![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pepel-oduvanchikov-si-301398.jpg)
Текст книги "Пепел одуванчиков (СИ)"
Автор книги: Ли Лиса
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 25 страниц)
– Депульсо! – крикнула Юна, отбрасывая чудовище от себя и девочки. Другой рукой она крепко ухватилась за ногу ребёнка и трансгрессировала в дом Кингсли.
Комната была освещена. Через секунду появился Бруствер, весь взъёрошенный, но в полной боевой готовности. Юна, не обращая на него внимания, начала снимать сандаль с девочки.
– Я не знаю, кто она, – кинула она через плечо и, сжав сандаль в руках, трансгрессировала обратно под корни.
Оборотень поднимался на ноги и тряс головой. Он в бешенстве зарычал и бросился на Юну, та размахнулась и кинула в его морду сандалем девочки. Оборотень на лету подхватил сандаль и разорвал его на ошмётки.
– Иммобулюс, – выдохнула Юна. Оборотень застыл и завалился на бок. Юна бросилась бежать, обратившись в гризли.
Она сконцентрировалась на запахах, оставив без внимания осторожность. Перед ней вдруг возникли два оборотня, Юна попятилась и услышала сзади рычание. Её окружили трое оборотней. Юна успела обратиться обратно в человека и бросить несколько молний в двух из оборотней, когда почувствовала горячее дыханиие у своей шеи.
– Нужна помощь, детка? – услышала она голос у самого уха.
Струпьяр стоял позади неё и выстреливал огненными шарами в оборотней, подполяя их шкуру и удерживая на расстоянии. Юна развернулась и прочертила палочкой полукруг в воздухе. Земля перед ними загорелась. Юна удерживала огонь и расширяла его границы, пока не послышался скулёж. Оборотни убегали прочь. Юна опустила палочку, огонь тут же потух. Она прислушалась и огляделась.
– Молодец, красотка, – потрепал её по голове Струпьяр.
– Нашли детей? – спросила Юна, стараясь не выдать напряжения.
– Видел одного. Крох забрал его в Овчарню. Его здорово покусали. Но, если не выживет, то Сивый сам будет виноват, – равнодушно пожал плечами Струпьяр.
– А остальные?
– Может уже в Овчарне, а может нет. Переживаешь? – Струпьяр коснулся пальцами шрамов на щеке Юны и приблизился, почти касаясь губами её кожи, – Они же грязнокровки. Самое место в стае Сивого. Лучше, чем в пыточной у Лестрейнджей. Придём в Овчарню, подлечим их, будут как новенькие.
Юна замерла на месте, заметив в шагах двадцати от них на одном из деревьев шевеление. Кто-то сидел на ветках. Тусклый свет луны обрисовал силуэт ребёнка. У Юны сердце пропустило удар и забилось с новой силой. Юна непроизвольно выдохнула. Струпьяр понял это по-своему и притянул Юна к себе за талию. Его губы впились в шею Юны, оставляя засосы. Его пальцы запутались в коротких волосах Юны и дёрнули, заставляя её откинуть голову. Струпьяр накрыл поцелуем губы Юны, но заметив, что та не отвечает, отстранился и попытался заглянуть ей в глаза. Но Юна не дала ему повода подумать о чём-то другом и сама с жаром начала его целовать, позволяя его языку проникать всё глубже, а его рукам шарить по её телу.
Она незаметно подняла руку с палочкой, направив её на Струпьяра. Через секунду тот обмяк и повалился на землю, чуть не уронив Юну. Она прочертила круг вокруг его тела и прошептала защитные заклинания. На всякий случай. Потом быстро подошла к дереву и, прицелившись, напустила на мальчика усыпляющие чары, а потом просто скинула его с дерева отталкивающим заклинанием. Она подумала, что сломанная рука или нога, лучше сломанной жизни. Подхватив мальчика на руки, она трансгрессировала к Кингсли.
– Юна, – голос Ремуса Люпина заставил Юну вздрогнуть и выпрямиться.
– Не подходите, – Юна положила мальчика в кресло и сделала предупреждающий жест, – Запах.
– Ты слишком рискуешь! – воскликнул он. Юна заметила в комнате Тонкс. Она сидела рядом со вздрагивающей девочкой, которую Юна перенесла ранее, и поила её из чашки.
– Тоже мне новость, – усмехнулась Юна и трансгрессировала обратно в лес. Она подбежала к Струпьяру и убрала чары. Затем привела его в чувства.
