Текст книги "Линия Периферии (СИ)"

Автор книги: Klot Veil

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Откашлявшись от налетевшей извести и пыли, Джеффри, стараясь избегать лишних телодвижений, включил фонарь смартфона и осмотрел возникшую брешь.

И, как только он пересёк границу разлома, ступив во тьму неясных силуэтов – та тут же рассеялась, уступая искусственному свету, заполонившему пространство благодаря среагировавшим датчикам движения внутри.

За стеной оказалось лишённое всяких дверей небольшое помещение размером со среднестатистический автомобильный гараж, посреди которого стоял причудливых форм истребитель. Внешне похожая на удлинённый, излишне широкий наконечник стрелы, машина чёрного цвета располагалась прямо посредине комнаты, безо всякого видимого шасси. Высокотехнологичный дизайн, загадочные приборы и непроницаемая кабина делали истребитель похожим на научно-фантастические шаблоны, наталкивая на закономерные мысли о макете. Макете, не имевшего ровным счётом ничего общего с забытым ядерным бункером времён холодной войны.

Но и это было ещё далеко не всё.

Лишь переведя взгляд, до Джеффри дошло.

Золото. Упакованные, сложенные в десять отдельных стопок золотые слитки, высота каждой из которых достигала метра. Серый, лишённый окраса бетонный пол тоже выделялся, усеянный хаотично разбросанными прямоугольниками благородного металла, каждый из которых, при должной чистоте и технологии, мог весить не менее десяти килограмм.

Неужели вот так всё и должно было закончиться? Исчезнуть, просто сойдя с ума? Перспектива такой кончины не слишком радовала пилота. Он потратил более семи лет на обучение военному пилотажу не для того, чтобы так просто сойти с рельс. Но то, что он сейчас видел – просто не могло быть реальным. Ведь так?

Его разум молил о помощи. Но никому не суждено было ответить. Никто не явится, никто не предоставит заверенных инструкций. Нет командования, которое отдаст прямой приказ, избавив от прямой ответственности и бремени решений. Сегодня пилот мог рассчитывать только на себя самого.

Коснувшись истребителя и ощутив холодную металлическую поверхность, Джеффри с облегчением убедился в том, что вероятность реальности происходящего всё же не равняется абсолютному нулю. Золото тоже оказалось вполне материальным – по крайней мере, на ощупь. Однако трудно сказать наверняка, была ли материальность оного менее пугающей, чем возможность осознанных галлюцинаций.

Естественно, сей реквизит не мог оказаться в бункере при строительстве. Даже дизайн истребителя был далёк от научной фантастики тех лет. Золото… конечно, оно могло оказаться здесь и тогда, но пилоту это казалось слишком маловероятным. У него не имелось прямых доказательств – слитки оказались лишены всякой положенной маркировки, но какой-то частью Джеффри понимал, что золото и истребитель – часть одного и того же. Только вот чего, оставалось действительно неизвестным. Отдельной странностью было то, что из всех стопок была распакована только одна, и, исходя из их идентичности – в ней отсутствовал всего один слиток. На полу же их было разбросано несколько десятков.

Вскоре трезвость мышления начала возвращаться – пилотская выучка давала о себе знать, и Джеффри сумел спокойно всё обдумать. Всё же, запаниковал он из-за причин, того совершенно не стоивших – импульсом, как и всегда, стали его запредельная взвинченность и неожиданность произошедшего в принципе. Конечно, вероятность того, что он мог обнаружить секретное помещение ударом огнетушителя – была ничтожной, но если подумать – бил-то он вовсе и не случайно. Поверхность стены, оказавшейся прикрытием тайника-в-тайнике – была единственным участком стены в зале, на которую падала тень, что и повлияло на неосознанный выбор направления рокового броска. Вывод о том, что ящики с оружием были расположены так специально – имел право на существование, а контрафактное золото, в свою очередь, вполне могло принадлежать как Венансио, так и загадочным строителям бункера, чья прямая связь с советами в данный момент оставалась недоказуемой. Да и назначение макета истребителя оставалось нерешённой загадкой – на простую декорацию он похож не был, наоборот, находясь в центре помещения, с явным демонстрационным приоритетом, но и реальным истребителем тоже не являлся наверняка. Может, что-то было спрятано внутри? Что-то достаточно важное, чтобы укрыть его за гладкой металлической поверхностью чёрного цвета? Что ж, существовал только один способ это узнать.

