Текст книги "На границе империй. Том 10. Часть 13 (СИ)"

Автор книги: Indigo

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Проверил все камеры снаружи склада – три входа, все под наблюдением. Двойник воспользовался одним из них в 13:45, он просто открыл дверь изнутри и вышел, как будто имел полное право там находиться. Охрана? Она у склада была автоматической. Кто попало конечно не мог попасть на этот склад. Только ограниченный круг лиц, имеющих доступ на склад.

Потом камеры внутри. Пришлось ломать искин. Камер внутри оказалось немного – склад считался низкоприоритетной зоной, и половина камер не работала там. Но одна в дальнем углу, всё же функционировала. Из архивной записи этой камеры я обнаружил, что мой двойник появился из какой-то непонятной штуки, лежавшей на самом верхнем уровне стеллажа, на высоте метров десяти.

Приблизил изображение, увеличив разрешение до предела. Это была явно не криокапсула – совсем другая форма, другой дизайн. Криокапсулы я видел десятки раз, они всегда стандартные, напоминали гробы, с характерной системой охлаждения. Это было странным. Ни на что не похожим, метра три в длину, с гладкой, полукруглой, почти органической поверхностью, покрытой тонким слоем пыли. Никаких опознавательных знаков, никакой маркировки. Только странные, почти незаметные швы по периметру, словно это был цельнолитой предмет, а не собранная конструкция.

Верхняя крышка этой штуки открылась с лёгким шипением. Двойник медленно сел, потом встал, не проявляя никаких признаков дезориентации или слабости. Как это бывает после криокапсулы. Следом извлёк оттуда же адмиральскую форму, аккуратно сложенную в герметичный пакет, и начал одеваться. Движения точные, уверенные. Никакой спешки. После чего спустился вниз лестнице стеллажа и покинул склад.

Получалось, кто-то доставил на склад эту непонятную штуку с ним внутри, и он длительное время находился внутри в состоянии анабиоза. Хотя нет, не выходит. После такой продолжительной заморозки – а он, судя по слою пыли на этой штуке, лежал на складе продолжительное время, может быть месяц, а может, и больше, он бы долго приходил в себя. Стандартный протокол после криоразморозки требовал минимум два часа для адаптации.

А он вылез и сразу был готов действовать. Сразу начал одеваться, проверять форму, разминаться. Никаких проблем со зрением, никакой слабости в мышцах. Значит, была использована какая-то другая технология его заморозки – не криогенная, а что-то принципиально иное. Что-то, о чём я не знал. Лежал он там, лежал, но сегодня кто-то активировал его разморозку. Удалённо, судя по тому, что никто не появлялся рядом с этим саркофагом перед его открытием.

Кто именно? И почему сейчас?

А собственно ответы на эти вопросы лежали на поверхности, стоило только подумать. Три дня назад аратанцы неохотно, но признали, что я жив. Нет, официально не признали – их пресс-служба выдала обтекаемое заявление о «возможных неточностях в предыдущих сводках», но перестали отрицать очевидное. Вице-адмирал даже намекнул в интервью, что «некоторые офицеры флота проявили исключительную живучесть». Намёк, который все поняли правильно.

Получается, Леднакор узнал обо мне и сразу активировал свою закладку. Умно, – подумал я с мрачной усмешкой. – Держать запасной вариант на чёрный день. Интересно, сколько ещё таких сюрпризов он припрятал?

Закладка вылезла и начала действовать по заложенному в неё сценарию.

Так, а что двойник делал в каюте? Камеры в каюте не было, или она не работала – проверил базу, система показывала, что в каюте ведутся технические работы уже полгода. Типичная отговорка, когда оборудование просто сломано, а никто не удосужился починить. Оставалось только предполагать. Взрывчатка и оружие. Вот что он там забрал. Кто-то ему там это всё оставил. Тщательно спрятанное, ждущее своего часа. Лейтенант? Вряд ли он. Его линкор, как улетел три месяца назад, так и не возвращался обратно на станцию. Да и зачем лейтенанту так подставляться? Допустим, он оставил закладку в каюте. А кто-то поселится в бывшей его каюте. И всё, считай, закладки нет, а у него большие проблемы по службе. Похоже, лейтенант здесь ни при чём. Хотя доступ к взрывчатке у него точно имеется. Всё бы ничего, но чёртики утверждали, что после лейтенанта в каюту никто больше не заходил. Если, конечно, не считать время, когда камера, контролирующая вход в каюту, не работала, благодаря моему вирусу.

