![](/files/books/160/oblozhka-knigi-alma-mater-si-374720.jpg)
Текст книги "Alma mater (СИ)"
Автор книги: Каролина Инесса Лирийская
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
– Наверно, у них не было другого выбора, – оправдывался он. – Кто-то же должен следить за оружием и все такое…
– Какой ты все-таки наивный! – подивился Тэл. – А еще гвардеец…
Вирен ожидал, что Тэл тут же упорхнет куда-нибудь к знакомым, но тот оставался рядом и с азартом наблюдал за реакцией. Вне всякого сомнения, он быстро нашел бы компанию, яркий и беззаботный, готовый вписаться в любую глупость, и его появление вызвало вспышку заметного оживления – вот только оно поугасло, когда рядом с Тэлом заметили Вирена. Учителя. Вряд ли другие преподаватели когда-либо заглядывали сюда – да и зачем бы им это? Они потерялись в пыльных книгах и магических формулах, в жажде силы.
Может, потому они и позволяли ученикам веселиться, зная, что скоро те же серые будни поглотят и их? Настоящие маги падали в искусство с головой, – а остальные… что ж, до остальных никому не было дела, пусть себе развлекают гостей на приемах дешевыми фокусами, да и только.
Но, стоило ученикам понять, что он явился не портить веселье, как о Вирене быстро забыли и разговоры пошли своим чередом. Или они очень хотели, чтобы он так думал… Протиснувшись мимо них к напиткам, с Тэлом игриво поздоровалась одна демоница, хвост ее так и вился. Граммофон издал скрежещущий звук, выплюнул пару обгрызенных нот, но тут же музыка потекла стройнее. В нетерпении следившие за процессом демоны ликующе заорали и принялись чокаться стаканами и бокалами; раздался стеклянный звон, кто-то спьяну выронил, но тут же вздернул осколки в воздух с помощью магии и собрал их парой пассов. Увы, пролитый напиток остался на ковре.
– Ну, как тебе? – заговорщически шепнул Тэл. Он ненадолго отлучился, чтобы перехватить свою долю выпивки. Решил не мелочиться и возник рядом сразу с бутылкой – кажется, вино с Восьмого круга.
– Все-таки пространственная магия, – кивнул Вирен, отвлекшись от демонов на окружение. Когда он смотрел в углы, голова немного кружилась, а по рогам проходила щекотка. – Учителя бы быстро заметили такие колебания на изнанке.
– Если делать тонко и аккуратно – нет. Старая работа, ей лет много; в плетение мира вжилась.
Тэл уже перестал удивляться его познаниям. А маги часто прятались в такие карманы, когда чувствовали, что за ними идет Гвардия, и Вирен несколько раз видел, как распадается, идя по швам, кусок пространства. Обычно никто этого не переживал. Находили только ошметки.
– Не пей что попало, – инструктировал Тэл. – Могут попробовать подшутить, мозгов хватит. Еще наглотаешься чего-нибудь…
– В смысле? – уточнил Вирен.
– Ну, зелье какое-нибудь подмешают. Самое невинное – проходишь недельку с кроличьими ушами, – ухмыльнулся Тэл, как будто был свидетелем, а то и сам колдовал. – А уж худшее я представлять не буду. Хотя никто всерьез не напал бы на препода, я думаю. Но все-таки смотри внимательно, что тебе предлагают.
– Ага, учителей тут не трогают, только учеников рвут на части, это успокаивает, – закатил глаза Вирен.
Он наконец-то различил среди гостей Наиру. На ней было короткое блестящее платьице, такое открытое, что Вирен предпочел бы сначала завернуть ее в штору, а потом говорить. А то их могли… неправильно понять. Но, вздохнув, он направился прямо к смеющейся демонице, которая мило отмахивалась от какого-то опьяневшего старшекурсника, что делал ей явно неприличные предложения. Вирен вполне мог бы сыграть в отважного рыцаря, но по тому, как Наира непринужденно держалась и двигалась, он быстро понял, что она все полностью контролирует. Невольно вспомнил, как она умело взмахивала мечом на тренировке. Похоже, эта девушка вообще не нуждалась в спасителях.
