444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Indigo » Третий. Том 7 (СИ) » Текст книги (страница 10)
Третий. Том 7 (СИ)
  • Текст добавлен: 29 октября 2026, 15:30

Текст книги "Третий. Том 7 (СИ)"


Автор книги: Indigo



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

– Так кто тебе помогал снаружи?

В ответ я только тяжело вздохнул.

– Не помню. Начальник мне память подчистили, это в моём деле тоже должно быть написано. То, что осталось, не добавит вам ничего полезного.

– И всё же попробуй! – его голос стал требовательным.

– Начальник, – сказал ему. – Если вас беспокоит, кто я такой на самом деле, поднимите моё дело. Там всё написано. Больше ничего к этому не могу добавить, не помню.

Начальник молчал. Его пальцы снова начали барабанить по столу.

– Я поднимал, – произнёс он. – Там написано много интересного. В том числе то, что ты здесь находишься по договорённости между структурами, о которых не принято упоминать вслух. Что само по себе говорит кое-что о том, кто именно мог захотеть тебя отсюда вытащить.

– Вот именно это значит, что не я организовал побег. Это кто-то другой решил за меня, что мне пора отсюда уйти. Разница принципиальная, начальник. Поэтому не организовал я себе побег и не знаю, кто его организовал.

– Для суда, возможно, это будет иметь значение, – сказал он отстранённо. – А для меня нет. Для меня ты заключённый, который оказался в запретной зоне, и степень твоего участия в инциденте, пока неясна.

– Вот значит как. То есть вы уже примерно понимаете, кто за этим стоит. И вас это пугает.

– Меня это не пугает, – произнёс он холодно – Но меня это беспокоит.

Дверь за моей спиной открылась тихо без стука, я спиной почувствовал это и, повернув голову, посмотрел кто за мной пришёл.

В кабинет вошёл знакомый мне разумный. Высокий, жилистый, с коротко стриженными тёмными волосами и взглядом, который сразу оценивал обстановку, не задерживаясь ни на чём лишнем. Это был Кардай.

– Кардай, – сказал начальник, и в голосе его прозвучало лёгкое раздражение как хозяина кабинета, чей разговор прервали в самый неудачный момент. – Я занят!

– Я знаю, – ответил Кардай, бросив на меня короткий взгляд, и в этом взгляде была оценка. Это была оценка боевого стратега, смотрящего на противника и оценивающего его возможности. Судя по всему, он эти возможности у меня оценил крайне низко. Поэтому продолжил: – Это срочно. Мы нашли ещё тела. С другой стороны завала.

Начальник медленно посмотрел на меня, потом вновь перевёл взгляд на Кардая. Я видел, как он переваривает эту информацию, перестраивая для себя картину произошедшего в тоннеле.

– Сколько?

– Пока неясно. Там сейчас работают спасательные дроиды. Но не меньше трёх. Может быть, четыре. Сложно понять под обломками.

– Установили личности?

– Одного – да. Остальных пока нет, работаем.

Начальник выпрямился в кресле и посмотрел на меня с почти торжествующим видом. Тем самым, которым смотрят, когда считают, что только что получили козырную карту в игре, которая до этого шла весьма неудачно.

– Вот значит как, – произнёс он медленно. – Значит, обнаружились дружки нашего Отпуска. Как и ожидалось. Ровно так, как я и предполагал. Это была организованная операция. И у нас теперь есть доказательства.

– Начальник, я понятия не имею, кто там лежит, – ответил ему. – Я видел только двоих ваших охранников. Больше никого. Никаких тел, никаких других разумных.

– Значит, говоришь никого? – Начальник поднялся из своего кресла. – А тела сами себя туда положили? Сами себя закопали? Материализовались там из ниоткуда?

Честного говоря, я подозревал, что они там могут находиться, Кевин ведь ходил вперёд разговаривать с кем-то, а не с пустым местом. Но тогда кто заложил заряд со взрывчаткой? Если накрыло как нас, так и их. На этот вопрос у меня не было ответа. Похоже, у Кевина оказались кривые руки, и он ими не сумел её правильно установить.

– Начальник, это был скорее несчастный случай, чем побег… – сделал я последнюю попытку оправдаться.

– Отпуск, – произнёс начальник колонии с интонацией разумного, у которого кончается терпение, – не умничай. Это не поможет тебе. Это только делает ситуацию для тебя только хуже.

– Молчу, – сказал в ответ.

