Текст книги "Вне сценария: Чужой канон (СИ)"

Автор книги: Kanon_Off

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 9. Когда король пачкает руки

Святая троица грязных дел. Один не чувствует боли, второй её обожает, а третий ею стал. Проржавевшие души, отточенные клинки и ярость, которую не удержать в узде. Они пришли не за победой. Они пришли убедиться, что от врага не останется даже пепла..

Момент когда дом перестаёт быть убежищем…

Касл крепко обхватил рукоять клинков.

Напряжение между ними можно было резать ножом оно ощущалось физически, как статическое электричество перед ударом молнии.

Логан сделал шаг вперед, и тяжелые подошвы его ботинок хрустнули по бетонному крошеву.

Он не смотрел на Касла. Его взгляд, тяжелый и цепкий, был прикован ко мне.

Внутри меня всё похолодело. В моем «прошлом» мире этот человек был на обложках, в кино, на плакатах. Культовый герой, символ неудержимой ярости и маскулинности. Но реальность… реальность оказалась куда страшнее.

От него пахло не голливудским гримом, а старой кровью, дешевым табаком «Lucky Strike» и звериным потом. Он был ниже, чем я представлял, но в его осанке, в том, как он держал плечи, чувствовалась мощь многотонного пресса. Настоящий Росомаха. Легенда, от которой веяло столетней усталостью и готовностью убивать.

– Кастильоне, Логан наконец заговорил, и его голос был похож на скрежет металла по гравию. – Я думал, ты работаешь чисто. Тихо. Как хирург с топором.

Фрэнк промолчал, лишь сильнее сжал ручки ножей.

– А вы, Логан обвел рукой горизонт, где над лесопилкой всё еще поднималось зарево, вы устроили тут гребаный филиал ада. Весь округ на ушах. Через десять минут здесь будет столько федералов, что вам не хватит патронов, чтобы просто прострелить себе дорогу к выходу.

– А ты!..

Он подошел ко мне почти вплотную. Я не отвел взгляд, хотя инстинкты орали: «Беги или бей первым». Моя сила внутри отозвалась на его присутствие глухим, недобрым гулом. Чуйка истошно выла..

Пространство между нами начало искажаться, словно воздух превратился в битое стекло.

– Ты, парень, Логан ткнул зажатой в зубах сигарой в мою сторону.

– Ты слишком громко топаешь. Наследил так, что даже слепой выследит тебя по оставленным уликам и запаху.

Думаешь, раз ты оторвал башку Линкольну, ты теперь хозяин положения, раз стоишь так уверенно передо мной?

Хрен там. Ты просто разворошил гнездо шершней, у которых есть ракеты и бюджеты, превышающие ВВП этой страны.

Я сглотнул. Чувство восхищения смешивалось с липким осознанием реальности. Это не комикс. Это мужик, который прямо сейчас может вспороть мне живот просто за то, что я слишком шумный или слишком смазливый..

– Вытащить сотню гражданских из-под ножа – это дело, Логан сплюнул густую кровавую слюну и посмотрел на свои руки, где под кожей костяшек едва заметно пульсировал металл.

– И то, что ты прикопал Линкольна… давно пора было это сделать. У этого ублюдка вместо сердца был кусок бетона, и обычный свинец его только смешил. Хорошая работа, малец. На редкость чистая казнь для такого грязного места.

Он обернулся на догорающие остовы бараков, и его лицо перекосилось в презрительной ухмылке.

– Если бы я туда сунулся, в живых бы не осталось никого. Ни охраны, ни тех бедолаг в клетках. Я не спасатель, мать вашу. Пока я бы вскрывал глотки наемникам, эти суки успели бы превратить заложников в решето просто со страху. Мои когти хороши, чтобы потрошить, а не чтобы водить хороводы вокруг гражданских.

Я бы опоздал, как обычно.

Он снова перевел взгляд на меня, и этот взгляд был холодным, как сталь.

– А вы двое умудрились провернуть этот фокус и не угробить по пути каждого второго.

Это факт. Победителей не судят, пока они не начинают тупить.

Логан резко шагнул вперед, сокращая дистанцию до минимума, так что запах пота от кожи и вонь табака стал почти удушающим.