– Эй, красотка! Что за хрень, – крикнул он, массируя висок.
– Прости, не сдержалась. Терпеть не могу, когда лезут языком, – пожала она плечами.
– Ты ж вроде сама хотела.
– Тебе приснилось, Струпьяр. Ты не в моем вкусе, – Она развернулась, но была сбита с ног, её палочка оказалась в руках Струпьяра, а сам он навис над ней, прижимая к земле.
– Так не пойдёт, – сказал он, наклоняясь к Юне, – Я ведь могу обидеться.
Невдалеке раздался крик и победный вой. Юна вздрогнула. Струпьяр вскочил на ноги и протянул руку Юне.
– Вставай детка, сейчас начнётся, – улыбнулся он и вложил в руку Юны волшебную палочку.
– Что? – не поняла Юна.
– Гонка! Беги! – сказал он и понёсся в противоположную от воя сторону. Юна посмотрела в темноту чащи. То тут, то там мелькали чёрные горбатые тени. Не долго думая, Юна бросилась следом за Струпьяром, слыша за собой хриплое дыхание чудовищ.
Струпьяр кидал назад заклинания взрыва и молний, только чудом не попадая в Юну. Юна тоже по возможности отбивалась огнём и парализующими заклинаниями. Оборотни не отставали.
– Живучие твари, – крикнул Стурпьяр, останавливаясь и поворачиваясь лицом к несущейся на него стае.
Юна затормозила рядом и тоже развернулась.
– Устроим светопредставление, детка? – растянулся в улыбке Струпьяр и из его палочки посыпались искры. Звери приближались со всех сторон. Струпьяр взмахнул палочкой, и вокруг него и Юны заискрилась магическая плеть, которая хлестала во все стороны. Струпьяр отгонял оборотней, а Юна забрасывала их огненными шарами. Двоих ей удалось оглушить, на другого свалить дерево так, что тот оказался в ловушке под тяжёлым стволом. Ещё двое бегали вокруг, пытаясь найти брешь и наброситься на добычу. Юна тщётно пыталась попасть по ним молниями. Они каждый раз уворачивались, рыча и клацая зубами.
– Это Сивый и Шныр, – сказал Струпьяр, хлестая плетью направо и налево, – Они так просто не сдадутся.
– И что делать? – задохнулась Юна.
– Развлекаться, – улыбнулся Струпьяр.
Юна с трудом могла представить себе, как можно получать удовольствие от происходящего. Два огромных оборотня всеми силами пытались их сожрать. Что тут может быть весёлого? Тем временем Струпьяр дотянулся хлыстом до морды одного оборотня, тот взвыл от боли и бросился напролом, не замечая ударов. Второй кинулся с другой стороны. Юна резким движением порезала себе руку и прочертила окровавленной палочкой в воздухе змееобразную черту. Оборотни врезались в невидимую преграду в каких-то десяти сантиметрах от неё и Струпьяра и с визгом отступили. Юна судорожно крутилась вокруг себя и рисовала в воздухе змей. Обернувшись вокруг себя два раза, она опустила палочку и прижалась к Струпьяру, который и не возражал. Они оба смотрели, как оборотни ходят вокруг и даже не пытаются пробить невидимую стену. Юна вдыхала запах палёной шерсти и смрадное дыхание. Огромная окровавленная морда замерла перед её лицом, холодные голубые глаза не мигая смотрели на Юну. Юна видела, как капает кровавая слюна и стекает по шерсти Сивого. То, что это Сивый, она не сомневалась. Он поднял голову, тело его с хрустом выгнулось и он завыл хрипло и протяжно. Второй оборотень топтался вокруг, то подходя вплотную к стене, то отходя от неё.
– И как долго продержится стенка? – спросил Струпьяр, переминаясь с ноги на ногу.
– Пока капает кровь, – Юна посмотрела на свою руку. С запястья струилась тоненькая струйка крови, которая протянулась от ранки до стенки, питая магию.
Тёмная защита от не менее тёмных тварей. Подарок от Северуса. Юна надеялась, что не посмертный.
Комментарий к 34.
* Строка из песни “Чёрная метка” группы “Алиса”.