Скорее всего, принёс в каюту взрывчатку и оружие тот же самый агент, что активировал двойника. Хотя не факт. Наверняка у Леднакора на станции есть не один агент, а несколько. Это всё усложняло ситуацию. Кто знает, какие сюрпризы он ещё мне приготовил? Сколько ещё таких саркофагов припрятано в тёмных углах станции? Сколько здесь моих двойников, ждущих сигнала к пробуждению?

Времени для этого у него самого, как и у его агентов, было много. Станция огромная, тысячи укромных мест, тысячи складов. Даже при полной проверке можно пропустить что-то подобное. Может, поэтому СБ меня держало в камере все эти дни? Нет, это полный бред. Они просто боялись, что я сбегу.

Честно говоря, я думал, что Леднакор сам вылезет из дыры, в которой засел, нарисуется на горизонте и вызовет меня на дуэль. Но, видимо, за эти годы он сильно изменился и решил отказаться от этого. Слишком много риска. Хотя никто не говорил, что ему нельзя меня дискредитировать.

В этот момент планшет пискнул – резкий, настойчивый звук входящего сообщения. Я вздрогнул, вырванный из потока мыслей. Быстро прочитал сообщение, которое появилось на экране крупными буквами:

ОПЕРАЦИЯ ПО ОСВОБОЖДЕНИЮ ЗАЛОЖНИКОВ ЗАВЕРШЕНА УСПЕШНО. ВСЕ ЗАЛОЖНИКИ ЖИВЫ. ПРЕСТУПНИК ЗАДЕРЖАН.

Выдохнул с облегчением. Киборги справились. Никто не погиб. Это была победа. Маленькая, но важная.

Значит, мои данные помогли, – с удовлетворением подумал я. Зря они считают меня просто хакером.

А буквально через секунду запищал планшет снова – теперь это был другой звук, мелодичный трель входящего вызова. Этого я совершенно не ожидал. Посмотрел на экран – вызывал адмирал.

Ты смотри, СБ всё-таки сумело вычислить мой планшет, – подумал я с кривой усмешкой. Или адмирал попросил их постараться. Придётся ответить всё-таки – адмирал вызывает, и игнорировать его было бы глупо после того, как он мне поверил.

Принял вызов. Довольная физиономия адмирала появилась в планшете, но в глазах читалась усталость.

– Алекс, – его голос был твёрдым, не без раздражения, но решительный. – Хватит в прятки играть с СБ. Они потратили уже четверо суток на твои поиски. Жду тебя у себя в кабинете.

– А меня не пристрелят по дороге к нему? – осторожно спросил у него, вспоминая физиономии офицеров СБ, которые искали меня по всей станции. – После истории с заложниками, половина станции меня сейчас считает террористом.

– Нет, – адмирал покачал головой, и в его глазах мелькнула усмешка. – Тебя никто не тронет. Я дал приказ. Всем патрулям, всем постам. Алекс Мерф находится под моей личной защитой. Кто тронет – будет отвечать передо мной лично. И поверь, никто не захочет этого.

– Тогда ладно. Иду. Дайте только пятнадцать минут. Мне нужно прибраться немного.

– Десять минут, Алекс. И ни секундой больше.

Он отключился.

Глава 27

Отключив планшет и скопировав всю информацию с него на нейросеть, а потом на всякий случай в сеть, резервные копии никогда не помешают, ещё раз осмотрелся в каюте. В форме лейтенанта идти к адмиралу совсем не хотелось – это было бы унизительно, словно признание собственной ничтожности. Но других вариантов не было.

Заглянул в шкаф местного техника в поисках чего-нибудь надеть, но там, кроме пары грязных рваных комбинезонов с масляными пятнами и запахом пота, ничего не обнаружилось.

Замечательно, – мрачно подумал про себя. Адмирал идёт к адмиралу в форме лейтенанта.