– Но не вздумай зазнаваться малыш. Ты спас сотню жизней, но подставил тысячи… А самое главное ты подставил свою задницу потому что сиял на пол-штата. Ты выбил дверь в дом, но при этом снес нахрен всю улицу. Ты сделал то, что я не смог, вытащил людей живыми, но теперь за тобой придут те, кто не берет пленных и не говорит пафосные слова перед тем как убить…

Логан посмотрел в этот момент на Касла с ухмылкой..

Так что засунь свой триумф себе в задницу и шевели ногами, пока нас не превратили в пыль из стратосферы.

Он повернулся к Каслу.

– У меня недалеко припаркован старый фургон на случай отхода.

Старый, вонючий и без единого электронного блока, который могли бы засечь их чертовы сканеры. Либо вы прыгаете в него прямо сейчас и мы уходим через перевалы, либо я оставляю вас здесь развлекать спецназ.

Логан затянулся так сильно, что кончик сигары вспыхнул ярко-алым.

– Выбирайте. Быстро. Моё терпение закончилось еще три гребыных трупа назад.

Спуск с крыши был похож на танец теней. Логан двигался впереди, его шаги были неестественно легкими для такого массивного мужика.

Он не пользовался лестницами, он просто знал, где на стенах есть выступы, а где слепые зоны камер.

Мы скользили через подворотни, пока город выл сиренами в паре кварталов от нас. Касл прикрывал тыл, его ствол всегда смотрел туда, откуда могла появиться угроза.

Через пару кварталов узкий переулок встретил нас рычанием старого мотора. «Шевроле» Логана выглядел как кусок ржавого железа, но когда он завел двигатель, я понял, что внутри там зверь который так и просится показать всю свою мощь.

Мы запрыгнули в салон. Черт, да тут логово создателя понятия о тестостероне, пахло старой кожей, оружейной смазкой и едким табаком, Логан не вынимал сигару изо рта… Каждый раз когда сигара дотлевала до конца он брал новую, но я заметил то что он в основном держит ее в зубах а не вдыхает дым постоянно.

– Слушай сюда, малец, Логан не оборачивался, но я чувствовал его взгляд через зеркало. – Ты думаешь, ты просто прибил большого парня?

Лонни Линкольн был не просто «мясом» Фиска. Он был инвестицией. Частью проекта, который старше, чем твои родители. Неубиваемый солдат, Франкенштейн на стероидах.

Фрэнк на заднем сиденье методично вгонял патроны в магазин. Щелк. Щелк..

– И кто за этим стоит? – хрипло спросил Касл.

– Те, кто не светятся в новостях, – Логан сплюнул в окно. Правительственные крысы, корпораты из «Роксон»…

Фиск знал, что ты придешь, нет он не знал о том как тебя зовут или твою лиичность, но он по всей видимости ожидал что ты рано или поздно появишься.

Он специально засунул Гробовщика, накачанного этой дрянью, в такую дыру, чтобы проверить его на ком-то вроде тебя. Теперь ты для них не мутант и не просто опасный герой который решил сломать систему Фиска.

Ты опасный дефект системы, который нужно либо препарировать, либо стереть, ну или подмять под себя… И поверь мне парень, у него есть способность найти рычаг давления на тебя, не сомневайся в этом.

Я откинулся на сиденье, чувствуя, как внутри всё сжимается от холодной мысли. С одной стороны я не против развязать войну и уничтожить всех этих ублюдков, с другой стороны схватка с Гробовщиком показала что я не на столько силен как хотелось бы и как было бы достаточно.

А так же мысли о нескольких допущеннный мною косяках тоже не давали мне покоя..

Мои очки. Те самые, за три сотни баксов, которые я бросил на верстаке в ангаре перед тем, как разнести там всё к чертям.

Я представлял, как какой-нибудь чистильщик из «Роксон» в стерильных перчатках поднимает их из пепла. Нестандартный полимер, линзы, которые не купишь в обычном магазине… Это след. Прямая дорожка в мой район, к моему дому. К Барни… Я осознал..

Кстати о Барни, нужно найти способ с ним связаться, и предупредить его что я задержусь еще на неопределенный срок, и попросить его быть осторожнее и внимательнее к мелочам, ну и ухаживать за моим кактусом..

– Кастильоне, Логан вдруг нарушил тишину, бросив взгляд на Фрэнка через плечо. – Ты сдал со времен нашего дела под Массачусетсом. Стал медленнее. Руки подрагивают, или мне кажется? Морщины на лице, седина… Сколько прошло уже? Семь? Девять лет?

– Тебе кажется, отрезал Фрэнк, даже не подняв глаз. – Прошло 9 лет Логан, кури меньше и меньше пей дешевый и паленый виски.

– Это точно, – ухмыльнулся Росомаха.

– Виски хоть и дешевый но чертовски вкусный и приводит в чуство обжигая глотку… Логан достал флягу, отвинтил крышку зубами и опрокинул ее себе в рот выпивая как нам показалось всё до последней капли.

Через час мы сделали остановку у захолустной заправки на краю леса. Место выглядело вымершим.

Логан вышел первым, бросив мне пачку мятых купюр скрепленных резинкой.

– Зайди внутрь. Купи пожрать, воды и какую-нибудь тряпку, чтобы прикрыть твою рожу.

И, Ви… он прищурился.

Я ожидал услышать все что угодно но не его просьбу..

– Купи мне виски. Не забудь мать твою виски!!!

Я зашел в магазинчик. Внутри пахло дешевым кофе и старыми газетами, полки были расставлены как в американских фильмах магазинчики на окраине города. хотя стоп… я усмехнулся сам себе.

Пока я набирал консервы, вялено е мясо и пару упаковок протеиновых батончиков, мой взгляд упал на стенд с вещами. Купил черную толстовку с капюшоном и простую кепку. На кассе я вспомнил что забыл купить алкоголь, пришлось возвращаться и по новой стоять в очереди.

Продавщица смерила меня презрительным взглядом, из-за чего, из-за дешевого виски? Серьезно? Все вопросы к Логану.

Расплатившись, я вернулся к фургону.

Касл и Логан стояли у капота. Два ветерана бесконечной войны. В тусклом свете фар они выглядели как ожившие памятники насилию: первый это олицетворение неумолимого человеческого гнева, другой же, представитель бескомпромиссной звериной ярости. Два реликтовых хищника стояли плечём к плечу между ними лишь было молчаливое признание, здесь не было места слащавому героизму, тут было место тем кто научился выживать там, где умирает сама надежда…

Подойдя к машине я нарушил тишину, отдал бутылку виски Логану, он лишь многозначительно сказал Угу..

– Ты же понимаешь, что они найдут очки, Фрэнк? – тихо спросил я, запрыгивая обратно.

– Если они выйдут на магазин, они выйдут на меня. На Барни.

Касл посмотрел на меня своим мертвым взглядом.

– Знаю. Поэтому мы не едем в Нью-Йорк прямо сейчас. Мы едем через перевал. Нам нужно время, чтобы они начали искать не там.

– Мне нужно связаться с Барни и предупредить его что я не вернусь в ближайшее время, телефон я оставил в машине, не хотел чтобы я разбил и его.

– Не забыл..

Касл взял свою сумку и достал оттуда мою лопату, и передал ее мне.

– Не хотел чтобы в случае неудачи и если бы нам пришлось отступать с места происшествия полиция или люди Фиска нашли наши личные вещи в машине.

– А как же машина?

– Ты серьезно думаешь что я ехал бы на дело на своей машине?? Я по твоему совсем идиот, Ви?

– Нет не идиот, просто интересуюсь..

Я набрал номер Барни, гудки, гудки, гудки… многозначительные гудки…

О..На конец то.

– Алло, да, какого хрена Балбес? Ты видел который час!?!?

– Прости Барни, есть срочное дело, перейду сразу к сути. У меня небольшие сложности, и в связи с этим в ближайшее времяя не вернусь в бар

– Сынок… У тебя всё в порядке???.. у тебя встревоженный голос, в какие неприятности ты опять влез??