– Вирен! – воскликнула она, радостно переметнулась к нему – прошлый собеседник ей наскучил. Тот глянул обиженно, даже враждебно, но потом медленно сообразил, кто перед ним, и поспешил убраться. Видимо, ссориться с преподавателем, который может ненароком отделать его на занятии, не хотелось.
– Очень у вас тут… мило, – выдавил Вирен, еще чувствующий какую-то неловкость.
Ему странно было, не мог он влиться в толпу веселых демонов. Те уже бросились танцевать, дергаясь под взвизгивающую музыку, льющуюся из граммофона. Доносились крики, хохот. Да, они были по большей части его ровесниками, но слишком многое их разделяло: дикая магия, что пела в каждом из них, вольная и непокорная, гвардейская служба, сдавившая Вирена, заставившая слишком рано повзрослеть… или хотя бы то, что большинство видело в нем демона с той стороны баррикад, учителя, а не собутыльника.
Но Наиру это не волновало. Она бережно схватила его за руку, а Вирен почувствовал себя ребенком, которого куда-то потащили. Но демоница присела на ближайшую мягкую кушетку, изящно закинула ногу на ногу, что в ее наряде было довольно опасным маневром, и стала медленно расспрашивать Вирена – о Столице, о том, что творится при дворе, обо всякой повседневной ерунде.
Сочувственно поглядев на нее, Вирен подумал, что Наира скучает по дому, вот уже несколько месяцев оторванная от привычных приемов и балов, где она могла блистать, от большинства друзей и подруг… Она была одинока, просто одинока. Как, наверно, и другие, явившиеся в эту спрятанную комнату. И он покорно рассказывал ей все, что знал, хотя редко выбирался в свет. Иногда приходилось. Его родители были не последними… людьми в Аду.
– А еще там приехала новая опера с Второго круга, – увлекшись, болтал Вирен. Вспоминал, как их ставили охранять театр: мало ли, что может случиться! В итоге музыку и завывания солистки он слушал снаружи. – Там было что-то про гражданскую войну. Хотя мне показалось, что Сатана не очень довольна…
– Что-то оппозиционное? – живо заинтересовалась Наира.
– Да нет, она сказала, что слишком много внимания ей уделили. А она не одна все это совершала…
– А ты откуда знаешь, что она говорила? – насторожилась Наира.
– Ну, так я там рядом стоял, охранял… выход, – стушевался Вирен.
Похоже, он тоже очень скучал по дому.
– Извини, я отойду тут? – вежливо спросил он у умиротворенно улыбавшейся Наиры.
– Конечно, – взмахнула рукой она, – веселись!
Вирен рухнул в какое-то безумие, пытаясь отыскать Тэла. Маги жили, касаясь энергии, изнанки мира, постоянно на грани. Поэтому большинство из них любило веселые развлечения и что-то, что тревожило нервы, заставляло рисковать. Все-таки, если ты один из тех, кто может повернуть вселенную вспять, мало что может удивить – и все они упрямо искали, рвались до новых ощущений. Медленно проходя вглубь, Вирен никак не мог забыть о своем гвардейском долге и с сожалением оглядывал некоторых ребят, которые уже лежали на сваленных на полу мягких тканях, глядя в никуда.
– Скажи мне, что ты не ширяешься хотя бы, – прошипел Вирен, покосившись на немного безучастного Тэла, которого отловил у окна. Тот уже много раз это видел – и его совсем не впечатляло. А может – потому что он уже принял что-то, о чем Вирен не хотел задумываться.
– Я знаю меру, – заявил он, презрительно изогнув губы.
Вирен тяжко вздохнул. Ага, все так говорили… Стоило потерять бдительность, как Тэл тут же попытался его напоить, вручая бокал с коктейлем, который оказался у него прямо как по волшебству.
– Нет, перестань, я не хочу завтра вести урок с бодуна, – сердито шипел Вирен, отпихивая от себя повеселевшего Тэла. – Я должен быть хорошим учителем…
– Да ладно, вон там половина третьего курса уже валяется, – невразумительно указал он, – никто и не заметит, они сами будут не лучше.
С сомнением Вирен все же принял у него бокал, переливавшийся какими-то блестками. Не стал бы Тэл сначала предупреждать его о шутках с зельями, а потом сам это проворачивать? Но все-таки Вирен решил довериться ему. Глотнул – горячая жидкость обожгла горло. Перед глазами как будто искры брызнули.