Тяжело вздохнув и понимая, что будет много шуточек насчёт того, что меня разжаловали в лейтенанты, начал надевать форму. Она была чуть велика в плечах, но в целом сидела приемлемо. По крайней мере, чистая. После чего отправился в кабинет адмирала, мысленно готовясь к встрече.

Кабина лифта ещё не успела открыться на этаже командования флотом, как я увидел двух знакомых киборгов. Мои «личные охранники» их я называл «Угрюмый» и «Ещё более угрюмый». Их физиономии – одинаково каменные, с характерными металлическими вставками на скулах и висках – совсем ничего хорошего мне не сулили. Один скрестил массивные руки на груди, а второй наклонил голову, словно прикидывая, стоит ли меня просто взять и перекинуть через плечо.

Я даже попытался отступить обратно в лифт, но меня добровольно – принудительно вывели оттуда, каждый со своей стороны, крепко держа за локти, и сопроводили до приёмной адмирала. Их хватка была железной, но не болезненной.

– Знаете, джентльмены, – попробовал я начать светскую беседу, – я мог бы и сам дойти. У меня ноги не отвалились.

– Заткнись, адмирал, – буркнул тот, что угрюмый. – Достаточно ты уже набегался по станции.

– И напугал всех, – добавил ещё более угрюмый – Мы полстанции обыскали. Знаешь, сколько отчётов придётся заполнять?

Ну да, их, конечно, волнует бумажная работа, – мысленно усмехнулся я. Все эти дни торчали рядом с моим транспортником, а мне заливают, что полстанции обыскали. В приёмной я поздоровался с Дариной. Она удивлённо посмотрела на мою форму, её идеально ровные брови взлетели вверх, и с плохо скрываемой иронией в голосе спросила:

– Что, уже разжаловали, лейтенант Мерф?

– Нет, что вы, Дарина, – ответил я, стараясь сохранить достоинство. – Просто не нашлось другой формы, вот и пришлось брать ту, что была под рукой. Форменный кризис, так сказать.

– А вы сегодня пешком? – она кивнула на киборгов, которые стояли по обе стороны от меня, как два мрачных монумента. – Эти двое вас больше не носят? Решили дать вам размяться?

– И не говорите, Дарина, – я театрально вздохнул. – Совсем обленились без меня. Приходится самому ходить. Не то что раньше. Адмирал у себя?

– Да, он ждёт вас, – ответила она, вставая из-за стола и поправляя белоснежную блузку. – А вы ждите здесь, – строго обратилась она к киборгам, и в её голосе прозвучала та особая властность, которой обладают только опытные секретари высшего командования. – Заходит только он один. Без конвоя.

Оба киборга переглянулись, но спорить не стали. Дарина была одной из тех редких разумных, которых даже киборги слушались без вопросов.

В кабинете адмирала, как и в прошлый раз, сейчас находились все старшие офицеры. Академик находился здесь же. Как и начальник СБ. Чьё лицо сейчас было непроницаемым, как бронированная переборка. Мне было жутко интересно, что он сейчас чувствовал, но к моему огромному сожалению, на нём была защита от моего пси. Оно молчало. В кабинете присутствовал ещё один незнакомый мне разумный. Вначале я подумал, что это командующий флотами, но быстро понял, что ошибся.

Он был в форме, но не флотской. Тёмно-серый мундир с серебряными петлицами, на которых были символы, которые мне было плохо видно, и я таких не знал. А сверху у него на мундире было накинуто что-то вроде полотенца или накидки. Технарь, что ли, какой-то? Подумалось мне.

Он задумчиво смотрел на меня из угла кабинета, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. Его глаза были странного серебристого оттенка – явно кибернетические имплантаты. Лицо жёсткое. Но меня он не заинтересовал.

Зайдя в кабинет, я с интересом посмотрел на начальника СБ, ожидая, что он хоть как-то проявит себя. Как ему моя блокировка камер и долгие прятки по станции? Но к сожалению, его лицо было непроницаемо. Наверное, они тренируются специально, – подумал я. Или имплантаты контроля эмоций им ставят.

Первым сразу же высказался академик, едва я переступил порог, как будто он только ждал этого момента:

– О, смотрите, кто к нам пожаловал! – его голос был полон ехидства. – Лейтенант Мерф! Как вам идёт эта форма, адмирал. Или уже не адмирал? Может быть, произошли какие-то резкие изменения в карьере?