Осмотрев загадочный самолёт, Джеффри не нашёл никаких внешних систем, кроме нескольких абстрактно выглядящих приборов, что дало очередной голос в пользу макета. Однако, это действительно был металл. И металл хороший – броня военного качества. Только с виду, конечно, но пилот повидал достаточно самолётов, чтобы угадывать такие вещи. Макет, не макет, а без специальных инструментов машину было не вскрыть.

Остановившись у предположительной кабины, его взгляд привлекла странная, едва заметная потёртость на корпусе. При детальном осмотре легко угадывались очертания эмблемы и следы стёршейся надписи. Изображения было не разобрать – от него практически ничего не осталось, а вот буквы, если подставить несколько исчезнувших целиком, образовывали одно английское слово: «Insurgence». Интересный выбор для названия летательного аппарата. Что ж, по крайней мере, это язык, с которым Джеффри был знаком с рождения.

Повинуясь инстинктивному порыву, пилот вытянул руку, прикоснувшись к остаткам эмблемы. Зачем? Он так и не сумеет понять. Возможно, его направило подсознание, а возможно, сам вид эмблемы, вызвавший неопределённое дежавю. Ответ навсегда останется в прошлом.

Лёгкий, словно воздушная отдача импульс прошёл сквозь его тело. Джеффри вздрогнул, отдёрнув ладонь, и, реагируя на странный скрип, поднял глаза.

* * *

– Штаб, Спэрроу на связи, – пилот экспериментального «Роквелл B-1R», перенаправленный с миссии в Анголе и уже завершивший дозаправку и комплектацию электромагнитными бомбами, успешно преодолел территориальные воды Антарктиды. – Приближаюсь к границе шторма.

– Принято, – послышался незамедлительный ответ. – Вам дана предварительная директива с одобрением огня по усмотрению. Повторяю, огонь по усмотрению одобрен.

– Вас понял, – пилот подтвердил получение приказа. – Они не поймут, что это было.

Стелс-бомбардировщик, сохраняя крейсерскую скорость, немного скорректировал угол полёта и устремился к своей новой цели.

Ему было немного не по себе. Сам принцип технологии «стелс» не позволял устанавливать мощные РЛС[13]13
  РЛС – радиолокационные системы.


[Закрыть], так как импульсы оных мгновенно бы выдали присутствие самолёта, что, в свою очередь, означало полное прекращение связи со штабом, как только «Спэрроу» окажется в пределах действия циклона.

Что ж, ему доводилось побывать в передрягах и похуже.

Достигнув навигационного маркера, бомбардировщик буквально вонзился в непроницаемую снежную завесу разбушевавшейся природы, и мгновенно исчез со всех радаров, отслеживавших его.

* * *

«16.02. Всё ещё не удалось определить функционал найденного устройства. Похоже, что оно работает с широким спектром преобразования энергии. Вчера все аккумуляторы внезапно лишились запасов, но капсула продолжала фонить. Продолжаю эксперименты»

«19.02. Вывод ложен. Функционал преобразования энергии не является основным – наблюдается одностороннее поглощение. Обставил капсулу плазменными генераторами, случайные осушения энергосети прекратились»

«20.02. По моим подсчётам, устройство успело поглотить из генераторов дневной выработок небольшой электростанции. Но фон остаётся тем же. Нелогично. Теория: считывание поглощённой энергии невозможно из-за экранизации поверхностью устройства. Продолжаю эксперименты»

