Текст книги "Вне сценария: Чужой канон (СИ)"

Автор книги: Kanon_Off

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 14. Проэкт Z

– Ты все-таки дошел, – пророкотал Фиск, и от его голоса задрожали стаканы на столе. – Посмотри на себя, Ви. Голый, злой, разрушивший всё на своем пути. Ты думаешь, ты пришел сюда за справедливостью? Нет. Ты пришел сюда, чтобы окончательно стать тем, кем тебя создали. Монстром.

Я остановился в трех метрах от него. Мои кулаки все еще дымились, а в воздухе между нами искрило от колоссального напряжения.

– Я пришел за твоей головой, Уилсон, – выдохнул я, и мои глаза снова начали наливаться багрянцем. – Остальное – шум.

Фиск не шелохнулся, он даже не сжал свои новые, похожие на кувалды кулаки, а просто сидел, заполняя собой всё пространство комнаты, и в этом было что-то по-настоящему жуткое. Его голос, ставший на октаву ниже и мощнее, заполнил бункер, вибрируя прямо в моих костях.

– Посмотри на себя, Ви, – он медленно вытянул руку, указывая на руины за моей спиной. – Ты прорубил себе просеку из мяса и бетона. Ты сжёг мой дом. Ты убил людей, которые просто выполняли приказ. И ради чего? Ради того, чтобы доказать себе, что ты ещё человек?

– Кингпин ухмыльнулся, и в его глазах блеснуло что-то холодное, расчетливое. – Ты ведь даже не знаешь, кто ты. Ты думаешь, что ты ошибка? Сбой в программе? Нет, сынок. Ты – прототип. Ты первый шаг к чему-то великому. И тот факт, что ты сейчас стоишь здесь, только подтверждает мою правоту. Ты идеальный инструмент, но инструменту нужен мастер. Я узнал в какой ты больнице появился, где тебя лечили и что тебе вкололи парень.

Он медленно поднялся. Каждое его движение сопровождалось гулом, будто заработал тяжелый гидравлический пресс.

– Ты не отсюда – Фиск сделал паузу, смакуя это слово. – Ты ведь ищешь способ вернуться? Думаешь, я просто так сейчас с тобой веду диалог, я знаю как найти то место откуда ты, и я знаю как вернуть тебя туда, это выгодно и для тебя и для меня. Но убей меня – и эта информация исчезнет вместе со мной. Ты останешься один в этом мире, Уотчер. Навсегда, просто кусок разогнанного атома без прошлого и будущего.

Я замер. Внутри на мгновение всё похолодело. Это была его игра. Он вливал яд мне в уши, растягивая секунды, заставляя мой мозг буксовать. Его суперслух наверняка улавливал то, чего не слышал я – приближение чего-то по-настоящему страшного.

– Ты лжёшь, – прохрипел я, но глаза на секунду утратили свой багровый накал.

– Разве? – Фиск сделал вальяжный шаг в сторону, уходя с линии атаки, – Ну хорошо..

И в этот момент я почувствовал это.

Не слухом. Всем своим естеством. Воздух в бункере внезапно стал тяжелым, как свинец. Гравитация будто сошла с ума, придавливая меня к полу. Где-то наверху, за слоями бетона, что-то двигалось с такой скоростью, что звук не успевал за движением.

УДАР

Потолок бункера не просто рухнул – он испарился под ударом чего-то невероятно мощного. Прямо между мной и Фиском приземлилось Оно.

Пыль моментально выдуло мощным импульсом. Передо мной стояло существо, закованное в черную, биоорганическую броню. Его глаза горели ледяным, мертвенным светом, а аура была настолько плотной, что я физически ощутил ударную волну.

– Знакомься, Ви, – голос Фиска теперь звучал торжествующе. – Твоё наследие. Твой народ. Твой… конец.

Существо медленно повернуло голову ко мне. В его взгляде не было узнавания – только вшитая в мозг, кристально чистая ненависть.

– Кал-Эл… – прорычало Существо, и этот голос был подобен скрежету сминаемого металла. – Предатель.

Оно сорвалось с места прежде, чем я успел вдохнуть.

