Текст книги "На границе империй. Том 10. Часть 13 (СИ)"

Автор книги: Indigo

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– Ты у меня ещё попомнишь эти слова.

– Угрожаешь?

– Обещаю.

Он махнул рукой киборгам, и те, наконец, разжали хватку. Тут же вывалился из кресла, запутавшись в одеяле, и несколько секунд пытался из него освободиться. Наконец, выбрался из тканевого плена и встал на ноги, готовый устроить хорошую трёпку начальнику СБ. Вот только киборги сразу перекрыли к нему путь. Посмотрел на него долгим взглядом. Начальник СБ выдержал его спокойно, даже усмешка не сползла с лица.

– Ты понимаешь, что после всего этого точно сделаю тебе какую-нибудь гадость? – медленно произнёс, думая о гадости. – Причём непростую. Серьёзно над этим поработаю.

– Жду с нетерпением, – ответил он невозмутимо. – Может быть, хоть станет интереснее на службе.

Киборги молча развернулись и направились к выходу. Начальник СБ последовал перед ними, но у двери остановился и обернулся.

– Кстати, Алекс, – сказал он. – Насчёт этого адмирала Кертиса. Он действительно прилетает. И он действительно хочет с тобой поговорить.

– И что мне с ним делать?

– Слушать. И, желательно, не посылать. Он из тех, кто долго помнит обиды.

– Да у меня список таких обиженных длиннее, чем список дипломатических инцидентов у старика.

– Именно поэтому предупреждаю, – начальник СБ пожал плечами. – Впрочем, делай что хочешь.

Дверь закрылась за ним с тихим шипением. Остался один в камере, глядя на потухший экран.

Адмирал Кертис. Координация действий. Командование флотами. Всё это звучало как очередная попытка засунуть палки в колёса. Ещё ничего не сделал, сижу в камере, а советчики скоро в очередь начнут выстраиваться. Да идут они все… Кто куда, а спать!

Вернулся в кровать и завалился спать.

Нас утро встречает прохладой, а меня снова какая-то скотина будит! Проворчал себе под нос. Опять, наверно старик, не спится ему. Всё об империи думает.

Глава 14

Снова отвернулся к стене, завернулся в одеяло и продолжил спать. Когда вновь в камере появились киборги и так же, как в прошлый раз, замотав в одеяло, закинули на плечо, пришёл к выводу, что старик совсем головой тронулся, но, когда меня вынесли из камеры и куда-то понесли, начал подозревать, что тронулся не только он один, и у киборгов тоже слегка потекла крыша.

В коридоре проснулся совсем и вначале возмутился на весь коридор. Чем обратил на себя пристальное внимание всех проходящих мимо разумных. Они стали провожать удивлёнными взглядами. А я перестал возмущаться и громко заявил, так чтобы все слышали, что не всех адмиралов сейчас на флоте носят на руках! Хотя меня несли на плече, но это не особо важная деталь. Потом стал возмущаться, что меня они неаккуратно несут и вообще сильно раскачивают.

Вместе с киборгами зашёл в лифт, а, если быть точнее, они зашли, а туда меня внесли. В кабине лифта оказалось много флотских и немного гражданских. Разумеется, все с интересом наблюдали за происходящим. Станция проснулась и ехала на свои рабочие места.

– Так! Не понял! – возмутился с плеча киборга. – Что все адмирала разучились приветствовать? Ну, я всем устрою!

После моей угрозы честь отдали не только флотские, но и гражданские вместе с ними.

Вот это поворот, – подумал я, наблюдая за этим. Ещё вчера меня считали очередным арестантом, а сегодня отдают честь. Видимо, звание адмирала всё-таки имеет вес, даже если ты выглядишь как мешок с картошкой.

Внутри кабины уже находилось несколько человек, но при виде двух киборгов с оружием все инстинктивно отступили к стенкам, освобождая центр кабины.

Так получилось, что в кабине лифта мы ехали рядом с молодыми девушками в форме имперского флота. Они были явно младшими офицерами – об этом говорили их погоны с двумя тонкими полосками и отсутствие многочисленных наград на груди.