И уже открыл было рот, чтобы что-то продолжить свою мысль, но Кардай опередил меня.

– Не совсем, – произнёс он начальнику, чуть помедлив, как будто выбирая слова, – одного из погибших опознал наш охранник. Он прилетал к нам сюда раньше. Несколько недель назад. Тогда он прилетал сюда с проверкой.

– По какому делу прилетал? – спросил начальник, хотя в его голосе уже звучал ответ. Он уже знал. Я видел это по его лицу.

– Официально – инспекция условий содержания. Пробыл у нас два дня, потом улетел. Написал рапорт. Всё было в порядке, по его словам. Никаких нарушений, заключённые живут в нормальных условиях, медсекция оснащена хорошо. Всё у него было идеально.

– И кто он? – спросил начальник.

Глава 18

Кардай коротко взглянул на меня. Он явно думал о том, стоит говорить это при заключённом. Было видно, как он взвешивает варианты.

– Полицейский спецназ, – ответил наконец Кардай.

В кабинете воцарилась тишина.

– Чего? – по побелевшему лицу начальника колонии вначале пробежала тень сомнения, а потом целая гамма чувств.

Но тут же лицо приняло нейтральное выражение, хотя я успел заметить этот момент.

Полицейский спецназ. Это означало, что в операции была задействована полиция. Это означало, что за мной охотился полицейский спецназ. Разумные, которым могли проникнуть здесь через многие препятствия, но погибли он непонятного взрыва в тоннеле. Ключевой вопрос был только в том, кто взорвал заряд. Спецназ не мог так облажаться в обращении со взрывчаткой. Или всё-таки мог?

– Хорошо, – произнёс начальник, голос его стал очень злым. – Отпуск, тебе нужна медсекция. Вот и иди туда.

– Начальник, – сказал в ответ, – мне, вообще-то, интересно… очень интересно…

– Иди! – повторил он, и в этот раз в голосе не осталось места для обсуждения. Это был приказ.

– Но если там полицейский спецназ, то это меняет всю картину. Это значит, что за мной пришли неслучайные охранники. Это значит, что это была операция, санкционированная кем-то…

– Отпуск! – он произнёс это коротко и очень спокойно, словно говорил с ребёнком, который не хочет понимать простых истин. – Я сказал! Иди!

– Начальник, подождите. Это важно. Если это полицейский спецназ, значит, операция была санкционирована полицией, а полиция получила указание от Мидланда. А это значит, что ваши охранники действовали не по собственной инициативе…

– Охрана, – позвал начальник колонии, не повышая голоса, обращаясь к охранникам, которые стояли у входа. – Выведите его!

Двое охранников, которые уже стояли у входной двери, подошли и начали отстёгивать наручники от стула.

– Начальник… – сделал я последнюю попытку.

– Иди лечиться, Отпуск, – перебил он, и в его голосе промелькнуло много злости и раздражения по отношению ко мне.

Как только Отпуск с охранниками покинул кабинет, дверь за ними закрылась. Начальник колонии долго смотрел на дверь, и его взгляд был нехорошим, таким смотрят не на дверь, а сквозь неё, просчитывая что-то для себя далеко вперёд.

Потом он медленно перевёл взгляд на Кардая. Его выражение лица не изменилось, но глаза сказали многое. В них было холодное признание простого факта. Ситуация у них вышла из-под контроля.

Нет, решил он про себя, глядя на заместителя, на его лицо и внимательные глаза. Точно надо будет подыскать на его место кого поумнее. Потому что Кардай только что открыл ящик, принеся сюда информацию, которая должна была остаться похороненной под завалом.

Кардай стоял неподвижно, дожидаясь реакции начальства. Он для себя решал, будет ли благодарен ему начальник за эту информацию или обвинит его.

Появление полицейского спецназа, могло означать только одно. Это была война корпораций самого высокого уровня. И его колония оказалась в центре этой войны.

Начальник взял пульт управления и отключил видеокамеры в кабинете.

– Кардай, – произнёс он, – а теперь, расскажи мне всё. Что у вас произошло там? И не пропускай никаких деталей.

Кардай, до этого стоявший у стола с видом разумного, готового в любой момент выйти, шагнул ближе. Сел, на стул, на котором только сидел Отпуск, сел без приглашения с его стороны, впрочем, начальник ничего другого от него и не ожидал. Кардай всегда садился так без приглашения. Это была одна из его особенностей, которая раздражала начальника колонии с первого дня работы с ним.

