![](/files/books/160/oblozhka-knigi-alma-mater-si-374720.jpg)
Текст книги "Alma mater (СИ)"
Автор книги: Каролина Инесса Лирийская
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)
На улице и правда оказалось прохладно, хотя сухо; Вирен порадовался, что бледное чистое небо не предвещает какой-нибудь жуткий шторм или снегопад. Надел кожанку, а Белка набросила на себя теплый форменный пиджак. Смотреть на ее голые коленки Вирену было холодно, и он устало убеждал подругу сменить платье на джинсы – подумав, она согласилась. А Вирен заметил, что в Академии стал больше мерзнуть – и не только потому что жил в Столице в центре великой красной пустыни. Просто от местной погоды так же разило магией, как и от заклинаний и амулетов.
Как Вирен и рассчитывал, около ворот поставили охрану, чтобы никто не выбежал в лес. Белка хитро улыбнулась ему – совершенно по-лисьи, весьма коварно. И, схватив его за руку, повела дальше, там, где она почти примыкала к замку. Тут был старый замшелый камень, и Белка ловко на него вскочила, балансируя хвостом, а оттуда уже, подтянувшись, забралась на стену. Там было достаточно ширины, чтобы сесть. Вирен вздохнул и полез вслед за подругой, ругаясь себе под нос. Сабля, которую он неизменно носил с собой, мешалась и била по ногам.
Оказавшись на стене рядом с Белкой, он опасливо глянул вниз. Там была мягкая на вид трава, и Вирен подумал, что сможет ловко сгруппироваться, чтобы ничего не сломать. Ему и из окон иногда приходилось прыгать, служба такая. Но как же Белка…
Она сиганула первая, ловкая и быстрая, а Вирен, затаив дыхание, наблюдал. Прокатившись по траве, Белка негромко рассмеялась и гибко вскочила на ноги, с досадой отряхнула пиджак, но на темно-синей ткани не так сильно были видны зеленые пятна. Помахала ему рукой, и Вирен спрыгнул тоже. Приземлился куда ловчее, чем рассчитывал: когда он сидел на стене, расстояние казалось более страшным.
Слегка опасливо Вирен посмотрел на лес, который оказался прямо здесь, руку протяни. С этой стороны он вплотную подобрался к стене замка, и почему-то мысль об этом не сильно понравилась Вирену. Помотав головой, он огляделся. Да, чаща была необычно тихой, мертвенной, но в остальном казалась обычным лесом. Пышные шуршащие кроны, низкий кустарник, который уже отсюда выглядел неприятно колючим. Но Вирен не почувствовал такого трепета, как в первый раз. Наверняка половину страха создавали ночь и неровное сияние светоча.
– Боишься? – спросил Вирен у Белки. Она кивнула, но так, незаметно. – Я тоже. Но в прошлый раз мы смогли это отогнать, и ничего страшного не случилось. Так что вместе мы справимся!
Он первым шагнул лес, желая показать пример, но Белка через секунду нагнала его, стараясь держаться наравне. Подбодрив ее прикосновением к плечу, Вирен поискал нужное направление, прикидывая, как далеко они сместились от главных ворот, через которые выходили в прошлый раз. Нужно было идти направо…
– Я читал, что мы не можем идти по прямой, если перед нами не нарисована линия, – поделился Вирен. – Так что рано или поздно свернем…
– Думаю, тот круг камней мы точно не пропустим, – успокоила Белка. – Они же выше твоего роста! Даже интересно, сами они так наросли из-за магии или это кто-то их притащил… ну, или сколдовал.
Ее размышления показались Вирену такими логичными и размеренными, что он сразу успокоился. Они не продвинулись далеко, зато нашли какую-то тропинку – даже ее тень. Приходилось внимательно всматриваться, но в конце концов они вместе осмелели и зашагали быстрее, часто оглядываясь. Слишком отчетливо Вирен помнил, как их напугало странное лесное существо с дерева.
– Ты слышала? – остановился Вирен, прислушавшись. – Мне показалось, там что-то зашуршало…
Но Белка только пожала плечами, удивленно поглядев на него. Вирен не думал, что у него более чуткий слух; он вдруг почувствовал себя дураком, готовым подпрыгнуть от любого звука. Даже от стука собственного сердца. Вирен сердито зашипел: он же гвардеец! Ему должно быть стыдно за такую трусость! Но перед лицом молчаливой чащи, такой огромной и вечной, в которой можно было потеряться навсегда, Вирен вдруг чувствовал себя маленьким и слабым.