– Что это? – прохрипел Вирен, слепо отдавая Тэлу бокал.
– Не знаю, – беззаботно отозвался он. – Но я тоже попробовал, и я, как видишь, живой, так что ничего страшного.
Больше пить Вирен не стал, хотелось сохранить свежую голову. Он пристал к Тэлу, чтобы тот познакомил его с соседом Расила, а друг был в таком состоянии, что согласился бы на что угодно. Вирен надеялся, что в глазах у Тэла не настолько расплывается и он верно указал на того, кого он назвал Шахсином – на взлохмаченного брюнета, который оказался возле демона, разливавшего этот самый магической коктейль всем желающим. Вздохнув, Вирен осторожно протолкался через толпу, не слушая негромких возмущений.
Как только Шахсин отошел с бокалом, Вирен осторожно оттеснил его в угол. Постарался, чтобы путей для отступления не осталось, скользнул, и маг не успел даже понять, как оказался даже чуть за портьерой. Взгляд у него немного плыл, и Вирену пришлось дважды представиться, прежде чем демон понял, кто перед ним.
Это было ему на руку: вряд ли Шахсин что-то запомнит из этой ночи. Возможность для допроса Вирен выбрал самую лучшую.
– Я девушку Расила ищу, ты не знаешь, где она? – сходу начал допытываться Вирен, наседая. – Он же к ней в тот день шел?
Главное – говорить уверенно, как будто все знаешь. Шахсин кивал послушным болванчиком, но Вирен не понимал, то ли он подчистую со всем соглашается, то ли толком не осознает, чего от него хотят.
– Да-а, Гисна, – протянул он понимающе. – Охуенная девчонка. А Расил дурак. Все пялится на нее, как баран, как… – Шахсин захлебнулся пьяным смехом.
Похоже, он забыл, что его сосед мертв. Вирен тихо вздохнул.
– Это еще почему баран? – строго уточнил он.
– Да потому что не любит она его! – со знанием дела выдал Шахсин. – Она помолвлена, это все слышали, а Расил думал, что у них там настоящая любовь… Но у нее такая любовь была с половиной старшекурсников. Тьфу, блядь…
– То есть она с кем-то крутила, кроме Расила? – чутко переспросил Вирен. Слишком часто здесь упоминались ученики старших курсов – уже почти взрослые маги, если считать по упрощенной академической системе. Кто-то из них мог быть достаточно искусен, чтобы сотворить такое жуткое заклинание.
– Был у нее один… Рог сколотый, не знаю, как звать… – чудом не отвлекшись, сказал Шахсин. – Он с четвертого. Крутой такой… – он безнадежно махнул рукой.
– Тут его нет? – цепко переспросил Вирен.
– Не-ет, куда там. Мы все ему детишками кажемся.
Больше ничего Шахсин не сказал, а удерживать его было не слишком-то интересно. Отпустив пьяного демона с миром, Вирен немного задержался тут, в укромном уголке. У него появились имя и особая примета, он почтил вниманием пригласившую его Наиру, и оставаться было незачем, потому что Вирен и вправду не собирался напиваться до потери памяти. Он оглянулся, отыскал взглядом Тэла, скрывшегося за спинами… Но тот и сам был взрослым демоном. Справится как-нибудь.
Вирен незаметно выскользнул из комнаты. Опьянение так и не захватило его всего, стискивая мягкими лапами, а осталось брезжить где-то на краю сознания, заглушая тревогу и страх от воспоминаний о теневом звере. Вирен уже прикинул, как далеко они от того самого перехода. Он зажег один из гвардейских амулетов, чтобы пройти сквозь мощные заградительные заклинания. И правда – дорога от женского общежития была прямая, близкая и удобная.
Он прокрался к коридору, замедлил шаг. В этот раз Вирен подготовился, нашел у себя несколько полезных амулетов, чтобы идти по следу. Как и обещал Тэл, их лаз еще не закрылся, не зарубцевался в изнаночном плетении, так что на место преступления он попал легко. Не обманул, значит.