Преимущество Зода стало ясным в первую же секунду – он не просто двигался быстро, он игнорировал гравитацию, вместо того чтобы вбить меня в стену, он ударил снизу вверх.

УДАР!

Моя спина встретилась с армированным потолком бункера, но бетон не остановил нас. Зод пер как локомотив, используя мое тело как таран. Слой за слоем – стальные плиты, метры земли, фундамент особняка – всё это разлеталось в щепки, пока мы пробивали путь к поверхности. Грохот стоял такой, будто планету выворачивали наизнанку.

Мы вырвались на улицу, в холодный ночной воздух Вестчестера, взметнув столб пыли и обломков. Но Зод не собирался останавливаться. На высоте пары десятков метров он резко затормозил, зависнув в воздухе. Его пальцы, холодные и твердые как гидравлические захваты, сомкнулись на моей шее.

Я дернулся, пытаясь достать его ногами, но опоры не было. Я висел над землей, беспомощный в его хватке, а Зод смотрел на меня взглядом мясника, увидевшего жертву.

– Предатель… – снова выплюнул он.

И начался ад.

Он занес свободную руку и нанес первый удар. В голове будто взорвалась граната. Звук удара был не как от кулака по мясу, а как от столкновения двух стальных рельсов. Моя голова мотнулась назад, зрение на мгновение превратилось в белый шум.

Второй удар. Третий.

Зод бил методично, вкладывая в каждый замах всю мощь своих модифицированных мышц. Мое лицо превращалось в месиво, челюсть хрустела, а в ушах стоял сплошной гул. Каждый удар вбивал меня глубже в беспамятство, и я чувствовал, как энергия солнца, которую я так долго копил, начинает вибрировать внутри от ярости, требуя выхода.

Он не просто бил – он хотел стереть меня из реальности, вколачивая мою голову в пустоту ночного неба.

– Сдохни! – прорычал он, занося руку для финального, дробящего удара.

В этот момент я понял одну вещь. Он может летать и он гораздо сильнее и опытнее.

Я попытался собраться, выжигая из глаз лучи. Это было инстинктивное движение, последнее, что оставалось в этом висячем положении. Но Зод был быстрее. Его свободная рука рванула к моему лицу, не для удара – он просто схватил меня за голову и резким движением повернул в сторону. Мои лазеры бесполезно вспороли ночное небо, выжигая дыру где-то в облаках.

Он не просто бил меня, он знал свою цель, убить!!

Зод не разжал хватку на моей шее. Наоборот, он с ревом рванул вниз, превращая падение в пытку. Мы врезались в землю с такой силой, что скала под нами раскололась, а по городу прокатилась ударная волна. Но он не отпустил. Мое лицо протащило по граниту, оставляя на камне кровавый след. Каждый выступ, каждый острый край сдирал кожу, и мозг начинал отключаться от нескончаемой боли. В то же время Зод продолжал методично вбивать меня кулаком по затылку. УДАР! УДАР! УДАР!

Моя голова звенела, словно колокол на пожарной каланче. Казалось, что череп вот-вот расколется, и я почувствовал, как сознание начинает ускользать. Кровь заливала глаза, смешиваясь с грязью и потом.

– Ничтожество… – рычал Зод, его голос был пропитан холодной, отточенной ненавистью. – Ты думаешь, ты можешь сдержать то, что течет в наших венах?

Он поднял меня над землей, всё ещё держа за шею, и швырнул в расколотую скалу. Мое тело с глухим стуком врезалось в камень, кроша гранит вокруг, но я не почувствовал ничего, кроме ноющей, тупой боли. Сознание возвращалось рывками, сквозь пелену красного тумана.

Зод опустился на землю в нескольких метрах от меня, его глаза горели ледяным огнем. Он ждал, пока я приду в себя, ему не нужна была быстрая смерть. Ему нужна была агония.

Я медленно поднялся. Каждое движение отдавалось дикой болью в теле, но я заставил себя стоять. Одежда была разорвана в клочья, а кожа на лице и теле – превратилась в кровавое месиво. Я сплюнул сгусток крови, смешанной с зубом.