– Мне кажется, мы шли вон туда, еще правее, – сказала Белка, когда они стали узнавать места, которые проходили недавней ночью. Например, вот эти сросшиеся деревья. – Я знаю, что нам пригодится! Помнишь, нам Влад рассказывал про нить Ариадны? У меня есть похожее заклинание! Так мы точно сможем вернуться.
У нее даже кисточка хвоста распушилась от гордости, и Вирен спрятал улыбку. Да, Белке не терпелось похвастаться тем, в чем она была полезной, и он благосклонно кивнул. Не заблудиться бы в этом лесу. Она зашептала; между пальцев посверкивала тонкая магическая нить.
Белка держалась бок о бок, маленькая, но смелая и надежная, и от этого становилось гораздо легче.
– Стой, – шикнул Вирен, и Белка тут же замерла, благоразумно кивнув.
Теперь шорох ему не показался, и он стал ближе… Настолько, что Вирен понял: это не какое-то таинственное существо, а демон, увязавшийся за ними от школы. Демоница. Шаги легкие, аккуратные – если бы это еще помогало продираться через густые заросли и не издавать столько шума… Вирен усмехнулся.
– Выходи давай! – крикнул он и почти не удивился, когда увидел Наиру. Обычно прилизанная, идеальная, сейчас она казалась растрепанной из-за путешествия через кусты… и красной от смущения. – Ну, и что ты тут делаешь? – строго спросил Вирен, вспомнив, что он вообще-то учитель. – Вам же сказали, что в лесу опасно! Зачем ты за нами следишь?
– Я просто… я увидела, как вы идете в лес, и я подумала… – Наира покосилась на Белку. – Извините. Наверное, я слишком любопытная.
Вирен мысленно застонал. Нацепил кривую улыбку. Все вдруг стало ему страшно понятно, но он убеждал себя, что это просто глупость. Он не заметил, что Наира и правда влюбилась в него по уши – может, он сам виноват был в этом, вызывая ее на тренировочный бой и делая комплименты технике. Вот она и повелась, и с ревностью за ними полезла, подумав о них с Белкой что-то совершенно точно неприличное. Предположение Наиры казалось Вирену настолько абсурдным, что он чуть не расхохотался вслух, но сдержался.
Ей наверняка хотелось романтики, потому что она понимала: Академия – это ее последняя свобода. Тут она может все: и устроить свою вечеринку, совсем как взрослая, или закрутить роман с преподавателем… А потом настанет жизнь дочери Высшего рода, из которой Наире никуда не деться.
– Хорошо, что мы тебя нашли, а не что-то опасное, – наконец заключил Вирен. – Идем назад. Надо тебя проводить.
Он уже понял, что идти сейчас к камням – совсем не вариант. А Наира с еще большим интересом посмотрела на них, потому что какой-то роман был бы самым простым и заурядным решением, но тут наклевывалось нечто более любопытное.
– Вы решили посмотреть, что напало на Баргауса! – догадалась Наира. – А вам не страшно?
Храбрясь, Вирен положил ладонь на рукоять сабли, красноречиво выдвинул клинок на несколько сантиметров, показывая проблеск стали. В прошлый раз именно саблей отогнали существо, хотя Вирен не знал, было дело в сплаве или неожиданном отпоре.
– Здесь недалеко, – вдруг сказала Белка, решившись. – Давайте все же дойдем и посмотрим. Тем более, нас сейчас трое, нас сложнее одолеть.
Вирен задумался. Наира вовсе не была беспомощной благодаря увлечению фехтованию, немного необычному для аристократки. А если под рукой не будет сабли, то она сможет и простой палкой отмахнуться, он был уверен. Так что согласился, а Наира даже не подумала возражать. Неужели так хотела побольше времени провести с Виреном – как она и настаивала в первую их встречу?..