Хотя мог ли он винить Тэла за какие-то свои подозрения? Это его внезапно рассердили все те Высшие, что собрались в укромном уголке – и… что? Просто прожигали бессмертную жизнь, даже не думая о том, чтобы заняться чем-нибудь полезным? Тратили время впустую? Вирену, привыкшему в Роте к постоянному труду, ему, которого, как младшего, «сына полка», часто посылали где-то пособить, все это было так чуждо, что он как будто нарочно сбежал. Даже если бы не нужно было проверить коридор.
Вирен помнил, у какой стены была иллюзия, подошел. Главное – уверенность. Он сосредоточился на мысли об узком коридоре, зажмурился… Но пальцы все равно наткнулись на твердую шершавую стену. Вирен обиженно уставился на преграду, попробовал снова, а потом, озаренный догадкой, вытащил амулет, который обнаруживал магию. Но никакой иллюзии на стене не было и в помине, и Вирен, озадаченно поглядев, запустил руку в волосы и отступил подальше.
Кинувшись к стене, он торопливо обшаривал ее. Наконец, возликовав, наткнулся на неровный шов, где смыкался камень. Посреди стены его быть не должно, но он появился, и теперь Вирен отчетливо понимал, что произошло. Кто-то достроил стену, пока его не было. Замкнул ход, оборвав все следы.
Вирен шатался по переходу, не заботясь, если чудовище появится, но оно все не приходило. Он со злости пнул стену, выругался сквозь зубы. Была тварь или нет, или это тоже чрезвычайно талантливая иллюзия, уже неважно. Его неведомый противник не сидел сложа руки, а вырвал у него из-под носа важную зацепку. Теперь уже поздно. Его провели, как ребенка, отпугнув грозным видением. Вирен со стыдом представил, как описывает это все кому-то из Роты по магической связи.
Нужно было не тратить время на бесполезного Тиферета, а явиться сюда днем. Или утром – сразу же, как Вирен задумался, а было ли чудовище. Досада ярко пылала, он не мог думать ни о чем, кроме этой неудачи. Куда вел этот ход? Он никогда не узнает, разве что, Вирен окончательно обнаглеет и разломает стену. Но он знал, что никто не позволит ему так хозяйничать…
Он нашел последнее, что у него оставалось. Амулет, который иногда применяли во время выслеживания: нужно было вообразить демона, которого объявили в розыск, если уже однажды его встречал. На самом деле многие подсознательно считывали ауру, и… Амулет остался пустым, мертвым, ни искорки в нем не загорелось. Зверя не существовало – ну, или гвардейская магия не могла его обнаружить.
Разочарованный до глубины души, Вирен поплелся обратно. Не отважился снова последовать тем путем, каким они сюда попали с Белкой и Тэлом, а предпочел вернуться на вечеринку Наиры. Вот теперь он всерьез задумывался о том, чтобы напиться до бессознательности…
Но он не дошел, споткнулся у ближайшей с тайной комнатой лестницы, заметив сидящего на ступеньках демона. Фигура привалилась так неловко и болезненно, что у Вирена неприятно завертелась мысль, что это мертвец. Однако демон пошевелился и открыл сияющие сине-зеленые глаза.
– Ты что тут делаешь? – вздохнул Вирен, узнав Тэла.
Он сидел на широких ступеньках, понурив голову, подтянув коленки к груди, и вид у него был сильно расстроенный, словно Тэл уже успел с кем-то поругаться. Может, так и было. На пьяных вечеринках часто вспыхивали ссоры.
Остановившись рядом с ним, Вирен подозрительно принюхался, но уловил только запах хорошего крепкого алкоголя – совсем не такого, как наливали в его любимых барах и кабаках в Столице. Золотая молодежь, чтоб их… В темноте Вирен различил, что между Тэлом и стеной поблескивает горлышко открытой бутылки.
– Эй, ты чего тут сидишь? – позвал Вирен. – Тебе плохо? Что-то случилось?
– Подумал, тебя проводить надо, а то сдохнешь в сугробе, – чуть погодя, ответил Тэл. Видно, слова давались ему с трудом, но он очень старался говорить четко и связно. – А еще решил, тебе может понадобиться помощь, если за тобой какая-нибудь херня погонится, как в прошлый раз.