Они сразу обратили на меня внимание – довольно сложно не заметить разумного, завёрнутого в одеяло и небрежно закинутого на плечо киборга. Их глаза расширились от удивления, брови поползли вверх, а губы приоткрылись в немом изумлении. Я видел, как они переглянулись, явно пытаясь понять, что происходит.

Одна из них, рыжая с озорными зелёными глазами, наклонилась поближе. На её лице читалось неподдельное любопытство, смешанное с некоторой осторожностью. Веснушки россыпью покрывали её точёный нос и щёки, придавая ей юный, почти девичий вид, хотя на погонах красовались знаки младшего лейтенанта.

– Простите, а это действительно… – начала она неуверенно, разглядывая моё лицо. Её голос был мелодичным, с лёгкими нотками провинциального акцента. – Вы тот самый…

– Точно он! – воскликнула её подруга, темноволосая девушка с планшетом в руках, перебивая первую на полуслове. Она была выше и стройнее, с острыми чертами лица и пронзительными карими глазами, которые сейчас горели от возбуждения. На планшете мелькали какие-то фотографии, и она торопливо перелистывала их, пока не нашла, после чего явно сверяла моё лицо с фотографией. – Вот его фотографии! Адмирал, который… который вернулся!

– Разумеется, это совсем не так, – буркнул я сонным голосом, попытавшись найти более удобное положение на железном плече киборга. Одеяло снова сползло, и я торопливо подтянул его повыше, стараясь не оголить ничего лишнего. – А эти два железных болвана носят меня просто так, от скуки, по станции. Лень самому ходить, вот и езжу на них. Служба у них такая – они мой личный транспорт.

Рыжая фыркнула, прикрывая рот ладонью. Её зелёные глаза засветились весёлыми искорками, а на щеках проступил лёгкий румянец. Она явно пыталась сдержать смех, но это плохо получалось – плечи её мелко подрагивали, а губы растянулись в широкой улыбке.

– Значит, вам просто лень ходить? – переспросила она, и в её голосе слышалось плохо скрываемое веселье. – И вы заставляете боевых киборгов служить вам как такси?

– Точно, – подтвердил я с самым серьёзным видом, на какой был только способен. – Вообще, принципиально не хожу по утрам. Это вредно для здоровья. Какой-то древний медик ещё тысячу лет назад доказал, что утренняя ходьба сокращает жизнь. Вот киборгов для этой цели и придумали – чтобы адмиралам не приходилось напрягаться и подвергать свою драгоценную жизнь опасности.

– Первый раз слышу о такой научной теории, – заметила темноволосая, прищурившись и явно не веря ни единому моему слову. Но в её глазах плясали озорные огоньки – она явно наслаждалась этой абсурдной беседой. – А в какой книге об этом написано?

– В очень древней, – невозмутимо ответил я. – Но её сожгли инквизиторы ещё в тёмные века. Слишком опасные знания для простых смертных. Только адмиралам разрешено о ней знать.

Несколько человек в лифте тихо хихикнули. Атмосфера заметно разрядилась. Люди расслабились, перестали так напряжённо смотреть на нас. Только киборги, как всегда, оставались невозмутимыми.

– А куда вас везут? – поинтересовалась темноволосая, наклонив голову набок. На её планшете всё ещё мелькали новостные ленты, и я краем глаза успел заметить свою фотографию и заголовок: «Возвращение легенды».

Легенда, – горько усмехнулся я про себя.

– Понятия не имею, – честно признался я ей, пожав плечами, насколько это было возможно в моём положении. – Обычно никто не предупреждает. Просто хватают, заматывают в одеяло и несут. Возможно, на завтрак. Или на экзекуцию. Или на очередное совещание, что, в принципе, одно и то же.

Девушки переглянулись и тихо засмеялись. Рыжая даже немного покраснела, явно пытаясь представить, как выглядит совещание высшего командования.

– Вы всегда так… непринуждённо общаетесь? – осторожно поинтересовалась рыжая, явно не зная, как правильно сформулировать вопрос. То есть… со всеми так?