«22.02. Провал! Устройство попыталось вернуть всю поглощённую с момента обнаружения энергию в системы корабля! Накрылось больше половины модулей. Замена займёт значительное время. Эксперименты приостанавливаются на неопределённый срок. Устройство не было подключено напрямую. Метод передачи энергии всё ещё неясен, малые объёмы при поглощении не позволяли определить истинные масштабы. Возможно, реинкъецию придётся повторить искусственным путём. Подготовлюсь. Пометка: дополнительные финансы. Пока основной функционал неизвестен, нужно придумать кодовое название девайсу»

«24.02. Обратился к связям в ведущих химических институтах. Комплексный анализ поверхности капсулы не смог дать чёткого ответа, состав материала не определён. Кажется, кто-то из химиков сдал меня. За мной наблюдают. Нужно быть начеку»

«26.02. Постоянно ощущаю чьё-то присутствие. Всё-таки обнаружили? Не могу найти доказательств. Необходимо действовать быстро. Рискну провести вторую стадию экспериментов раньше. Никому нельзя доверять»

«27.02. Нашёл способ контактной передачи энергии. Вся поверхность устройства работает как единый поглотитель. Гораздо быстрее, чем его стандартная „подзарядка“. Сжёг основной генератор, пришлось отключить всю защиту. Эксперимент прошёл удачно – устройство способно копировать предметы ограниченных объёмов. Скопировать всю каюту не удалось, но её содержимое продублировалось успешно, кроме самого устройства. Для окончательного вывода не хватает данных, но дублирование – тоже не основная его задача. Задокументированные операции применяют только 20 % общего поглощаемого объёма. Так как устройство манипулирует входящим и исходящим потоками, решил дать временное кодовое обозначения модулятора, MD-25. Числовое обозначение соответствует нумерации проводимого эксперимента»

«28.02. Вышел под другими документами. Всё ещё под наблюдением. Слишком опасно, дублирование ценных предметов сейчас было ошибкой. Кто-то ещё оказался на корабле с последним экспериментом, кажется, меня пытались убить. От хвоста не избавиться. Если сумели выследить сейчас – значит ведётся организованная слежка. Радар всегда чист, но я знаю, что они рядом. Не могу пополнить припасы, на поверхности кто-то постоянно следует за мной. Не вижу следов. Число неправильное. Чего они добиваются? Вынужден прибегнуть к радикальным мерам. По завершению операции, вернусь к логам».

Здесь записи окончательно обрывались, но Джеффри продолжал читать, уже не улавливая общего смысла. Он просто смотрел в экран компьютера открывшейся кабины макета, и не мог принять то, что видел.

Потребовались ещё долгие несколько минут, чтобы пилот сумел отбросить наваждение. Кем бы ни был автор этого текста, в одном он определённо угадал: никому нельзя доверять.

Углубление в панели, не считая экрана с логами, выглядящими как выдержка из научной фантастики – сразу бросалось в глаза из-за выгравированной над ней надписи «Input».

Конечно, всё это – один большой фарс. Метод маскировки чего-то, что, окромя ядерных зарядов, Венансио пытался сокрыть.

Но что могло быть страшнее ядерных бомб, способное попасть в руки влиятельному главарю миниатюрной оружейной империи?

Со смутным предчувствием Джеффри взял один из золотых слитков, разбросанных на полу, и положил его в замеченное углубление на панели, где по умолчанию должны были находиться авиаприборы. Стоило слитку оказаться на месте, как экран перемигнулся, представляя новое окно с подтверждением исполнения нескольких программ, сокращённые названия исполняющих файлов которых ни о чём пилоту не говорили. Коснувшись сенсора на зелёной галочке, он вздрогнул, услышав тихий, едва уловимый стук.

Спрыгнув с фюзеляжа, тот покрылся холодным потом.

На полу, на месте сдвинутой им кучи слитков, возник ещё один.