Дорога была куда более короткой, чем запомнил Вирен. В прошлый раз они шли по шажочку, чуть ли не на ощупь, а сейчас пробирались куда увереннее. Ему не удалось уловить тот кусочек ткани, что оставила Гисна. Может, кто-то из магов его подобрал или утащили лесные обитатели… Или они приблизились к алтарю с другой стороны. При свете дня камни казались обычными серыми валунами, несмотря на необычайную гладкость.
– Стойте тут, – попросил Вирен. Он вынул саблю, выставив ее перед собой, шагнул к кругу камней. Ничего не случилось, но Вирен не торопился, он ждал и прислушивался, напрягая слух. Хотя бы малейший шорох… – Кажется, чисто, – решил он.
Первой робко подошла Белка, а за ней Наира – в ее глазах не горел страх. Ее не было на поляне ночью, она не слышала мучительного крика Баргауса, которого захватило… что-то. Наира спокойно прошла мимо камней, несмотря на возражения Вирена. Он хотел выскочить вперед, но, отодвинув ее, вдруг чуть не скатился в какую-то глубокую яму… Вирен остановился на краю, удивленно глядя перед собой.
В прошлый раз ему не дали добраться к центру каменного круга; он тогда думал о Баргаусе, о том, как доставить его в Академию. Вирен ожидал увидеть еще один камень, приспособленный под алтарь, уже воображал себе его шершавую серую поверхность, выбитые желобки, чтобы кровь стекала струйками. Очевидно же, что в таком месте должны кого-то приносить в жертву. Какую-нибудь несчастную магичку…
Но перед ним была выкопанная яма; края показались слишком четкими, как будто отмеренными по линейке, так что Вирен не сомневался: тот, кто это сотворил, не пользовался лопатой, как все обычные демоны. Но больше всего это напоминало…
– Могила? – удивленно сказала Наира, заглядывая вниз. Никаких костей, только земля. – Но зачем? Кого в ней хотели похоронить?
– Может, мага-основателя Академии, – неуверенно предположил Вирен. – Но она же пустая…
Богатое воображение тут же нарисовало ему мертвецов, встающих из могил. Правда, тут им не пришлось бы особенно стараться… Вирен вдохнул поглубже, пытаясь не поддаваться панике. Он больше обрадовался бы окровавленному алтарю – по крайней мере, это было нечто знакомое.
– Бред какой-то, – пожаловалась Наира, приложила ладонь ко лбу. – Может, здесь проводят какие-то обряды? Если нужно… Но я ума не приложу, какие именно.
– Что бы тут ни происходило, оно опасное, – напомнил Вирен. – Ты же чувствуешь тут магию? Даже мой слабенький дар может такое уловить. Воздух густой…
Наира кивнула и обняла себя руками. Ей здесь не нравилось, и она наверняка жалела, что ввязалась в странную вылазку. Вирен сочувственно вздохнул.
Он обернулся, забеспокоившись, что Белка давно молчит, – как бы что с ней не случилось! Но его подруга, потеряв интерес к странной могиле, уже достала из глубокого кармана пиджака ручку и блокнот и принялась зарисовывать символы с камней, за чем они и пришли. Предусмотрительная Белка не замыкала странные руны, оставляя просвет, чтобы не активировать чуждую им магию, но Вирен подозревал, что в отдельности они ничего не значат – только вместе. А вот что именно, им еще предстояло разгадать.
***
Они сидели в полюбившейся им беседке в саду, лениво болтали, и Вирен радовался, что все спокойно; он посматривал на спорящих (но так, несерьезно, больше из-за мелочей) Белку и Тэла и утешался, что его друзья целы и даже счастливы. Несмотря на убийства, темные сущности и зловещие могилы. Они не шарахаются от любой тени, не живут в страхе. С ними и Вирену становилось спокойнее – жгучее чувство вины за все невольные ошибки нападало, когда он оставался один, совершенно изматывало, а при виде них как будто испуганно отступало.
Ему постоянно казалось, что он делает слишком мало. Но, пока он оберегал их, все не было таким уж бессмысленным.
– Могила меня смущает, но ладно. Если учесть расположение камней, это может быть похоже на некое капище, – бормотал Вирен. – Возможно, там поклонялись той силе, что на нас напала, или какой-то другой… И я не могу знать, что еще там можно призвать. Когда мы там были, все спокойно – возможно, его стихия – это ночь.
