... – женщина замялась. – Я слышала, что на Чёртовой мельнице можно не только зерно молоть, но и... другие проблемы решать. Особливо, женские.

Агафья нахмурилась. О чем говорит эта женщина? Неужели мельница использовалась для каких-то знахарских практик?

–:Что вы имеете в виду? – осторожно спросила она.

– Ну, говорят, вы травы знаете, заговоры разные... – еще тише произнесла Мария. – А мне очень нужна помощь. Муж мой второй год в армии служит, писем давно нет. Жив ли, нет – не знаю. А мне бы хоть весточку получить.

Агафья облегченно выдохнула. Всего лишь гадание.

– Я не ворожея, – сказала она, вспомнив, как относились к таким делам в XIX веке. -Но, может быть, чем-то смогу помочь. Проходите в избу.

Она пригласила женщину внутрь и угостила чаем. Пока та рассказывала о своей жизни и о пропавшем муже, Агафья лихорадочно соображала, чем может помочь.

– У вас есть что-нибудь, что принадлежало вашему мужу? – спросила она.

Мария достала из-за пазухи маленький кожаный мешочек:– Вот, крестик его нательный. Перед уходом снял, мне оставил, новый в городе купил.

Агафья взяла крестик и задумалась. Она не умела гадать и не верила в такие вещи. Но что-то подсказывало ей, что на Чёртовой мельнице обычные законы не работают. Здесь мистика и реальность переплетались самым причудливым образом.

– Подождите здесь, – сказала она и вышла из избы.

Подойдя к пруду, она позвала водяного. Кузьма Бултыхович появился почти сразу:-Что стряслось, мельничиха?

Агафья рассказала ему о посетительнице и ее просьбе:– Я не знаю, как ей помочь, но отказать неудобно, да и жаль её. Есть ли способ узнать о судьбе её мужа?

Водяной задумчиво забулькал:– Есть один способ... Но для этого нужно использовать силу перекрёстка. Дай-ка мне эту вещицу.

Агафья протянула ему крестик. Водяной взял его своей перепончатой лапой и опустил в воду:– Смотри внимательно.

Поверхность пруда начала рябить, затем на ней, как на экране, проступило изображение. Агафья увидела молодого мужчину в военной форме. Он сидел в каком-то помещении, похожем на казарму, и писал письмо.

– Он жив!– обрадовалась Агафья.

– Жив и здоров, – подтвердил водяной. – Служит где-то на юге, судя по свету. И письма писал, да не доходили они. Почтовая служба подводит.

– А сможет ли он вернуться? – спросила Агафья.

Водяной снова опустил крестик в воду, и изображение изменилось. Теперь мужчина был на улице заснеженного города, обнимал женщину – Марию.

– Вернется к зиме, – сказал водяной. – Служба его подходит к концу.

Агафья поблагодарила водяного и забрала крестик. Вернувшись в избу, она рассказала Марии все, что узнала, опустив, конечно, детали о разговоре с водяным.

–Я видела... – она запнулась, подбирая слова, – Мне открылось, что ваш муж жив и здоров. Он на юге служит, письма пишет, да не доходят они. К зиме вернется домой.

Мария вскочила, глаза её наполнились слезами:– Правда?! Господи, благодарю Тебя! И вас, Агафья Никитична, век не забуду вашу доброту!

Она попыталась заплатить, но Агафья отказалась:– Не надо денег. Просто помните, что любовь сильнее расстояний.

Когда Мария ушла, Агафья задумалась. То, что она только что видела, было невероятно. Водяной использовал силу перекрёстка миров, чтобы заглянуть в другое место, увидеть судьбу неизвестного ей человека. Эта сила была реальной, осязаемой.

И тут ее осенило. Возможно, именно эту силу имел в виду Прохор, когда писал о "потоке". Мельница не просто стояла на перекрёстке миров – она была инструментом, через который эта сила проявлялась. Как вода крутила мельничное колесо, так и энергия перекрёстка "протекала" через мельницу, преобразуясь и трансформируясь.

Это открытие подтолкнуло ее к еще одному озарению. Что если "жертва", о которой писал Прохор, – это не кровь или пища, а нечто менее материальное? Возможно, речь шла о воспоминаниях, о частице души, о чем-то по-настоящему личном и ценном?

Агафья вернулась к дневнику и перечитала последние записи с новым пониманием. Теперь некоторые фразы обретали смысл:

"Для запечатывания перекрестка нужна частица души, связанная с обоими мирами. Только так можно создать барьер, который невозможно будет пробить извне. Душа, знаюшая оба мира, станет стражем на грани."