– Только когда будят раньше времени и таскают по станции в одеяле, – ответил я, широко зевнув во весь рот и даже не пытаясь прикрыть его рукой. – В остальное время я гораздо более… – ещё один зевок, – грозен и страшен. Прямо Кошмар Галактики. Враги трепещут, услышав моё имя. Дипломаты прячутся в шкафах. Политики пишут завещания.

– Да, прямо вижу, насколько устрашающий, – усмехнулась темноволосая, окинув меня скептическим взглядом с головы до ног. Её губы изогнулись в иронической улыбке. – Особенно в одеяле. Это вам добавляет драматизма.

– Одеяло – это важная часть образа, – с серьёзным видом объяснил я. – Оно скрывает мою истинную силу. Без него я слишком опасен для окружающих.

– А можно задать один вопрос? – рыжая снова наклонилась ближе, и я уловил лёгкий аромат её духов.

– Если это вопрос про то, действительно ли я устроил дипломатический скандал с аварцами, то да, это правда, – перебил я, не дав ей договорить. Мне хотелось предугадать, о чём она спросит, и задать тон разговора. – Если про инцидент у станции в системе Тарнау, то это тоже правда. Если про весь список моих дипломатических провалов на двадцать страниц, то это… – я сделал паузу для эффекта, – наглая ложь. Не было такого. Там было гораздо больше. Глава дипкорпуса просто поленился всё включить.

Девушки изумлённо уставились на меня. Их глаза округлились, рты приоткрылись. Темноволосая даже забыла про свой планшет, который чуть не выскользнул из её рук.

– Двадцать? – недоверчиво переспросила она. – Страниц?

– Это по скромным подсчётам, – подтвердил я. – Я ведь долго отсутствовал. За это время многие мои… достижения были забыты или списаны в архив. Но если хорошо поискать…

– Я хотела спросить другое, – тихо произнесла рыжая, и её голос вдруг стал серьёзным. Весёлые искорки в глазах погасли, сменившись чем-то другим – состраданием? Сочувствием? – Правда ли вы десять лет провели в плену?

– Вот это наглая ложь! – коротко ответил я, и моё утреннее настроение куда-то испарилось, словно его и не было. Голос у меня прозвучал резче, чем я намеревался.

– Извините, не хотела… – сразу смутилась девушка.

– Всё нормально. Просто в следующий раз спрашивайте про дипломатические скандалы. Они веселее.

Лифт остановился с тихим звуком. Двери разошлись, открывая командный уровень станции – широкий коридор с матовыми панелями на стенах, рядами дверей в кабинеты и патрулями офицеров СБ.

– Вот мы и приехали, – пробормотал сам себе, посмотрев на цифру в лифте, показывающую уровень станции.

Понял, куда меня принесли эти два железных болвана.

Киборги вышли из лифта, и я поневоле выехал вместе с ними. Вся женская половина лифта проводила нас долгими взглядами. Особенно рыжая – она помахала мне рукой, и я видел в её зелёных глазах искреннее сочувствие, вперемежку с любопытством и чем-то ещё, что я не смог определить. Они ещё явно хотели поболтать. Особенно их интересовало, куда это несут меня в таком непотребном виде и что за ситуация, в которой адмирал оказался завёрнут в одеяло и перемещается на плече киборга.

Девчонки, – подумал я с лёгкой грустью. Вы даже не представляете, в какой мир вы попали. Империя кажется величественной и героической, пока не увидишь её изнутри. Пока не станешь частью машины.

А несли меня, как выяснилось через пару минут, в кабинет адмирала. Куда же ещё могли нести голого адмирала, завёрнутого в одеяло, в семь утра.

Коридор командного уровня был почти пуст – рабочий день ещё не начался для большинства офицеров. Попадались только самые ретивые или кто ещё со вчерашнего вечера находился на рабочих местах.

Киборги шагали ровным, механическим шагом, их шаги эхом отдавались от стен. Звук был монотонным, гипнотическим: тум-тум, тум-тум, тум-тум. Я болтался на плече одного из них, пытаясь в очередной раз как-то устроиться поудобнее. Одеяло натирало кожу, а железное плечо киборга врезалось в живот. Каждый его шаг отзывался болью в рёбрах.