– Вдруг мы все-таки сможем перевести надписи? – с надеждой спросил Тэл. – Это очень важно, когда речь об алтарях. Вдруг там предупреждение? Ну, убьют нас или трахнут, например. Насколько я знаю, это примерно одинаковая вероятность, и я бы предпочел…
– Тэл, помолчи, – торопливо рявкнул Вирен, покосившись на Белку, которая выглядела слишком невинно для таких разговоров. Тэл же ехидно оскалился.
– Мы можем сходить на место ночью, – предложила Белка. – Мне показалось, что в прошлый раз символы светились, а не просто отражали наш светоч. А сегодня я с трудом их рассмотрела. Если бы не знала, что они там есть… Может, магический круг активируется в полночь?
– Да, а потом нас жестоко убьют! – вздохнул Вирен. – Ночью мы никуда не пойдем.
– Точно убьют? – обрадовался Тэл. – То есть к геометрии мне не готовиться? Можно как-то прояснить этот вопрос?
Вирен устало ткнул его в бок. Ему совсем не хотелось драться, он чувствовал себя странно вымотанным после занятия со второкурсниками. Это была усталость не тела – мышцы давно привыкли к бешеным гвардейским тренировкам и нисколько не болели. Нет, в голове Вирена что-то упорно кололось и мучилось. Он, прикрывая глаза, снова и снова видел финты, увороты, чувствовал руками дрожание сабли, выравнивал дыхание для боя… Он слишком давно не сражался по-настоящему, и это раззадоривало его на уроках. Вот почему случилось то, с Наирой. Гвардейцы не привыкли шпионить и прятаться. Они просто приходили с огнем и мечом.
Немного вымотанная всеми этими разговорами Белка вздохнула, подобралась поближе, чтобы Вирен ее уютно приобнял, и уткнулась в плечо. Начинало холодать из-за налетевшего ветра, и скоро они собирались перебраться из зеленеющего сада в дом, но пока можно было сидеть и отвлеченно любоваться магическими цветами, пережившими и мороз, и грозу. Они сияли полупрозрачно, будто стеклянные…
– Это иллюзия, – негромко сказала Белка, проследившая за его взглядом. – Малькут нам показывал, как их делать. Кстати, я договорилась на пару дополнительных занятий, он начинает мне доверять…
Конечно, все в этой Академии было магической обманкой.
– Но красиво же, – покачал головой Вирен. – Тэл, иди к нам?
Помявшись, Тэл огляделся, точно подозревал, что за ними наблюдают (после рассказа о Наире он стал каким-то настороженным), и тоже сунулся к Вирену в объятия, подлез с другой стороны – забавный такой, опасливый, как дворовый кот. Вирену захотелось в шутку разлохматить ему изящно уложенные кудри, но он сдержался: не хотел, чтобы Тэл, сердито зашипев, отпрыгнул. Вирен довольно улыбнулся и подумал, что хотя бы ради друзей стоило явиться в эту проклятую магическую школу…
Неожиданно что-то мощно загрохотало. Сверху, в небе; нет – на верхних этажах замка! Вирен сразу же вздернул голову, жадно всматриваясь, и увидел, как из разрушенной башни вырывается мощный столб огня и дыма. А потом вдруг понял, что сгреб друзей и опрокинул их на траву, прикрывая собой, заполошно дыша. Думал, что кто-то атакует их с воздуха, уже подобрался, чтобы вскочить, выхватить саблю, неудобно впившуюся в бок… С неба – но кто? В голове звучала боевая тревога на случай ангельского налета, хотя он никогда не видел светлокрылых, которых истребили давным-давно.
– Какого хуя, Вирен? – прошипел придавленный Тэл. Он ничего не видел, но услышал страшный грохот, а в следующее мгновение очутился на земле. Белка тихонько лежала, не дергаясь, и только тревожно, часто дышала, но знала, что в такие моменты лучше довериться гвардейцу…
Медленно поднявшись, Вирен огляделся. Гомонили ученики, кто-то кинулся прочь от замка; до этого многие сидели на ступенях у главного входа, болтая и обсуждая задания… Теперь все пришло в движение. Вирен кивнул друзьям, чтобы тоже поднимались, и Тэл встал, показательно отряхиваясь и ворча. Но, едва он посмотрел на замок, слова застыли у него на губах; кошачьи глаза округлились от удивления. Одна башня дымилась, словно там притаился злобный дракон…
Вирену потребовалось мало времени, чтобы мысленно сопоставить…
– Там же лаборатория Шефа! – воскликнул он. – Блядь! Я так и знал… Я же догадывался, что он что-то выкинет!