– Не было никакой херни, – с легким сердцем признался Вирен. – Нас обдурили… ну, как я и боялся! Ты же тоже обратил внимание, что никто за нами не гнался? Ни звуков, ничего такого… Мы сами все выдумали.
Вирен пригляделся к Тэлу и по тому, как тот сжался, подумал, что он, наверно, совсем озяб. Метель так и не улеглась, а холодные камни, на которых сидел Тэл, промораживали насквозь.
Вдруг, сам того не желая, Вирен увидел на его руке странные отметины. Как будто показалось… Но нет – это были застаревшие шрамы, бледные в свете полной луны. Вирен много раз видел боевые раны на товарищах, знал, как выглядят ожоги, – на своей шкуре выяснил. Однако здесь было другое. Обычно Тэл не закатывал рукава форменной рубашки, но сейчас был растрепан и пьян.
– Почему ты говорил, что желал бы смерти своему отцу? – негромко спросил Вирен.
Тэл, казалось, совсем засыпал, но смог что-то невразумительно бормотнуть в ответ. Преодолев всякую вежливость, Вирен встряхнул его за плечо: нельзя было допустить, чтобы Тэл тут закоченел! Тем более, когда в замке всякая хрень творится.
– Твои умерли? – тускло спросил Тэл, вспомнив, о чем они говорили. – Или Гвардия тебя забрала, потому что?..
– Да, умерли, – просто сказал Вирен. – Меня могли отправить в приют… Там, я думаю, не так плохо, – решил он, – но я не представляю, кем бы стал. Поэтому я называю родителями гвардейцев, они очень стараются…
– Повезло тебе, – немногословно буркнул Тэл и отвернулся в стене, прижался лбом – нет, слабо стукнулся рогами, как будто старался выгнать из головы вязкое опьянение или неприятные, тревожные мысли.
– Ты ненавидишь его за то, что он хочет сделать из тебя то, чем ты быть не хочешь? – уточнил Вирен. – Какого-то великого мага…
– Нет, он просто уебок. Я знаю, кто я такой, я не против быть губернаторским сыном и купаться в золоте, понимаешь, – иронично покосился он на Вирена. – Но мой папаша хочет сделать вид, что он заботится обо мне. По правилам все делает. Вот и в Академию меня отослал, потому что так поколениями делали. Но правда в том, что я ему не нужен и никогда не был, – в сердцах выговорил Тэл. – Он не представляет, что такое забота о ком-то. Он просто… привык, чтобы все было по порядку. А если нет… Ладно, извини, ты пришел сюда не херню всякую выслушивать.
– Я думаю, если выговориться, станет легче, – серьезно поспорил Вирен. – И ты хочешь вылететь отсюда только отцу назло?
– Ну, – хмыкнул Тэл, – я понял, что в нарушении правил есть нечто прекрасное. И не собираюсь останавливаться.
Вирен вздохнул. Отобрал у него бутылку, сам приложился, дергаясь от ощущения холодного вина, стекающего в горло. Он после такой глупой неудачи тоже чувствовал себя разбитым ничтожеством. Так что они с Тэлом сидели в понимающем, хрупком молчании, пока не загорелся рассвет, и тогда Вирен подумал, что он и правда мог бы подружиться с этим наглым Высшим.
========== Глава V ==========
Утром Вирен сотню раз пожалел, что решил допить вино. Голова потрескивала, он с трудом оторвался от постели – по крайней мере, радостно было просыпаться дома, а не где-нибудь в сугробе. Оглянувшись, он понял, что на разложенном кресле, свернувшись клубком под одеялом, спит Тэл. И слава Деннице – наверняка Вирен его снова не отпустил в ночь. Так еще и пьяного: мало ли, что могло случиться!
– Мне, наверно, стоит с вас за проживание брать, – проворчал Вирен. Наклонился, преодолевая головную боль, потрепал Тэла по плечу. – Доброе утро, говорю! Хватит разлеживаться.
– Иди нахер? – предположил приглушенный голос из-под одеяла.
– Я, между прочим, твой учитель, – сурово напомнил Вирен. – Поэтому не советую мне тут… Тэл, ты совсем обнаглел?
– Да.
