Текст книги "Системный рыбак 6 (СИ)"

Автор книги: Ленивая Панда

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 11

Тишина в зале сгустилась настолько, что я почти физически ощущал на плечах её вес. Гости переглядывались, не зная, как реагировать на мои слова, а Рональд Серебряный Лотос беззвучно шевелил губами, пытаясь подобрать хоть что-то подходящее. Ларс задумчиво поглаживал подбородок. Серена же смотрела на меня так, будто пыталась решить, гений я или безумец.

Первой тишину нарушила Беллатрикс.

– Хм, Небесный этап? Звучит самонадеянно для мальчишки на восьмом уровне Закалки тела, – она скрестила руки на груди, задумчиво изучая меня. – Однако я ждала тебя триста лет, Ив. Подожду и ещё немного. Но постарайся в этот раз управиться быстрее.

Она провела ладонью над своим кольцом. Оно оказалось пространственным артефактом. Воздух едва заметно дрогнул, и на ближайший пустой стол со стуком легла длинная кривая ветка с привязанной к ней духовной нитью. Да это же моя импровизированная удочка. Следом опустилась потрёпанная соломенная шляпа, а в мою сторону полетел металлический кругляш.

Я рефлекторно поймал его. Значок с огненным поросёнком. Тот, что триста лет назад я сделал рыболовным крючком у горного озера, и который оставил на столе в подземелье вулкана перед тем, как исчезнуть вместе с Броулстаром.

Мой взгляд замер на этих вещах. Сухая деревяшка, старая солома, кусочек потемневшего металла. Абсолютный мусор для любого высокоуровневого практика. Но Беллатрикс бережно сохранила их. Она три века носила с собой в пространственном артефакте эти никчёмные пожитки бесследно пропавшего кочегара просто ради того, чтобы однажды вернуть их владельцу. В груди вдруг стало невыносимо тесно, а сердце пропустило тяжёлый удар. Эта женщина действительно ждала меня так, как никто и никогда не ждал за всю мою жизнь.

– Оставь себе, – её голос прозвучал чуть тише и мягче обычного. – Этот старый значок будет твоим личным пропуском в Пылающий Горн, когда решишь навестить сестру или… меня.

Затем она круто развернулась, так что её огненные волосы с новой белой лентой взметнулись в воздухе, и направилась обратно к столу Кая.

Амелия чуть побледнела от озвученных масштабов, но быстро взяла себя в руки.

– Никто в здравом уме не бросает вызов Небесам в одиночку. Это… это кажется совершенно невозможным, – она сделала глубокий вдох и гордо вскинула подбородок. – Но раз таков твой путь, я тоже не сверну со своего. Я достигну вершины в Секте Феникса и буду ждать твоего ответа там, Ив Винтерскай.

С этими словами она коротко поклонилась и отступила в сторону кухни.

Молли рассмеялась – звонко и беззаботно.

– Ну ты и безумец, Винтерскай! – она спрыгнула со стола, и её серебряные браслеты весело звякнули. – А я-то думала, что это я сумасшедшая. Что ж, моё предложение остаётся в силе. Посмотрим, какую рыбку ты выловишь в своём небесном пруду.

Она подмигнула мне и, насвистывая какую-то мелодию, пошла собирать пустые кружки с ближайших столов.

Я с облегчением выдохнул. Разошлись, и слава богу.

– Это всё, конечно, невероятно трогательно и эпохально, – проворчал Игнис за моей спиной. Старик сидел за своим столом с таким невозмутимым видом, будто минуту назад здесь не происходило ничего из ряда вон выходящего. – Но что с десертом? У вас же был обещан ягодный пирог. Или я что-то упустил за этими брачными играми?

Несколько гостей нервно рассмеялись, и напряжение в зале окончательно рассеялось, словно утренний туман над рекой.

– Эмма! – окликнул я сестрёнку, которая замерла у стойки с миской для монет. – Пора выносить пироги!

Пока девочки под руководством Эммы организовали быструю подачу десерта, а Рид лениво инспектировал их работу с подоконника, рядом со мной снова возник Игнис.