– Он… хотел скрыть следы? – испуганно спросила Белка. Губы у нее дрожали.
– Скорее спастись от правосудия, – неожиданно ядовито припечатал Тэл, бросая косой взгляд на напрягшегося Вирена. – Он понял, что поиск доказательств – это вопрос времени. Они наверняка есть, и ты нашел бы их, если б постарался.
– Ого, теперь ты в меня веришь, – уныло заметил Вирен.
– И раньше верил, иначе не ввязался бы в эту херню. Вирен, он хотел сбежать, да. Ты же сам говорил, какой он был убитый и дерганный! Вот пожалуйста!
Тэл явно был напуган. Демоны его положения нечасто встречались со смертью, но Вирен примерно понимал, что друг чувствует. Когда твоего талантливого однокурсника разрывают заклинанием из-за дешевой ревности, из-за девушки, как в глупых романах, это еще можно осмыслить, уложить в голове. Но когда демон убивает себя сам, по своей воле… слишком это дико для их народа.
– Я должен посмотреть, – пробормотал Вирен. Он не знал, что он там хочет увидеть. Крови и мяса он, как и всякий солдат, не боялся. Но ему нужно было найти следы того, что Шефу не помогли уйти – но кто, какой в этом смысл…
К его удивлению, за ним пошли друзья. Ученики, встретившиеся им у главных дверей, напротив, старались держаться подальше, и Вирен прикрикнул на них, чтобы отошли и не совались на случай, если еще что-то рванет. Они и сами понимали, просто нужен был кто-то уверенный, с громким голосом. Десятки демонов быстро отхлынули в сад; многие шли, спотыкаясь, сворачивая шею, но оглядываясь на Академию. Может, они и поняли, что нужно остерегаться леса и темноты, но в замке до сего дня чувствовали себя в относительной безопасности…
«Это просто взрыв в лаборатории, меня о таком предупреждали, – мысленно отчитал себя Вирен. – Может, никто не погиб. И все хорошо. Нет, куда, блядь, хорошо, полбашни разнесло…»
Ему дорогу преградили двое охранников, но Вирена быстро узнали, различили среди учеников. Путь Тэлу и Белке отрезали, а его пустили, но уже отсюда было видно, насколько все плохо: двери снесло, каменные стены оплавились, на полу посверкивало битое стекло, валялись обрывки бумаги… Оглядевшись, Вирен прикинул эпицентр взрыва – вон там, у рабочего стола. Последний раз он видел Шефа сидящим за ним.
По лаборатории, что-то беспорядочно выкрикивая, метался худощавый демон с длинной косой, в которой позванивали украшения – золотые кольца. Рога у него были тонкие и колкие, как шилья. «Гебур, это его лаборатория», – тихо подсказал Вирену один из охранников. Тот кивнул, пытаясь понять, переживает маг за бесценный труд или за погибшего ученика.
– Так и знал, что найду тебя здесь! – От громкого голоса, раздавшегося позади, Вирен чуть не подпрыгнул.
Кетер внимательно посмотрел на него, изучая. Глядел устало, бесконечно безнадежно, как демон, который уже раздумывал, как ему оправдываться перед начальством. Шеф был безродным, ради него не подняли бы Гвардию, окажись он на месте Расила, Вирен был уверен – гибель ученика как-нибудь замяли бы. Но когда в твоей Академии за несколько недель умирают уже трое…
– Знаешь, Вирен, почему-то ты всегда появляешься рядом, когда кто-то умирает. Это знаменитое гвардейское чутье? Слухи и мифы, которые пересказывает народ, чуть более правдивы, чем мы себе представляем?
«Мой отец – Смерть, – подумал Вирен, отчасти желая увидеть лицо Кетера. – Всадник гребаного Апокалипсиса. Ну, один из отцов. Не важно».
– Трудно не заметить такой взрыв. Надо действительно постараться.