"Душа, знающая оба мира"... Это могло относиться к самому Прохору, который путешествовал между мирами. Или... к ней, Агафье-Варваре, человеку из будущего, оказавшемуся в теле женщины из прошлого.

Неужели ее появление здесь не было случайностью? Что, если её перенос в тело Агафьи был частью плана – возможно, плана самого Прохора, который каким-то образом знал, что произойдет после его смерти?

Эта мысль была пугающей, но одновременно вносила ясность. Если она – тот самый "страж на грани", то у нее есть предназначение. И, возможно, способ его исполнить.

Агафья продолжила поиски в дневнике, и вскоре нашла еще одну загадочную запись:

"Подготовил тайник под северным жерновом. Положил туда все, что может понадобиться для ритуала. Если со мной что-то случится, надеюсь, это найдут."

Северный жернов! Агафья вскочила и побежала на мельницу. Там она внимательно осмотрела жернова – было их четыре, по сторонам света. Северный оказался чуть меньше остальных и имел странные символы, выбитые по ободу.

Жернов был слишком тяжёлым, чтобы его сдвинуть самостоятельно, и Агафья позвала на помощь Шишку:– Мне нужно посмотреть, что под северным жерновом. Прохор там что-то спрятал.

Домовой удивленно моргнул, но спорить не стал. Вместе с помощью рычагов и веревок они сдвинули тяжелый каменный круг. Под ним обнаружилась небольшая выемка, закрытая железной крышкой.

Агафья открыла ее и ахнула. Внутри лежал кожаный сверток, а в нем – тонкие листы бумаги, исписанные мелким почерком Прохора, и странный металлический предмет, похожий на компас, но с множеством стрелок и шкал.

– Что это? – спросил Шишка, с любопытством разглядывая находку.

– Думаю, это инструмент для работы с перекрёстком миров, – тихо ответила Агафья. – Прохор называл его "навигатором между мирами".

Она развернула листы бумаги и начала читать. Это были подробные инструкции по проведению ритуала закрытия перекрёстка. Прохор описывал, как настроить "навигатор", как активировать силу мельницы, какие слова произнести. И, как она и предполагала, речь действительно шла о жертве – не физической, а духовной:

"Тот, кто проводит ритуал, должен отказаться от своего прошлого. Воспоминания о другом мире, желания, связанные с ним, надежды на возвращение – все это должно быть отпущено, отдано перекрёстку. Только так можно создать барьер, который не пропустит никого ни в одну из сторон."

Агафья опустилась на пол, осмысливая прочитанное. Если она проведет этот ритуал, то навсегда захлопнет дверь между мирами. И одновременно потеряет все воспоминания о своей прежней жизни, о современном мире, о том, что она когда-то была Варварой из Химок.

– Тяжелый выбор, хозяюшка,– заметил Шишка, который, оказывается, читал инструкцию через ее плечо. – Но, может, так и надо? Чтобы окончательно стать Агафьей Никитичной, нашей мельничихой?

Агафья подняла на него глаза:– Ты знал? Знал, что я... не совсем та, кем кажусь?

Домовой смущенно кивнул:: Конечно, знал. Я же домовой, чую таеое. Как только вы очнулись тогда, сразу понял, что душа у вас другая. Но вы справлялись, мельницу вели как надо, с нечистью ладили... Вот и решил не тревожить.

– И Кузьма Бултыхович знал... – задумчиво произнесла Агафья. – Кто еще?

– Да все и знали, – пожал плечами Шишка.– Нечисть такие вещи чует. Но вы нам нравитесь – лучше, чем прежняя Агафья. Та была суровая, сердитая. А вы добрее, хоть и хваткая по-своему.

Агафья не знала, смеяться ей или плакать. Оказывается, всё это время вокруг нее жили создания, прекрасно осведомленные о ее истинной природе, но принявшие её такой, какая она есть.

– И что мне делать, Шишка? – спросила она. – Я не хочу, чтобы Дрёмин заполучил контроль над перекрестком. Но и терять память о своем прошлом...

– А оно вам так дорого, то прошлое? – неожиданно спросил домовой. – Вспомните: было ли вам там хорошо? Были ли вы там счастливы?

Агафья задумалась. Ее жизнь в XXI веке была... обычной. Работа бухгалтером, которая не приносила особой радости. Одиночество после развода. Взрослая дочь, которая жила своей жизнью, редко звонила и еще реже приезжала в гости. Маленькая квартира в Химках, вечера перед телевизором, редкие походы в магазин или кино...