– Ив, – старик потёр глаза. – Признаться, я несколько утомился. Годы берут своё, даже если ты Грандмастер Алхимии.

– Могу предложить поместье на Южном холме, – я кивнул в сторону двери. – Там точно будет тише и спокойнее, чем здесь.

– Нет-нет, слишком далеко тащиться, – Игнис махнул рукой. – Есть ли здесь свободная комната наверху? Мне нужно всего пару часов медитации.

– Конечно, идём.

Я провёл его по узкой лестнице на второй этаж. Коридор был тёмным, но из щелей в досках пробивался тёплый свет снизу, а снизу доносились голоса и приглушённая полом музыка.

Открыл дверь в одну из комнат поменьше, чистую, с простой кроватью и маленьким окном, выходящим на реку.

Игнис кивнул.

– Подойдёт.

Он достал из пространственного мешочка на поясе свёрнутый коврик, расстелил его на полу и зажёг благовония. Тонкая струйка дыма поплыла к потолку, наполняя комнату запахом сандала и чего-то ещё, неуловимо знакомого.

Игнис уселся в позу лотоса, сложил руки на коленях и активировал какой-то артефакт и прикрыл глаза. Мгновенно вокруг него сформировался полупрозрачный купол, мерцающий едва заметными рунами.

Я наблюдал, как дым от благовоний внутри купола начал странно колыхаться, будто подхваченный невидимым ветром, тогда как снаружи воздух оставался абсолютно неподвижным.

Хм. Артефакт глушения. Интересно, он работает в обе стороны? Защищает Игниса от внешнего шума или защищает внешний мир от его храпа?

Судя по тому, как старик захрапел буквально через секунду после того как активировал купол и закрыл глаза, то скорее второе.

Я тихо прикрыл дверь и спустился обратно в зал.

Праздник был в самом разгаре. За столами шли разговоры, смех перекатывался волнами от одного угла к другому. Торговец Чжао что-то увлечённо рассказывал соседям, размахивая куском пирога, а Флинт-старший поднял тост за «нового главу рода Винтерскай», и несколько десятков кружек взлетели в воздух.

Деревенским хватит впечатлений от сегодняшнего вечера на добрый десяток лет, потому что Грандмастер Алхимии, три предложения руки и сердца и юный практик, заявивший о намерении стать Небесным Рыбаком, это такое, что в здешних краях случается, мягко говоря, нечасто.

Я взял со стойки кружку с элем и сделал глоток, наслаждаясь моментом передышки.

И тут входную дверь вышибло с петель.

Тяжёлые доски влетели в зал, едва не снеся ближайший стол. Гости шарахнулись в стороны, кто-то вскрикнул, музыка оборвалась на полуноте.

В проёме стоял человек.

Высокий, худощавый, в чёрных одеяниях с серебряной вышивкой и с узким лицом. Гладко зачёсанные тёмные волосы, а глаза холодные, пронзительные, словно два куска льда, в которых отражалась бесконечная зима.

Леденящая, зловещая аура поползла по залу, заставляя пламя свечей приникнуть к фитилям. Я почувствовал, как воздух стал вязким. Обычные люди вроде Робина или Глаши побледнели, инстинктивно пятясь назад, а практики первой ступени вроде Маркуса напряглись. Рональд Серебряный Лотос, Вайт и другие главы влиятельных семей побелели, ощутив угрозу.

И хотя имперец Ларс лишь недовольно поморщился, для большинства присутствующих, не состоящих в сильных сектах, этот человек представлял серьёзную опасность. Впрочем, Серена за своим столом лишь насмешливо фыркнула, а Беллатрикс откровенно зевнула. Для высокоуровневых практиков этот выскочка был не более чем назойливой мухой.

– Ив Винтерскай! – человек чеканил слова. – Ты убил официального представителя Секты Чёрного Хлыста и завладел имуществом, принадлежащим нашей организации. Я, Лунияр, прибыл, чтобы восстановить справедливость.

А, так вот ты какой. Лично мы не встречались, но я не сомневался, что рано или поздно Секта Чёрного Хлыста явится по мою душу.