«Это ещё ничего не решает!» – отмахнулся пилот. Этот фокус было слишком легко разгадать – макет просто был заполнен такими же слитками, которые механизм выбрасывал по команде, или вообще транспортировал тот, что занимал место панельной ниши.

Удостоверившись, что вложенный слиток никуда не пропал, Джеффри, уже с чуть большим напряжением, изъял его и положил снова, наблюдая закономерное возникновение окна с подтверждением исполнения задачи.

Будь он сейчас менее взвинчен, то непременно бы додумался записать происходящее во время появления в комнате «нового» слитка на камеру, но задуманное сейчас тоже оказалось вполне рабочим вариантом. Раз исходное золото никуда не девалось – пилот просто решил повторять «копирование» до тех пор, пока объём извлечённых из макета драгоценных прямоугольников просто не превысит его общие объёмы.

И он повторял, раз за разом. И каждый раз слышал новый стук, немного отличавшийся от предыдущего тогда, когда слиток сталкивался с другим, прежде чем упасть.

И так продолжалось до тех пор, пока гора слитков не стала превышать объёмы истребителя в два раза, загораживая Джеффри обзор.

Он снова выпрыгнул из кабины, и, немного пошатываясь, облокотился на стену.

Это не могло быть правдой. Скрытый механизм в потолке, вот что это было. И никак иначе.

Он достал смартфон, уже собираясь включить запись, но резко осёкся, почувствовав движение за спиной.

У провала в стене, с совершенно разными, но схожими в мрачности и непоколебимости взглядами, стояли Виктор и Клэр.

В следующую секунду что-то вздрогнуло, и весь подземный комплекс, сопровождаемый загадочным, пробирающим до костей импульсом, схожий с которым Джеффри почувствовал, впервые коснувшись истребителя – погрузился в непроглядную черноту.

* * *

– Бомбы сброшены, – по привычке отрапортовал пилот «Спэрроу», только сейчас вспомнив, что находится вне досягаемости военных коммуникаций.

Его отправили сюда исключительно из туманных и спорных предположений, но теории штаба действительно оказались подтверждены: по указанным координатам пилот бомбардировщика наткнулся на систему ПВО, большая часть которой располагалась под землёй. Стелс, умноженный на свойства полярного шторма – отлично справился с возложенной на него задачей, и «Роквелл-B1R» доставил электромагнитные бомбы с точностью до метра, избежав даже намёка на обнаружение. Теперь все основные системы бункера, включая резервное питание, были полностью выведены из строя, – системы тех лет отлично противостояли ядерному оружию, но не могли быть рассчитаны на сам факт возможности существования точечных электромагнитных боеприпасов.

В трёх словах: путь был расчищен.

Задав координаты оговоренного дозаправщика, тот закрыл глаза, впервые за долгие сутки беспрерывного полёта позволив себе расслабиться. Не его вина, что и этому не суждено было сбыться.

Пилот почувствовал перемену не сразу. Это было настолько нереально, что он просто не успел среагировать, хотя и был тому обучен. Словно игнорируя всякие законы физики, в герметичной кабине подул лёгкий ветерок, а позади послышался не менее лёгкий, беспечный женский смешок.

У пилота свело все мускулы, когда его грудь обняли две тонкие, гладкие руки, а шлема коснулись длинные волосы, цвета которых он не сумел разобрать из-за двойственности, возникшей перед глазами. Покрытый потом, тот потянулся за холодным оружием, но в следующее мгновение послышался последовательный треск, и стелс-бомбардировщик, ведомый автопилотом – разорвало на две отдельные части.