– Ну, что, Кал-Эл? – прорычал Зод, сделав шаг вперед. – Твои слабости стали моей силой.

Я посмотрел на свои руки. Они дрожали. Внутри всё горело от боли, но ярости не было. Только холодное, расчетливое понимание. Он сильнее. Быстрее. Он умеет летать. И он не собирается играть в поддавки.

Я выплюнул в грязь кусок раскрошенного зуба и поднял на него глаза. Внутри всё клокотало от дикой смеси боли и чистой, концентрированной ненависти.

– Я… не… Кал-Эл! – прохрипел я, и этот звук больше походил на рык раненого зверя. – Меня зовут Уотчер!

Я вскинул голову, и мир вокруг снова утонул в ослепительном сиянии. Я выдал всё, что у меня было. Синий, почти белый луч, вибрирующий на грани ультрафиолета, сорвался с моих глаз. Он был настолько горячим, что воздух на пути следования просто аннигилировал, превращаясь в вакуумную трубку.

Зод среагировал мгновенно. Он не стал уклоняться. Он выпрямился, и из его глаз ударил поток густого, багрово-красного пламени.

Два луча столкнулись на полпути, и время будто замерло. В точке контакта образовалась сфера пульсирующего света, которая начала пожирать всё вокруг. Синее сияние из моих глаз вгрызалось в его кровавую ярость. Это была не просто стрельба – это была битва двух воль, двух разных но в тоже время и одинаковых энергий.

Мой луч – чистый, высокочастотный, рожденный из прямого поглощения солнечного света. Его – тяжелый, давящий, пропитанный какой-то генетической злобой и тьмой лабораторий LexCorp.

– Сдохни, ошибка! – прорычал Зод, и его красный луч начал медленно, сантиметр за сантиметром, продавливать мой.

Земля под нами начала плавиться и превращаться в кипящую магму. Скалы вокруг трескались от чудовищного резонанса. Я чувствовал, как мои глаза начинают гореть изнутри, будто в череп залили расплавленный вольфрам, но я не закрывал их.

Свет становился всё ярче. Синий против красного. Словно холодная звезда против кровавой луны.

Я чувствовал, как резервы уходят в ноль. Тело уже работало на остатках, на злом упрямстве и привычке не падать. Но в этот момент я перестал просто выпускать заряд.

Я начал вдавливать его в цель.

В этот поток пошло всё – месяцы проведённые в бегах, лица тех, кого не успел спасти, и этот проклятый особняк, который должен был исчезнуть. Не энергия – я сам выталкивал себя через этот луч, превращая боль в давление.

Сине-белый поток взорвался, резко расширяясь, и сомкнулся с красны м пламенем Зода. Две силы сцепились, как звери в капкане, и в следующую секунду Вестчестер утонул во вспышке. Ночь смыло, как грязь под струёй воды – на мили вокруг мир стал ослепительно белым, будто солнце рухнуло на землю.

– Хрен… тебе! – прохрипел я сквозь стиснутые зубы.

Я выжал себя до последней капли. Напрягся так, что в ушах лопнули сосуды, а мышцы вздулись, едва не разрывая новую одежду. Мой сине-белый луч внезапно стабилизировался, набрал плотность и начал медленно вгрызаться в красную массу, отталкивая её обратно к Зоду.

Тот оскалился, не ожидая такого сопротивления, и в этот момент я поменял правила игры.

Я резко обрубил поток. На долю секунды в воздухе повисла звенящая тишина и остаточное свечение, ослепившее Зода. Не давая ему опомниться, я врубил сверхскорость. Рывок был такой силы, что земля подо мной просела на полметра.

Я возник перед ним раньше, чем он успел закрыть рот.

Первый удар – мощный апперкот в челюсть. Мой кулак впечатался в его скулу со звуком столкновения двух пушечных ядер. Голова Зода дернулась, из носа брызнула густая темная кровь. Но я не дал ему отлететь.

Перехватив его инерцию, я крутанулся на месте и вложил весь вес тела в идеальный удар ногой с разворота прямо в пресс!

Удар вышел комбинированным: физическая мощь плюс техника которая отпечаталась в мозгу после тренировок. Зод согнулся пополам, его глаза выпучились, а воздух с хрипом вырвался из легких. Этот пинок придал ему такое ускорение, что он превратился в черную полосу, прошивая собой лесные заросли и снося вековые дубы, как сухие спички.

Грохот от его падения где-то в километре от меня напомнил взрыв авиабомбы.

Я стоял на колене, тяжело дыша, и смотрел на свои дрожащие руки. Костяшки были разбиты, кофта превратилась в обгоревшие лохмотья, а перед глазами всё еще плясали синие искры. Но я улыбался. Окровавленным, разбитым ртом.

– Кто там… ничтожество?.. – выдохнул я в пустоту.

Я стоял посреди выжженной просеки, задрав голову к черному, бездонному небу. Солнце ушло, утащив с собой грубую, животную мощь, которой оно корми́ло мою кровь, но пустота наверху не была пустой. Там, за дымом и облаками, горели миллиарды других печей – холодных, беспощадных. Звезды.

Я закрыл глаза и начал вычищать себя изнутри. Вылетели крики Фиска, треск горящего леса, тупая боль в костях. Осталось только тело – переломанное, выжженное, но всё ещё живое. Я сосредоточился на каждой клетке, заставляя их разжиматься, как голодные пасти, готовые жрать всё, что им бросят.

Эта энергия была не похожа на солнечную. Не густая и не горячая. Она приходила тонкими, ледяными нитями, будто кто-то протягивал мне из глубины космоса стальную проволоку под напряжением. Она не грела, а наполняла меня холодной силой миллиардов заезд.

Сначала я ничего не чувствовал, а потом кожа вспыхнула изнутри. Под ней, в толще мяса и костей, побежали холодные, ослепительно-белые прожилки, будто мне под кожу залили жидкий свет. Вены на мгновение проступили, светясь призрачным, мёртвым сиянием, не имеющим ничего общего с жизнью.

Воздух вокруг задрожал, трава у ног покрылась инеем, а потом начала крошиться, не выдерживая перепада. Лёгкие обожгло морозом, но тело принимало этот заряд, вгрызаясь в него так же жадно, как раньше в солнце.

Мышцы, ещё секунду назад готовые превратиться в тряпьё, сжались с глухим, хищным щелчком. Сухожилия натянулись, кости под кожей перестали ныть, будто их залили изнутри жидким металлом. Боль не исчезла – она просто отошла на задний план, превратившись в далёкий, раздражающий гул.

Теперь это был другой заряд. Не ярость звезды – а холодная, космическая мощь.

Я стоял посреди выжженной земли, под мёртвым небом, и чувствовал, как во мне просыпается нечто куда более опасное, чем солнечный огонь.

В этот момент из леса, сметая остатки деревьев, вылетел Зод. Его лицо было сплошным багровым пятном, а из глаз уже начинали сочиться красные искры – он готовил новый залп.

– Сдохни! – взревел он, сокращая дистанцию на сверхзвуке.

Я не шелохнулся, когда он был уже в метре, я просто качнулся в сторону, пропуская его удар мимо. Воздух от его кулака ударил в плечо, как таран, но я даже не пошатнулся.

Зод резко затормозил в воздухе, развернулся и снова пошел в атаку, но теперь я видел каждое его движение. Звездная энергия будто обострила мои чувства до предела.

Он ударил сверху, вкладывая в кулак весь вес и инерцию полета. Я просто вскинул руку и поймал его кулак.

Звук столкновения был таким, будто столкнулись два тектонических пласта. Земля под моими ногами ушла вниз на метр, превратившись в кратер, но рука даже не дрогнула.

Зод замер, глядя на мой кулак, сжимающий его пальцы. В его глазах впервые промелькнуло что-то похожее на замешательство.

– Моя очередь, – выдохнул я.

Я нанес короткий удар снизу. Мой кулак, подпитанный ледяной мощью звезд, вошел ему точно под дых. Зода согнуло, и я услышал, как треснула его органическая броня. Но я не отпустил его руку.