– Ты вернёшь всё, что забрал, – Лунияр медленно зашагал в центр зала, и гости шарахались от него в стороны, опрокидывая стулья. – И выполнишь все обязательства, которые твой дядя взял на себя от имени рода. В противном случае…

Он оборвал речь, но и без уточнений было понятно, что одними угрозами дело не закончится.

Краем глаза я заметил движение слева. Беллатрикс уже поднялась из-за стола, и воздух вокруг неё начал мерцать от жара. Справа Серена тоже встала, и температура в её половине зала резко упала.

Два практика, каждый из которых мог превратить мой ресторан в груду обломков за считанные секунды.

– Стойте, – я поднял руку. – Это мой дом, мой ресторан и моя проблема. Разберусь сам.

Беллатрикс застыла с вытянутой рукой, и её лицо выражало нечто среднее между возмущением и недоверием.

– Ив, этот сектант…

– Я сказал сам.

Наши взгляды встретились. Я видел, как она борется с желанием вмешаться, как её пальцы сжимаются в кулаки, но потом она медленно опустила руку и отступила на полшага.

Серена тоже остановилась, хотя её выражение лица ясно говорило, что она считает меня полным идиотом.

Может, они и правы, но такие вещи мужчина должен решать сам.

Я повернулся к Лунияру.

– Все контракты с Сектой Чёрного Хлыста расторгнуты. Род Винтерскай больше не имеет никаких дел с вашей организацией, и это моё окончательное решение.

Лунияр рассмеялся.

– Щенок, – он покачал головой с притворным сожалением. – Глупый, самонадеянный щенок, который лезет в дела взрослых, не понимая последствий. Впрочем, ты можешь думать что угодно. Но вот эта девочка, – Лунияр сделал ещё один шаг вперёд, усиливая духовное давление, где-то за моей спиной кто-то из рыночных торговцев упал в обморок, и указал на сестрёнку, – согласно договору, заключённому Виктором Винтерскай, является собственностью секты. Она пойдёт со мной по-хорошему или по-плохому.

С этими словами Лунияр вытянул руку, и из его ладони вырвался чёрный хлыст. Плетёная змея из тёмной энергии извивалась в воздухе, шипя и потрескивая. Точно такой же хлыст, каким совсем недавно дядя Виктор атаковал меня и до крови избивал Эмму в попытках разжечь родословную.

Я не успел моргнуть глазом, как Эмма, увидев до боли знакомое оружие мучителя, выскочила из-за моей спины и встала передо мной, раскинув руки в стороны. Её худенькое тело дрожало от пережитого в прошлом ужаса, но отступать она не собиралась.

– Я никуда не пойду! – звонко выкрикнула она, переполненная страхом и яростью одновременно.

И в следующий миг она вспыхнула.

Волна жара прокатилась по залу, заставив ближайших гостей отшатнуться. Пространство вокруг сестрёнки задрожало и исказилось, словно воздух над раскалённой сковородой, она стала похожа на маленькое солнце.

Лунияр остановился, и его узкое лицо исказилось от восхищения. Он облизнулся.

– Превосходно, – Лунияр хищно подался вперёд. – Виктор не соврал. Полностью пробуждённая родословная огня. Старейшины будут в восторге от такого подарка, молодая жена из древнего клана станет честью для нашей секты.

Мой кулак сжался так сильно, что ногти впились в ладонь.

– Ты ничего не получишь.

– Неужели? – зловеще усмехнулся Лунияр и крепче перехватил рукоять шипящего хлыста. – Раз так, заберу вас обоих. Мальчишка с пробуждённым огнём тоже пригодится старейшинам.

Он замахнулся.

Хлыст метнулся ко мне, и я поймал его на левую руку. Чёрная энергия впилась в кожу, обжигая и леденя одновременно, но я удержал её.

В груди полыхнуло.

Там, где обычно дремало фиолетовое пламя, сейчас горело что-то другое, а именно огонёк, который Беллатрикс выпустила час назад, когда я впитал его через духовную нить. Он не растворился и не рассеялся, а просто ждал своего часа.

Я потянулся к этому жару и вытолкнул его через левую руку.