8

Он снова видел этот сон. Туман, прорываемый двумя противоборствующими построениями солдат в тяжёлых скафандрах чёрного цвета. С оружием, чьи снаряды превышали скорость света – те сталкивались друг с другом, в буквальном смысле разрезая пространство насквозь. Сторона, ведомая командиром с устрашающей формы мечом – контратаковала восточные позиции стороны, бравшей в сражении вверх – те, отказавшись от орбитальной бомбардировки, спустились на поверхность, чтобы посмаковать добивание побеждённых лично, за что платили немалую цену. Каждый удар меча сопровождался боевым кличем – тайный металл, из которого тот был сделан, резал вражескую броню, словно масло. Сопротивлявшиеся стремились прорваться к башне, с каждым падением вертикального кольца которой генерировался поток неестественного тёмно-оранжевого тумана, целиком окутавшего скалистое поле боя.

И они справлялись. Проигравшие в войне – побеждали в битве. Им не было суждено добраться до своей цели, ведь сегодня – их последний бой, последняя линия обороны. Больше некуда бежать. Но несмотря на это – они продолжали сражаться. Фрагменты вражеской брони разлетались под аккомпанемент оглушительных выстрелов тахионных винтовок, громко ознаменовывая: что бы ни случилось, они намерены утянуть врага за собой.

Из раза в раз, сон обрывался на том моменте, когда башня, не выдерживавшая напора, детонировала, рушась. Так, словно дальнейшее повествование уже просто не имело всякого смысла.

Он знал. Знал – этот сон принадлежит не ему. Он просто не мог являться адресатом. Случайность, по которой тот стал его видеть – было ли это велением судьбы, или чьим-то сознательным поступком?

Мир перед открывшимися глазами вращался. Звёздная панорама двигалась по одной и той же траектории, не собираясь останавливаться ни на секунду. Прошло не меньше минуты, прежде чем стало ясно, что вращается не панорама, но объект, расположенный относительно её.

Перевернувшись на спину, человек в потрёпанной белой майке посмотрел на экран бортового компьютера, сигнализировавшего об успешно проведённом анализе заданной точки пространства и времени.

Всё-таки, его сон случайностью быть не мог.

Поднявшись с тяжёлым вздохом, человек вернул непрозрачность корпуса, и, пробираясь через разбросанные повсюду пустые винные бутылки, направился к включённому компьютеру.

Он снова слишком долго пробыл вне костюма. Пора завязывать с этим.

С трудом сев в пилотское кресло, тот задал новый курс, и, убедившись в верности координат, откинулся назад, закрывая глаза.

Похоже, что всё уже началось.

* * *

Сила. Основополагающая переменная человеческого социума, испокон веков определявшая направление его истории. Герой, злодей; прав, не прав – всё это порой теряло любое значение. Сила, богатство, власть – отравляли светлейшие умы человечества на протяжении всего его осознанного существования. Ешь, или будь съеден; убей, или будь убитым – первобытные основы, лежащие в самой основе конфликта жизни, могли сколько угодно подавляться цивилизацией внешне, но всегда, и безо всяких исключений продолжали направлять мотив человека.

Однако, история доказала, что в каждом правиле найдётся своё исключение. Почему? Что ж, сила действительно важна. Но и не менее важно то, кто применяет её. Вселенная помнит, как не обладающий ничем, используя лишь силу врождённую, поднимался наверх, и как обладающий несметными богатствами терял их самым бездарным и безрассудным способом, какой только можно было представить.

Мотивы, предлоги – все они могут быть предельно различны. Без силы ничего не построишь, ничего не защитишь, и ничего не изменишь. Но сила всегда была лишь инструментом достижения цели, и слишком многие порой забывали об этом, возводя её в абсолют, что в итоге и приводило к их гибели.

Они зашли так далеко.

Оружие, способное стереть с лица Земли несколько крупнейших мегаполисов, было обнаружено двумя противоборствующими сторонами одновременно.

Окажется ли это окончательной развязкой?

Виктор искренне присвистнул.

Клэр сохраняла молчание, словно колеблясь в раздумьях.

– Парень, понятия не имею, что это, но, чёрт побери! – Виктор продолжал алчно водить лучом фонаря по макету истребителя, окружённого золотыми горами. – Мне нравится!