========== 35. ==========
– Так может трансгрессируем на опушку леса? – предложил Струпьяр, в очередной раз отдёргивая руку от невидимой стены, которая ударила его пальцы током. Прошло уже порядочное время. Струпьяр пробовал кидать различные заклинания через стену, чтобы отогнать оборотней, но те растворялись сразу же, как только касались магической границы.
– Не получится. Эта очень сильная защита, – покачала головой Юна, – Она защищает буквально от всего. За неё и из неё нельзя трансгрессировать, нельзя выйти, нельзя наложить чары или порчу, невозможно пробить.
–Какая прелесть, – скривил губы Стурпьяр, – И что, нам так до рассвета куковать?
– А когда рассвет? – Юна с надеждой посмотрела наверх в звёздное небо.
– Через полчаса, может час, – Струпьяр оскалился в морду оборотня, который в очередной раз попытался пробить стену.
– Я столько не продержусь, – Юна физически ощущала, как уходят силы, голова уже начала кружиться минут двадцать назад.
Струпьяр подхватил Юну за талию и потянул ближе к себе.
– Тогда снимай защиту на счёт три, – шепнул он ей, прижимая губы к её виску.
– Уверен? – Юна поняла его план, но была большая вероятность, что оборотни успеют схватить их и трансгрессируют вместе с ними. Их разделяли какие-то жалкие десять сантиметров. Слишком опасно.
– Раз, – начал отсчёт Струпьяр, проигнорировав вопрос, – два…
На счёт три она заклинанием затянула рану на запястье, останавливая кровь. Защита со вспышкой исчезла. Юну дёрнуло. В глазах на мгновение потемнело.
Они приземлились на опушке леса недалеко от Овчарни. Струпьяр всё ещё крепко прижимал Юну к себе. Она обессиленно опустила голову ему на плечо. На тело навалилась чудовищная слабость. Струпьяр подхватил её на руки и понёс в сторону города.
– Эй, нашу красотку цапанули? – услышала Юна голос Кофа, когда Струпьяр внёс её в таверну и, посадив на скамью, прислонил к стене.
– Она сама себе вены вскрыла, – сказал Струпьяр, – Наша детка не так проста, как кажется, Коф. Что там с мелюзгой?
– Одного Том подлечил, второго еле с того света вытащили. Ещё двое в лесу, – сказал Коф.
Юна сидела, не поднимая век. Ей удалось спасти только двоих. Всего двоих, – кричала душа. Хотя бы двоих, – шептал разум.
– Выпей сладкого, – Струпьяр поднёс к губам Юны кружку. Юна сделала глоток. Это оказался переслащённый чай, – Молодец, детка. Отнести тебя наверх?
– Сама дойду, – тихо сказала Юна. Не хватало ещё, чтобы Струпьяр воспользовался её слабостью, – Посижу тут немного, а потом дойду.
– Ну-ну, – хмыкнул тот и сунул кружку в руки Юны, – Пей. Скажу Тому, чтобы приготовил завтрак.
Юна осталась сидеть одна в углу таверны. Она слышала, как открывалась и закрывалась дверь, как громко переругивались наёмники, слышала смех и крики, стук посуды, злую брань, рычание, детский плач где-то очень далеко, так далеко, что он показался Юне призрачным.
– Ну и как? Понравилось? – рядом с Юной плюхнулся Рэй.
– Отвали, Вейнар, – не двигаясь, сказала Юна.
– Сивый в бешенстве, – растягивал слова Рэй, – Двое детей словно сквозь землю провалились. Нашли только разорванный сандаль. Сивый сейчас за Овчарней своих мордует. Думает, что кто-то сожрал мелких.
– Я же сказала, отвали, Вейнар, – процедила сквозь зубы Юна, – Мне не интересно!
– А я вот тут подумал, – понизил голос Рэй, – С чего это ты вдруг сорвалась с наёмниками? Никогда же не ходила.
– На что ты намекаешь, суслик? – послышалось рычание Сивого, который только что вошёл в таверну. Слух у него был звериный. Юна сжала пальцами кружку, но глаза не открыла.
– Да так, ничего, Сивый, – тут же спасовал Рэй.
Сивый в два прыжка оказался рядом с Вейнаром и, подняв того, за грудки, с силой припечатал к стенке.
– Выкладывай! – приказал он таким тоном, что все в таверне сразу же замолкли.
– Мне просто… просто показалось странным, что дети пропали именно тогда, когда с наёмниками пошла Уайт, – пролепетал Рэй.
– Почему?