Великолепно, – мысленно простонал я. Просто замечательное начало дня. Сначала ночной разговор с главой дипкорпуса, потом пробуждение в исполнении киборгов, потом путешествие по станции в одеяле, и теперь – встреча с адмиралом. Определённо мой день может стать только лучше.

Мы миновали несколько патрулей СБ. Офицеры в чёрной форме с эмблемами Службы Безопасности на рукавах, вооружённые до зубов, останавливались и отдавали честь при виде киборгов. Их лица были бесстрастными, но я видел в их глазах любопытство и плохо скрываемое удивление. Новость о моём «транспорте» явно распространялась по станции со скоростью света. Что сегодня много патрулей здесь, подумалось мне. Обычно всего один два патруля находилось на уровне. И те как правило не сильно отсвечивали.

Остановились мы перед знакомой массивной дверью с табличкой «Командующий станцией».

Киборг, несущий меня, дождался, пока его напарник приложит палец, в котором был встроен идентификатор, к замку небольшой панели сбоку от двери. Панель мигнула зелёным, раздался тихий щелчок, и двери беззвучно разошлись в стороны, открывая путь в святая святых – приёмную командующего станцией.

Внутри, в приёмной, было необычно пусто и кроме секретаря адмирала, никого больше не было. За столом сидела всё та же Дарина, секретарь адмирала – женщина с идеальной военной выправкой и обычно суровым выражением лица. Ей было около сорока пяти, волосы собраны в строгий пучок, не единого лишнего волоска, форма всегда безукоризненна, на груди – несколько наград за выслугу лет. Она всегда была воплощением идеального имперского флотского: эффективная, бесстрастная, преданная делу.

Увидев меня в одеяле и на плече киборга, она, как и вчера, на мгновение потеряла свою обычную маску непроницаемости. Её глаза: серые, холодные – расширились от удивления. Брови поползли вверх, почти скрываясь под чёлкой. На долю секунды рот приоткрылся в немом изумлении, и я увидел белоснежные ровные зубы. Но она быстро взяла себя в руки, лицо снова стало непроницаемым, и только лёгкие морщинки в уголках глаз выдавали её едва сдерживаемое веселье.

– Доброе утро, Дарина, – выдавил я из себя максимально вежливым тоном, на какой только был способен в данный момент. Одеяло снова начало сползать, и я торопливо поправил его одной рукой, стараясь не привлекать лишнего внимания. – Не обращайте внимания на эту… ситуацию. Это всего лишь очередной способ доставки адмиралов. Несут. Как обычно. Новый стандарт имперского флота. Скоро всех будут так носить.

– Доброе утро, адмирал, – ответила она, и в её голосе прорвались нотки плохо скрываемого смеха. Уголки её губ дрогнули, но она героически сдерживалась. – У вас сегодня весьма… экстравагантная доставка в кабинет. Не могу сказать, что видела подобное раньше за тридцать лет службы.

– Да вот, я сегодня решил, что пора заняться физкультурой с самого утра… – вздохнул я. – Тренирую и проверяю их на прочность. Видите ли, эти киборги слишком много простаивают без дела. Вот я и решил дать им полезную нагрузку. Адмирал-тренажёр, так сказать. Инновационный подход к физической подготовке боевых единиц.

– И как? Успешно? – не выдержала Дарина, и на её губах появилась лёгкая улыбка.

– Вполне, пока держатся, – ответил я с серьёзным видом. – Но я думаю, это ненадолго. Я тяжёлый, видите ли. Много ем. Они устанут таскать и поломаются. Потом придётся чинить. Это дорого обойдётся империи. Может, лучше было бы мне самому ходить, но кто я такой, чтобы спорить с приказами СБ?

Секретарь моргнула, её улыбка стала шире. Она откинулась на спинку кресла, явно наслаждаясь этой абсурдной беседой.

– Вы… ожидаетесь, – произнесла она, и в её голосе явно звучали нотки едва сдерживаемого смеха. Она прикусила нижнюю губу, пытаясь сохранить серьёзность. – Проходите. То есть… проезжайте. – И она рукой показала на дверь кабинета адмирала, широким жестом, словно открывая путь карете.

Киборг без церемоний направился к внутренней двери. Она открылась автоматически, распознав его идентификационный сигнал, и впустила нас в просторный кабинет адмирала. И вот тут я увидел картину, которая заставила меня окончательно проснуться и почувствовать всю глубину своего положения.

В кабинете адмирала уже собралось всё командование флота. Вдоль стен стояли офицеры в парадной форме – тёмно-синие кители с золотыми эполетами, белые рубашки, начищенные до блеска ботинки, ряды наград на груди. Рядом с адмиралом сидела группа из трех его заместителей, которые тихо о чём-то беседовали, периодически поглядывая на дверь. Несколько флаг-полковников сидели в креслах у стены, их лица были серьёзными и сосредоточенными. Вице-адмиралы расположились ближе к столу адмирала, позы у всех были расслабленными, но внимательными.

А за массивным столом восседал сам адмирал. И все, увидев меня на плече киборга, решительно все отметились ехидными улыбками, рассматривая меня завёрнутого в одеяло.

Отлично, – подумал я. Просто замечательно. Вся верхушка командования в сборе. И все смотрят на меня, как на цирковое представление. Это именно то, чего мне не хватало для полного счастья.

Киборг без лишних слов занёс меня внутрь и с механической точностью посадил в кресло рядом со столом адмирала. Напротив моего тестя. Всё ещё закутанный в одеяло, я попытался принять хоть сколько-нибудь достойную позу, но это было практически невозможно. Кресло мне показалось жутко неудобным, явно не предназначенное для длительного сидения. Одеяло сползло на плечи, и я торопливо подтянул его, стараясь не оголиться перед всем командованием флота.

– О, как в старые добрые времена, – произнёс тесть с широкой улыбкой, откидываясь на спинку своего кресла. В его глазах плясали весёлые огоньки, а морщинки в уголках глаз стали глубже от сдерживаемого смеха. – Помнится, я тебя также заставлял появляться перед экраном на утренних построениях. Правда, тогда ты был в форме, а не в одеяле.

Несколько офицеров тихо хмыкнули. Я почувствовал, как краснеет лицо – редкое состояние для меня. Обычно я умел держать себя в руках, но эта ситуация была слишком абсурдной даже для моих стандартов.

Глава 15

Киборг без церемоний направился к внутренней двери. Она открылась автоматически, впуская в просторный кабинет адмирала. И вот тут увидел картину, которая заставила окончательно проснуться.

В кабинете адмирала уже собралось всё командование флотом. Вдоль стен стояли офицеры в парадной форме, у окна собралась группа из трёх контр-адмиралов, а за массивным столом из тёмного дерева восседал сам адмирал. И все, решительно все, с ехидными улыбками и нескрываемым интересом смотрели на завёрнутого в одеяло.

Киборг без лишних слов занёс внутрь и с механической точностью посадил на стул рядом со столом адмирала и напротив моего тестя. Всё ещё закутанный в одеяло, попытался принять хоть сколько-нибудь достойную позу, но это было практически невозможно.

– О, как в старые добрые времена, – произнёс тесть с широкой улыбкой, и в его глазах плясали весёлые огоньки. – Помнится, я также заставлял тебя появляться перед экраном.

Несколько офицеров тихо хмыкнули. Почувствовал, как краснеет лицо – редкое состояние. Но самым довольным выглядел начальник СБ. Он стоял у дальней стены, и его улыбка была настолько широкой, что казалось, вот-вот треснет от уха до уха. Видимо, все уже знали о ночном общении с ним и главой дипломатии империи.

– Доброе утро, – буркнул в ответ, пытаясь освободить руки из плена одеяла. – Или что там у вас считается добрым в такую рань?

– Смотрю, ночка выдалась насыщенной, – продолжил адмирал, явно наслаждаясь моим дискомфортом. – Глава дипломатического корпуса ночью лично проводил тебе инструктаж. Это большая честь.

– Да уж, прямо осыпали почестями, – съязвил в ответ, наконец вытащив одну руку из одеяла и начав разматываться. – Разбудили посреди ночи, прочитали лекцию о моих многочисленных грехах, угрожали личной поркой… Обычная ночь для меня.

Вот только, почти размотавшись, понял, что после душа… и сейчас под одеялом собственно ничего нет из одежды. От слова совсем.

– Мы с утра читали отчёт о твоих… дипломатических достижениях, – произнёс он. – Двадцать страниц. Это впечатляет.

– Стараюсь, – ответил ему, продолжая освобождаться от одеяла. – Хотя, честно говоря, думал, что там будет больше. Он явно что-то упустил или забыл. У меня гораздо больше было всего.

– Не сомневаюсь, – сухо заметил второй вице-адмирал. – Судя по вашей репутации, там может быть продолжение.

Собравшиеся офицеры одеты в безупречную парадную форму, начищенную до блеска, а сидел перед ними, словно только что скатился с койки.

– Ну что же, – начал адмирал, и его тон стал более официальным, хотя улыбка всё ещё играла на губах, – раз уж мы все здесь собрались, давайте начнём совещание. У нас есть несколько важных вопросов к нашему… особому гостю.

– Могу сначала хотя бы умыться? – попытался выторговать хоть какую-то отсрочку. – Или чего-нибудь выпить? Организм не приспособлен к командным совещаниям сразу после пробуждения.

– Нет, – хором ответили адмирал и начальник СБ.

Тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.

– Ладно. Тогда давайте быстрее. Чем быстрее закончим, тем быстрее вернусь спать. А то чувствую, что сегодня будет долгий день.

– Точно будет, – пообещал начальник СБ с нескрываемым злорадством. – Ещё какой долгий.

И что-то мне подсказывало, что он не шутит.

– Господа офицеры, – обратился ко всем присутствующим, – хочу сразу заявить официально. Без всего. Совершенно без штанов. И без них совещаться не буду! Это принцип. Так что либо выдайте штаны, либо отпустите обратно в камеру одеться, либо считайте, что отказываюсь участвовать в этом балагане.

Повисла пауза. Офицеры переглянулись. А потом второй из замов адмирала, седой мужчина с густыми бровями, не выдержал и фыркнул. Потом рассмеялся мой тесть. За ним захихикал кто-то ещё. И через секунду весь кабинет просто взорвался смехом.

– Без штанов! – повторил вице-адмирал, утирая слёзы. – Это же надо, тридцать лет на флоте, но на таком совещании ещё не был! Когда адмиралы на совещание попадают вот так, без штанов.

– Может, запишем в протокол? – предложил другой офицер. – «Адмирал отказывается от участия по причине отсутствия штанов».

– Отличная формулировка, – подхватил третий. – Пусть историки потом голову ломают, что это означало.

– Господа, – адмирал пытался сохранить серьёзность, но губы его предательски дрожали, – прошу соблюдать субординацию. Хотя… – он не выдержал и тоже усмехнулся, – ситуация у нас действительно уникальная.

– Уникальная? – возмутился. – Это издевательство! Вытащили из постели, притащили сюда, не дали одеться и теперь издеваетесь!

– А что нам ещё остаётся? – рассмеялся начальник СБ. – Ты завёрнут в одеяло, как подарок на день рождения. Только бантика сверху не хватает.

– Могу бантик приделать, – предложил один из младших офицеров, присутствующих на совещании. – У меня в кармане есть лента.

– Не надо бантика! – рявкнул в ответ.

– А может, тогда сенатора из него сделать, они тоже ходят на совещания в подобных одеяниях? – предложил другой. – В классическом стиле. Адмирал-сенатор.

– Да, – подхватил вице-адмирал с густыми бровями, – можно торжественную речь произнести. «Граждане империи, пришёл к вам без штанов, но с чистой совестью!»

Офицеры снова расхохотались. Сидел, чувствуя, как краснеют уши. Это было ужасно неловко и смешно одновременно.

– Господа, пожалуйста, – попросил, пытаясь сохранить остатки достоинства, – если вы закончили потешаться над положением, может, всё-таки дадите что-нибудь надеть?

– А зачем? – невинно поинтересовался начальник СБ. – Ты и так в одеяле. Вполне прилично.

– Прилично⁈ А если оно распахнётся?

– Ну, ты же сидишь, – резонно заметил один из офицеров. – Значит, всё в порядке.

– Встану в какой-то момент!

– Тогда не вставай, – посоветовал адмирал. – И проблема решена.

– Вы издеваетесь? – спросил у адмирала.

– Нет, – с самым невинным видом ответил адмирал, но глаза его смеялись. – Мы просто… адаптируем совещание под твои обстоятельства. Правда, господа? Не нужно было всего лишь игнорировать мои приказы, тогда бы и не приходилось сидеть на совещании командования в одном одеяле.

Офицеры согласно закивали, еле сдерживая смех.

– Знаете, что, – натягивая одеяло повыше и стараясь закрепить его так, чтобы хоть как-то выглядеть прилично, – я запомню этот день.

– Ждём с нетерпением, – весело откликнулся второй вице-адмирал, которого не знал. – Может, ты и нас в одеялах по станции таскать заставишь?

– Это мысль, – не удержавшись от усмешки, согласился с ним. – Причём без предупреждения. Прямо из душа.

– О, тогда я в отпуск, – быстро сказал один из незнакомых мне офицеров. – Надолго. В другой сектор.

Смех понемногу стих. Офицеры вытирали слёзы, приходя в себя. Адмирал откашлялся, восстанавливая официальный тон.

– Хорошо, господа. Развлеклись достаточно. Давайте всё-таки перейдём к делу.

– А штаны мне так и не дадут? – не удержался от последней попытки.

– Нет, – хором ответили несколько голосов.

– Отлично, – пожал плечами. – Значит, в одеяле так в одеяле. Но если кто-нибудь попытается сфотографировать, лично…

– Уже сфотографировали, – невинно сообщил начальник СБ, показывая планшет. – Для архива. Историческое событие.

Уставился на него. На экране планшета действительно красовалась моя фотография – в одеяле, с возмущённым лицом, сижу перед столом адмирала. Выглядело это… Очень нелепо.

– Удали немедленно!

– Нет, – пряча планшет, отказался начальник СБ. – Это пойдёт в мемуары. «День, когда адмирал совещался без штанов». Бестселлер…

– Прибью тебя!

– Записал как угрозу, – сообщил он с улыбкой. – Тоже для архива.

Тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула, стараясь устроиться поудобнее и не потерять одеяло.

– Ладно. Раз вы так, давайте уже начнём. Чем быстрее закончим, тем быстрее смогу вернуться к себе.

– Вот это правильный настрой, – одобрил адмирал, но улыбка всё ещё играла на его губах.

И только теперь, когда смех понемногу затих, огляделся внимательнее и заметил, что в стороне, у дальней стены, сидит ещё одно знакомое лицо. Третий заместитель адмирала. Он сидел, скрестив руки, и смотрел на меня с выражением глубокого недовольства. Словно лично его обидел самим фактом своего появления на совещании командования. Или его специально вызвали на совещание? Неприятное предчувствие царапнуло где-то в затылке.

– «Чанчэн», – коротко бросил адмирал, и лицо его стало серьёзным. – Тебе это название знакомо?

– Так, минуточку, – хотел поднять руку, но быстро передумал. – Может, мне кто-нибудь объяснит, почему меня притащили на это совещание, да ещё в таком виде? Я совсем не имею никакого отношения к этой станции. У меня своё задание от императора. А то что именно вы тут собрались обсуждать – меня совершенно не касается.

– Кстати, да, господа офицеры, – повысил голос адмирал, – прошу всех, кто не имеет соответствующего уровня допуска, покинуть совещание.

Когда почти все улыбающиеся и тихо переговаривающиеся между собой офицеры вышли, адмирал продолжил:

– Так «Чанчэн»? Тебе знакомо?

– Нет, не знакомо, – честно признался в ответ. – А должно было быть?

– После вчерашнего дня должно было быть знакомо, – адмирал кивнул начальнику СБ.

– Мне известно об этом только то, что я услышал на пресс-конференции.

– Ну конечно, теперь мы все знаем слабое место Мерфа…

Обернулся. Это сказал Академик соседнему офицеру, которого я не знал и видел в первый раз. Тот сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел с плохо скрываемым злорадством. Судя по знакам отличия, он был из СБ.

– Кто здесь оказывается, присутствует… – протянул в ответ, как будто только сейчас заметил его. – Вот кого, а некоторых здесь точно не ждали. Думал, некоторые уже собрали вещички и ещё вчера, закатив истерику, рыдая и жалуясь всем прохожим, покинули станцию.

– Как раз наоборот, – наклонился вперёд Академик, и улыбка его стала ещё шире. – Остаюсь. А вот, как выясняется, у некоторых одеяльщиков существуют проблемы покрупнее, чем моё присутствие на совещании командования флотом.

– Как интересно? – натянул одеяло повыше, чувствуя, как оно предательски соскальзывает с плеча. – И какие же?

– А вы знаете, в чём ваша главная слабость, адмирал Мерф? – академик произнёс фамилию с особым придыханием, словно смакуя каждую букву. – Вы считаете себя умнее всех. Приезжаете, начинаете раздавать приказы, отстранять от командования. А как выясняется…

– Знаешь, что… – начал было, но он перебил.

– Да, да, – Академик поднял руку. – Вы хотите сказать, что я обижен? Что это личная месть? Но как оказывается, дело совсем не в этом, и факты от этого не меняются. Все так уверены, что во всём уже разобрались? А на самом деле…

– Хватит! – резкий голос адмирала прервал поток слов. – Мы здесь не для того собрались, чтобы выслушать личные обиды. Если у тебя есть что сказать по делу – говори! Если нет – молчите оба!

Академик откинулся на спинку стула, но злорадная улыбка никуда не делась.

– Конечно, адмирал, – кивнул тот. – Но я говорил как раз по делу.

Адмирал тяжело вздохнул и потёр переносицу. Почувствовал, как тучи сгущаются. Что-то здесь не так. Совсем не так.

– Итак, – начал адмирал, и голос его стал официально холодным, – «Чанчэн».

– Станция, которую захватили оширцы, – кивнул в ответ. – Слышал на вчерашней пресс-конференции. И что? При чём я здесь? У меня совсем другое задание от императора, и оно совсем не про оширцев и не про их захваты станций.

– Потому что, – посмотрел на меня тяжёлым взглядом адмирал, – император лично попросил тебя разобраться именно с этим вопросом.

– Что⁈ – я едва не подскочил на месте, но вовремя вспомнил про одеяло и остался сидеть. – Но у меня уже есть задание! Меня прислали сюда совсем по другому поводу!

– Теперь у тебя два задания, – активировав голограмму, адмирал вывел передо мной текст зашифрованного послания. Печать императорской канцелярии, высший уровень секретности. – Цитирую: «Прошу адмирала Мерфа лично разобраться с ситуацией вокруг захвата станции Чанчэн. Особое внимание уделить обстоятельствам её падения и возможной утечке информации о системах безопасности флота». Конец цитаты.

Вот ничего себе с утра подарки прилетают. Интуиция намекала, что это плохо. Очень плохо.

– Подождите, – медленно произнёс в ответ. – Получается, на пресс-конференции журналисты не врали, и император считает, будто станцию взяли не просто так? Что имела место утечка?

– Именно это он и считает, – кивнул адмирал. – И он хочет, чтобы ты это проверил.

– Но не занимаюсь расследованиями! Я вообще, не СБ и не контрразведка.

– Ты занимаешься теперь, – перебил адмирал, и его голос стал жёстче стали. – Император распорядился. Пока идёт подготовка к твоему второму заданию, тебе приказано разобраться с этим.

– Это какая-то ошибка, – попытался отказаться. – И мы так не договаривались. Потом у меня нет ни полномочий, ни ресурсов для такого расследования. Пусть этим займётся разведка или контрразведка, да кто угодно, хоть СБ флота!

– СБ уже этим занимается, – покачал головой адмирал, – а полномочий у тебя столько, что у всех нас, вместе взятых, столько нет. Не удивлюсь, что ты можешь командующего флотами отстранить от командования.