– Барни, выслушай меня внимательно, не перебивая. Ситуация не очень стабильна, и я попал в небольшую задницу… Касл посмотрел на меня пронзающим взглядом, а Логан усмехнулся затягиваясь порцией дыма… и процедил – В небольшую?? Да ты оптимист мать твою…

– Барни будь внимателен к мелочам, было бы неплохо если бы ты закрыл бар на пару дней. Всё в целях безопасности. Если не решишься закрыть, найми охрану, или позвони Мэтту на крайний случай, он всё равно рано или поздно всё узнает.

– Всё на столько серьёзно?? Из-за небольшой задницы не звонят в срочном порядке, и не предполагают закрыть бар и быть внимательнее, но я тебя услышал. Буду аккуратен. – Береги себя Ви, будь осторожен, и не лезь на рожон… Хотя кому я это говорю…

– Хорошо Барни, ты тоже будь аккуратен, скоро всё закончится, я надеюсь на это….

Интерлюдия: КГБ и улики

Пентхаус Уилсона Фиска. Полночь.

В огромном кабинете царил полумрак, разбавляемый лишь холодным неоновым сиянием Нью-Йорка, пробивавшимся сквозь панорамные окна.

Уилсон Фиск стоял спиной к двери, глядя на город, который он считал своей шахматной доской.

В его руке был стакан с минеральной водой, пальцы сжимали стекло так сильно, что оно едва слышно постанывало.

Дверь тихо отворилась.

Вошел один из аналитиков, бледный, с планшетом в дрожащих руках.

– Мистер Фиск… доклады из Монтаны. Объект «Франкенштейн»… Лонни Линкольн. Он… голос парня сорвался. – Он мертв, сэр.

Стакан в руке Фиска треснул. Медленно, с грацией сытого левиафана, он повернулся. Лицо Кингпина было каменной маской, на которой не отразилось ни единой эмоции, но воздух в комнате словно похолодал на десять градусов.

– Линкольн был проектом на миллиард, в него вложили средства, силы и время. ровно произнес Фиск.

Каждое слово весило тонну.

– У него под кожей была броня, которую не берет противотанковый снаряд. Его регенерация была доведена до абсолюта, и ты хочешь сказать, что Касл затыкал его до смерти своим десантным ножом?

– Нет, сэр. Касл… он был там. Но Линкольна уничтожил другой. Тот самый человек в черной тактике… Он работает в паре с Карателем, мистер Фиск..

Аналитик включил запись со спутника, прошедшую через кучу фильтров.

Изображение было зернистым, залитым синими помехами. На экране было видно, как невысокая фигура в центре лесопилки буквально разрывает пространство.

Вспышка была такой силы, что датчики спутника на мгновение ослепли, а когда картинка вернулась то Гробовщика больше не было. Только дымящийся кратер и пыль.

Фиск молчал долго. Слишком долго. Он подошел к столу, на котором лежали документы на каждого наёмника..

– Это не мутация, прошептал Фиск скорее самому себе. В его глазах впервые за десятилетия мелькнула тень замешательства, смешанная с болезненным любопытством. Это нихрена не Икс-ген. Это… что это?? Сыворотка? Радиация?!?…

Он положил свою огромную ладонь на стол.

– Я строил эту империю на предсказуемости. Я знал каждого игрока, каждый ход. Но этот малец… он не играет в шахматы. Он просто переворачивает гребанную доску.

Фиск поднял взгляд на аналитика. Тот инстинктивно сделал шаг назад помня то каков бывает Фиск в ярости.

– Пора переходить к радикальным мерам, он хищно приподнял уголок рта..

– Соедините меня с Князевым, приказал Кингпин. – Раз Гробовщик не справился, пусть Анатолий сделает то, что умеет лучше всего. Отправь с ним поисковой отряд на место гибели Франкенштейна, забрать его тело, и поищите возможные улики, полицию и спецслужбы не подпускать. И пусть этот коммунист со стальными яйцами найдет то, что этот выскочка любит, пусть он уничтожит это так грязно, чтобы мальчик забыл, как дышать чуствуя лишь боль утраты..

Фиск снова повернулся к окну. Его замешательство сменилось ледяной решимостью. Если в его городе появилось нечто, что нельзя купить или запугать, значит, это нечто должно быть стерто в порошок. Вместе со всеми, кто когда-либо пожимал ему руку…

Анатолий Князев был воплощением чистой, индустриальной смерти. В кругах разведки его знали под прозвищем КГБист, и это имя произносили шепотом даже те, кто сам привык ходить по колено в крови.

Князев был не просто солдатом, он был финальным аргументом страны, которой больше не существовало.

Реликт Холодной войны, он добровольно позволил превратить себя в живое оружие.

Его познания в минно-взрывном деле были доведены до идеала, он без вычислений знал уже сколько нужно заложить взрывчатки чтобы здание сложилось ровно тогда когда надо и так как надо.

Его левая рука была отсечена и заменена массивным кибернетическим протезом сложнейшим инженерным кошмаром, способным дробить черепа как яичную скорлупу и скрывающим в себе арсенал, достаточный для подавления небольшого восстания.

На его теле не было живого места от многочисленных шрамов, каждый из которых был картой забытых войн: Афганистан, Чечня, Никарагуа.

Для него не существовало морали, жалости или чести.

Только задание. Князев славился тем, что доводил понятие эффективности до абсурда.

Если целью был один человек в многоквартирном доме, Анатолий не входил в дверь он нахрен обрушивал всё здание.

Он был мастером тактического террора, предпочитая не просто устранять врага, а выжигать саму память о его существовании, превращая дома в пепел, а близких в сопутствующий ущерб.

Он обладал редким качеством для убийцы такого калибра абсолютным терпением хищника и ледяным аналитическим умом. Князев не просто стрелял; он вычислял траектории, изучал привычки и бил именно туда, где боль была самой острой.

– Мир не меняется, любил повторять он на своем грубом, ломаном английском. – Меняются только те, кто в нем умирает. Моя задача следить, чтобы очередь двигалась без задержек и запинок, система..

Когда Уилсон Фиск выпускал Князева с поводка, это означало только одно: время переговоров и контроля закончилось. Пришло время аннигиляции и значит всё серьезно.

Лесопилка в Монтане напоминала вскрытый склеп.

Местная полиция, прибывшая на место, была вежливо, но жестко оттеснена людьми в черном камуфляже без шевронов.

Официально здесь произошел «взрыв газового баллона», но те, кто оцепил периметр, знали: газ не оставляет после себя таких аккуратных, выжженных до основания пустот в пространстве.

Анатолий Князев шел по территории медленно, с методичностью патологоанатома. Он не смотрел на трупы наемников и тело Линкольна, их разорванные тела были для него лишь скучной статистикой. Его интересовал центр. То место, где огромный Гробовщик превратился в груду мяса.

Князев опустился на одно колено в центре воронки.

Воздух здесь был сухим и стерильным, лишенным всякого запаха, словно реальность в этом радиусе была прожарена в вакууме.

Его тяжелый кибернетический протез глухо заскрежетал, когда КГБист начал разгребать слой серого пепла у подножия массивного станка.

Среди искореженного металла что-то блеснуло.

Князев поднял предмет.

Это были мужские очки. Оправа была погнута, но сохранилась на удивление хорошо для эпицентра катастрофы. Анатолий поднес их к глазам, рассматривая тонкую работу. На внутренней стороне дужки виднелся едва заметный серийный номер и крошечное клеймо мастерской.

– Индивидуальный заказ, прохрипел он, и его голос прозвучал как хруст костей. – Дорого. Слишком изысканно, понты…

Он достал из внутреннего кармана планшет и ввел код в закрытую базу данных логистики. Кибернетические пальцы быстро застучали по сенсору, взламывая цепочки поставок.

– Поставщик комплектующих в Нью-Джерси. Партия ушла полгода назад, Князев листал список, пока его взгляд не замер на нужной строке.

Магазин-мастерская в Адской Кухне. Прямо под носом Уилсона. хммм..

Князев медленно поднялся. Он посмотрел на восток, в сторону Нью-Йорка, и его лицо, похожее на кусок дубленой кожи, тронула тень хищного удовлетворения.

Очки не просто принадлежали убийце Линкольна они были его социальной подписью.

– Фиск думает, что мы ищем призрака, Князев аккуратно убрал очки в герметичный пакет. Но у каждого призрака есть адрес.