Вот и начинается, – мрачно подумал про себя.

– Академик, – постарался сохранить ровный тон, хотя внутри уже начинало закипать. – Это всего лишь форма. Вполне подходящая форма, чтобы водить за нос местное СБ. Кстати, неплохо получилось. Четверо суток искали и ещё искали бы ещё долго.

– Форма? – он театрально всплеснул руками, словно актёр на сцене. – А, по-моему, она вам очень к лицу! Именно там ваше место, Мерф. В лейтенантах. Или даже ниже. Адмиральские погоны – это совсем не про вас. Слишком тяжёлая ноша для ваших плеч.

– В отличие от тебя, я уже адмирал, – парировал в ответ, что начинаю злиться. – А ты всё так же в флаг-полковниках ходишь? Или и это звание не заслужил? Сколько уже лет на одной должности? Пять? Семь? Видимо, руководство не видит потенциала для твоего роста.

– В отличие от некоторых, я честно своё звание получил, – академик насмешливо прищурился, и его тонкие губы растянулись в кривой улыбке. – Годы службы. А какой из тебя адмирал? Ты даже в кабинет командующего флотом явился в лейтенантской форме! Это же так символично! Словно сама вселенная пытается нам что-то сказать.

– Я уже сказал – не нашлось другой формы, – повторил я, чувствуя, что испытываю сильное желание расквасить ему физиономию.

– Ах да, конечно, – он насмешливо кивнул, изображая глубокое понимание. – Не нашлось. Бедный адмирал Мерф не может приобрести себе форму по званию. На целой космической станции не нашлось адмиральской формы. Может, потому, что это звание вам не принадлежит по праву? Может, оно и не ваше вовсе?

– Академик, ты снова нарываешься, – предупредил я, делая шаг вперёд. Чувствовал, как руки сами сжимаются в кулаки.

– А я говорю только правду! – он почти выкрикнул, явно входя в раж. – Вы лейтенант – он умышленно акцентировано выделил это слово, – слишком молоды, слишком неопытны для адмиральского звания. Вас повысили слишком быстро и слишком рано. Обычный офицер тратит много лет, чтобы дослужиться до капитана. Вы стали адмиралом за сколько? Три года? Четыре? Ах нет, вы, оказывается, и этого не служили на флоте. И вот результат – вы даже приличную форму найти не можете!

– Моя компетентность не зависит от того, какую форму я ношу! – возразил я, стараясь не сорваться.

– Компетентность? – Академик рассмеялся в ответ. – Какая компетентность? Вы командовали флотом совсем немного! Да у некоторых лейтенантов больше опыта, чем у вас! Вам давно пора вернуться туда, откуда вы вылезли. Обратно в лейтенанты. Или ещё ниже. В кадеты, может быть. Там ваше место. Учиться азам, а не командовать боевыми кораблями.

– Довольно! – я шагнул к нему, уже не сдерживаясь. – Сейчас я вас разжалую в рядовые за неуважение к старшему офицеру! Искин!

– А ничего не получится! – академик ухмыльнулся торжествующе, чем меня сильно озадачил.

Он открыл было рот, чтобы продолжить свою тираду, но тут в разговор неожиданно вмешался неизвестный мне разумный из угла – тот самый, в накидке.

– А я с ним полностью согласен! – его голос был холоден, как лёд. – Вы выскочка, Мерф. Не заслуживали и не заслуживаете адмиральского звания. Молокосос в адмиральских погонах.

Я резко обернулся к нему, чувствуя, как ярость смешивается с удивлением:

– И вы туда же? – Посмотрел ему прямо в серебристые глаза. – Кто вы вообще такой, чтобы меня судить?

В ответ он оттолкнулся от стены и стал медленно приближаться, его походка была уверенной, хищной, как у опытного бойца. Перевёл взгляд с торжествующей физиономии Академика на него, по пути мой скользнул по невозмутимым лицам адмирала и тестя, одновременно пытаясь понять, кто это, такой.

– У меня к вам серьёзные вопросы, адмирал, – каждое слово было произнесено тщательно, с тихой угрозой.

– Какие именно? – я чувствовал, как напряжение в кабинете нарастает. Даже академик замолчал, наблюдая за развитием событий.