– Ну, она всегда была странной, – прохрипел Рэй, – Делала вид, что крутая, а ведь сама училась на факультете пуффендуя и якшалась со слабаками и грязнокровками. Защищала их.
– Пуффендуй, говоришь? – зарычал Сивый, – Грязнокровки?
– У неё отец был грязнокровкой, – выпалил Рэй.
Сивый отшвырнул Рэя в сторону и навис над Юной, которая заставила себя открыть глаза и спокойно наблюдать за происходящим.
– Что ты сделала с детьми? Сучка! – рявкнул Сивый.
– Съела, – зло выплюнула Юна, сверкая глазами, – Сивый. Что я могла по-твоему с ними сделать?
– Суслик подозревает тебя, – хрипел в самое лицо Юны Сивый.
– Может он меня просто хочет? Я же ему не даю, вот и бесится, – пожала плечами Юна, – Не видела я детей, Сивый. Морду твою и других видела, а детей нет.
– Сивый, да она почти всё время со мной была, – раздался голос Струпьяра, – Нам особо некогда было по кустам заглядывать. Мы от тебя еле задницы унесли.
– Суслик сказал, она любит грязнокровок, – Юна ощутила зловонное дыхание на своей шее.
– Сивый, хочешь , можешь перегрызть мне глотку, раз веришь этому трусливому отбросу, которого каждый раз от вида крови выворачивает наизнанку, – сказала Юна, поднимая голову и подставляя шею.
– Не боишься смерти, сучка? – Юна ощутила острые зубы на коже и горячий язык, пробующий её на вкус.
– Думаю, что мистер Вейнар старший будет только рад, если ты, Сивый, покончишь со мной, – сказала Юна, не шевелясь, потому что острые когти оборотня уже залезли ей под плащ и нижнюю одежду.
– Это почему? – язык Сивого прочертил линию ушной раковины Юны.
– Я из-за них семь лет кормила дементоров, – прохрипела Юна, вздрагивая от боли, – Они боятся меня. И сейчас суслик использует тебя, Сивый, чтобы избавиться от меня. Потому что у самого кишка тонка. Очень умно для тупоголового идиота, не находишь? Хотя я бы обиделась на твоём месте, – Юна услышала, как нарастает рычание в груди оборотня. Он резким рывком оторвался от Юны, схватил Вейнара за шкирку и потащил к лестнице. Открыв дверь в подвал, он с силой швырнул того вниз и спустился следом. Послышались удары и вопли. Через какое-то время Сивый вышел, слизывая кровь с костяшек пальцев.
– Кто-нибудь, идите подлечите суслика, а то он споткнулся и упал, – сказал Сивый, – Том, неси жрачку, а то я тебя самого сожру! Потом ещё раз прочешем лес.
Юна снова облокотилась о стену и закрыла глаза. Пронесло. Повезло. Выжила. Кожа на животе щипала. Сивый наверняка расцарапал до мяса своими когтищами. Юну на секунду посетила мысль, что было бы неплохо умереть от заражения крови, но в этот момент её подняли на руки. Струпьяр всё же решил унести её наверх.
– Дай посмотрю, – бесцеремонно распахивая плащ на Юне и задирая её жилетку и рубашку, сказал Струпьяр, когда они оказались в комнате и тот положил девушку на кровать.
У Юны не было сил сопротивляться, поэтому она просто позволила расстегнуть на себе одежду и залечить царапины на животе.
– Неглубокие, но от оборотней даже такие останутся на память, – сообщил он и провёл пальцами по оставшимся выпуклым шрамам. Потом наклонился и поцеловал покрывшуюся мурашками кожу.
– Не надо, Струпьяр, – не открывая глаз, прошептала Юна, но тот подтянулся наверх и заглушил её шепот своими губами.
– Струпьяр, – распахнула глаза Юна, – Жить расхотелось?
– Да тебе ж нравится, – улыбнулся ей в губы Струпьяр, – Я ж чувствую. Расслабься, а то ты вечно как струна.
– Тебе что, Лютого Переулка не хватает? – процедила Юна и уставилась в лицо Струпьяра.
– Могла бы и поблагодарить, что я тебя спас от оборотней, – не унимался тот, втягивая воздух у самых её губ.
– Если бы я не поставила защиту, ты бы сейчас валялся где-нибудь в другом месте, а не на мне, – Юна попыталась оттолкнуть Струпьяра, но сил не было.
– Это правда, – согласился Струпьяр, залезая руками глубже под одежду.
– Я серьёзно. Не лезь. Пожалуйста, – прошептала Юна и повернула голову в сторону.
– Слушай, детка, – Струпьяр опёрся руками о кровать и навис над Юной, – Ты ж с нами сколько уже? Месяцев десять? У тебя же ни разу ни с кем не было. Я бы знал.
– Отстань!
– Неужели ни разу не хотелось?
– Нет!
– Почему?
– Струпьяр, ты слишком озабочен моей интимной жизнью. Тебе так не кажется? – Юна снова посмотрела на Струпьяра, который не улыбаясь вглядывался в её зрачки.
– Да у тебя ещё не было! – его лицо озарила догадка, и он расплылся в улыбке.
– Струпьяр, я умею наводить несколько видов порчи, в том числе и невербальных, очень сильных и очень тёмных. Таких тёмных, что темнота покажется тебе светом. Усёк? – процедила Юна сквозь зубы и начала читать заклинание, которому научил её Северус, опять же на всякий случай.
Струпьяр посинел и начал задыхаться. Он свалился с кровати и схватился за свою грудь. Юна перестала шептать и приподнялась на локтях.
– Прости, Струпьяр, но иначе ты не понимаешь, – сказала она почти ласково.
– Ведьма, – прохрипел Струпьяр и, заваливаясь на бок, вышел из комнаты Юны.
Юна разжала кулак и вытерла кровоточащую ладонь о простыню. За тёмную магию всегда приходится платить, если не душой, то кровью.
Заперев дверь магической защитой, Юна наконец-то закрыла глаза и провалилась в сон.
Зима незаметно перетекла в весну, а затем и лето. Юне удалось спасти всего ничего – трёх девочек и пять мальчиков. После подозрений Сивого Юне пришлось затаиться и покрыть своё сердце, как покрывают мебель, уезжая из дома, чтобы она не утонула в пыли и грязи и не отсырела. Кингсли в последний раз сказал, что его квартира стала небезопасной, за ним идёт слежка. Министерство переполнено приспешниками Лорда и вот-вот падёт. Люди напуганы и из страха за свою жизнь принимают сторону Волан де Морта.
Она продолжала работать на Сивого – обнаруживала защитные заклятия, исцеляла раненых охотников, дралась с грязнокровками не так успешно, как хотелось бы вожаку стаи, слушала вопли пленников, и каждую секунду была настороже. Вейнар больше ни разу не заговорил с Юной о произошедшем, хотя ей было наплевать. Она жалела, что Сивый не прибил эту истеричку, из-за которой ей чуть не перегрызли горло. Струпьяр теперь называл её не иначе, как ведьмой или девочкой и не прекращал попыток сблизиться, хоть и не так отчаянно, как раньше.
А потом на весь магический мир прогремела новость о смерти директора школы Хогвартс Альбуса Дамблдора. Газеты печатали снимки похорон и Северуса Снейпа – убийцы директора. Эту новость Юна узнала во время очередного собрания охотников и от неожиданности пролила на себя кувшин с кислым вином, но никто не обратил на это никакого внимания. В подвале были пленники для Лестрейнджев и Сивый решал, сколько за них выторговать. Двое грязнокровок и одна предательница крови профессор маггловедения в Хогвартсе. Её взяли по пути из школы, когда она возвращалась домой после похорон Дамблдора. Остальных повязали по указке Беллатрикс. За профессора могли дать неплохой куш. Но Сивый был зол, потому что в прошлый раз Беллатрикс отказалась платить, сказав, что доставленные пленники не имеют никакой ценности. Но в этот раз у Сивого была профессор.
– Том, веди грязь сюда, – рыкнул Сивый, – Подпортим Лестрейнджам товар.
Том спустился в подвал и вывел в зал пленников – женщину и двух молодых девушек.
– Ты кто? – подошёл он к одной из них и провёл когтем по виску и скуле, оставляя красную дорожку на коже.
– Чарити Бербидж, профессор в школе Хогвартс, – прошептала женщина дрожащими губами. На ней была вязаная безрукавка поверх летней блузки и длинная тёмная юбка, которую Сивый начала медленно поднимать вверх.
– Всегда хотел попробовать профессора, но случая не подворачивалось, – хрипел он, – Меня, знаете ли, не приглашали в школу из-за моей особенности, миссис Бербидж. Вам не кажется, что это несправедливо?
Женщина дрожала всем телом и не могла вымолвить ни слова. Её рот открывался и закрывался в молчаливом ужасе. К другим девушкам уже подошли Струпьяр и Штопор.
– Том, – сказала Юна, – У тебя есть мыло? Моё закончилось. Мне надо переодеться.
Том, нехотя вышел в подсобку, словно не хотел пропускать веселье, и быстро вернулся с тремя кусками мыла в руках. Юна схватила мыло и, стараясь не бежать, поднялась в свою комнату. Снизу начали доноситься крики, смех и рычание.
Юна заперлась в комнате, подошла к туалетному столику возле кровати и наполнила эмалированную миску водой из кувшина. Она превратила воду почти в лёд и начала плескать себе на лицо и на шею. Крики снизу усиливались и Юна навела на стены чары звуконепроницаемости. Она опустилась на пол около кровати и закрыла уши руками, хотя криков уже слышно не было. Досчитав до ста, она заставила себя подняться и выстирать испачканную одежду, которую высушила и снова надела. Юна ослабила чары, чтобы слышать, если её позовут или постучат в дверь, или когда закончится зверское веселье.
В голове стучала кровь. Северус убил Дамблдора. Убил. Как хорошо она знала Снейпа? Смог ли тот Снейп убить? Кому он на самом деле служит? И если Лорду, то почему он столько раз спасал её, Юну, от смерти? А ведь она знала о его тайне. И это был смертельный риск, оставлять её в живых. Она что-то упускала, что-то не понимала. Не хватало звеньев в логической цепи. Эта игра сошла с колеи и теперь стало неясно, как в неё играть.
Крики и стоны затихли. Юна вышла из комнаты и спустилась вниз.
– Уайт, отведёшь со Штопором профессора Бербидж Лестрейнджам, – хрипнул довольный голос Сивого, – а у нас ещё много дел.
Охотники обступили девушек в изорванных одеждах и распухших от побоев лицах. Юна быстро подошла к лежащей на полу Чарити Бербидж и помогла той подняться на ноги. Ухватив её за предплечье, она подождала, пока Штопор свяжет той руки, и вышла с ней и наёмником наружу. За спиной начали раздаваться новые стоны и хрипы. Но Юна быстро захлопнула дверь и двинулась вместе с пленницей к лесу за антитрансгрессионную зону. Ночная свежесть охладила разгорячённое лицо Юны, мелкий моросящий дождь омыл щёки вместо слёз. Юна натянула капюшон.
Юна с пленницей стояли перед дверьми поместья. Штопор нетерпеливо топтался рядом. Хозяин Люциус Малфой вернулся домой из Азкабана. Его авторитет сильно пошатнулся в глазах Лорда и сейчас в его доме устроили штаб Пожирателей. На поместье наложили антрансрессионные чары. Теперь трансгрессировать можно было только на порог дома.
Тяжёлая дверь скрипнула и в неё высунулся острый нос Петтигрю.
– Кто? – спросил он визгливым голосом.
– Подарок от Сивого, – сплюнул себе под ноги Штопор.
– Проходите, – дверь открылась пошире, пропуская Юну с пленницей и наёмника.
Они прошли широкий холл и поднялись по каменной лестнице на второй этаж, где в большом зале горели магические факелы, а посередине стоял длинный стол, за которым восседали Пожиратели во главе с Волан де Мортом.
– Люди Сивого, – пролепетал Петтигрю, подходя к Лорду и сгибаясь в поклоне.
Юна откинула капюшон и поклонилась Волан де Морту.
– Мой Лорд, – сказала она, – Мы привели профессора маггловедения Хогвартса, Чарити Бербидж.
– Мисс Уайт! – растянулся в улыбке Волан де Морт, – Ваш подарок замечателен. Слышал, профессор Бербидж мечтает, чтобы мы, маги, спаривались с маглами. Она учит детей, что быть грязнокровкой – это никакое не преступление. Так ведь, миссис Бербидж?
Юна чувствовала, как трясётся профессор и покрепче сжала её плечо.
– Петтигрю, займись нашей гостьей, но не уводи далеко. Мы с ней ещё пообщаемся, – прошипел Волан де Морт.
Петтигрю направил волшебную палочку на профессора и та взмыла в воздух и повисла, словно её распяли. Окровавленные волосы свешивались грязными волнами. Порванная юбка застыла призрачным парусом. Капельки крови капали на начищенный до блеска кафельный пол поместья.