Он повернулся к командиру отряда, стоявшему за его спиной

– Тело Гробовщика собрать, и прочесать лес в радиусе 3 киллометров, мало ли какие сюрпризы мы еще упустили..

Спустя три часа.

– Сэр, в лесу найдено три изуродованых тела, по всем параметрам и характеру ренений орудовал дикий безумный зверь, а так же на месте было найдено это: Командир отряда протяул Князеву пластиковый пакет в котором лежала недокуренная сигара. Анатолий хищно приподнял уголок рта хмыкнув произнес – Это не зверь, это наш старый друг мистер Логан, интересно..

КГБист пробасил обратившись к отряду.

– Оцепление снять. Тело доставить мистеру Фиску, доложите ему что помимо нашего призрака и мистера Касла тут был Россомаха. По поводу происшедшего, объявите это терактом местной ячейки анархистов, дайте доступ копам, пусть потешат свое самолюбие. Я возвращаюсь в город. Мне нужно навестить одного старого оптика и узнать, кто из его клиентов покупал эти очки.

Адская Кухня. Мастерская «Оптика Гранта».

Дверной колокольчик звякнул слишком резко.

Старый мастер Грант, протиравший линзу под лампой, даже не поднял головы.

– Мы закрываемся через пять минут, приятель.

– Мне нужно всего три, голос гостя прозвучал как скрежет железа по бетону.

Грант поднял глаза и замер. Перед ним стоял массивный человек в тяжелом пальто, от которого пахло холодом и чем-то химическим. Анатолий Князев положил на прилавок пакет с изуродованными очками.

– Твоя работа?

Старик дрожащими руками взял оправу.

– Да… Моя. Индивидуальный заказ. Оправа из титанового сплава, линзы с особым покрытием. Очень дорого.

– Имя??? Князев не спрашивал, он констатировал необходимость.

Грант сглотнул, глядя на левую руку гостя, которая была слишком неподвижной и массивной под кожей перчатки.

– Я… я не записываю имен для наличных расчетов. Парень просто зашел, принес чертеж, заплатил…

– Ошибочный ответ, Князев подался вперед, и Грант почувствовал, как от него исходит аура чистого насилия. – Мне нужен доступ к серверу видеонаблюдения. Сейчас же.

Через две минуты Князев уже сидел за конторским компьютером. Его кибернетический протез с тихим жужжанием подключился к порту через кабель-адаптер. КГБист не просто смотрел видео он прошивал систему. На экране замелькали кадры: вот парень заходит, вот он забирает заказ. Лицо зафиксировано.

– В базе данных пусто, хмммм… прохрипел Князев, видя, что парень не числится ни в одном реестре города, страны, мира – Кто же ты?….

Но Князев был не из тех, кто верит в призраков. Он запустил алгоритм След.

Его программа, отточенная десятилетиями слежки за диссидентами, начала взламывать облачные хранилища камер соседних зданий, муниципальных светофоров и банкоматов.

На экране монитора возникла карта района. Красная линия начала медленно ползти от порога магазина.

Углы обзора, слепые зоны… ты думал, что спрятался, Князев следил за движением точки. – Но ты всегда возвращаешься туда, где тебе тепло и где тебя ждут..

Точка замерла через три квартала. Камера на козырьке круглосуточной аптеки зафиксировала, как парень сворачивает в неприметный переулок и заходит в обшарпанную дверь под вывеской «У Барни».

Князев медленно поднялся. Грант сжался в углу, надеясь, что про него забыли.

– Хорошие очки, ты хороший мастер, я обращусь к тебе когда закончу дело…бросил Анатолий, направляясь к выходу. А, твоему клиенту они больше не понадобятся. Он скоро перестанет думать о такой мелочи.

Дождь в Адской Кухне всегда пах мокрым бетоном и старыми грехами. Когда дверь бара скрипнула, Барни, не оборачиваясь, бросил привычное:

– Мы закрыты, парень. Заходи утром.

– На улице слишком холодно старик. Я лишь хочу выпить чаю, и согреться, голос гостя был ровным, с тяжелым, рокочущим акцентом.

Барни обернулся. Перед стойкой стоял массивный человек в длинном черном кожаном плаще. Его лицо казалось высеченным из камня, а взгляд был тяжелым, как могильная плита. Барни не был трусом, но что-то в осанке этого незнакомца заставило его вспомнить все советы Уотчера о том, что нужно быть внимательным к мелочам.

– Чай так чай, Барни поставил перед ним кружку. Пар от ромашки и мелиссы поднялся в воздух, смешиваясь с запахом сырой кожи плаща.

Незнакомец обхватил кружку огромной ладонью. Его левая рука двигалась как-то слишком механически, но Барни не стал приглядываться.

– Слушай старик, у тебя тут был помощник, как бы невзначай произнес человек в плаще. – Совсем недавно. Молодой, крепкий. Где он??

Барни вытирал стакан, стараясь, чтобы руки не дрожали. Он помнил каждого, кто переступал этот порог, но Уотчер предупреждал: осторожность это единственная валюта, которая имеет здесь ценность.

– Ты ошибся, приятель. Я здесь всегда один, один всё делаю, возможно поставщик заходил, но он на долго не задерживается обычно.

Тебе, должно быть, показалось.

– Показалось значит?! Усмехнулся человек – Ну хорошо..

Человек допил обжигающий чай практически залпом, даже не поморщившись. Он медленно поставил кружку на стойку и поднял взгляд на Барни. В этом взгляде старик прочитал свой приговор.

– Раз никого не было, как ты говоришь… значит, никого больше и не будет. Прощай, старик.

Князев встал и вышел в ночь, оставив после себя лишь запах мелиссы и предчувствие беды. Барни замер. Он понял: Уотчер влез в разборки, которые теперь коснутся всех. Трясущимися руками он перевернул табличку на «Закрыто» и запер замок. Он решил, что не откроет бар, пока Уотчер не вернется…

Но у судьбы и КГБиста были другие планы.

Спустя полчаса ночную тишину Адской Кухни разорвал грохот, от которого содрогнулись соседние кварталы.

Огонь, осколки кирпича и куски искореженного металла в мгновение ока заполнили помещение в баре..

Мощный взрыв, заложенный профессионалом, обрушил часть здания прямо над баром, превращая уютное убежище в братскую могилу.

Анатолий Князев стоял на другой стороне улицы, скрытый тенью переулка. Оранжевые отсветы пламени играли на его лице. Он знал, что делает: он уничтожал не здание, он выжигал сердце своей цели.

Наблюдая, как рушится крыша, КГБист ухмыльнулся и негромко произнес в пустоту:

– Туда тебе и дорога, старый хрен….

КГБист не оборачивался на вой сирен, которые уже начали стягиваться к пылающему остову здания. Он шел ровным, размеренным шагом, пока не сел в припаркованный в двух кварталах черный седан. Достав телефон, он набрал номер, который знали лишь единицы.

– Бар уничтожен, коротко бросил Анатолий, глядя в зеркало заднего вида на зарево пожара. Старик остался внутри. Гнездо сожжено, птице некуда возвращаться.

На другом конце провода послышался сухой, тяжелый вздох Уилсона Фиска.

– Хорошая работа, Анатолий. Ты сделал именно то, что требовалось выбил у него почву из-под ног. Теперь он в ярости, а яростью легко управлять.

– Я жду координат его местонахождения, Князев проверил затвор своего оружия. Я закончу это сегодня.

– Нет, голос Кингпина стал холоднее. – План изменился. У меня есть другое задание, которое требует твоей… ммм так скажем специфической квалификации. Возвращайся на базу.

За остальное возьмется другой человек.

Князев на мгновение замер. Его челюсть сжалась так, что послышался хруст, а пальцы кибернетической руки впились в кожаную обивку руля. Он не привык оставлять работу незавершенной, особенно когда добыча была так близко.

– Кто? коротко спросил он.

– Тот, кто умеет работать с «божественными» силами тише, чем ты, ответил Фиск и отключился.

Князев бросил телефон на соседнее сиденье. Он знал, что Фиск никогда не делает ставку на одну лошадь. Если Кингпин вводит в игру кого-то нового, значит, ставки поднялись выше, чем просто месть за Линкольна.

Седан сорвался с места, растворяясь в дождливых улицах Нью-Йорка….