С моей ладони сорвался небольшой огненный шар. Точно такой же, каким совсем недавно мне угрожала Беллатрикс, ведь, по сути, это он и был.

Лунияр расхохотался так громко, что несколько гостей вздрогнули.

– И это всё? – он небрежно взмахнул рукой, и перед ним сформировался щит из чёрной энергии. – Жалкий фокус, он погаснет, даже не долетев до меня!

Огненный шар ударил в щит и прошил его насквозь, не замедлившись ни на секунду.

Усмешка на лице Лунияра застыла, сменившись сначала недоумением, а затем откровенной паникой. Поняв, что не успевает увернуться, он судорожно взмахнул рукой, вытаскивая из пространственного мешка изящную деревянную лодку, и выставил её перед собой как последний рубеж защиты. Вокруг артефакта тут же вспыхнул плотный магический барьер, переливающийся защитными рунами.

И тут маленький огненный шар врезался в преграду. Магический барьер лодки жалобно треснул и осыпался искрами, не продержавшись и доли секунды. Следом пламя ударило в борт – дорогая древесина с серебряной филигранью мгновенно вспыхнула и разлетелась в щепки, пропуская огонь дальше. Фаербол врезался в грудь сектанту.

Взрыв оглушил всех. Лунияра вместе с горящими обломками его лодки отбросило назад, он пролетел через весь зал, выбил остатки входной двери и рухнул на террасу снаружи.

Я стоял, тяжело дыша, и смотрел на свою ладонь, которая даже не покраснела. Вся разрушительная мощь ушла наружу, огонь Белки меня не тронул.

Ничего себе, один крошечный огненный шар практика, находящегося в одном шаге от пятой ступени, и от щита и лодки Лунияра не осталось даже воспоминаний.

Я вышел на террасу, и за мной потянулась толпа гостей, им тоже было интересно, чем всё закончится.

Лунияр лежал на спине посреди террасы. Его чёрные одеяния дымились, а на груди расплылось обугленное пятно размером с ананас. Он пытался подняться, но руки подламывались.

Я подошёл ближе и достал из кармана значок с изображением летающего поросёнка.

– Узнаёшь?

Лунияр прищурился, пытаясь сфокусировать взгляд. Когда он разглядел символ секты Пылающего Горна, его лицо побледнело.

– Это откуда…

Я достал второй знак, медальон с фениксом и семью перьями.

– Личный ученик Грандмастера Игниса из Секты Феникса Семи Добродетелей, – я специально повысил голос, чтобы слышали все. – И, как видишь, не чужой человек для Пылающего Горна.

– Верно, – Беллатрикс вышла на террасу, и её присутствие ощущалось подобно приближению лесного пожара. – И девочка Эмма с сегодняшнего дня моя личная ученица.

Лунияр судорожно сглотнул, и его взгляд метнулся к Беллатрикс, потом обратно ко мне.

– Заместитель главы…

– Именно, – Серена появилась с другой стороны, и температура вокруг нас резко упала. – А юноша, на которого ты посмел поднять руку, находится под защитой нашего Верховного Старейшины. Секта Чёрного Хлыста пожалеет о своих действиях.

Я достал из-за пазухи красный медальон, при помощи которого Виктор управлял рыболюдами, и бросил его сектанту.

– Род Винтерскай разрывает все связи с Сектой Чёрного Хлыста, – я чеканил каждое слово, чтобы оно дошло до мозга сектанта. – Забирай своих марионеток и проваливай. И передай старейшинам: если секта когда-нибудь снова попытается приблизиться к моей семье, я буду считать это объявлением войны. У меня очень хорошая память. – Я снова посмотрел на Лунияра. – И ещё кое-что. Ты ворвался в мой дом, угрожал мне и моей сестре, испортил праздник моим гостям. За это полагается компенсация.

Сектант сплюнул кровь. Он скривился от боли, но всё же полез за пазуху и достал небольшой мешочек, который с ненавистью швырнул мне под ноги.

Я поднял его и развязал тесёмки. Внутри лежали тёмно-красные пилюли, штук двадцать, от которых исходила невероятно плотная, концентрированная духовная энергия.

Рональд Серебряный Лотос, вышедший следом на террасу, шумно втянул воздух.

– Это же… Пилюли Очищения Крови? Высшего качества! – вырвалось у главы влиятельной семьи, и в его глазах блеснула откровенная зависть. – Такая концентрация… Они используются для культивации на пике первой или даже на второй ступени! Целое состояние…

Пригодится.

Я кивнул и отступил в сторону.

Лунияр с трудом поднялся на ноги. Он двигался неуклюже, будто разом разучился управлять собственным телом. Взгляд сектанта на мгновение метнулся к кучке дымящегося пепла и обломков, оставшихся от его дорогой летающей лодки, и его лицо исказила гримаса неподдельной боли.

Затем он повернулся ко мне и хрипло рассмеялся.

– Войны? Жалкий мальчишка, возомнивший себя непобедимым… Твоя «война» для Секты Чёрного Хлыста – лишь писк комара. Твои покровители сегодня здесь, но они не будут сидеть в этой глуши вечно. А мы… мы умеем ждать.

Бросив на меня последний взгляд, полный бессильной ярости, сектант развернулся и, сильно прихрамывая, побрёл прочь по ночной дороге, тяжело опираясь на деревенские заборы…

Я проводил его взглядом, пока хромающая фигура не скрылась за поворотом.

– Господин Винтерскай, – Ларс подошёл ко мне и протянул руку для пожатия. – Мне пора. Дела Империи не ждут. Желаю удачи на пути к Небесному Рыбаку, юный Винтерскай. Это будет интересное зрелище.

Я пожал его руку.

Он развернулся и зашагал прочь. За ним потянулся Элрик, потом главы семей: Рональд, Ферум, Вайт и остальные. Флоренсы задержались чуть дольше, и Изольда кивнула мне с тёплой улыбкой, Серена смерила оценивающим взглядом, а старая Маргарет просто поклонилась, не поднимая глаз.

Постепенно двор опустел. Деревенские расходились по домам, унося с собой истории, которые будут пересказывать внукам.

Я вернулся в зал.

Пока я провожал гостей, мои работники явно не теряли времени даром и окончательно вымотались. Робин клевал носом над недопитой кружкой, периодически вздрагивая и снова роняя голову. Маркус ещё держался, но тёмные круги под глазами выдавали усталость.

Кай сидел за своим столом, подперев голову рукой, и смотрел в одну точку с таким видом, будто медитировал с открытыми глазами. Молли болтала ногами на подоконнике, почёсывая Рида за ухом, но её движения стали ленивыми, сонными. Амелия замерла посреди зала с пустым подносом, будто забыла, зачем его держит. А Беллатрикс стояла у окна, скрестив руки на груди, и смотрела на меня взглядом, от которого хотелось одновременно провалиться сквозь землю и расправить плечи.

Из кухни вышел Густо, вытирая руки о фартук. За ним следовали Неля, Сара и Мира, уже без передников – закончили уборку.

– Господин Ив, – Густо коротко поклонился. – Кухня в порядке. Продукты убраны, посуда вымыта, остатки разложены по горшкам и уложены на лёд.

– Отлично. Поднимайся наверх, комната рядом с Игнисом свободна. Только не храпи громче Грандмастера, а то устроите дуэт.

Густо усмехнулся в усы и направился к лестнице. Девушки нерешительно переминались с ноги на ногу у выхода, явно не зная, как попрощаться после всего увиденного.

– Идите домой, – я махнул рукой. – Спасибо за помощь, завтра выходной, отоспитесь.

Неля что-то пискнула в знак благодарности, Сара коротко кивнула, а Мира просто развернулась и вышла первой. Через секунду все три силуэта растворились в ночной темноте за дверным проёмом.

– Все устали, – констатировал я очевидное. – Предлагаю разойтись. А завтра утром жду всех на торжественный завтрак в поместье. Отметим открытие как следует, без незваных гостей и угроз похищения. С меня, как и обещал что-то особенное!

– Торжественный завтрак? – Молли спрыгнула с подоконника, и Рид недовольно мяукнул от потери тёплого бока. – Это ты сам готовить будешь?

– А ты думала, Густо? Он ещё не заслужил такой чести.

– Тогда я точно приду, тем более ты обещал – она подошла ко мне, и прежде чем я успел среагировать, приподнялась на цыпочки и чмокнула меня в правую щёку. – Спокойной ночи, Небесный Рыбак.

С другой стороны подошла Амелия. Она наконец-то отложила злосчастный поднос на ближайший стол и встала передо мной, гордо вскинув подбородок.

– Не думай, что это что-то значит, – произнесла она своим фирменным тоном. – Просто… традиция.

И поцеловала меня в левую щёку.

Её губы были прохладными, в отличие от горячих губ Молли.

– Какая ещё традиция? – озадаченно спросил я.

– Столичная, – отрезала Амелия и, не оборачиваясь, направилась к выходу. – Не опаздывай на собственный завтрак, Винтерскай.

Молли хихикнула и пошла следом.

Кай тяжело поднялся из-за стола и потянулся так, что хрустнули суставы.

– Ладно, поеду с девочками, прослежу, чтобы не поубивали друг друга по дороге, – он хлопнул меня по плечу. – Неплохое шоу ты устроил, младший. До завтра.

Маркус тоже встал и растолкал задремавшего Робина.

– Эй, охотник, просыпайся. Тебе в другую сторону.

Робин что-то невнятно пробормотал, но всё же поднялся на ноги.

– Я провожу Робина.

– Давай, до завтра!

Маркус кивнул и вывел пошатывающегося Робина наружу.

В зале остались только мы трое: я, Беллатрикс и Эмма, которая тихо подошла и взяла меня за руку. Рид спрыгнул с подоконника и потрусил к выходу, явно намекая, что пора ехать.

Я посмотрел на Беллатрикс.

– Белла, уже поздно. У меня есть поместье на Южном холме, остановишься у меня?

Она приподняла бровь.

– Поместье? – в её голосе прозвучало лёгкое сомнение. – Надеюсь, там есть нормальные комнаты?

– Двенадцать спален, – я пожал плечами. – Выбирай любую.

– Двенадцать? – переспросила она, и уголок её губ дрогнул. – Ладно, Винтерскай. Принимаю приглашение. Но только потому, что мне нужно выспаться перед твоим «торжественным завтраком».

Мы вышли на террасу. Ночной воздух приятно холодил кожу после духоты переполненного зала. Звёзды рассыпались по небу, отражаясь в тёмных водах реки.

Кучер в ливрее с нашими цветами коротко поклонился при нашем приближении. Я первым открыл дверцу и подсадил Эмму, затем пропустил Беллатрикс. Рид просочился следом и свернулся клубком у ног сестрёнки.

Карета тронулась.

* * *

Двери закрылись с едва слышным щелчком, отрезая просторную спальню от остального поместья Винтерскай. В комнате не горело ни единой свечи. Лишь холодный серебристый свет луны лился на паркет сквозь высокие окна, расчерчивая тёмное пространство длинными полосами бледного сияния.

Из противоположных сторон навстречу друг другу направились два тёмных силуэта. Они сошлись в самом центре лунной дорожки одновременно и по этому короткому сближению было совершенно невозможно понять, чья это комната и кто из них двоих пришёл сюда первым.

Серебристые лучи скользнули по стройной женской фигуре, мягко подсвечивая её длинные распущенные волосы. В них едва заметно мерцала вплетенная белоснежная лента.

Из-под длинных ресниц глаза женщины неподвижно смотрели на молодого человека.

– Неужели ты думал, что я, прождавшая долгие три сотни лет, буду покорно ждать твоего ответа о женитьбе? – ее голос прозвучал низко, наполняя полумрак комнаты будоражащей хрипотцой. – Это ведь всего лишь пустая формальность.

Молодой человек молчал. Потом усмехнулся, спокойно и уверенно, глядя в ответ ей в глаза.

– Знаешь, а я ведь на самом деле тоже уже давно не безусый мальчишка.

Он шагнул вперед, окончательно приближаясь к ней в плотную.

В глубокой ночной тишине раздался шелест струящегося шелка. Платье плавно соскользнуло по женской фигуре, мягко оседая на пол…