Кетер был в бессильной ярости, и Вирен это видел. Маг сверлил злым взглядом Гебура, словно виня его за то, что он не усмотрел за Шефом, – отчасти так оно и было. Беспорядочно метавшийся Гебур признался, что оставил его одного трудиться над выпускным проектом, но раньше все было в порядке, такого не случалось… Вирен подавил обреченный стон. Он правильно думал, покидая Шефа в последний раз: его нельзя оставлять в одиночестве. Но Шеф не сделал ничего сразу, ему понадобился еще день, чтобы подумать…
– Двери не впустят никого постороннего, если маг внутри им не разрешит, – сказал Гебур. – Значит, это несчастный случай.
– Или Шеф доверял тому, кто решил его убить, – тихо добавил Вирен.
Но кому этот склочный маг мог так довериться? Гисне? Это многое бы объяснило. Но демоница была мертва, это точно. Если колдовство Шефа нигде его не подвело, конечно, но он выглядел как тот, кто будет сто раз проверять каждую петельку в плетении магии. Однако кто-то мог принять облик демоницы, набросив на себя иллюзию – Шеф же слишком горевал, чтобы мыслить разумно.
Повертевшись еще на месте взрыва, Вирен разочарованно понял, что ничего не рассмотреть. Так еще и Гебур прикрикивал, чтобы никто не наступил в кислотные лужицы каких-то растворов. Вирен и сам не горел желанием прожечь любимые берцы зазря, так что отошел. Раскинувший руки Кетер медленно прощупывал изнанку, ища на ней странные следы, хотя Вирен и сомневался, что после такого мощного взрыва там что-то осталось.
– Ничего, – заключил Кетер. – Шеф и правда был один: магия на дверях ни на кого не откликалась, их не открывали. Если только никто не залез через окно, что маловероятно, учитывая высоту.
Выглянув в коридор, Кетер увидел толпу старшекурсников, вопреки предупреждениям, собравшуюся возле лаборатории, сурово посмотрел на них. Ему не нравилось, что такие события привлекают слишком много внимания, но Вирен знал: всегда, когда кто-то умирает, рядом оказывается толпа интересующихся гражданских. Вирен увидел в стороне Тэла с Белкой; они шептались.
– Расходитесь по своим кабинетам, не нужно стоять тут, когда у вас пары! – прикрикнул Кетер. «Если не будете хорошо учиться, закончите так же», – обреченно дополнил Вирен.
Он тоже собрался уходить, не видя смысла крутиться рядом. Все равно никто не разрешил бы ему копаться в обломках, да и небезопасно это – мало ли, что еще может шарахнуть взрывом.
– Бесценная работа! – продолжал восклицать Гебур, все надоедая Кетеру. – Да я с ума сойду, пока буду все это заново собирать! Кетер, сделай что-нибудь!
– Что я тебе сделаю? – теряя терпение, огрызнулся маг. – Я не волшебник из сказки, я не могу просто взмахнуть рукой и все вернуть.
Из магического огня ничего не спасти – ни бумагу, ни металл. Вирен на своей шкуре испытал горячее прикосновение пламени. Он поежился. Мог ли Шеф выжить и сбежать куда-то – спасаясь от возмездия Гвардии? Мог изобразить трагедию. Он был умный… или же еще рано говорить о нем в прошедшем времени? Но Гебур уверен, что ученик оставался в лаборатории все это время. Но из-за магического взрыва на изнанке ничего не разобрать.
– Его должно было испепелить, – сказала Белка, когда Вирен подошел к ним. – Мы здесь ничего не найдем. Вирен…
Они с Шефом не были толком знакомы. Единственное, что Вирен успел понять: Шеф заносчивый ублюдок, который пользуется своим даром, отыгрываясь за то, что судьба не дала ему ни положения, ни богатства. А еще – что он до смерти влюблен в Гисну. Вот и все, что значил для него этот боевой маг. Гораздо меньше, чем Белка, Тэл, Баргаус… да даже Наира. Но все равно Вирену казалось, что он мог бы сделать больше, хотя бы попытаться. Он же сказал Шефу, что всегда готов помочь, поговорить!
Но ему не нужна была помощь, верно?
– Вот идиот, – пробормотал себе под нос Тэл. – Все это – ради какой-то девчонки.