А здесь, несмотря на тяжелый физический труд и отсутствие привычных удобств, она чувствовала себя... живой. Здесь каждый день был наполнен смыслом, здесь её уважали, здесь она была нужна. И странные существа, которых она раньше считала сказками, оказались самыми преданными друзьями, каких у неё никогда не было в "реальном" мире.

– Знаешь, – вдруг сказала она, – А ведь ты прав. Может быть, я оказалась здесь не случайно. Может быть, это шанс начать новую жизнь. Настоящую жизнь.

Шишка радостно кивнул:– Вот-вот! Так и я думаю! Судьба вас сюда привела, чтобы вы Чёртову мельницу спасли и сами счастье нашли!

Агафья бережно завернула инструкции и "навигатор" обратно в кожаный сверток:– Я должна все хорошенько обдумать. До солнцестояния еще две недели. У меня есть время, чтобы принять решение.

Но времени оказалось гораздо меньше, чем она рассчитывала. Едва они с Шишкой вышли из мельницы, как во дворе раздался конский топот. Агафья выглянула и увидела всадника в форме полицейского.

– Агафья Никитична? – спросил он, спешиваясь. – Пакет вам от станового пристава. Распишитесь в получении.

Агафья расписалась в протянутой ей книге и взяла официально выглядящий конверт с печатями. Когда полицейский уехал, она распечатала его и прочитала документ:

"УведомлениeМельничихе Чертовой мельницы Агафье Никитичне Громовой.

Настоящим уведомляю Вас, что Ваша мельница расположена на земле, принадлежащей помещику Дрёмину Сергею Павловичу, согласно вновь обнаруженным документам Межевой конторы от 1835 года. В связи с этим, если в течение трех дней Вы не предоставите документы, подтверждающие Ваше право на владение указанной землей и строениями на ней, имущество будет конфисковано в пользу законного владельца.

Становой приставРогожинского уездаКапитан Соколов П.Д."

– Вот змей подколодный! + воскликнул Шишка, заглянувший ей через плечо. – Подделал, небось, документы! Всей округе известно, что мельница на ничейной земле стоит, потому и зовется Чёртовой -;никто на нее права не имеет!

Агафья молчала, осмысливая ситуацию. Похоже, Дремин решил действовать через закон. Умный ход – если у нее не найдется нужных документов (а откуда им взяться?), мельницу конфискуют еще до солнцестояния.

– Шишка, собирай всех, – решительно приказала она. – Кажется, у нас осталось совсем мало времени.

Глава 7:

Когда Шишка собрал всю нечисть на экстренный совет, Агафья показала им уведомление от станового пристава.

– Вот так Дрёмин решил нас обойти, – сказала она. – Через закон и власть.

– Подлый ход, – булькнул водяной. – Но хитрый. Против такого наши обычные способы защиты бессильны. Не станем же мы пристава в омут затягивать или лешего на него напускать.

– Тем более что сам Дрёмин может и не показаться, -;подхватил леший Боровик. – Пришлет чиновников с солдатами, и что мы сделаем?

– У нас три дня, – задумчиво проговорила Агафья. – За это время надо либо найти документы на мельницу, либо придумать другой способ защиты.

– А может, у Прохора Игнатьича где-то бумаги хоть какие-то припрятаны? – предположила русалка Малуша. – Он предусмотрительный был, наверняка что-то оставил.

– Я уже все сундуки и тайники обыскала, – покачала головой Агафья. – Никаких документов на мельницу нет.

– Тогда остается только одно, – мрачно сказал водяной. – Проводить ритуал закрытия перекрёстка немедленно, не дожидаясь солнцестояния. Сила будет меньше, но если Дрёмин заберет мельницу, второго шанса у нас не будет.

Агафья задумалась. Проводить ритуал сейчас, без тщательной подготовки, было рискованно. Но, возможно, это действительно единственный выход.

– А что станет с перекрёстком, если Дрёмин получит контроль над мельницей? – спросила она.

– В лучшем случае, он начнет сам путешествовать между мирами, – ответил водяной. – В худшем – попытается полностью открыть границу, чтобы свободно перемещать людей и предметы. А это может привести к катастрофе – граница и так истончена, ещё немного, и она рухнет полностью. Миры могут слиться или разрушиться.

– Значит, мы должны действовать, – решила Агафья. – Я начну подготовку к ритуалу. А вы... – она обратилась к нечисти, – сделайте все, чтобы задержать посланников Дремина, если они появятся раньше времени.

Совет закончился, и все разошлись по своим делам. Агафья, оставшись с Шишкой, достала инструкции Прохора и начала их тщательно изучать. Согласно записям, ритуал должен был проводиться в полночь, в центре мельницы, где сходились энергетические потоки.