– Конечно, начальник, – сказал он. – Всё началось три часа назад, когда охранники сообщили о необычной активности в системе вентиляции. Система показала скачок давления в подземных тоннелях. Мы отправили дронов на разведку.

Начальник слушал молча и не перебивал.

– Шеф, – начал Кардай.– Всё оказалось гораздо сложнее, чем мы думали поначалу. Они были переодеты падальщиками, – продолжил Кардай, – Багги самые обычные, самодельные, без каких-либо опознавательных знаков. Действовали слаженно. Хорошо натренированы, но мы на это сразу не обратили внимания.

Падальщики редко организовывались в большие группы и почти никогда не были слажены и хорошо натренированы. Падальщики собирались обычно в небольшие отряды и очень редко в крупные. Подумал начальник колонии.

– Расскажи подробнее, – попросил Харт.– Как они там оказались?

Кардай дёрнулся, как если бы вопрос застал его врасплох, хотя, конечно же, это было самое логичное начало разговора.

– Да я, откуда знаю, – произнёс заместитель, и в его голосе прозвучало раздражение. – Мы их застали за там, они поначалу оказали ожесточённое сопротивление, мы их начали окружать, и только тогда они отошли. Уже потом мы выяснили, что они пытались вытащить тела своих приятелей из тоннелей.

– Погибшие? – уточнил он, хотя понимал ответ.

– Трое, – ответил Кардай. – Может быть, четверо. В тоннеле толком не разберёшь. Но я уверен, что они пришли именно за телами. Они пытались их вытащить из тоннеля и погрузить в багги, когда мы их перехватили.

– И что вы сделали? – спросил он, уже предчувствуя ответ.

– Открыли огонь и отогнали их, я же сказал, – ответил Кардай так, словно речь шла о чём-то совершенно очевидном.

– А они что сделали в ответ? – спросил Харт, хотя он уже знал ответ на этот вопрос. Кардай не пришёл бы сюда, если бы всё обошлось без осложнений.

– Стреляли по нам, – ответил Кардай. – Открыли огонь в ответ.

– Это понятно, – произнёс Харт, и его длинные пальцы начали барабанить по столу. – Расскажи мне другое. Ты уверен, что это полицейский спецназ? Ты уверен в том, что здесь нет никакой ошибки?

– Да я и сам поначалу не поверил, – признал Кардай. – Но факты говорят сами за себя. И я решил их проверить через Отца. Одного из погибших опознали. Как оказалось, он приезжал к нам раньше, а это значит, сохранились его данные и фотографии с камер наблюдения.

Искин колонии знал всё, видел всё и хранил всё. Если один из погибших когда-либо находился в колонии, он точно знал это.

– И что ответил Отец? – спросил Харт, уже зная, что ответ Кардая будет подтверждением его худших опасений.

– Подтвердил всё, – произнёс заместитель начальника хмурым тоном. – Совпадение лица погибшего в тоннеле и того, кто приезжал к нам с проверкой два месяца назад больше девяносто девяти процентов. Это практически стопроцентное совпадение. Отец не ошибается в таких вещах.

– Это плохо, – сказал Харт вслух, скорее для себя, чем для Кардая. Его пальцы забарабанили по столу. – Это совсем плохо.

Кардай выглядел искренне озадаченным.

– Почему плохо? – удивлённо спросил он. – Это они проникли к нам. Мы защищались. Это наше право на самооборону. Наши охранники имели полное право открыть огонь в ответ на попытку вооружённого нападения.

Но Харт уже не слушал его доводы. Он думал совершенно о другом, обдумывая варианты развития событий, всё более мрачные и всё более вероятные.

– У нас три трупа, – произнёс Харт медленно. – И я практически уверен, что все трое из полицейского спецназа.

– Да, это сто процентов, – подтвердил Кардай с лёгкостью. От этого наивного подтверждения у Харта что-то неприятно сжалось внутри. – Отец ещё не идентифицировал всех, но думаю, это только вопрос времени. Просто у двух тел сильно повреждены головы.

– Вот это и плохо, – произнёс Харт, и наконец его рука перестала барабанить по столу.

Кардай посмотрел на него непонимающим взглядом.

– Не понимаю почему? Ведь они напали на нас, и это факт.

– Напали? – спросил он, и в его голосе прозвучало что-то похожее на горькую усмешку. – Кардай, напали? На кого именно они напали?