Ясно. Они видели. Худшего расклада было и не придумать. Джеффри заметил бы посторонних, не будь тот столь ошарашен, но даже последних стадий его проверок было достаточно, чтобы получить смутное, но верное представление о происходящем. Судя по всему, прямой конфронтации уже было не избежать.

– Полагаю, о гром-палках ты тоже в курсе, так что опустим формальности, – ссылаясь на ядерные заряды, торговец оружием с UMP45, наставленным прямо на Джеффри, посветил ему в лицо. – Так на кого ты всё-таки работаешь, а?

Тот сжал зубы, пытаясь выбраться из мысленного тупика. Но чудесное озарение, способное решить все его проблемы – в этот раз явно не спешило заявлять о себе.

Что ж, в конце концов, ему и так было особо нечего терять.

– На тех, кого шестёрке не прожевать, – пилот сам не ожидал от себя подобной храбрости, его вспышка объяснялась гневом за то, что темнейшие из подозрений о данной парочке целиком и полностью подтвердились.

Виктор зашёлся издевательским хохотом.

– Ты убил Дворжака, – перебил его Джеффри, вынудив собеседника неосознанно заикнуться. Он чувствовал, что играет с огнём, но не видел иной возможности растянуть время, кроме как пойти ва-банк. – Чем бы ты ни занимался, Виктор, ты явно теряешь хватку. По такому количеству следов тебя вычислил бы даже стажёр. Даже не удосужиться убрать клочки одежды, а? Я не профессиональный психолог, но твоя небрежность к окружающим, похоже, распространилась и на твоё отношение к жизни. Клэр, ты правда посчитала достойным пойти с этой шмалью на сделку?

– Щенок! – спровоцировать того оказалось простейшей задачей. – Лично я выяснил всё, что мне нужно, Дядя Сэм не узнает, что здесь произошло, если не останется, у кого узнавать. И уж в этот раз я лично обо всём позабочусь!

Джеффри собрался отпрыгнуть в сторону, но понимал, что ему не хватает всего нескольких мгновений. Виктор, без лишних сомнений, вжал спусковой крючок пистолета-пулемёта, и поток свинца, сопровождаемый прерывистым громыханием выстрелов, устремился в сторону пилота.

Торговец оружием слишком поздно заметил, что направление стрельбы оказалось смещённым изначально, и, если бы не это – попытка Джеффри уклониться ничего бы и не принесла.

Клэр, с которой тот и не думал советоваться, заломила кисть Виктора, максимально болезненным образом выворачивая её. Прежде чем завопить от боли, торговец замешкался: ведь они ещё не закончили! Каков резон выступать против него сейчас, когда они оказались столь близко?!..

Но тот уже не успевал ничего противопоставить – вслед за внезапным захватом последовал ровный, точный удар боком ладони в шею, и Виктор обмяк без сознания, распластавшись по бетонному полу, так и не выпустив оружие из хватки.

Спокойно отряхнув руки, Клэр повернула взгляд в сторону ошарашенного, но уже схватившегося за револьвер Джеффри. Инстинктивно поправив волосы, она полностью развернулась к нему.

– Окей, ковбой. Сдаётся мне, то ты захочешь поведать что-то особенно интересное.

– Стой, где стоишь! – едва не заикаясь, выпалил тот.

– Можешь опустить свои секретные сведения, ни ты, ни твои надзиратели меня не интересуют, – спецагентша вытянула руку вперёд, выставляя указательный палец. – Что меня интересует сейчас, так это вот та штуковина прямо у тебя спиной.

* * *

Конечно, он избежал упоминания любых деталей о себе и своей миссии – Клэр и правда не интересовали подробности, в то время как обнаруженное золото являлось не более, чем сторонней странностью. Выходящей за пределы его понимания, содержащую некий зловещий трюк в своей основе – но странностью. Странностью, обсуждение и изучение которой с нарушением присяги связано не было. Конечно, он понимал, что владение чем-то подобным, даже если там не окажется ничего, кроме спрятанного механизма с золотой горой – окажется приятным плюсом и для него, и для его начальства, но сейчас у пилота были куда более насущные проблемы, чем набивание собственных карманов.