– Ради женщин раньше войны начинали, – пробормотал Вирен. – Ну, не у нас, у людей. Иногда кажется, что они влюбляются сильнее, чем мы, потому что их время ограничено; сейчас или никогда. И у Шефа настало это «никогда», что ему еще оставалось делать…
Может, он только думал, что жизнь знаменитого мага – это все, что ему нужно?
– Вирен, мне очень-очень жаль, – сказала Белка, взявшая его за руку. – Но мне кажется, это было его решение.
Она была права. Шеф не беспомощный первокурсник, он бы отбился от нападавшего – если они в лесу смогли отпугнуть тварь. Да и двери… Круг замкнулся. Он убил соперника, потерял любовь всей своей жизни – что еще ему оставалось делать? Жить дальше – долго, мучительно, страдая от воспоминаний?
– Идем отсюда, – покачал головой Вирен. Учеников стараниями Кетера разгоняли, и он не хотел ждать, когда начнут выпроваживать их. – Может быть, вы правы. И все кончилось вот так.
Он правда не знал, что делать дальше.
========== Глава X ==========
Вирен искренне ненавидел прошедшую неделю. То, как было тихо и спокойно, то, как ничего не происходило. Возможно, именно поэтому после тренировок с ним маги с ворчанием еле-еле уползали к замку, жалуясь на то, как одержимо он приказывал им отрабатывать удары раз за разом – особенно доставалось первокурсникам. Не хотелось верить, что он становится параноиком, но Вирен чувствовал себя немного спокойнее, когда знал: его ученики смогут мало-мальски отмахаться, если на них кто-то нападет. Это лучшее и самое большее, что он мог для них теперь сделать.
Погода неделю стояла паршивая, сразу зарядили дожди, как будто оплакивавшие гибель Шефа – такое поэтичное, хотя и банальное сравнение предложила расчувствовавшаяся Белка. Она не любила думать о смерти; Вирен, видя, как ей тяжело, просто присаживался к ней и обнимал, согревая, и Белка благодарно мурчала что-то, касаясь пушистым хвостиком его руки.
– Тебя скоро отзовут? – Тэл оказался куда практичнее. Он сразу насторожился, взглянул на Вирена, как будто винил его в чем-то.
– Нет, пока что нет… Я рассказал про свои подозрения, мне разрешили остаться. Да и было бы очень странно, если б я исчез прямо сейчас, когда убийца вроде как найден, – усмехнувшись, напомнил Вирен. – И Барг не расшифровал те символы…
Баргаус опять проводил свободное время в библиотеке – говорил, что так ему удобнее и что некоторые символы начали поддаваться. С какой-то виной Вирен подумал, что они Баргу надоели – слишком шумные, отвлекающие его от учебы. А Тэл вовсю издевался, говоря, что Вирен пытает и без того покалеченного мага, заставляя его искать нечто непонятное. Но Баргу, кажется, нравилось…
– А еще Влад сказал, что не знает никаких похожих ритуалов с незакопанными могилами и что лучше с этим разобраться, – добавил Вирен задумчиво, вспомнив подозрительную поляну. – Вдруг это что-то запрещенное…
Белка, сидевшая рядом, уткнувшись носом в учебник по нумерологии, предупредительно ударила его хвостом по спине – небольно, но ощутимо, чтобы Вирен осекся и прикусил язык. Черт, и не хотел бы говорить, что он из Роты Смерти, но Тэл и сам должен был догадаться: на такие странные убийства обычно выдергивали именно их… Хорошо хоть, Вирен не назвал Влада отцом, а то криков бы было.
Ошарашенный Тэл похлопал глазами, а потом аж вскочил с кресла:
– То есть ты хочешь сказать, что знаком с Владом Войцеком? Тем самым? Братом Сатаны? Капитаном Роты Смерти? Высшим боевым магом? И ты ничего мне не рассказывал?
Он часто сначала орал, а потом думал, так что Вирен даже не удивился этой пылкой речи.
– Знаешь, когда ты это вот так говоришь, звучит и правда страшновато…
– А как, ради всего несвятого, еще мне это сказать? – возмутился Тэл. Он посмотрел на Белку, но та снова погрузилась в чтение, чтобы ее не трогали – ей тоже не хотелось признаваться, что она все знала, но от него утаивала.