Я рванул его на себя и всадил локоть в челюсть, а затем, крутанувшись, вбил колено в грудину. Каждый удар выбивал из него не только дух, но и те красные искры, которыми он пытался зарядиться. Теперь он был на земле. Там, где я был хозяином.

Я перехватил его за горло обеими руками, впечатывая в каменистую почву, и мои глаза снова начали наливаться светом. Только теперь это был холодный, мертвенно-белый свет далеких светил.

Зод рванул вверх. Я почувствовал, как его горло выскальзывает из моих пальцев, когда он врубил тягу. Изувеченный, со сломанной челюстью и треснувшей броней, он уходил в стратосферу, оставляя за собой инверсионный след. Этот ублюдок не просто бежал – он шел к источнику. Прямо к солнцу, чтобы напитаться его чистым жаром и вернуться сюда богом.

– Сссука! – заорал я, срывая голос.

Если он доберется до прямых лучей, мне конец. Весь этот махач в доках, тренировки с Мэттом, взрыв на мясокомбинате – всё пойдет прахом.

Я стоял в кратере, глядя, как точка в небе становится всё меньше. Внутри меня всё еще пульсировал холодный свет звезд, но его не на что было опереть. Гравитация держала меня за ноги, как цепная собака.

«Как он это делает?» – мозг лихорадочно перебирал варианты. Это не крылья. Это не реактивная тяга. Это манипуляция гравитацией внутри собственных клеток. Физика, мать её. Если я могу гнуть сталь взглядом, почему я не могу гнуть пространство под собой?

Я закрыл глаза, и внутренняя энергия звезд была острой, как бритва. Я направил её не в кулаки, а в каждую точку своего тела одновременно. Я попытался оттолкнуться… не от земли. От самого воздуха.

Рывок!

Я подлетел на десять метров и рухнул вниз, пропахав носом газон. Снова.

Я сосредоточился на векторе. Зод уже превратился в едва заметную искру. Мои клетки начали вибрировать, резонируя с энергией, которую я впитал из космоса. Я почувствовал, как вес тела становится иллюзией.

– Ну даааавай же! – прорычал я.

Япрыгнул. Но в этот раз я не позволил себе упасть. Я выстрелил энергией через ступни, создавая обратную тягу, и одновременно «потянул» себя за макушку вверх, используя волю как лебедку.

Звуковой барьер лопнул прямо перед моим лицом. Я сорвался с места, превратившись в серебристую стрелу. Город внизу сжался до размеров почтовой марки. Ветер перестал свистеть – он начал реветь, пытаясь содрать с меня остатки одежды.

Зод был в паре километров выше. Он летел тяжело, дергано, его траектория виляла – мои удары всё-таки зацепили что-то важное в нем. Но он был ближе к стратосфере.

Я заложил вираж, чувствуя, как внутри всё переворачивается от перегрузки. Летать было не так весело, как в кино – это было похоже на то, что тебя привязали к ракете, которая постоянно норовит взорваться.

Я начал догонять. Воздух становился разреженным, а небо черным. Впереди, над кромкой Земли, уже показался первый, ослепительный край солнечного диска.

Зод обернулся. В его глазах отразился страх, смешанный с неверием. Ошибка, которую он списал со счетов, летела на него с яростью падшей звезды.

– Иди сюда! – выплюнул я, врезаясь в него на безумной скорости.

Я сложил руки клином и вложил в этот рывок всё, что у меня было, догнав его на границе стратосферы, где небо уже стало черным, а солнце слепило до белизны.

УДАР.

Я впечатал оба кулака ему в спину на скорости, превышающей звук в несколько раз. Зода выгнуло дугой. Я услышал, как хрустнул его позвоночник, и этот звук принес мне почти физическое наслаждение. Его траектория полета к солнцу сломалась, и он, кувыркаясь, полетел камнем вниз, обратно в объятия гравитации.

Но мне этого было мало.

Я нырнул следом, сложившись в обтекаемую стрелу. Сопротивление воздуха нарастало, вокруг меня начал образовываться плазменный кокон – мы входили в плотные слои атмосферы. Я настиг его за секунды.