Только вот что это были за проблемы, он ещё сам не до конца понимал.

Сначала он принял это за вновь взбунтовавшееся воображение. Нет, действительно, откуда в антарктическом ядерном бункере может оказаться ворона? Чёрная птица, с совершенно невозмутимым видом сидев на самой вершине нагромождения контейнеров, глядела на изучавшую истребитель Клэр, немало заинтригованную рассказом. Джеффри был бы и рад воспринять увиденное за очередное наваждение, но освещающий птицу луч фонаря, обронённого Виктором – не оставлял особого места для сомнений. Черноволосая, придя к некоему выводу, повернулась к Джеффри и уже собиралась что-то сказать, но, тоже заметив необычного гостя, так и застыла с разинутым ртом.

В следующее мгновение, продолжая цепь не вписывающихся в здоровое воображение событий, из части помещения с золотом, куда не доходил свет обронённого фонаря – на Клэр, сокращая расстояние в мгновение ока, набросилась тень, отбрасывая вглубь складских нагромождений. Что, или кто это был – Джеффри рассмотреть не смог. Со стороны это действительно выглядело как чёрный, непроницаемый туман, не имеющий ни форм, ни очертаний. Раздалось несколько выстрелов, после чего фонарь, являвшийся единственным источником света – внезапно погас.

Пилот вздрогнул, вслушиваясь в темноту. Сейчас для него существовала всего одна мысль: бежать. Что бы ни происходило, он мог поразмыслить об этом и позже, но сейчас для него и его миссии существовала непосредственная угроза, и не было иного выхода, кроме немедленного тактического отступления. Рассчитав направление, он рванулся к выходу, но тотчас же оказался ослеплён неожиданной вспышкой, потерял равновесие и пролетел ещё несколько метров вперёд, прежде чем коснуться поверхности головой.

Во всём бункере в одночасье вернулся свет.

* * *

Николас не слишком разбирался в электротехнике, но даже его познаний хватило, чтобы понять, что внезапное исчезновение электричества вкупе с заискрившимися строительными машинами, которые уже успели вывести для ликвидации завала – могло быть последствием лишь двух явлений: солнечного шторма, уже однажды заставшего человечество врасплох в девятнадцатом веке, и близкой детонации мощного электромагнитного устройства. И так как никаких сверхмассивных геомагнитных бурь на ближайшее десятилетие не ожидалось – данный вариант оставался уж слишком маловероятным, в то время как, исходя из причин падения рокового бизнес-джета, применение электромагнитной бомбы могло оказаться истинным корнем всех их сегодняшних бед.

В таком случае, кто готовился явиться к ним на порог? Было ли это долгожданным спасением, обещанным Джеффри? Ну да, конечно. У полярников – электромагнитные бомбы! Да и чёрт с ними. Главное – убраться из этого ада, пока его финансовые схемы не стали убыточными.

Но, что не менее важно, почему, чёрт возьми, свет вернулся на место?!

Естественно, всё было бы слишком просто, если бы в придачу ожила ещё и строительная техника. Кто бы ни пытался сейчас проникнуть в бункер – тот подобрал для этого просто наиудачнейший момент.

Техника, которую с таким трудом удалось запустить и даже настроить – была их последним шансом на формирование выхода из сложившейся ситуации. В теории, они даже могли покинуть на ней зону шторма, не свалившись от обморожения по пути.

Но сейчас и это оказалось в прошлом. Николас слегка усмехнулся, заметив, что теперь даже не пытается запаниковать. Неужто уже успел смириться? Ну уж нет. Он вложил слишком много в свою карьеру, чтобы вот так просто здесь сдохнуть, скормив таким трудом нажитые миллионы государству. Его настоящая жизнь началась буквально несколько лет тому назад, и он не собирался так просто отбрасывать её.