Такой однозначный ответ Вирена заставил тихо заворчать и все-таки убраться прочь. Пока он собирался и готовил нехитрый завтрак из чая с бутербродами (колбасу и сыр Вирен вчера предусмотрительно позаимствовал, заглянув в столовую), Тэл медленно приходил в себя. Выпил он куда больше Вирена, так еще и принял что-то, судя по всему. Все время тер глаза, белки выглядели красными, воспаленными. Кошачьи зрачки сузились от боли.
– У тебя есть какая-нибудь магия на этот случай? – сочувственно спросил Вирен. – Свои услуги не предлагаю, но технически могу отрубить тебе голову.
Тэл мрачно поглядел на него, не оценил юмора и захлопнул дверь в ванную, пошуршал там немного – но никакой задвижки не было. Впрочем, Вирен вообще не собирался к нему вламываться, он, закинув ноги на стол, завтракал и медленно продумывал планы на сегодняшний день. Единственная пара снова пришлась ближе под вечер, а это значило, что Вирен может немного поработать над делом…
– Ты узнал то, что нужно? – спросил Тэл, появляясь из ванной с мокрой головой. Похоже, он не стал мучиться и просто сунул ее под душ. – Понял, куда ведет тот коридор? Или нам, бля, опять надо туда вернуться?
Ему тоже явно не терпелось узнать тайны замка, хотя Тэл делал вид, будто хочет оставаться в безопасности. Но Вирен смог только пожать плечами.
– Его закрыли. Ну, то есть буквально замуровали. Надо придумать обходной путь… О, ты не знаешь, есть где-то планы замка? – загорелся Вирен. – Целый коридор магией прорубить трудно, да? Не то что закрыть или открыть его. Значит, на картах он должен существовать.
– Наверно, в библиотеке? – подал идею Тэл. – Хотя я не знаю, в открытом оно доступе или нет… Но ты-то учитель! – многозначительно сказал он. – Пусть попробуют от тебя что-нибудь спрятать…
– Ага, пошинкую их саблей. Конечно.
По сравнению с древними магами Вирен порой чувствовал себя кем-то между умудренными жизнью преподавателями и юными студентами. Неправильно было зависнуть вот так посередине – и не знать, куда податься. Но все-таки гораздо лучше он ладил с учениками, а не со скучными и напыщенными магами, и Вирену все еще странно было думать обо всех… возможностях. Что вообще может преподаватель Академии? Кроме вполне понятных издевательств над учениками на занятии, конечно…
– Гисна – знаешь такую? – спросил Вирен, привлекая внимание Тэла. – У нее есть какой-то ухажер из крутых боевиков… Мне вчера про нее рассказали, вроде это к ней бегал Расил. Может, это была обычная ревность?
Из-за коварнейшей улыбки Тэла Вирен подумал, что они с девушкой, вероятно, пересекались весьма близко, но тот лишь пожал плечами. И стащил у Вирена из-под носа бутерброд, с жадностью вгрызся в него. В кружку вцепился уже привычно, ту самую, с отколотой ручкой.
– Ну, я ей не интересовался. Как раз из-за того мага со старшего курса, который за ней ухлестывал. Не хочется становиться на пути боевого, знаешь ли, мне дороги мои кости… и весьма симпатичное лицо! – гордо заявил он. Похоже, несмотря на утреннюю вспышку похмелья, настроение у Тэла быстро улучшилось.
Вирен печально вздохнул… Но все не могло быть так просто.
– Твое лицо должны видеть на первой паре, – припомнил Вирен. – Так что выметайся побыстрее. Можешь не делать вид, что свободен, у меня есть твое расписание.
Спорить Тэл особенно не стал – уже засиделся, с нетерпением вскочил. Вирен, решивший проводить его, как радушный хозяин, отпер дверь и…
– Сука! – взвизгнул Тэл, отскакивая прочь. Он шарахнулся от плеснувшей в коридор воды, почти как кот, и бросил яростный взгляд на невольно рассмеявшегося Вирена. – Конечно, все стаяло, – стараясь сохранять достоинство, проговорил Тэл, – снега-то было полно.
А вчерашняя зима вдруг обернулась сияющим летом. Пахло свежей листвой; деревья, которые должны были замерзнуть насмерть вчера, шумели, отзываясь на песни ветра – но он не был ни холодным, ни резким, как при жестокой метели. Сад зеленел – не узнать.