– Люциус, заплати нашим гостям, – скомандовал Лорд, вальяжно махнув рукой.
Хозяин поместья выглядел осунувшимся, его небритое лицо посерело и покрылось щетиной. От былого лоска не осталось и следа. Люциус поднялся и вышел из зала. Через какое-то время он вернулся с мешочком и отдал его Штопору, бросив безразличный взгляд на Юну. Этот взгляд Юна узнала – взгляд того, кто познакомился с дементорами поближе.
Штопор раскланялся в благодарностях и вышел из зала. Юна последовала за ним.
Она спускалась по широкой лестнице, а он поднимался по ней. Она замедлила шаг и он поднял свой взгляд на неё. Один миг, глаза в глаза, миг узнавания, боли, прошлого, как в замедленной съёмке. У неё дрогнули губы, их руки соприкоснулись одним незаметным движением – пальцы скользнул по пальцам, а потом он прошёл мимо и она не обернулась. Игра на выживание, когда кости уже брошены и закрутились в воздухе, падая в бездну.
========== 36. ==========
В середине лета Министерство Магии пало под натиском приспешников Волан де Морта. На мир опустилась беспощадная длань Лорда. Он объявил о своей автономной власти и начал открытую охоту за грязнокровками и предателями крови. Государственная власть под его началом раздавала вознаграждения направо и налево за поимку подозрительных магов. Бывшие наёмники Сивого объединялись в отдельные группы и теперь работали на Министерство, которое окрестило их егерями.
– Девочка, я ухожу от Сивого. Пойдёшь со мной? – спросил Струпьяр, облокотившись боком к косяку. Юна собирала свои вещи, складывая их в рюкзак, и старалась не обращать внимания на наёмника, который уже минут десять с интересом наблюдал за ней.
– Нет, Струпьяр, – сказала она, не поднимая глаз, – Лорду нужны люди в Хогвартсе, чтобы усмирять нерадивых учеников. Угрозы, побои, наказания, ну, ты в курсе. Я собираюсь туда.
– Жаль, – голос Струпьяра звучал почти искренне, – Я уже привык к тебе, детка.
– Ещё скажи, что будешь скучать и я расплачусь, – фыркнула Юна.
– Колючая, как всегда, – улыбнулся Струпьяр, – Может на прощание дашь мне что-нибудь на память?
– Ага, держи карман шире, – Юна закинула рюкзак на плечо и подошла к Струпьяру, взяла его за ворот кожаной куртки и притянула к себе. Поцелуй был холодным и жёстким, как последний год её жизни.
– Это тебе за то, что пару раз спас мою задницу от Сивого, – улыбнулась Юна, отталкивая от себя наёмника, – Ну, и просто так, потому что у меня хорошее настроение.
Струпьяр довольно облизал губы и усмехнулся.
– Я буду скучать по тебе, детка, – услышала Юна за своей спиной, когда спускалась по лестнице.
Она ни с кем не прощалась. Это были не те люди, о которых она хотела бы вспоминать, но была уверена, что память о них останется навсегда шрамами, и не только на её лице и шее.
Трансгрессировала она в Хогсмид у Кабаньей Головы. Холодный осенний ветер гонял газетные листы и мусор по пустынным улицам, скрипели калитки и вывески, окна были заколочены, и только из редких труб шёл дым. Остальные дома казались мёртвыми.
Юна вышла из деревни и направилась к школе. Шёл уже второй месяц семестра. Директором школы был назначен Северус Снейп. С каждым шагом, что приближал Юну к школе, сердце девушки билось быстрее, мысли распадались на несвязные атомы, а одна рука то и дело трогала шрамы на лице и ниже натягивала капюшон. Скоро она увидит его, услышит, вдохнёт запах давно забытых зелий, исходящий от его одежд.
У высоких металлических ворот Хогвартса стояли двое Пожирателей. Они держали палочки по направлению приближающейся Юны.
Юна подошла к воротам и закатала рукав, обнажив метку Пожирателя.
– Юна Уайт, по приглашению директора Снейпа, – сказал она.
– Новый профессор Истории Тёмной Магии? – уточнил один из стражников с квадратной челюстью.
– Я ещё не получила назначения, – Юна опустила рукав в ожидании, когда ей позволят пройти.