Осмотрев несколько щитков, Николас обнаружил неопровержимые доказательства критического сбоя энергосети: в видимом диапазоне присутствовал целый букет симптомов, от сгоревшей проводки, до всё ещё коротивших контактов. Только вот в таких обстоятельствах стабильный, немигающий свет по всему подземному комплексу присутствовать просто не мог.

Что, чёрт возьми, представляло из себя это место? Раз он уже успел провести здесь большую часть своих увольнительных, то можно было бы дать и несколько подсказок. Действительно ли он этого хотел? Пожалуй, не слишком. Он оставил там, наверху слишком много, чтобы ради спонтанного любопытства лишний раз рисковать собственной шкурой.

Николас не был честнейшим из людей – взбираясь по карьерной лестнице, ему пришлось подставить и обмануть многих потенциальных конкурентов. Тяжелее всего было в начале, когда ему пришлось опуститься до мелкого мошенничества, собирая деньги на первые взятки. В итоге оно, конечно, окупилось с лихвой, но путь с нуля оказался действительно тернист. Но он был далеко не один, и вполне ещё походил на не распрощавшегося с совестью человека – это была естественная корпоративная борьба за место под солнцем, и в ней встречались куда более тёмные, лишённые всяких рамок личности. Сравнивая себя с худшими, Николас понимал, что ещё неплохо держался. Это давало ему необходимое душевное равновесие, и, в конце концов, угрызения совести окончательно покинули его. Он никогда не претендовал на звание философа, и никогда не стремился выделиться или всех во всём превзойти. Он просто жил, как и все, стараясь обеспечить себя и своё будущее. В конце концов, это принцип работы этого мира, разве не так?

В этот момент он почувствовал прокатившийся по спине пронзающий холодок. Медленно обернувшись, Николас увидел Клэр, излучавшую какую-то странную, отличную от её привычно-твёрдой ауру. Финансист внимательно присмотрелся к лицу черноволосой, но не смог ничего по нему сказать. Пожалуй, на этот раз данным размышлениям было положено более подходящее время и место.

– Вы, двое, – заговорила она, – нам стоит кое-что обсудить.

* * *

– Стойте! – воскликнул Джеффри, бросаясь вперёд. – Это слишком опасно!

Клэр не торопилась отвечать.

– Ты же сама видела записи! Копирование модуля связи по чертежам потребует ещё большей энергии, чем упоминается в дневнике! А тень? Что стало с тенью?! – пилот действовал по наитию, у него просто не оставалось времени рассуждать.

– Тенью? – удивлённо переспросила наёмница. – Ковбой, тебе стоит взять себя в руки. Разве не очевидно, что всё это одно большое шоу, и если мы будем играть по его правилам, то не видать нам выхода? Дневник? Копирование материи? Ты серьёзно повёлся на эти дешёвые шаблонные научно-фантастические текстики? Венансио был достаточно обеспечен, чтобы иметь доступ к лучшим 3D-принтерам. По поводу механизма, скрывающего золотые слитки ты, скорее всего, прав, но мы уже убедились в том, что этот станок способен на большее.

Слова. Слова-слова-слова. Джеффри был не в силах ответить. Он оказался в меньшинстве. На стороне Клэр были Лия и Николас, желание которых убраться отсюда любой ценой превзошло их желание гарантированного взаимного уничтожения – голос Джеффри при таких обстоятельствах вообще мог мало на что повлиять. Ему оставалось либо продолжать бессмысленные протесты, либо направить на наёмницу оружие, с почти стопроцентной гарантией того, что он окажется им же и убит, особенно после того, как его прикрытие полетело к чертям.

Джеффри всё никак не мог избавиться от ощущения, что они что-то упускают. Что-то чертовски важное, но столь же очевидное, чтобы оказаться забытым.

Спина покрылась мурашками, реагируя на жутковатую догадку.