– Мои аналитики изучили ваше досье, – его глаза сузились, серебристые радужки почти исчезли. – Ваше продвижение по службе… скажем так, вызывает вопросы. Множество вопросов. Слишком быстро. Слишком удобно. И очень подозрительно.

– Я не отвечаю за то, что вашим аналитикам кажется подозрительным, – я сделал шаг навстречу ему, не желая показывать страх. – Может, у них просто слишком развитая фантазия? Или им нужен повод оправдать свою зарплату?

– Вы знаете, сколько предателей империи начинали именно так? – он остановился в метре от меня, его лицо оставалось бесстрастным. – С головокружительной карьеры? С неожиданного покровительства? С удачных операций, которые только выглядели удачными?

– Вы обвиняете меня в предательстве? – Я почувствовал, как кровь начинает стучать в висках сильнее, как адреналин разливается по венам.

– Я не обвиняю, – он подошёл ещё ближе, я почувствовал запах как от синтетической кожи. – Я просто констатирую факты. Молодой офицер, из ниоткуда, вдруг становится адмиралом. Удобная позиция для тех, кто хочет иметь своих людей в высшем командовании, не находите? Аварская разведка могла бы оценить такой актив.

– Это полная чушь! – возразил я, чувствуя, как злость вновь накатывает. – Мне звание присвоил сам император! Лично! И я за него совсем не держусь.

– Ах да, император, – он прищурился, и в его голосе появились опасные нотки. – Мы все знаем, как именно вы заслужили его внимание. Или кто-то просто нашептал ему на ушко нужное имя? Придворные интриги, политические игры. Вы стали пешкой, сами того не понимая.

– Да мне плевать на ваше мнение! – со злостью ответил ему.

– Тогда почему, – он заговорил ещё тише – мои люди находят странные несоответствия в ваших отчётах? Временные провалы, которые невозможно объяснить. Почему есть периоды, когда ваше местонахождение невозможно установить? Недели, когда вы словно исчезали с радаров. Почему некоторые ваши операции прошли слишком гладко, словно противник заранее знал, что вы там будете? Почему…

– Достаточно! – Я не выдержал и схватил его за ворот мундира, ткань затрещала под пальцами. – Я не буду слушать эти бредовые обвинения! От разных идиотов, которые видят заговоры даже в расписании обедов кают-компании!

Мгновение тишины. Я видел, как его серебристые глаза вспыхнули ярче. Слишком поздно понял, что допустил ошибку.

– Ты кого идиотом назвал, мальчишка? – его голос был страшен в своей ледяной ярости. – Совсем обнаглел! Да я тебя сейчас проучу! Покажу, как надо разговаривать со старшими!

Он ударил меня. Резко без предупреждения, без всякого замаха. Его кулак врезался мне в солнечное сплетение с такой силой, что я согнулся пополам, чувствуя, как воздух с хрипом вылетает из лёгких, и я не могу вздохнуть. Вспышка боли, яркой и всепоглощающей, ослепила на мгновение.

Чёрт, откуда такая сила?

Не давая мне опомниться, он схватил меня за плечо железной хваткой и швырнул в сторону. Раздался громкий треск рвущегося мундира – материя не выдержала, шов на спине разошёлся целиком. Я пролетел несколько метров, как тряпичная кукла, и грохнулся на пол, сбив по пути пустой стул и чуть не врезавшись головой в массивный стол адмирала. Удар о пол выбил остатки воздуха из лёгких.

– Вставай, – холодно сказал он, медленно приближаясь; его шаги были тяжёлыми, размеренными. – Или ты только смел на словах? Адмирал, который не может постоять за себя не адмирал, а одно большое недоразумение!

Я перекатился, игнорируя боль в рёбрах, и одним движением поставил себя на ноги. Чуть раньше активировал импланты. Боевые рефлексы включились, но тело всё равно ныло. Теперь я понял: этот тип не обычный человек. Слишком сильный. Слишком быстрый. Его удар был не просто точным – он был рассчитан с хирургической точностью.

– Киборг значит! – произнёс я, наконец вдохнув, глядя на него, замечая теперь едва заметные швы на кулаках, а слух уловил едва слышимый звук работы сервоприводов.

– Наблюдательно, – он усмехнулся, и его глаза вспыхнули ярким красным. – Теперь давай проверим, насколько ты достоин адмиральского звания. Покажи, чему тебя учили.

Он пошёл на меня, движение текучее, отработанное. Я попытался увернуться от его удара, используя всё ускорение имплантов, но он был слишком быстр, его системы, на порядок лучше обычных киборгов, почти сразу я это понял. Его кулак врезался мне в челюсть, и я почувствовал, как хрустнуло что-то внутри. Одновременно понял, мои импланты против него, совсем не катят. Такое чувство, что их у меня нет. Мир поплыл перед глазами, цвета размазались, но я заставил себя не упасть, вцепившись в стол.

Держись. Не показывай слабость. Он ждёт, что ты сложишься.

Ударил его в ответ, вложив всю силу, какую могли дать силовые импланты. Мой кулак попал ему в рёбра, я даже услышал глухой удар по металлу, но он даже не дрогнул. Только слегка наклонил голову, словно оценивая мою силу. Вместо этого он схватил меня за руку – его пальцы сжались, как тиски, – и дёрнул на себя, одновременно вонзая колено мне в живот. Ещё одна вспышка боли. Я закашлялся, чувствуя, как во рту появился металлический привкус крови, как она заполняет рот.

– Слабак, – прошипел он, наклонившись к моему лицу. – И такой командовал флотом? Такой отправлял людей на смерть?

Ярость затмила боль. Я ухватился за его форму обеими руками и со всей силы ударил головой ему в лицо. Услышал хруст – его или свой, неважно. На этот раз он пошатнулся, отступил на шаг. Есть! Сразу воспользовался этим, нанося серию быстрых ударов, целясь в места, где его кибернетика могла быть уязвима. Органы, нервные узлы, сочленения.

Но он адаптировался быстро. Слишком быстро. Он поймал мой кулак своей рукой, перехватив удар на подлёте, и сжал. Я почувствовал, как хрустят кости в моей руке, как имплантаты визжат от перегрузки, пытаясь компенсировать давление. Боль была ослепляющей. Я закричал, не сдержавшись – крик вырвался помимо воли.

– Ты действительно думал, что сможешь победить киборга? – он дёрнул меня на себя, притянул вплотную. – Боевого киборга, который прошёл двадцать лет модификаций?

И ударил головой мне в лицо. Мир вспыхнул белыми искрами, потом красными. Я почувствовал, как из носа хлынула кровь, тёплая, липкая, она залила губы, подбородок. Во рту сразу появился солёный привкус.

В этот момент я расставил ноги в шпагате и ужом выскользнул из его остальных объятий. При этом раздался только треск разрываемой ткани. Это остатки моего мундира остались в его руках. И совсем недолго думая, врезал что было силы, ему между ног. Хотя и сильно подозревал, эта точка, выводившая из боя практически любого противника мужского пола, мне в драке с ним, не сильно поможет. Ведь это был киборг, и там у него могло не оказаться ничего. Любого другого такой удар сразу бы свалил с ног, но не эту тупую железяку. Хотя я и почувствовал, что кулак там во что-то врезался. В ответ я только увидел разъярённые глаза сверху и сразу пронырнул у него между ног. Собираясь повторить удар, но уже сзади. Вот только он мне позволил. Практически мгновенно развернувшись, он коршуном свалился на меня. Его вес придавил меня. Я уже не думал о технике, о достоинстве, о звании – просто пытался выжить. Животный инстинкт самосохранения. Он оказался сверху, его усиленные кибернетикой удары сыпались на меня градом. Кулаки, локти, колени. Я закрывался, блокировал его удары руками, пытался оттолкнуть его, но он был слишком силён. В какой-то момент его рука сжалась на моём горле, начиная душить. Пальцы как стальные прутья. Я вцепился в его руку, пытаясь освободиться, оставляя кровавые полосы на синтетической коже, но стальные пальцы не поддавались. В глазах начало темнеть, воздуха катастрофически не хватало. Лёгкие горели.

Уважаемые читатели!

Очередная книга закончена, но это совсем не конец истории и главного героя ожидают многочисленные испытания и приключения.

Продолжение здесь /reader/539285/5126600