Для ритуала требовались особые травы, которые, к счастью, нашлись в запасах Прохора, особые слова, которые нужно было произнести, и, конечно, "навигатор между мирами" – тот странный компас с множеством стрелок.

Но самым важным элементом ритуала оставалась жертва – добровольный отказ от воспоминаний о другом мире. Агафья должна была полностью отпустить свое прошлое, свою личность Варвары, чтобы стать настоящей Агафьей, хозяйкой Чёртовой мельницы.

Была ли она готова к такой жертве? Еще недавно она сомневалась, но сейчас, перед лицом опасности, понимала, что другого выхода нет. Ее прежняя жизнь уже казалась далеким сном, а настоящей реальностью стала мельница, ее обитатели и грозящая им опасность.

Пока она готовилась к ритуалу, Шишка нервничал, постоянно выглядывая в окно:– А вдруг они раньше приедут? Вдруг не дадут нам времени?

– Будем надеяться, что закон есть закон, и даже Дрёмин не сможет его нарушить, – ответила Агафья, хотя сама не очень-то в это верила.

Её опасения подтвердились на следующий день. Едва рассвело, как во двор мельницы въехала карета в сопровождении двух всадников. Из кареты вышел сам Дрёмин, а всадники оказались полицейскими.

– Доброе утро, Агафья Никитична, – с фальшивой любезностью поздоровался помещик. – Вижу, вы получили уведомление? Нашлись ли у вас документы на мельницу?

– Вы же знаете, что нет, – спокойно ответила Агафья, выйдя на крыльцо. – И вы знаете, что эта земля никогда не принадлежала вашей семье. Документы поддельные.

Дрёмин сделал вид, что оскорбился:– Осторожнее со словами, сударыня! Обвинение в подлоге документов – серьезное дело. Я могу и в суд подать за клевету.

Он повернулся к полицейским:– Господа, вы свидетели – эта женщина не имеет документов на владение мельницей и оскорбляет меня необоснованными обвинениями.

Один из полицейских, постарше, с седыми усами, откашлялся:– Агафья Никитична, по закону у вас есть еще два дня на предоставление документов. Сегодня мы приехали только... осмотреться.

Было видно, что ему неловко участвовать в этом деле.

– А осматриваться в чужой собственности без разрешения владельца – это законно? – прищурилась Агафья.

– Но ведь владелец – я, – ухмыльнулся Дремин. – Согласно документам.

– Пока не доказано обратное, владелец – я, – твердо сказала Агафья. – У меня есть два дня, и я прошу вас покинуть мою территорию.

Младший полицейский шагнул вперед:– Женщина, не перечьте! Мы при исполнении!

Но старший остановил его:– Погоди, Митрич. Она права. До истечения срока мельница считается её собственностью.

Дрёмин недовольно поморщился, но спорить не стал:– Хорошо, мы уедем. Но через два дня, Агафья Никитична, эта мельница будет моей. И тогда... – он понизил голос, чтобы полицейские не слышали, – Тогда я воспользуюсь перекрёстком миров, как мне заблагорассудится. А вы... вы станете первой, кто испытает на себе его полную силу.

С этими словами он вернулся в карету и уехал вместе с полицейскими.

Как только они скрылись из виду, из-за мельницы вылезли Шишка и водяной, который специально вышел на берег.

– Слышали? – взволнованно спросила Агафья. – У нас только два дня. Завтра кто-то наверняка приедет с обыском, а послезавтра явятся забирать мельницу официально.

– Значит, ритуал нужно провести сегодня ночью, – решительно заявил водяной. -;Другого выхода нет.

– Но я ещё не всё подготовила, – засомневалась Агафья. – По инструкции Прохора, нужно целый день медитировать, готовя свой разум к отказу от прошлого.

– У нас нет этого целого дня, – пробулькал Кузьма Бултыхович. – Дрёмин хитер и коварен. Не удивлюсь, если он нарушит свое слово и вернется сегодня ночью с головорезами.

– Я тоже так думаю, – согласился Шишка. – Надо готовиться к худшему.

Агафья кивнула:– Хорошо. Тогда начнём прямо сейчас. Шишка, собери все, что нужно для ритуала. Кузьма Бултыхович, предупреди остальных – пусть будут начеку. А я... я постараюсь подготовиться духовно, насколько это возможно.

Весь день она провела в медитации, сидя на берегу пруда и глядя на воду. Она вспоминала свою прежнюю жизнь, мысленно прощаясь с каждым её аспектом– с квартирой в Химках, с работой бухгалтера, с дочерью (хотя с ней расставаться было тяжелее всего), со всеми привычными вещами и технологиями будущего.