– Ну, не так, как будто я на твоих глазах зарезал кого-то, – вынужденно усмехнулся Вирен.
– Хочешь сказать, что Гвардия таким не занимается?
Вирен дипломатично кашлянул. Пожал плечами. Он прекрасно знал обо всех жутких вещах, что творили гвардейцы – и до его усыновления тоже, но Вирен правда верил, что это было ради чего-то лучшего. Они не карали невиновных, не убивали просто так…
– Ладно, это все не так важно, – вздохнул Вирен. – Правда, Тэл, какая разница, к какой именно роте я приписан? Это всего лишь пафосное название! Оно даже неофициальное! И это не меняет нашего дела в Академии.
Мало-помалу он успокоился, сел обратно в мягкое кресло, но иногда все еще посматривал на Вирена с опаской, как будто хотел увидеть в нем нечто новое, непонятное. Но Вирен всего лишь подсказывал Белке, как лучше написать предложение в реферате – хотя в цифрах он мало что понимал, в том, как строить фразы, интуитивно разбирался, прочитав столько книжек.
– Ладно, я просто… рад, что ты останешься, – сказал Тэл. – Но мог бы и раньше про Роту сказать, раз уж мы друзья.
– Военная тайна, – неловко хмыкнул Вирен. – Прости.
Он потянулся, подошел к расписанию, постучал пальцами по стене. Бросил взгляд на несколько пришпиленных записок – ничего связанного с делом на случай, если кто-то зайдет, просто его разрозненные записи о занятиях. О том, что нужно показать первому курсу простейшие финты, что вторым надо больше времени уделять отточенности движений, а не темпу.
– О чем ты задумался? – вежливо уточнила Белка.
– Кетер сказал, что нужно вам устроить контрольную в течение недели…
– Ах ты, палач, – картинно зашипел Тэл. – Белка, посмотри на него! Он притворялся нашим товарищем, а теперь хочет заставить нас сдавать какие-то нормативы! Гвардеец должен понимать, что такое можно искупить только кровью!
– Но контроль остаточных знаний!..
– Не трогай остатки моих знаний, их и так немного!
Вирен рассмеялся. Он и не рассчитывал особенно мучить своих учеников, скорее всего, будет достаточно, чтобы каждый продержался в бою против него больше двадцати… ну, хотя бы десятка секунд! Пусть он и готов был отстаивать свою – гвардейскую – мысль о том, что любому магу надо уметь защищаться, Вирен милосердно понимал, что его предмет далеко не основной.
– Тебе помочь с чем-нибудь? – предложила Белка.
Возможно, хотела выведать, в чем будет заключаться контрольная, чтобы получше подготовиться – это было бы очень коварно с ее стороны. Вирен столь же хитро улыбнулся и загадочно направился к полке, где Архаон оставил ему несколько книг. Все это время Вирен ими мало пользовался, положившись на свои воспоминания о том, как гвардейцы натаскивали новобранцев – ну, или упрямых мальчишек на своем попечении. Но вспомнить несколько упражнений из книжки было бы полезно.
Вирен уселся на кровати, лениво листая книгу. Он сам сражался, не полагаясь на сложные рисунки, скорее с помощью того, что можно было обозвать чутьем воина – иногда оно плевало на классические фигуры или на честность драки, но было полезно всякому, кто хочет выжить в битве. Но, когда Вирен смотрел на эти подробные описания с иллюстрациями, он не чувствовал ничего – ни азарта, ни знакомой радости схватки. Только скуку. Академическое образование, надо признать, не для него. Ян, который частенько утыкал его носом в песок, и то был лучше.
Его друзья тоже потихоньку учились: ну, то есть Тэл жаловался на судьбу и ничего не делал, а Белка оккупировала стол, чтобы записать конспект по теоретической магии, а потом долго и сосредоточенно пыталась левитировать ручку, заставив ее сделать ровный круг. Поднять предмет в воздух, насколько знал Вирен, – самое легкое, куда сложнее плавно им управлять. Вирен с беспокойством наблюдал за подругой, опасаясь, как бы ручка не воткнулась куда-нибудь в него или в Белку – магия была страшно непредсказуема. А сам он продолжал листать, рассматривая пометки Архаона на полях.