– Ну как… – начал заместитель, и Харт услышал в его голосе первые признаки сомнения. – На нас. И потом они убили одного из содержащихся в тюрьме разумных. Завалили его, когда находились в тоннелях.

– Кардай, – произнёс Харт медленно, с расстановкой, как спрашивают, когда хотят, чтобы собеседник успел подумать над каждым словом. – А теперь ответь мне. И кого из охранников или содержащихся здесь разумных они реально подстрелили, прежде чем вы открыли по ним огонь?

Кардай открыл рот. Закрыл его. На его лице был написан сложный мыслительный процесс.

– Да… а что нет? – наконец произнёс он, но его голос стал неуверенный.

– Вот видишь, – спокойно произнёс Харт, откидываясь на спинку кресла.– Получается, что ты только что рассказал мне о том, что наша охрана открыла огонь первой. По разумным, которые не представляли непосредственной угрозы жизни и здоровью наших охранников. Ты только что рассказал мне, что мы стреляли по полицейскому спецназу. И открыли по ним огонь первыми.

– Да откуда я мог знать, что это полицейский спецназ? – почти отчаянно воскликнул Кардай. – Они выглядели как обычные падальщики! Форма не полицейская, машины без маркировки. Никакой идентификации. И потом, как они вообще оказались в закрытых тоннелях без согласования с нами? Они вломились туда как преступники!

Кардай был прав, по крайней мере, отчасти. Но логика здесь не имела никакого значения.

– Вот только это нас и оправдывает, – произнёс Харт. – Только это. Что мы не знали. И что они действительно проникли без разрешения. Это наша единственная защита.

– Мидланд, – произнёс Харт, и в его голосе звучала горечь. – Мидланд – это мощная корпорация с очень высокими связями в столице. Конфликт с ними нам может очень дорого стоить. Мало того, грозить проблемами лично нам с тобой.

– Понимаю, – произнёс Кардай, и по его голосу было слышно, что он только сейчас начинает понимать масштаб случившегося. – Но мы ведь не знали. Так что, отозвать парней?

Харт в ответ поперхнулся.

– В каком смысле отозвать? – спросил он.

Кардай побледнел.

– Ну, мы решили, что это падальщики, – сказал он неуверенно. – Мы даже дронов за ними отправили. Наших боевых дронов. Чтобы не дать им уйти. Я думал…

– Ты отправил дронов? – перебил его Харт, и в его голосе впервые прозвучала настоящая ярость. – Ты отправил боевых дронов вслед за полицейским спецназом?

Харт закрыл глаза на секунду. Потом произнёс:

– Отец.

– Да, начальник? – голос искусственного разума раздался с потолка.

– Срочно отзови дронов. Всех. Немедленно.

– Выполняю приказ, – ответил Отец, и Харт услышал в его голосе что-то неуловимое, что-то похожее на понимание серьёзности ситуации.– Дроны отозваны и снимаются с перехвата. Всем боевым единицам отдан приказ возврата на базу.

– И охранников, – добавил Харт. – Передай мой приказ всему отряду. Прекратить преследование, немедленно вернуться в колонию. Никакого дальнейшего контакта, никакой агрессии, никаких дальнейших действий без моего прямого приказа.

– Приказ передан, – ответил Отец.– Охранники начинают возвращение в колонию. Приблизительное время возвращения – двадцать восемь минут.

– Кардай, – произнёс он, не открывая глаз.

– Да, шеф?

– Ты понимаешь, что именно ты сейчас чуть не сделал?

– Устроил разборки с полицейским спецназом, – произнёс тот совсем неуверенно.

– Это не разборки, – медленно произнёс Харт, открывая глаза и смотря прямо на Кардая.– Это расследование. С комиссией. С вопросами, на которые у нас нет удобных ответов. С проверкой тоннелей, в которых лежат трое мёртвых полицейских.

Кардай кивнул, на этот раз молча.

– Хорошо, что ты мне об этом сказал, – произнёс Харт, и его голос немного смягчился. – Плохо, что это вообще случилось. Но в любом случае мы должны действовать быстро и осторожно. Отец, запись с тоннельных камер за последние сорок восемь часов, под ограниченный доступ. Зашифруй. Открытие записей только с использованием моего личного кода!

– Выполнено, – ответил Отец. – Записи заархивированы и защищены шифром высшего уровня. Доступ возможен только с вашего личного биометрического ключа.