– Какая погода хорошая! – поразился Вирен, выглянув. Жадно вдохнул.
– Ты не накаркай, а то сейчас молния ебанет, – едко прокомментировал Тэл и, злобно поглядев на лужу, залившую коридор, смело шагнул наружу.
Очевидно, он все еще слишком страдал, чтобы заколдовать себя, а может, заклинание умел оборачивать только вокруг – на манер плаща, а никак не зачаровывать им ноги в легких ботинках. Поглядев ему в спину, Вирен устало покачал головой. Наверняка призраки прошлой ночи мучили Тэла, вот он и поспешил смыться; но неужели он сам не понимал, что в одиночку такое переживать только хуже? Он прекрасно помнил его фигуру, съежившуюся на холодной лестнице… И хотел бы помочь, но не знал, с какой стороны подойти к ощетинившемуся Тэлу.
Необычное солнечное утро выманило и Вирена тоже. Первая пара у него была свободна, и он решил прогуляться. Вода хлюпала, землю размывало. Неудивительно, что мало кто выглянул наружу, и он в одиночестве крался между мокрых кустов. Вирен вообще не понимал, для чего было разводить такой шикарный сад, если большую часть времени он страдает от непогоды, сильного мороза или адского пекла – но, видимо, это была блажь кого-то из старших магов.
Час пролетел незаметно, он расхаживал по аллее и ради развлечения пытался запомнить расположение дорожек – не то чтобы это было полезно, но Вирен решил потренировать память. Тишина царила такая… умиротворяющая, спокойная. Он оказался возле главного корпуса, прислушался – сквозь открытое окно раздавался гомон, ропот. Громче звучал учительский голос – он тщетно пытался объяснить что-то напоследок, но юные маги уже рвались из кабинета. Похоже, первая пара кончилась… Погрузившись в свои мысли, Вирен прослушал колокол.
Он вернулся на заранее присмотренную скамейку и стал напряженно думать о Гисне и о библиотеке, а еще – о шрамах на руках Тэла… Но тут Вирен увидел маленькую фигурку, пробиравшуюся к нему по аллее. Белка обула высокие сапоги, в которых она выглядела презабавно – при том, что они были ей велики. Наверняка позаимствовала у кого-то. Да, маги могли быть сколько угодно могущественными, но промоченные ноги – это неприятно.
– Как ты меня нашла? – спросил Вирен.
Она могла бы использовать какие-нибудь магические фокусы или затаить молчание, заставляя Вирена восхищенно гадать, но Белка оставалась Белкой, поэтому она легкомысленно пожала плечами:
– Ты не особенно скрывался, я видела тебя из окна. У нас была история; скука смертная! Даже поколдовать не дают! А как ты? – тут же спросила она.
Белка приземлилась рядом на скамейку и бережно разгладила синюю юбку.
– Да так, еле собрался с утра по частям. Не стоило вообще напиваться, но я дурак… – Вирен кратко пересказал ей увиденное в злосчастном коридоре и вздохнул: – Жалко, тебя там не было…
– И почему ты меня с собой не позвал? – возмутилась вдруг Белка, обиженно поглядев на него, насупилась совсем по-детски, но все-таки Вирен почувствовал, увидел, что задел ее по-настоящему и она не шутит. – Я думала, мы вместе будем расследовать! – выговорила она и отвернулась. – А ты просто оставил меня в сторонке.
Вирен очень надеялся, что Белка просто решила не удостаивать его взглядом, а не пыталась не расплакаться. Заглянул – и выдохнул с облегчением. Подруга свирепо нахмурилась, а хвост мелькал стремительно и нервно. Сунься поближе – огреет им по рукам.
– Я подумал, что тебе это неинтересно… – замялся Вирен.
Ну, разве логично бы было тащить Белку на вечеринку, если она отродясь на таких не бывала, – а если была бы, непременно рассказала в письмах, которые она передавала родителям и крестному Владу (с ним вместе почитывала вся Гвардия, развлекаясь после нудных дежурств). Да и Наира явно рассчитывала, что внимание Вирена будет принадлежать ей и только ей, и так оскорблять ее… Вирен мог бы придумать много причин, довольно логичных, разумных. Но все они вмиг стали незначительными, как только он понял, что всерьез обидел свою лучшую подругу.
– Мог хотя бы спросить! А сам решил для себя и пошел довольный… – под нос себе бормотала она.
– Белка, извини, – сказал он искренне, взяв ее за дрогнувшую руку – как будто она хотела упрямо отдернуть ее, но в последний момент передумала и оставила: Белка и сама не могла быть так жестока. – Я не подумал, я дурак. Правда – прости! Больше я так делать не буду, обещаю.
Она тихонько вздохнула и потянула его в уютные объятия. Вирен улыбнулся, отвлекаясь от всех волнений и просто наслаждаясь моментом. У Белки были какие-то приятные цветочные духи, и она была маленькой и теплой – Вирен бы что угодно отдал, лишь бы посидеть так подольше, не думая постоянно об убийствах. Ему нужно было отдохнуть, но Вирен упрямо гнал себя вперед… Отстранившись спустя минуту или две, Белка, потупившись, не отпустила его руку.
– Я просто подумала, что тебе с Тэлом больше понравилось, – неловко объяснила она. – Конечно, он же классный! Его все знают… И мне стало грустно, что я тебе не нужна. Ну, да, я маленькая и глупая, я чуть не завалила важное дело, – она все еще с виной припоминала свои неосторожные расспросы, – но я же хотела как лучше…
– Все хорошо! – торопливо воскликнул Вирен. – Да даже лучше получилось, что Тэл все узнал, он же нам помогает! А я никогда тебя не оставлю, ты что такое говоришь, мы же в детстве все время вместе, и окна бить, и перед учителями прикрывать, и еще всякое… – Он весело рассмеялся, вспоминая школьные годы. – А на выпускной ты мне какую-то идиотскую бабочку нашла…
– Она была милая! – встрепенулась Белка. – Очень стильная! Ты ничего не понимаешь…
– Ладно, ладно, – покладисто сказал Вирен. – Милая так милая.
Она шутливо стукнула его в плечо, и Вирен понял, что гнев и обида рассеялись. Он представил, каково ему было бы в школе без Белки, когда он явился туда – неумелый мальчишка, вздрагивавший от ночных кошмаров о пламени, что пожрало его дом. Без семьи, без друзей… То есть, конечно, семья у него уже была, и Влад приходил читать ему сказки, под которые Вирен кое-как засыпал, но он тогда этого не понимал. И яркая веселая Белка спасла его от той потерянности, от страха.
И он поклялся себе, что больше никогда ее не предаст.
***
Отломанный рог – не такая уж редкая примета среди военных, потому что рога довольно хрупкие, а по голове в бою целились часто. Но для отпрыска какого-нибудь богатого Высшего – вполне необычно; этот загадочный четверокурсник должен быть выделяться. Но беспорядочно вертеть головой Вирен себе не позволил. Поэтому косился по сторонам, осторожно и незаметно. Они с Тэлом и Белкой заняли место в небольшой беседке во время обеденного перерыва, и для начала Вирен внимательно оглядывал всех, кто проходил по аллее.
Те, кому не хотелось страдать в душном помещении, схватили закуски в столовой и вышли в сад, наслаждаясь временным прояснением погоды. Лужи к полудню высохли, ручьи не бежали. Все понимали, что завтра снова грянет какой-то кошмар, и это едва ли не единственная на весь следующий месяц возможность увидеть проблески солнца. Но Вирен радовался еще и потому, что студенты совершенно разбрелись по саду и никто не следил друг за другом, так что он смог устроиться рядом с Белкой и Тэлом, не привлекая внимания. Зеленый плющ скрывал их от любопытных глаз, а вот Вирен мог искоса наблюдать за студентами.
Белка с трудом смогла отпроситься у своих подруг, и Вирену показалось, что те на него поглядывают слишком уж любопытно. Он надеялся, что Белка поведала им историю о нерушимой дружбе детства – тем более, все это была чистая правда. А вот Тэл появился и спокойно устроился рядом с перехваченными в столовой сэндвичами. И Вирен задумался: а были ли у Тэла вообще друзья? Не просто знакомые-приятели, с которыми он познакомился на вечеринке, а настоящие друзья? Но Тэл, видимо, не этого искал…