Резко выкинув руку, я намертво вцепился в его шею сзади. Мои пальцы впились в его загривок, ломая органическую броню.

– Земля зовет, ублюдок! – прорычал я на русском ему прямо в затылок, хотя ветер срывал слова вместе с кожей.

Я не просто падал – я ускорялся врубив тягу на полную, направляя нас обоих вертикально вниз, прямо в центр того пепелища, которое осталось от особняка Фиска. Мы превратились в метеорит. Воздух вокруг нас горел, превращая нас в огненный шар. Ткань моего худи сгорела окончательно, оставив меня снова голым по пояс, но я чувствовал только нарастающее давление и дикую, первобытную ярость.

Зод пытался брыкаться, ловить меня руками, выжигать лазерами, но я прижался к нему так плотно, что он не мог развернуться. Я стал его проклятым парашютом из свинца.

Облака прошили за долю секунды. Внизу мелькнули огни Вестчестера, стремительно превращаясь в детализированную карту.

Тысяча метров. Пятьсот. Сто.

Я видел руины бункера. Я видел Кингпина, который, возможно, смотрел вверх в это мгновение.

Я сжал его шею до хруста и в последний момент перед ударом выплеснул остатки звездной энергии через всё свое тело, превращая нас в бомбу.

– ПРИЕХАЛИ!

Грохот был такой, что его услышали в центре Нью-Йорка. Земля не просто вздрогнула – она разошлась трещинами на сотни метров вокруг. В эпицентре удара образовался кратер глубиной в три этажа, заполнившийся дымом, пылью и шипящим паром.

Я лежал на дне этого кратера, придавленный телом Зода. В ушах была абсолютная, звенящая тишина. Всё тело превратилось в одну сплошную вспышку боли.

Медленно открыл глаза, надо мной кружились хлопья пепла. Я попытался пошевелиться – рука отозвалась скрежетом костей, но сработала. Я отпихнул от себя бездыханную тушу Проекта Z. Он был жив, но его тело превратилось в ломаную куклу, а глаза закатились, светясь едва заметным красным угасанием.

Я перекатился на живот, сплевывая густую, темную кровь. В десяти метрах от края кратера, среди обломков своего величия, стоял Уилсон Фиск. Его новое, серое тело было покрыто пылью, но он выглядел непоколебимым.

Он медленно захлопал. Звук его огромных ладоней в этой тишине был как выстрелы.

– Впечатляюще, Ви, – пророкотал он. – Ты уничтожил мой лучший актив. Ты уничтожил мой дом. Но ты едва стоишь..

Я поднялся, шатаясь, всё, что дал мне солнечный и звёздный заряд, выгорело дотла. Внутри осталась только злость.

Фиск стоял там, огромный и спокойный, как бетонный идол.

Я сжал зубы и собрал волю в кулак.

Рывок.

Воздух хлопнул, когда я сорвался с места, превращаясь в размытую тень. Кулак врезался ему в грудь со скоростью, которая раньше рвала броню и кости.

Ничего.

Фиск даже не качнулся.

Я ударил снова. И снова. Серия ударов на пределе того, что вообще возможно – лицо, горло, солнечное сплетение, виски. Кулаки срывали с него пыль и куски серой кожи, но под ней не было слабости – только плоть, плотнее любого сплава.

Он ухмыльнулся.

– Вот теперь ты действительно пуст, – пророкотал он.

Я чувствовал это. Никакого жара под кожей. Никакого давления в груди. Ни солнца, ни звёзд – только уставшее мясо и кости..

Фиск двинулся.

Он поймал меня за шею одним движением, как ловят наглого пса. Пальцы сомкнулись, и в следующий миг мир сузился до одной точки. Позвонки захрустели под его хваткой.

Меня приподняли над землёй.

Ноги болтались в воздухе, удары стали вялыми, и бесполезными. Он держал меня, как вещь, и медленно усиливал давление.

– Ты летал слишком высоко, Ви, – сказал он спокойно. – А теперь смотри, как падают те, у кого кончились силы…

Костяшки на его руке побелели.

Мир вокруг начал тонуть в сером шуме.

И всё, что у меня осталось – это несколько секунд до смерти..