– Идите за мной, – сказал второй стражник помельче, с синяками под глазами и, приоткрыв ворота, впустил Юну.
Она последовала за ним в замок, который сильно изменился со времени её обучения здесь. По периметру замка ходил патруль, точно так же, как и внутри. Несмотря на военные мантии, они очень смахивали на наёмников Сивого – такие же злые и помятые. На входе стражник, что вёл Юну, передал её другому и тот повёл её по коридорам и лестницам к кабинету директора, не говоря ни слова. Видимо, её ждали.
По пути им встретилась колонна из первокурсников факультета Когтевран, шедших под конвоем патруля в составе трёх человек. Дети не без интереса кидали взгляды на Юну, которая всё ещё прятала лицо под капюшоном. Они перешёптывались, несмотря на цыканье со стороны стражи. А потом один из стражников ударил невидимой плетью первого попавшегося малолетнего нарушителя порядка. Тот взвыл и схватился за поврежденное плечо. Юна сжала ручку рюкзака и молча прошла мимо.
У кабинета директора охраны не было. Да и зачем? Стражник остановился у двери и постучал, ожидая приглашения войти. Дверь распахнулась сама собой.
– Директор, прибыла мисс Уайт, – сказал он и сразу же удалился.
Юна вступила в просторный кабинет директора, в котором всё на удивление осталось по прежнему, только добавились бурлящие колбы на дальнем столе. Северус Снейп сидел за рабочим столом, рядом с которым на вытяжку стояли два Пожирателя. Юна помнила их лица. Они не раз присутствовали на собраниях Волан де Морта. Но она не знала, кто это.
– Мисс Уайт, – Северус встал изо стола и вышел вперёд, – Добро пожаловать в Хогвартс.
Юна подняла голову и сняла с головы капюшон. Короткие волосы упали на глаза и она ленивым движением смахнула их рукой.
– Спасибо, – сказала она, поправляя рюкзак, висевший на плече.
Глаза в глаза, без единой эмоции, настолько равнодушно, насколько способно было всё её самообладание, выкованное за год работы на Сивого. Северус не отрывал взгляда с её лица. Она физически ощущала, как он скользит по её волосам, спускаясь на лоб, спотыкаясь о шрамы, касаясь ресниц и тонет в зрачках.
– Позвольте представить вам нашего нового преподавателя Истории Тёмной Магии, мисс Юну Уайт, – Снейп перевёл взгляд на Пожирателей, – Я посчитал, что профессор Бинс не справляется со своими обязанностями, будучи… мёртвым. Его взгляды сильно устарели.
Юна заметила ухмылки на лицах Пожирателей.
– Мисс Уайт, это Алекто и Амикус Кэрроу, – продолжал Снейп, сохраняя обычную для него невозмутимость, – мистер Кэрроу преподает Тёмные Искусства, а мисс Кэрроу – профессор Маггловедения. Они оба являются моими заместителями. Если у вас возникнут какие-то вопросы, обращайтесь напрямую к ним. А сейчас мистер Кэрроу проводит вас в вашу комнату и даст необходимые инструкции. Где находится кабинет, вы знаете. Надеюсь, что вы внесёте посильный вклад в воспитание детей, мисс Уайт.
На этом Снейп сделал лёгкий кивок головой, показывая, что разговор окончен. Юна сглотнула образовавшийся ком в горле и перевела взгляд на сухопарого, сутулого мужчину со сплющенным носом, глаза которого яростно поблескивали, отражая свет магических светильников.
– Мистер Кэрроу, – нервно сказал Снейп, – Вы ждёте персональных указаний? Вам что-то не ясно из того, что было сказано только что?
Амикус моргнул и быстро направился на выход.
– Иди за мной, – сказал он, подняв подбородок и выпрямив плечи.
– “Идите за мной, мисс Уайт”, мистер Кэрроу, – громко, с нажимом поправил Северус, – И сколько раз повторять? Преподаватели – не ученики. Обращайтесь с уважением. Не превращайте мою школу в ферму!
– Да, директор, – тут же отрапортовал Амикус, – Прошу, следуйте за мной, мисс Уайт, – елейно произнёс он и вышел вон. Юна последовала следом, бросив быстрый взгляд на Северуса, который уже поворачивался к Алекто, давая той какие-то поручения, но успел в последний раз посмотреть в сторону Юны. Этого достаточно, чтобы жить дальше.