– И Кардай, – произнёс Харт, посмотрев на своего заместителя долго и без выражения. – Пока мы не разберёмся, что там вообще происходило. Всем молчать. Никаких сообщений никому. Никаких утечек информации. И всем, кто участвовал в операции в тоннелях, это передашь от меня. Передашь лично. Чтобы все молчали. Полная секретность. Понял?

– Понял, – ответил Кардай. – И если они вернутся? Если спецназ попробует вернуться?

– Если вернутся, не стрелять, – сказал он наконец.– Пропустить ко мне старшего и доложить мне сразу же. Не задерживать, не приближаться, не провоцировать. Просто понять, что они делают, куда идут, и доложить. Всё понял?

– Понял, – сказал Кардай.

– Тогда выполняй, скоро они вернуться.

Харт остался один.

Потом произнёс тихо, в тишину кабинета, словно разговаривая сам с собой:

– Отец. Кто выдавал пропуска в закрытые тоннели за последний месяц? Полный список. Со всеми деталями.

– Запрос обрабатывается, – ответил искин с потолка. Харт услышал мягкий щелчок процессоров, работающих на высокой скорости.– Три записи. Первая – плановое техническое обслуживание коммуникаций, восемнадцать дней назад. Вторая – ремонт и замена коммуникаций в секторе C, одиннадцать дней назад. Три рабочих, все опознаны. Третья запись-допуск в закрытые тоннели пять дней назад. Пользователь неизвестен. Пропуск был выдан в обход стандартного протокола.

– Почему в обход протокола? Это как? Кем? Кем выдал этот пропуск?

– Идентификатор пользователя не сохранён, – сказал Отец. – Система была изменена. Данные удалены. Кто именно это сделал неизвестно. Кто-то имеющий высокий уровень доступа, кто-то, кто знал, как обойти мои протоколы безопасности.

Харт медленно встал из-за стола, смотря на потолок.

– Это означает, – произнёс он, – что кто-то в колонии помогал им. – Кто-то помогал полицейскому спецназу проникнуть в закрытые тоннели?

И в этот момент панель на столе издала характерный двойной сигнал – короткий, потом чуть длиннее, с тем особенным металлическим призвуком, который ни с чем не спутаешь. Харт сразу поморщился, понимая, что начальство уже, похоже, в курсе.

Это была неприятная новость. Это всегда была неприятная новость.

Харт не хотел слышать этот звонок. Этот сигнал означал, что сейчас ему начнут задавать много неприятных вопросов. Вопросов, ответов на которые у него попросту не было. Ему самому ещё предстояло разобраться, что произошло в тоннелях, кто помогал спецназу, почему они пришли, зачем они охотились. А отвечать руководству нужно было уже сейчас, не отвечать он не имел права.

Харт на секунду замер, глядя на мигающий индикатор вызова. Его рука колебалась над кнопкой приёма. Потом он неохотно нажал её.

Воздух над столом дрогнул, пошёл лёгкой рябью в голубоватом спектре, и в кабинете развернулась голографическая проекция. Верхняя часть фигуры Оверта, чуть выше натуральной величины, как и полагалось при разговоре со старшим по должности. Изображение сегодня было настолько чётким, что Харт мог различать даже мелкие морщины у глаз вице-президента и седину на висках, аккуратно подстриженную. Оверт сидел в своём кабинете управления, в строгом тёмно-синем кителе с эмблемой корпорации на груди. Это само по себе было дурным знаком.

– Что у тебя произошло, – произнёс Оверт без всяких предисловий, и даже без вопросительной интонации.

Это была совсем не просьба, а требование.

Харт попытался выглядеть спокойным, уверенным, в контроле ситуации.

– Сами ещё не разобрались до конца, – ответил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Разбираемся. Честно говорю как есть. Данные предварительные, но у нас есть кое-что.

– Харт, – произнёс Оверт, и в его голосе появилась нота скрытого раздражения, смешанного с усталостью. – Меня только что вызывал вице-президент Мидланда. Лично. По закрытому каналу. Сказал, что у вас произошёл инцидент. Я ответил, что пока занят и перезвоню ему. Но это была отговорка, и мы оба это понимаем. Вице-президент Мидланда не звонит другим вице-президентам по пустякам. И тем более не звонит лично, в три часа ночи по местному времени. Так что теперь я хочу знать всё. Со всеми подробностями. От начала и до конца. Что именно произошло в вашей колонии?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю